# Недобитки

Руслан Абдусамадович Абдуллаев

АНХЕЛЬ


Как и прогнозировали местные синоптики, субботний день вновь выдался жарким. Весь животный мир старался укрыться в своих норах или вблизи какого бы то ни было водоёма. Венесуэльцев тоже не особо радовал этот солнечный зной и каждый по-своему проявлял свою изобретательность по поводу проведения очередного выходного дня: кто-то прятался в барах, уговорив приятеля или знакомую проститутку разделить свой отдых; кто-то нежился в водах тёплого Карибского моря; ну, а семейные мужи, добравшись наконец до уютного кресла и, окружив себя дюжиной пивных бутылок, садились напротив телевизора, чтобы с остервенением просмотреть решающий футбольный матч республиканской сборной с командой из Колумбии...

В номере кондиционер не работал; изредка лёгкий ветерок колыхал белую тюль, создавая иллюзию прохлады. Вадим, вытирая и без того уже влажным носовым платком шею и грудь, зашел с балкона гостиничного номера в зал и плюхнулся на широкую софу.

--Чёрт бы подрал эту жару, как же я её ненавижу!

В это время Мария, его супруга, вышла из ванной комнаты, одетая в лёгкий халат

и, поправляя полотенце на голове и, услышав его причитания, сказала:

-А я тебе что говорила? Путёвки надо было брать в Таиланд, на худой конец - в Турцию. Сейчас бы лежали возле моря и проблем не знали.

Она подошла к зеркалу, нанесла на лицо косметический крем и, растираясь им, продолжила: - Мы в этой дыре сидим уже четвёртый день и что хорошего видим? Сходить некуда, везде одни бандитские рожи, кругом одни наркоманы да проститутки. А их забегаловки? Даже убогий ресторан в нашем Мухосранске выглядел бы куда приличнее этого.

-Машенька, ты и сама прекрасно знаешь, что я и сам этому не рад, - Вадим схватил со стола дистанционный пульт и включил им напольный вентилятор, - туроператор пел мне тогда совершенно другую песенку... Ну, дай только мне вернуться в Москву... Ну, я ему задам!...

Мария, закончив макияж, сняла с головы и бросила на стул полотенце и стала

расчёсывать свои светлые волосы.

-Значит так, Вадя, если через три дня про нас не вспомнят. . .

Утром следующего дня их неожиданно разбудил ранний телефонный звонок.

На том конце провода хриплый мужской бас проговорил на английском с местным акцентом:

-Эскьюзми, компани, сто извинений! Погода нам даёт добро. Будьте готовы, плиз, к десяти часам мы вам присылать машина. Много вещей не брать - весовой контроль. До свидания, сеньор! Вадим повернулся к жене:

-Маша, вставай! Нас как услышали - мы вылетаем, наконец-то... Ну, чего ты

лежишь, Маш?...

-Ну Вадя...ну ещё часок...

-Маша!.. Время! - и сам вскочил с постели.

Сбор был не лёгким. Мария никак не могла определиться с личным гардеробом. В конечном итоге все её вещи с трудом уместились в одну большую сумку; багаж же Вадима легко уместился в небольшой походный рюкзак.

Такси прибыло с небольшим опозданием. Мария накинулась было на шофёра, обвиняя его во всех не существующих грехах, но тот только разводил руками и что-то бормотал на испанском языке. Однако женщина не успокоилась и своё недовольство перекинула на супруга. Вадим был младше жены на год; в свои 34 года он по карьерной лестнице добрался только до руководителя среднего звена того самого интернет-магазина, которым и руководила его супруга. Кроме того, Мария была хозяйкой ломбарда и придорожного кафе на МКАДе, что тоже приносило в их семейный бюджет немалый доход. Их знакомство на корпоративном вечере привело к тому, что инициативу во всём конфетно-букетном сезоне и в шикарной свадьбе взяла на себя практически сама Мария. И не удивительно, поэтому, что в их браке доминировала женщина, что в принципе, и устраивало их обоих. И Вадиму постоянно приходилось мириться с тем фактом, что постоянно приходилось потакать капризной супруге.

Дорога на аэродром была недолгой, но была сплошь устлана ямами и ухабами и, когда машину трясло, Вадим ожидал услышать резонное негодование жены, но к его удивлению она неожиданно преобразилась и стала спокойной и грустной. Взяв его за руку, она тем сильнее сжимала её, чем дальше отодвигался город.

--Вадим, - прошептала она, - мне страшно. У меня какое-то нехорошее

предчувствие.

Он обнял жену за плечи и прижал к себе:

-Маш, ну чего ты? Всё будет хорошо, поверь, - это были те самые редкие

минуты, в которых он чувствовал себя мужчиной, защитником. - Вот вспомни коллегу нашего, Усачёва, у него остались очень даже не плохие впечатлении об этом туре. Транспорт - безопаснее самолёта; пейзажи - только замечательные. Проведём там недельки три, и я уверен, ты - не пожалеешь!

-И всё равно, у нас, у женщин, есть своё, особое предчувствие, тебе не понять... Давай вернёмся, Вадим!

-Да что с тобой, Маш?! Мы столько к этому готовились, потратили столько сил и денег...

-Да чёрт с ними, с этими деньгами! Я просто боюсь, понимаешь?! - Мария не на шутку вспылила, но в это время автомобиль въехал на огромное поле аэродрома и остановился возле деревянного двухэтажного здания. Водитель вышел и, открыв женщине двери машины, показал рукой в сторону строения. Супруги вышли и оглянулись вокруг. Собственно, аэродромом это место можно было назвать с некоторой натяжкой. Да, недалеко от них стоял небольшой двухместный биплан, но он был настолько неказистым и ржавым, что с трудом верилось, что это посудина в силах ещё летать. Но чуть поодаль висели в воздухе два огромных дирижабля, удерживаемые толстыми пеньковыми тросами. И скорее всего на том, на корпусе которого было написано "Buena suente", что на испанском означало "Удача", и находившегося на середине поля и предстоял их полёт. Сексапильная, с большой грудью девица красовалась на гондоле, а сам корпус газовой оболочки зеркально блестел на солнце. "Видимо это для того, - решил для себя Вадим, - чтобы отражать больше тепла".

Супруга, решив, что от судьбы уже не уйти, успокоилась, по крайней мере внешне и направилась к дверям. Вытащив с багажника обе сумки, Вадим с трудом потащился за женой. Войдя в здание, он с удивлением обнаружил её совершенно пустой, но напротив, с другой стороны была, была ещё одна дверь, через которое уже выходила Мария. Небольшая площадка встретила его, как только он перешагнул порог, и на которой с два десятка людей разных возрастов и национальностей стояли, ожидая свою посадку. Перед супругами из толпы предстал тийо, проводник, местный парень, одетый в цветную рубашку и с огромной панамкой на голове. По его хриплому голосу супруги узнали его: - Сеньор...Сеньорита... Сто раз извинить меня, но все ждут только вас. Пожалуйста, ваши паспорта и мы вам предоставлять посадка на тот чудесный круиз...

Мария из своей сумочки достала документы, протянула их гиду и тот исчез в толпе так же мгновенно, как и появился. Через площадку стояло еще одно небольшое здание, из которого выходили какие-то люди в оранжевых комбинезонах и направлялись в сторону дирижабля. Вдруг из толпы пассажиров перед супругами предстал мужчина в серых шортах и зелёной футболке, на которой красовался молодой Че Гевара. Он был не высокого роста и не броского телосложения, но атлетически сложенная фигура всё же была заметна в нём. Он протянул руку Вадиму и на чисто русском спросил: -Москвичи?

Супруги были очень удивлены. Затем Вадим ответил: - Ну да, со столицы... а откуда Вы это поняли?

Улыбаясь ровными рядами зубов, незнакомец ответил:

-Да наши рязанские рожи можно в любом уголке мира узнать. Я, кстати, Александр Зуев. Можно просто - Саня. Марии мужчина почему-то пришёлся не по нраву, и она демонстративно отвернулась, не подав руки и задрав вверх свой носик. Вадим потёр сдавленную руку и представил себя и супругу:

-Не ожидал, если четно, увидеть здесь земляка! Меня здешний народишко раздражать уже начал; и съездить некуда, и еда так себе, а питьё - так вообще пойло... Будет хоть с кем-то по-настоящему пообщаться,- Мария бросила на него неодобрительный взгляд, - кроме, как с женой, конечно.

-Ну, ну, не переживай, дружище, - похлопал его по плечу Зуев, - самое скучное уже позади. Доберёмся до Анхеля - вот тогда и оторвёмся по полной! Только представь себе: чистейшая, прозрачная вода, из озера даже пить можно; а какой там водопад - просто чудо! Такое не увидишь больше нигде.

-Постойте, Александр, - не удержалась от любопытства Мария, - так Вы там получается, уже были?

-Конечно, был, - лицо соотечественника при этом засветилось, - и потому с удовольствием возвращаюсь в этот райский уголок. Отвечаю: вы не пожалеете!.. А теперь давайте я вам представлю остальных пассажиров... Вон, смотрите, не молодой мужчина с бамбуковым котелком на голове и рядом с ним женщина-это немецкая пара из Аугсбурга, что в Германии. Рядом с ними, тот, что с круглыми очками, это австриец, чьё имя с немецкого переводится как "мудрый воин". Рядом с ним, тот, что сидит на скамейке, видите - в телефон уткнулся? этот с Казахстана, вроде немолодой тоже, но объясняет, что типа по-русски он плохо понимает, но у меня-то есть чуйка, что малость привирает он, да вот только не пойму: к чему это?.. На следующей скамейке сидит китаец Ли О из Гонконга. И последние - эти два супостата из Канады - это Рональд и Стивен, я их проще зову - Рони и Стив. С остальными я познакомлюсь позже...

-Боже, как удивительно! - Мария уже не скрывала своей заинтересованности к земляку. - И когда же Вы успели их всех изучить?

-Вынужден вас предупредить, мадам, - Александр улыбнулся, обнажив белоснежные зубы, - моя профессия заставляет меня изыскивать нужную мне информацию в кратчайшие сроки.

-И...кем же Вы работаете?

-Я - разведчик госбезопасности!

Мария прыснула со смеху в кулак:

-Другого я и не ожидала от Вас услышать! Если это так, то я несомненно балерина с Большого Театра.

Зуев обижено фыркнул:

-Зря Вы так, Маша! Нам, разведчикам, любая помощь соотечественников не помешала бы...

-Ну, всё, с меня хватит! - немецкая пара испуганно вздрогнули, услышав её крик, женщину раздражало явное переигрывание Зуева. - Я по Вашему довольному лицу вижу, что обитаете Вы далеко не в честных кругах... Я людей многих на своём веку повидала и уж поверьте моему опыту - в них я разбираюсь неплохо!

В этот самый момент появился местный тийо и предложил пассажирам пройти на посадку... Людей на входе в дирижабль встречал высокий латинос - красавец в сером кителе, лицо которого украшали бравые усы и густая борода, смахивая тем самым на знаменитого капитана Немо. В салоне с каждой стороны находились по четыре спаренных кресла и по два одноместных. Вадима и Марину бородач усадил на переднее спаренное кресло, впереди которого находилось одноместное, в которое без церемоний и уселся Зуев. Вид его был явно удручённым, он вскользь бросал взгляды на Марину, но та, как только уселась, демонстративно отвернулась, разглядывая в иллюминаторе стоящий в одиночестве ржавый биплан. Вадим вытащил из закреплённого на стене ящика дорожный буклет и, бегло просмотрев его, раздражённо вложил его обратно - смотреть в нем было абсолютно нечего, да и в испанском языке он был далеко не силён. Народ организованно расселся по указанным им, стюардом, местам и послушно пристегнулись ремнями безопасности. Стюард закрыл входные двери и сказал на английском:

-Дорогие пассажиры! Через несколько минут мы начнём полёт. Сядьте так, как вам удобно. Напитки и еда будут предоставлены вам в течении всего полёта. Уборная находится в хвосте салона, ею можно будет воспользоваться в любое время. Также мы можем предложить вам лёгкие алкогольные напитки. Если потребуется моя помощь, нажмите на кнопку вызова на подлокотнике. Желаю вам приятного полёта!

Раскрутились двигатели, цеппелин освободили от сдерживающих тросов, и он начал плавно подниматься вверх. Вадим почувствовал острую боль на левой ладони - то супруга так сдавила руку, что проткнула ногтем его кожу.

-Маша... Я же просил!..- он одёрнул её руку, но та вновь схватилась за него. - Дурочка, ну чего ты? На самолётах столько летала и не боялась, а тут...

-Слушай, я специально смотрела по интернету видео про эти самые дирижабли... Я видела там как они горят... Как факелы...

-Дорогая, ты вечно всё преувеличиваешь, - он прижал её к себе, - то было давно, в прошлом веке и они были наполнены водородом, а наш, скорее всего, накачан гелием, что намного безопаснее. Цеппелин тем временем набрал километровую высоту и стал разгоняться. Мария поймала себя на мысли, что больше не сердится на Александра. Она искоса взглянула на него, но тот, поймав её взгляд, несколько секунд смотрел ей в глаза. На его лице вскоре появилась улыбка и он сделал такую мимику, что девушка не удержалась и тоже улыбнулась.

-А я теперь знаю, кем ты работаешь в Комитете. -И кем же?

-Шутом, вот кем! - Мария вновь рассмеялась.

Мужчины подмигнули друг другу. Если женщина невольно перешла с незнакомцем на "ты", то это означало лишь, что санкциям в их отношениях настал конец. Зуев вновь подмигнул Вадиму и незаметно исчез. Спустя несколько минут он вернулся в сопровождении стюарда, в руках которого был широкий поднос, на котором торжественно красовалась бутылка шампанского с фужерами и вазочка с разломанными в ней кусочками шоколада.

-Друзья мои! - Зуев хлопнул в ладони, привлекая внимания. - Сей знаменательный момент, когда три горячих русских сердца плывут в небе чужбины на этом замечательном воздушном корабле, - он вручил супругам наполненные фужеры, - я предлагаю отметить это прекрасным напитком, дабы разбить о невидимые скалы все наши сомнения и остатки неприязни и просто радоваться прелестями жизни! Аминь! - и он звонко чокнулся сосудом с супругами.

-Ну вот, я же говорила - шут! - Мария сделала замысловатый жест. - Но с другой стороны - какой же ты галантный, Саша. - Она игриво потрепала его шевелюру. - Боюсь, мой супруг сейчас начнёт ревновать...

-Дорогая, Александр развлекает нас обоих, так что я не вижу повода для ревности. - Вадим отпил глоток вина и обратился к Зуеву - А Вы, сударь, если намерены споить наглым образом мою супругу, то получите перчаткой о Вашу гнусную рожу!

-Ага... Рожа, значит, да?

-Да, и это дуэль!

Оба вмиг сделали злобные гримасы и пристально посмотрели друг на друга. Первым не выдержал Александр; он громко рассмеялся и сполз с кресла.

-Да ну вас, дураки! - Мария отвернулась к иллюминатору.

Распитое вино расположило троицу к обыденной беседе. Каждая из сторон рассказывала о себе, затем разговор плавно перешел на тему политики, президента и закончилась погодой. Включённые кондиционеры еле справлялись с надвигающейся жарой. К тому же хорошее вино разморило наших туристов и каждый один за другим стали засыпать полуденным сном. Час спустя их разбудили странные стуки за бортом. Знакомый уже стюард вышел в салон и объяснил, что это стрелы какой-то забытой цивилизацией индейского племени. - Разве могут их стрелы долететь до нас? - удивилась Мария.

Александр взглянул в иллюминатор.

-А ведь мы заметно снизились, друзья. Взгляните сами - деревья чуть ли не касаются нашего корабля. И ещё, друзья, наш полёт приятным образом подходит к концу и примерно через сорок минут, максимум через час, прибудем к месту, и никакие индейцы нам будут уже не страшны! Вадим, Мария, я обещаю вам, что отдых будет у вас расчудесным и вы его никогда не забудете. Если и есть где-то рай, то это только здесь, в Анхесе!

...Когда цеппелин закрепили тросами, и туристы стали выходить из него, их уже ожидали восемь сверкающих белизной квадроцикла. Супруги сели на заднее сиденье одного из них, а Александр сел возле водителя. Но прежде чем они тронулись в путь, он спросил у шофёра о чём-то на испанском и тот одобрительно качнул головой.

-Сашок, а ты сейчас о чём его спрашивал? - поинтересовался Вадим.

-А я вам объясню, дорогие мои: отдыхающих располагают в бунгало, их несколько и все они окрашены в разные цвета. Я попросил этого товарища, - он кивнул на шофёра, - чтобы подвёз нас к синему. Именно в нём нам и будет наиболее комфортно...

-Нам? - удивилась Мария. - Вообще-то мы хотели разместиться отдельно от всех! - Знаете, Машенька, - парировал ей Зуев, поправляя взъерошенные на ветру волосы, - домики эти, к твоему сожалению, предназначены для проживания в нем четырех человек, и я боюсь, что кроме меня к нашей компании могут добавить ещё какую-нибудь малоизученную нами персону. Если это вас не устраивает, то прошу вас довериться мне. Думаю, присутствии меня одного вы перенесёте легче, чем двоих. Ну, так как, согласны?

Вадим утвердительно качнул головой, а Мария задумчиво отвернулась. Оставшуюся часть пути ехали молча.

Когда дорога пошла на уклон и показался пансионат, от его вида супруги ахнули от умиления. Сверху бросалось в глаза сверкающее на солнце озеро овальной формы, в которое с огромной высоты завораживающе падал водопад. С трёх сторон впадину окружали скалистые сопки и на той, что стояла напротив озера была высечена лестница, по которой можно было подняться к небольшому костёлу, построенному из местного камня. Конусную крышу костёла завершал огромный крест, а сзади здания был вырыт ров, который был затоплен водой. Чуть поодаль от него росли диковинные деревья с ярко-оранжевой листвой. Вдоль вершин сопок была уложена дорожка из того же, местного камня. От костёла дорожка раздваивалась: одна из них заканчивалась смотровой площадкой, примыкающая прямо к вершине водопада и на которой же был сооружён искусственный выступ с установленной на нем балкой, на которой была закреплён резиновый трос - "тарзанка"; вторая же дорожка вела к выступу, на площадке которой стоял двухвинтовой вертолёт. С другой стороны озера берег на сотню метров был очищен от джунглей и в освободившимся пространстве была заметна речушка, что лениво уносила свои воды и терялась в зелёном массиве джунглей.

Когда людей на квадроциклах спустили вниз и их взору открылись три здания, в корне отличные друг от друга. Александр пояснил, что в дальнем из них проживает рабочий персонал; в той, что посередине объединяются администрация пансионата, медпункт и номера для управляющих и пилотов; ну, а в предназначении двухэтажного здания супруги поняли без слов - на нижнем этаже горели неоновые огни с надписью "Cafe", а второй этаж представлял собой полуоткрытую мансарду со столами и стульями. И он уже манил к себе музыкой и стройными официантками, облачённые в белые накрахмаленные фартуки поверх коротких юбок.

От питейного заведения открывался необычно красивый вид пирса, к которому были пришвартованы несколько яхт и катеров. От озера тонкий канал вёл к бассейну, уложенный из мраморной плиты, благодаря которому вода в бассейне казалась ярко - зелёного цвета. Вокруг искусственного водоёма были разбросаны с десяток лежаков и кабинки для мытья и переодевания. Эту чудную картину довершали шесть домиков, что находились между бассейном и водопадом. Они стояли в три ряда, и в последнем стояло их бунгало, окрашенное в синий цвет, к которому и подъехала машина с русскими туристами.

Зуев, забросив сумку в хижину, вмиг исчез, а супруги, оценив внутреннюю обстановку, решили совместить две кровати, а вещи, свои и сотоварища, бросили прямо поверх четвёртой. Пока Вадим приводил в порядок помещение и разбирал вещи, Мария переоделась в лёгкий купальник, улеглась на лежак и подставила спину жаркому солнцу.

Вскоре появился Александр, сказал, что вопрос с администрацией о проживании в бунгало только ими, троими, решён и предложил упрощённый до минимума распорядок дня - до 10 часов утра - завтрак, до 16 - обед и до 9 вечера - ужин.

-Желающим повеселиться предлагается летнее кафе, но до шести утра. Передвижение свободное - купайся, загорай, в общем можно делать всё, что душе угодно! Есть водные аттракционы в виде катания на катере, "банане", водные лыжи, скутера и подъёмы на парашюте катером; сдаются также подводное снаряжение. А также есть тёплый бассейн, а для любителей острых ощущений есть спуск с водопада в герметичной кабинке в виде лифта и, собственно сама "тарзанка", прямо под водопадом. Можно покататься с пилотом на вертолёте, ну а верующих ждёт пастор в своей католической церквушке. Кроме этого можно нанять индейского проводника и поохотиться с ним на местного зверька, но как показывает практика желающих так позабавиться не много. Так что, друзья мои, веселитесь, ведь это - Анхель, настоящий рай!

Соотечественник вскоре исчез, ну, а супруги остаток дня решили позагорать возле чудесного озера. Но как только заиграла зазорная испанская музыка, Мария повела супруга в кафе, зацепив по дороге и Зуева.

Все последующие дни супруги были предоставлены сами себе. Почти до обеда они нежились в широкой кровати, в то время как Зуев после утренней пробежки пропадал где-то и возвращался только к вечеру. Однажды на ужине, накручивая на вилку макаронные спагетти, Мария все же спросила Александра:

-И в каких же злачных местах носит это самое бренное тело?

Тот ответил, что познакомился с некоей пассией, но вы силу их тайного уговора, рассказать что-либо о ней он не может. Однако женщина не поверила ни одному его слову - женское чутьё подсказывало ей, что собеседник утаивает какую-то тайну. Да и где бы то не видела Мария на территории пансионата Зуева, нигде и никогда он не был с какой-либо дамой. Прячась в бунгало, она и Вадим тщетно пытались представить какой могла бы быть прекрасная половина у соотечественника, но так и не смогли выбрать ни одной из кандидатур. Надо заметить, что из присутствующих здесь всех женщин одна Мария представляла собой идеальный международный стандарт, да и личиком она была весьма недурна, этакая современная королева. Это не ускользало от внимания посторонних мужчин и те и рады бы были предоставить ей комплименты или даже подарки, если бы не находящийся постоянно при ней супруг. Но однажды, при очередном посещении кафе, когда веселье было в самом разгаре и играла спокойная музыка, к их столику подошёл, пошатываясь нагретый от изрядного количества спиртного, усатый толстяк и, смешивая русские слова с украинскими, пригласил Марию на танец. Та вопросительно посмотрела на Вадима, но тот решительно отказал. К этому времени Зуев опять где-то пропадал, а через полчаса вновь заиграла музыка, и тот же самый хохол снова подошёл к ним и, не спрашивая разрешения, бесцеремонно потащил Марию на середину танцплощадки. Вадим, возмущённый таким наглым поведением незнакомца, встал было на защиту жены, но путь ему преградил верзила с турецким колпаком на голове. И, пока наглец тискал в своих объятьях обезумевшую от страха женщину, верзила, как заправский боец, одним мощным ударом сбил Вадима с ног и стал избивать ногами. Но тут как из-под земли появился Зуев, двумя точными ударами в голову вырубил турка, а затем ловко заломил руки хохлу и потащил того по лестнице вниз. Вскоре он вернулся, уже один, помог супругам усесться за стол и разлил всем в фужеры коньяк. Больше их никто не беспокоил, но вечер был испорчен.

