# Второй Рассвет

Аннит Охэйо

Эта книга - о будущем. Не о будущем человечества, а о будущем вообще. Когда-нибудь разум достигнет такой высоты, что вся Вселенная станет ему домом. Но что дальше?.. Теперь представьте, что некая раса в её глубинах уже освоила её. Она много старше человека, и её настоящее может стать нашим будущим... а может, и нет. Этого никто не знает. Достаточно того, что Вселенная бесконечна и в ней возможно всё. Это файа, раса, достигшая всего, а потом ушедшая своим, неведомым и недоступным никому путем. Ибо если мир был создан, в нем нет преград для его обитателей. Есть лишь барьеры на их пути, более или менее прочные, но нигде нет последней, окончательной преграды на пути, ведущем в Бесконечность. Здесь рассказано о той, кто не побоялась пройти по этому таинственному пути - об одной из файа, самой любопытной из всех и единственной, решившейся пройти по грозному пути Бесконечности. На нем она узнает всё, и, прежде всего - самое главное. Она узнает, зачем мы существуем.

Серия Мир Хьютай


Часть 3 (заключительная)


Второй рассвет


Продолжение романов Война Хьютай и Дочь Будущего


Некогда мы пожелали отыскать наше начало. Исходя, как всегда, из состояния совершенной полноты, мы понимали, что никакого начала не было, ведь начало означает вхожденье во время, подобно тому как граница - вхожденье в пространство; мы же способны творить и то и другое, будучи им неподвластны. И все-таки, неудовлетворенные вечностью, мы погружались в глубины памяти, пока не отыскали начало по мерке нашей безмерности. Начало было, ясное и бесспорное, оно появилось как ответ на вопрос - но откуда?

Конечно, его породила сама постановка вопроса, оно возникло из нашего переизбытка, всемогущество наше, чересчур уж охотно, сотворило его! Было ли истинным это начало? Что за вопрос, обращенный ко всемогуществу...

Охваченные такими сомнениями, мы размышляли о многом. Мы всемогущи, и в этом наша слабость: мы можем творить истины, но как выбирать между ними?

Станислав Лем. Записки всемогущего.


Большинство людей никогда не достигает своей цели - того, о чем они мечтали. Но это значит лишь, что им не хватило решимости пройти свой путь до конца.

Хьютай Вэру.

Часть 1:

Первичный мир


Среди бесчисленных галактик затерялась одна, ничем не примечательная, - одинокая спираль из двух ветвей, объединившая сто миллиардов звезд. Среди них выделялась одна, - колоссальная звезда-гигант, сиявшая в сто тысяч раз ярче, чем земное солнце. Она была не одинока - её сопровождали две звезды-спутника, намного более тусклых. Сложные, постоянно меняющиеся гравитационные поля тройной звезды не дали сформироваться планетам. Вокруг светил кружили лишь бесчисленные астероиды.

Здесь всё было мертвым. Здесь не было жизни, - и, казалось, не может быть и разума. Но он был здесь - только разум мог высверлить недра одного из самых больших астероидов, превратив его в крепость. И здесь был не один вид разума - второй всеми силами пытался уничтожить первый. Тысячи приплюснутых многоугольных кораблей - каждый из них представлял собой лишь монолитную черную плиту, покрытую странными, геометрическими серо-серебристыми узорами - отчаянно рвались вперед, подгоняемые взрывами крошечных капсул из дейтерия, гелия-3 и антиматерии. Под нижней стороной каждого ритмично вспыхивало крошечное, незримое в пустоте солнце, плазма упруго била в могучие магнитные поля, вновь и вновь прибавляя им скорость. При этом, вспышки смещались то вправо, то влево, хаотично бросая корабли из стороны в сторону - они старались уйти от туч летящих им навстречу черных игл, подгоняемых ровным сиянием термоядерного бороводородного огня, таких же монолитных, похожих на тщательно отшлифованные кремневые наконечники стрел.

Со стороны это поле боя, озаряемое лишь редкими взрывами попавших в цель игл, казалось лишь мерцанием мгновенных злых вспышек вокруг чудовищной угрюмой глыбы. Казалось, что после того, как этот бой завершится, тут уже ничего не изменится - пока не взорвется исполинское солнце. Но пришел срок - и всё закончилось.

..............................................................................................

Это был взрыв. Астероид-крепость - глыба из железа и камня, величиной в целый материк, - вдруг лопнул, раскололся, вспыхнул и разлетелся вдребезги. Из расщелин ударил страшный, сверхсолнечный свет, в один миг пожравший и защитников, и нападавших.

Удар, расколовший тысячемильный железокаменный монолит и швырнувший его обломки в стороны, был такой силы, что они, не успев разлететься, рассыпались и превратились в пыль. Ослепительное сияние обратило её в плазму, и возле трёх солнц вспыхнуло четвертое. Огненный шар, разрастаясь и тускнея, вскоре вырос в настоящую звезду. Но это было не простое светило. Что-то ещё, не свет, разливалось вокруг. Само сияние солнц в нем странно мерцало, завихрялось, астероиды же в этом мерцании стали вспыхивать и испарялись, исчезая в потоке растекающейся плазмы.

Там, где пространство разорвалось, зажглась новая звезда. Её свет яростно блестел на изломанных гранях ещё целых астероидов, заставляя странно мерцать и завихряться сияние трех солнц. Но в ней, в самом центре взрыва, возникло нечто новое - восьмиуступчатая пирамида из вырожденной материи, вмещавшая восемь триллионов бестелесных разумов. Мрачное лиловое сияние Йалис-щита окутывало её - физика окружающего мира не была властна над ними. Сейчас они изучали это, новое для них мироздание. Прошло десять тысяч лет с тех пор, когда они в последний раз смотрели на него - за это время оно изменилось.

И, среди этих восьми триллионов душ, очнулась единственная живая пара.


## Глава 1.

Потерянное мироздание.


Из всех решений следует выбирать открывающее больше возможностей.

Укавэйра.


Хьютай Вэру всё же ощутила бездну безвременья, в которую погрузилась. Она не могла ощутить его прямо, но всё же ощутила бытие, текущее за пределом времен. Потом пришла чудовищная боль. Испепеляющий свет был повсюду, безмерная сила сжимала, сминала её... и она мгновенно потеряла сознание.

...........................................................................................

Её привел в себя ворвавшийся в сознание страшный, сверхсолнечный свет. Вместе со светом вернулась и боль. Хьютай сжалась, ожидая, когда она стихнет, и погаснет беспощадный свет...

Когда прошла словно уже целая вечность, боль всё же начала ослабевать, жестоко терзая её, но всё же, постепенно отступала. Она по-прежнему сводила все мышцы, не давая дышать, но Хьютай поняла, что жива, и что жизнь возвращается к ней...

Наконец, она подняла голову и осмотрела небольшое пустое помещение с единственным окном-экраном. Сидевший рядом Анмай молча смотрела на неё, судорожно сжав руки. Ему тоже пришлось нелегко.

- Как ты? - испуганно спросил он.

Она вымученно улыбнулась.

- Хорошо, Анми.

Анмай вздохнул. Он явно почувствовал вину за этот дурацкий вопрос.

- В каком времени мы оказались, Укавэйра? - спросила она, чтобы прогнать неприятное чувство.

- В том, в которое и хотели попасть. На десять тысяч лет позже после нашего отлета. Переход не-тела в тело произошел внутри астероида - такого за всю историю межзвездных полетов файа и иных рас ещё никогда не случалось, ведь шанс оказаться внутри одной из глыб был равен один к триллиону...

- Я знаю. Я ощутила... отталкивание. Но тогда основная энергия взрыва поглощена и рассеяна, так?

- Да. Мы не стремились к этому, но так получилось удачно.

Хьютай внезапно ощутила неожиданно сильное разочарование и усмехнулась. Главное - что она была жива, и что её мечта исполнилась, хотя бы в первой её части...

