# Слишком большая жертва

Алина Лис

В шахтах городка Сильвер Рил пропадают люди. Руководство горнодобывающей компании нанимает Элизабет Талли расследовать происшествие. Здесь, на фронтире человеческой цивилизации, ей придется столкнуться с нетерпимостью, жестокостью, жаждой мести и... любовью.

Рассказ победил на конкурсе "Любовь и магия - 2" и вышел в сборнике издательства ЭКСМО.

Кондуктор помог выгрузить саквояж. Лязгнула украшенная потемневшей латунью дверь, паровоз засвистел, заскрипел и тяжело тронулся, оставляя позади пропыленный полустанок.

Бэт закашлялась. Поднятая составом взвесь не спешила оседать в дрожащем от полуденной жары воздухе. Мелкая, желтая она красила все в светлую охру, превращая реальность в картинку из набора дагерротипов "Лучшие пейзажи от всемирно известной изобразительной студии Джорджа Даскинса".

Впрочем, критично признала Бэт, окидывая взглядом окрестности, вряд ли этот дагерротип прошел бы отбор в коллекцию мистера Даскинса.

Вокруг простирались желтые припыленные пустоши, на востоке вставали холмы. И только покосившаяся вывеска с криво выведенной полувыцветшей надписью "Сильвер рил" говорила, что кондуктор высадил ее не просто в чистом поле.

- Что же, встречать нас, похоже, никто не собирается. Как думаешь, Тоши, в какой стороне город? - спросила Бэт, отряхивая от пыли скромное клетчатое платье и поднимая саквояж.

Белая ласка высунула мордочку из-под темно-зеленой накидки, недовольно чихнула, взбежала по рукаву и уселась на плечо женщины.

- Там.

- Ага, разумно. Где шахты, там и город. Ну, пойдем.

Мордочка зверька недовольно сморщилась:

- Жарко.

- Мне еще хуже, - напомнила Бэт, стараясь не вдыхать пыль, поднимавшуюся от каждого шага.

Минут через пять пешего хода в колком и жарком дорожном платье она была мокрой, как мышь. Кружевная шляпка плохо спасала от солнца. Бэт остановилась утереть пот и скептически оглядела желтые разводы на белом шелке перчатки.

- Ты прямо как эльф на тропе войны, - хихикнула ласка.

- Спасибо, Тоши, ты всегда знаешь, как поднять настроение. Это все пыль. И... - она принюхалась. - О боги, от меня несет, как от извозчика! Надеюсь, до гостиницы мы ни с кем не встретимся.

- Не надейся. Уже встретились.

В подтверждение слов ласки Бэт услышала за спиной дробную лошадиную рысь. Не прошло и двух минут, как неизвестный всадник догнал путницу. Объехав женщину по кривой дуге, он резко натянул поводья, заставляя лошадь остановиться. Норовистый жеребчик коротко всхрапнул и встал, нетерпеливо перебирая ногами. Всадник склонился в седле, рассматривая Бэт.

- Кто вы, демоны вас разбери, такая?

Бэт, щурясь, подняла голову и уставилась на нахала.

Он выглядел типичным обитателем здешних мест. Высокие сапоги, штаны с кожаными заплатами на коленях и по внутренней стороне бедер. На поясе кобура с двумя револьверами, линялая куртка, о первоначальном цвете которой можно было только догадываться. Разглядеть черты лица было сложно - шляпа бросала тень, а нижнюю часть надежно скрывал повязанный поверх носа платок.

- Очень приятно, мистер. Сразу видно, что вы умеете обращаться с женщинами. И правда - к чему такая устаревшая вещь, как хорошие манеры?

- Простите, леди, - он спрыгнул с лошади и снял шляпу. - Джек Стэтсон, местный шериф. У нас не часто, знаете ли, появляются новые лица. Особенно вот так, из ниоткуда, на пустоши.

- Я прибыла на скором венсингтонском, - смягчилась Бэт. - Пришлось доплатить за остановку. Мистресс Элизабет Талли, временный инспектор от Западной Горнодобывающей компании.

Он нахмурился:

- Проклятье. Из головного офиса не было никаких писем.

- Может, они хотели сделать сюрприз?

Он отпустил платок на грудь, и Бэт с любопытством уставилась на собеседника.

Пожалуй, Джека Стэтсона трудно было назвать красавчиком в том смысле, который вкладывали в это слово томные барышни. Черты лица слишком массивные: простецкий крупный нос на длинном лице, а вот нижняя челюсть и широкий подбородок странным образом добавляют породы. Кожа загорелая до красноты. Широко расставленные бледно-голубые, словно выцветшие под беспощадным местным солнцем глаза в окружении сотен мелких морщинок. Выгоревшие добела волосы. Бороды и усов нет, но их отсутствие компенсирует трехдневная щетина.

Тридцать пять-сорок лет. Высокий - шесть футов и два дюйма. Худой, просушенный на солнце, как кусок вяленого мяса. Скорее выносливый, чем сильный. Можно поверить, что он способен сутки проводить в седле под местным солнцем.

От него резко пахло лошадиным и человечьим потом, а одежда, как и конь, были покрыты желтой пылью.

- Здесь плохое место для сюрпризов. До города полчаса хода. Не стоит леди гулять по пустошам в одиночку.

Самым привлекательным в ее новом знакомце был голос. Низкий, с хрипотцой. То, как мягко он произносил согласные и слегка растягивал слова, выдавало в нем если не уроженца Юга, то человека, прожившего немало лет в этих краях.

- Тогда мне повезло, что я вас встретила.

- Садитесь, - он хлопнул по седлу.

- А вы?

- Я поведу коня в поводу.

- Почему?

Он выглядел удивленным:

- Вы не моя супруга и не родственница, леди Талли.

- Прекратите пороть чушь! - авторитетно заявила Бэт. - И возвращайтесь в седло. Вдвоем мы точно доберемся быстрее, и я не собираюсь жариться на солнце дольше, чем это необходимо.

- Но ваша репутация...

- К полуденным демонам мою репутацию, мистер Стэтсон! Я в дороге вторые сутки и ни о чем не мечтаю так, как о ванной!

Он пожал плечами, как бы говоря "Дело ваше", запрыгнул в седло, подхватил Бэт и аккуратно посадил перед собой. Надо отдать ему должное, шериф даже не вскрикнул, когда из-за воротника вынырнула Тоши и обнюхала его лицо. Только задержал дыхание.

- Он нам нравится, Бэт? - полуутвердительно сказала ласка.

- Замолчи, несносное создание, - женщина дернула зверька за хвост. - Перестань смущать мистера Стэтсона и меня, эта ситуация и так несколько неловкая.

Одна мужская рука подобрала поводья, вторая легла на талию, придерживая сидевшую боком Бэт.

- Забавная у вас зверушка, мистресс Талли. Это гомункулюс?

- Кто? Тоши? Увы, к сожалению, нет. Боюсь, что это моя ошибка молодости.

- Не хотите говорить - не надо.

Похоже, он обиделся.

Несколько минут они ехали в молчании, пока Бэт не нарушила его:

- Тяжела ли работа местного шерифа, мистер Стэтсон?

- Не слишком, мэм. Это тихий, мирный городок. В основном, мне случается разнимать пьяные драки.