После этого неприятного инцидента Александр намного выше приподнял свой престиж в глазах супругов, да и он сам стал уделять им больше своего внимания. В один из последующих дней Зуев вдруг предложил Вадиму спрыгнуть с "тарзанки" и тот после недолгих раздумий и колебаний согласился. Уже после прыжка количество адреналина у Вадима превышало все нормы, и он весь день ходил в приподнятом настроении, а через день признался, что тайком совершил повторный прыжок, но уже самостоятельно...

Время неумолимо мчалось и вскоре наступил их последний день отдыха. Отдыхающие набрались впечатлений, заметно загорели, некоторым даже удалось скинуть излишний вес. Администратор объявил время отъезда и в намеченный срок народ собрался у квадроциклов. Фотограф сделал совместный снимок, после все стали рассаживаться по местам и, наконец-то, поехали. Многие оглядывались, стараясь навсегда запомнить в своей памяти картину этого чудесного уголка.

Когда пансионат скрылся из виду, Мария мельком взглянув на Александра, заметила на нём некую напряжённость.

-Ты чем-то встревожен, Саша? - спросила она его.

-Да, есть немного. - Ответил тот. - Видите ли, друзья, я вчера выпросил информацию у местного синоптика и тот ответил, что возможно нас по пути может задеть грозовой фронт.

-Ты посмотри, Саша, какое солнце яркое, на небе нет ни одного облачка. - Она осмотрела горизонт. - Как будто ничего страшного не предвещается.

-О, погода в этих местах весьма коварна! Грозы появляются внезапно, буквально за минуты и они здесь, поверьте, довольно мощные. Правда, как обычно, они бывают непродолжительное время и заканчиваются также внезапно, как и начинаются, но бед, уж поверьте мне, они могут натворить немало.

-Друг мой, ты нас пугаешь! - вмешался в разговор Вадим. - Давайте о грустном пока не думать. Если бы циклон мог действительно помешать полёту, то, скорее всего, его бы отменили, ведь пилоты одинаково рискуют, как и мы.

-Конечно, может я и вправду зря беспокоюсь... Давайте поговорим лучше о чём-то хорошем, о нас...Кстати, а вы не планируете завести детей?

-Да, - ответил Вадим, - мы о них говорим постоянно. Мы хотим... но есть небольшие проблемы... с зачатием...

-Слушайте, я могу порекомендовать вам одного хорошего человека, он специализируется именно на таких вопросах. Это женщина, и живёт она в одном из сибирских городов и дружит с моей родной сестрой... но принимает она, как ни странно, исключительно верующих, но я вижу, что в вашем случае это не проблема. Итак, что вы на это скажете?

-Интересное предложение, - ответил Вадим, - мы с Машей подумаем. -Подумайте, конечно, времени у вас ещё есть...

Вскоре подъехали к дирижаблю. Народ горохом высыпался из четырёхколесников и собрались кучкой перед его входом. Не торопясь туда же направились и россияне. Мимо них вразвалочку прошёл верзила - турок, за ним, почти вприпрыжку спешил хохол; расталкивая народ, они пробирались к цеппелину. Пожилая немка, оказавшаяся на их пути, была сбита с ног, а когда её супруг выкрикнул вслед хаму несколько вразумительных слов, турок остановился как вкопанный и так толкнул беднягу, что тот словно пушинка полетел наземь, сбивая своим телом еще нескольких человек.

-Вот тварь! - нахмурил брови Зуев, увидев это безобразие и громко крикнул на турецком: - Эй, мартышка в колпаке! Если ты со своей собачкой не выйдешь из толпы, то я переломаю вам обоим всё, что можно и вы ещё год будете здесь лечиться!

Турок остановился и медленно обернулся. Казалось, его багровое лицо вот-вот лопнет от злости. Но, как по мановению волшебной палочки оно вмиг преобразилось в милое и дружелюбное. Не понимая происходящего, его дружок о чем-то спросил, но верзила молча схватил его за плечи и потащил из толпы.

-Саша, да ты волшебник! - изумилась Мария бесстрашию спутника - интересно было бы узнать, что ты такого сказал этой горилле?

-Да... просто попросил не баловать...

Расселись по тем же местам, что и при первом полёте. Взлёт прошёл мягко, практически незаметно. Солнце ярко светило в иллюминатор и Мария опустила защитное стекло. Всё вскоре стало обыденным и скучным. Народ стал позёвывать и засыпать. Заснула и русская троица...

--АВИАКАТАСТРОФА--

Прошло около двух часов полёта. Вдруг цеппелин тряхнуло так, что все мигом проснулись. Из кабины пилотов вышел стюард и объявил: -Господа, минуточку внимания! Сейчас мы входим в грозовой фронт, поэтому попрошу всех обязательно пристегнуться ремнями. Всем спасибо! Приподняв шторку иллюминатора, Мария увидела весь горизонт потемневшим; всполохи молний сверкали со всех сторон. Представшая картина была ужасающей, пугающей. Уже оторвав взгляд от окна, она в последний момент заметила яркую вспышку, возникшую почему-то не на небе, а на земле, и буквально спустя мгновение огромный цеппелин тряхнуло так, что тех, кто не успел пристегнуться, бросило вверх. -Ребята, мне кажется...или... Зуев резко обернулся, секунду внимательно смотрел на неё и затем сам припал к иллюминатору. -Я знал...я ведь догадывался... - прошептал он, отводя взор от забортной темени.

Очередной мощный взрывной удар накренил дирижабль на правый бок, в работе остался только левый двигатель, а из повреждённого стал испускаться густой, чёрный дым, затем из него стали вырываться языки пламени, которые с каждой секундой всё больше пожирали маленькое крыло. Скорость аппарата заметно снизилась, крен увеличился, а в салоне возникла бесконтрольная паника. Следующий, не менее мощный удар пришёлся по носовой части гондолы; из кабины пилотов высыпался сноп искр, возник удушающий дым. Цеппелин стал медленно вращаться в горизонтальной плоскости и, спустя минуты, находясь на боку, стал цеплять верхушки деревьев. Вековые стволы срезали, словно бритвой крыло с горящим мотором, разорвали топливные баки и с них на землю стала выливаться огненная струя керосина. Огонь охватил уже половину летательного аппарата; надрывный гул оставшегося в работе двигателя и истошные крики пассажиров смешались с раскатами грома. Дирижабль медленно погружался в зелёную массу, цепкие лианы деревьев смягчили его падение, а болото, в которое он упал, частично погасил огонь. Но опасность была ещё слишком велика. Когда груда металла перестала шевелиться, Зуев первым пришел в себя. Он отстегнулся от ремней и бегло оценил ситуацию, затем подбежал к Вадиму и вывел его из шокового состояния, ударив его несколько раз наотмашь по щеке. Мария была без сознания и потому Александр приказал Вадиму не терять время на то, чтобы приводить её в чувство, брать её на руки и нести к выходу. Сам он занялся с заклинившейся дверью выхода, которая поддалась не сразу. Вадим спрыгнул и оказался по пояс в воде; Зуев скинул ему на плечи супругу и приказал уходить от места крушения как можно дальше. Затем он обернулся и крикнул в салон на английском:

-Господа! Всем, кто меня слышит: прошу вас, без паники! Спасайтесь сами и помогите по возможности другим! Повторяю, не паникуйте, действуйте организованно!

Он подбежал к пожилой немецкой паре, помог им освободиться от ремней и выйти наружу. Заметив оживление в салоне, Александр помог ещё нескольким людям, и вскоре решил, что горящий аппарат теперь можно покинуть и самому. Керосин продолжал вытекать и площадь горящей массы заметно расширилась. Помогая пожилой японке, Зуев заметил, что огонь полностью перекрыл пути спасения оставшимся в салоне нескольким людям.

-Спаси Господь ваши души, - прошептал он и выпрыгнул наружу. Боль за тех, кто остался в адском огне и ненависть за свою беспомощность сдавливало так сердце, что идти было невыносимо трудно. Вскоре огромный пылающий факел скрылся из виду и истошные крики отчаявшихся людей перестали быть слышны. Он нашёл своих друзей; Мария была уже в сознании и появление Зуева встретила благодарным

объятием, Вадим же крепко пожал ему руку. ...Пробираясь сквозь вонючую тину, Зуев размышлял: "Понятно, что цеппелин был сбит, его ждали, зная его маршрут, время пролёта и даже погодные условия..."

-Скажи-ка, Саша, - прервала его мысли Мария, - что же значили эти твои слова? -Какие? - не сразу понял Зуев.

-Ну ты же посмотрел в иллюминатор и произнёс слова типа: "Я так и знал..." Что ты знал? Что нас, как цыплят, сожгут в этом летающем инкубаторе? И кто мог это сделать, Саша? - Мария перешла на нервный крик. Вадим попытался её успокоить, но та отмахнулась от мужа, как от назойливой мухи.

-Действительно, Маша, ты бы успокоилась... - Зуев шёл впереди, раздвигая в сторону густую болотную траву. Уровень воды понизился, но казалось, что конца и края ей нет. - Поверь, Маша, что я сам ровным счётом ничего не понимаю. Но одно ясно - мы попали в немалый переплёт и выхода из этой ситуации я пока не вижу. А вот интуиция мне подсказывает, что в таких случаях благоразумнее будет не шуметь.

-И что же нам делать? - спросил Вадим, шедший последним. - Мы в джунглях, вдалеке от цивилизации; есть ли вообще у нас шанс на спасение? Может быть нам не стоило далеко отходить от дирижабля, а надо было дождаться спасателей? Зуев остановился, повернулся к супругам и сказал:

-Ребята, то, что я вам скажу, это серьёзно. Слава Богу, мы живы, но опасность ещё не миновала. Враг где-то рядом, он охотится на нас и...кроме того джунгли кишат опасными тварями. И потому я вам говорю: паниковать нельзя - пропадёте;

будете шуметь - тоже пропадёте! Как только встанем на твёрдую землю, будем действовать по обстоятельствам...

Гроза закончилась неожиданно быстро. Сквозь густую крону деревьев пробились лучи солнца, согревая воду, отчего вскоре возник густой туман. Время было около четырёх дня полудня.

-Я проголодалась, - пожаловалась Мария.

Заметив в воде едва уловимое глазом движение - сделал резкий выпад рукой и, вытащив из воды двухметровую змею, протянул её испуганной женщине.

-Вот из этого можно приготовить превосходное блюдо, - сказал вожатый, но увидев, как дамочка начинает в полуобмороке закатывать глаза, далеко отбросил пресмыкающееся в сторону, - давайте поторопимся, идём итак, как...

Не прошли они и полусотни метров, как Александр резко подал сигнал рукой остановиться и все насторожились. Да, среди какофонии тропических звуков стали различаться и человеческие голоса и уже вскоре русские поняли кому могли бы они принадлежать. Оказывается, они только сейчас догнали ту самую супружескую пару из Аугсбурга, которым первым помог спастись Зуев. Завидев знакомые лица, старики несказанно обрадовались. Впрочем, встреча сняла некую напряжённость и у русских.

...Прошёл ещё час изнурительного пути. Группа, теперь уже из пяти человек, всё же вышла на сухой берег и устроилась на привал. Опершись спиной о ствол мангра, Александр продолжал размышлять: " Такие туры для туристов начались шесть лет назад и, спустя год, при невыясненных обстоятельствах пропал дирижабль с пассажирами. Через год пропал ещё один. В его поисках были задействованы немало сил и средств и вскоре аппарат всё же был найден. Как и в этом случае, дирижабль был полностью сгоревшим, но что удивительно, не было обнаружено ни одного трупа. Эта история не осталась незамеченной и для Москвы и правительству Венесуэлы была предложена помощь в виде лучших экспертов и поисковиков, но потерпевшая сторона вежливо отказалась, не дав никаких объяснений. И эта странная история со временем забылась бы, если бы не одно "но"... Кто-то из внешней разведки вспомнил, что за два года до авиакатастрофы была перехвачена шифрограмма на испанском языке. Зуев сам держал этот текст, пытаясь понять его смысл. Он дословно помнил каждое в ней слово: "14-К - второму: Нам срочно нужны свежие материалы. Местные нас не устраивают. Примите меры. " Пеленг без труда установил координаты отправителя, но ни воздушная, ни космическая разведка не обнаружила в замеченном районе какого-либо человеческого присутствия, кроме болот и непроходимых джунглей. Даже дикие племена индейцев считали эти места проклятыми и никогда не посещали их. Чтобы решить этот вопрос командование и отправила меня в качестве русского туриста. И теперь я нахожусь в гуще этих самых событий, но пока ни на один вопрос ответить не могу..." Кто-то сзади тронул его за плечо. Зуев обернулся и увидел старика.

-Что? - на немецком спросил Александр.

Пенсионер приложил палец к губам и наклонился к его уху:

-Кажется, я слышу чужие голоса..., и они говорят тоже на немецком. Зуев внимательно посмотрел на старика, но тот был серьёзен.

-Где?

Тот показал в сторону:

-Идём... - он потащил Зуева, - идём!

Они встали и незаметно скрылись в густых зарослях. Шли недолго, минут десять. Вскоре и разведчик среди знакомого уже животного шума стал различать обрывки человеческой речи. Мысленно он похвалил старика за отменный слух. Вдруг впереди что-то блеснуло. Александр упал в траву, увлекая за собой и старика:

-Я видел что-то... Я пойду вперёд, а Вы потихоньку отходите. Возвращайтесь на наше место, к жене...

-Она мне не жена! Она - моя сестра...

-Не важно! Возвращайтесь сейчас же, иначе нас двоих могут скорее обнаружить. Он оставил старика и, пригнувшись, двинулся вперёд, стараясь оставаться незамеченным, как учил его собственный опыт. Балканы, Приднестровье, Украина, Ичкерия, тот же Афганистан, оккупированный теперь уже янками; всюду он оставался незамеченным. У него не было ни одного ранения, даже царапин, всю свою разведывательную работу он выполнял безукоризненно, не оставляя следов. Именно поэтому из всех кандидатур на выполнение этого задания выбор командования пал на него.

...Теперь он отчётливо слышал каждое немецкое слово. Собеседников скрывали заросли, но подойти ближе было рискованно. Осмотревшись, Зуев выбрал подходящее дерево, с лёгкостью забрался на него и осмотрелся. Выбор оказался удачным; скрываясь за мощным стволом, он хорошо не только слышал, но и видел всё вокруг. Теперь он видел и ИХ. Это были два рослых детины, одетые в маскировочную лёгкую немецкую форму времён второй мировой войны, с такой же в точности амуницией, со штык-ножами на поясе и с автоматами МП-40. Зуев не верил собственным глазам: " Откуда здесь, в далёком от Германии месте, фашисты? Это чья-то игра?.. Или их потомки, недобитки?" Как-то нелепо было видеть этих вояк посреди тропической южноамериканской страны.

Солдаты обсуждали какое-то лекарство, которое, как им было кем-то обещано, якобы вот-вот будет выпущено на конвейер и, которое избавит наконец-то их от долгих страданий. Рука одного из фрицев резко дёрнулась, и разведчик увидел поводок, которым тот удерживал чёрную немецкую овчарку, незаметную в высокой траве. Собака прервала их разговор лаем, оба солдата напряглись, скинув с плеч автоматы и только сейчас Зуев рассмотрел их обезображенные язвой лица. - Куда тянет твой пёс? - спросил один из них.

-Тихо! Она учуяла кого-то...- пригибаясь и держа автоматы наизготовку, они двинулись и прошли немного в стороне от дерева, на котором сидел разведчик. Они прошли с десяток метров и почти скрылись в зарослях, когда послышался знакомый украинский голос:

-Родни мои, хлопцы! Не стреляйте, ми свои! Ми зараз сами вам здаёмся!- и навстречу солдатам вышли знакомые уже бэндеровец с незаменимым турецким спутником.

"Вот это поворот, - изумился Зуев, - а я ведь прошёл от них буквально в нескольких метрах... Ай-яй-яй, теряю форму, разведка..."

-Хенде хох! Комм, русский!!

-Ми ни москали, ни! Я с замостийной Украини, а цей...цей взагали не росийский! -Встать на колени! Руки держать за головой! (по-немецки)

-Чого? - не понял хохол.

-Швайн! - выругался долговязый, тот, что без собаки. Зайдя сзади гражданских, он пнул каждого по ногам так, что те упали на колени. Затем загнул бэндеровцу руку за головой и то же самое стал проделывать и турку, однако тот оказался строптивым - оттолкнул фашиста и попытался встать, но автоматная очередь поверх головы вмиг утихомирила его.

- Брат,- заикаясь сказал хохол,- ти б не пручався, а то не ривна година пристрелять нас двох.

Не опуская оружия, долговязый вытащил из нагрудного кармана миниатюрную рацию и стал вызывать:

-Двадцать седьмой - девятому!

-Говори, Гельмут, - послышалось в ответ.- Это вы сейчас стреляли?

-Так точно! Мы поймали двоих, это те самые, что с цеппелина.

-Отлично! Мы на подходе, ожидайте!

-Слушаюсь, герр оберштурмфюрер!

Немцы встали напротив пленных и нацелили на них автоматы. Зуев решил, что позицию менять пока не стоит, тем более, что солдаты были настороже, да и служебная собака, к его удивлению, пока не замечала его. Не прошло и получаса, как послышался разноголосый лай собак и громкие солдатские окрики. Из джунглей один за другим стали выходить пленные...туристы, которых с обеих сторон сопровождал вооруженный конвой солдат; некоторые из них удерживали поводками разбушевавшихся собак. Цепь замыкал офицер в высокой фуражке, на котором спереди красовался серебристый череп со скрещенными костями. В руке он держал пистолет системы Вальтер; он отдавал короткие приказы и солдаты торопились тут же их исполнять.

Пленных, в том числе и дружескую парочку, выстроили в два ряда и офицер, тыча в сторону каждого своим оружием, лично пересчитал всех. Зуев, наблюдая за происходящим, не верил собственным глазам: "Но как?! Как это возможно? Ведь тут практически все! Цеппелин был весь охвачен огнём, шанс на спасение были нулевой! Кто же их спас? Неужто сами фашисты? "И тут он обомлел - прямо на него смотрела... Мария. Нет, конечно же, видеть его она не могла, но смотрела она именно в его сторону, как будто чувствовала его. Рядом с ней, как и подобает верному мужу, стоял Вадим, а сзади них он разглядел и немецкую старушку, на лице которой красовался огромный синяк. Старика среди них не было, но это и радовало и одновременно пугало Зуева, ведь старик мог заупрямиться и его могли запросто убить или он мог пропасть в диких местах.

Офицер, закончив считать, вложил пистолет в кобуру, встал напротив всей толпы и выдал короткую речь: -Солдаты мои, спасибо! Я очень доволен вами! Практически весь материал собран и уже вскоре вы получите то, чего ждали так долго! ("Так вот о каком "материале" говорилось в шифрограмме!") Не хватает троих, но Бог с ними, они сами выбрали себе такую печальную участь. Не думаю, что они смогут прожить в этих местах хотя бы несколько дней... Так вот, мои воины, пройдёт совсем немного времени и вы не заметите, как кардинально преобразитесь и станете подобно атлантам. Вы станете бессмертными и тогда... тогда вы возродите третий рейх! И именно вы возродите былую мощь великой Германии! Слава великому фюреру!

-Зиг хайль! - громко вторило ему и в небо вытянулись два десятка рук.

...Когда лай собак стих вдалеке, Зуев позволил себе наконец-то слезть с дерева и размять отёкшие ноги.

Дело было, мягко говоря, дрянь. Он был в чужом, во враждебном краю; пленники были явно обречены, а оповестить Центр не было никакой возможности. Оставаться на месте и ждать спасения не имело смысла. Можно, конечно, вернуться к сгоревшему дирижаблю, который, скорее всего уже обнаружен спасательной службой (а возможно и нет, потому как с момента авиакатастрофы он не заметил ни одного летательного аппарата, занимающимися их поисками) и через них выйти на связь своим, но...будет упущено время и задание будет провалено. Значит, остаётся одно - идти вслед за конвоем и выискивать их логово, а дальше... дальше как получится! Но вот судя по тому, как организованно и слаженно действовали военные, можно было догадаться, что подобные рейды они совершают не впервые. И возможно также, что пути отхода они заминировали и снабдили минными ловушками, а быть может даже что где-то и установлены засады. Вполне возможно также, что они вооружили джунгли датчиками движения или даже видеокамерами, поэтому требовалось быть максимально осторожным. В таком случае удивляло другое, что в век интернета и нанотехнологий, они, военные, до сих пор пользуются устаревшим вооружением и формой". Это что - дань предкам или чья-то прихоть?" В любом случае, они оставались такими же опасными, как и их предки.

"Что ж, идти - так идти!" Зуеву было не привыкать - тайная служба на чужих рубежах дало ему немало опыта, хотя работать во влажных тропических лесах ему ещё не доводилось. Ощущение голода и жажды не особо беспокоило его - он мог прямо на ходу перекусить только что пойманной змеёй, которыми просто кишели джунгли, или гусеницами или яйцами экзотических птиц, а влаги немало скапливалось в огромных листьях странных растений, что тоже попадались практически на каждом шагу. Больше всего его донимали насекомые, как ползучие, так и летающие; от их укусов кожа горела огнём и сильно чесалось. Зазевавшейся птице большой тинаму, он мгновенно свернул шею и повесил за брючный ремень, предвкушая на вечер сытный ужин.

