# Территория 2037

Amin Al

Катастрофа на Южно-Украинской АЭС в 2020 году показала неспособность действующей украинской власти обеспечивать порядок и безопасность на территории государства, отвечая ситуационным вызовам. В связи с этим ограниченная в территориях Украина была переведена под внешнее управление с разделением на зоны влияния.

В Старой Европе, после преодоления острой фазы иммиграционного кризиса многократно усилилась роль Польши, которая расширила свои территории за счет Украины и Литвы, выйдя на лидирующие позиции европейской политики.

Время действия: Год 2037

Место действия: Восточная Территория под протекторатом ЕС, или "Восточный протекторат" - часть Винницкой и Житомирской областей, о принадлежности которых во время второго раздела Украины не смогли договориться Польша с Австро-Венгерской Конфедерацией.

## Территория 2037


Глава I


- Как погиб?


Сержант Ольгерд, сидевший на самом краешке гостевого кресла директорского кабинета, опустил взгляд. Чувствовал он себя неуютно и что еще сказать, не знал.


Олег перевел взгляд на директора. Майя Александровна, сухая женщина с неестественно прямой спиной, знала, что сказать. И неудобства, как напарник отца, никакого не ощущала.


- Олег, я понимаю твое горе и поверь, искренне и глубоко ему сочувствую. До конца недели я освобождаю тебя от занятий. И... указание подготовить соответствующее распоряжение дам сейчас же.


Лишенный всяческих эмоций голос директора центра образовательной подготовки был также сух, как и она сама.


Олег, не конца еще осознав происходящее, снова перевел взгляд на напарника отца.


- Как его убили? Когда?


Сержант снова опустил взгляд, поведя неестественно широкими - в стандартном облачении патрульного, плечами. Вздохнув, он открыл было рот, но директор опередила.


- Господин сержант, не могли бы вы довезти юношу домой? Если нет, я сейчас вызову ему такси.


- Да. Могу.


Простые ответы на простые вопросы давались ему сейчас гораздо легче.


- Тогда не смею больше вас задерживать. Олег, еще раз прими мои глубочайшие соболезнования, я скорблю вместе с тобой.


Облегченно вздохнув и тут же смутившись этого, напарник торопливо поднялся, громко хрустнув сочленениями брони. Олег тоже машинально встал, машинально кивнул, машинально двинулся к выходу на ватных ногах.


Коридор был пуст, гулкие тяжелые шаги сержанта отдавались эхом. Шагая, Олег невидящим взглядом смотрел перед собой.


"Сын, рано или поздно это обязательно случится. Лучше конечно если поздно - когда я уже смогу обеспечить тебе достойное будущее. Но если рано - ты знаешь, что должен делать. Но в первую очередь оцени возможные проблемы и их последствия. И помни - рассчитывай всегда на самый худший вариант, так будет гораздо легче со всем справиться".


Миновав пустые - время занятий, коридоры подготовительного центра, Олег со следующим позади него сержантом вышел на улицу. Патрульный автомобиль был припаркован совсем рядом с крыльцом. Не глядя на сержанта, Олег сел на пассажирское сиденье и уставился в окно.


- Восточный район, второй квартал, строение двадцать девять, - адрес напарник отца знал.


Двигатель мягко завелся, и машина двинулась согласно отображенному на проекции лобового стекла маршруту. Почти сразу исчезла позади зелень парка с белым забором образовательного центра, и патрульная машина проехала к КПП на административной границе районов. Ее пересекли без остановки - сержант лишь включил на пару мгновений сирену и объехал куцую очередь в пять машин. Картина за окном сразу разительно изменилась - на смену заборам со спрятавшимися за ними аккуратными особняками пришла равномерная нарезка улиц и серо-бетонные свечи однотипных домов. Миновав два квартала одинакового муравейника высоток, патрульная машина подъехала к одной из них. На улицах периодически встречались прогуливающиеся люди. Второй квартал был русскоязычным, являясь достаточно благополучным районом - с обязательным условием положительного социального рейтинга для возможности проживания. Согласно статистике, не более двенадцати процентов населения Второго жили на гарантированное пособие и днем тут, в отличие других окраин, можно было передвигаться практически без опасения за свою жизнь.


Когда машина остановилась у нужного дома, и система навигации оповестила о прибытии, молчавший весь путь Олег посмотрел на напарника отца.


- Мистер Ольгерд, как это случилось? Когда?


Напарник еще раз громко сглотнул.


- Олег, все подробности, кхм, запрещены к разглашению в связи с проведением внутреннего расследования по произошедшему... инциденту. Организацию похорон возьмет на себя служба патрульной полиции, все подробности узнаешь, как только будут завершены следственные действия. С тобой обязательно свяжутся в ближайшее время.


Исподлобья глянув на смущенного сержанта, Олег кивнул и вышел из машины. Поднявшись в квартиру, он, свернувшись клубком на кровати, долго плакал, уткнувшись лицом в колени. Сейчас ему надо было дать себе немного отдохнуть. Чуть погодя Олег провалился в забытье, периодически выныривая из него и снова засыпая с отголоском отчаянной надежды на чудо - разбитая ваза склеится, мама найдется, а отец вернется со смены.


Вечером, проснувшись, Олег бесцельно побродил по комнате и подошел к окну, пытаясь собраться с мыслями. Вглядываясь в вечерние сумерки, он понемногу приходил в себя, оценивая ситуацию. Вчера ночью у отца точно была точно не левая подработка: он сам сказал вечером, что попросили подмениться. Согласился отец с удовольствием, смена предстояла хорошая - патрулирование на Балабана, синекура; знай сдерживай зевоту да любуйся с завистью на особняки администрации комиссариата.


Раз смена была официальная, а не одна из постоянных подработок в арабском гетто, значит погиб он при исполнении. Значит патрульная служба не только возьмет на себя все затраты по организации похорон, но и до грядущего скоро совершеннолетия будет перечислять Олегу пособие по утере кормильца. Сумма небольшая, всего двести кредитов в месяц, но этого хватит на оплату аренды квартиры здесь, в Восточном квартале. Переезжать в более неблагополучные районы желания у Олега не было совершенно - элементарно опасно для жизни и здоровья.


Олег начал прикидывать расходы. Аренда квартиры сто шестьдесят кредитов в месяц. Обязательная оплата Сети - еще пятнадцать, пятнадцать вирт. Десять кредитов в месяц на еду никак не хватит, даже если питаться только порошковыми сублиматами. Десять кредитов в месяц даже на качественную воду не хватит.


До окончания обучения в образовательном центре ему оставалось пять полных месяцев. Один месяц обучения стоил триста пятьдесят кредитов, плюс еще пятьдесят на оплату обязательных дополнительных занятий. Сто пятьдесят кредитов - пять месяцев оплаты проезда. Минимум сотню на еду. Две тысячи двести пятьдесят кредитов. И заработать их он сейчас легальными способами не может. Вся его подработка в вирте бустом нубов на Арене могла принести не больше пары сотен кредитов в месяц, и то если из капсулы не вылезать. А если не вылезать из вирта, то вниз поползет рейтинг социальной адаптации, что совершенно нежелательно для завершения обучения.


Олег вздохнул, придя к неутешительном выводу - придется распродаваться. А также придется забыть про дополнительные занятия, доступ к обучающим сетям и занятия в тренажерном центре по специальной программе. Еще раз прокрутив в уме варианты, Олег смирился с продажей накопленного за пять лет на Арене имущества. Быстро, будто боясь передумать, он жестом активировал личный кабинет, вывел перед собой интерактивный интерфейс оружейной Арены, начав выкидывать на аукцион все свое оружие и экипировку с редкими скинами. Оставить решил лишь АК-47 в уникальном камуфляже, подаренный отцом на двенадцатилетие, хотя мог за него выручить сумму большую, чем все остальное.


Пока Олег выставлял предметы на аукцион, на город понемногу опускалась темнота. Квартира была на последнем, двенадцатом этаже, и из окна открывался неплохой вид. Дом стоял на перекрестке двух основных магистральных проспектов. Проспект Независимости, проходя через весь Восточный район уходил в Южные. Там было темно - в прямом и переносном смысле. Редкие фонари заканчивались на границе районов, и за КПП царила тьма, разбавленная лишь парочкой подсвеченных линий наземки да яркими оазисами света на высоте. Немногие в Южных могли себе позволить оплачивать счета за освещение, а те, кто мог, обитали как можно выше от земли, занимая целые этажи.