- А что же пропавшие люди?

Он напрягся:

- Это... началось недавно.

В интонациях мужчины Бэт услышала знакомое "и не стоит забивать этим свою хорошенькую головку" и усмехнулась.

- Насколько недавно?

- Месяца три назад.

- Интересно, - протянула она. - А что же - раньше в местных холмах слышали о подобном? Пропавшие люди, свечение, странное пение по ночам, легенды эльфских племен?

- Здесь глушь, мистресс Талли. Древняя земля, силой отнятая у племен, которые веками кормили ее, - медленно произнес ее спутник. - Местные поговаривают всякое, но они люди простые. Верят в домовых, фей, эльфскую нечисть. Не стоит слишком доверять байкам. А когда возвращаешься ночью домой, после веселого вечера в салуне, можно услышать не только пение и увидеть не только свечение.

- Интересно. А вы, значит, себя к "простым людям" не относите?

Теперь Джек долго молчал.

- Я видел мир, - наконец признался он неохотно. - Знаю, как выглядят упыри и какие следы они оставляют. Будь у нас что-то подобное, здесь давно бы работала лучшая команда ведьмаков из Венсингтона. Да я и сам мог бы... - он осекся и продолжил после паузы. - В шахтах совсем другое, мэм. Очень чисто. Ни тел, ни следов, ни улик. Чудовища так не кормятся. Духи тем паче - они оставляют тела нетронутыми.

- То есть, это был человек? - подбросила реплику Бэт. Тоши шевелилась под накидкой, изнывая от любопытства, и царапала ткань коготками.

- Я этого не говорил, мэм.

За всю оставшуюся дорогу Бэт не смогла вытащить из него ничего, кроме "Да, мэм" и "Нет, мэм".


* * *


- Проклятье! - на мистера Карлингтона, управляющего рудниками Сильвер Рил (и по совместительству мэра одноименного городка), было жалко смотреть. - Я уже месяц затыкаю руками бреши в плотине. Слухи, сплетни, истерики, страшилки от местных пьянчужек! Я угрожаю, уговариваю, плачу премиальные, лишь бы обеспечить выход людей на смену. И я не могу их винить - да, да, мэм, не могу! Никто не знает, когда спускается под землю, вернется ли он! Я бы сам туда не пошел, не пошел бы даже за тройной оклад с премиальными. У нас и так невеликий доход, последний месяц шахта работает в убыток, лишь бы не простаивала, не то люди начнут разбегаться. Это маленький город, здесь не так много работы. А на севере застраивается богатый Шейди Сноу - там сейчас нужны крепкие парни с руками, растущими из нужного места. За эти два месяца мы потеряли пятерых в шахтах, а еще десять снялось и уехало. Вместе с семьями! Уехало бы больше, но я приплачиваю пройдохе Смиту из местной газетенки, чтобы он печатал о притеснениях для пришлых на севере. Наше счастье, что люди пока верят. Я шлю и шлю в компанию телеграммы, умоляя выслать мне лучшего экзорциста. И кого же мне присылают?

Выпалив все это, он умолк и, отдуваясь, вытер потную лысину несвежим платком.

- Вам присылают меня, - сообщила Бэт очевидный факт. - И я - гораздо лучше экзорциста или ведьмака.

До встречи с управляющим она успела забежать в гостиницу, принять ванную и сменить платье. Пожалуй, стоило выбрать что-то более традиционное, Карлингтон, да и другие клерки, то и дело с суеверным ужасом косились на неприлично короткий - всего лишь до колена, подол, прикрывающий последний писк столичной моды "блумерсы" - шаровары из легкой ткани. Стэтсон (он вызвался проводить Бэт до офиса компании, да так и остался, благо ни Карлингтон, ни сама мистресс его не гнали) тоже косился, но одобрительно, с едва заметной усмешкой.

- Чем лучше?!

- Чем экзорцист, - обрезала Бэт. - Мистер Карлингтон, признайте: вы понятия не имеете, с чем столкнулись. Экзорцист может изгнать демона или духа, но бессилен перед упырями и прочими живоглотами. Ведьмак отлично рубит низших вурдалаков, но пасует перед энергетическими сущностями. А если у вас в шахтах резвятся культисты, или открылась пространственная аномалия, то толку не будет ни от первых, ни от вторых.

- А от вас будет?

- Возможно, - честно призналась Бэт. - Я не всесильна, мистер Карлингтон. Однако я - маг широкого профиля. И я - все, что у вас есть.

Карлингтон снова вытер лысину.

- Маг? Вы?! Как же так получилось?

Бэт вздохнула и заученно выдала историю, которую приходилось пересказывать заново каждому работодателю:

- Мой отец был магом-самоучкой, имел частную практику. Занимался уничтожением нечисти, мелким экзорцизмом, ворожбой по амулетам. У меня тоже открылся талант к этому ремеслу, и после смерти матери я взялась помогать ему. К восемнадцати годам у меня было достаточно знаний, чтобы сдать экзамены в Высший колледж. Сейчас я - одна из трех дипломированных женщин-магов Объединенных княжеств.

- Не особенно подходящее для леди занятие, - буркнул Карлингтон, но лицо его разгладилось и повеселело.

- Да, сэр, - весело согласилась Бэт. - Но видимо, шесть лет в колледже не отучили меня плевать против ветра. Так что у вас случилось? Можете рассказать в деталях и с самого начала?

Известных фактов было до обидного мало. Просто около трех месяцев назад со смены не вернулся молодой парень Сэм Моррис. Поисковый отряд прочесывал шахты в течение недели, но так ничего и не нашел. Рудник Сильвер Рил неоднократно пересекался с сетью естественных пещер и частично даже был проложен по природным кавернам, поэтому решили, что, несмотря на предупреждающие знаки, молодой шахтер проморгал поворот, заблудился в естественных гротах и проходах Синих холмов, где и сгинул. Молодая вдова плакала, на проходах, соединяющих шахту с подземным лабиринтом, Карлингтон приказал установить дополнительные ограждения.

А спустя ровно две недели не досчитались старины Нэда Гастингса по кличке "Еще бутылка". Поиски снова не дали результата. Может старый пьянчужка просто заблудился, хлебнув после смены лишку из своей фляжки, но у Карлингтона начал зудеть нос. Управляющий обладал завидным чутьем на проблемы, куда там городской гадалке с ее хрустальным шаром. Стоило неприятностям замаячить в отдалении, как нос у городского мэра начинал неумолимо чесаться. Изнутри, где и не почешешь толком. И если после исчезновения Сэма зуд в носу был терпим, то пропажа Нэда заставила проклятый орган свербеть днем и ночью, предвещая большую головную боль.

Когда ровно через две недели пропал еще один шахтер, Карлингтон даже не удивился. Он вызывал по очереди клирика, гадалку и даже эльфского шамана из озерных эльфов Талупа. Каждый приглашенный специалист честно отработал гонорар. Злополучные холмы освятили, обкурили и обкамлали изнутри и снаружи. Что не помешало следующему шахтеру пропасть прямо посреди смены.

"Слишком большие пространства, - развел руками отец Дункан, местный клирик. - "Камень глушит все".