Преследование конвоя продолжалось четвёртый час, когда интуиция вновь разбудило в нём тревогу. Он чувствовал некое напряжение в воздухе и силился понять его источник. Здесь царила тишина, не было звуков ни зверья, ни птиц, лишь изредка слышались раскаты грома. Стараясь не шевелиться, он долго всматривался в окружающую зелёную массу, пытаясь уловить какое-то движение или хотя бы услышать какой-либо звук. Что это было, он сам ещё не понимал - человек ли это или зверь, а может быть ловушка; в одном он был уверен, что интуиция не может его подвести. Он даже понимал, откуда примерно исходит эта самая опасность. Темнело - день потихоньку угасал, значит, требовалось что-то предпринимать быстрее. Он решил обойти это самое предположительное место опасности с тыла, и там уже действовать наверняка. Максимально стараясь не выдать себя, он проходил практически без шумно, то пригибаясь, то ползая по-пластунски на тех участках, где было более открыто. Он услышал еле уловимый шум, остановился и внимательно прислушался. Время текло неумолимо вперёд, прошло примерно с четверть часа, когда он услышал такой же звук, но теперь он точно выследил место источника. Он лёг и по-пластунски медленно пополз, раздвигая высокую траву. И вот теперь, при сумеречном свете, он заметил что-то светлое, которое сделало короткое прямолинейное движение и замерло. Он преодолел еще несколько метров и тут догадка осенило его. Это был обыкновенный спортивный кроссовок с японскими иероглифами и Зуев сразу вспомнил его обладателя. Да, среди пленных его не было точно, в этом разведчик мог поклясться. Радоваться открытию или нет, Зуев ещё не знал. И вопросов появилось сразу много: "Что он тут делает? Прячется ли он от немцев или выжидает его? Он здесь один или..." Искать ответы времени не было, действовать нужно было незамедлительно. Он подполз на минимальное расстояние и в рывке бросился на японца. Нападение оказалось неожиданным. Юноша, оказывается, спал и, когда разведчик одной рукой обхватил его шею, а другой прикрыл его рот, японец, не понимая ровным счётом ничего, смотрел на него полными от ужаса глазами.

-Очень интересная картина, - услышал он совсем рядом знакомую немецкую речь, - одна жертва поймала другую.

Зуев поднял глаза и встретился взглядом со старым немцем. Держать в захвате японца больше не имело смысла.

Прошёл час. В вырытой яме горел разожжённым охотничьим способом костёр, в ней Александр жарил пойманную днём птицу. Воздух постепенно становился чище и прохладнее и оттого каждый звук воспринимался отчётливее и распространялся дальше. Принимая это во внимание, люди старались разговаривать как можно тише, полушепотом.

Оказалось, что японец, которого звали Кашито, понимал немного английский язык и это давало немного возможности изъясняться между собой. Зуев коротко рассказал свою историю пережитого, затем настал черёд старика. Виктор, а именно так звали старика, ранее работающим егерем, вспоминал, как тогда послушался русского и стал возвращаться. Но не прошёл он и сотню метров, как услышал (опять-таки благодаря своему чуткому слуху) лай сторожевых собак, а рядом с ним просвистели несколько пуль от автоматной очереди. Он был очень напуган и бежал в другую сторону, столько, насколько хватило дыхания. Но собаки всё же учуяли его и преследование старика затянулось, и настолько, что Виктор вынужден был спасаться в водах болота. Там солдаты его и потеряли из виду и от злости стали беспорядочно обстреливать кусты и деревья и среди этого адского шума он вдруг услышал чей-то душераздирающий крик. Так он и встретился с японцем. Шальная пуля зацепила его правое плечо, вылетев наружу и не сделав ему большого вреда. Настала очередь продолжить вечернюю беседу японцу. Тот, путаясь и сбиваясь в словах поведал: "Когда, после падения дирижабля, он пришёл в себя и увидел, как русские, помогая друг друга, покинули салон, он решил последовать за ними, но сделать это сразу не получилось - на выходе получился затор из людей, но страх заставил его работать локтями и руками. В итоге толчея сама выбросила его наружу, да так, что он с головой упал в болотную жижу. Но страх всё ещё руководил им, он вскочил и, двигаясь в нагретой от пожара воде, двинулся прочь, не разбирая направлений. Неожиданно позади себя он услышал грохот и громкие хлопки. Обернувшись, он заметил, что около горящего цеппелина стоят неизвестные люди в одинаковых серых формах и они держат какое-то оружие, которое выстреливает вверх капсулы, а те, долетая до пожара, разрываются и испускают облако белого порошка. Казавшийся адским, чудовищный огонь стал затухать на его глазах. Затем незнакомцы стали вытаскивать из салона обезумевших от ужаса и боли людей. Что происходило после, Кашито уже не видел - ноги сами понесли его в глубину джунглей, подальше от этого ужаса.

-Скажите, Саша - сан, - слова японца были наполнены болью, - что же происходит? Мы можем как-то спастись?

Зуев посмотрел в глаза азиату и, положив на его плечо руку, ответил:

-Шанс на спасение есть всегда, друг мой, но нам нужно действовать сообща. А сейчас, - он обратился к обоим, - ложитесь спать. Нам нужно дежурить и я буду первым. В два часа ночи Вы, Виктор, смените меня.

...Утром, чуть рассвело, Зуев проснулся от внутреннего будильника. Японец, поставленный последним в дозор, сладко спал, свернувшись калачиком. Его разведчик будить не стал, но сокрушённо покачал головой. "Не хватало мне ещё за этими гражданскими присматривать" - пробурчал он про себя. Он собрал сухих веток и разжёг огонь на вчерашнем кострище. Остатки тумана быстро рассеивались под тёплыми лучами утреннего солнца. Проснулся Виктор, молча присел рядом. Зуев протянул ему нанизанную на заточенную ножом ветку кустарника остатки вечерней птицы. Вскоре зашевелился и японец, осмотрелся и, поняв, что опростоволосился, подсел рядом, виновато опустив голову. Разведчик протянул и тому его долю пищи. Наскоро поев и запив водой, мужчины двинулись в путь. Зуева беспокоило гремящие невдалеке грозы, он боялся, что они могут замыть следы пленных и конвоя. Он поторапливал товарищей, но получалось только хуже - в итоге те не только замедлили ход, но и шли шумно, к тому же постоянно переговариваясь между собой. В конце концов терпение разведчика лопнуло и он предупредил обоих что уйдёт на сотню метров вперёд, чтобы не быть застигнутыми врасплох. Те согласились, хотя на их лицах появилась нескрываемая тень страха. Идти одному было намного спокойнее и легче, если не считать вконец обезумевшей от запаха его пота и плоти мошкары. Прошло несколько часов трудного пути. Усталость давала о себе знать и Александр начал было искать место для привала, как вдруг ему показалось, что услышал обрывки немецкой речи. Крадучись, он вернулся быстро к товарищам и предупредил их об опасности. Те сразу же насторожились и стали испуганно озираться по сторонам. Зуев приказал им оставаться на месте и не шуметь, а сам вернулся к исходной позиции. Ждать он умел. Вот и сейчас, после получасового ожидания, он, наконец-то, услышал то, зачем, в принципе, и шёл несколько дней.

-Чёрт! - услышал он немецкую речь.

-Что случилось? - спросил второй голос.

-Крыса... - последовал ответ.

-Терпи... и молчи... Скоро смена... - Зуев понял, откуда исходили голоса, но всё ещё не замечал противника.

Часовые разговаривали совсем недалеко от разведчика. Послюнявив палец, Зуев определил направление ветра и решил обойти пост со встречной стороны дуновения. Теперь он мог хорошо разглядеть солдат, а после детального изучения обнаружил и собаку, привязанную к столбу. Теперь нужно было бы придумать дальнейший план, но в голову пока ничего стоящего не лезло. Он подумал, что возможно было бы лучше вернуться к товарищам и посоветоваться с ними. Он всмотрелся вглубь дикого леса, пытаясь разглядеть их там, как вдруг почувствовал на плече чей-то захват. Он мгновенно отстранился, напружинился и принял боевую стойку, однако, увидев перед собой Виктора, оторопел. "Как он, опытный разведчик, мог незаметно подпустить к себе немецкого пенсионера? Неужели я совсем потерял опыт или старик..." Он почувствовал сильный удар по голове и острая боль пронзила всё его тело. Последнее, кого он успел увидеть и осознать был тот самый немецкий офицер, что командовал конвоем. Затем мир стал сгущаться и Зуев потерял сознание.

--ПЛЕН--

...Очнулся он от чьих-то грубых и хлёстких пощёчин, лицо горело огнём, но больше всего его беспокоила боль в затылочной области. Его окатили холодной водой, боль немного ослабла, но вернулся здравый смысл. Открыв глаза, он несколько секунд озирался вокруг, пытаясь осознать происходящее вокруг него. Он сидел в металлическом кресле, прикованный наручниками к подлокотникам. Пошевелив ногами, он понял, что ноги тоже были закованы. Он находился в небольших по размерам камере, слабый свет который проникал через небольшую решётку в стене. Напротив него стоял знакомый уже немецкий офицер, на нём отсутствовали фуражка и китель. Рукава синей рубашки были закатаны до локтя и в одной руке он держал пустое металлическое ведро. С правой от разведчика стороны в полумраке сидел на нарах, перекинув ногу на ногу, ещё один офицер, но, судя по чёрной форме и знакам отличия, тот служил в гестапо. Был ещё кто-то, Зуев чувствовал его присутствие, но неизвестный старался не выдавать своего присутствия.

Заметив пробуждение пленного, офицер, что напротив, отбросил ведро, подскочил к нему и крепко, словно клещами, сжал его скулы. Таковых в гитлеровской Германии называли "Истинными арийцами" - вытянутое лицо с высоким лбом, светлые волосы, узкий нос, голубые глаза. Он очень низко наклонился к Александру и, глядя ему в глаза, спросил:

-Русский... Ты кто такой? Отвечать быстро!

Всё происходящее вокруг него казалось Зуеву каким то вымыслом, спектаклем. "Двадцать первый век, а тут какие-то нацисты, камера пыток...И как мог он, опытный вояка, вот так глупо, как мальчишка, попасться к этим недобиткам?.. Его подловили действительно профессионально, причём поймали его сразу же, на удочку, с первого же заброса. И откуда у них такой опыт? Хорошие инструкторы? Неужели опять янки? Конечно, ближайшие соседи могли их тут поучить кое-чему, но для какой цели? Спрятать даже маленькую военную базу, пусть и в диких лесах, в современное время не так-то просто. Спутники постоянно зондируют каждый гектар, применяя инфракрасное и тепловое излучение. Он также знал, что Пентагон проводил тайную операцию, задействовав военную авиацию и та, квадрат за квадратом, по нескольку раз прочёсывали местность, но так и не обнаружила человеческого следа. А тут его спокойно допрашивает какой-то ариец, мать его!"

Очередная пощёчина вывела его из размышлений. Надо было как то действовать, смысла молчать не было, пока эти вояки не применили пытки пожёстче. Конечно, в другом случае он мог бы и потерпеть, в школе разведки ему научили приглушать болевые шоки, но сейчас это был совсем не тот случай.

Он сделал испуганное лицо и выпалил:

-Меня зовут Александр Зуев, я из Петербурга. Работаю аудитором. Женат, есть дочь... Не бейте меня, я всё расскажу!.. -О, Петергофф? - допрашивающий удивился и отошёл на шаг назад, но неожиданно сделал глубокий выпад рукой и наградил разведчика прямым ударом в живот:

-Не врать! Говорить только правду!

-Я не вру, честно! Посмотрите мои документы, спросите кого угодно! - Зуев старался как можно правдоподобнее играть напуганного до смерти человека. И тут в спектакль вмешался третий игрок, который всё это время находился за спиной.

-Он говорит правду. Всё это он действительно мне рассказывал. "Ну, конечно же, старый немец Виктор! Это же его он видел перед отключкой. Хитрый лис, ничего не скажешь!" Старик предстал перед Зуевым; он заметно постарел, сгорбился.

-Сукин Вы сын, - процедил сквозь зубы разведчик,- так искусно замаскироваться...

-Извини, Саша, - ответил старик,- они угрожали моей Марте, я не мог рисковать её жизнью.

-Быстро же Вы перешли на их сторону...

-О, нет, нет! Ты уходил и сказал мне возвращаться, но только я вернулся к Марте, как он, - он кивнул в сторону офицера,- предстал передо мной... Извини, мне пришлось всё рассказать...

-Хватит болтать! - крикнул нацист Зуеву. - Где находятся военные части в Петергофе, морские базы?! Нужна полная информация!

-Да откуда же я знаю, господин офицер? - этот фашист начинал нервировать разведчика, но нужно было до конца играть спектакль. - Я обыкновенный бухгалтер, моя работа - проверять документы, счета...

-Он врёт, я ему не верю, - в спектакле появилось последнее, тайное ранее лицо. Оно продолжало находиться в тени, но судя по тому, как стоял перед ним навытяжку истязатель Зуева, здесь оно имел более высокий ранг. - Проведите с ним соответствующую процедуру, и тогда я лично его допрошу.

-Яволь, господин штурмбаннфюрер! - Блондин вскинул вверх руку и тот час же крикнул кому-то за дверь: - Лореляй, ко мне! Живо!

Через секунду появилась коротко стриженая блондинка в сером халате, вытащила из кармана блестящую коробку и достала из неё наполненный жёлтой массой шприц. Спектакль нужно было продолжать и Зуев сделал испуганные глаза:

-Что вы делаете? Я же вам всё рассказал! Но я и вправду ничего не знаю. Поверьте мне, пожалуйста!

Нацист вновь ударил разведчика по животу, а затем крепко обхватил одной рукой за шею, а другой удерживал правую руку Зуева, пока женщина колола ему в вену. Разведчик понимал, что ему, скорее всего сейчас ввели ту саму "сыворотку правды", но его беспокоило совсем не это. Он умел сопротивляться, для этого ему надо было постоянно повторять всего одну и ту же фразу, как учили его в спецшколе, которая, как блокировка, не давало мозгу отключить самоконтроль и, кроме того, ему теперь надлежало играть совершенно другого человека - подавленного и послушного. Беспокоило его другое - время, оно уходило, а он так и не дал ни байта информации своим. И по истечении десяти дней, если Центр не получает от него сигнала, то будут втянуты в ход дела новые агенты, а они, не имея никаких сведений, сильно рискуют своими жизнями.

Его тело начало бить дрожь, кровь кипятком обжигало сердце, а на лбу выступил холодный пот. Александр закрыл глаза и несколько раз повторил про себя ключевую фразу. Странная жидкость сковало всё тело, но механизм самоконтроля полностью приглушен не был.

Прошло несколько минут. Женщина замерила пульс и давление пленного и сказала в темноту камеры:

-Он готов.

-Можете идти, - ответил незнакомец и вскоре с нар тяжело, не торопясь, поднялся седой офицер среднего телосложения. Опираясь на трость, он встал напротив пленного, вдруг неожиданно резво схватил его за волосы, и, приподняв того за голову, сказал:

-Смотри сюда, ублюдок! - он ткнул пальцем себе в грудь, на котором висел наградной крест. - Знаешь за какие заслуги? Конечно же, нет. Так вот, в сорок пятом, я служил в команде гитлерюгенд, а мне тогда было ровно десять лет, и таких, как я было больше двадцати. Нам всем выдали по однозарядному фаустпатрону и я смог им поджечь советский танк. Горевших танкистов добили подоспевшие солдаты СС. И знаешь, кто тогда вручил мне этот крест? Сам Гиммлер! Слышишь? Правая рука Гитлера!- он отпустил голову разведчика и сел напротив на табурет. - С тех пор прошло более семидесяти лет. Но я жив и ещё долго буду жить! И вместе со мной будет создаваться новая Германия!.. Вы там парады устраиваете каждый год... Смешно до слёз... А мы...мы живы! - он вскочил и размашисто ударил Зуева тростью по лицу. Тот выплюнул из окровавленного рта сломанный зуб. А немецкий ветеран продолжал, как ни в чём не бывало, усевшись вновь на табурет: - Ты, русский, думаешь, что нас интересуют ваши базы, ракетные части? Да упаси Бог! Всё необходимое мы черпаем от наших же информаторов, их пока ещё в вашей России у нас предостаточно. Наш объект сильно засекречен и в этом нам немало помогают наши северные друзья. А между тем мы знаем всё, мы видим и слышим всё! И этой старой проститутке недолго уже остаётся править нашей

Германией... Третий рейх уже воссоздан. Нереализованные цели Гитлера мы подкорректировали и, кроме того, у нас появилось немало новых планов. Мы

учли прошлые ошибки и больше никогда их не повторим!..

-В последней войне ваши лётчики разбомбили дом, в котором находились мои родители и две мои сестры. Поэтому понятно, да, почему я вас, русских, ненавижу?! - он снова ударил тростью и Александр вновь выплюнул зуб.- Почему я всё это рассказываю тебе, ублюдок? Я далеко ведь не глуп, Александер, как тебе кажется. Я вижу, что ты не гражданский, в тебе есть хорошая военная выправка, физическая подготовка, ты легко адаптировался в джунглях, разве это в силах какому-то там гражданскому? Ну что молчишь, русский? Давай же и ты мне что-нибудь расскажи! - Офицер размахнулся, но Зуев успел увернуться от трости, однако и немец не растерялся и силой воткнул ему в живот кулак. Разведчик охнул и скорчился от боли. Офицер снова схватил Зуева за волосы и крикнул ему в лицо: - Итак, русский, давай начнём всё сначала. Имя, должность, откуда прибыл?!

-Александр Зуев... Из Петербурга.

-Звание! Должность!

-Майор... Командир зенитно-ракетной батареи системы "Куб".

-Знаю эту систему, видел в Ираке. Вы так до сих пор и пользуетесь этим старьём? - старый офицер отпустил Зуева и снова уселся на табурет, опёршись руками на трость.

-Кто командир части?

-Давыдов.

-Хорошо, очень хорошо, проверим... - он щёлкнул пальцами в сторону блондина-нациста, показывая на губы и тот час же у него между пальцев оказалась сигарета, которую молодой нацист услужливо поджёг позолоченной зажигалкой. Штурмбаннфюрер глубоко затянулся и выпустил клуб сизого дыма. Поблёкшие глаза на его покрытыми морщинами лице долго и задумчиво смотрели на пленного. Пока он курил, камеру заполонило табачным дымом и тишиной.

Зуев с трудом поднял голову, осмотрелся и заметил отсутствие Виктора. Докурив сигарету, старый офицер встал, бросил окурок на пол и тут же подмял её носком сапога.

-Я верю тебе, русский, ты говоришь правду, но у меня есть к тебе немало вопросов. Однако всё это будет завтра, а пока я буду отдыхать. - И, уже обращаясь к нацисту: - Снимите с него наручники, дайте ему воды и еду. Завтра, после обеда, я продолжу.

Вместе с блондином он вышел, но им на смену вошли два охранника, которые освободили его от наручников, подняли его и положили на нары. Они ушли, но через несколько минут один из них вернулся, неся на подносе металлическую фляжку и тарелку с запахом горохового супа. Разведчик с жадностью припал губами к фляжке с водой, тёплая жидкость обожгла губы, но приятная волна пронзила его тело и он, забыв про еду, свернулся калачиком и прижав руки к животу, мгновенно заснул.

Он очнулся оттого, что почувствовал, как его грубо стащили с нар, усадили вновь в металлическое кресло, скрутили назад руки, и, скрепив их наручниками, облили из ведра холодной водой. Он поперхнулся, тряхнул головой и широко открыл глаза. Напротив него стоял знакомый уже пожилой офицер, а рядом с ним стояли два охранника. Зуев заметил для себя, что проявляет даже некую симпатию к этому пожилому фашисту. Наверняка этот, один из командных чинов, у которого немало дел и обязанностей, а он занимается допросом и это, честно говоря, даже лестно осознавать. "Неужели старый лис что-то унюхал?" Одет он как и вчера в тот же мундир, но от него пахло свежестью, а сапоги были начищены до зеркального блеска. В руках у него была знакомая уже трость; перекладывая её из одной руки в другую, офицер словно игрался, Зуев детальнее рассмотрел её: наконечник, который представлял собой вырезанную из слоновой кости грифа, в глазницы которого были вкраплены по алмазу.

Штурмбаннфюрер велел охранникам выйти и пригласить доктора и, как только те вышли, сел на табурет и, положив ногу на ногу, внимательно посмотрел на пленного:

-Мне немало лет, русский, но умирать я не собираюсь. Наша система не до конца отлажена и требует постоянного контроля. Нужна жёсткая дисциплина и твёрдая рука управленца. Я с успехом контролирую всё и вся, но всё это не может продолжаться бесконечно долго. Мне нужны верные и надёжные помощники, а их нет... Практически нет. Для примера я предложил бы Курта, это он вчера тебя, русский, допрашивал. Да, он настоящий ариец, он верен делу фюрера и за идею эту готов в любую минуту пожертвовать собой. Хотя, конечно, это глупо. За идеи фюрера нужно не умирать, а жить, и рождать новых патриотов. Но как только я умру, я уверен, эти самые арийцы глотки друг другу перегрызут за власть. Но... я пока жив! - пожилой офицер близко наклонился к Зуеву и, глядя ему в глаза, продолжил: - Всё это утро я думал о своём приёмнике, перебирал в голове одного офицера за другим... И тут я вспомнил о тебе, Александер. Что, удивлён? Я тоже ненавижу, и тебя и всех русских, но в данный момент важны не мои чувства, нужна тактика, нужен взгляд в будущее. Мы - империя истинных людей, особо приближённых к Богу. Мир придёт в равновесие только тогда, когда мы придём к всемирной власти. И поверь, Александер, это произойдёт довольно скоро. Так что мой тебе совет: как можно скорее переходи к нам, прими наши идейные взгляды, нашу убеждённость и наши идеи. Всё, что нужно будет сделать - ты сделаешь и мы тебе поможем. Ты поменяешь не только свой внутренний мир, но и лицо и, а захочешь, то и тело.

Дверь в камеру открылась и вошла знакомая медсестра, держа в руках поднос, в котором лежал небольшой шприц. Она встала позади пленного и словно растворилась в пространстве. Разведчик молча слушал пожилого офицера, не совсем понимая к чему весь этот абсурдный монолог. "И вроде бы тот не так глуп, чтобы понимать, что я, Александр Зуев, майор, офицер глубокой разведки, никогда не пойдёт на его уговоры. Пусть действительно существует целая скрытая империя, пусть они вооружены и технически подкованы, пусть их спонсоры и друзья - североамериканцы, и даже можно допустить что в родном московском правительстве, во власти сидят их ставленники, шайка лоббистов, всё это ровным счётом для меня ничего не значит. Просто раньше их, коричневорубашечников, не замечали, отмахивались от них, как от назойливых мух, но теперь то, дай только ему вылезть наружу, как вся эта крысиная нечисть будет сразу истреблена. Да, придётся провести чистку, придётся применить тотальную слежку и тогда обязательно появятся недовольные, но ради безопасности нации придётся кое-чем пожертвовать. Но хотя, - продолжал размышлять разведчик, - применять тактику генерала Карбышева, которого фашисты замучили, обливая на морозе холодной водой, с моей стороны выглядело бы глупо. Нужно быть расчётливым и проворным. Этот старый лис конечно же понимает, что ни соглашаться, ни отказываться сразу я не буду. Значит, надо тянуть время, вести с ним диалог". Между тем немец встал с табуретки и начал расхаживать по камере, Шесть шагов от дверей до окна с решёткой, шесть шагов обратно.