Проспект Петра Порошенко прямой широкой лентой уходил в сторону Центральных районов, прямо на Киевскую гору. Там света было неизмеримо больше - холмистая местность расцветала многочисленными лентами монорельсов, уличным освещением, подсветкой особняков. На самой горе сверкало и вовсе буйством красок - сегодня там проходило сразу несколько крупных ивентов, в том числе международный конкурс певцов ртом, который на Территории ждали в течение последнего полугода. Там сейчас должен был бы быть его отец - обеспечивать охрану правопорядка.


Олег зажмурился, стараясь сдержать слезы. И вновь активировал личный кабинет - он уже пять раз ощущал тихие импульсы входящих сообщений. Два вероятно о покупке, два о зачислении средств на личный счет. От кого пятое?


Два действительно было о покупке. С аукциона ушли золотая беретта и нож кукри, что прибавило на счет чуть больше пятидесяти кредитов. А вот пятое сообщение было от Степана. Покачав головой, Олег вернулся в сеть - он совсем забыл, что идя в кабинет к директору, поставил режим блокировки на входящие вызовы.


- И куда пропал? - проекция широкого лица Степы появилась перед глазами.


На вопрос Олег не ответил, просто пожал плечами. Говорить сейчас что-либо не хотелось. Даже Степе.


- Тема есть, бабла срубить по легкому.


Олег снова промолчал. Лишь дернул вопросительно подбородком.


- Двести минимум.


- И как можно легко заработать двести кредитов?


- Можно и больше, дружище. Гораздо больше. Ты вписываешься?


- Подробности?


- Надо жизнь показать двум европедикам.


Олег хмыкнул.


- Олега-друг, времени мало. Ты в теме?


- Да.


- Через два часа в "На углу". Валеру не забудь.


Почему черный, кургузый Глок-17 отец называл Валерой, он никогда не говорил. Олег не спрашивал, чтобы лишний раз не привлекать внимание - пистолет он уже брал с собой несколько раз, и все время по просьбе Степы. Несколько раз брал без спроса, а вот на стрельбище, в том числе и с этим Глоком, они с отцом катались регулярно.


Олег вновь заблокировал все входящие и достал из тумбочки очки, внешне похожие на стрелковые. Одев, он коснулся концов дужек, так что те почти сразу превратились в тонкий обруч, смыкающийся на затылке. Олег не убирал пальцев, пока не раздался короткий звуковой сигнал - очки начали интегрироваться, подстраиваясь под его сеть.


Подобные очки с проекцией дополненной реальности и интегрированной обманкой стоили серьезных денег на черном рынке, вот только благодаря отцу Олегу они достались бесплатно. Проблема приобретения состояла не только в стоимости, сколько в возможности найти - после того, как очки дополненной реальности начали массово заменяться имплантами в сетчатку или, как у большинства населения Территории проекционными контактными линзами, подобные очки постепенно уходили в небытие, как когда-то исчезли личные терминалы, а до этого смартфоны. Уходили в небытие в благополучных районах - население тех же Южных поголовно ходило в подобных - без обманок, естественно. Публике с отрицательным социальным рейтингом, не то что импланты, обычные линзы были точно не по карману.


Для Олега, с его регистрацией личного айди на линзы, использование очков, тем более с обманкой, было не очень законным поступком, вернее даже совсем незаконным, но лучше штраф и административное взыскание с падением социального рейтинга, чем несмываемое пятно криминала в личном деле.


Совсем скоро Олег услышал мелодичный сигнал, сообщивший о готовности девайса к работе. Все, теперь - вкупе со включенной обманкой, для всего информационного пространства он спал. Если целенаправленно искать будут, не поможет, конечно, но кому он нужен сейчас, чтобы целенаправленно его айди отслеживать?


Пистолет между тем спрятался в поясной кобуре, сдвинутой назад и скрытой широкой толстовкой, а нож уместился в ножнах на голени. Накинув капюшон, Олег вышел на улицу. Через полчаса он уже сидел в небольшом кафе "На углу", попивая чай. Забегаловка была расположена у самой границы Второго квартала и Южных. Здесь постоянно паслась колоритная публика - патрульные, таксисты, сутенеры, проводники. Сейчас посетителей было чуть больше, чем обычно - заметив это, Олег только сейчас понял, что связано это с песенным конкурсом, на который в Новый Днепр съехалось достаточно народа с материка - как называли здесь континентальную Европу. Поэтому именно в эти несколько дней возможности заработка вырастали в разы - кроме обычных, знающих маршруты с расценками посетителей, на Территорию съезжалось в поисках впечатлений достаточное стадо непуганых идиотов - как называл подобных пассажиров Степан.


Восточная Территория под протекторатом Европейской Комиссии представляла собой часть Житомирской и Винницкой областей, о принадлежности которых во время второго раздела, в начале тридцатых годов, не смогли договориться Польша с АВК - Австро-Венгерской конфедерацией. Сам же прецедент протекторатов был создан гораздо раньше - при решении иммиграционного кризиса. Будучи созданной по образу и подобию остальных протекторатов, Территория была достаточно популярна у особого рода туристов - здесь можно было также практически все, вот только население большей частью не представляло этнические арабские или африканские гетто.


Знающим европейцам, обремененным средствами и искушенным отдыхом, возможность пожить пару дней без оглядки на социальный рейтинг, к тому же в окружении почти европейского населения, приходилась как нельзя кстати. Особенно жителям Первого Мира, где социальный рейтинг был главным критерием оценки качеств индивидуума, находясь в зависимости буквально от таких мелочей, как частота покупок в магазинах, не говоря уж о посещении борделей или просмотра кровавого спорта. И несомненное Территории - здесь можно было приобрести все то, что в Европе покупать было нельзя без учета в рейтинге. Хотя наличные деньги уже давно исчезли из обращения не только в Европе, но и на Территории тоже, но здесь это не было препятствием - осуществить покупку помогали проводники.


- Здорово, Френ, - присел напротив Олега за стол Мустафа.


Олег приветственно кивнул. Именно Мустафа сегодня будет расплачиваться по счетам там, где это можно сделать, и договариваться об оплате там, где это нельзя сделать напрямую. Мустафа жил на гарантированное пособие, что обязывало его проводить не менее восьми, но не более двенадцати часов в вирте ежедневно. Из-за гарантированного пособия и регистрации в Южных у него не было причин бояться за свой социальный рейтинг - ниже уже некуда, дальше только отказ от пособия и криминал. Зато именно в вирте он смог, не без помощи родственников, устроиться на работу в Метелицу, поэтому у него был достаточно высокий рейтинг, чтобы появляться даже во Втором квартале.


- Ты в курсе происходящего, Мустафа?


- Двое вроде будет. Больше ничего не знаю.


- А больше и не надо, - Степа появился неожиданно-незаметно. Удивительная его способность, учитывая что сам был он большим, широким и громким. Выражение лица у Степана всегда было чуть удивленным, что вкупе со сметанными щечками и чмокающим разрезом губ придавало ему вид добродушного и неуклюжего увальня. Вот только купиться на его внешность могли только те, кто совсем Степана не знал.


- Докладываю, други. Два гражданина, оба из Франции.


- Сраные лягушатники, - непроизвольно вырвалось у Олега, знакомого со стандартной петушиной заносчивостью туристов-французов.


Мустафа тоже прокомментировал, но не так корректно, как Олег. После решения иммиграционного кризиса именно Франция потеряла больше всего территории под протектораты, поэтому коренные французы испытывали особую неприязнь к жителям цветных гетто. Даже если дедушка "коренного" француза родился в Центральной Африке и в детстве зарабатывал себе на жизнь погрузкой бананов на Берегу Слоновой Кости.


- Хотят очень много всего посмотреть и попробовать, - даже не обратил внимания Степа, - начинаем предположительно с Ямы, дальше как пойдет. К шлюхам их точно ведем, также возможны прогулки под луной и прочие незабываемые приключения. Наши гости уже готовы выезжать из отеля, явку подтвердили, поэтому Мустафа - подряжай извозчика.


- Сколько?


- Часа три, но вполне вероятно, что на всю ночь. Доставка туда-обратно. На КПП желательно договориться - я сегодня только на "SE4" смогу, это другой конец географии. По деньгам - для начала полтинник. Дальше как сложится.