Карлингтон потребовал от шахтеров под страхом лишения заработка ходить парами даже до ветру. Поэтому в очередной день Икс пропало сразу двое напарников.

С тех пор прошел почти месяц. Жители Сильвер Рил были злы и напуганы. По городу ползли слухи, в исчезновениях винили бога Синих холмов. Поговаривали, что эльфы приносят ему кровавые жертвы.

- Бред, - прокомментировал молчавший до этого Стэтсон. - Талупа враждовали с Синими холмами. А всех охава во время Завоевания вырезали подчистую. Вместе с богом.

- Ты не мне, не мне это объясняй! - взвился Карлингтон. - Ты идиотам, что идти жечь эльфов собираются, это объясни! Только Третьей эльфской мне тут не хватало! Всего сорок лет мира...

- Что, настолько серьезно? - к обещанию войны от Карлингтона Бэт отнеслась скептично. Память о кровавых жертвах последней войны хранила мир надежнее сотен взаимных клятв.

- Лучше не проверять, мэм. Племя озера Талупа в близком родстве с половиной племен Великого леса.

- Слушайте Джека, мистресс Талли. Он знает про расклады ушастых больше нас всех.

- Хорошо, - отзываясь на немедленно возросший интерес Бэт к таинственному мистеру Стэтсону, Тоши сбежала по ее руке и потянулась к шерифу. Тот подставил ладонь, и ласка перешагнула, принюхиваясь. Женщина покраснела, сердясь на свое неумение контролировать эмоции. - Тоши, на место. Простите. Продолжайте.

- Это все, - буркнул Карлингтон. - Если тварь не сгинула туда, откуда пришла, через два дня ей снова потребуется кого-то сожрать. Я официально объявляю выходной в этот день. Да, да, выходной! Запрещаю всем приближаться к шахтам. Посмотрим, что она на это ответит.

- Вы уверены, что пропавших людей именно съедали?

- Я ни в чем не уверен, мистресс Талли! Ни на вот столечко! Но будь я проклят, если буду просто сидеть и смотреть, как невесть где пропадают мои люди! А вы уж давайте, расследуйте. Делайте вашу работу.


* * *


Первым делом Бэт расспросила Грега Рида - добродушного увальня, работавшего начальником смены. Увы, здесь не нашлось никаких зацепок. Единственное, что объединяло пропавших - все пятеро были людьми, без примеси иных кровей. Молодые, старые, средних лет. Смуглые и белокожие. Двое семейных, трое холостых. Разные характеры, происхождение, привычки.

- А когда вы пойдете монстра истреблять, госпожа магичка? А то, может, помощь нужна? - вопрос заглянувшего в офис полуэльфа прервал бесплодный допрос.

- Какого монстра?

- Ну, того. Который в пещере засел.

- А вы знаете, с чем именно мне придется там столкнуться? - оживилась Бэт. - Что брать с собой - петушиную кровь, мочу девственницы, корень мандрагоры?

- Ээээ... нет, - мужчина обаятельно улыбнулся. - Я сказал глупость, да?

- Не то, чтобы глупость. Просто есть шанс, что дело вообще никак не связано с магией. Стараюсь не лезть в воду, не прощупав дно.

- О, мне это знакомо. Кристиан Янг. Мы с Грегом друзья. Я местный рудознатец.

Бэт пожала протянутую руку. Янг не двигался - он тек, словно змея. Закрыл дверь, скользнул в кресло, вынул трубку. И каждое движение, как танец - грациозное и естественное. Серебряный шелк волос пусть даже безжалостно обстрижен, а все равно хочется запустить в него руку, ощутить пальцами. Лицо мужественное, не слащавое, как у чистокровных эльфов, на щеках задорные ямочки. И пронзительно-изумрудные, сводящие с ума глаза.

Она поймала Тоши и слегка придушила зверька прежде, чем ласка успела поставить ее в неловкое положение. Полуэльфы производили убойное впечатление на дщерей человеческих. Полуэльфки, к слову, тоже. А вот утонченная красота эльфов слишком чужда человеческому глазу и привлекает лишь отдельных любителей. Зато эльфские волосы - главный компонент чарм-обрядов, а волосы полуэльфов, напротив, совершенно бесполезны в этом деле.

- Сложно было получить место?

Янг не смутился и не обиделся.

- Да, пришлось постараться. Но у меня большое преимущество перед остальными кандидатами, мистресс Талли, - он выразительно подмигнул. - Моя эльфская матушка была в родстве с племенем охава. Так что я отлично чую руду, никаким дипломированным геологам и не снилось.

Полуэльф с приличной "чистой" работой. Выше статусом, чем множество людей-шахтеров. Даже если здесь, в Приграничье, к этому относятся проще, чем на побережье, вряд ли ему легко в Сильвер Рил.

- Я хочу навестить родственников пропавших. Не составите мне компанию?

Хотелось верить, что когда Бэт делала предложение, ею руководили только интересы дела, но Тоши слишком явно трепыхалась и повизгивала в ладони.


* * *


После полудня жара медленно шла на спад. По главной улице города, что тянулась через весь Сильвер Рил, от одной местной достопримечательности - храма, до второй, посещаемой не в пример чаще, - салуна, легкий ветерок гнал перекати-поле. В пыли валялись плешивые псы, слишком разморенные дневной жарой, чтобы тявкать. У коновязи перебирали ногами лошади, страдавшие не столько от жары, сколько от жирных докучливых мух.

Бэт про себя решила, что Сильвер Рил ей не по душе. Она выросла в огромном шумном Нью-Бристоле - крупнейшем городе Восточного побережья, наводненном людьми и нелюдьми со всех концов земли, с кожей любого цвета. После Нью-Бристоля, где движение, жизнь, звяканье трамваев не останавливались ни на секунду, а газовые фонари успешно разгоняли ночную тьму, Сильвер Рил казался малость... простоватым.

- Убожество и тоска, - со всегдашней прямотой отозвалась Тоши на ее мысли.

- Тссс. Не забывай, мы в гостях.

Вчерашний опрос родных, близких и свидетелей ничего не дал, но иметь дело с галантным мистером Янгом Бэт определенно понравилось. Глядя на его манеры, она начинала понимать, почему полуэльфу удалось занять относительно высокое положение в мирке Сильвер Рил. Кристиан Янг общался так же, как двигался. Изящно лавировал в разговоре, умело избегал любого конфликта, владел искусством говорить комплименты без подобострастия. А уж его умению выводить людей на откровенность стоило поучиться.

- Не мечтай. Мы ему не нравимся, - ласка горестно вздохнула.

- Что, совсем? Почему?

- Ему вообще люди не нравятся.

- Что же, - рассудительно заметила Бэт. - Трудно винить полуэльфа за это. По крайней мере, у мистера Янга хватает воспитания не показывать свои чувства.

Они как раз дошли до салуна, когда внимание магички привлекли крики и шум, доносившиеся из переулка за коновязью. Бэт свернула в подворотню, и глазам ее предстало неприятное, но хорошо знакомое по детским воспоминаниям зрелище: четверо мужчин избивали одного. Они уже повалили его на землю и азартно лупили ногами. Избиваемый огрызался с неожиданной для его бедственного положения яростью, бестолково выбрасывал кулаки, пытаясь достать обидчиков, но силы были неравны.