-У русских есть немало хороших управленцев, взять того же вашего президента. Сказывается его работа в структуре госбезопасности, он хитёр, он настырен, он неплохой оратор и между тем он обаятелен. И с фактами, выложенными им, действительно не поспоришь, практически всё, что он говорил - правда, я сам лично проверял. Вот если бы он встал на нашу сторону, то меньше чем за год мы сумели бы покорить весь мир. Но чёрт с ним, с этим вашим президентом! Мы и так завербовали немало русских, среди которых есть и военные. Так что тебе, Александер, есть над чем задуматься... Итак, я внимательно тебя слушаю... - тот вновь сел на табурет напротив и, положив привычно обе руки на трость, с каменным лицом посмотрел на разведчика.

Сопоставив все факты и обстоятельства, Зуев принял, как он считал, единственное правильное решение. "В конце концов умереть я ещё успею, а вот задание может и получиться выполнить, независимо от того кем он предстанет в недалёком будущем. Понятное дело, меня ждут непростые испытания, задания, проверки но... где наша не пропадала, выкручусь, не впервой!" Александр также выпрямился и, глядя в глаза нацисту, ответил:

-Хорошо, я согласен сотрудничать с Вами... Но не потому что я хочу жить, а ради моих друзей, что находятся здесь, это семейная пара из Москвы. Если Вы гарантируете им жизнь, то я буду выполнять все Ваши приказания... Штурмбаннфюрер громко рассмеялся:

-Вот ты уже и торговаться начинаешь, Александер, хотя это и похвально, что ты печёшься не только о своей шкуре... Будут ли ещё какие то просьбы или предложения?

-Нет, не будет ...

-Лореляй! - он вызвал из тёмного заднего пространства медсестру и та молча встала возле немецкого офицера. - Ты свободна, Лореляй, и, будь добра, пошли ко мне Курта.

-Слушаюсь, господин штурмбанфюрер... - та поклонилась и исчезла, но не успела за ней закрыться дверь, как появился блондин.

-Хайль Гитлер!

-Хайль! Курт, сними с этого наручники и слушай меня внимательно... Русский офицер согласился с нами сотрудничать, со временем он присягнет фюреру. Поэтому, слушай меня внимательно: Александер получает звание унтершарфюрера и он должен получить соответствующее обмундирование и поставлен на довольствие. Он будет служить в должности помощника коменданта, ну, а дальше...Дальше посмотрим на его поведение. Ну... как считаешь, Курт?- Блондин бросил на Зуева злой взгляд, но вслух ответил:

-Я полностью согласен с господином штурмбаннфюрером! Будут ли у нового офицера подчинённые?

-Правильный вопрос, Курт. Пусть как помощник коменданта, имеет в подчинении персонал кухни и прачечной, а также горничные и банщика. Да, и в качестве охраны назначи ему одного солдата.

Так офицер российской службы госбезопасности стал офицером вермахта...

-БУДНИ НАЙМИТА-

Утро следующего дня выдалось не намного легче предыдущего. Тело ещё ныло, но сознание прояснилось уже достаточно. Возле нар на табурете он увидел аккуратно уложенный спортивный костюм чёрного цвета и такого же цвета кеды. Поверх вещей лежал серебристый колокольчик и, едва Зуев взял его в руки, как он издал удивительно тонкий звук и тот час же, словно из воздуха появилась и вошла молодая горничная; она поклонилась в приветствии и издала нежным тонким голоском: -Доброе утро, мой господин. -Доброе... - ответил ей офицер. Он встал, а девушка моментально исчезла, но через секунду появилась вновь с большим кувшином, цинковым тазом и полотенцем на плече. Зуев с большим удовольствием принял бы и душ, так как него за версту разило потом и кровью, но и этому небольшому омовению он остался доволен. Скинув с себя всю одежду, он, забыв о стыде, с покорностью подставил горничной своё измождённое нагое тело под тёплую струю воды из кувшина. -Господин может переодеваться, а потом я провожу Вас в Ваши апартаменты.- сказала с заметным акцентом молодая. Обтираясь полотенцем, Зуев посмотрел на лицо девушки и поразился глубиной и красотой её голубых глаз. -Как тебя зовут, девочка? - спросил он. -Катарина. -И откуда же ты, Катарина? -Мне запрещено говорить с Вами на такие темы, мой господин, - она смущённо опустила глаза. -Ты очень красивая девушка, - сказал офицер, и оттого, что ты застенчива, становишься ещё привлекательнее. У тебя есть жених? -Мой господин... Нельзя... -Как давно ты здесь? Тоже не скажешь? -Нет, мой господин, нельзя... -Нельзя...нельзя...- передразнил её Зуев, - Ладно, выйди, я переоденусь... ...Длинный коридор с одинаковыми камерами по обе стороны, но только с разными номерами на металлических дверях, казался никогда не закончится. Впереди шёл охранник с резиновой дубинкой в правой руке и наручниками на боку, за ним шёл Зуев, последней шла Катарина. Наконец показался выход, за дверьми которого стоял ефрейтор с автоматом на плече. Увидев офицера, он вскинул руку в приветствии. Охранник и офицер ответили ему тем же, причём Зуев заметил, что для первого раза у него это получается довольно таки неплохо. - Господин унтершарфюрер! Я - ефрейтор Рудольф Вайсс. С восьми утра до восьми вечера я буду полностью в Вашем подчинении. Зуев махнул ему рукой, указывая ему занять место впереди цепочки, уже без охранника. Они неторопливо шли по асфальтированной пешеходной дорожке, мимо них прошли несколько офицеров разных рангов и однажды их догнал подполковник немецкой армии на реликтовом мотоцикле Zundapp. Было необычно сумрачно, разведчик взглянул вверх и сразу же понял, почему это логово сверху обнаружить не удавалось - верхушки деревьев были связаны между собой, а там, где их было мало или отсутствовали вовсе, были натянуты стальные тросы, на которых была уложена плотная маскировочная сетка. Стараясь не привлекать к себе внимания, разведчик запоминал всё, что попадалось ему на глаза. С правой стороны они прошли мимо трёх деревянных складов, возле которых патрулировали два солдата с овчарками. Вскоре они прошли мимо участка, на котором тренировали собачий молодняк. Перед тем, как тротуар стал заворачиваться налево, Зуев заметил небольшую баскетбольную площадку, которую огибала вокруг беговая дорожка, а невдалеке стоял огороженный тремя рядами ограждений из колючей проволоки автопарк, каждая единица которого была тщательно закрыта тентами цвета хаки. На углу автопарка стояла вышка с пулемётчиком наверху. Разведчик, следуя логике, предположил, что такие вышки с вооружённой охраной стоят на каждом углу парка. Пройдя несколько десятков метров, они дошли до развилки, за которой он узнал тот самый пост с дотом, который он первым делом увидел, выйдя из джунглей. Рядом с дотом стоял автоматчик, который проверял документы у водителя въехавшего "Мерседеса". Ефрейтор повернул направо, где дорожка упиралась в двухэтажное здание, над крышей крыльца которого висел флаг третьего рейха. "Похоже на штаб" - решил Зуев. Возле крыльца стояли шесть офицеров и о чём-то переговаривались, некоторые из них курили. Неожиданно из штаба вышел тучного телосложения генерал в сопровождении автоматчика и, похоже, адъютанта. Младшие офицеры вытянулись перед ним в струнку и в приветствии вскинули руки. Генерал небрежно ответил тем же и поспешил к чёрному "Порше". Ему открыли заднюю дверь и он плюхнулся на сиденье, отчего машина заметна присела. Дверь за ним закрыли и тут разведчик краем уха услышал слова одного из штабных офицеров: -Торопится наш генерал, не иначе скоро уже всё начнётся... Слова эти серьёзно затронули Зуева: "Похоже, намечается что-то грандиозное, а я не имею даже малой толики информации. Я под наблюдением, а между тем времени остаётся всё меньше". Между тем людская цепь прошла мимо площадки, на которой молодые, бритоголовые солдаты, многие из которых были без верхней одежды и имели на телах татуировки со свастикой, отрабатывали приёмы рукопашного боя между собой. Тренировал же их крепкий вояка в пятнистой форме и наш разведчик успел прочитать надпись у того на лацкане нагрудного кармана "Army of USA". "Кое-что уже проясняется, - смекнул Зуев. - Впрочем, ничего удивительного, значит, в освоении техники и военному делу причастны всё те же наши заокеанские друзья. Ну что ж, история стара, как и наш мир. Прикидываясь мирными голубками, эти засранцы потихоньку снабжают нацистов всем необходимым. Надо запомнить этого ушлого инструктора, в нашей базе я его быстро потом вычислю". Наконец они подошли к четырёхэтажному зданию с тремя входам, два из которых были свободны к доступу, а подход к третьему были закрыт тремя рядами ограждения с колючей проволокой. На одной из рядов висели две таблички с надписями: "Внимание! Вход посторонним запрещён!" и "Опасно! Высокое напряжение!" На плоской крыше тоже была заметно ограждение, за которой разведчик заметил различных форм антенны, в том числе и параболические. "Серьёзная у них тут служба связи" - отметил про себя Зуев. Они зашли в первый подъезд, поднялись на второй этаж и по длинному коридору, пол которой был устлан ковровой дорожкой, подошли к номеру 667. "Фу! Хоть с чёртом разминулся,- усмехнулся про себя разведчик, - Одно непонятно как на втором этаже мог появиться этот номер? Как-то на немцев, с их педантичностью, это не похоже". Между тем гувернантка достала из кармана ключи, открыла дверь номера и пригласила офицера войти. Комната на удивление оказалась большой и светлой. Справа стояла большая зелёная тахта с подушками; возле неё стоял журнальный столик на которой стоял фарфоровый кувшин с розовой жидкостью внутри возле которого стояли два одинаковых стакана и фруктовая ваза с доверху наполненным ассорти из яблок, апельсинов и одного ананаса. Там же на столе лежало пара журналов, на одном из которых на обложке была фотография Гитлера с надписью "Нераскрытые планы фюрера". На стене, напротив тахты, висел огромный телевизор, а в углу стоял стол, на котором находился ноутбук и небольшой принтер. Слева от входной двери висело полуметровое зеркало, а рядом с ним стояло металлическая вешалка, на котором висел серый офицерский костюм, а на полу стояла пара хромированных сапог, натёртых до блеска. Справа же от входа Зуев увидел комнату, в которой находилась сверкающая белизной ванна, а за перегородкой находился туалет. Он одобрительно покачал головой: -М-да... Ничего, очень даже неплохо. Солдат, щёлкнув каблуками, исчез, а Катарина присела в поклоне и спросила: - Желает ли господин ещё чего-нибудь? -Хм... Вполне возможно... Что-то на вечерок! -Хорошо, мой господин, - гувернантка поклонилась и тоже ушла. Разведчик лёг на тахту и почувствовал под собой какой-то предмет. Он достал пульт от телевизора и, немного поразмыслив, нажал на первую же кнопку. На ярком экране появились колумбийские танцовщицы. Тогда Зуев стал щёлкать каналами и нашёл несколько российских, на одном из которых шли новости, где показывали как президент в очередной раз давал пресс-конференцию. Родная русская речь была как музыка для слуха Александра, он с упоением вслушивался в каждое слово главы государства, который как никогда стал для него таким родным и близким. У него возникла мысль, что в номере скорее всего установлены "жучки" и видеокамеры, но сейчас его это совершенно не тревожило. В дверь постучалась и вошла Катарина, одетая почему то в легкий домашний халат; в руках она несла поднос с двумя бокалами, в котором игралось шампанское и большая плитка шоколада. Всю эту красоту она поставила на журнальный столик и лёгким движением скинула с себя халат. Перед Зуевым предстало её нагое девичье тело изумительной красоты. Он выключил телевизор и с предательской дрожью в голосе спросил Катарину: -Это как стоит понимать?

-Вы же сами намекнули мне про вечер, - ответила девушка и, смутившись, наклонилась было за халатом, но Александр, перехватил руку и потянул её к себе. Возбудившиеся чувства начисто стёрли в нём чувство тревоги и самоконтроль. "В конце концов я заслужил себе такую награду,- подумал он,- притом, что девушка настолько хороша, что остаться равнодушным, видя такую красоту и чувствуя вкус её сладких губ, я просто не могу." Он всецело отдался воле чувств и остановился лишь тогда, когда почувствовал полное изнеможение, а вскоре и сонливость. Обнимая сзади Катарину, он почти мгновенно заснул. Проснулся он оттого, что кто-то легко тряс его за плечо. Открыв глаза, он увидел гувернантку, одетую всё в тот же халат.

-Что-нибудь случилось? Сколько я спал?

-Почти три часа, мой господин, - ответила Катарина. - Вас вызывают в штаб, в десятый кабинет. Только что звонил господин Кронберг, он очень торопил. - Звонил мне? Откуда? - не понял Зуев.

-По телефону. - Девушка засунула руку под его подушку и достала... сотовый телефон. - Вот по этому.

Александр в недоумении стал крутить смартфон в руках.

-Господин никогда не видел сотовый телефон?

-Да видеть-то я его, конечно, видел... Я только не пойму откуда он здесь? - Связь здесь местная, гарнизонная, мой господин, с внешним миром он Вас не свяжет. - Она собралась было уйти, но офицер поймал её за подол халата и подтащил к себе.

-Может займёмся этим ещё разочек? Ты просто очаровательна в постели. - Он притянул её к себе и припал к её губам, но девушка мягко отстранилась от него. -Нельзя, мой господин, господин Кронберг не любит ждать.

-Я хочу называть тебя Катей, можно? - Он не отпускал её руку.

-Как будет угодно господину...

-О боже... Опять это слово! Катя, ну неужели нельзя меня называть просто Сашей?

-Нельзя, нельзя...

-Ну почему же? Почему нет? Ты боишься, чего?

Катарина глазами показало по сторонам и Зуев понял, что его опасения в слежке были не напрасны.

-Да, боюсь, господин, меня могут наказать.

-Наказать? И как же? Электрошокером или лоботомией?

-Нет, мой господин, эти вещи намного страшнее.

-Даже так? И как же?

-Этого Вам лучше не знать...- она отвернулась. - И... Вам лучше поторопиться. Александру нужно было сосредоточиться. Одеваясь, он осматривал помещение и, благодаря своей внимательности, обнаружил две миникамеры: одна из которых была прикреплена книзу телевизора, а вторая - на вершине гардеробной вешалки. Кроме того, наблюдать за ним могли и через вебкамеру ноутбука и Зуев решил закрыть его. "Катя - хорошая девочка, - рассуждал он, - думаю, найти общий язык с ней будет несложно, хотя она и запугана чем-то. Но нужны ещё информаторы... Кто такой Кронберг? Зачем я ему нужен?- он подошёл к зеркалу и невольно залюбовался собой. - А я хорош! Выгляжу очень даже неплохо, как настоящий ариец. - Он повернулся боком, поправил сзади форму. - Хм... Сшили по размеру... Смешно: я русский разведчик и теперь - немецкий офицер..." В дверь постучались.

-Да, Катенька, я готов! - Он вышел из номера и слегка шлёпнул её по заду. - Веди! - она ойкнула, укоризненно посмотрела на него, но не проронила ни слова.

Зуев заметил, что девушка вновь была облачена в униформу горничной. "Если она так скоро переоделась, значит, её номер где то рядом с моим, надо будет потом выпытать это у неё". Возвращаясь уже знакомой дорогой к штабу и прихватив ефрейтора, Зуев заметил, что кроме чёрного "Мерседеса", выпуска эдак семидесятых, на плацу не было ни людей, ни машин. Они поднялись по лестнице, где возле широких парадных дверей стояли два вооружённых карабинами солдата и один из них услужливо открыл дверь. Поднялись на второй этаж, где перед входом в кабинет начальника гарнизона также стоял солдат. Он широко открыл дверь и пригласил офицера войти внутрь.

В кабинете, кроме дюжины стульев ручной работы, стоял огромный стол, за которым сидел облысевший офицер в чине оберфюрера с нацисткой повязкой на предплечье. На столе стоял компьютерный монитор и офицер что-то печатал на клавиатуре. Некоторое время разведчик молча наблюдал за ним, пока тот, не отрываясь от монитора, не произнёс зычным голосом: -Господин помощник коменданта?

-Так точно, господин оберфюрер!

-Выйдите и зайдите снова, как положено!

-Слушаюсь! - Зуев вышел и тут же вернулся в кабинет.

-Хайль Гитлер! - взметнул вверх руку.

-Хайль. - Не отрываясь от клавиатуры ответил генерал-майор. - Вы опоздали не десять минут. Вы в курсе этого?

-Так точно!

-Я - начальник гарнизона. Вы считаете, что нормально мне, старшему по званию, ожидать Вас целых десять минут?

-Никак нет.

-Мне совершенно наплевать на то, кто Вы есть и кем были раньше. Я научу Вас немецкой педантичности и послушанию! Почему Вы опоздали?!

-Я...

-Молчать!.. - Он оторвал взгляд от монитора, поднялся и встал спиной к нему напротив окна. - То, что Вы крутите шашни с прислугой не даёт Вам права опаздывать даже на минуту... Сядьте! - не оборачиваясь, он показал пальцем на ряд стульев. Зуев послушно сел. Тон старого пердуна нисколько не смущал его, но... послушание - так послушание. - Итак, Вы назначены помощником коменданта. Вакансия должности самого коменданта в данный момент свободна и оно будет занято офицером из изученного мною контингента или её займёте Вы, но это будет зависеть только от Вашего старания.

-Итак, я надеюсь, что господин Шнайдер объяснил Вам вкратце Ваши должностные обязанности и кто находится у Вас в подчинении. В соответствии с этим Вы сейчас в сопровождении ефрейтора ознакомитесь со своим хозяйством. Вот ваш пропуск и вот Вам журнал, - он бросил на стол толстую тетрадь, - там Вы будете фиксировать всё и вся. Раз в месяц Вы его приносите ко мне в кабинет для проверки. Вам всё понятно?

-Так точно, господин оберфюрер! - Зуев встал со стула, а в голове промелькнула мысль: " Ну, ты загнул, старик! Месяц! Да я дам дёру при первом же удобном случае!"

-Приступайте! - приказал не оборачиваясь к подчинённому начальник гарнизона.

...Вдоль стены коридора, возле каждого кабинета, стояли по два стула. Возле ближайшей двери на одном из стульев сидела Катарина. Зуев подошёл к ней почти вплотную:

-Иди в свой номер и жди меня. - Сказал он ей. - Вечером придёшь ко мне. - Он проводил её взглядом до выхода, а затем подозвал ефрейтора: - Вайсс, у нас тобой задача - ознакомить меня со всем хозяйством. Так что, веди и показывай.

Они вышли из здания штаба и ефрейтор уверенно зашагал впереди. Немец был почти двухметрового роста, худощавый, но вполне энергичен. Он шёл большими шагами, так что Александр с трудом поспевал за ним. Они прошли мимо складов и площадки для тренировки собак. На ней была уже другая, взрослая группа. И тут, проходя мимо них, Зуев услышал:

-Армин, фу! Ко мне! - он обернулся и увидел, как на него несётся огромный кобель, явно готовившийся к нападению. По спине Зуева пробежали мурашки, в коленях появилась предательская дрожь. Но тут он услышал металлический лязг и впереди него встал Вайсс с автоматом наперевес. В последнюю секунду белобрысый, с маленькими усиками инструктор успел поймать длинный поводок и удержать собаку. Овчарка захрипела, встала на задние лапы, но всё ещё кидалась то ли на него, то ли на ефрейтора, то ли на обоих сразу.

-Извините, господин унтершарфюрер, - оправдывался инструктор,- не понимаю, что происходит, такое с ним впервые. "Зато я знаю, в чём дело, - подумал разведчик, - просто твой зверь за версту чует русский дух".

-Всё в порядке, - махнул рукой инструктору Зуев, - продолжайте занятия! - И, уже обращаясь к своему подчиненному: - Веди дальше, Рудольф.

Солдат закинул за плечо оружие и пошел, ускоряя шаг.

-Кстати, Рудольф - солдат остановился и встал навытяжку,- я бы хотел ознакомиться с картой гарнизона, это возможно?

-Яволь, господин унтершарфюрер, - без тени удивления ответил солдат, подробная карта находится в караульном помещении, но туда пропустят только по пропуску. Идёмте, я провожу.

Александр невольно поёжился, логически рассудив, что и там должны быть служебные собаки, но раз напросился, отступать было поздно. Через несколько минут сопровождающий подвёл его к высокому зелёному забору, в котором еле усматривалась калитка. Солдат подошёл к ней и нажал на кнопку вызова. Через секунду в калитке открылось смотровое окошко и оттуда показались два пытливых глаза:

-Пропуск!

В ответ Рудольф произнёс:

-Заместитель коменданта унтершарфюрер Зуев с сопровождающим. Нам нужен старший караула.

-Айн момент! - окошко закрылось, но через минуту отворилась калитка и из неё вышел тучного вида лейтенант: - По какому вопросу, господа? Александр вышел вперёд и предоставил тому свой пропуск и документы, но лейтенант не торопился, подолгу изучая их. Наконец он достал с плечного кармана рацию и бегло проговорил:

- Одиннадцатый - тринадцатому.

- Слушаю...

-Тут помощник коменданта с сопровождающим, говорит, что хотел бы ознакомиться с картой гарнизона.

Минута затишья.

-Пропустить! Но только в учебный кабинет, и с нашим сопровождающим! -Слушаюсь!

Лейтенант жестом предложил Зуеву следовать за ним. Собаки, как оказалось, находились в вольере за металлической сеткой. Почуяв незнакомца, они, как по команде, вскочили со своих мест и, громко лая, стали бросаться на сетку в направлении разведчика. Даже войдя в кирпичное здание, дикий лай не прекращался и Зуев поневоле вспомнил пса Армина, что ранее кидался на него. В учебном кабинете все стены были увешаны различными учебными плакатами, схемами, бросалась в глаза огромная карта мира, практически вся утыканная чёрными флажками. Часовой подвёл Зуева к карте гарнизона: - Фотографировать нельзя! На ознакомление - не более пяти минут!