Кивнув, Мустафа поднялся и пошел к группке земляков в углу зала - искать такси. Настоящих таксистов, конечно, там не было - все городские службы такси эксплуатировали беспилотные автомобили, но в Южных очень редко можно было увидеть их стандартную желтую окраску. Один из максимально легальных способов заработка - не считая наказания за незаконный оборот кредитов, конечно, в Южных был частный извоз. Им и промышляла значительная часть обитателей, не обремененная обязательным виртом, идущим в связке с гарантированным пособием.


Олег проводил Мустафу взглядом и посмотрел на Степу. Тот встрепенулся.


- Сегодня ночь возможностей, Олега - если получится, с этих пассажиров можно срубить столько, что двести на рыло мелочью покажутся!


- Ты их знаешь?


- Да, я одного из них уже водил два раза. Но без особых изысков - только у нас, во Втором. Он распробовал, так что сегодня они заряжены по полной, а с деньгами у них полный порядок.


- Нас тоже только трое?


- Этого мало?


- Я для информации.


- У тебя отец дежурит сегодня?


- Нет.


- А как-то он может...


- Степа, нет. Не может.


Вышло резковато.


- Окай, окай, май ангри гай, - Степа внимательно посмотрел на Олега, но спрашивать ничего не стал. - Ладно, через Мустафу пробьем - зафиналить их по-любому надо бы.


Олег кивнул, отвернувшись, стараясь выглядеть невозмутимо. Степа на его состояние внимания больше не обращал, копаясь в сети и решая задачу по поиску сговорчивых патрульных, готовых прибыть в означенное место и инициировать проверку документов. Что туристам совершенно не нужно, и естественно - как и везде на Территории, вопрос можно будет закрыть деньгами.


- Степ, зачем тебе все это? - мысли старающегося отвлечься Олега забрели в самом неожиданном направлении.


- Не понял?


- У тебя бабушка в России, отец в киевской администрации, мать с отчимом в Швейцарии. Мог бы давным-давно уже уехать отсюда, и жить как люди.


- Пап, ты в яблоках жил? Жил. И как там? Прекрасно. А чего мы сейчас в говне живем? Есть такое слово - Родина, сынок, - быстро проговорил Степа анекдот и коротко взоржал.


Олег даже не улыбнулся, Степа глядя на него тоже перестал скалиться.


- Окай, окай. А ты думаешь, почему тебя отец до этого отсюда не отправил?


- Кому я нужен в Европе?


- Россия тебя чем не устраивает?


- У меня отец атошник из добробатов, ты же знаешь.


- Олега-друг, между прочим, отец вкладывает в тебя каждый год столько денег, что за глаза хватило бы состряпать целую грядку родственников, даже московских, и пойти по программе возвращения на Родину, ты не думал об этом?


Олег даже вскинулся - об этом он как-то не думал. Действительно, кроме оплаты образования в центре подготовки, на которые Олег худо-бедно зарабатывал сам, все свои заработки отец вкладывал в дополнительное образование сына. И сумма ежемесячно получалась более чем серьезная. Конечно, на зарплату простого патрульного подобного обеспечить он бы не смог, но его официальный оклад не шел ни в какой сравнение с неофициальными подработками. Без которых оплачивать полное образование Олега возможности никакой бы не было.


- Кому мы там нужны, Олега? - между тем продолжал Степа, - вот приеду в Европу, и что? Гением родиться не повезло, так что кем я там, массажистом пойду - старперам передергивать, или официантом? А свое дело с нуля начинать, так окупаемость после выплаты кредита только моим детям светит, и то не факт. Двадцать лет в загоне прожить, чтобы начать получать хоть какой-то доход? Который к тому же мне в любой момент из налоговой перекрыть могут, еще и дело вшить? А с рейтингом что делать - за развлечениями сюда, на Территорию кататься? Так смысл тогда отсюда уезжать?


- В России с рейтингом гораздо проще.


- Окай, май стьюпид гай. Проще, не спорю. То есть в России ты спокойно идешь такой в центр развития и покупаешь себе программу адаптации мышц под возможности своего арена-перса? Не, ну купить ты ее может и купишь, но что фээсбэтменам расскажешь, которые тебя из тренажеров сразу вынут?


- А... да уж нашел бы, что сказать.


- А... - глумливо передразнил Олега Степан, - а зачем? Зачем что-то придумывать, если здесь ты и так можешь делать то, что считаешь нужным, без необходимости отчитываться перед кем-либо? Здесь окна возможностей шире, понимаешь? Да, дети мои, если доживу, будут или в Европе, или в России жить и учиться, но для того чтобы они жили хорошо, стартовый капитал я собираюсь заработать здесь.


- Парни, сорян что прерываю, но может уже начнем? Зарабатывать? - Мустафа уже стоял за спиной Степы в ожидании, - карета подана.


Глава II


В салоне древнего минивэна стоял густой дух благовоний и арабских напевов. Везде, где можно, висела ткань с бахромой, а на торпеде было несколько проекций, изображающих гордых муджахидов с АК и Мечеть Парижской Богоматери. Олег зарубился бы на любую сумму, что Мустафа специально для спесивых французов нашел подобного извозчика - ностальгирующего по минувшим походам полумесяца, в ходе которых государственность Пятой Республики и перестала существовать: в большинстве цветных гетто протекторатов население до сих пор искренне верило, что совсем чуть-чуть не хватило, чтобы Старая Европа пала.


Таксист, судя по стеклянным глазам, был не первый день под веществами, но машина в безаварийном стиле ехала туда, куда надо, а большего от него и не надо было. Одного Олега, заряженного обманкой и оружием сразу по нескольким статьям, серьезно беспокоил проезд КПП в Южные, но Мустафа на его вопрос только рукой махнул - не волнуйся мол, все под контролем.


Достаточно скоро машина подъехала в глухой переулок. Минута ожидания, и с другой стороны улицы появилась желтое приземистое такси. Бесшумно подкатив к тойоте, оно остановилось на парковочном месте. Извозчик, игнорируя возмущенно замигавший индикатор нарушений ПДД, подъехал почти вплотную к дверям такси. Оба туриста быстро пересели из такси, и извозчик тронулся, напоследок показав в сторону парктроника интернациональным жестом средний палец. Желтое такси осталось на парковочном месте, в ожидании возвращения туристов.


- Меня вы уже знаете, это Олег, это Мустафа, - заговорил между тем Степа. - Парни, знакомьтесь, это Жан, это Жак.


Олег, обернувшись на туристов, кивнул. Оба были невысокого роста, темноволосы и кучерявы - типичные французы. И Олега, и тем более Мустафу, они наградили привычно отстраненно-заинтересованными взглядами жителей первого мира, приехавших посмотреть на папуасов. Извозчика Степан представлять не стал, но в стороне тот тоже не остался - музыку сделал погромче.


- Господа, прошу вас, - протянул туристам Степа очки точь-в-точь как те, которые были на Олеге, - предмет национального украинского гардероба.


- Это же не балаклава? - продемонстрировал эрудированность тот, которого Степа назвал Жаком.


- За балаклавой вам в исторический музей - мы тут не настолько технологически оторваны, - рассмеялся Степа.


Олег отвернулся, вглядываясь в окно - он все время удивлялся, как Степа свободно общается с людьми.


- Активная защита, все работает? - поинтересовался Жак, примеривая очки.


- Да, ни одна камера вас не идентифицирует.


Французы, нацепив очки, начали негромко переговариваться между собой, наблюдая за пейзажами за окном. Перевод их беседы Олега сейчас не интересовал. Если бы личная сеть была активна, слушать бы пришлось - встроенный в имплант переводчик автоматически переводит чужую речь, глуша ее для восприятия и передавая вибрацией звуки напрямую. Но личный айди Олега сейчас был заблокирован обманкой, и французская речь отображалась перед глазами бегущей строкой. Олег практически не всматривался в текст перевода - машина подъезжала к КПП и он все больше нервничал. Несмотря на то, что Мустафа был железно уверен в водителе, Олега вид обдолбанного извозчика не вдохновлял. Но, несмотря на его опасения, все прошло благополучно - на КПП оказались земляки таксиста, который лишь махнул рукой и проехал на территорию другого района под шлагбаум без намека на досмотр и даже сканирование.