Машина продолжила:

- Но мы пересекли не только десять тысяч лет времени, но и шестьдесят миллионов парсек расстояния. Мы вышли из прыжка у звезды К-01031/В5. Здесь, на миллионы парсеков кругом, нет никакой разумной жизни. Поэтому мы и выбрали это место, известное файа лишь по астрофизической съемке. И не ошиблись - здесь нет никаких следов Последней Формы, гхатры. Мы не фиксируем здесь никаких следов её Йалис.

Хьютай кивнула. Гхатра - негуманоидная, неорганическая жизнь, враждебная всем остальным её формам, обитала исключительно в космическом пространстве. Необходимое сырьё она получала, разбивая и поглощая астероиды и кометы. Файа были известны две основных её разновидности: матоиды и Собиратели, добывающие сырьё для воспроизводства матоидов. Едва ли гхатру можно было назвать цивилизацией, - она не колонизировала планет, ничего не строила и не имела ничего, кроме самой себя. Тем не менее, она вела чрезвычайно организованную и активную деятельность по преобразованию физической реальности Вселенной. Предположительно, гхатра существовала уже семь миллиардов лет и происходила из какой-то иной Реальности, крайне далекой от этой...

- А что стало с физикой мироздания? - спросил Анмай.

- Она изменилась. Незначительно, но странным образом. Уровень энергии, нужный для изменения основных постоянных, - порог Йалис, - резко поднялся, как и древний барьер, препятствующий полетам естественной органической жизни в не-пространстве. Уже никто не сможет создать здесь новые установки Эвергет. Работа про-Эвергета в любом виде стала невозможна. Лишь уже существующие установки Эвергета класса II и выше ещё могут здесь действовать.

Хьютай жестом прервала машину, поднялась, и, всё ещё морщась от блуждающей по телу боли, подошла к парню, сидевшему в кресле с закрытыми глазами. Она начала растирать его холодные руки, потом уши, с усмешкой отметив эффективность столь простого приема - Анмай выпрямился, его глаза живо заблестели.

- Что произошло с физикой мироздания? - наконец спросил он.

- Ничего из того, что планировала изменить в мироздании Файау, не случилось, - ответила машина. - Однако, Космогоническая Игра - противостояние искусственных реальностей - продолжается. Несомненно, именно её участники закрыли щель обратимости физических законов. Теперь изменение физики вновь стало невозможно для всех, кто не обладал такой возможностью изначально. У нас есть основания предполагать, что...

Хьютай знала, что это обычное состояние их Вселенной. Однако подробности вылетели у неё из головы - по крайней мере, сейчас. Тело до сих пор казалось каким-то чужим, сознание тоже. В голове звенела пустота, и она хотела её заполнить...

- Нельзя ли подробнее? - попросила она.

- Каждая из сверхрас, участников Космогонической Игры, несомненно, изначально изменила физику таким образом, сделав невозможным появление новых её участников - они могли нарушить стабильность мироздания, - начала рассказывать машина. - Их запрет сделал нерентабельными любые попытки создания Эвергета. Вторая причина создания этих ограничений, - на изменение физики мироздания и на полеты в не-пространстве, - попытка сделать невозможными военные столкновения и чрезмерную экспансию цивилизаций. Они могли привести к уменьшению расового разнообразия и катастрофическим последствиям, вплоть до квантового вырождения и разрушения причинности. Но квантовое вырождение представляет собой второй уровень защиты от цивилизаций, сумевших обойти первый. Однако другие участники Космогонической Игры тоже воздействовали на эту часть Вселенной, стремясь занять территорию Первых, и, время от времени, когда физика частично возвращалась к исходному состоянию, их ограничения прекращали действовать, ненадолго по астрономическим меркам и нечасто, - периоды нестабильности разделяли сотни миллионов лет. Тем не менее, все сверхрасы, появившиеся после Первой, своим рождением были обязаны именно этим периодам временной нестабильности, хотя их продолжительность была в десятки тысяч раз меньше Главной Фазы Игры. Таких периодов было всего тридцать на протяжении семи миллиардов лет. Предпоследний разрыв в Главной Фазе Игры окончился миллиард лет назад, последний - примерно пять тысяч лет назад.

Хьютай вздохнула. Разрыв в её памяти не стал меньше, но кое-что всё же прояснилось.

- Вы уже пытались связаться с Файау? - спросила она.

- Да. Ответов не было.

- Насколько я помню, нельзя перехватить квантовые сообщения, но можно установить связь, если есть квантовые линки?

- Да. Ответов не было.

- Значит, Файау исчезла, и мы остались воистину единственной парой в чужом мироздании? - Анмай нахмурился.

- Да.

- Как? - новость Хьютай совершенно не радовала. Они прыгнули в будущее, чтобы встретить в нём новую, невероятно развитую Файау - и теперь оказались на мели...

- Это нелегко объяснить. Файау ушла в другую Вселенную, имеющую свои физические законы, слишком давно, чтобы имело смысл присоединяться к ним.

- Куда ушла? - спросила Хьютай. После всего, ей недавно пережитого, соображала она сейчас не очень хорошо.

- В какую-то из других Вселенных, конечно. Как вы знаете, среди нас есть представители сверхрасы Мэйат, которая сделала то же.

Хьютай хмуро кивнула. Она давно уже знала, что их Вселенная совсем не одинока. Единая Метавселенная включала в себя, примерно, 10^118 обычных Вселенных-пузырей, с разной физикой и разным числом измерений. Поперечник каждого пузыря в среднем составлял многие сотни триллионов световых лет. Но их разделяли Листы - мембраны из особого, сверхплотного вакуума, состоявшего из квантов всех взаимодействий. Кроме них, в Листах также присутствовали все двенадцать разновидностей лептокварков, изменяющих физику. К тому же, плотность этой не-материи была намного больше плотности вещества в атомном ядре и равна предельной, планковской. Короче говоря, пройти сквозь них в пространстве или в не-пространстве не мог никто. Но разум имел тенденцию к бесконечной экспансии. На определенном этапе развития становилось возможным изменение физических законов, и тогда...

- Но всё же, как это возможно? - спросил Анмай.

- Как вы уже знаете, законы нашей Вселенной ограничивают развитие цивилизаций, - начала Укавэйра. - И ограничивают саму возможность их изменения. Первой преградой на этом пути стала Космогоническая Игра, противостояние таких изменений. Наша Вселенная поделена на множество областей с разной физикой. Таких областей приближенно миллион - и столько же участников Игры. Она служит естественным барьером для неконтролируемой агрессивной экспансии, ограничивая развитие сверхрас. Однако, даже если не учитывать возможности сознательного противостояния, она разделила Вселенную на множество областей с различной физикой, а их прямой контакт опасен. Происходит их взаимопроникновение, аннигиляция, и как следствие - квантовое вырождение. К тому же, в любом случае такие изменения нельзя довести до конца, потому что области с действительно разной физикой вообще не могут непосредственно контактировать - происходит разрыв пространства и возникает Лист. Такое разделение требует приложения бесконечной энергии и практически недостижимо. Поэтому, на бране Метавселенной существуют 10^118 отдельных доменов...

- Вроде бы домен - это феодальное владение, - напомнил Анмай.

- Домен - это всего лишь одна из бесконечного числа Вселенных, а брана - это совокупность Вселенных, - возразила Укавэйра. - Это, в общем случае, половинка каждой Вселенной, содержащая все её физические законы и всё её пространство, но отделенная от других Вселенных Листом. К тому же, в Листах аннигилирует и вещество, и различные физики. Они являются источниками мощнейших потоков разрушительной энергии, известных как Стены Света. Таким образом, ни одна из сверхрас не может достичь своей цели - перестроить физику своей части мироздания наиболее удобным для своего дальнейшего развития образом. А такая перестройка, в конечном счете, необходима, поскольку существующая физика, повторюсь, накладывает на устремления сверхрас суровые ограничения.

- Хорошо, но как же нашу Вселенную можно покинуть? - упрямо спросил Анмай.