Но советская школа разведки научила его запоминать всё с абсолютной точностью и без фотоаппарата. Теперь он знал, что огромные ангары, стоящие далеко от центра гарнизона, были ничем иным, как спецлабораториями. Ангаров было два, рядом, через ограждение, стоял таких же размеров барак, который значился как: "Помещение для опытного материала". Оказывается, тюремному помещению, где его допрашивал старый майор, было пристроено здание лаборатории "Для работ с живым материалом". По спине опытного разведчика пробежал неприятный холодок, ведь в этом здании мог бы быть и он. И кто знает, были ли в нём Вадим и Мария. Сердце его невольно защемило при воспоминании о друзьях. Его пытливый взгляд заметил несколько странных сооружений, обозначенные цифрами 11,21 и 31. Было ещё множество других мелких сооружений непонятного назначения, но в целом разведчика заинтересовало именно эти три здания. Необходимо как можно больше разузнать именно про них. Часовой нервно посмотрел на часы. Александр оторвался от схематического плана гарнизона и подошёл к карте мира. - Смотреть запрещено! На выход! - приказал белобрысый часовой. Но и тех несколько секунд хватило, чтобы разведчик ужаснулся: если чёрные флажки означали места расположения штабов нацистов, то они буквально оккупировали весь мир. Даже города России приютили эту нечисть - Москва, Петербург, Самара, Новосибирск, Красноярск... Киев почему-то украшали аж два флажка. Мадрид, Париж, Нью-Йорк, Вашингтон..." М-да уж... Есть чему задумываться всемирному здравому сообществу". Александр с часовым вышли из помещения, они прошли мимо разъярённых овчарок, а возле выхода пожал руку лейтенанту и вышел за калитку.

-Господин унтершарфюрер, с Вами всё в порядке? - вывел его из задумчивости Рудольф.

-Да... Всё хорошо. Хотя нет, ефрейтор, это не совсем так. Давай-ка дальнейший обход мы завершим завтра, а пока я, пожалуй, пойду отдыхать к себе. Правда, дружище, на сегодня ты свободен, но к восьми утра я жду тебя возле моего номера. -Слушаюсь, господин унтершарфюрер! - солдат вскинул руку, развернулся и вскоре исчез из виду.

Не замечая дороги, Александр пришёл в своё жилище. "Информация, информация, - вертелось в голове, - Где взять эту чёртову информацию?" Не раздеваясь, прямо в сапогах, Зуев лёг на диван и закрыл глаза. Он продумывал различные варианты побега, но один за другим он их отклонял. Пока не было ясной картины и предпринимать что-либо было слишком рискованно. В номере установлены камеры, к нему прикреплён солдат, которому скорее всего дано задание следить за ним. Доверять сразу Вайссу, конечно же было нельзя. Оставалось для начала присмотреться к серой мышке по имени Катарина, хотя и она могла иметь соответствующие инструкции.

В дверь осторожно постучались. Не дождавшись ответа, в номер зашла знакомая горничная. Несколько секунд оба молча смотрели друг на друга. Затем Зуев похлопал ладонью по дивану, приглашая сесть рядом. Та, словно первокурсница, села на краешек, продолжая преданно смотреть на своего хозяина. А тот, вытянул правую ногу и горничная, поняв его, присела и стащила с его ног сапоги.

-Раздевайся! - приказал Александр. Та послушно стала снимать с себя одежду. - Я в ванную, жду тебя там через минуту.

-Хорошо, мой господин.

Зуеву было жаль это милое создание, но ситуация не терпела промедления. Он открыл оба крана и стал ждать. Когда в ванную вошла девушка, разведчик схватил её за руку, выкрутил за спину, а свободной рукой вцепился ей в горло. Катарина ойкнула, но Зуев тихо, но властно приказал ей молчать.

-Будешь шуметь - я придушу тебя. В твоих интересах говорить мне только правду. Поверь мне, девочка, я профессионал и я сразу замечаю, когда человек врёт, а когда нет. Ты меня хорошо поняла? Если да, то кивни. - Испуганная горничная несколько раз кивнула головой. Он повернул её к себе. - Ну, вот и хорошо. Я буду держать тебя за руку, мне нужен твой пульс и я буду задавать тебе вопросы, а ты постарайся отвечать коротким - "Да" или "Нет".

-Итак, начнём. Твоё настоящее имя?

-Катарина.

Александр резко, наотмашь ударил её по лицу:

-Я просил говорить только правду, неужели ты надеешься обмануть меня?!

-Нет, мой господин...

-То-то же... Итак, твоё имя?

-Ханна.

-Да, похоже на правду. На кого работаешь, Ханна?

-Работаю?.. Ни на кого...

Александр вновь ударил её.

-Я же просил! Пойми, женщина, я могу не просто избить, я могу и жестоко пытать. Ты хочешь именно этого?

-Да, да...Я всё поняла!

-Итак...

-Перед Вашим появлением здесь, я работала официанткой в офицерском баре и часто обслуживала господина Шнайдера. Иногда он оставлял мне щедрые чаевые, это означало, что позже я должна была ублажать его в постели. После очередного такого визита, господин Шнайдер сказал мне, что отныне моя работа будет состоять в том, чтобы обслуживать русского, вербованного в немецкого офицера, то есть Вас. Но основная моя работа - следить за Вами. Господин, сегодня я обязана что-то доложить о Вас.

-Всё хорошо, милая, - Александр отпустил её руку, - запрыгивай в ванну и прими душ, мы же должны делать вид, что занимались здесь любовью. - Сам он тоже скинул с себя всю одежду, оставшись в неглиже. - И запомни - ничего не изменилось, ты так же будешь работать на Шнайдера, но теперь будешь работать и на меня. Знаешь, как это называется?

-Да, двойной агент.

-Верно, девочка, в точку. Сколько времени ты находишься в гарнизоне?

-Почти три года.

-Наверное, у тебя здесь есть друзья, подруга, или хорошие знакомые, а может быть и близкий друг?

-Вы что, смеётесь? Я каждый день нахожусь на волоске от смерти!

-Ну, ну, зачем так драматически? - Зуев взял в руки губку, намылил её и стал тереть спину Ханны. - Кстати, ты ведь немка, не так ли? Как ты оказалась здесь и почему в качестве прислуги?

-Так же, как и все - наш цеппелин сбили, я была ранена и получила ожоги. Очутилась в госпитале, но через неделю меня поместили в тюрьму. Я тогда строптивою была, не понимала и не верила в происходящее, всё казалось каким- то бредом... На допросе я высмеивала всё и всех. Офицер, что допрашивал, был в бешенстве. Тогда он вызвал трёх отморозков и те всю ночь насиловали меня... Отдыхать я летела вместе с двоюродной сестрой. После потери сознания я её больше не видела. Утром, когда довольные отморозки оставили меня, вновь зашёл тот же офицер и показал фотографию сестры в моём телефоне. Он сказал, что, если не будет помогать им, то сестра станет троуном. На мой вопрос кто это он ответил:

-Даже смерть от мучительных пыток будет выглядеть слаще, чем стать троуном. Потом он сказал, что взятые в госпитале мои анализы не никуда не годятся и я могу выбирать между газовой камерой и крематорием или идти в прислуги. Я была молода и красива и, конечно, я не хотела умирать. -Как же ты жила все это время, Ханна?

-Как...Порою у меня возникали мысли, что я зря отказалась от газовой камеры... Сердце разведчика дрогнуло. Он залез в ванную, обнял девушку и сказал ей на ушко:

-Я хочу бежать отсюда, Ханна. И я хочу помочь и тебе, но вначале мне нужна твоя помощь.

Девушка подняла голову и посмотрела ему в глаза: - Но как?!

-Это я скажу тебе попозже. - Он нежно впился в её губы и почувствовал, как она подалась ему навстречу. Он лёг на дно ванны и девушка села на него сверху...

Зуев долго не мог заснуть. Ханна, положив голову ему на плечо, мирно посапывала и улыбалась чему-то во сне. Он нежно погладил её русые волосы, девушка вздрогнула и проснулась.

-Почему ты не спишь, Саша? - спросила она. Офицер решил, что девушка, наверное, впервые за годы неволи смогла по-настоящему расслабиться и почувствовать себя под защитой - так спокойно, с ноткой требовательности могла спросить любимая женщина, сестра, мать.

-Не спится что-то, - шепотом ответил он. - Извини, что разбудил.

-Всё хорошо, милый, Я давно так сладко не спала.

-Можно я буду звать тебя Анной или Анютой?

-Ладно, но не забывай при всех называть меня прежним именем.

-Само собой.

-Саша, скажи, ты думаешь про меня?

Александр погладил её плечо.

-Теперь да... - минуту он молчал, потом спросил: - Раз уж мы оба не спим, можешь ответить мне ещё на несколько вопросов?

-Опять допрос с пристрастием?

-Нет, конечно же, нет.

-Пойдём в ванную?

-Нет, мы сделаем так: - разведчик накинул на себя и Анну одеяло, - будем разговаривать тихо-тихо.

-Да, любимый, как скажешь, я готова.

-Хорошо...Что ты знаешь о Рудольфе?

-Это тот самый ефрейтор, что повсюду сопровождает тебя? Да практически ничего. Но мне кажется, что он хороший человек, у меня своё, женское чутьё. И, по-моему, я ему нравлюсь, хотя он и старается не показывать вида.

-Ладно, посмотрим. Теперь ты мне скажи, что ты знаешь об ангарах 11,21 и 31?

-Я как-то слышала, что там создают секретный летательный аппарат.

-Во всех трёх?

-Нет, в одном. И ещё я слышала, что в одну из них увозят пленных, но обратно уже никто не возвращается.

-Анюта, постарайся в среде своих знакомых узнать что-то ещё, ну там... Имена учёных, руководителей, что-то конкретнее.

-Хорошо, милый.

-На сегодня хватит, давай спать. - Зуев поцеловал девушку и обнял её сзади...

После завтрака он вышел в коридор, где его уже поджидал ефрейтор.

Перекинувшись приветствиями, они вышли из здания общежития. Рудольф, как обычно, шёл впереди.

-Каков у нас сегодня маршрут, ефрейтор? - спросил Зуев. Тот, не оборачиваясь, ответил:

-Первой у нас идёт пекарня, затем прачечная. После - охраняемые склады, потом мы идём мимо тюрьмы, проходим мимо солдатской казармы, клуба, спорткомплекса и караульного помещения...

-Солдат, стой! - приказал Александр и, поравнявшись с подчинённым, спросил, глядя тому прямо в глаза: - Мы можем как-то попасть на объекты 11,21 и 31?

-Никак нет, господин унтершарфюрер! - На лице ефрейтора легла тень удивления и недоумения.

-Дружище, у нас есть возможность поговорить наедине в каком-нибудь укромном местечке?

Зрачки глаз ефрейтора ещё больше расширились, но, надо было отдать должное, его секундное помешательство быстро сменилось хладнокровным спокойствием. Зуев хорошо разбирался в психологии людей, и понимал, что такие люди, как Рудольф, были не из числа тех вояк, что кичась своей храбростью и преданностью к Великой Германии, могли хладнокровно расстрелять женщину с грудным ребёнком или старика.

-Здесь недалеко есть беседка, господин оберштурмфюрер, если хотите мы можем побеседовать там.

-Надеюсь, там нет "жучков" и скрытых камер, - как бы вскользь спросил Александр.

-Не могу Вам этого гарантировать, - ответил тот.

-Ну ладно, я шучу. Веди меня к ней.

Они подошли к крытой беседке, в середине которой стоял прибитый к дощатому полу стол и скамейки по обе стороны. Они оба сели, Рудольф предварительно снял с плеча автомат и положил его на колени.

-Рудольф, - начал издалека разведчик, - расскажи кто ты, откуда и как сюда попал?

-Это допрос или просто беседа? - поинтересовался ефрейтор.

-На все мои вопросы ты можешь не отвечать, у нас с тобой простой и душевный разговор и, если ты расскажешь о себе, я, в свою очередь, обещаю также рассказать и о себе. Итак, ты согласен?

-А мне таить нечего, господин унтершарфюрер... Мои родители познакомились в Бразилии, но родом я из Аргентины. Я получил хорошее образование, которая сулила мне достойную карьеру. К тому времени родители познакомили меня к одной замечательной девушкой, тоже немкой. Но в тот период я начал тайно посещать тайный клуб, где с нами занимались серьёзные преподаватели. Мне нравилось там - нас там учили стрелять из многих видов оружия, драться и даже убивать голыми руками; выживать в различных условиях. Нас посвятили в планы тайной партии и мы даже дали клятву быть преданными идеям великого фюрера. Когда, однажды, я пришёл домой побритым наголо и с татуировкой свастики на плече, родители всё поняли и устроили скандал. Я не выдержал, вспылил, нагрубил им и убежал из дому обратно в клуб. Меня приняли и оставили там жить с условием, что я ежедневно буду наводить там порядок... Как-то мне на глаза попалась книга " Mein Kampf" и я стал её читать. За этим занятием меня и застал Аргис Шульц, босс клуба. Он спросил, насколько я увлечён идеями нацизма и я ответил, почти не раздумывая, что готов ради этих идей умереть. Он дружелюбно похлопал меня по плечу, потом сел напротив и сказал, что готов мне помочь стать настоящим борцом и что моё усердие возведёт меня в ранг настоящего арийского офицера. Он добавил, что, если я готов, то меня могут переправить служить в настоящий немецкий гарнизон. Тогда я ещё не понимал, насколько он был серьёзен со мной, всё это принимая за игру. Но когда меня и ещё несколько десяток такой же молодёжи посадили в военно-транспортный самолёт, я понял, что шутки закончились. Поначалу я питал надежду, что при первом же моём желании мне беспрепятственно дадут отпуск в родной город, но, поговорив со старослужащими, я всё понял и окончательно потерял надежду. И потом, то, что нас заставляли делать, повергли бы в шок любого благоразумного человека.

-Например?

-Например, нас заставляли выносить из секретной лаборатории какие то тёмные пластиковые мешки, от которых пахло невообразимым смрадом. Как то рядом со мной один солдат не удержал и уронил мешок на землю, тот разорвался и из него вывалились человеческие органы, куски от тел. Офицер - наблюдатель тогда очень долго кричал и больше я того солдата не видел. А однажды мне и ещё двоим молодым солдатам приказали сопровождать на грузовой машине незнакомых мне гражданских лиц. Нас привезли в закрытую зону к одному из ангаров, где мы повели мужчин и женщин в общую баню и когда они все помылись, им выдали белые простыни взамен одежды и передали их другому конвою, а нас отправили обратно. А то, что стало с теми бедолагами, и так было понятно.

-И что же могло с ними стать?

-Как это что? Их скорее всего использовали как лабораторных крыс, наверняка порезали на органы.

-Страшные вещи ты мне рассказываешь, Рудольф.

-Намного страшнее то, чего я не знаю, господин унтершарфюрер. Я то думал, что для вашего брата всё это знакомо и привычно.

-Для какого нашего брата? - не понял Зуев. -Офицерского - ответил Рудольф. - Разве Вы не обучены пытать людей, убивать их? Ведь Вы же истинный ариец!

-Кто мог тебе такое сказать? - с недоумением спросил Александр.

-Да так, - солдат отвёл глаза, - кое-кто говорил...

-Рудольф, - разведчик скрестил пальцы рук на столе, - скажи мне честно, ты получал прямой приказ следить за мной и докладывать вышестоящему начальству?

Солдат удивлённо посмотрел на собеседника:

-Нет, господин унтершарфюрер. Мне достаточно и того, что я служу Вам и выполняю только Ваши приказания.

Разведчик следил за каждым его движением, за каждой его реакцией, он понимал, что ошибка могла стоить ему жизни, а значит, и провалу задания.

-А что Вы скажете о себе, господин унтершарфюрер? Поговаривают, что Вы прибыли сюда из самого Берлина?

-Неужели? А что ещё про меня говорят?

-Ну...всякое...что Вы внук великого Отто Георг Тирака, тогдашнего рейхсминистра юстиции.

Зуев не удержался и громко рассмеялся, чем вызвал недоумение у ефрейтора. - Хочешь знать кто я есть на самом деле?

-Да, было бы очень интересно узнать.

Разведчик вмиг стал серьёзным и, глядя в глаза солдата, выпалил:

-А я, Рудольф, русский контрразведчик.

Наверное, если бы в данную секунду рядом с немцем ударила молния, он был бы меньше тому шокирован, так велико было заметно удивление на его лице. Он резко встал на ноги и, закинув за плечо оружие, сказал с ноткой обиды: -Я был с Вами предельно откровенен, а Вы, господин унтершарфюрер, Вы...просто решили поиздеваться надо мной!

-Сядь! - приказал тому разведчик. - Сядь и внимательно меня выслушай! В моих словах нет ни слова лжи. Я попал сюда как русский военнопленный, меня пытали и я вынужден был согласиться работать на новую власть. Меня перевербовали и в связи с острой нехваткой качественных специалистов мне предложили эту саму должность. Удивительно, не правда ли? Меня пытали, но долго, видимо я был нужен им, но на самом деле это было нужно и мне. В действительности я продолжаю служить своему народу, своей стране. Почему я всё это рассказываю тебе? Да потому что мне больше некому доверять. Я хочу бежать отсюда, но не знаю как. Именно поэтому я сейчас разговариваю с тобой, я вынужден довериться тебе, голубчик. И ещё - если у меня будет всё получаться, я могу помочь и тебе покинуть гарнизон.

-Да, но почему Вы так уверены, что я не сдам Вас? Это ведь зачтётся мне.

-Ты не доложишь обо мне, Рудольф, ведь кое-кому может не понравится тот факт, что ты служил русскому разведчику. А на счёт повышения в чине, поверь мне, это вряд ли произойдёт.

-Ладно, пусть так, - солдат осмотрелся по сторонам, - и что же я теперь должен буду делать?

-Ну, во-первых: оставаться тем же, кем и был, также выполняй свои должностные обязанности. Ну, а во-вторых, я бы попросил тебя осторожно, очень осторожно, солдат, разузнать, что же это за объекты под номерами 11,21 и 31.

Некоторое время Рудольф молчал, задумчиво осматривая свои руки. Потом глубоко вздохнул и ответил:

-Что ж, я постараюсь... Есть у меня несколько верных мне людей. Есть какие-то сроки?

-Да, надо постараться сделать это как можно быстрее.

-Я Вас понял, господин оберштурмфюрер... Продолжим обход?

-Конечно, идём!

Они вернулись на пешеходную дорожку и продолжили путь. В небольшом парке было несколько подобных беседок. В одной из них сидели два молодых ефрейтора, оживлённо разговаривающие на незнакомом здесь французском языке. Проходящий мимо фельдфебель, услышал и подошёл к ним и с громким выкриком: " В нашем гарнизоне говорить нужно только по-немецки!", вытащил пистолет из кобуры и пустил по пуле в каждого. Солдаты упали замертво, а офицер, как ни в чём не бывало, продолжил свой путь. Происшедшее сильно шокировало Зуева и Рудольфа и в какой-то мере взволновало их обоих.

Вечером, изрядно уставшие, они вернулись в общежитие. Зуев отпустил подчинённого и зашёл в номер, в котором его ожидал приятный сюрприз: едва перешагнув порог, он почувствовал изумительный аромат свежеприготовленного ужина. На середине стояла фарфоровая кастрюля, из-под неплотно закрытой крышки, которой шёл лёгкий пар. Возле кастрюли стояли две глубокие тарелки, возле которых на салфетках лежали посеребренные ложки. Также стол был сервирован ведёрком, внутри которого во льду охлаждалась бутылка шампанского и двумя высокими фужерами. Возле стола суетилась Катарина-Анюта в коротком голубом платье с красным тонким ремешком вокруг талии, что её больше подчёркивало её стройность. Её прелестные ножки были облачены в чулки телесного цвета, а глубокое декольте украшали красные бусы. На голове была уложена незатейливая причёска, которую держала яркая роза - прищепка. Заметив вошедшего Александра, она зарделась и улыбнулась ему: -Милый, не ожидала увидеть тебя так скоро. Вино только охлаждаться поставила. Мужчина подошёл к ней, обнял за талию и поцеловал в шею:

-Я так рад твоему сюрпризу, честно говоря - не ожидал. Спасибо.

-Ну, раз так... - она сделала соответствующий жест, приглашая его к столу,- прошу к столу.

-Спасибо, но только после Вас!

Она позволила кавалеру поухаживать за собой, подняла фужер с вином и вопросительно посмотрела на него. Тот же, приподняв фужер, произнёс тост: - Золотце моё, я хочу выпить это вино за тебя, за твою красоту и молодость, за твоё счастье. Я желаю тебе настоящей любви и хорошеньких деток. И, не смотря на все обстоятельства, я уверен, дорогая, что именно так у тебя и будет.

-Как бы я хотела, Саша, чтобы именно так и произошло.

-Верь, родная, всё так и будет!

Катарина-Анюта привстала и, перевалившись через стол, тихо спросила его в ухо: - Ты обещаешь мне это?

-Да, - шепотом ответил он ей и поцеловал её в губы. Они звонко чокнулись фужерами и сели.

Ужин немного затянулся. Разомлевшая от вина и счастливая, Анюта сидела у него на коленях, слушая один за другим его анекдотичные истории. Преданно и влюблёнными глазами она смотрела, почти не отрывая от него глаз и покусывая губы. Наконец, достигнув пика возбуждения, она перебила его очередной рассказ длительным поцелуем и стала расстёгивать его рубашку. Александр поднял её на руки и нежно уложил на тахту, снимая с неё платье. Оба, разгорячённые и счастливые, с жаром набросились друг на друга...

Утром влюблённых разбудил проезжающий мимо шумный военный грузовик. Анюта лежала к нему спиной и Зуев, не удержавшись от соблазна, обнял её сзади. Та сладко потянулась, повернулась к нему и сладко поцеловала:

-Спасибо, милый за приятный вечер. Такого наслаждения я давно не испытывала.

-Но это всё благодаря только тебе - ответил Саша. Неожиданно она рывком натянула на обоих одеяло и шепотом сказала:

-Я забыла вчера тебе сказать самое важное... Прости...

-Что случилось?

-От давней знакомой я узнала, что к нам направляется самолёт с новыми офицерами. Среди них есть новый комендант и его помощник... Я боюсь за тебя, Саша...

-Погоди... Ты говоришь - летит?

-Ну да, военно-транспортный самолёт.

-А ведь Вайсс мне тоже говорил, что его везли самолётом. А я то, дурак , сразу на это не обратил внимания.

-Саша, тебя сменят, разве ты этого не понимаешь?

-Всё я понимаю, милая. Это значит, что меня, как не нужного, просто уберут. Но я

думаю, что сам перелёт... после отдых... значит, сутки, максимум два у нас есть. Нам нужно торопиться.

