# Все течет, все изменяется(Часть -28)

Александра Александровна Чтушкова

Еше кусочек. Он, на деле, в два раза больше, но вторую часть выложу чуть позже, она мне как-то совсем не нравится.

Из ванной я вышла минут через пять. Решила умыться, дабы хоть как-то притушить чахоточно пылавшие щеки и привести в порядок путающиеся мысли. Надо же, кто бы мог подумать, Вельс в квартира с видом на мир сидит без горячей воды.

Филиппа в комнате не оказалось. Ровно, как и в квартире. Я просто почувствовала, что его тут нет. Та самая уже упомянутая эмоциональная сцепка, наверное, действовала. Не очень, впрочем, ей доверяя, я все-таки прошлась по квартире и даже пару раз окликнула гран-мага. В конце концов, в тот раз из-за неточности этого шестого чувства я едва не стала снеговиком. Никого не нашла. Ну только если Вельс не залез под шкаф. К слову, спальня у гран-мага была не менее запоминающаяся, чем гостиная. То же самое нездоровое буйство красок и форм. Стены - бурые, высокие. Почти все пространство занимает внушительная белая кровать, низкая и круглая, как разделочная доска. В изголовье, с права и слева от кровати, мерцали всеми оттенками цветного витражного стекла две лампы с абажурами в форме не то черепах, не то осьминогов. Из картины на стене на взирала обнаженная матрона. Манерная, с томно опущенным взглядом, она почему-то была нежно сиреневого цвета. В последнем, впрочем, могло быть виновато освещение, тоже точечное.

Внезапный звонок в дверь заставил меня прервать осмотр чужой квартиры. В след за звонком раздалось бравое "Это я, Владимир", слышное даже сквозь несколько слоев железа и шумоизоляцию.

Дверь пришлось открыть. Владимир заходить в квартиру не стал. Вместо объяснений он неспешно выставил в перед руку с оттопыренным указательным пальцем, откуда свисал пахнущий жаренной рыбой полиэтиленовый кулек - новая порция ресторанной еды.

- Прошу прощения, - на его суровом непроницаемом лице не дрогнул ни единый мускул, - это последний раз. Экономку не предупредили о вашем приходе.

- Да ничего, - я сняла пакет с пальца и задумалась, какую именно роль этот амбал играет при Вельсе. Нет. Он не телохранитель. Для этого гордого звания он как-то подозрительно частом не находится рядом. Едва Вельс в случае нападения киллера просит того подождать чуток, пока он дозвонится до Владимира и попросит приехать.

Бросив короткое "доброй ночи", Владимир вознамерился уйти. Его спина уже почти поравнялась с дверями лифта, когда я вспомнила о Маринкином телефоне, сиротливо лежавшим на дне сумки. Черти всех континентов! Это же ее единственный телефон!

- Подождите, - крикнула квадратной как шкаф спине.

Владимир обернулся.

Не могли бы вы передать моей подруге телефон? Марине Голубевой.

Владимир обернулся.

- Конечно, - его водянистые глаза не мигали. Прямо как у змеи.

- Спасибо... - я со всех ног бросилась к сумке.

Трубка нашлась не сразу. Сборы в нервной обстановке попытки отправить меня на тот свет не способствовали аккуратному сбору вещей. Владимир, меж тем, терпеливо ждал в дверях, непринужденно оперевшись о косяк.

- Вот, - наконец протянула я ему розовый маринкин телефон, тут же утонувший широкой шершавой ладони помощника Вельса. Кивнув мне Владимир ушел.

Лишь, когда двери лифта закрылись за Владимиром, я поняла, что забыла сообщить ему адрес.


## Глава 17


Усевшись за барную стойку, я принялась за принесенную мне рыбу. Кажется, это был палтус в горчичной подливе со специями. Очень вкусно! Особенно с учетом того, что, со вчера у меня даже маковой росинки, в смысле, даже крошки от булки с маком, не было.

В одном из шкафов нашелся заурядный чай в пакетиках и набор белых безликих кружек. Достав одну, я заварила чай, разогрев предварительно воду в микроволновке. Чайника в окрестности я нигде не углядела.