- В конечном счете Метавселенная едина. Основа, вакуум, везде один и тот же, просто в разных Вселенных - разный уровень образующего скалярного поля, от величины которого зависят все соотношения физических постоянных. Их общее количество - 10^118. В каждом пузыре может быть разное количество измерений. Исходно же пространство Метавселенной десятимерно. Некоторые измерения могут быть высвобождены, некоторые свернуты в суперструны, но в любой возможной Вселенной их не может быть больше десяти. Некоторые из этих измерений возможно развернуть искусственно и создать туннели, ведущие в другие Вселенные. Эти туннели соединяют домены, разделенные доменными стенами. Они могут быть построены искусственно или настроены на нужные домены природными законами. Вселенные, расположенные ближе к центру браны, содержат больше информации, чем более удалённые, однако на расстоянии в один Лист и даже дальше все они практически равны. После открытия этой технологии сверхрасы уходят в них, чтобы продолжить своё существование в иных, непредставимых нам формах. Но Космогоническая Игра продолжается, чтобы сохранить эту Вселенную - возможно, единственный в Метавселенной источник разума. Овладев этой технологией, свою Вселенную выбрали и файа. Это третий, последний уровень защиты Космогонической Игры.

Хьютай недовольно помотала головой. Теперь в ней несколько прояснилось. Она вспомнила, что переход в другую Вселенную был делом, крайне непростым. Он требовал полного изменения самой физической основы уходящей расы. Избежать таких изменений было нельзя: физика абсолютного большинства других Вселенных исключала возникновение разума и вообще организованных структур. Подумав так, Хьютай растерялась. Она не представляла, что станет с ней при таком изменении.

- А существуют другие Вселенные, из которых происходит такой же исход сверхрас? - спросила она.

На сей раз, Укавэйра помолчала.

- Мы не способны определить, сколько вариантов физики делают возможным существование организованных систем, - наконец ответила она. - В абсолютном большинстве Вселенных это невозможно. Они мертвы. Вселенных, подобных нашей, пригодных для разумной жизни в любом её виде, очень мало - возможно, всего несколько из 10^118. Но они так сильно отличаются друг от друга, что каждую можно считать единственной.

Хьютай вздохнула. Теперь она понимала, что так и должно было быть. Освоив технологию создания Туннелей, сверхрасы уходят в другие Вселенные, где ничто не мешает их развитию. Так же поступили и файа. Укавэйра - единственная и последняя из их кораблей в этой Вселенной. Это не радовало.

- Мы можем последовать за Файау? - спросила она.

- Нет. Мы знаем, где находятся порталы туннелей, ведущих в иные Вселенные, но воспользоваться ими мы не можем, ибо их охраняют создавшие их сверхрасы. Кроме того, каким бы ни был путь Файау, мы не сможем за ней последовать. Перед уходом файа развивались в течение нескольких тысяч лет. С тех пор прошло ещё несколько тысячелетий. Они ушли слишком далеко, чтобы имело смысл присоединяться к ним. А если и нет, они вряд ли поддержат наш... проект.

- Но неужели никого не осталось? - спросила Хьютай.

- Наверняка остались. После Перехода всегда остаются самые слаборазвитые части сверхрас. Конечно, мы можем их найти. Но наша цель - совершенно иная.

Хьютай молча кивнула. Могущество сверхрас впечатляло. Но замысел Укавэйры был ещё более смелым: выйти в Бесконечность, покинуть Метавселенную вообще, чтобы узнать тайну рождения мирозданий...

............................................................................................

Какое-то время они все молчали. На экране мерцало, угасая, пламя освободившего их из безвременья взрыва.

- Вы уверены, что мы МОЖЕМ покинуть Метавселенную? - наконец спросила Хьютай. Ей не хотелось участвовать в СОВЕРШЕННО безнадежном предприятии.

- Несмотря на невообразимые размеры, она всё же конечна, и, теоретически, мы можем достичь её внешней границы, - ответила Укавэйра.

- Но следует ли нам это делать?

- Вы сами избрали свой путь. Теперь отступление невозможно. Да и выбора у нас нет. Дело в том, что в будущем Метавселенная погибнет.

- Но это же произойдет через триллионы лет! И... как это будет? Гравитационный коллапс?

- Нет. Процесс намного сложнее. Вы знаете, что плотность материи во Вселенной - равна критической?

- Мы находимся внутри черной дыры, да.

- А каково её главное свойство?

- Замедление времени до его полной остановки... но мы же живем!

- Да. Это старый гравитационный парадокс, и его решение очень простое. Гравитация распространяется со скоростью света, а Вселенная - Метавселенная - расширилась практически мгновенно. Её части просто не успели провзаимодействовать друг с другом. А когда это произойдет...

- Дайте-ка подумать. Гравитация замедляет ход времени, так? С течением времени гравитационное поле Вселенной возрастает, поскольку складываются поля всё более отдаленных её частей. И время будет всё замедлятся, и замедлятся... пока не остановится вовсе, и всё мироздание застынет недвижимым навеки. Так?

- В общих чертах - да.

- Когда же время... остановится?

- Неверно поставленный вопрос. Чтобы ответить на него, надо выйти ЗА пределы времени, а это невозможно.

Хьютай вновь глубоко вздохнула.

- Теперь я начинаю понимать... но я же не знала! И всё же стремилась вырваться! Это происходило инстинктивно, да?

- Это нельзя почувствовать. Мы не знаем.

- А что произойдет после того, как гравитационное поле превысит критический предел? - вдруг спросил Анмай. - Я имею в виду, что с точки зрения наблюдателя на коллапсирующей звезде она никогда не достигнет состояния полного коллапса, но с точки зрения внешнего наблюдателя она его мгновенно достигает! Как разрешить этот парадокс?

- Парадокса нет. Вы не учли квантовой природы гравитации. И, в сущности, это вопрос о том, что происходит внутри черных дыр - под сферой Шварцшильда. Пространство там как бы выворачивается наизнанку, обычные физические законы перестают действовать - это проверено.

- И в него можно... войти? - спросила Хьютай.

- Без малейшей возможности вернутся, но да.

- Но что бы именно с нами произошло? И... если пространство внутри черных дыр вывернуто наизнанку, а пространство Метавселенной - тоже вывернуто по сравнению с... наружной средой, то на самом деле это наш мир вывернут наизнанку, и внутри черных дыр царят условия Большой Вселенной... но там же нет времени, в котором можно жить!

- Этого просто нельзя знать. Представить происходящее Снаружи невозможно даже математически. Впрочем... Вы помните, что услышали в свой первый день здесь... в нашем времени?

Хьютай закрыла глаза.

- Мир не существует. Средняя плотность материи во Вселенной в точности равна критической плотности, при которой происходит гравитационный коллапс объекта с той же массой. Мы находимся внутри черной дыры. Энергия вещества полностью компенсируется отрицательной энергией гравитации. И я тогда ответила, что иначе не может быть. Закон сохранения энергии непреодолим, и иначе мир не смог бы возникнуть. Это значит, что наше пространство замкнуто, и мы не сможем его покинуть, потому, что снаружи для нас ничего нет... точнее, нас нет. Но... коллапс ещё не свершился, и Метавселенная ещё не стала черной дырой! Разве что в центре... но я не могу понять это!

- Это очень сложно объяснить, - ответила машина. - Процесс неравномерен. Гравитация является основополагающим фактором, правящим судьбой Вселенных, - это единственная сила, влияющая на пространство и время, и не знающая пределов. Но её уровень в разных Вселенных неравен! Согласно расчетам, существуют такие, где постоянная тяготения в миллиарды и триллионы раз превышает нашу, но есть и такие, где вовсе нет гравитации... хотя это очень трудно представить. Во Вселенных с повышенной гравитацией время уже остановилось, там вступили в действие законы не-физики. Во Вселенных без гравитации замедления времени вообще нет. Но Вселенные соприкасаются, и всепроникающая гравитация проходит сквозь Листы, замедляя течение времени и там... и сами Листы при этом деформируются. И, хотя они, теоретически, не могут разорваться, даже один такой разрыв может привести к катастрофическому хаосу столкновения принципиально разных физик, последствия которого невозможно представить. Возможно, произойдет сверх-квантовое вырождение, которое охватит всю Метавселенную, мгновенно уничтожив в ней все организованные структуры.