- Джентльмены, что вы делаете?! Немедленно прекратите, - потребовала Бэт, но ее не услышали.

- Давай врежем им, Бэт! - азартно зашипела ласка на плече.

- Последний раз предупреждаю: прекратите, - магичка повысила голос и развязала ридикюль.

Требование снова было проигнорировано, и ей это не понравилось. Мистресс Талли не любила невеж.

Выстрел в воздух заставил громил остановиться, но, увидев Бэт с небольшим дамским револьвером в руках, они расслабились.

- Простите, что прерываю. Хотелось бы узнать, в чем провинился этот несчаст... о, мистер Рид!

Грег Рид, а это определенно был он, хотя узнать здоровяка начальника смены было непросто из-за разбитого, похожего на переспелую сливу носа, приподнялся и сплюнул выбитый зуб.

- Вот что, дамочка, - угрожающе процедил один из бандитов с роскошным лиловым фингалом под правым глазом. - Шли бы вы своей дорогой, не дай случится что.

- Нет, джентльмены, - она подняла револьвер. - Мы сейчас все дружно пройдем к шерифу...

Звук выстрела не дал договорить. Один из бандитов упал на землю, с воем прижимая к груди кровавые ошметки, когда-то бывшие рукой.

- Плохая идея - наставлять на приличную белую леди револьвер, Скотти, - протянул Джек Стэтсон.

- О, шериф, - Бэт обрадованно помахала ему револьвером. - Вы как нельзя вовремя.

Остальные трое громил замерли. Бэт видела, как подрагивают их руки в желании выхватить оружие. Но, видимо, у шерифа была определенная репутация среди местных задир, поскольку ни один не сделал такой глупости.

- Подними руки, Бен. Ты и твои дружки, - скомандовал Стэтсон, держа на мушке троицу. - Мистресс Талли, не могли бы вы помочь мне?

- С радостью, мистер Стэтсон, - откликнулась Бэт и обошла всех троих, освобождая от огнестрельного оружия. Немного подумав, забрала револьвер и у четвертого, который все так же скулил, баюкая раненую руку.

Бен примирительно помахал поднятыми над головой руками:

- Это лишнее, Джек. Что я - дурак, стрелять в шерифа?

- Не люблю вводить людей в соблазн. А сейчас мы сядем и спокойно поговорим, - в подтверждение своих слов Стэтсон опустился на рассохшуюся бочку. - Итак, джентльмены. Кто мне объяснит, что здесь происходит и почему на улицах моего города стрельба?

Бен сплюнул:

- Он первый начал, - короткий кивок в сторону Рида не оставлял сомнений в том, кто этот "он". - Марго моя девка. Так ведь? - последние слова он угрожающе прорычал в сторону кучи тряпья в углу.

Куча тряпья вдруг зашевелилась и оказалась полуэльфкой с гладкой смуглой кожей, сочными губами, тонкими черными бровями и тугим узлом таких же черных волос на затылке.

Красавицу несколько портило вульгарное платье и фингал под глазом, один-в-один, как у Бена.

- Я твоя, Бенни, - плаксиво заныла полуэльфка. - Я с ним никогда не ходила. Даже за деньги.

- Грег? - шериф перевел взгляд на Рида.

- Он избивал ее, Джек. И говорил, что убьет.

- А тебе какое дело?! - вызверился Бен. - Она моя, понял, убогий?! Я не виноват, что твою подстилку положили.

Рид взрыкнул и бросился на бандита, но драки не получилось. Двое дружков Бена по команде шерифа растащили драчунов. Бен сразу успокоился, а Рида пришлось удерживать, он рвался в бой.

- Марго? - продолжил шериф, словно ничего и не случилось.

- Что?

- Бен тебя избивал?

- Неа, - протянула красотка, с опаской поглядывая на своего дружка.

- Видишь, Джек. Это наши дела. Мы пойдем? Скотти надо отвести к доку.

- Верно, - согласился Стэтсон и убрал револьвер. - Забирай оружие и катись.

- Как? - возмущенно воскликнула Бэт, провожая взглядом бандитов и девушку. - Вы их отпускаете?

Вместо ответа мужчина протянул руку Риду, помогая подняться.

- Зачем ты полез защищать эту шлюху?

- Прости, - тот отвел глаза. - Сорвался.

- Ладно. Понимаю. Тебе нужно к доктору.

- Обойдусь, - буркнул Рид и заковылял по улице, прижимая руку к животу. Бэт, оставшись наедине с шерифом, нахмурилась:

- Лучше все же к доктору. У мистера Рида сломано одно, а может, и несколько ребер.

В ответ мужчина набросился на нее с неожиданной яростью:

- Каких демонов вы во все это влезли?!

- Мистер Стэтсон, - с достоинством отозвалась Бэт. - Выбирайте, пожалуйста, выражения. И раз уж вы соизволили обратить на меня внимание, будьте любезны пояснить, почему вы отпустили эту банду?

- Мистресс Талли, - прошипел сквозь зубы ее собеседник. - Вы понимаете, что вас могли убить?

- Я могу за себя постоять.

- Или убить по вашей вине кого-то еще.

- Но я, в отличие от вас, никого не искалечила.

- Вот именно! Мне пришлось прострелить Скотти руку. Он этого не забудет.

Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами. Тоши выбралась из-под накидки и зашипела на мужчину, как кошка, и это привело Талли в чувство.

- Простите, шериф, - сказала она, накрывая рукой ласку. - Я действительно полезла не в свое дело.

- Хорошо, что вы это понимаете.

- Быть может, вы объясните подоплеку происходящего? Чтобы в следующий раз не случилось чего-то подобного.

- Это печальная история, мэм. У Рида была жена. Полуэльфка. Очень красивая женщина. Над ней надругались, а затем убили. В этом переулке.

- О боги, какой ужас! Кто это сделал?

- Неизвестно, мэм. Никто ничего не слышал и не знает. Когда дело касается полуэльфов, у жителей случаются приступы глухоты и слепоты. Но я могу понять почему Грег сорвался, когда увидел, как на том же месте Бен избивает свою подружку.

- Значит, смерть жены Рида никто не расследовал? - Бэт почувствовала, что начинает закипать. - Все просто сделали вид, что так и надо?

- Я расследовал, мэм. Не для суда. Сами знаете, чем окончится такой суд. Риду нужна месть, и он заслужил ее.

- Странное суждение для служителя закона.

- Это Приграничье, здесь учишься смотреть на вещи проще. Но вы - городская леди, вам не следует влезать во все это. У нас нет улик, а карать невиновных - последнее дело.


* * *


Бэт навестила Рида вечером. К сожалению, он ответил категорическим отказом на предложенную магичкой помощь в поисках убийц своей жены. Нет, Бэт сама не была уверена, что чары сработают. Она никогда не была сильна в некрообрядах, испытывая брезгливость ко всему, связанному с мертвечиной. Был также риск, что тело слишком плохо сохранилось или что жертва так и не увидела лиц своих убийц. Но хоть попытаться можно было! Тем более, что Бэт была готова провести обряд бесплатно, из любви к правосудию.

- Я вам очень благодарен, мистресс Талли, - сказал Рид, пряча глаза. - Но над Нелли и так при жизни надругались. К ее телу я никого не подпущу. Пусть в посмертии отдохнет.

