# Большая прогулка. Ч 3, глава 4. Лже-Бражелон

Марина Никандровна Алексеева

Разве можно с любовью шутить?

## Глава 4. Лже-Бражелон. (Продолжение письма де Гиша).

А теперь, мой друг, я должен сделать одно признание. Июль 1649 года. Вандомский дворец герцога де Бофора. Дочь герцога, маленькая очаровательная шалунья Анжелика. Вспомнил? Прелестное дитя, которое сам Конде назвал Юной Богиней Фронды.

Мы все знаем, что Охота - только предлог, на самом деле во дворце герцога должно состояться важное совещание лидеров Фронды. Все принцы оповещены. Дворец и его окрестности охраняются людьми Бофора. Тебе Конде поручает охрану дочери Бофора на Охоте. Вы - ты и Анжелика де Бофор должны быть в центре внимания, пока идет совещание принцев.

Но вы в ссоре. Ты терпеть ее не можешь. Она тебя достала! Дочь Бофора весьма капризная юная особа. Избалованная девчонка, фрондерская кукла - так ты характеризовал принцессу. А мы с Шарло ищем способ помирить вас. И вот что мы придумали.

Когда ты заявил, что больше не хочешь слышать ни слова об этой ужасной девчонке и завалился спать, мы - Шарло де Сен-Реми и я, заметив маленькую Бофорочку на балконе, решили действовать. Я соорудил маску, надел твою одежду - вишневый бархатный камзол, помнишь? Прихватил гитару. Мы вышмыгнули из дворца и пробрались в сад. Мы считали происходящее забавной шуткой, мистификацией, невинной проделкой. Как ты знаешь, я умею подражать любому голосу. Помнишь, вы не раз просили меня: "Гиш, покажи королеву! Мазарини! Конде!" В саду, пока мы пробирались к балкону, Шарло попросил:

-Гиш! Покажи Бражелона!

-Вот как, мадемуазель де Бофор? - сказал я твоим голосом, и Шарло захохотал, придя в полный восторг.

-Дело в шляпе, - сказал Шарло, - Да к тому же ночь, и маска на лице. Успех Вандомской Охоты зависит от этого свидания.

-И все-таки это свинство, - я еще сомневался, стоит ли начинать эту интригу.

-По отношению к кому, Гиш?

-И к нему, и к ней.

-А Фронда? - напомнил Шарль. Это решило все.

-Пошли! - сказал я Шарлю де Сен-Реми.

Маленькая Анжелика стояла на балконе и о чем-то мечтала. Нас она не заметила. Малютка любовалась яркими-яркими звездами. В ту июльскую ночь все небо было усыпано звездами, и Бофорочка, глядя на них, что-то чуть слышно шептала. Пока малышка таращила на звездочки свои синие глазки - а в детстве у нее были синие глаза, как у новорожденного котенка...Шарло подставил свою спину, я вскарабкался на дерево возле балкона, и, как испанский кабальеро, уселся верхом на толстом суку, ухватив гитару, поданную Шарлем. Сен-Реми засел в кустах - в качестве сторожа. Хотя мы старались не шуметь, кое-какие звуки донеслись до мечтающей Бофорочки. Она повернула голову в мою сторону:

-Кто здесь?

Я перебрал струны рукой. Девочка с любопытством склонила головку. Я высунулся из листьев с таким расчетом, чтобы девчонка узнала твой вишневый камзол, но не разглядела мое лицо, хоть и скрытое полумаской.

-Ах, это вы, виконт! - сказала Бофорочка с радостью и гневом, - Я сразу так и подумала! Зачем вы залезли на МОЕ дерево!

Ответом на реплику маленькой хозяйки Вандомского парка была глупенькая песенка, одна из любовных песенок, которые мы сочиняли в те счастливые времена десятками. Правда, я старался петь твоим голосом, а Шарло сидел в кустах и сдерживался, чтобы не захохотать - настолько забавной казалась ему вся эта история. Песенка заканчивалась словами: "Я тебя люблю". Это была только песенка. Это была только шутка. Но бедное дитя приняло шутку всерьез.

-Давно бы так! - сказала Бофорочка, - Я вас тоже люблю, виконт.

Я с первого взгляда вас полюбила.

Мне стало не по себе. Я чуть с дерева не свалился. Но уходить было рано. Лже-Бражелон не мог уйти со своего дерева, не добившись от капризы обещания, что она во всем будет его слушаться на Вандомской Охоте! Между тем Бофорочка обрушила на бедную голову Лже-Бражелона целый монолог, представляющий невероятную смесь вычитанных фраз из легенд и романов, все, чем успели набить эту прелестную головку. И, поскольку мне надо было отвечать, я ответил в том же духе.

-Так вы меня любите? Это правда? - спросила Бофорочка.

(Я вспомнил, как ты сказал: "Подарил бы я ей букет из... крапивы! Это же не девчонка, а крапива какая-то!" "Хо! - сказал Шарль - Наш друг предпочитает нежные фиалочки!")

Шарль в своих кустах энергично кивал.

-Я вас... люблю... - ответил самозванец.

-Тогда поцелуйте меня! - потребовала девчонка.

Шарло прыснул. Я зацепил гитару за ветку и перелез на балкон. У меня даже рука задрожала, когда я взял девочку за подбородок. Бофорочка закрыла губка рукой и ткнула себя пальчиком в щеку.

-Сюда, - сказала малютка, - Я еще маленькая!

Лже-Бражелон чмокнул девочку в щеку.

-Теперь, - важно сказала Бофорочка, - Вы должны на мне жениться!

Шарло в кустах ахнул и закрыл голову руками.

-Да, мадемуазель де Бофор! Обязательно! Женюсь! Ей-Богу! Когда вы подрастете!

-Вы обещаете?

-Клянусь честью! Но вы пообещайте, что завтра будете все делать так, как я скажу, и сохраните в тайне наше свидание.

-Я вам верю! Я тоже клянусь, что не подведу вас на Вандомской Охоте! Я не такая скверная, не думайте! Я буду очень-очень вас слушаться! Я понимаю, зачем отец устраивает эту Охоту и не подведу нашу Фронду. А слово надо держать. И я даже могу сказать стихами!

Бофорочка торжественно подняла свою пухлую ручонку и провозгласила:

-Обещает Капризуля

Слушаться во всем Рауля!

Я смекнул, что "Капризуля" - нечто вроде прозвища, и поцеловал Бофорочкину ручонку. Наше дело было сделано. И мы с Шарло скрылись в темных аллеях Вандомского парка. Поэтому принцесса с тех пор была как шелковая. Она вообразила себя заговорщицей и героиней романа, и забыла все свои капризы...

С тех пор я не слышал о Юной Богине Фронды. Но вспоминаю я это приключение порой с тревогой. А что, если маленькая девочка приняла этот розыгрыш всерьез? Не раз я хотел найти Анжелику де Бофор и признаться ей во всем. "Принцесса, простите, - сказал бы я ей, - Простите за этот обман. Я пошел на это ради Вандомской Охоты, ради Фронды. Мой друг тут не при чем. Это я, граф де Гиш, разыгрывал влюбленного в вас Бражелона". Но я не встречал Анжелику де Бофор. В этом году ей исполнилось семнадцать лет. А что, если она все эти годы любила тебя? Вот теперь, кажется, все.

Вопреки всему я три раза подчеркиваю свое ДО СВИДАНЬЯ!

Твой де Гиш.


3