- Значит, различные Вселенные взаимодействуют друг с другом? - удивилась Хьютай, невольно ёжась от услышанного. Поверить в него было трудно... но мысль о том, что она в любой миг может просто... исчезнуть, не радовала.

- Да. Это очень сложный процесс. Его можно описать только приближенно. Гравитационное поле Метавселенной непрерывно усиливается, и ход времени неравномерно замедляется. Замедление займет сотни миллиардов лет... насколько в данных условиях можно говорить о времени. Но косвенным путем совершенно невозможно представить степень замедления в каждой конкретной части Вселенной. Только с помощью полетов в не-пространстве... но нам не известно о таких полетах с такой целью. Можно только сказать, что предвидеть развитие Метавселенной невозможно. Слишком много факторов, включая взаимодействие различных физик, которые распространяются и взаимопроникают со сверхсветовыми скоростями, и в это взаимодействие вмешиваются непредставимые для нас разумные существа. Плюс принцип неопределенности...

- Но мы должны выяснить всё это, - сказал Анмай. - И, если это возможно, помешать наступлению... безвременья.

- В наши цели не входит изучение развития Метавселенной, а тем более вмешательство в её развитие, - возразила Укавэйра. - У нас иная, более трудная, можно сказать, максимально трудная во всём мироздании задача. Мы хотим выйти за все его пределы, понять его происхождение и цель. Но сделать это будет очень непросто. Прежде всего, нам надо будет приблизиться к внешним границам Метавселенной. Направление не имеет значения, но нам придется пересечь примерно 10^16 различных Вселенных с различными физиками, каждая из которых имеет размеры в сотни миллиардов и триллионов световых лет.

- Значит, всего 10^28 световых лет... - сказала Хьютай.

- Это невозможно представить. Возможно, и все 10^1 000 000.

- Но переходы в не-пространстве мгновенны...

- Нам придется преодолевать и Листы, что невозможно в не-пространстве. Это требует ввода дополнительных измерений, что недоступно даже для Сверх-Эвергета. Только машины четвертого порядка, Нэйристы, могут строить Туннели. Для этого необходима максимально возможная в нашей Вселенной концентрация энергии - 10^19 ГэВ/квант. Только при таком уровне энергии можно достичь основополагающей структуры пространства - гипернитей или струн, образованных свернувшимися измерениями пространства - семью из 10. Они постоянно кипят, появляются и исчезают. Приложив энергию, можно раздуть такую трубку до макроскопических размеров, создать Туннель, в котором физический вакуум сжат таким образом, что относительно небольшое смещение в нём соответствует огромному перемещению в обычном пространстве. Конечно, этот способ неизмеримо сложнее путешествия в не-пространстве, и не так быстр - для покрытия космологических расстояний в таких Туннелях необходимы сотни лет. Разновидностей Туннелей с различной физикой теоретически бесконечно много, но нам нужна лишь одна, обходящая барьерное действие Листов. Её создание требует приложения их почти бесконечной энергии. У нас нет такой технологии, но даже если удастся её осуществить, такое путешествие окажется очень опасным, поскольку среда с чужой физикой для нас практически недоступна.

- И нельзя защититься? - удивился Анмай. - Во время ваших путешествий к пределам Вселенной - нашей Вселенной - Сверх-Эвергет этого корабля генерировал...

- Эвергет или Сверх-Эвергет может изменять и стабилизировать уровень скалярного поля, от которого зависят основные постоянные, лишь до определенного предела. Если мы попадем во Вселенную с измененным зарядом электрона, с иной скоростью света, с иной гравитацией - особой опасности не будет. Но если там пространство не трёх-, а шестимерное? В многомерном пространстве любые силы ослабляются экспоненциально, частицы, более неспособные взаимодействовать друг с другом, разлетятся, любой материальный объект там просто распадется за непредставимо малую долю секунды. Из теории следует, что возможны и Вселенные с несколькими измерениями времени, - хотя вы неспособны это представить, это математически неопровержимо. Возможны Вселенные с совершенно иными взаимодействиями, с иными частицами, или вообще с принципиально иной формой организации материи. В них мы просто не сможем существовать.

Хьютай растерялась.

- Но должен же быть выход!

- Он есть. Единственный способ сохранить свою физику в любой возможной вселенной, - замкнуть её Листом, и, таким образом, превратить её в независимую Вселенную. А также получить возможность свободно перемещаться в этой Вселенной, как в пространстве, так и во времени. Это даст вам возможность получить доступ к любым возможным вариантам происходящего. Однако, это очень сложная задача. Для этого нужны колоссальные физические силы. Но, если мы хотим получить такую возможность, мы должны будем работать над собой в течение многих лет. И если у нас нет необходимых сил, то нам лучше не пытаться это делать. Этот Лист может быть только один. И это не означает, что он должен быть размером с планету. Лист может быть размером с атом. Но он может быть и размером с галактику. Он может быть даже больше, чем наша Вселенная. Если у вас есть такое пространство, вы можете поместить в него всё, что вам заблагорассудится, всё, чего вы желаете, всё, во что вы верите, всё что угодно. При этом, эта Вселенная, в той же мере, как и другие, будет обладать способностью к развитию. Другими словами, замкнув Листом себя, она станет самодостаточной. Она превратится в отдельный домен вакуума, внутри которого и будет развиваться, создавая всё новые и новые миры.

Хьютай задумалась. Только сейчас до неё начала доходить вся немыслимая трудность этой задачи.

- Но ведь Листы являются источниками мощнейших энергетических потоков! Они сожгут любой объект, как только достигнут его - если эта область достаточно мала и они успеют до него добраться. И как оно... эта область будет двигаться среди других Вселенных? Как смотреть из неё наружу? И как вообще создать её, если для этого нужна бесконечная энергия?

- У нас есть соответствующие теоретические построения. Но практические технологии - нечто совершенно иное...

- Вы не можете создать соответствующую технологию? - удивился Анмай. - Несмотря на весь свой сверхразум?

- Можем. Но это потребует времени - не тысяч, не миллионов, а миллиардов лет. Потребуется оборудование... потребуется целая цивилизация, а не один корабль, пусть и такой, как наш!

- На что же вы надеялись, прыгая в будущее? - Хьютай невольно подумала, что сильно преувеличила степень сверхразумности Укавэйры. Вот только сожалеть об этом было уже несколько поздно...

- На помощь Файау. Мы не знали, что она уйдёт так быстро. Мы ошиблись.

Хьютай вздохнула. Это она понимала уже и сама.

- Другие сверхрасы могут иметь нужную технологию?

- Могут. Но в нашей части Вселенной, в нашей области Игры, теперь нет других сверхрас, кроме Первой. За семь миллиардов лет своего развития они должны были узнать всё, но вряд ли поделяться знаниями с нами.

- А ДРУГИЕ Первые? Те, что начали Космогоническую Игру в ДРУГИХ частях Вселенной, и продолжают её и поныне?

- Первые Расы существует уже семь миллиардов лет, и они должны знать всё. Но они никогда не общались с младшими расами. Им не отвечали... а настаивающих просто уничтожали. А с другими сверхрасами, живущими в иной физике, мы просто не сможем разговаривать. Мы не знаем даже, есть ли у них эта технология. Но если и есть, если они ей воспользовались, то никто из ушедших не вернулся. Точнее, мы ничего не знаем об этом. Так что мы не знаем даже, куда теперь нам отправиться!

Хьютай растерялась. Её раса ушла, стала недостижима. Прыгая в будущее, они надеялись на помощь Файау, не зная, что она уйдет так быстро. А в этой части Вселенной не было других сверхрас, кроме Тэйариин, имевших эту технологию. И она, и Анмай, и сама Укавэйра оказались потерянными в мироздании... точнее, потерявшими своё родное мироздание...

......................................................................................................

- И что нам теперь делать? - растерянно спросила она. - Куда мы можем отправиться?

- Куда угодно. В этом основная трудность.