- Суеверный осел, - припечатала Тоши.


* * *


- Ну вот, - гордо произнесла Бэт, закрывая пентаграмму. - Теперь я активирую формулу поиска и, если боги будут милостливы, игнис фатус приведет нас к бедному мистеру Дорфу, неважно жив он или мертв.

- Огонек глупцов? Сомнительное название.

- Вы знаете латынь, мистер Стэтсон?

- Немного.

- Жизнь непредсказуема, а магия непредсказуема тем паче. Эти чары не отличаются надежностью. Отсюда и название.

Шериф промолчал, но по лицу его ясно читалось, какого он мнения о замечательной идее мистресс Талли. Спорить не стал, видно чувствовал - бесполезно.

Известие о пропаже Отто Дорфа заставило Бэт пересмотреть планы и отправиться на рудник на день раньше. Каждая минута промедления уменьшала возможность взять след, пустив по нему "блуждающий огонек".

Разумеется, не обошлось без вездесущего мистера Стэтсона, который категорически заявил, что не пустит мистресс "ходячую катастрофу" Талли под землю без сопровождения надежного человека. Бэт не стала изображать суфражистку и искренне поблагодарила шерифа за грубоватую заботу.

Зеленоватый огонек зажегся в темноте над местом, где последний раз видели Отто Дорфа. Померцал, кружа в воздухе, и вдруг рванул в левый проход.

- Не упустите его, шериф! - воскликнула Бэт, вытравливая веревку из бухты. - Если улетит, то все!

Дальнейшая погоня за вертким огоньком по коридорам шахты запомнилась урывками. Масло норовило выплеснуться из лампы, а веревка цеплялась за камни и торчащие из креп гвозди. Она несколько раз споткнулась и даже пребольно ушибла ногу, удостоившись отборных ругательств от Тоши. Но Стэтсон держался за огоньком, как хорошая ищейка, и Бэт старалась не отставать.

Погоня окончилась внезапно. Призрачный проводник вывел их в большой природный грот, поднялся под потолок и рассыпался сотней зеленых искр.

- Что теперь, мистресс Талли?

Она шагнула вперед. Тусклый свет масляной лампы неохотно разрезал тьму подземного грота. Бэт и не заметила, как в азарте погони они пересекли границу, отделявшую рудник от природной пещеры.

В центре грота плыло серебристое свечение. Свет фонаря мерцал на гладкой поверхности бликами.

- Раздери меня демоны! Что она здесь делает?

Еще два шага, и причина изумления в голосе мужчины стала ясна. Теплый свет фонаря высветил смутно знакомый изысканный профиль, резко очерченные губы, острые кончики ушей в серебристых локонах и тонкий батист ночной сорочки.

В центре грота застыло озерцо жидкого серебра. И в самом его центре лежала изумительно красивая полуэльфка.

- Кто это?

- Это Нелли.

И мир померк.


* * *


Возвращение к реальности не было приятным. Во рту стоял привкус крови, сильно ломило затылок. Сверху на голову лилась холодная вода. Она повернулась и застонала.

- Как вы, мистресс Талли? - голос шерифа был еще более хриплым, чем обычно.

- Не очень. Что случилось? Почему так темно?

- Нас вырубили, - он поддержал ее за плечи и помог сесть. - Боюсь, у меня больше нет ни револьвера, ни лампы.

- Мои компоненты!

Короткий осмотр подтвердил опасения. Незнакомец, обчистивший шерифа, забрал и сумку Бэт, в которой кроме револьвера лежали нужнейшие и редчайшие составляющие для магических ритуалов.

Пахло сырым камнем. Темнота и тишина вокруг были почти осязаемы, только справа слышалось негромкое журчание.

- Здесь что-то вроде пещеры. Я не смог найти проход.

- Вода?

- Небольшой ручеек. Она чистая. Хотите?

Зубы лязгнули о металл кружки.

- А вы запасливы, шериф. Что еще у вас забыли забрать?

- Не так много как хотелось бы, мэм. Есть огниво, но здесь нечего жечь - солома в тюфяках слишком сырая. А кружку я нашел у ручья.

Только сейчас Бэт заметила, что лежит не на земле. Кто бы ни притащил их сюда, нельзя сказать, что он не подготовился.

- Минутку. Дайте мне успокоиться...

- По мне вы и так спокойны, мистресс Талли. А я еще гадал, стоит ли вас будить. Не люблю женские слезы.

- Ну, если я начну биться в истерике, это никак нам не поможет, не так ли? - рассудительно заметила Бэт. Голова болела все меньше, мысли потихоньку приходили в порядок.

Она с облегчением убедилась, что грабитель не тронул Тоши. Ласка тихонько посапывала, свернувшись у нее на груди. Второй радостной находкой стал складной нож, который она скорее по привычке, чем из реальных опасений, сунула за голенище сапога.

- Мистресс Талли, - восхищенно произнес Стэтсон, когда она продемонстрировала ему свою добычу. - Вы изумительны!

- Бросьте, - Бэт почувствовала, что краснеет. - Помогите мне встать.

Они вдвоем еще раз обследовали пещеру, подтвердив вердикт Стэтсона - выхода из нее не было.

- Итак, ответить на вопросы "Где мы?" и "Как отсюда выбраться?" - невозможно. Но все еще остается вопрос "Как мы сюда попали?". Что вы помните последним, шериф?

- Вряд ли больше вашего. Нелли Рид на серебряном блюде, потом шорох за спиной и все. Мой просчет, мэм.

- Если я не ошиблась с формулой, Отто Дорф умер в той пещере. В противном случае, игнис фатус не растаял бы.

- Итак, это все-таки человек, мистресс Талли.

- Тоже так думаю, - кивнула Бэт, забыв, что в темноте ему не видно этого жеста. - Кто-то оглушил нас, притащил сюда и запер. Даже тюфяки и кружку выдал. Добряк! А мог бы и прибить, ведь мы подсмотрели его маленький секрет.

- То, что было в той пещере. Видели когда-либо подобное?

- Не уверена.

- Я видел, - будничным тоном сообщил Стэтсон. - Там по кромке шли руны. Очень похожи на эльфские.

- Уверены?

- Не поручусь. Я не знаток эльфских рун. Но похожую вязь можно встретить на камнях древних святилищ.

- Тогда я вообще ничего не понимаю, - призналась Бэт. - Вы говорили, Нелли Рид умерла?

- Она была мертва. Я осматривал тело вместе с коронером. И видел достаточно трупов, чтобы уметь их отличить от живого человека. Ей всадили нож в сердце и вырезали на груди "эльфская потаскуха".

- Значит, или в пещере была не Нелли, или ее тело по каким-то причинам не разлагается. У меня болит голова.

Он протянул ей кружку, наполненную холодной водой.

- Приложите к виску. Полегчает.

Потом потянулось ожидание, которое немного скрасила короткая истерика проснувшейся Тоши. Еще дважды Бэт пыталась выстроить непротиворечивую теорию и упиралась в нехватку фактов.

Утомившись от бесплодных попыток узнать истину, магичка впала в короткое, тревожное забытье, из которого ее вывел скрежет камня о камень. Сверху мелькнул огонь - пламя болезненно резануло отвыкшие от света глаза. Потом к ногам упал сверток, перетянутый бечевой.