Французы тут же оживились. Еще бы, посмотреть было на что - после одинаковых серо-бетонных коробок Восточного района Южные поражали контрастом. Архитектура застройки здесь была практически идентичной, но обогащена колоритом бедности и криминала. Многочисленные, зажегшиеся в ночи вывески - от дешевых ламповых до полноценных голопроекций, соседствовали со щербатыми фасадами, щурящимися выбитыми окнами. В некоторых из них мелькали отсветы живого огня. Одежда шатающихся по улице людей представляла также привлекала внимание: от ярких костюмов чернокожих щеголей и кожи с камуфляжем блататы, до откровенного рванья и своеобразных одежд уличных проституток, среди которых встречались как доморощенные чернокожие обоего пола, так и белые, вконец опустившиеся личности.


Зазвенело стекло и хлопнули пробки - Степа, открыв пару бутылок с пивом ядрено-зеленого цвета, протянул их туристам. В салоне сразу потянуло резким духом алкоголя. В этот момент машина проехала совсем близко рядом с одной из проституток. Когда та, одетая лишь в рваные колготки и драную майку, оказалась достаточно близко от машины, туристы загалдели чуть громче, возгласами выражая отвращение, но всматриваясь с болезненным любопытством.


- Эй-эй, парни, спокойно, вы со мной! - тут же проговорил Степан, успокаивая их - девочки будут не с улицы.


- Ты обещал, Степан.


- Жак, мы с тобой уже давно знаем друг друга. Если я обещал, что сделаю по высшему разряду, значит сделаю.


- Это точно будут настоящие русские блондинки? Учти, как в прошлый раз ты меня всякими эстонками не проведешь.


- Жак, в прошлый раз были плохие девочки? Нет, вот видишь. В этот раз я договорился, они специально для тебя во время процесса споют гимн Советского Союза!


Успокоенные, французы вернулись к осмотру проплывающих за окном достопримечательностей. Извозчик, планомерно накручивающий круги по району, то и дело кидал вопросительные взгляды на Степана. Тот же периодически посматривал расфокусированным взглядом в пространство - в видимый только ему интерактивный интерфейс. После очередного отвлечения он чуть кивнул сам себе и сам поймал взглядом таксиста, едва заметно кивнув.


'Готово' - тут же беззвучно шепнул он, обращаясь к Олегу.


Тойота, еще пропетляв по улицам, подъехала к 'Яме' - большому торговому центру. Бывшему торговому центру - сейчас этажи флагманского молла Южных районов занимали совершенно различные заведения, все под контролем местных группировок и банд. Здесь можно было как продать практически все, так и купить - от человека и веществ в пользование до оружия и новой личности. Хотя конечно надо было совсем дойти до крайности, чтобы покупать новую личность именно здесь - из всех предложений Ямы вряд ли можно было найти хоть одно АйДи с рейтингом выше нуля.


Машина остановилась максимально далеко от общей парковки, на которой кучковались группы мутных личностей.


- Выходим парни, выходим! - легко выпрыгнул Степа на асфальт, разминая ноги. Олег с Мустафой выбрались следом, и застыли, ожидая пока туристы осмотрятся вокруг.


- Друзья, минутку внимания! - поднял Степа обе руки с раскрытыми ладонями в знак важности произносимого. - Послушайте, это очень важно.


Туристы внимательно слушали.


- Мы сейчас находимся в Южных. Тут не работает европейская RecFace, здесь вы не получите штрафа за анонимность действий, и здесь вы можете найти впечатления, какие никогда не найдете дома. Европейские законы здесь больше не властны над вами, их тут нет. Но цена за это - опасность для здоровья и даже жизни, которая стоит здесь не очень дорого. Законов тут нет, но есть простые правила поведения - соблюдая их, опасность можно свести к минимуму.


Правило первое и единственное - никуда не теряйтесь от меня и делайте так, как я говорю. Если вдруг что, запомните - в Южных работает закон фонаря. Видите, мы стоим в круге света? Если окажетесь вне освещенных улиц, ваше здоровье и сбережение подвергнутся большой опасности. Жители Южных рады гостям - вы привозите сюда деньги и возможность заработать, но большинство из них не откажутся просто забрать не только все ваши деньги, но и органы. В темноте улиц правило гостеприимства Южных не действует.


Чтобы не нарваться на проблемы на ровном месте, ни с кем сами не говорите. Ни с проститутками, ни с вышибалами, ни с барменами. Только через меня - здесь не действует закон, но действуют правила поведения. Нарушать их не надо, а...


- Степан, мой друг, ты повторяешься! Мы все поняли! Давай, веди нас навстречу приключениям! - Жак махнул рукой с почти пустой бутылкой. Тут же он сосредоточил внимание на ней, и одним большим глотком допил остатки.


- Куда выкинуть? - посмотрел турист на Степана.


- Прямо здесь бросай. Давай, давай, здесь можно не только это!


Жак, чуть подумав, вдруг размахнулся и с силой бросил бутылку на землю, сопроводив громким 'Вау!' разлет осколков. Второй турист недолго думая, также опорожнил бутылку и с громким возгласом жахнул ее об асфальт. Эмоции у французов били через край - уже от одного осознания безнаказанности подобных действий сносило крышу, пары наркопива лишь добавляли радости и счастья.


- Э, вы че творите, мрази! - послышался пропитый голос.


К машине приближалось две закутанные в лохмотья фигуры. На одной была замызганная оранжевая жилетка муниципальной службы. Он и продолжал говорить сиплым голосом - уже больше непечатными выражениями. Олег коротко глянул на французов. Понимали они явно не все - вряд ли интерпретатор переводчика справлялся с выражениями типа 'ща ебалду вскрою' и 'хуерга гомосяцкая', но оба были явно испуганы.


- Дружище, дружище, мы готовы все уладить! - закричал Степа, загораживая туристов.


- Я те улажу! - не встретил тот понимания. Более того, в руке дворника показался видавший виды кухонный тесак со ржаво-бурыми пятнами.


Олег был готов к подобному развитию событий - сделав два быстрых шага вперед, он направил на агрессивного дворника пистолет.


- Э, э, ребят, я же ничего, я не против! - тут же попятился тот назад и едва не упав, споткнувшись, бросился прочь. Второй тоже отбежал на десяток метров, но вдруг остановился, с угрожающим воплем потянувшись за пазуху. Моментально грохнул выстрел, и выскочившая из Глока гильза запрыгала по асфальту. Дворник в жилетке даже не глянул на упавшего товарища, лишь дернулся, ускоряясь в желании как можно быстрей скрыться за помойкой.


- Уходим, уходим, - потянул за собой туристов Степа. Олег, то и дело поглядывая на недвижимое тело, двинулся следом, убирая пистолет.


- Одно из правил поведения Южных - если на тебя лезут с оружием без предварительного разбора, ты свободен в действиях самозащиты, - пояснял ошалевшим французам Степа, - теперь вы понимаете, что здесь все серьезно? Пойдемте еще пива возьмем, надо стресс запить.


- Он его действительно убил?


- Так просто взял, и убил?


- Вон бар, надо пива взять, говорю. Да, взял и убил, что тут такого?


Когда все пятеро входили через двери молла - когда-то автоматические, а сейчас разбитые и навечно застывшие в открытом положении, Олег, идущий последним, оглянулся. Он смог разглядеть, что Гарик, якобы получивший пулю, и по-настоящему слупивший со Степы за представление десятку кредитов на двоих с дворником, уже поднимался.


После первых глотков алкоголя в баре туристы слегка расслабились, и чуть залив шок пивом, уже практически безбоязненно взирали на местную колоритную публику. Спокойствия и развязности французам постепенно добавляло осознание, что они здесь не одни пришлые - то и дело в пестрой толпе мелькали жители первого мира, также прибывшие в Яму за развлечениями. Некоторые уже, потеряв контроль над собой, зажигали на танцполе в компании как подруг, так и местных работниц индустрии отдыха - выглядящих на порядок лучше, чем уличные проститутки.


Пока туристы накачивались пивом, приходя в себя, а Степан пел им на уши чудные истории, Олег с Мустафой стояли рядышком, в готовности отшить мутных личностей, если таковые появятся. Но двое туристов в сопровождении адекватных проводников никого не привлекали - благодаря международному ивенту сегодня в Яме было достаточно пассажиров при деньгах и даже без сопровождения.


Через полчаса туристы были вновь готовы к впечатлениям. Мустафа к этому времени уже исчез - пошел искать места на арене. Яма не зря называлась Ямой - все самое интересное происходило здесь на трех подземных этажах, бывших когда-то спортивными клубами и помещениями паркинга. И именно за развлечениями нижних этажей и прибыли сюда туристы.