Хьютай прошлась по комнате, подошла к окну. Сияние в нем исчезло - Укавэйра убрала Йалис-щит, решив, что эта физика не представляет опасности. Серебристая вуаль туманности скрывала звездное небо, делая его нереальным, словно затянутым перистыми, прозрачными облаками...

Она усмехнулась. Правду говоря, она и сама себе не казалась сейчас реальной...

- Куда мы действительно можем отправиться, Укавэйра? - спросила она.

- Можно полететь к Новой Файау, которую вы называете Девятью Мирами. Или к любой из восьми не-планет нашей Первой Сверхрасы, и попытаться установить с ними контакт.

Эта идея Хьютай не понравилась. К не-планетам Первых, ведущих Космогоническую Игру, было небезопасно приближаться, даже на таком корабле, как Укавэйра.

- Куда вы сами хотели бы полететь? - спросила она.

- Мы предпочли бы отправиться к Церре, некогда лучшей из не-планет Файау, законченной постройкой всего три года назад к моменту нашего отлета, - ответила машина. - Или к Девяти Мирам Файау. Но куда бы хотели полететь вы?

Хьютай ненадолго задумалась.

- К Эрайа, конечно. Я хотела бы увидеть родину своего народа, наш Первичный Мир.

Укавэйра помолчала.

- Из тех сведений, что вы собрали на Увайе, - наконец сказала она, - следует, что через год Эрайа сгорит в Стене Света. Я бы не сказала, что это хорошая идея. Вряд ли вы захотите увидеть её гибель.

Хьютай тоже помолчала. Кто она, чтобы указывать восьми триллионам величайших разумов Вселенной? Но без неё их всех сейчас не было бы на свете, а значит, они все были перед ней в долгу... в какой-то мере.

- Можем ли мы спасти наш Первичный Мир?

- Лишь переместив его в другое место - никакой щит не выдержит удара Стены Света. А чтобы провести объект, - неважно, какого размера, - через не-пространство, необходимо превратить четверть его массы в энергию. Даже если нам удастся найти дополнительную массу, существует предельный размер для перемещения в не-пространстве. Он не превышает ста миль. Нам придется производить множество установок Эвергет и размещать их во всем объеме планеты. За год мы просто не успеем это сделать. И, скорее всего, каждая область переноса прибудет к месту назначения самостоятельно. Даже если этого удастся избежать, при не-переходе всё живое на планете погибнет. И смысл тогда это делать?

- Но ведь можно вывести Эрайа через Туннель Дополнительности. Там нет предельного размера.

- Да. Но у нас нет технологии его создания.

Анмай невесело усмехнулся.

- Забавно. Или мы за год получим, либо создадим технологию, необходимую для бегства из Метавселенной, либо наш Первичный Мир погибнет. А впрочем, какое это имеет значение? Ведь у нас впереди столько времени... лет сто, пока не истощатся резервы памяти в наших телах, и мы не присоединимся к вам, к вашим сознаниям. А потом - целая вечность...

- Мы полагаем, что вы хотите осуществить вашу мечту в вашей нынешней физической форме.

- Да, хочу, - ответила Хьютай. - Но какое это имеет значение?

- Мы полагаем, что большое. Что ж, мы начинаем подготовку к прыжку на Эрайа. Это займет примерно десять часов.

Хьютай коснулась браслета-весма на левом запястье. В прошлый раз он едва ей не... пригодился. Её передёрнуло.

- Не-переход всего через десять часов после предшествующего...

- Неужели ты боишься? - насмешливо спросил Анмай.

Хьютай вздохнула.

- Нет. Просто у меня предчувствие... - она покосилась на парня, думая, стоит ли говорить дальше. Потом всё же сказала: - Что если мы полетим на Эрайа... через год наша мечта исполнится. Глупо звучит, правда?

- Глупо, - он улыбнулся. - Ведь мне тоже не терпится попасть на Эрайа, - и, в то же время, я почему-то боюсь этого...

- Ладно, пока оставим это. Давай, наконец, спать.

Хьютай скинула одежду, включила силовую подушку и с удовольствием растянулась на упругом воздухе. Через секунду Анмай присоединился к ней. Они сонно повозились, устраиваясь поудобнее, и через минуту заснули.

............................................................................................

Пока пара спала, Укавэйра двигалась к ближайшему крупному астероиду. Достигнув его, она остановилась, развернувшись к нему кормой. Из её дюз ударил поток гамма-излучения невероятной мощности. Тысячи кубических миль камня вспыхивали и превращались в плазму, которая тут же попадала в магнитную воронку и исчезала в питательных дюзах, втягиваясь внутрь корабля...

...........................................................................................

Когда Хьютай проснулась, заправка была уже окончена и началась зарядка накопителей. Она поняла это, едва взглянув на экран, потом зевнула и потянулась, разбудив Анмая. Времени осталось мало, так что они просто быстро оделись и плюхнулись в кресла, ожидая перехода, безмолвно рассматривая россыпи звездной пыли в окне. Через несколько минут они изменятся...

- Ты уверена, что мы сделали лучший выбор? - наконец спросил Анмай, глядя на экран. Где-то там, безмерно далеко, затерялась система двух солнц. Вокруг меньшего вращалась родная планета их расы...

Хьютай вздохнула. Теперь она начала сомневаться в этом. Впрочем, если недостаточно информации, остается положиться на удачу...

- Уверена. И потом, там нам вряд ли что-то может угрожать, в отличии от более... оживленных мест.

- А почему Укавэйра нас послушалась? - вдруг спросил Анмай. - Кто мы по сравнению с ней?

- Создатели цивилизации, которая спасла её, - усмехнулась Хьютай. - Но если мы начнем гадать ещё и о намерениях Укавэйры, то вообще ничего не поймем.

Она замолчала, вспомнив о перенесенном ей всего десять часов назад. Тогда она оказалась на грани смерти - такое нелегко забыть. А вновь добровольно подвергнуться этому...

Я ещё никогда не чувствовала такой боли, - наконец подумала она, недовольная своей трусостью. - Но перенесла её. Перенесу и сейчас.

Анмай заметил её волнение - и даже понял причину.

- Не бойся. Не каждый же раз нам выныривать в центре астероида!

Хьютай слабо улыбнулась.

- В самом деле... - она вызвала на экран схему системы двойной звезды. Первую из них окружали шесть планет. Четвертая была её неведомой родиной. Вторая звезда, вчетверо массивнее солнца Эрайа, была мертвой, черной дырой, окруженной пятью выгоревшими во время взрыва Сверхновой остовами планет. Она уже знала всё это, - просмотрев записи мертвого корабля, пролежавшие двенадцать тысячелетий. Но просматривала вновь, стараясь успокоиться и забыть о чудовищном огне, бушующем в реакторе Сверх-Эвергета под её ногами. Энергия аннигиляции по мощи не уступала звезде-сверхгиганту, но, в отличие от неё, никуда не рассеивалась, запасаясь в накопительных кольцах. Правда, время от времени она всё же косилась на ползущую по низу экрана зеленую линию, отмечавшую процесс зарядки. Несмотря на всё, она боялась перехода, который должен был перенести их к цели. И ещё никогда она не ощущала так сильно напряжения Анмая, его скрытого страха...

- Создан полный запас энергии в накопителях. Пусковой механизм Сверх-Эвергета разблокирован и готов к работе, - сообщила Укавэйра, когда линия доползла до края и погасла. - Пуск через пятнадцать секунд.

Хьютай вздохнула и попыталась вспомнить, что видела во время второго прыжка, который перенес её в Линзу. Ей показалось, что она вспомнила. И в это мгновение всё вспыхнуло.


## Глава 2.

Первичный мир.


Свобода - это право сильного безнаказанно творить зло.

Китайская мудрость.


Хьютай ожидала прыжка, но тот всё же застал её врасплох. Она ощутила, что взрывается изнутри, перед глазами вспыхнуло белое, нестерпимо яркое пламя, всё тело пронзила невыносимая боль...

Она дико закричала от неё... и тут же поняла, что прыжок уже закончен. Он был слишком быстр, чтобы она смогла что-то заметить. Что же тогда...