-Что же делать, Саша? - в её голосе чувствовалась тревога.

-Всё будет хорошо, верь мне. Помнишь мой первый тост?

-Конечно, такое я никогда не забуду.

-Вот-вот. А теперь подъём и за работу.

Он откинул лёгкое одеяло, резким движением встал с тахты и направился в ванную комнату. Пока он чистил зубы, он размышлял: " Информация хоть какая-то уже есть, времени вот только маловато и плана ещё нет, а он уже нужен, чёрт возьми, нужен как воздух".

--СЕКРЕТЫ РАСКРЫВАЮТСЯ--

... Совершая очередной обход, Зуев вновь предложил ефрейтору завернуть к беседке. На лице Вайсса была та же невозмутимость, но глаза было чуть оживлённее.

-Ну, дружище, - Зуев привычно скрестил пальцы рук на столе, давай выкладывай всё, что раздобыл.

-Яволь, господин оберштурмфюрер, кое-какие новости у меня есть. Первым делом о номерных ангарах: в одиннадцатом создают секретный летательный аппарат. Формой, как будто, он напоминает огромный серебристый диск, но ни крыльев, ни двигателей снаружи не видно. Якобы, были украдены секреты русских военных, у которых боевые ракеты летают со скоростью в 10-15 раз быстрее звука. Говорят, что внутри аппарата установлен ядерный двигатель и уже были испытания одного аппарата и она прошли успешно. Осталось некоторые недоработки, которые хотят решить ко дню рождения фюрера.

-Так, очень интересно. Что там ещё есть?

-Больше ничего, только сам диск, но он занимает площадь всего здания. Зуев, вспомнив карту в караульном помещении и прикинув размеры ангара, от удивления присвистнул. Получается, что в таком ангаре спокойно разместились бы четыре украинских самолётов-гигантов типа "Мрия"! Это было действительно эффективное техническое новшество, тем самым немцы могли бы немало удивить этим мир. Имея воздушную флотилию таких аппаратов, они, несомненно, могли бы иметь явное превосходство как в воздухе, так и в космосе. -Хорошо! - разведчику не терпелось узнать большее. - Что-то ещё?

-В ангаре под номером 21 есть тоже немало удивительного. В нём, как мне сказали, собирают космические аппараты, с помощью которых уже осваиваются Луна и Марс...

-Погоди, погоди, - перебил его Зуев, - ты хочешь сказать, что здесь, в глуши, за несколько сотен километров от нормальной цивилизации построена и работает целая индустрия, которая создаёт воздушные и космические корабли, те самые, что своими характеристикам превосходят российские и американские?

-Вот именно, всё действительно так, - Рудольф осмотрелся по сторонам и продолжил: - Так вот, этими аппаратами нужно как то управлять, но как это сделать, оставаясь незамеченными? Так вот, эти самые аппараты по частям перевозят грузовыми самолётами в Штаты, где их скрытно собирают и отправляют на мыс Канаверал, откуда их, собранными, отправляют в космос под двойными заданиями, одно из которых скрыто, но является основным. На орбите имитируются столкновение с метеоритами или космическим мусором, но на самом деле в этот момент включаются стартовые ускорители в направлении других небесных тел. Никто, кроме отдельных лиц, и не замечают обмана.

-Просто из области фантастики! - Зуев всё ещё не мог поверить во всё услышанное. - И, конечно же, эти многомиллиардные программы спонсируют Штаты?.. Ну, конечно же, кто же ещё?

-Вы правы, господин унтершарфюрер, Штаты - это основной спонсор, но не единственный. Весь мир и даже Россия вкладываются в эти программы. Помните, я рассказывал Вам, что состоял в нацистком клубе в Бразилии? Так вот, все подобные клубы, а их по миру совсем не мало, всегда платят немалый процент. Все эти деньги очищаются, проходя через финансовые манипуляции, копятся в одном из банков Лондона, а оттуда переводятся в Вашингтон. Ну а уже оттуда львиная доля уходит на материалы и оборудование, которые заказываются отсюда. Вот и всё, круг замкнулся.

В голове разведчика всё перемешалось, рассказ Вайсса был больше похож на выдумку. Но теперь всё вставало на свои места. "Паутинная сеть нацизма покрыла всю Землю, но мир этого даже не заметил. Как тогда, в тридцатые годы прошлого столетия, когда гитлеровская диктатура нагло захватывала одну страну за другой. Но тогда половина цивилизованного мира ещё не была под его властью, но сейчас... Нет, не заметить такое можно было только слепым и глухим. Но почему не предпринимаются контрмеры? Кто намеренно покрывает эту коричневую чуму? Сколько вопросов и все без ответа! Так, нужно собраться!" Он посмотрел на Рудольфа, который, продолжал докладывать:

-Теперь я расскажу про то, как же управляются эти луноходы и марсоходы...Я, когда услышал это, сам в это не поверил. Уж чего я не слышал и не видел, но от такой новости у меня волосы встали дыбом.

-Что может быть страшнее того, что я уже слышал?

-О да, господин унтершарфюрер, сегодня я Вас много чем удивлю! Так вот, немецкие биоинженеры, и уж если говорить всю правду, то не только немецкие, создали там так называемых троунов...

-Что-то подобное я уже слышал, - разведчик вспомнил рассказ Анны о судьбе двоюродной сестры. - Продолжай, да.

-Так вот, троуны - это подобие кибернетических организмов. То, о чём пишут до сих пор фантасты, нацисты уже используют давно. ЧТО, или правильнее будет сказать КТО такие троуны?.. Человек попадает в плен. Здесь у него берут все анализы, его проверяют психологическими тестами. В первую очередь отбраковываются евреи, цыгане и им подобные и русские. Опять-таки что такое отбраковка? Это значит, что в троуны такие нации уже точно не попадут. Их также осматривают, берут все анализы и отправляют в цех под номером 31/1. Качественный материал отбирается и используется как доноры...

-Поподробнее, Рудольф, я не совсем тебя понимаю.

-Это значит, господин унтершарфюрер, что человека, взять того же еврея, усыпляют на операционном столе, препарируют и его здоровые органы отправляют в хранилище. Кровь и органы хранят отдельно, всё остальное используют по спецзаказам. Кожа, например, идёт на дамские сумочки, кошельки, из костей делают сувениры, а волосы идут на парики. Из остатков делается сухой корм для служебных собак. Практически безотходное производство, получается. Это всё я рассказал про отбракованный материал, а теперь о том, что делают с "чистым": их также усыпляют и, препарируют, отправляют здоровые органы в те же хранилища, но голову, живую голову с функционирующим мозгом отделяют в первую очередь и в специальных контейнерах держат в двадцать первом ангаре. Будучи ещё полноценными людьми с ними проводят IQ-тесты, соответственно на каждого потенциального троуна составляется свой психологический портрет, что в последующем используется при разных заданиях. Троуны уже десятками осваивают Луну и Марс, небольшое количество их работают и на Венере, они управляют роботами для постройки жилых и научных модулей. Нацисты самым серьёзным образом собираются заселять и управлять этими планетами. В то время, как две великие державы постоянно грызутся между собой, затрачивая огромные средства на военные нужды, они, нацисты, спокойно и скрытно покоряют и наш и внешний мир.

-Погоди, Рудольф, с этим давно уже всё понятно. Ты так толком и не объяснил кто же это такие - троуны, как они выглядят?

-Ну, вот представьте себе, господин унтершарюрер, что человеческую, вполне функционирующую голову, которая видит, слышит, дышит и даже говорит, а самое главное - думает, помещают в небольшую такую герметичную камеру. К ней прикрепляют различные датчики, чтобы на расстоянии можно было следить за её физическим состоянием и небольшая видеокамера, нацеленная на неё. Питается троун специальным сбалансированным продуктом, в основу которой входят глюкоза и аминокислоты. В среднем закладывается такое количество продукта, чтобы его хватило на год, максимум два жизни. После этого срока умственное состояние троуна начинает стремительно регрессировать и его дистанционно ликвидируют...Капсула с троуном закреплена на специальной платформе, которая передвигается на механизме, зависящая от рельефа. На Луне, например, передвигаются на колёсах, на Марсе - с помощью гусениц, а на Венере - с помощью ножек как у жуков. Голосовыми командами троун управляет передвижным механизмом, а также роботами и постоянно общается с лунными операторами. Да, да, господин унтершарфюрер, на нашей спутнице давно построены лунные поселения и там давно работает целая инфраструктура. Я так же не поверил, когда услышал. И там третий год идёт добыча полезных ископаемых, но в основном селена...

-Понятно теперь для чего этим чудовищам постоянно нужен людской материал, очень уж масштабны их действия.

-Господин унтершарфюрер, я ещё кое-что Вам не рассказал...

-Да? Неужели что ещё сверхъестественное?

-Есть и такое! - Рудольф вновь осмотрелся по сторонам. - Мне сказали, что здесь есть целая армия тех самых потомков, чьи предки воевали во второй мировой. Их содержат в тепличных условиях, за ними осуществляют постоянный уход, но у всех у них обнаружена странная болезнь крови. В лабораториях уж не первый год пытаются найти ключ к разгадке этой болезни, но пока всё безуспешно. Единственное, чем их поддерживают, это постоянное, по несколько раз в год полное переливание крови. Вот для этого случая и хранят в специальном хранилище донорскую кровь пленных.

-Но откуда берётся столько доноров? Такое количество пропавших людей... это же не иголка в стоге сена. Наверняка их родственники, близкие и друзья бьют тревогу, поднимают на ноги полицию.

-А что толку то? Люди пропадают незаметно и все из разных мест. Кого- то привозят самолётом, кого-то автотранспортом. Вот Вы, господин унтершарфюрер, сами как сюда попали?

-Наш дирижабль сбили...

-Ну вот, что я и говорю. Поставки людей происходят небольшими партиями, но постоянно. Потому в человеческих материалах здесь дефицита нет.

-У меня здесь находятся мои друзья, супруги. Я бы хотел им как то помочь. -Забудьте! Скорее всего они уже прошли цех 31/1, оттуда уже не возвращаются. - Это ещё надо обязательно проверить. Информация должна быть точной!

- Не знаю даже как Вам помочь... Попробую что то разузнать через те же источники.

-Есть ещё проблема...- Зуев так сжал пальцы, чтобы они побелели. - Завтра, от силы послезавтра, сюда прилетит новый комендант с заместителем. Значит, скоро я буду снят с должности.

-Вот это уже совсем не радостная новость. - На лице солдата пробежала тень тревоги.

-Да, и поэтому действовать нам надо уже завтра! Постарайся узнать про моих друзей. Если они живы - будем выручать и совершать побег в сторону аэропорта. Никто не должен знать о наших планах, понял?

-Яволь, господин унтершарфюрер. Завтра - крайний срок!

Когда фигура ефрейтора скрылась из виду, Зуев пошагал в сторону офицерского общежития, но не успел он пройти и сотни метров, как за его спиной послышался топот сапог и чьё-то учащённое дыхание:

-Господин офицер! Постойте! - Он обернулся и увидел высокого рыжего солдата, который обращался именно к нему: - Господин унтершарфюрер, Вы являетесь помощником коменданта?

-Да, я - ответил Зуев, предчувствуя недоброе.

-Господин Кронберг срочно вызывает Вас к себе.

Офицерская этика не позволяла Александру задавать лишних вопросов, он молча направился в сторону штаба и через некоторое время постучался в нужный кабинет.

-Войдите! - отозвался внутри знакомый голос.

Разведчик вошёл, отдал честь и встал навытяжку.

-И что же Вы молчите, господин русский офицер? - с долей сарказма спросил генерал-майор. Зуев внутренне напрягся. - Я так понимаю, что мои нравоучения не пошли Вам на пользу. Или Вы решили меня просто проигнорировать?

- Я Вас не совсем понимаю, господин оберфюрер. Что я сделал не так? Я добросовестно выполняю вверенные мне обязанности, веду дежурный журнал, осматриваю подконтрольную мне территорию...

- Меня не интересует чем Вы там занимаетесь!? Я это и без Вас знаю. В прошлом нашем разговоре я рекомендовал Вам раз от разу заходить ко мне на доклад, но прошло два дня, а я так и не удостоился чести видеть Вас здесь... - немецкий офицер развёл руками, - пока я самолично не вызвал Вас к себе. Вы что, считаете это правильным?

Зуев изобразил виноватую мину на лице:

-Никак нет, господин оберфюрер! Виноват, исправлюсь!

Начальник гарнизона плюхнулся на стоящий отдельно кожаный диван ("не из человеческой кожи ли?"), перекинув ногу на ногу.

-Поздно исправляться, господин русский офицер. Завтра к вечеру Вам привезут замену и это настоящий ариец, преданный до конца делу фюрера офицер. А послезавтра Вы сложите свои обязанности и передадите ему свои дела. Вашей дальнейшей судьбой будут заниматься компетентные органы. А на сегодня Вы свободны! - Он встал и вскинул руку. -Хайль Гитлер! Александр невольно повторил его жест:

-Хайль!

Он развернулся и вышел из кабинета. Настроение было совсем не радостное. Не помня себя, он вернулся в свой номер. Не разуваясь, прямо в сапогах, он лёг на тахту. Под локоть попался пульт от телевизора, он включил его и нашёл российский канал. Шёл какой-то очередной сериал про "ментов". Ему стало немного спокойнее, хотя он не вникал в смысл сюжета. Но не прошло и четверти часа, как фильм прервала старая немецкая кинохроника. События разворачивались в 1940-м году. Польша, Чехословакия и Франция были уже под гнётом фашизма. Бомбили Англию, шли испытания ФАУ - 2. И, конечно же, сам Гитлер в окружении соратников. Не в силах более смотреть эту муть, Александр переключился на следующий канал, но и там и на всех последующих шла одна и та же пропаганда. Он выключил телевизор и уставился в потолок. Он вспомнил про Анну, автоматически посмотрел на настольные часы - было без четверти пять вечера. "Итак, что мы имеем? Мы узнали, что относительно рядом с гарнизоном находится аэродром и что завтра прибывает новая партия служак, один из которых должен заменить его. Но с другой стороны это нам только на руку, значит, будет транспорт и будет возможность совершить побег. Управлять самолётом я умею, надо бы только добраться до него. Знать бы точное время прилёта, но это не гражданские авиарейсы, прилёт может быть в любое время... Бежать нужно втроём - я, Анюта и Рудольф. Хорошо бы с собой важного "языка" взять, хотя бы того же Кронберга, он же будет и нашей страховкой. Но это только в том случае, если будет точно известно, что супруги погибли. Если же живы, бежать будем без гарнизонного начальника..."

Щёлкнул замок двери и в номер зашла Анна. Увидев Зуева, сразу всё поняла, молча прилегла рядом, положив голову ему на грудь.

-Что скажешь, дорогая, - погладил её по голове и спросил Александр.

-Есть кое - что...

-Для нас это важно?

-Да.

Он встал, снял с себя обувь и одежду и направился в ванную. Через некоторое время за ним зашла гувернантка и открыла кран с водой. - Говори! - с нетерпением приказал разведчик.

-Завтра на аэродром едет легковая машина встречать некоторых офицеров, за солдатами позже отправят грузовик. Легковая отъезжает в 13.30, в ней будут водитель и сопровождающий офицер.

-Умница! - похвалил Зуев.

-Есть ещё одна важная новость.

-Да? И какая же?

-Твои русские друзья живы.

-Что? - не поверил Александр.- Повтори, что ты сказала!

-Они живы, Саша. Женщину зовут Мария, имя её супруга я не запомнила...

-Вадим...

-Да, да, точно он.

Не в силах сдерживать радость, Зуев так обнял Анну, что у бедной девушки хрустнули кости.

-Родная моя, ты даже не представляешь, насколько важную новость ты мне сейчас сообщила! - он крепко поцеловал её в губы. - Так, где же они находятся?

-В тюремной лаборатории. С ними проводят какой то медицинский эксперимент, но изучают их именно как семейную пару.

- Я не совсем тебя понимаю, Анна. С ними поводят психологические опыты? Они в здравом уме?

-Мне сказали что да, они ещё в здравии, но здесь это ненадолго.

-Хорошо, мне всё понятно! Нам завтра нужно обязательно их оттуда вытащить.

-Но... Это невозможно! Там охрана, спецпропуска, электронные ключи...

-Примерно так я и представлял тюремную лабораторию. А кто же тебе сказал про супругов?

-Есть одна моя давняя знакомая, она работает там санитаркой. Ей можно доверять.

-Хорошо, нам понадобится её помощь. И нам нужны пропуска и ключи.

-Но, Саша...

Он посмотрел на наручные часы.

-Тебе нужно навестить её.

-Сейчас!? Ты не шутишь?

-Нисколько! Говори ей всё, что угодно, уговаривай, обещай ей денег... Хотя, стоп! Сделаем всё по-другому: ты сейчас возьми мой пропуск и иди к ней. Уговори её сделать для меня пропускной в здание, а завтра утром я иду с ней в тюрьму. Объяснишь ей, что я, как помощник коменданта, должен осмотреть всю территорию на предмет наличия и состояния противопожарных средств и аварийных выходов.

-Да, Саша, я всё поняла.

-Одевайся и иди. И будь осторожна! Как всё сделаешь - тут же беги обратно! - он вновь обнял её и поцеловал в лоб. - Завтра у нас ответственный день. Надо надеяться, что всё у нас получится.

...Как только Анна ушла, Зуев, переоделся в атласный халат, вышел в зал, подошёл к окну и сквозь жалюзи штор стал наблюдать за торопливой походкой Анюты. "Ну, вот и всё... Только бы всё получилось! Хорошие у меня помощники, если бы не они,

жить бы мне оставалось считанные дни. Но... радоваться ещё слишком рано. Завтра всё решится".

Он сел в кресло и стал ждать...

Проснулся он оттого, что кто-то тормошил его за плечо. Он вздрогнул и открыл глаза. Перед ним стояла гувернантка и вид её был довольно усталым.

-Ты что не ложишься, Саша?

-Тебя жду.

-Всё хорошо, утром, в 8.30 выходим. Твой пропуск готов,- она протянула ему ламинированный документ. Он осмотрел его с обеих сторон и остался доволен. -Отлично. Ложимся спать. К утру нам надо обязательно выспаться...

-ПОБЕГ-

К тому времени, когда Анна проснулась, её кавалер уже сделал утреннюю разминку, принял душ, побрился и приготовил холодную закуску к чаю. Наскоро позавтракав, они оделись, вышли из здания и Анна повела помощника коменданта в общежитие для прислуги. Едва они подошли к двухэтажному зданию, как из парадного входа вышла худая, немолодая женщина и направилась прямо к ним. - Здравствуй, Катарина, - поздоровалась она с девушкой. Зуев хмыкнул, заметив про себя, что уже отвык от этого имени. Анюта познакомила их друг другу, после чего они направились по узкой тропинке в сторону тюрьмы. Вскоре Анна скрылась в здании общежития. Новую знакомую звали Даная, она шла чуть впереди офицера и изредка с любопытством оглядывалась на него. Наконец, не выдержав напора новых обстоятельств, она заговорила: - Знаете, Александр, Катарина немного рассказывала о Вас, и я заметила, как оживали её глаза. Она ведь не просто влюблена, она боготворит Вас! Нет, правда, я сама вижу, Вы не просто симпатичный, но в Вас чувствуется уверенность, сила. Женщины любят таких мужчин. Не удивительно, что Катарина влюбилась в Вас. - Вы мне просто льстите,- отмахнулся Зуев, - но всё равно, спасибо Вам... И, раз уж мы с Вами заговорили, не могли бы Вы, Даная, вкратце рассказать про систему охраны в тюрьме? - Признаюсь, Александр, с такими, как Вы, я встречаюсь впервые. Я здесь работаю несколько лет и ни один из комендантов, а уж поверьте мне, здесь их поменялось немало, ни разу не интересовался нашим учреждением. Каждый занимался своим делом - мы делали опыты и эксперименты, а они пытались навести порядок в гарнизоне. Сознайтесь, молодой человек, Вас ведь не просто интересует противопожарная обстановка тюрьмы и лаборатории, - она задержала на нём пытливый взгляд и, пока разведчик раздумывал над ответом, она продолжила, - Впрочем, какая мне разница, это ведь Ваша работа... Система охраны, Вы спрашиваете? Сейчас всё намного проще - при входе в тюремное здание, нас встречают и сама охрана и турникеты. Мы прикладываем свои пропуска и, если всё в порядке, нас пропускают. Затем мы сразу же выходим из здания тюрьмы и попадаем во двор, проходим его и попадаем в то самое здание, где я и работаю. Там опять же нас встречают турникет и охранники, и всё происходит подобным же образом. После проверки я ухожу на второй этаж, а Вы... Вы можете заниматься своими прямыми обязанностями. Обратно же Вы выходите уже сами, уже без меня. - Полуобернувшись, она взглянула на офицера и он заметил на её лице улыбку. Несмотря на возраст, женщина выглядела ещё милой. Создавалось впечатление, что в молодости она не раз сводила с ума мужчин.

Пройти посты КПП оказалось действительно делом несложным. В обеих каморках охранники, пропуская незнакомого офицера, беспрепятственно проходящего по пропуску турникет, вставали навытяжку, испуганно, и в то же время с любопытством рассматривали его. Наконец, когда препятствия были пройдены, санитарка кивнула головой Зуеву:

-Ну вот. Теперь каждый сам по себе. Может, ещё свидимся...

Она собралась было уйти, но разведчик удержал её за локоть.

-Постойте, Даная, у меня к Вам есть ещё одна просьба...

-Да, да, - с дежурной улыбкой ответила она.

-Видите ли, Даная, в этом здании находятся мои друзья, они супруги и они оба из России. Вы случайно не знаете таковых?

-Н-нет. - Улыбка моментально сменилась испугом. Она попыталась вырвать руку, но Зуев крепко держал её:

-Буду вынужден всё же попросить Вас напрячь память, Даная. Русские не частые гости в этом гарнизоне, а особенно супруги. И именно сейчас с ними проводят эксперимент, об этом Вы прекрасно осведомлены!

-Я ничего не знаю, - скривила лицо от боли женщина. - Отпустите! Я буду кричать!

Александр выхватил из нагрудного кармана авторучку и слегка прижал ею горло санитарки:

-Давайте договоримся так - Вы ведёте себя очень спокойно, а я оставляю Вам жизнь. Я могу за несколько секунд убить Вас, Даная, скажите, оно Вам надо?

-Да, да, я согласна, только отпустите...

-Вы в курсе где они находятся?

-Нет, не знаю...- Зуев сильнее надавил авторучкой. - Но я знаю того, кто может знать! Я могу провести...