- Степан! Настоящий кровавый спорт, Степан! Ты обещал! - с пьяной настойчивостью повторял Жан, то и дело тыкая в Степу пальцем с французским маникюром.


- Все что обещал, сегодня получите. Если я обещал, значит я делаю, - подхватил Степа под руки туристов. Олег пристроился чуть впереди, во избежание - французы вместе с алкоголем и намешанным в него веществам приобрели бодрость духа и готовность не только к впечатлениям, но и к приключениям, чего проводникам было совершенно не нужно.


До арены Ямы добрались быстро - спустившись по пандусу на нулевой этаж, прошли по коридорам и оказались в помещении бывшего фитнесс клуба. Здесь в части пола была с некоторой долей аккуратности пробита огромная дыра, как раз под размер бассейна, находившимся этажом ниже. Арена - бассейн, в котором со времени тестовой прогонки при постройке здания не появлялась вода, была закрыта куполом пуленепробиваемого стекла. Для антуража в получившейся чаше были установлены парочка рифленых транспортных контейнеров, старый погрузчик, несколько штабелей деревянных ящиков. Кафель на стенах во множестве мест был выщерблен пулевыми отметинами, на полу виднелись застарелые бурые пятна. Особенно привлек туристов тянущийся широкий след, теряющийся за одним из входов.


На экраны Арены транслировалась информация о предстоящих сегодня поединках. Время самых рейтинговых боев еще не пришло, но Степа с туристами начал бурное обсуждение участников и коэффициентов ставок. Туристов рейтинг бойцов не интересовал совершенно - они впервые вживую присутствовали на кровавом спорте, и сильно возбудились от осознания предстоящего действа.


Мустафа! Друг мой, ставочку сообрази! - обернулся Степа, на котором двумя пьяными бесами висели французы.


Очередная дуэль ожидалась совсем скоро, и туристы пожелали попробовать удачу в ставках.


- Сколько?


- Жак сотню на красного, а Жан двести на синего.


Мустафа быстро исчез. На Арене между тем в ближнем, синем углу, появился один из бойцов, разминаясь. Это был невысокий парень в деловом костюме и видавшим виды пистолет-пулеметам в руках. Появление поединщика зрители встретили приветственным гомоном.


Олег коротко всмотрелся в незнакомого бойца. Лицо с нездоровой кожей, не первой свежести костюм, сидевший мешковато, явно надет для пущего антуража. Реальный персонаж разительно отличался от того белого воротничка с нулевым пока рейтингом, который взглядом превосходства взирал на зрителей с экранов. Наверняка новичок из Южных, или даже из трущоб, подписавший с промоутером контракт сразу на несколько боев, чтобы счета семьи оплатить. А может просто в банде первую кровь попробовал, и шальных денег захотелось.


- Олег! - на этот раз Степа легко освободился от настойчивых туристов - оба француза направили все свое внимание на человека, которому сейчас предстояла схватка со смертельной опасностью. Степан подошел к Олегу и заговорил ему прямо в ухо, прикрывшись ладонями - чтобы туристы не слышали.


- Олега, эти дятлы себе хотят девочек первого класса - русских блондинок, ты слышал, наверное, а еще мальчика. Мальчика желательного большого, чернокожего и пассивного. Сделай сейчас красиво, а то я смотрю сегодня в Яме народа столько, что потом придется этим доказывать, что третий сорт не брак.


- Ты один тут как, справишься? Может Мустафу дождаться?


- Да нормально все будет, они ручные, я думал хуже будет.


- Ладно, я пошел.


- Давай, Олега-друг, не подведи.


Кивнув, Олег направился к выходу, где аккуратно просачиваясь, а где проталкиваясь через пребывающих зрителей - в зависимости от их статуса. Покинув по пандусу нулевой этаж, он поднялся по широкой лестнице на второй. Здесь в одном из крыльев молла располагались бордели - в парочке витрин танцевали местами одетые работницы индустрии плотских развлечений, некоторые заведения не поскупилось на голограммы в человеческий рост. Стены везде были украшены граффити разного качества, изображающих в большинстве случаев женщин разной степени одетости.


Олег прошел мимо нескольких заведений, игнорируя зазывающие оклики и даже стряхнув с себя парочку настойчивых рук. Он направлялся в 'Лядскую Лавру' не только потому, что это заведение выделялось антуражем - все девочки и мальчики заведения носили униформу, намекающую на принадлежность к служителям церкви. И не столько потому, что качество услуг в Лярве отличалось в лучшую сторону от большинства местных борделей - не считая заведений третьего этажа, конечно. Олег шел туда, потому что знал в этом заведении всех администраторов, что позволяло заработать лишних кредитов, которые никогда не лишние.


Зайдя в небольшую дверцу, охранявшуюся двумя бугаями в инквизиторских рясах, под которыми угадывалось спрятанное оружие, Олег оказался в огромном помещении с высокими арочными сводами. Сразу же его окружило пространственным звучанием приятной мелодии, поодаль послышался мелодичная смех привлекательных смоковниц; одна из них, приветливо махнув рукой, скрылась на балконе, с которого открывался невероятный вид скалистого берега моря.


Естественно, помещения борделя было не настолько большим, да и моря за балконом не было - эффект достигался установленными кинетическими экранами.


- Приветствуем тебя в нашей обители, путник! Желаешь ли ты... - буквально полилось в уши Олегу бархатным голосом. Впрочем, почти сразу дежурный оттенок голоса изменился: - Олежа, привет! Ты ко мне по делу, или мы наконец-то с тобой покувыркаемся, мой сладкий?


За стойкой администратора, стилизованной под окружающий антураж, сидела Зоряна. Впрочем, она уже стояла, профессиональным жестом уместив грудь на стойке так, что та была вот-вот готова выпрыгнуть из тугого корсета.


- По делу, - стараясь смотреть девушке в глаза, кивнул Олег.


Они с Зоряной когда-то учились в одном классе средней школы. Потом Олег перешел в высшую, а Зоряна нет. Ее отец потерял работу, и не смог оплачивать ей обучение. Теперь девушка работала в Лярве и оплачивала не только обучение своей сестре, но и кредиты отца.


- Олежка, сладкий, ну что ты все по делу, да по делу? Может все-таки договоримся? Я уж поработаю, специально для тебя. И скидочку сделаю!


- Сколько?


- Ой, Олежа, неужто? Тридцать процентов.


Олег задумался на пару мгновений.


- Нет, я пока нищеброд, извини.


- Тебе жалко пятьдесят шесть кредитов на свою школьную любовь?


- Пятьдесят шесть? Ты меня по туристическим расценкам что ли считаешь?


- А по каким еще тебя считать? Ты же у нас белая кость, из Восточного района.


- Зорь, за пятьдесят шесть кредитов меня в вирте половина вашей богадельни ублажать будет.


- Ой да ладно, на меня виртуальную скидка только двадцать процентов от тарифа. А я тебе тридцать делаю, за натуру. Заметь, только для тебя!


Зоряна была очень красивой девушкой, и в школе за ней, кроме Олега, пыталась ухлестывать половина класса. Вот только она уже в то время цену себе знала, и в ответ на искренние ухаживания влюбленного Олега только посмеялась, выбрав на тот момент самый интересный вариант. Последние полгода за стойкой Лярвы Зоряна стояла только по ночам, поднявшись сюда из положения обычной девочки, в остальное время исполняла дневную фею бригадиров 'греческих' - одной из влиятельных группировок Южных.


В помещение борделя зашло еще несколько человек, сразу перехваченных дежурной девочкой, которая повела их в зону ожидания, выразительно зыркнув на Зоряну.


- Ну, не хочешь, как хочешь, - сразу изменила та тон на более деловой. - Рассказывай, милый, только быстренько.


- У нас со Степой два европедика в попутчиках, надо исполнить их по максимуму. Хотят двух блондинок русских и одного негра, чтоб большой был и заднеприводный при необходимости.


- Где я тебе двух блондинок со знанием русского найду?


- Мне в другое место идти?


- Ой, да ну тебя! Илона будет, и сейчас Марьянку покрасим быстро, - быстро прикинула Зоряна про себя, - еще какие пожелания?


- Да больше нет, в общем-то. Накидывай по максимуму от стандартной ставки, на сколько наглости хватит - пассажиры при реальных деньгах. Будем через пару часов.