- Здесь сухари и солонина. И теплые одеяла, - сказала тьма за лампой знакомым голосом.

Стэтсон выругался:

- Значит, это все-таки был ты, Грег! - и Бэт поняла, что совсем не удивлена.

- Простите, мистресс Талли, шериф. Я не хотел вас сажать сюда, ей-боже не хотел! Нет бы вам подождать немного, пока мы с Нелли не закончим и не уедем отсюда. А так придется посидеть тут. Недолго, сэр. Всего две недельки нам осталось. А я перед отъездом записку оставлю, тут вас и найдут.

- Нелли мертва, ты, больной ублюдок!

- Мертва, - согласилась темнота. - Но недолго осталось. "Седьмая жертва снимает печати смерти, разрушает врата, и умерший пройдет обратно радужным мостом", - произнес он с благоговением, словно зачитал цитату из священной книги.

- Моя сладкая Нелли, - бормотала тьма наверху. - Такая беззащитная, нежная. Они убили ее, твари. Говорили, она нелюдь, и убили. Ничего. Скоро они будут мертвы, а Нелли жива, и мы уедем из проклятого города!

- Что за чушь ты несешь, Рид? Отто и Сэмми точно не трогали твоей Нелли.

- Мне плевать, - глаза Бэт уже приноровились к свету, и теперь, задрав голову, она могла различить лицо Рида. - Кто покрывает убийц, сам не лучше, сэр. Они все молчали. Никто не пришел на помощь, когда ее убивали. Они заплатят!

- Все? - устало спросил Стэтсон. - И женщины? И дети?

- Нет, шериф, не надо! Женщин и детей я не трогаю! Только мужчины, сэр. У меня тоже есть совесть. И вас не трону - вы хороший человек. И мистресс Талли, мэм. Не держите зла.

Послышался скрежет камня о камень. Бэт поняла, что он сейчас уйдет, захлопнув ловушку.

- Стойте, - крикнула она. - Рид, вы занимаетесь некромагией? Без должной теоретической базы и соответствующей подготовки?! Вы больны? Эта попытка уничтожит вас и хорошо, если не всех окрестных жителей. Слушайте, я дипломированный маг. Вы понятия не имеете, во что ввязались!

- А если даже у вас получится, - продолжила она, завладев его вниманием. - Неужели вам хочется получить оживший труп с холодной кожей и полным отсутствием воли? Вряд ли это близко к вашим мечтам о семейном счастье.

- О нет, мэм. Я очень-очень хорошо понимаю, мэм. Нелли, она же не человек, правда? И уходить не хотела, вот шериф не даст соврать. Она любила меня, моя Нелли. У них, эльфок, все по-другому. Моя Нелли вернется!

- Это невозможно, вы безумец! - прокричала Бэт в потолок. Заскрежетал камень, отсекая звуки, и снова в темнице возобладала вязкая темнота.

- Слышали, что за бред он нес? Какое возвращение после удара ножом в сердце и трех месяцев смерти? Я не знаю, как он добился, чтобы тело не разлагалось, но это... полная чушь!

- Не знаю, - с сомнением произнес мужчина рядом. - У эльфов странные отношения со смертью, мистресс Талли. Очень странные.


* * *


Слова "час", "завтра" или "время" не имели в пещере смысла. Здесь всегда было сплошное "сейчас".

Одеяла быстро отсырели и плохо грели. Хотелось нормальной еды, горячего кофе, в ванную. Порой уставшей от темноты и тишины Бэт казалось, что она слышит голоса, и только общение с невольным товарищем по злоключениям возвращало магичку к реальности. Рид еще трижды приносил продукты, деля бесконечное "сейчас" на отрезки, но в разговоры не вступал.

Всегдашнее благоразумие и трезвость, которыми Бэт так гордилась, дали трещину. Она сидела на влажном тюфяке, грызла сухарь и злилась. На себя, на безумца Рида, на идиотов из Сильвер Рил, решивших не в добрый час развлечься с чужой женой.

Вариантов было только два - злиться или паниковать. Бэт предпочитала первое. В злости разума несколько больше.

Они с шерифом успели в сотый раз обследовать стены темницы, чтобы убедится - выхода нет. Единственным ходом, ведущим из каменного мешка, был желоб, по которому утекал ручей. Такой узкий, что в него не смогла протиснуться даже Тоши. Потолок находился на высоте добрых девяти футов.

Под отхожее место шериф с невозмутимостью истинного сына пустошей предложил использовать один из углов пещеры, и мистресс Талли, пунцовая от смущения и возмущения, согласилась.

Хуже всего были тишина. И неизвестность. Лишь немногим уступали им вынужденные походы до ветру в присутствии мужчины и необходимость выдерживать истерики Тоши. Ласка страдала от темноты, отсутствия новых впечатлений и однообразной еды. Привыкшая не сдерживать своих порывов, она то скандалила, то тихонько плакала, свернувшись клубочком. Тогда Бэт нежно прижимала зверька к груди и баюкала, рассказывая, что все обязательно будет хорошо, но не сейчас, а чуть позже, надо только немного потерпеть.


* * *


- Мистер Стэтсон, еще немного, и я закричу, - предупредила Бэт.

- Кричите, - согласилась темнота.

- Не уверена, что смогу остановиться. И не вы ли говорили, что ненавидите женские слезы?

Он опустился рядом на тюфяк и укутал ее во второе одеяло:

- У всех свой предел, мистресс Талли. Иногда надо покричать, чтобы не сойти с ума. Или поплакать.

Бэт крикнула. Эхо налетело сразу со всех сторон, как стая летучих мышей. Она испуганно втянула голову, а потом вошла в азарт и снова крикнула. Протяжное, унылое "аааа", перешло в пронзительное "иии" и умолкло, оборвавшись.

- Неплохо. Попробуйте еще раз.

В этот раз она кричала долго и умолкла, совсем охрипнув.

- А вы?

- Что я?

- Вам не хочется кричать, шериф?

- Я охотник. Умею ждать, если нужно.

- Простите. Не хотела быть обузой.

- О, вы не обуза, мистресс Талли, - по голосу Бэт предположила, что он улыбается. - Я видел, как здоровые мужчины сходили с ума и становились смертью - своей или чужой, там, где вы всего лишь кричите. Вы отважная и очень разумная. Чересчур, я бы сказал.

- О, вы первый, кто заметил это "чересчур", - со смешком призналась Бэт. - Обычно люди только рады сгрузить телегу своих проблем на того, кто может потянуть.

- Я мужчина, мэм. Способен разобраться со своей телегой. И помочь, если надо, красивой женщине.

- Да вы никак сказали комплимент, мистер Стэтсон!

- Только правду, мистресс Талли.

- Зовите меня Элизабет. Какие могут быть церемонии, после того, как мы столько времени делили стол и постель.

- И отхожую яму в углу, - хмыкнул он. - Хорошо, Элизабет. Тогда я хочу быть для вас Джеком.

- Это можно устроить.

Слушая его смех, Бэт подумала, что никогда в жизни не ощущала такой гремучей смеси нежности, доверия и возбуждения.