Хьютай инстинктивно сжалась в комок, ожидая, когда боль утихнет, и рассеется мятущийся перед глазами свет. Это случилось неожиданно быстро - Укавэйра уже приноровилась к здешней физике, и этот не-переход оказался куда более удачным. Да, тело до сих пор ныло и болело, перед глазами прыгали цветные сполохи, но по сравнению с пережитым ей раньше это были пустяки...

Корабль начал вращаться вокруг центра масс, чтобы осмотреться с помощью наиболее крупных инструментов. За это время Хьютай окончательно пришла в себя.

- Мы находимся в полусотне миллиардов миль от места назначения, - наконец заговорила Укавэйра. - По данным предварительного обзора системы Эрайа мы обнаружили... - в окне-экране поплыли телескопические изображения.

............................................................................................

Черная дыра, главный компонент системы, была, как и положено, невидимой. Вокруг неё вращалось пять планет. Четыре внутренних были отчасти похожи на Эрайа. Внешняя, пятая планета, отдаленная от дыры на два миллиарда миль, была необычной - коричневый карлик, стотысячемильный шар сжатого до плотности свинца газа. Он светился как мутно-багровый тревожный маяк. Здесь сконденсировалась часть образовавшейся при взрыве Сверхновой туманности. Раскаленный газ до сих пор не остыл и полыхал угрюмым, мрачным пламенем. У этого объекта не было ни колец, ни спутников, на него нельзя было сесть или использовать для любых других целей - его поверхность клубилась сплошным океаном из плотной, как лава, плазменной массы.

Четыре планеты внутри его орбиты были гораздо меньше. Их массы были примерно порядка массы Эрайа, но больше они ничем на неё не походили - изрытые метеоритными воронками железные ядра выгоревших при взрыве Сверхновой планет-гигантов. На них когда-то стояли научные станции - именно исследования столь близкой черной дыры позволили анмайа создать величайшую из цивилизаций. Позднее они построили здесь рудники, снабжавшие их звездолеты массой, а промышленность - тяжелыми металлами. Теперь приборы Укавэйры не обнаружили здесь никаких следов жизни - многочисленные заводы и рудники были мертвы, ещё со времен Катастрофы...

На расстоянии семи миллиардов миль сияло второе, живое солнце. Три внутренних планеты его системы, тоже изрытые кратерами, оказались безжизненны, и перед парой повисла Эрайа - родина всех файа, давно забытая ими. Её окружала дюжина установок Сверх-Эвергет - сверкающих стальным блеском крепостей, каждая в сотню миль диаметром.

После Линзы и Девяти Миров Файау Хьютай это не впечатлило, но сама Эрайа была очень красива. Ось вращения планеты была практически перпендикулярна плоскости орбиты, поэтому её климат был неизменным, не знающим ни зимы, ни лета, и повсюду очень теплым и влажным, поскольку Эрайа отстояла от солнца, светимость которого составляла 1,68 стандартной, всего на сто десять миллионов миль. Большую часть планеты, не считая океанов, покрывали пышные леса и степи.

Пятая планета Системы, Уртара, была чуть больше её. Анмайа заселили и этот мир, изменив лишенную кислорода атмосферу и слишком холодный климат с помощью системы орбитальных отражателей. Даже приливное действие огромной луны не разрушило ориентацию зеркал - их создатели соединили их в зеркальную розу, чьи изогнутые лепестки составляли единую сеть.

Шестая планета, Юэра, была гораздо крупнее Эрайа, и, благодаря мощной атмосфере из углекислого газа океан, покрывавший её почти полностью, был по большей части свободен ото льда. На ней была жизнь, но, ввиду отсутствия суши, - здесь были лишь редкие цепи гористых островов, - растительность не смогла связать углекислоту. Это спасло жизнь, но, в то же время, не дало ей достигнуть уровня Эрайа, оставило её на уровне рыб и земноводных. А высокая гравитация Юэры, превосходящая стандартную почти вдвое, не дала анмайа преобразовать и заселить и этот мир. Из её многочисленных спутников лишь один был достаточно большим, чтобы на нем удалось построить научную станцию - ныне такую же заброшенную...

Хьютай с интересом рассматривала уже хорошо знакомое ей живое, объемное изображение Эрайа, плавающее посреди комнаты. Она была вполне обычной планетой, поперечником в восемь тысяч миль. Её полярные области были степями, леса покрывали побережья океана. Орбитальные конструкции отлично сохранились. А города файа давно должны были исчезнуть... но они оказались целы!

Укавэйра отмела последние сомнения: у Эрайа появились новые хозяева.

...........................................................................................

Пару часов спустя ситуация прояснилась - с помощью перехваченных и расшифрованных радиопередач. Это было сразу хорошо и плохо. Плохо было то, что на Эрайа жили файа, - те, кто не ушел с Файау, окалина, как назвала их Укавэйра, отщепенцы из тех, кто отказался Перейти. Хорошо то, что среди них не было интеллектронных машин, по крайней мере, здесь. А справиться с обычными, ослепленными тягой ко злу существами гораздо легче, чем с ними...

Хьютай подумала об этом, когда Укавэйра обнаружила на Эрайа признаки существования второй разумной расы - людей, таких же, как в Линзе и на Уарке...

- Ситуация ещё хуже, чем показалась нам сначала, - продолжала рассказывать машина. - Люди не просто живут на Эрайа. Файа завезли их туда с целью Игры...

При этих словах Хьютай вздрогнула. Она слишком хорошо помнила, как файа развлекались с низшими расами, - или организовывали кровавые междоусобные побоища, как на её родном Уарке, или сами совершали кровавые набеги. Укавэйра даже сравнила их с выползком - ядовитой шкурой мудрой змеи, сброшенной во время последней линьки...

- Как они только могли?! - наконец возмутился Анмай. - Превратить свой родной мир в... Но они заплатят за всё! За осквернение своей родины и за... Ради... они уничтожили... - он всё же успокоился. - Ладно. Они могли нас заметить?

- Разумеется. У них есть межзвездные корабли, следовательно, есть и Эвергет, и приборы, фиксирующие использование Эвергета. Хотя гамма-импульс и гравитационные волны от нашего не-перехода дойдут до них ещё не скоро, зафиксировать изменение скалярного поля они могли сразу, едва мы появились, уже в момент нашего выхода из не-пространства. Импульс был так силен, что мог ощущаться файа даже непосредственно. Мы дали антиимпульс в момент перехода, но не смогли полностью погасить его...

Хьютай вздохнула, догадавшись, что именно этому анти-импульсу она была обязана массой неприятных ощущений.

- А что почувствовали люди? - между тем с интересом спросил Анмай.

- То же, что почувствовал и увидел Айэт Тайан в момент появления Астрофайры в Линзе.

- Небо, полное звезд?

- Да.

- И что же нам делать? - спросила Хьютай. - Окалина нападет на нас?

- Сейчас я имитирую признаки чуждой физики. Они решат, что мы принадлежим к сверхрасе Энтилан - а те могут уничтожить Эрайа в единый миг. И они знают, что не смогут с нами разговаривать - нельзя говорить с теми, кто живет в другой физике. Этот камуфляж заставит их трижды подумать, прежде чем напасть на чужого Игрока.

- Хорошо, - Хьютай немного успокоилась. - А что точно происходит на Эрайа? Откуда они пришли?

- Это нелегко узнать... сразу. Насколько можно судить по данным наблюдений и по тому, что нам удалось расшифровать из перехваченных радиопередач, ситуация примерно следующая. На каждом из двух континентов Эрайа - северном, Ламайа, и южном, Куайа, существуют объединенные государства людей, образующие всепланетный союз. Файа занимают относительно небольшую, но единую область на северном материке и часть прилегающих к нему островов, а также большую часть южного материка. В основном они живут в более близких к экватору широтах, практически не пригодных для людей из-за жары, а южнее ведут постоянную войну с ними. Война имеет характер постоянных набегов, атак и интриг, излюбленных файа, а не планомерных боевых действий, - это, по сути, лишь имитация войны. Естественно, в этой имитационной войне не используются наиболее разрушительные средства - ядерное оружие и эффект изменения, - изменения физики, производимые Эвергетом. А её участники со стороны файа обладают бессмертием - их сознания непрерывно записываются на матрицы и возвращаются на Эрайа после своей телесной смерти. Если не считать этого, файа там практически не общаются с остальной частью своей расы.