-Что ж, верю, ведите, - он подтолкнул санитарку в сторону лестничного марша. - Только учтите - никакой самодеятельности!

-Я всё поняла... Идёмте.

Они поднялись на второй этаж, прошли по длинному коридору и зашли в один из многочисленных кабинетов.

-А, Даная, доброе утро - послышался чей-то голос, едва они перешагнули порог. - О, Вы привели гостя? Как неожиданно! - Из-за складной ширмы вышел лысоватый мужчина на вид около пятидесяти лет, одетый в медицинский халат, под которым виднелась полосатая ночная пижама. Судя по всему, доктор проводил ночи тут же, возможно и за соседней закрытой дверью. Зуев резким движением ткнул согнутым пальцем в сонную артерию санитарки и, убедившись, что та без сознания, выхватил ту же авторучку и приложил его к горлу испуганного экспериментатора. Офицер приложил палец к губам, давая понять "доктору", чтобы тот молчал.

-Мне нужны русские, муж и жена. Проведёте к ним - будете жить, нет - убью. Всё понятно?

"Доктор" кивнул головой. Разведчик подтолкнул его в плечо.

-Вперёд! - возле дверей он остановил его, - один неправильный шаг и Вы труп, я могу профессионально убивать и могу вмиг лишить жизни, - лысый кивнул вновь и осторожно открыл дверь. По тому же длинному коридору они дошли до конца и упёрлись в двери с электронным замком. "Доктор" приложил свой электронный ключ и они зашли внутрь. Огромное помещение ярко освещалось. По периметру зала находилась и работала различная аппаратура и приборы. Посередине же рядом друг с другом стояли две кушетки, на которых лежали... Вадим и Мария! От радости сердце офицера забилось быстрее, но в сознании всё ещё скреблась тревога. Супруги лежали без движений, совершенно нагими и казались спящими. На головах обоих были закреплены шлемы, из которых торчали различные провода, соединяющие друг с другом и с аппаратурой.

-Что с ними? Они под наркозом? - спросил он у мнимого эскулапа.

-Да... Мы их специально усыпили. Когда они в сознании, они буйствуют и матерятся.

-Матерятся? Значит действительно наши, русские. Так, и в чём суть эксперимента?

-Мы выяснили, что эта пара не может иметь детей. Точно такая же проблема есть у многих арийских женщин. Они были потенциальными смертниками, но именно я уговорил командование оставить их в лаборатории в качестве подопытных.

-Это я что, благодарить Вас должен за спасение моих друзей?

-Ну, вообще-то я известный доктор медицинских наук, меня знают во всемирном обществе...

-Даже так? - Зуев искренне удивился...- И что же такого удивительного Вы открыли миру?

-Многое... Например, создал капсулу жизни.

-Ну, ну, интересно. И что же это?

-Ну, вот представьте: астронавт по разным причинам отрывается от корабля. Ну, может быть фал оторвался или аварийная ситуация на самом корабле... Короче, он остаётся один на один с космосом... Как только закончится кислород, его ждёт неминуемая смерть, но с моей капсулой у него появляется шанс остаться в живых. Она закреплена внутри гермошлема, но стоит астронавту дотянуться до неё и прокусить, как он впадёт в сон, схожий с летаргическим. Его жизнедеятельность резко снижается, пульс падает до 1 - 2 ударов в минуту и он практически перестаёт дышать. В таком состоянии он может находиться в космосе до пяти лет, а за это время его наверняка могут обнаружить по маячку и спасти.

-Всё это крайне интересно, но сейчас мне нужно, чтобы Вы немедленно привели супругов в чувство.

-Но это невозможно! Действие сильнодействующего препарата закончится не раньше вечером...

-А мне плевать! - перешёл на крик разведчик. - Или Вы сейчас же начинаете приводить их в чувство, или я проколю Вашу трахею этой же ручкой! Итак, время пошло!

-Хорошо, хорошо, я попробую. - "Доктор" подошёл к стеклянному шкафу и достал оттуда небольшую коробку с ампулами и шприц. - Но... это даст серьёзную нагрузку на их сердца.

-Быстрее, чёрт возьми, быстрее!

Профессор вкачал в шприц жидкость голубого цвета и ввёл по дозе каждому и засёк время. Посмотрел на часы и Зуев. "Начало одиннадцатого. В это время Рудольф должен подойти к штабу и начать наблюдение за машиной".

-Скажите, профессор, - старался казаться спокойным офицер, - сколько экспериментов над людьми Вы здесь провели?

"Эскулап" побледнел, глаза его забегали в испуге. Он подошёл к компьютерному столу, взял оттуда кипу бумаг, словно бы изучая их, но цепкий взгляд разведчика заметил, что тот взял что-то со стола и положил в правый карман халата.

-Я работал не один. Нас, известных медицинских светочей, было здесь немало и я работал с каждым из них. У каждого были свои научные труды и мы проверяли и испытывали их над пленными. Одни уезжали, но приезжали другие, и это всё происходило регулярно. Иной раз у нас проходили и консилиумы и семинарии. В этих стенах было сделано немало открытий в области анатомии и психологии человека.

-То есть вы живыми людьми пользовались как лабораторными крысами, тем самым обрекая их на мучительную смерть? - в груди Александра копилось негодование.

-Но это ведь всё на благо человечества...

-Человечества!? - Зуев потеряв самообладание, схватил профессора за грудки. - Экспериментировать над людьми ради блага тех, кто пропагандирует насилие, рабство, кто мечтаете уничтожить половину населения, это Вы называете человечеством? - он схватил за горло немца и прижал его к стене.

-Отпустите... мне больно... - захрипел тот и отпустил правую руку. Разведчик среагировал мгновенно. Перехватив его руку, он вывернул его в обратную сторону и с силой надавил на него. Скальпель, что прятал профессор, мягко вошел в его плоть, из горла струйкой брызнула алая кровь. Жертва охнула, осела на пол и вскоре перестала дышать.

-Саша...- услышал он слабый женский голос. Он обернулся и увидел испуганное лицо Марии. Только сейчас к нему вернулось самообладание. Он посмотрел на свои окровавленные руки и виновато улыбнулся женщине:

-Прости. Не удержался. - Он подошёл к Марии и обнял её. - Здравствуй. Я рад видеть тебя живой и невредимой.

Женщина слабо отстранилась от него:

-Что с Вадимом? Он жив?

Офицер прощупал пульс пациента и снял с него ненужный шлем.

-Да, он скоро очнётся.

Но Мария, превозмогая боль, встала с кушетки, подошла к мужу и стала гладить его лицо:

-Милый, проснись, прошу тебя...

Зуев накинул на её нагое тело халат, взглянул на часы и занервничал. Наконец Вадим очнулся, чем очень обрадовал супругу. Прошло ещё несколько минут, за это время офицер вкратце объяснил супругам сложившуюся ситуацию. В гардеробе убитого профессора в соседней комнате нашлась мужская одежда и даже немало женской, в том числе и нижнего белья, видимо профессор любил примерять на себе чулочки и трусики противоположного пола, а быть может и пользовался пациентками, пока те пребывали без сознания. Зуев представил краткий план побега:

-Значит так, - он вытащил из кобуры "Вальтер". - Вы - мои пленные и я якобы конвоирую вас для своих нужд. Вы оба идёте впереди, а я соответственно буду идти сзади... Всё, вперёд!

В том же коридоре навстречу троице попадались навстречу разные люди в халатах, которые испуганно прижимались к стенкам. Как только они вошли в вестибюль, в котором находилась охрана, им навстречу вышел офицер и жестом приказал остановиться.

-Ваши документы и пропуска!

Зуев вышел навстречу, вытаскивая на ходу свои документы.

-Унтерштурмфюрер, я конвоирую этих гражданских для своих хозяйственных нужд. Пропусков у них ещё нет, но я надеюсь, что Вы сможете выписать для них временные.

-Мы не занимаемся выпиской пропусков, для этого есть спецотдел,- он изучил пропуск Зуева и крикнул в каморку, - Фридрих, Ханц, ко мне! - Что-нибудь не так, унтерштурмфюрер? - почуял недоброе разведчик.

-Ваш пропуск - подделка! - лейтенант протянул его обратно. - Сдайте немедленно оружие!

На решение задачи потребовалось не больше секунды. Зуев выхватил пистолет и выстрелил в голову лейтенанта, а следующим выстрелом смертельно ранил одного из солдат. Второй повалился на пол, на ходу снимая с предохранителя автомат, но очередная пуля вылетела из пистолета и воткнулась ефрейтору в живот. Не раздумывая, Зуев подскочил к раненым и добил обоих выстрелами в голову. Оторопевшие супруги стояли, боясь шелохнуться. Разведчик собрал автоматы и крикнул друзьям:

-Чего встали!? За мной быстро и не отставать! - он выбежал во двор и направился в сторону здания тюрьмы. Супруги едва успевали за ним. В соседнее здание похоже звуки выстрелов не доходили, обстановка там по обыкновению была спокойной, солдаты непринуждённо спорили о чём то между собою. Один из них вышел навстречу беглецам из каморки, а второй продолжал непринуждённо сидеть, уткнувшись в экран сотового телефона.

-Стоять! Ваши пропуска!

Разведчик выбросил мощный апперкот в голову нациста и тут же, подбежав к окошку, просунул внутрь руку с пистолетом и выстрелом убил второго.

-Забери автомат! - приказал он Вадиму и, схватив Марию за руку, потащил её к выходу.

К этому времени как раз к тюремному зданию подходила Анна, которая увидев друзей любимого человека, кивнула им как старым знакомым и сказала Зуеву:

-Саша, там... - и она показала в сторону штаба.

-Рудольф там? Сделал всё как надо?

-Да, там. Нам надо спешить.

-Подожди! - остановил её офицер. - Идти нам надо с обратной стороны складов, так мы меньше всего обратим на себя внимания. И пойдём спешно, но на бег не переходить! Первой пойдёшь ты, Анна, за тобой супруги, я, как обычно - позади. Ну, всё, пошли!

Группа пошла по узкой тропинке, иногда всё же встречая на пути идущих по своим делам военнослужащих. Группа не вызывала к себе никакого интереса, хотя и передвигалась несколько торопливо. Супруги начали задыхаться, но старались не отставать. Наконец показался штаб, а рядом с ним стоящий с заведённым двигателем чёрный "Мерседес" с тонированными стёклами. Рядом с ним

припарковалась серого цвета "Тойота" и две мотоколяски, но людей возле них не было. Подойдя ближе к "Мерседесу", разведчик заметил, как окно задней двери опустилось и в ней показалось лицо Рудольфа. Александр обежал машину и, открыв заднюю дверь, увидел ефрейтора, держащего ствол "Шмайсера" у головы водителя. Рядом с ним на переднем сидении сидел незнакомый майор и нервно покусывал нижнюю губу.

-Это кто? - спросил Зуев.

-Тот самый сопровождающий, - появился не вовремя, пришлось и его брать в заложники. Разведчик смачно, по-русски выругался. Пришлось ему коротким, но мощным ударом ребра ладони по шее вырубить майора. Он вышел из машины, быстро огляделся вокруг и, убедившись в безопасности, вытащил тело немецкого офицера и затащил в коляску рядом стоящего мотоцикла. Он усадил того, нахлобучил на голову фуражку и укрыл накидкой. Но как только он вновь подошёл к "Мерседесу", его остановил знакомый голос:

-Господин русский офицер, а ну-ка, подойдите ко мне!

На крыльце штаба стоял Кронберг, который помешивал ложечкой в прозрачном стакане зелёный чай. Спустя некоторое время из здания штаба по одному вышли и встали рядом с начальником гарнизона ещё три офицера и, закурив, стали с любопытством наблюдать за сценой. Александр бросил короткий взгляд на машину, в которую успели разместиться все, кроме него. Разведчик не стал противиться, подошёл к оберфюреру и выбросил руку в приветствии. Тот же лениво отмахнулся, продолжая мешать чай и смотреть на него с некоторой долей иронии.

-Позвольте полюбопытствовать, господин помощник коменданта, что Вы здесь делаете? Почему не проводите обход и где Ваш помощник? - он отпил глоток чая и протянул стакан одному из офицеров. Затем неторопливо достал из кармана мундира посеребренный портсигар, вытащил из него сигарету и сделал несколько коротких затяжек. - Ну, что же Вы молчите?

Сложившаяся ситуация начинала нервировать разведчика, он бросил взгляд на ручные часы, что соответственно не ускользнуло от внимания штабиста.

-О, я вижу Вы куда-то спешите, унтершарфюрер?

-Так точно, господин оберфюрер! Мне нужно... проверить офицерскую столовую. -Неужели? - также язвительно спросил немец. - А мне кажется, что Вы там собираетесь подыскать себе новую подружку. Признайтесь, унтершарфюрер, старая пассия Вас уже не устраивает?

Рядом стоящие офицеры рассмеялись.

-Так точно, господин оберфюрер, Вы это точно подметили, - ответил Зуев, - Есть у меня интерес к одной даме, но, знаете, я и прошлую подругу не забываю. -О, да Вы мачо, господин помощник коменданта,- Кронберг затянулся сигаретой и пустил дым в Александра. - И у Вас хватит сил на обоих? В таком случае мне остаётся пожелать Вам удачи и не посрамиться.

-Буду стараться, господин оберфюрер! - Зуев вскинул вновь руку.- Хайль Гитлер! Начальник гарнизона махнул ему рукой, дескать: "Иди уж, голубчик". Александр развернулся и сделал несколько шагов.

-Постойте, Зуев! - разведчик обернулся, чувствуя, как от напряжения деревенеет спина. - Не забывайте, что я жду от Вас рапорт в четыре часа.

-Конечно, господин оберфюрер, я приду вовремя. - Он пошёл прочь от штаба, на ходу показав Рудольфу знак следовать за ним. Пройдя несколько десятков метров, он с удовлетворением заметил, что "Мерседес" не спеша едет на некотором расстоянии за ним. Он прошёл ещё сотню метров, подождал машину и запрыгнул на переднее сиденье. Он решил, что пришло самое время познакомиться с водителем.

-Так, солдат, и как звать тебя?

-Адальберт...