- Обнимите меня, Джек. Вы сами никогда не решитесь, а раз уж моя репутация погублена безвозвратно, хотелось бы знать, что не зря.

Его дыхание было горячим, щетина отросла и уже не кололась, кожа пахла табаком и солью. Бэт прикрыла глаза, плавясь в чужих объятиях и почти забытом восхитительном чувстве принадлежности мужчине.

Когда его губы скользнули ниже по ее шее, Бэт часто задышала. В ней просыпалась женщина, которая стремительно и властно требовала своего. Виной тому были уединение или тьма, что отрицала все запреты и условности оставшегося где-то далеко общества, но Бэт понимала - она готова отдаться малознакомому человеку на грязном тюфяке и не пожалеть об этом после.

Он остановился.

- Элизабет.

- Да?

- Скажите, вы... были замужем?

- О, Джек, - смех получился низким, грудным, совсем не похожим на привычный смех мистресс Талли. - Это вы так деликатно интересуетесь не девица ли я?

- Да.

- Я была замужем. Это что-то меняет?

- Нет, - он прижал ее к себе, пропустил сквозь пальцы прядь волос и скользнул губами по изгибу уха. - Вы достойны большего, чем эта пещера, Элизабет.

- Наверное, вы правы, - с сожалением согласилась Бэт.

- Но это не значит, что я готов выпустить вас сейчас.

- И верно, так теплее.

Их губы снова встретились.

- Нам стоит прекратить, или я за себя не ручаюсь.

- Что же мне делать, Джек?

- Расскажите... о своем прежнем браке. Вы вдова?

- О нет, - Бэт отстранилась. - Вы знали, о чем спросить. Я в разводе. Уже почти пять лет.

- Неприятно вспоминать?

- Неприятно вспоминать, какой дурой я была. Знаете, мы поженились, когда мне исполнилось восемнадцать. Он преподавал астрологию, а я... Я боготворила его. Была готова уступать во всем. Думаю, ему это льстило. А потом я сама не заметила, как превратилась в бессмысленный придаток к своему мужу. Понимаете, я верила, что любовь требует жертв. Так что самоуважение, смелость, умение мыслить стали жертвой на нашем семейном алтаре. И чем больше я жертвовала, тем меньше это ценили.

Он провел рукой по щеке Бэт:

- Считается, что подчинение - традиционная женская добродетель.

- Чушь! Если я что-то и вынесла из своего брака, так это урок, что предавать себя нельзя. Даже во имя любви. Вы считаете иначе?

- Нет. Я согласен.

- Правда? - недоверчиво спросила Бэт. - Вы первый, от кого я слышу подобное. Только не говорите, что тоже играли в подобную игру?

Джек коснулся губами ее виска:

- Вы невероятно проницательны, Элизабет. Только я был с другой стороны стола.

- Расскажите, - попросила она, устраиваясь в его объятиях.

- Это было десять лет назад. Я тогда зарабатывал тем, что выслеживал беглых преступников, но однажды добыча оказалась хитрее охотника. На мое счастье, талупа подобрали и выходили меня. Аннасуанн была дочерью шамана.

- Я знаю, чем обычно заканчиваются такие истории.

- Не знаете. Я провел с ними шесть месяцев и получил разрешение взять ее в жены.

- Вы были женаты на эльфке?

- Не по человеческим законам. Я жил с ними два года. Охотился, кочевал, слушал их песни, говорил на их языке.

- Потрясающе!

- Это не так уж хорошо, Элизабет. Что бы человек ни сделал, он никогда не станет для них своим. Или хотя бы равным.

- Но ваша жена...

- Она любила меня. Эльфы - другие. Для них любовь - сама по себе высшая ценность и не нуждается в оправданиях. Благословение или болезнь, с которой нужно жить. И не может быть слишком большой жертвы. Они бы вас не поняли.

- А что потом?

- Я устал доказывать, что стою чего-то, и решил вернуться к людям. Она последовала за мной. В городе стало еще хуже. Я работал и не мог проводить с ней много времени. Да и не хотел.

- Не хотели исступленно восхищаться закатами и встречать рассвет, держась за руки?

- Видно, что вы знаете кое-что об эльфах. Да, это волновало первые полгода. Я устал от Аннасуанн и семейной жизни. И чем больше она жертвовала, тем меньше мне хотелось быть ей обязанным. Она была эльфкой, но не дурой, видела, что происходит, - он напрягся. - Однажды я вернулся домой из салуна и был слегка навеселе. Она ждала меня, нарядилась. Сказала, что не винит ни в чем. Что видит, как ее любовь тяготит меня. Что была счастлива и благодарит за все. А потом пожелала умереть. И умерла. У эльфов особые отношения со смертью.

Он стиснул Бэт так, что стало больно, и выдохнул:

- Видят боги, я не просил ее об этой жертве!

- Иногда самопожертвование неотличимо от эгоизма. Как будто любишь не человека, а свою любовь к нему.

- Удивительно верно подмечено.

- Я часто думаю, как много самолюбования было в моих бесконечных уступках. Вы вините себя в смерти жены?

- Да. Наверное. Знаете, я до сих пор таскаю медальон с ее локоном. Срезал перед похоронами.

- Что?! У вас есть волосы эльфки, и вы молчали?


* * *


- Возможно, нам стоило взять мистера Рида с собой, - заметила Бэт, остановившись у очередной развилки.

В использовании подручных материалов есть своя прелесть. Пентаграмма на крови действовала почти полных пять минут, чар хватило, чтобы заставить Рида поменяться местами с заключенными, отдать револьвер с лампой и описать путь к выходу.

- Я не хотел бы тащить его в одиночку. Здесь направо.

Впереди громко ахнули. Яркий свет ударил по глазам.

- Мистресс Талли? Шериф? Мы вас две недели ищем.

- Это ты Янг? - Джек расслабился и сунул револьвер в кобуру.

- Да, сэр. Что с вами случилось?

- Это все полоумный Рид. Знаешь, что он сделал с твоей сестрой?

- Какой сестрой? - перед глазами Бэт мгновенно встало видение - нечеловечески прекрасное лицо в обрамлении облака серебряных локонов. Непостижимым образом знакомое.

В одно мгновение все странности и нестыковки сложились, как встают друг к другу детали головоломки. Она только открывала рот, чтобы выкрикнуть запоздалое предупреждение, а налетевший вихрь подхватил Бэт, развернул, и она почувствовала чужую руку на горле и холод револьверного дула у правого виска.

- Сними кобуру, или я убью ее, - в богатом обертонами голосе полуэфа лязгнул стальной капкан. - Быстро!

Джек замешкался.

- Живей!

Пальцы на горле усилили захват. Бэт забилась в его руках.

- Теперь отойди. Возьми лампу. Пойдешь вперед и будешь сворачивать, где я скажу.

- Беги, - прохрипела магичка.

- О нет, мистресс Талли. Он никогда этого не сделает.

Указания полуэльфа снова привели их в грот. Сейчас своеобразное святилище выглядело совсем иначе. По краями серебряного озера горели факелы. Текли, переливались, тонули в серебряной поверхности незнакомые руны. Нечеловечески прекрасная среброволосая Нелли Рид в центре казалась отлитой из серебра статуей.