Прихлебывая чай, я принялась смотреть в окно. Шел снег. Белые рыхлые хлопья летели вниз, навстречу уже и так мохнатым крышам. Огни далеких светофоров размеренно мигали то красным, то желтым, то зеленым. Жучки-машинки быстро сновали между перекрестками. Освещенные окна домов напротив, казавшихся коренастыми карликами рядом с великаном-небоскребом, будто пиксели на мониторе, складывались в цифры и причудливые фигуры. Когда-то давно, еще в детстве, когда ни я ни Маринка не имели представления о предсказаниях, мы пытались предсказать оценки за контрольные. Увидела первой цифру "4" - будет за контрольную четыре, а если "2", то пара и укоризненный взгляд от родителей. Естественно, угадывали. Только три года назад, на курсе по аналитическому предугадыванию, мы с подругой узнали о принципе таро, и что дома с цифрами тут совсем ни причем.

Мысли мои то и дело возвращались к Вельсу, что меня отнюдь не радовало. Я по-прежнему прекрасно понимала, что меня используют, но ненавидеть как раньше уже не получалось. Хуже того, к этому чувству принятия примешивалось что-то горькое и обреченное. Не мечта, и не надежда. Что-то третье, чему я не могла даже подобрать определения...

Я резко поднялась, отодвинув чашку. Все это последствие наложения усиливающейся эмоциональной сцепки и эротических наведенных ведений! Пройдет!

Переодевшись в черную спальную майку с воющим волком на пузе и серые пижамные штаны, я принялась укладываться спать. Сумку с вещами после минутного колебания задвинула под уже знакомый мне и моей спине сюрреалистический диван. Растянувшись на нем в полный рост, я сунула под голову валявшуюся тут же красную как зад макаки подушку, и тут сообразила, что у меня нет одеяла. Пришлось подняться и отправиться на поиски.

В гостиной одеяла не нашлось, что не удивительно. Едва ли подруги Вельса после пары бокалов вина и, хм, мандаринчиков, поворачиваются к Филиппу спиной и, накрывшись, с головой одеялом, тут же с храпом засыпают. В дверях спальни я в нерешительности потопталась, ибо единственным видимым мною покрывалом было то, что лежало на хозяйской кровати. Копаться в хозяйских шкафах я не рискнула, и, смирившись с мыслью, что придётся спать в свитере, собиралась вернуться в гостиную, когда внимание мое привлек ноутбук, мигавший зеленой лампочкой в боку тут же, на ночном столике. Хороший ноутбук. Фирменный, как сейчас помню, поглаживала такой в магазине. Оперативочки - под завязку, быстрый жесткий диск, экран, и даже, боги всех континентов, распознаватель ауры! Вещь дорогая, хотя надобность ее весьма условна. Да, если ноутбук украли и увезли на край земли, то открыть его не смогут. Но если владелец находится в непосредственной близости от машины - проблема автоматически снимается.

Консультант, видимо, по одежке высчитавший, что я такой точно в ближайшую сотню лет не куплю, то и дело норовил выжить меня, подходил раз в пять минут и интересовался, чем он может быть мне полезен. Ну да, не на калькуляторе же Вельс заниматься должен. Еще, поди, и программное обеспечение у него лицензионное...

Не удержалась. Погладила чуть шершавую серебристую поверхность, и, чуть нажав на крышку - открыла. Яркий свет из монитора на миг заставил меня зажмуриться.

Ничего особенного я не увидела. Сиреневая заставка, белое поле для логина и пароля. Восклицательный знак с предупреждением о несовместимости аур. В голове тут же мелькнула гадская мыслишка ввести трижды случайную комбинацию букв и заблокировать гранмагу машину, но я вовремя одумалась.

Со вздохом положила машину на место. Не скоро я смогу позволить себе такую. И не известно, смогу ли вообще...

Приступ внезапной досады сделал меня наглее, и я резким рывком стащила с кровати пресловутое белое покрывало, и обмотавшись им наподобие приведения, поплелась на свой диван в гостиной.


****