-Ого! Не плохо! Тогда так, Адальберт: едешь в обычном режиме. Окна у нас тонированные, нас не видно и беспокоиться, значит, нам не о чём. Всё понятно? -Д-да... Водитель неторопливо вёл машину и вскоре вдали показался пропускной пункт. Металлический шлагбаум был поднят, но проезд загромождал крытый грузовик, возле которого автоматчик проверял документы у водителя. "Мерседес" вплотную встал за грузовиком. -Что делать? - спросил обеспокоенный водитель. Зуев быстро просчитал варианты действий. -Действовать будем наугад и напролом. Увидишь, что грузовик тронется, не останавливаясь следуешь за ним, - приказал он водителю, - и постарайся проскочить шлагбаум прежде, чем его опустят, понял? -Да, понял. Охранник не спеша проверил документы, обошёл машину сзади и осмотрев кузов, вновь вернулся и отдал документы шофёру. Как только грузовик тронулся, автоматчик махнул рукой в сторону "Мерседеса": -Вы - подъезжайте! -Дави на газ! - крикнул разведчик водителю. - Ну же! Двигатель взревел, колёса закрутились в пробуксовке, испуская сизый дым и машина рванула с места, едва не зацепив немецкого служаку. Тот прокричал что то ругательское, сбросил с плеча автомат и выпустил длинную очередь. Пули прошлись по кузову и заднему стеклу. Мария в ужасе закричала и все инстинктивно пригнулись вниз. -Не останавливайся, газуй! - приказал Зуев. Впереди замаячил грузовик.- Обгоняй его! "Мерседес" с визгом сделал манёвр и, чуть не задев грузовик, выскочила вперёд. - Проскочили...- облегчённо выдохнул Зуев и снова обратился к Адальберту. - Аэродром далеко? -Нет, около двадцати минут езды. -Отлично, у нас есть ещё время подготовиться, - он обратился к сзади сидящим, - все живы - здоровы? Ну и хорошо. Впереди дороги нас скорее всего уже ждут, так что будем прорываться, обратного пути нет. Рудольф, ты не передумал? -Конечно же, нет... Всё равно расстрел. -Анна... -Я с тобой, Саша. -Вадим, Мария, - по-русски обратился Зуев к супружеской паре, - нас впереди ждёт ещё большая опасность, так что будьте готовы. Вадим, ты стрелять умеешь? - Ещё бы, я ведь служил ещё в советской армии. -Хорошо, - Зуев протянул ему МП - 40, - разберёшься? -Без проблем! - он схватил автомат из рук Александра и стал его рассматривать. Рудольф быстро объяснил, как нужно пользоваться оружием. Ехали молча, в напряжении, каждый думал о своём. Вскоре машина проехала мимо дорожного знака "Берлин -31". Дорога начала расширяться и за колючей проволокой показалась взлетно-посадочная полоса. Вдалеке выруливал военно-транспортный Локхид С-130 "Геркулес". Вдруг сквозь ветровое стекло влетела пуля и вонзилась в голову водителя. Тот мгновенно обмяк, бросил руль, машину занесло в кювет, а двигатель протяжно заревел и тут же заглох. -Всем оставаться на местах! - приказал Зуев. - "Снайпер!" - мелькнула мысль. На ходу он приоткрыл чуть дверцу машины, и тотчас же, рядом взвизгнула очередная пуля. Нервы Марии не выдержали и она истошно закричала: -Нас всех здесь убьют! Всех, по одному! -Тихо! - разозлился разведчик. - Только паники нам сейчас не хватало! - Он открыл дверцу водителя и скинул мертвеца с машины, затем перелез на его место и включил зажигание. Двигатель завёлся, но на мягком грунте машина начала буксовать. Поочерёдно меняя скорости с передней на заднюю, Александр раскачал машину и сумел вывезти её из ямы. Тут же над его головой просвистела следующая пуля снайпера и воткнулась в подголовник кресла. Он открыл свою дверь, пригнулся и, продолжая вести машину, следил за краем дороги. В окно влетела ещё пару пуль, не причинив никому вреда. Зуев на секунду выглянул через лобовое стекло и заметил впереди группу автоматчиков, за которыми стояли несколько мотоколясок. Слева от них стояло здание КПП, на крыше которого за мешками с песком маячили головы мнимых снайперов. Проезд на аэродром перекрывал деревянный шлагбаум на колёсной опоре, который был весь обвязан колючей проволокой. "Серьёзно подготовились, сволочи!" - подумал разведчик, а сам крикнул своим: - Оружие наизготовку! Стрелять по всему, что движется, патронов не жалеть! - и, вытащив свой "Вальтер", первым выстрелил в автоматчика. Началась плотная перестрелка, пули раздробили окна со всех сторон, впивались в кузов, в колёса, но толстый металл надёжно защищал пассажиров. Рудольф с Вадимом поливали из автоматов, Зуев разгонял машину, на ходу не прицельно стреляя. Женщины упали на пол, закрывая друг друга, но слышно было только причитания Марии. Несколько немецких солдат упали замертво, остальные залегли прямо на дороге и продолжали стрелять. Одна из вражеских пуль зацепила левое плечо Вайсса, но тот, словно не замечая боли, продолжал отстреливаться. Когда "Мерседес" приблизился на минимальное расстояние, автоматчики бросились врассыпную, освободив проезд к посту. Зуев прижал до пола педаль газа и машина, врезавшись в преграду и далеко отбросила её. Однако колючая проволока зацепилась за запасное колесо, что было закреплено на крыле перед водительской дверью. К тому же из под капота появился пар, то был пробит радиатор. Но впереди была новая цель - самолёт и беглецам нужно было любой ценой добраться до него. Однако фашисты не собирались легко его отдавать - вокруг него бегали военные и спешно организовывали оборону. К тому же послышались хлопки и сзади - то немцы, быстро сгруппировавшись, организовали погоню на мотоциклах. На коляске одного из них был укреплён пулемёт, который без остановки палил по ним. Когда мотоциклисты стали догонять, Зуев стал вилять машиной и проволока, что продолжала волочиться за машиной, стала мешать преследующим, так что врагу, чтобы не зацепиться, пришлось отъехать на большую дистанцию. -Стреляйте по водителям, - приказал разведчик. Тот час же Вадим и Рудольф стали вести прицельный огонь короткими очередями и к их радости два мотоцикла завалились на бок и опрокинулись. Но оставшиеся две единицы стали объезжать с боков, а затем быстро сужать дистанцию, при этом стрельба с них не прекращалась ни на секунду. На одной из них пулемётчик, грубо матерясь, пытался заправить оружие новой лентой, но что-то мешало ему. Вторая же мотоколяска в какой-то момент так близко приблизилась к машине, что Зуев без труда сбил ее, резко повернув рулём вправо и ударив корпусом машины. Трёхколёсник словно наехал на невидимую преграду, накренился вперёд, перевернулся в воздухе и упал верх колёсами. Уцелевшая единственная мотоколяска чуть притормозила и переехала с левой стороны на правую, пулемёт же всё это время бездействовал. Вдруг Рудольф вскрикнул и схватился рукой за горло. Заметив это, Зуев спросил его: -Солдат, что с тобой? Ты ранен? -Ничего, не смертельно,- прохрипел тот, могу ещё стрелять... Анна сняла с шеи свой головной платок и наскоро перевязала рану Рудольфа. Зуев заметил яркие точки с разгружаемого с самолёта груды груза. Опасность возросла, обстрел теперь вёлся и спереди. С самолёта и с земли вёлся неприцельный беспорядочный огонь, пули практически не касались машины и пассажиров. Но тут Александр заметил краем глаза, что единственный оставшийся на ходу мотоцикл завалился тоже на бок. "Ага! В своего же и попали! Отлично!" И тут же у него мгновенно созрело новое решение. Он развернул машину и направился к подбитой мотоколяске. -Вадим, - крикнул он, - хватай сейчас же с люльки пулемёт и пулей обратно, садись рядом со мной! Всё понятно!? -Понял, командир! Как только машина остановилась, Вадим выпрыгнул из неё, подбежал к коляске и сдернул с неё пулемёт. Александр заметил, что водитель, придавленный искореженным мотоциклом, зашевелился и потянулся к лежащему рядом автомату. Не мешкая, он выхватил "Вальтер" и добил того выстрелом. Тем временем, Вадим сел на переднее сиденье, установил оружие на панель, передёрнул затвор и сделал пробный выстрел. -Вадим,- обратился к нему Зуев, - твой сектор обстрела вон там, - и он показал на груду груза, откуда вёлся по ним огонь. Он нажал на педаль газа и израненная машина, издавая скрежет от оголённых дисков колёс, тронулась с места. По мере приближения вражеские пули впивались в машину точнее и она заметно сбавила ход. Вадим открыл огонь, но от сильной отдачи ствол пулемёта стал подпрыгивать, испуская пули в разные стороны. Пришлось придерживать ствол рукой, но от выстрелов он стал быстро нагреваться и Вадим, превозмогая боль, еле удерживал его. Из-под ящиков по ним тоже вели огонь из пулемёта и тогда Зуев с криком "Держись!", направил на огневую точку свой "Мерседес". Хоть скорость и была не достаточно большой, её хватило, чтобы от столкновения ящики откатились назад и придавили стрелка. Разведчик выскочил из машины и, перескочив кучи ящиков, быстро нашёл пулемётчика и добил его из пистолета. -Ну, что сидим, едрёна вошь?! - крикнул он, увидев, что товарищи продолжают сидеть в дымящей машине. Первым выскочил Вадим, он помог выйти Рудольфу и усадил его на один из ящиков. Вайсс выглядел совсем плохо, кровь из ран продолжала сочиться, а гримаса боли не сходила с его лица. Зуев заметил, что стрельба практически прекратилась; он выглянул из-под укрытия и увидел, что по трапу в спешке сбегают немцы и пересаживаются рядом стоящие квадроциклы. Он вытащил из машины пулемёт с ещё горячим стволом и стал обстреливать фашистов, в ответ прилетел град пуль, впиваясь в непосредственной близости от него. Зуеву пришлось пригнуться и сменить позицию. Выпустив длинную очередь, он с удовлетворением отметил, что пули попали в бочку с топливом и та, взрываясь, окатила огненной смесью проезжающую рядом машину. Горящие люди, издавая нечеловеческие крики, катались по бетону, пытаясь сбить с себя пламя. Уцелевшие, отстреливаясь, рванули в сторону контрольно-пропускного пункта. -Так, ребята, - Зуев вернулся к своей группе, - сейчас в темпе бежим к самолёту. Времени мало. Пошли! Мария и Вадим подхватили раненного, Анна, пригибаясь, пошла за ними. Разведчик, заметив под убитым стрелком ручной пулемёт, несколько замешкался, вытаскивая его из-под тела. Вдруг послышался визг колёс и рядом с ним кучно вошли в ящики очередные пули. Враги, сгруппировавшись, вновь пошли в наступление. Беглецам пришлось спешно возвращаться к спасительной груде ящиков. Фашисты на квадроциклах, приблизившись на сотню метров, разъезжались в разные стороны, обстреливая район, где засели беглецы. -Ну что, ребята, задача немного осложняется, - сказал супругам Зуев, - ставлю следующую задачу: внутрь самолёта нужно попасть любой ценой. Если немцы вернулись, то, значит, к ним уже едет подмога, следовательно, времени у нас в обрез. Я остаюсь здесь и буду вас прикрывать, вы же, как подниметесь на борт, поднимайте лайнер в воздух, а дальше - по обстановке... -Я остаюсь здесь! - вдруг прервал Зуева ефрейтор, тот грамотно оценив обстановку, понял, о чём говорит русский. -Ты? Это невозможно! - отказал тому по-немецки Зуев. -Я остаюсь здесь! - громче повторил Рудольф. Из под насупленных бровей злые глаза источали злобу и решительность. Зуев понимал, что оставлять одну группу нельзя, без него она была бы обречена на погибель и вызов ефрейтора пришло как нельзя кстати. -Хорошо, ты оставайся, - согласился разведчик, - но тебе нужно продержаться не менее пятнадцати - двадцати минут! -Да, господин унтершарфюрер, я смогу! С Рудольфом коротко попрощались, дольше всех в своих объятиях держала его Анна. Последним прощался Зуев, он обнял его, потом похлопал его по плечу и сказал: -Если выживем - не забудем. -Спасибо, ребята... - Ефрейтор отвернулся и прижавшись к стволу пулемёта, взял на мушку врагов. Короткая очередь, затем вторая... -Ну, всё, с Богом! - скомандовал разведчик, - перебежками и за мной! - и, как только застрекотал пулемёт, бросился в сторону самолёта. Пока группа бежала расстояние в сотню метров, Рудольф не давал опомниться фашистам. И, уже добежав до трапа и спрятавшись под ним, беглецы услышали визг тормозов, а затем и громкий хлопок - то один из квадроциклов на полном ходу перевернулся, подминая под себя немцев. Коротко отдышавшись, Зуев пальцем показал Вадиму на дверь самолёта, тот кивнул и бросился верх по трапу. За ним, тяжело дыша, ринулись женщины.Оказавшись в салоне, разведчик приказал Вадиму осмотреть салон, а сам вместе с женщинами собрали и сбросили с самолёта убитых фашистов. Неожиданно рядом с трапом взорвался пушечный снаряд. Зуев увидел, что в их сторону едут три машины - бронетранспортёр и два грузовика. Он закрыл дверь, бросился к кабине пилотов, которая была открыта, но внутри он услышал приглушённую речь пилотов на английском языке. Стараясь не издавать шума, Александр вытащил из кобуры пистолет и осторожно вошел вовнутрь. Оба пилота наблюдали за происходящим извне неравным боем и обсуждали действия израненного ефрейтора. -Hands Up! - выкрикнул разведчик. Оба лётчика вздрогнули от неожиданности и, не оборачиваясь, медленно подняли руки. - Значит так, - продолжал на английском Зуев. - Медленно повернитесь лицом ко мне! И без шуток! - янки повернулись, на их лицах разведчик увидел и испуг и страх. - Власть на борту полностью принадлежит мне. Вы будете выполнять все мои приказы или я вас немедленно расстреляю. Я военный человек и управлять этой штукой я умею не хуже вас, можете мне поверить. Итак, если вы подчиняетесь, то кивните головой и приступайте к взлёту. - Оба кивнули. Разведчик указал пистолетом на рабочие места пилотов и те быстро запрыгнули в кресла. - Взлетаем немедленно!.. - приказал он. После коротких манипуляций с приборами, пилоты запустили двигатели, самолёт начало трясти, шум стал нарастать, а нагнетаемое давление больно надавило на ушные перепонки. Через минуту самолёт плавно начал выруливание. Взлётно-посадочная полоса тоже была скрыта от видимости сверху. С обеих сторон дорожки стояли высокие столбы, которые соединялись друг с другом нечто подобием железнодорожных рельс, а также с противоположной стороной мощной штангой, которая приводилась в движение высокооборотным электродвигателем. За штангой тянулась тяжёлой ширмой защитная сетка на две с половиной тысяч метров длиной и при взлёте - посадке эта самая ширма автоматически открывала доступ к коридору самолёту... В дверях появились Вадим и Анна: - Командир, в салоне никого! -Вы всё проверили? Уверены точно? -Да, да, - ответил Вадим,- Нет никого, точно. -Хорошо! За этими наблюдайте! - он кивнул на пилотов и обратился к ним: - А вы прибавьте обороты! И как только наберёте достаточную скорость - взлетайте. -Yes, alright! - утвердительно ответили они. Вадим встал за ними, поочерёдно нацеливая автомат то на одного, то на другого. Рядом с ним села в кресло и пристегнулась Анюта. Разведчик вышел в салон мимо удивлённой Марии и прильнул взором к ближайшему иллюминатору. Рудольф продолжал отчаянно сопротивляться, но по тому, как безбоязненно его окружали на машинах враги, было понятно, что силы его были на исходе. И в тот момент, когда фашисты вплотную подошли к нему, раздался мощный взрыв и огненный шар охватил всех и вся на десятки метров. В грузе, что доставил борт, видимо были снаряды или взрывчатка, и, подорвав себя, ефрейтор намеренно вызвал детонацию. -Вечная тебе память, солдат... - тихо вслух прошептал разведчик. И этот момент внутреннее чутьё подсказало ему об опасности. Он хотел было оглянуться, но тут перед глазами мелькнул тонкий металлический трос, который тут же петлёй затянулся на шее. - Попалься, руский свинья, - узнал он голос турка. - Теперь ти будешь умираться,- и так потянул трос, что у Александра перехватило дыхание и потемнело в глазах. Он схватился за шею, пытаясь засунуть под трос руку, потом, ценой неимоверных усилий, сделал небольшой наклон вперёд и тут же отпрянул назад. Небольшой слабины хватило, чтобы разведчик резко развернулся и сделал мощный выпад правой рукой. Однако турок тоже был не промах и успел увернуться и так дёрнул на себя трос, что разведчик не удержался и стал падать на него. Но при падении он с силой впечатал кулаком турку промеж ног, что тот, взвыл от боли, схватился за своё хозяйство, сложился пополам, а затем и рухнул на пол. Зуев скинул с себя удавку и ловко набросил его на шею Ахмета. Тот взвыл ещё больше и попытался схватиться за удавку, но разведчик, несколько раз намотав трос на руку, упёрся ногами тому в спину и со всей силы потянул трос. Всё поменялось с точностью до наоборот, и теперь жертвой стал сам турок. И хотя удержать огромную тушу было нелегко, всё же спустя пару минут тот затих. Для полной уверенности Зуев удерживал напряжённым удавку ещё несколько секунд и отпустил её только тогда, когда увидел изо рта неприятеля белую пену. Огромные физические нагрузки дали о себе знать, Зуев почувствовал слабость, в глазах поплыли разноцветные круги и он без сил свалился рядом с трупом. Он очнулся оттого, что кто-то тряс его за плечо: -Саня, с тобой всё в порядке!? - это был голос Вадима. -Да... - тяжело дыша ответил он - Вот только отлежусь немного... -Саня, извини меня, я, честное слово, обошел весь самолёт и никого не нашёл. До сих пор не пойму где этот прятался.

-Ничего, разбираться потом будем.

Рокот за бортом усилился и Зуев почувствовал, как самолёт пошёл в отрыв. Но неожиданно послышался громкий хлопок и "Геркулес" стало сильно трясти. Вадим подбежал к иллюминатору и крикнул:

-Командир, двигатель дымит и из него вырывается пламя. Нас подбили, командир! Свет, а затем и весь мир медленно возвращались к Александру. Преодолевая тяжесть в ногах, он подошел к Вадиму и тоже осмотрел внешний борт. Да, двигатель горел, но самолёт упорно продолжал набирать высоту. -Кстати, - спохватился Зуев,- а ты почему здесь? Я же велел тебе охранять лётчиков. -Я ... растерялся соотечественник, - так это...Там же Анна...И потом - я подумал, что может что случилось... -Случилось...- повторил разведчик и посмотрел на бездыханное тело Ахмета. Неожиданно послышались выстрелы и в ту же секунду самолёт клюнул носом, но тут же выпрямился и продолжил набирать высоту. -Что это было? - спросил Вадим. Мужчины переглянулись и двинулись в кабинет пилотов. Однако, на их удивление, она оказалась закрытой изнутри. Вадим попытался выбить дверь вначале плечом, затем ногами, но Зуев остановил его: - Бесполезно - дверь бронированная. - И крикнул внутрь - Анюта, дорогая, открой мне дверь! - Никакой реакции. Тогда он выкрикнул на английском. - Пилоты, хватить шутить, отройте немедленно эту чёртову дверь! -Мы захвачены! - услышал он голос командира воздушного судна. За дверью послышался какой то шум и душераздирающий крик боли. "Ну что ж, надо полагать, - размыслил Зуев, что, если в салоне лежит мёртвый турок, то внутри с пилотами находится бандеровец. И ещё там Анна. Жива ли ещё? Опять вопрос". -Принеси-ка пулемёт,- попросил Вадима разведчик. Тот убежал и через минуту вернулся с оружием. - Дверь я, конечно, этим не пробью, но тут важен психологический эффект. Шанс небольшой, но вдруг... А ну-ка, отойди! - Он сам встал наискосок, чтобы шальная пуля рикошетом не задела его. В небольшом пространстве громкие звуки выстрелов больно резанули по слуху. С минуту Александр подождал, прислушиваясь к звукам по ту сторону, но не было слышно ни звука. Он вновь нажал на курок, выпустив длинную очередь. Снова тишина. Пространство заволокло пороховым дымом. -Командир... Командир... - услышал он голос Вадима. Он обернулся и увидел в руках интеллигента две ручные гранаты. Зуев забрал у того гранаты и велел спрятаться. -Кстати, а Мария где? - вдруг вспомнил он. -Она...Должна быть там... - Вадим показал в сторону салона. -Ну, вот и уходи к ней, да поскорее! Дважды повторять не пришлось, Вадим мгновенно исчез в пространстве самолёта. Зуев снял чеки с гранат и, уложив их под дверью, спрятался за перегородкой. Через секунду прогремело два взрыва подряд. Они тоже имел психологический подтекст, поэтому, не успел дым рассеяться, как разведчик подскочил вновь к дверям и на удивление обнаружил их открытыми. За ними он услышал чью-то возню и звуки отчаянной борьбы. Едва он перешагнул порог, как прозвучал выстрел и тут же самолёт вновь опустил нос вниз и стал заваливаться. Зуева бросило вперёд на панель приборов, но в одну секунду он успел оценить обстановку и правильно среагировать. Тело капитана с пулевым отверстием у виска лежало на штурвале, рядом с ним, на полу лежал бездыханным второй пилот, а рядом лежала... Анна... Что-то блеснуло в воздухе, разведчик инстинктивно отпрянул назад, стальной клинок "финки" пролетел в сантиметре от его лица, но тут же вновь занёсся вверх. Из-за двери показалось тело в чёрной форме полицая того самого бандеровца. Никого другого и не предполагал увидеть здесь разведчик. Собрав силы, он ударил хохла в пах, а когда тот скрючился пополам, нанёс рубящий удар по затылку. Противник упал на колени, но через секунду вскочил, схватил Зуева за ногу и резко дёрнул её вверх. Зуев упал и тут же на него навалился туша врага. В его правой руке вновь блеснул нож, который нацелился на грудь русского. Александр успел подставить блок, но силы его были слишком малы. Бандеровец схватился обеими руками за ручку ножа и стал давить всей своей массой. Остриё медленно, сантиметр за сантиметром приближался к разведчику. -Ну что, москаль, - пыхтя от натуги, сказал хохол, - Схоже кинец тоби прийшов. Я тебе зараз як росийску свиню зарижу. Я аж упиваюся моментом. - И стал сильнее давить рывками.

Кончик ножа легко прорезал офицерский мундир и воткнулся в грудь. Кровь стало заливать тело разведчика, он закричал от боли к великой радости супостата.

-Як же я вас, москалей ненавиджу! - сказал тот сквозь ухмылку.

Прозвучала автоматная очередь. Хохол схватился за раненую руку, ослабил мгновенно хватку. Следующая очередь отбросила его назад, раздробив тому голову.

Перед взором разведчика показалась фигура Марии.

-Саша... Ты жив?

-Да...- прохрипел разведчик, удерживая рукой вытекающую кровь с груди. - Скинь пилота и подними на себя штурвал... - он потерял сознание на несколько минут, но, когда очнулся, самолёт уже принял горизонтальное положение, а Мария заканчивала перевязывать его рану. - Помоги мне встать, - попросил он, - Посади меня в кресло. С трудом женщине удалось поднять нелёгкое тело и усадить на место погибшего капитана самолёта. Зуев поправил крен, включил автопилот и проверил, потушила ли пожар в правом двигателе автоматика. Всё шло не совсем так, как он планировал - были пробиты топливные баки в правом крыле, керосин продолжал вытекать и того, что оставалось, едва бы хватило на половину пути. Но разведчик был невозмутим, ведь в ходе подготовки к операции, на всякий случай планировался второй вариант.

Мария же в это время протирала лицо разведчика от пота, крови и грязи. Её лицо оказалось очень близко от офицера и тот, не удержался и погладил её волосы: -Спасибо, ты спасла мне жизнь. - он посмотрел ей в глаза. - Не ожидал, что ты на такое способна.

-Саша, я как увидела этот нож в тебе, я просто перестала контролировать себя...

-Я твой должник, Маша...

-Нет, это не правильно! Это ты нас спас, это ты вытащил нас из этого ада, а, значит, это мы обязаны тебе...Спасибо...

-Ну, хорошо, будем считать, что мы квиты,- попытался улыбнуться Зуев,- Кстати, а где Вадим?

-Я здесь! - послышался голос с двери,- и что вы тут делали без меня?

-Мы спасали мир! - ответила Мария и бросилась к мужу в объятия.

-Интересно было бы узнать, Вадим, - поинтересовался Зуев, а где это ты пропадал последнее время?

-Да как где? Самолёт как стал падать, я не удержался и ударился головой об пол и потерял сознание. А очнулся вот только что.

-Прямо как в фильме: поскользнулся, упал, очнулся - гипс, - усмехнулся Зуев.

- А что здесь произошло?

-Много чего, но это потом.

Пока супруги занимались выносом тел лётчиков и бандеровца, разведчик мысленно попрощался с любимой женщиной. Немного успокаивало его то, что убита она была выстрелом в сердце, мучения были недолгими. После того, как супруги вынесли и тело Анны, разведчик успокоился, настроил на рацию на кодированной волне и начал приём:

-Я - пятьдесят седьмой, вызываю четырнадцатого! Приём!

Тишина отвечала несколько минут, затем в динамике затрещало и на том конце ответили:

-Я - четырнадцатый. На связи.

-Задача выполнена. Дайте координаты запасного варианта. - Был запрошен пароль и, когда Зуев дал его, то сразу же получил необходимые данные. Затем он ввёл нужные координаты в курс самолёта и рассчитал примерное время полёта. После этого он позволил себе расслабиться и откинулся в кресле, и тут он почувствовал на своём плече руку Вадима:

-Командир, а эта посудина точно долетит до материка? -Нет, мы не долетим.

-Но... Как же это? Мы что, упадём?

-Вот что, друг, - Александр повернулся к нему. - Срочно найди спасательные жилеты и оденьте их. Мы через полчаса начнём снижаться.

-Но Саша...

-Всё, вопросы потом! Выполняй! - И, когда Вадим почти скрылся в проёме двери, крикнул ему вслед:- Четыре жилета! - На вопросительный вопрос соотечественника пояснил: - Оденьте его и на Анюту, пожалуйста.

Вскоре разведчик стал снижать самолёт и ввёл на приборах небольшую поправку. В кабине появились супруги, надели спасательный жилет на пилота, затем сели на кресла и пристегнулись.

-Саша, а ты и вправду сумеешь посадить самолёт на воду? - робко спросила Мария.

-Посажу, можете не беспокоиться! - стараясь выглядеть увереннее, сказал пилот. На самом деле опыта в пилотировании у Зуева было крайне мало, если не считать виртуальных полётов на авиасимуляторе, да двух самостоятельных полётов на чешском тренировочном Л-29, и уж никогда он не проходил курс приводнения, так что волновался он не меньше супругов. Снизившись до полутора десятка метров, он дал максимальную тягу двигателям, а затем, задрав на небольшой градус нос самолёта, включил обратную тягу. "Геркулес" коснулся поверхности, подняв фонтан воды и по инерции он продолжал двигаться, но в какой-то момент его левый борт стал заваливаться, край крыла чиркнул по воде и самолёт развернуло в обратную сторону. Потом его носовая часть оказалась в воде, при этом кабина пилотов оказалась на небольшой глубине, но через секунду-две вода вытолкнула лайнер и он полностью горизонтально выровнялся.

-Ребята, срочно покидаем борт, - приказал супругам Зуев, но те, пребывая в шоковом состоянии, словно не слышали его. Пришлось обоим нахлестать по щекам, чтобы привести их в чувство. Он повторил приказ и тут же упал, почувствовав внезапное недомогание. Вадим, первым пришёл в чувство, отстегнулся и помог офицеру встать.

-Нет, мне поможет Маша, - отстранил Александр друга, - Ты вытащи наружу тело Анны. И, ребята, давайте быстрее, самолёт на плаву долго не продержится!

Он опёрся на плечо хрупкой женщины и оба направились в сторону выхода. Как только Вадим открыл дверь, в салон хлынула масса воды, сбивая людей с ног. Неимоверными усилиями друзьям удалось выбраться наружу и отплыть подальше от тонущего самолёта. На их счастье океан был практически спокойным. Вода быстро заливало судно и вскоре "Геркулес" накренился вперёд и на виду остался только огромный хвост с белой звездой на киле, а вскоре и он скрылся под бурлящим потоком. Образовалась огромная воронка, которая засасывала в себя всё, что успело смыть с салона. Наступила тягостная тишина.

-Всё кончено, ребята! - крикнул Зуев. Он взглянул на голубое, чистое небо и громко рассмеялся. - Свобода! Вы это понимаете?

-Да! - в голос ответили супруги. - Свободны! - крикнул Вадим, удерживая тело Анны, а Мария восторженно закричала в небо.

-Теперь нам надо только дождаться своих, - громко заявил разведчик, - скоро они должны подобрать нас.

Вдруг Вадим прислушался:

-Саня, за нами отправили самолёт?

-С чего ты взял? - не понял Зуев.

Вадим указал на еле заметную точку в небе и разведчик только сейчас услышал шум реактивных двигателей. Точка вскоре превратилась в хорошо заметный силуэт истребителя "Фантом", который на пике пролетел над головами пловцов. Затем он резко взмыл вверх и стал разворачиваться для нового захода. Через минуту смертельная машина устремилась прямо на людей и выпустила град трассирующих пуль, которые легли в опасной близости от несчастных. Он так низко пролетел над океаном, что от ревущего двигателя поднялся фонтан воды. Самолёт стал снова набирать высоту, но тут случилось неожиданное: из воды с шипением выскочила тонкая сигара ракеты и устремилась к тому вдогонку. Ещё через секунду выскочила вторая и также устремилась ввысь. Лётчик, заметив опасность, сделал противоракетный маневр, резко отвернув в сторону перед самой ракетой, но тут же угодил под разорвавшиеся осколки второй ракеты. Ещё через секунду пылающий "Фантом", оставляя шлейф дыма устремился вниз и вскоре воткнулся в океан.

В то же время вода вокруг друзей стала мощно бурлить, раскидывая их в разные стороны, и вскоре из глубины показалась вначале трубка перископа, затем ферма рубки с двуглавым орлом в передней части, а затем и сама огромная туша подводной лодки. Когда вода вокруг перестала бурлить, послышался лязг открываемого люка и наружу один за другим стали выходить российские моряки. Первым пришла в себя Мария.

-Ура! Мы всё же спасены! Ура! - она подплыла к разведчику, поцеловала его и с такой силой обняла, что у того вновь перед глазами предстали разноцветные круги. - Саша...Сашенька...Ты только не теряй сознания! Мы почти дома!..

"Дома..." - подумал Зуев и окончательно потерял сознание.

Спустя несколько минут атомная субмарина скрылась в глубинах бескрайнего океана и только багровый закат, медленно сдаваясь ночи, уносил с собой все тайны этой невероятной истории.


1