- Они знают, что ожидает их через год? - спросил Анмай.

- Разумеется. Здесь уже повышен фон реликтового микроволнового излучения. Файа отлично знают, что это означает. Никто, никакая раса, не колонизировала планет, которые в обозримом будущем окажутся в Стене Света. Это бессмысленно. Они избрали Эрайа, как некогда был избран Уарк, - чтобы огонь стер все следы их преступлений.

- И они находятся тут только ради этой Игры?

- Нет.

На экране появилось изображение Алейры, искусственной луны Эрайа. Древние анмайа переплавили изрытый кратерами тысячемильный каменный шар в розу поперечником в шесть тысяч миль. В её ячейках блестели крошечные зеркальные пирамиды. Судя по размеру спутника, их размер не превышал миль двух.

- Это звездолеты Первой Культуры анмайа, - пояснила Укавэйра. - Сейчас в системе Эрайа их находится примерно 1300, но они все выведены из строя квантовым вырождением. Неизвестно, сколько здесь было кораблей до Катастрофы, но сейчас их слишком мало для центра их цивилизации. Очевидно, что файа восстанавливают эти корабли и используют их.

- А где находятся их матрицы? - спросил Анмай.

- Возле Уртары здесь, - на экране появился её орбитальный город - ажурная конструкция из труб поперечником в сотню миль, оплетающая шары оранжерей и вращающиеся цилиндры жилых блоков. - Возле Эрайа - здесь.

Изображение орбитального города сменилось нейтридными геостационарными башнями, словно бы подпиравшими окружающее планету кольцо. Там, где они соприкасались с этим зеркальным кольцом, размещались узлы. Изображение надвинулось на один из них, показав образ десятилучевой звезды поперечником в сотню миль, одной из дюжины. На обращенной к планете нижней стороне этой десятилучевой звезды, в её центре, в одной из шахт порта, виднелся одинокий звездолет.

- Это установки Сверх-Эвергет, такие же, как наша, только на три порядка мощнее, - пояснила Укавэйра. - Резерв массы на них не ограничен, в отличии от нас, - по колоссальным трубам внутри геостационарных башен в них можно закачивать воду из океанов Эрайа. Они тоже построены Первой Культурой, но не для защиты от врагов, которых у неё не было, а для сохранения благоприятной для анмайа физики.

- Так они знали о Космогонической Игре, и о том, что щель обратимости в её законах закроется? - удивилась Хьютай.

- Возможно. Узнали же они о Линзе, даже вывезли на Уарк людей из неё. И они сопротивлялись Игре, как могли. Скорей всего, именно это сопротивление и привело их к Катастрофе.

- Но что файа делают здесь, перед ударом Стены Света? - удивился Анмай. - И почему их вообще так много здесь? Как они смогут эвакуироваться?

- Эвакуируются только их матрицы. Они все поместятся и на одном корабле. А их тела, естественно, погибнут.

Хьютай покосилась на браслет-весм на запястье левой руки. На нем горел зеленый огонек - связь действовала. Это устройство тоже соединяло её сознание с матрицей. В крайней ситуации она могла набрать 9 цифр на браслете, - и её сознание тоже уйдет в неё, и потом получит новое тело. А это - мгновенно превратится в прах, когда взорвется питающий аннигилятор весма...

Она мотнула головой, прогоняя лишние мысли.

- Ладно. Что вы теперь намерены делать?

- Прежде всего, пополним запас массы, - ответила Укавэйра. - Мы направимся к солнцу Эрайа и займем позицию в его фотосфере. Это даст нам постоянный приток питательной массы.

- У нас будет преимущество в битве, да? - спросил Анмай.

- Да. Но, надеюсь, оно не понадобится. Установки Эвергет, как известно, используются также для сверхсветовой связи. Рано или поздно мы взломаем их коды и перехватим управление всей защитной системой Эрайа.

Анмай вздохнул.

- Ладно. Но откуда они вообще здесь взялись?

- Вероятно, с какой-то из потерянных колоний Файау, забытых задолго до её Исхода. Поскольку они не могут строить своих звездолетов - это запрет Игроков, их физики, они могли случайно добраться на релятивистской ракете до одной из мертвых колоний Эрайа, где они сохранились. Координаты Эрайа они могли получить, посетив оставленные Файау планеты. Но это маловероятно. Файау ушла несколько тысяч лет назад. Цивилизация окалины существует явно ненамного меньший срок. Мы не нашли здесь подобных нам кораблей, но это ничего не значит. Когда мы ушли, их было шестнадцать миллионов. Но, так или иначе, мы всё это узнаем.

- И когда мы сможем это всё узнать? - спросила Хьютай.

- Чтобы приникнуть в их управляющие сети, нам потребуется определенное время, пока нельзя сказать, какое. Обычный полет к солнцу займет минимум сорок дней, причем, потратив на это массу, мы уже не сможем войти в не-пространство, если это потребуется. Поэтому мы войдем в не-пространство сейчас, выйдем уже непосредственно внутри солнца, в конвективной зоне, и будем постепенно подниматься вверх. Они обнаружат наше появление, но не будут знать, где сосредоточить энергию эффекта изменения, а соответственно, и уничтожить нас. Даже при их установках Сверх-Эвергет, им не хватит мощности, чтобы накрыть сразу весь объем их солнца. К тому же, это разрушит его. Впрочем, разрушительный импульс от нашего не-перехода их машины погасят даже на столь близком расстоянии. Вреда он никому не принесет. Потом мы проникнем в их сети, и тогда будем знать, что делать дальше...

Хьютай задумалась. Это был рискованный, но реальный план. Силовое поле Укавэйры, очень мощное, могло защитить её от давления плазмы, а её нейтридная броня отразила бы её тепло. Только она и Анмай не могли остаться в Укавэйре. Гравитация солнца Эрайа превышала стандартную в двадцать пять раз. Для живых файа это было убийственно. Но...

- Можно же погрузиться в ядро, - предложил Анмай. - Там гравитация вообще равна нулю.

- Можно, - согласилась Укавэйра. - Но там, при температуре в пятнадцать миллионов градусов, мы не сможем обеспечить охлаждение. Плюс ещё эффект отталкивания при выходе в плотном веществе - даже более губительный, чем перегрев.

- И что же нам делать? - спросила Хьютай.

- Нам придется временно разделиться, - ответила Укавэйра. - Вы перейдете на Товию, корабль-разведчик Астрофайры. Её Эвергет защитит вас при нашем не-переходе. Более того, при необходимости мы сможем снабжать его массой для мгновенного входа в не-пространство.

- Как? - удивился Анмай.

- Вы знаете, что возможно наносить удары протонами и иными частицами через не-пространство, так, чтобы они выходили в любой заданной точке? И что Эвергет может отклонить такой удар тем же способом, каким он был нанесен? Если можно помешать выходу частиц из не-пространства, то можно и сделать его более вероятным, создав нечто вроде ловушки, которая направит протоны прямо в ядро Эвергета.

Хьютай кивнула. Идея выглядела вполне осуществимой, хотя при малейшей ошибке Укавэйра могла просто убить их. Но...

- Я не хочу болтаться в пустоте, пока вы будете извлекать информацию, - сказала она. - Я хочу полететь к Эрайа и высадиться на ней. Это возможно?

- Да. Но это очень опасно.

Это Хьютай понимала уже и сама. К счастью, риск обнаружения был не так велик, как казалось. Хотя пучок гамма-лучей из реактора, характерный для аннигиляции, очень легко засечь, Товия имела нейтринный двигатель, новейшее тогда изобретение Файау. Получить нейтрино несложно, для этого достаточно сверхгорячей плазмы. Их излучение будет ненаправленным, но в сверхмощных магнитных полях оно поляризуется - возникает тяга, и немалая. Поскольку нейтрино почти не взаимодействуют с веществом, их пучок очень трудно засечь. Такой двигатель можно использовать в атмосфере и даже на поверхности планет. Спрятать саму Товию, громадину поперечником в три вэйда, было несколько труднее...