- Ой, сладенький, я тебя люблю, - обрадовалась Зоряна грядущему заработку. - Подумай про тридцать процентов, солнце, - стрельнула она напоследок глазками.


- Угу, - буркнул Олег, разворачиваясь к выходу.


Он вышел из борделя, сразу окунувшись из приятного лаунжа в гомон Ямы, сдобренный смесью запахов алкоголя и немытых тел местной публики. Перепрыгивая по несколько ступенек, Олег спустился на первый этаж, направляясь к пандусу. Внутри у него появилось тревожное ощущение, и по пандусу к арене он почти бежал.


Бой уже закончился - труп 'костюма' с многочисленными пулевыми отверстиями на груди как раз выволакивали из чаши. Олег бросил на него только мимолетный взгляд, ощутив холодок страха в груди - судя по организованной группе, окруживших Степу, Мустафу и испуганных туристов, тревожное предчувствие его не обмануло.


Вокруг, явно предвкушая интересное действо, на некотором расстоянии начали кучковаться заинтересованные зеваки, отвлекаясь даже от бесновавшегося в красном углу победителя минувшего боя.


Глава III


Олег подошел к сгрудившейся толпе. Здесь квадратный чернокожий тип, с повязанной на шеей арафаткой, только закончил говорить. Испуганные французы, избавившись от хмельной удали, под его взглядом были готовы провалиться под землю. Степа, обычно невозмутимый, также явно нервничал - яркие пятна румянца лишь подчеркивали его побледневшее лицо.


Во внушительной группе чернокожих оппонентов Олег с удивлением заметил знакомое лицо. Это был Халид - бригадир двух точек по продаже секс-услуг и веществ в районе 'трех дураков', где они пару раз пересекались. Халид едва заметно кивнул Олегу, но тут же перевел взгляд на чернокожего, который буравил взглядом одного лишь Степу.


Пауза затягивалась, а Олег внимательно перескакивал взглядом по недружелюбным лицам. Он не понимал, как в группе из черного гетто оказался Халид: молодой сириец был не на последних ролях в молодежной банде под крылом группировки Джунд аш-Шам, контролирующей практически весь Юго-Запад Нового Днепра, а эта публика с черным гетто обычно никаких дел не имела.


- Джон, да? Слушай, Джон, согласен, косяк на нас. Мы готовы заплатить, давай решим вопрос, - заговорил между тем Степа.


- Степан, да? - скопировал интонацию Джон. - Слушай, Степан, косяк реальный, и деньгами такое не решишь. То, что это иблисово семя тут своим поганым ртом...


Радикальность суждений и упоминание иблисого семени чернокожим громилой как-то объясняло нахождение рядом с ним Халида. Но никак не проясняло ситуацию - в черных гетто Нового Днепра никаких последователей Боко Харам и прочих джамаатов из Центральной и Западной Африки давно не было - ушли из города, будучи вытесненными как раз сирийцами после серьезного конфликта. Олег, пользуясь секундной паузой, пока на Степу лились непереводимые идиоматические выражения, шагнул вплотную к Мустафе, спросив почти беззвучно.


- Что было?


- Да этому дятлу, - короткий кивок на одного из туристов, - не понравилось, как на него из этой коблы смотрят. Включил потомка колонизатора, обозвал их по-разному.


- И все?


- Плюнул еще пару раз в них.


- Дебил, еп. Хорошо хоть ботинком не кинул.


- ...только кровью это смыть можно, Степан.


- Э, не, друг, извини. Ты не в своем протекторате, это Территория, тут закон есть. Это турист, к ним другое отношение - они сюда деньги приносят. Он оскорбил, он заплатит - все по-честному, люди видели, люди подтвердят.


Толпа зевак становилась вокруг все плотнее. Загалдели - даже те, кто не видел. Но подтвердить были готовы. Олег быстро скользнул взглядом по сонму лиц; никого из радикалов, хоть бы даже из Правого сектора в толпе видно не было, а это было очень плохо.


- Э, Степан, нет. Кто их сюда привел - ты. Кто за них ответственен - тоже ты. А этот, - Джон между тем выразительно глянул на туриста, - оскорбил не только меня, но и моих предков.


- Серьезно? - шепнул Олег Мустафе.


- Про обезьян что-то лопотал, было дело, - ответил тот.


- Ответь за их слова, Степан. Вон там, - показал Джон на Арену.


Его слова тут же были подхвачены толпой зевак, почувствовавших предвкушение развлечения. Олег пробежался глазами по окружающим - мелькнула мысль, что как-то уж слаженно раздались крики.


Степа задумался - румянец на его щеках покраснел еще больше, заиграли желваки. Олег знал, что Степан уже два раза выходил на арену, одержав две победы. Вот только в его статистике это его не отображалось - лишняя информация, как считал сам Степан.


Олег легким движением руки развернул перед глазами информационное окно. Он уже отправил запрос по чернокожему громиле, и на периферии зрения давно мелькало оповещение о завершении поиска по учетным записям соцсетей. Профиль Джона был не только в 'Бойцовском Клубе' и 'Арене', но и на 'Городских боях'. Олег лишь охнул мысленно, увидев количество и винрейт реальных поединков. Лучше уж Степе сейчас дать себе пальцы отрубить - их хотя бы регенерировать можно. Правда после такого позора ему в Южные дорога закрыта будет, но зато живым останется.


- Я готов выставить вместо себя замену, - ответил Джон на выразительный взгляд Степана.


Окружающие его спутники расступились, и вперед вышел смуглый парень.


- Твою-то мать, - не удержался Мустафа.


Олег тоже выругался мысленно. Кандидат, предложенный Джоном, был молод - наверняка не старше Олега. Практически идеальные черты лица - как у дженериков, которых изредка можно было встретить на Территории. Вот только детей богатых родителей делали идеальными с помощью достижений генной инженерии в процессе беременности, а для этого молодого парня поработали поколения предков, находившихся на иерархической вершине и выбиравших себе в жены самых красивых наложниц.


Данные в соцсетях на юного воителя отсутствовали. А вот профиль на арене был создан, причем пока с нулевой статистикой. Все моментально встало по своим местам - и отказ Джона от денег, вкупе с навязчивой идеей смыть оскорбления кровью; и согласованность действий в толпе - сгрудившиеся вокруг зеваки уже в голос требовали кровавого решения, хотя в Яме такое практиковалось очень редко. И даже присутствие Халида среди чернокожих становилось понятно.


Юный аристократ вышел на охоту за первой кровью. Родственники его почти наверняка о похождениях не в курсе - модная забава золотой молодежи совершенно не пользовалась популярностью у их родителей. Столь разношерстная группа поддержки, которая использовалась для того, чтобы обеспечить ему достойного кандидата, лишь подтверждала самодеятельность юного кандидата. Француз кстати тоже мог не просто так среагировать. Олег взгляд на кучерявого туриста, и решил, что этот идиот в процессе вряд ли участвовал.


- Откажешься, мы все равно возьмем свое, - прозрачно намекнул Степану Джон.


Степа явно нервничал. Соглашаться на поединок с молодым аравийцем - а это наверняка был представитель если не саудовской, то катарской аристократии, было едва ли лучшим вариантом по сравнению с самим Джоном. Наверняка у юнца был полный набор имплантов, усиленных тренировками. Вкупе, конечно же, с желанием начать список побед с русского: после того как те, изображая миротворцев, разместили свою базу на Сокотре, а потом под предлогом борьбы с терроризмом принудили к миру Йемен и аннексировали часть Саудовской Аравии, каждый уважающий себя аравиец-суннит питал желание праведной мести.


- Уважаемый, - вдруг выступил вперед Мустафа, пристально глянув в глаза аравийцу. - Отец знает, что ты, юный амир, собрался стать муджахидом? Но если что-то пойдет не так, и вместо муджахида ты станешь шахидом, нам ведь придется перед ним за это отвечать. Или ты за это ответишь? - перевел взгляд Мустафа на Джона. - Или все будем перед его отцом отвечать?! И ты, и ты, и ты, - начал Мустафа, тыкая пальцем в зевак. Что характерно, те, на кого он показывал, сразу пытались исчезнуть из первых рядов. Но те, кто стоял позади, продолжали требовать схватки.