- Чего вы добиваетесь, Янг? - воззвала Бэт. - Ладно, ваш свихнувшийся зять, но вы же разумный образованный человек.

- Я эльф.

- Вы же не надеетесь, что она и правда воскреснет?

- Нет. О, нет. Стоять смирно, Джек!

- Я все думала, как Грег Рид в одиночку смог оглушить нас двоих, - Бэт очень старалась, чтобы ее голос звучал спокойно и жизнерадостно. - Разгадка проста, он был не один. Но зачем вам это, мистер Янг?

- Я - последний охава, - сказал полуэльф, и пламя факелов вспыхнуло с утроенной силой на этих словах. - В этом гроте пятьдесят лет назад люди убили нашего бога, и пролитая им кровь стала серебром холмов. Я помню. Помню, как они гнали и убивали нас, как крыс. Помню, как жгли женщин, детей и стариков живьем.

- Вы не можете этого помнить, - попыталась урезонить безумца магичка.

- Может, - сказал Джек.

- Мы все забыли. Остатки гордого племени стали рабами и подстилками победителей. Но когда умерла моя бедная сестра, память вернулась к последнему из рода. Некогда мой народ был велик. Теперь я последний, с презренной человеческой кровью в жилах. И все же я - охава! И я верну Синим холмам бога, а племени - силу.

- Хочешь поместить эту тварь в тело сестры? - зло спросил шериф. - Тебе ее не жалко?

- О боги, Джек. Хотите сказать, что это возможно?

- Нелли станет сосудом бога, а я буду ее шаманом. Нет участи достойнее.

- Что-то подсказывает мне, что мистер Рид был бы сильно против, посвяти вы его полностью в свой грандиозный план. Это ведь вы заморочили бедняге голову? - главное отвлечь, втянуть безумца в разговор. А там, может, и подвернется удобный случай для Джека.

- Мне нет дела до ничтожного смертного, - с истинно эльфским презрением откликнулся Янг. - Сегодня день последней жертвы. Особой жертвы, - он схватил Бэт за подбородок и развернул к себе лицом. Она ойкнула. Глаза полуэльфа сияли сами по себе двумя зелеными болотными огнями. - Женщина после мужчин. Магичка после бездарности.

- Не надо, - с тихой угрозой в голосе произнес Джек.

- Или, - Янг снова опустил ладонь ей на шею, - это может быть великая жертва. Жертва, принесенная по доброй воле.

- О чем вы? - пискнула Бэт.

- Давай. Сделай это, Джек. И я сохраню ей жизнь. Я даже позволю ей уехать. Даю слово.

Стэтсон молчал долго. Очень долго.

- Дай мне нож, - наконец сказал он.

- Джек, не вздумайте, - закричала Бэт. - Не смейте в этом участвовать! Помните, о чем мы говорили в пещере?

Нож стукнул о камень у ее ног, и Янг пинком ноги отправил его к мужчине.

- Медленно, шериф. Очень медленно, чтобы я видел каждое движение.

Джек наклонился и поднял эльфский клинок из темного обсидиана.

- Прекратите фарс! Я вам запрещаю!

- Простите, Элизабет, - он улыбнулся и поднес нож к горлу. - Считайте это жертвой во имя любви.

Бэт зашипела от бешенства. Давление стального дула у виска чуть ослабло и тут...

Крохотный визжащий комок белого меха и ослепительной ярости вырвался из-под накидки Бэт и вцепился в правую ладонь полуэльфа. Янг рефлекторно вскинул руку, желая стряхнуть ласку.

Этой секунды хватило. Джек рванулся вперед и успел.


* * *


- К вам можно, Элизабет?

- Минутку, шериф, - она впустила его в номер. В крохотной комнатке Джек казался до нелепости высоким и нескладным.

Он оглядел чисто убранный номер, упакованный саквояж.

- Слышал, вы уезжаете.

- Да. Я заказала повозку до станции. Она будет через полчаса.

- Значит, мне повезло застать вас.

- Можно сказать и так.

Повисла неловкая пауза.

- Скажите, Джек. Там, в пещере. Вы действительно собирались сделать это?

Он замялся:

- По правде говоря, я собирался метнуть нож в Янга. Простите, Элизабет, но это был единственный, пусть и призрачный шанс выжить. И для вас тоже. Правда потом нам пришлось бы иметь дело с возрожденным богом Синих холмов. Эльфский шаман - тоже особая жертва.

- Хвала богам, - она обняла его. - Я уже решила, что влюбилась в идиота. Или лицемера, что еще хуже. После всего, что вы наговорили...

- Вы серьезно, Элизабет?

- Конечно, серьезно!

- Я про "влюбилась".

- О. Это? Да. Нет. Не знаю, - в его объятиях было так спокойно и уютно. Хотелось, чтобы он никогда не разжимал рук. - Вы правильно подметили, я слишком много рассуждаю, когда нужно чувствовать.

- Я, собственно, пришел спросить. Как вы думаете, вам понравилось бы жить в маленьком городке навроде Сильвер Рил?

- Ох... я боялась, что зададите этот вопрос.

- Это значит "нет"?

Бэт уткнулась лицом в его куртку. От Джека пахло солнцем, пустошами и лошадьми.

- Дело не в вас, Джек. Дело в Сильвер Рил. Или любом другом подобном месте. Шахтеры, таперы, пастухи, бандиты. Это ваш мир, мир мужчин. Что я могу здесь делать? Сидеть дома и вышивать гладью в качестве миссис Стэтсон? Храм по воскресеньям, сплетни с женой клирика, поход на рынок. Я умру здесь с тоски. Это было бы слишком большой жертвой.

- Понимаю, - он сжал ее сильнее, словно не хотел отпускать.

- А вы, - с надеждой спросила Бэт. - Может, вам понравится жизнь в большом городе? Знаете, там всегда есть работа для настоящих мужчин.

- Не знаю. Мне неуютно в больших городах. Слишком много людей, и дома закрывают солнце.

- Понятно.

- Я подумаю.

Тоши высунулась из-за спины и неожиданно робко потянулась к Джеку.

- Приезжай, - попросила ласка. - Ты - хороший.

- Спасибо, юная леди, - он аккуратно почесал зверька за ухом. - Я все еще не поблагодарил вас за помощь. Ваше вмешательство пришлось как нельзя кстати.

- Я - тоже Бэт, - сказала Тоши. - Благодари ее.

- Она - мой эмоциональный рефлектор, - смущенно призналась Бэт. - Это получилось случайно. Магия порой шутит странные шутки.

- Значит, на деле вы не такая уж непробиваемая, Элизабет? - тон был серьезным, но глаза Джека смеялись.

- Видимо, нет. Но поверьте, мы с Тоши вполне контролируем друг друга. Ох, Джек, прекратите так смотреть. Вы меня смущаете.

- Я люблю вас, - сказал он.

Какое-то время мистресс Талли ничего не могла ответить, потому что была страшно занята, оттачивая технику поцелуев под руководством лучшего в ее жизни учителя.

- У вас ужасная щетина, - ответила она, отдышавшись. - Я тоже вас люблю.

В дверь заколотили:

- Повозка для мистресс Талли!

Джек подхватил саквояж:

- Пойдемте, Элизабет. Я провожу вас до станции.