- Мой отец знает, что я здесь. И никому за мое решение отвечать перед ним не придется, - выступил вперед юный аравиец. Весь его вид выдавал сдерживаемый гнев - глаза сощурены, губы поджаты. - Так ты выйдешь на арену, или готов поджать хвост как собака?


Степа тяжело сглотнул - Олег явно видел, как заходил у него кадык на шее. То, что ситуацию мирно решить теперь не удастся, становилось ясно. Но и умирать Степану тоже совершенно не хотелось.


- Я готов, - негромко произнес Степа. Он добавил что-то еще, но Олег не расслышал - все перекрыли крики собравшейся толпы. Спонтанные бои случались на Арене, но довольно редко, и наблюдать за ними было едва ли не интереснее чем за бойцами - ведь буквально только что вон тот самый парень или девушка стояли рядом с тобой, а сейчас гоняются за смертью за стеклом.


Олег вдруг столкнулся глазами со Степой.


- Заменишь? - прочитал по губам Олег.


Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга, после чего Олег кивнул.


- Ты выставил вместо себя другого. Вместо меня также выйдет другой. Вот он, - показал Степан на Олега.


- Че, в натуре что ли? - удивился Мустафа. - Ну Олега, ну ты дебил...


***


- Ты в натуре такой тупой? Или ты герой? Не, ну какой дебил, вот где таких берут, а? - не унимался Мустафа, расхаживая по комнате, где они вместе с Олегом ожидали выхода на арену.


- Я лучше его на арене.


- И что?


- Как что? Я лучший, понимаешь?


- Да ладно, у вас со Степой винрейт одинаковый.


- Ну конечно, мы же в одной пати бегаем. А так я лучше, и шансов у меня больше.


- Дерьма у тебя в башке больше! Послушай притчу: падает космический корабль. На борту русский, еврей и хохол. Из центра по связи: Надо срочно уменьшить вес! Выкинули все что можно. Из центра снова: спасайте корабль, надо еще немного веса сбросить. Русский орет: 'За нашу Советскую Родину!', и выкидывается за борт. Из центра опять, мол давайте, совсем еще чуть-чуть облегчить надо. Хохол орет: 'За нашу Советскую Родину!' - и выкидывает за борт еврея.


Олег, откинувшийся в кресле, посмотрел на Мустафу полуприкрытыми глазами.


- Это ты к чему рассказал?


- К тому что ты дебил!


- Слушай, Мустафа, ты секундантом со мной пошел, чтобы мозг мне выедать?


- Ай, - лишь махнул рукой Мустафа, продолжая расхаживать по комнате.


Открылась дверь, и в комнату зашел распорядитель арены. Перед собой он держал простой пластиковый поднос, как из фастфуда. Впрочем, вероятно оттуда поднос и был. На нем лежал видавший виды пистолет Макарова и два магазина с патронами.


- Заказывали. Принимайте.


Большинство выступавших на арене приходили со своим, но у тех, кто не мог, было право на бесплатное оружие. Олег поднялся, забирая пистолет. Оттянув затвор, он критически присмотрелся, хмыкнув - похоже, ПМ не чистили со времен корейской войны девятнадцатого года. Вставив магазин, Олег передернул затвор, поставив оружие на предохранитель.


- Он хоть стреляет?


- Ни разу не жаловались.


- Ну да, было бы кому жаловаться.


- Свое оружие имеется?


- Да, сканируйте, - показал Олег распорядителю Глок, а чуть позже нож.


Правила допускали использование двух пистолетов, как и холодного оружия. Тем более холодного оружия.


- Что там у... как его кстати? - задал не менее важный вопрос Мустафа.


Тот ответил не сразу - сначала сбросил информацию о вооружении Олега в сеть.


- Назвался Амиром, - пожал плечами распорядитель, легким жестом левой ладони проведя по правой, и продемонстрировал участникам экран, с которого смотрел поясной портрет молодого бойца в белых одеждах.


- Олега, да это блудняк реальный! Я тебе говорю...


- По оружию у него что?


Распорядитель движением пальцев увеличил экран, акцентируя внимание на оружии. Вооружен Амир был компактным бельгийским FN, с интегрированным блоком кинетического щита.


- Гранаты нельзя, да? - просто спросил Олег, зная, что получит отрицательный ответ.


- Правила участия на нашей арене использование гранат не предусматривают. Напоминаю, что нарушение правил поединка, которые вы подписали пятнадцать минут назад, ведут к применению мер наказания, в числе которых умерщвление. Список мер вы можете найти в тексте правил. Желаете еще раз ознакомиться с документом?


- Да в курсе я, просто спросил.


- Моя помощь еще требуется?


- Когда выход?


- Начало поединка через семь минут, на арену можете выходить уже сейчас, не покидая пределы синего угла.


- Больше вопросов нет.


Распорядитель вышел, а Олег обернулся к Мустафе.


- Да подожди ты, - тут же пришлось ему поднять руку, прерывая словесный поток - Мустафа нервничал так, как будто это ему предстояло выходить на арену против упакованного по максимуму противника. А нервничать было отчего - кинетический щит был не просто дорогой, а очень дорогой игрушкой, защищая даже от калибра 7,62 в упор. Площадь его была чуть больше квадратного метра, напоминая по форме щит римских легионеров, так что при стойке на полусогнутых ногах он закрывал бойца полностью.


- Мустафа, будь другом. Сходи, поставь на меня двести кредитов из своих. Если не сыграет, заберешь их у Степы - он мне двести как раз обещал за сегодняшний прогон. Сделаешь?


- Хорошо.


- Все, иди уже. Я попробую что-нибудь сделать.


- Удачи, Олега.


- Угу.


Мустафа вышел, Олег двинулся следом. Только Мустафа двинулся направо, к лестнице, а Олег налево, к находившемуся рядом выходу на арену. Подождав, пока охранник откроет массивную дверь, он вышел в чашу, стараясь не наступать на подсохший кровавый след, оставшийся от 'костюма'.


Глухо скрипнула за спиной дверь, отделяя его от остального мира.


Он уже был здесь. Тысячи раз выходил на сюда на дуэли. Вот только первый раз он попал сюда в реальности, а не в виртуальном пространстве; на 'Арене', как и в 'Городских боях', существовало ограниченное количество лицензированных карт, и все площадки реальности повторяли их. Не была исключением и эта, предназначенная максимум для формата три на три.


Олег заметил, как после закрытия двери поменялось восприятие действительности - накрывший чашу плексигласовый колпак был звуконепроницаемым, полностью изолируя площадку. Бросив взгляд наверх, на мутную и совершенно не зеркальную поверхность купола, Олег на миг представил, как выглядит с той стороны, где бесновались многочисленные зрители. Представил, и постарался забыть, вернувшись взглядом к осмотру арены. То, что у аравийца нет импланта на усиление слуха с эхолокацией, он не надеялся. А усиленное имплантами восприятие, вкупе с технологиями дополненной реальности покажут аравийцу местонахождения Олега, стоит тому произвести даже незначительный шум.


Олег продолжал осматриваться, в очередной продумывая свои действия. Постепенно он подмечал, что реальная площадка чаши бывшего бассейна отличается от виртуальной. Здесь были более выщербленные стены со следами многочисленных заплат, явно хрустела под ногами бетонная крошка. Деревянные ящики и контейнер также неуловимо, но отличались от знакомых декораций. По мере того, как Олег подмечал эти мелкие детали, на него вместе с осознанием реальности происходящего, накатывал липкий страх. Ведь в этот раз - если проигрыш, то все, конец. Несколько раз глубоко вздохнув, Олег попытался успокоиться. Не получилось - спина стала мокрой, а сердце стучало где-то в горле.


Олег присел на корточки, прислонившись спиной к деревянному ящику. Держа в руках оба пистолета - Глок в левой, а ПМ в правой, он упер локти в колени, а лицо спрятал на тыльной стороне запястий. Сердце все не успокаивалось, руки начали мелко дрожать в мандраже.


Когда через несколько минут прозвучала сирена минутной готовности, Олег поднялся. Когда и как это произошло, он не понял, но липкий страх незаметно ушел, а сам Олег оказался настроен на рабочий лад. Даже мысли успокоились, а переживания по поводу возможной гибели переместились далеко на второй план. Мельком отметив свое состояние, Олег выглянул в один из проходов. Противника видно не было. Значит или-или - стрельнул глазами Олег по местам возможного нахождения аравийца.


В тот момент, когда прозвучала сирена начала боя, Олег начал стрелять в бортик из ПМ - туда, где вероятнее всего находился противник. Судя по фото на аватарке, тот не был левшой, значит вероятнее всего ушел правее. Там выгоднее, да и с кинетическим щитом чего ему бояться. В быстром темпе разрядив первый магазин, Олег кинул его на железный контейнер, в несколько прыжков сменил позицию, снова выпуская все имевшиеся пули. К частью, ПМ не подвел - отстрелявшись без единой осечки. После последнего выстрела полетел практически вместе с пустым магазином - все туда же, в сторону железного контейнера. Чтобы шуму было побольше.


Когда пистолет и магазин только летели, Олег уже бежал. В правой руке у него вместо ПМ теперь был нож. В нужный момент Олег притормозил, выскакивая из-за железного контейнера. Противник мог быть сейчас в двух местах. Вся проблема была лишь в том, чтобы угадать в каком из них. Он угадал. И даже успел метнуть нож, прежде чем упасть. Очередь из пистолета пулемета всколыхнула воздух на головой, но тут же пули ушли вверх.


Кинетический щит, который защищал молодого аравийца, был практически прозрачным. И наверняка он на тренировках, пользуясь им, смотрел в лицо не один и не два раза тем, кто стрелял в него, приучая без страха отражать щитом пули. Вот только к броску ножа он, к счастью для Олега, оказался не готов - машинально увел оружие в сторону, на рефлексах защищаясь от летящего предмета.


Рухнувший Олег уже стрелял, практически по линии пола. Щит приподнялся совсем чуть-чуть, но этого хватило - брызнула кровь и раздался треск ломаемых костей. Аравиец, несмотря на то, что поймал ногами четыре пули, две из которых раздробили ему правую ступню, пришел в себя практически моментально. Вот только Олега на месте уже не было, и очередь из FN лишь выбила крошку из пола.


Аравиец представлял, где Олег. Тот уже был практически в своем углу, и оказавшись за синей линией, сразу поднял руку ладонью вверх, подтверждая, что не будет добивать противника, если тот сдастся. Сам же противник попробовал передвигаться самостоятельно, но морщась от боли прополз всего пару метров. Не принимая предложения - о котором оповестил звуковой сигнал, он в ярости расстрелял оба магазина примерно в том направлении, где находился Олег. Пули прошивали деревянные ящики, и вышибали искры из контейнера. Парочка из них после рикошетов прискакало по полу к лежащему Олегу.


Молодой аравиец не привык проигрывать, и даже не думал о том, что после того как кончатся патроны, Олег может его добить. Олег и сам об этом не думал - после того как противник расстрелял последний магазин, еще раз поднял руку. Несколько невероятно долгих мгновений ничего не происходило, а потом на Олега обрушилась какофония звуков. Противник сдался, изоляцию с арены сняли.


Олегу полагалось больше минуты на выражение радости и прием поздравлений от толпы. Но из открывшийся двери в синем углу его достаточно активно поманил не желающий показываться на глаза охранник, поэтому Олег даже не посмотрев на зрителей, покинул чашу.


Охранников было сразу трое - кроме дежурного, еще двое выступили из-за закрывшийся двери. Один из них быстро и без особых церемоний разоружил Олега. Сразу последовал ощутимый тычок в спину, и все четверо двинулись по коридору. Лестница наверх осталась по правую руку - Олега вели к лифту. После очередного тычка, к открывшимся створкам, Олег подумал о том, что произошедшее только что в чаше арены возможно было далеко не самым худшим за сегодня.


Поехали вместе с Олегом на лифте только двое. Очередной жесткий тычок в бок практически сразу намекнул об излишнем любопытстве, и Олег больше не пытался смотреть по сторонам. Хотя успел заметить, что лифт направляется на пятый, последний этаж. Олег никогда не поднимался даже на третий, не говоря уже о пятом.


Мягко остановившийся лифт распахнул створки. Тычка в этот раз не последовало - Олег шагнул вперед заранее, и не оборачиваясь на охранников, двинулся вперед по примыкающему коридору.


Пятый этаж разительно отличался от нижних этажей Ямы. Здесь было чисто, а белые стены и элементы металлического декора создавали у Олега ощущение стерильности. В своем типичном для окраин городском наряде он выглядел здесь чужеродным элементом. Как и шагающие позади охранники, облаченные в броню.


Пройдя несколько дверей без табличек, Олег был остановлен окликом у одной из них. Шагнув вперед, охранник подождал немного, расфокусированным взглядом глядя в только ему одному видимый интерфейс, и зашел первым. Следом - после очередного дежурного тычка, через порог переступил Олег, за ним сразу же вошел второй охранник.


Кабинет был обставлен деревянной мебелью. Из настоящего дерева. У одной из стен стоял кулер с водой. С настоящей, артезианской водой. На столе стояла кружка с чаем, и рядом блюдце с дольками лимона. Настоящего лимона. Олег, пораженный увиденным, даже не сразу обратил внимания на хозяина кабинета. Тот, впрочем, внимания особого и не привлекал - ни внешностью, ни одеждой. Обычный серый человек лет сорока, встреть такого в Восточном квартале, глаз не зацепится.


На появление Олега, впрочем, хозяин кабинета также не отреагировал. Сидел себе и сидел, вглядываясь в видимые только ему одному образы дополненной реальности перед глазами. Может информацию об Олеге смотрел, а может фудпорно досматривал или на пикабу кулстори дочитывал. Сам Олег внимания к себе старался не привлекать - по царившей вокруг обстановке он понимал, что влияние сидящего за столом распространяется не только на криминальные южные районы. Как бы даже и в администрации это не последний человек, а может даже и в самом протекторате.


Ожидание затягивалось. Олег продолжал стоять перед столом, аккуратно рассматривая интерьер кабинета.


- Мне нравятся такие резкие мальчики как ты, - неожиданно проговорил хозяин кабинета. - Но не совсем понятно, как ты исполнил это со своим рейтингом, и вот это мне не нравится. Объясни, так что бы я понял и не потерял время.


- Зарабатываю бустом нубов до легенды с любого ранга на рейте в пять ппл.


- Не настолько коротко, мой сладкий, и человеческим языком.


- Вместе с тиммейтами за деньги помогаем тем, кто хочет на Арене получить ранг 'Супер Нова' или 'Легенда' в рейтинговых боях пять на пять. Нас четверо, поднимаем с самого низа любого рака... неопытного игрока, - моментально исправился Олег. - После выполнения для следующего клиента постоянно приходится сливать ранг, поэтому винрейт только пятьдесят пять.


- Вот прямо так и любого рака.


- Любого.


- До 'Супер Новы' понятно. Но до 'Легенды' как, там же алгоритм подсчета рейтинга совсем другой?


- Даем возможность совершать результативные действия. Снять поставить бомбу или набирать очки захвата любой сможет. По фрагам сложнее, приходится почти как сегодня исполнять, но дело опыта.


- Зачем кому-то получать 'Легенду', если он соответствует рангу?


- Во-первых, крылышки навсегда остаются. Во-вторых, на легенде большинство гораздо слабее, чем на 'Супер Нове' - туда ведь можно прямой доступ покупать, и открывается премиум экипировка, она реально решает. А на 'Супер Нове' без эквипа можно и на скиле тащить.


- Зачем вы, если доступ в Легенду можно и так купить.


- В десять раз дороже, чем наши услуги. К тому же после сотрудничества с нами в профайле хорошая статистика.


Хозяин кабинета ненадолго задумался, после, будто ставя точку в размышлениях, хлопнул ладонью по столу.


- Значит так. У тебя уже с завтрашнего дня начнутся серьезные проблемы - и не только из-за сегодняшнего боя. Еще раз так зыркнешь, серьезные проблемы у тебя начнутся прямо сейчас, а смотреть тебе больше будет нечем. Это было первое и последнее предупреждение, учти. Грядущие твои печали со мной никак не связаны, когда догонят, поймешь. Выхода у тебя как такового особо не будет, только если на дно или в наемники записываться. Мое предложение гораздо лучше. Приватный турнир - в Центре тоже люди живут, ничто человеческое им не чуждо. Шансов выжить будет больше чем в наемниках, гарантирую, к тому же помогу после. Турнир будет всего один - если выиграешь, у тебя повысится рейтинг, и на ставках я на тебе после не подниму. Если решишься, приходи на арену. Или к девочке своей подойди из борделя. Скажешь что к Хозяину. Все, свободен.