- Вы уверены, что у нас выйдет скрыться? - спросил Анмай. - Пролететь мимо стомильных защитных станций?

- Не уверены. У них там есть дальние радары и телескопы. Да, излучение радаров можно поглотить специальными высокочастотными полями, в оптическом диапазоне можно спрятаться с помощью мимикрических изображений на обшивке, но скрыть тепловое излучение нельзя ничем. Вы правы - вам стоит полагаться скорее на удачу, чем на технику.

- И тем не менее, мы идем, - решила Хьютай.

- Идите, - согласилась Укавэйра. - И... будьте осторожнее. Вы слишком много значите для нас. Если нам придется выбирать между уничтожением Эрайа и вами, мы выберем вас. Не вынуждайте нас к этому.

Анмай и Хьютай молча склонили головы.

...........................................................................................

- Почему нам никогда не сидится спокойно? - спросил Анмай, когда Товия уже покинула ангар Укавэйры. - Когда-нибудь любопытство убьет нас!

Хьютай ответила не сразу. Их придавила упругая тяжесть - сейчас они разгонялись, удаляясь от Укавэйры, чтобы не попасть под удар её не-перехода. В рубке Товии - огромном многоугольном помещении, освещенном белым кругом на потолке, они были одни. Оставалось лишь надеяться, что её компьютеры сохранят баланс, и корабль не сойдет с ума - такое бывало...

- Когда-нибудь. Но точно не сейчас.

Анмай усмехнулся. И в этот миг всё вспыхнуло.

...........................................................................................

Всё прошло вполне благополучно: Йалис-щит Товии сработал, как и ожидалось, её броня легко перенесла сокрушительный удар гамма-лучей, но Хьютай не сразу поняла, что вся взмокла от боли. Оглушенная ей, она не заметила, как ускорение двигателей заменило искусственное тяготение сидераторов. Она лишь увидела, как перекрестье, отмечавшее курс Товии, легло на яркую звезду - солнце Эрайа...

.............................................................................................

Сорок дней спустя оно стало просто солнцем. Долгие дни полета оно, казалось, не менялось. Лишь в пятистах миллионах миль из звезды, всё более яркой, оно превратилось в отчетливый диск. Тогда началась самая опасная часть полета - их могли заметить инфракрасные телескопы защитных станций на стационарной орбите Эрайа. Единственным путем помешать этому была газовая завеса - корабль выпускал из топливных баков охлажденный почти до абсолютного нуля водород, удерживая его между собой и наблюдателями силовым полем, что вело к быстрой растрате топлива. К тому же, их могли заметить с другой стороны, но всё обошлось. Товия вышла на орбиту Эрайа без всяких происшествий. Всё это время единственная пара на её борту изучала мир, бывший их целью. Они добирались до него больше месяца, а за это время многое изменилось. Хьютай слышала, какая волна растерянности прокатилась в эфире, когда таинственный пришелец из другой зоны Космогонической Игры исчез, - чтобы в ту же секунду вынырнуть на глубине пятидесяти тысяч миль в солнечной плазме, вызвав чудовищной силы вспышку. Файа были заинтригованы, но не один из их кораблей не решился последовать в огненный ад за чужаком - к своему счастью. Сейчас Укавэйра плавала в фотосфере, на глубине всего в пятьсот миль, непрерывно анализируя перехваченные её зондами радиопередачи. Среди прочего, она довольно быстро расшифровала и оба языка Эрайа - файский и человеческий, тоже неузнаваемо изменившийся со времен Линзы. Чтобы изучить их, паре потребовались бы годы. Пришлось прибегнуть к прямому вводу информации в мозг. Хьютай не очень это нравилось, но иного выхода не было. Учить эти языки обычным путем было весьма затруднительно.

- Теперь у нас в голове уже по четыре языка! - воскликнул Анмай после окончания процедуры. - И два из них, увы, совершенно не нужны!

Хьютай усмехнулась. Подобным же образом Укавэйра могла передать им и все свои сведения об Эрайа, но она отказалась.

Мне нравится во всём разбираться самой, - ответила она тогда. - Это долго, но зато гораздо интереснее!

..............................................................................................

Эрайа была удивительным миром - миром, которому осталось существовать всего 340 дней. Издавна её населяли дикие разумные существа, тогда ещё именовавшие себя просто айа - народ. Они научились строить плоты и постепенно заселили все прибрежные острова. Первая, случайная искра цивилизации вспыхнула в дельте великой реки Рэр. Но только с появлением паровых судов она распространилась на далекий северный континент, Ламайа. Позднее чума муравьиного тоталитаризма поглотила всю планету, едва не погасив сам разум. Но...

Хьютай подумала о прихотях природы и случайностях, от которых зависит развитие цивилизаций. Если бы не большая внешняя луна, Уку, обладавшая тонкой атмосферой, анмайа вряд ли всерьёз заинтересовались бы космонавтикой. Если бы не мертвая, но легко пригодная для колонизации Уртара, они не стали бы превращать её в индустрию, осваивать эрайаформирование и астроинженерную деятельность. Потом вся жизнь на Уртаре тоже погибла от квантового вырождения. Вскоре к ней прибыл экипаж Увайа - они восстановили биосферу, но остаточные эффекты квантового вырождения оказались настолько сильны, что им пришлось уйти. Они основали новую цивилизацию - Империю Уарка, но она слишком быстро уклонилась в сторону зла, и лучшим из файа пришлось бежать в Линзу. Они пытались создать в ней свою цивилизацию, но потерпели катастрофу. Та же участь, только в несколько иной форме, постигла и Империю Уарка... Лишь на одной из её заброшенных колоний файа - изгнанники и беглецы, - вновь открыли принципы Эвергета. Хьютай вздрогнула, вспомнив, что всё это - дело её рук...

С тех пор её народ уже не знал катастроф и войн. Они снова вышли в космос. Затем они заполнили всю Вселенную, - а затем ушли в какую-то другую. Но некоторые всё же остались... как воры в брошенном доме, бесцельно блуждая по покинутому их народом мирозданию. И, наконец, они вернулись сюда - опять же как воры. Очевидно, им нравилось рассматривать свою родину - родной дом всех файа - как заброшенный дом. От Первой Культуры анмайа к тому времени уже почти ничего не осталось. Гигантские плотины доверху занесло илом, их разломали движения планетной коры. Города обратились в каменные россыпи. Очень медленно созданные квантовым вырождением Искажения исчезли, но гены сохранили их тень... в плазме наследственности. Когда файа из неведомого мира привезли людей, тем пришлось вступить в настоящую войну с местной природой. Они построили свою цивилизацию, их оказалось около миллиарда. Бесконечная война с файа вовсе не мешала им увеличивать население и развивать промышленный потенциал. Сейчас файа, почти все, жили на южном континенте. Люди населяли почти весь северный материк, за исключением относительно небольшой укрепленной области на побережье - Шарны, страны воинов. Отсюда файа совершали на них набеги. Люди отвечали им тем же, но с некоторых пор перешли на удары возмездия с помощью дальнобойных ракет и самолетов. Файа это крайне раздражало и они разрушали заводы людей таким же образом, стараясь вернуть ситуацию в привычное им русло. Их крейсера и линкоры бороздили океан, небезуспешно препятствуя сообщениям людей на разных континентах. Многие острова файа превратили в военные базы, на других уже обосновались люди...

На юге их дела обстояли получше. Файа и поныне заселяли околополярную область и большую часть побережья Куайа - ту, где располагались величайшие и древнейшие города айа, в том числе и столица, Эрайа, носившая имя всей планеты...

Хьютай смотрела на плотины и стены, соединявшие изогнутые острова в дельте Рэра. На них возвышались немногочисленные пирамидальные здания, такие же огромные, как корабли Первой Культуры, только чисто-белые, а не серебристые.

Никто уже не помнил, что отражал образ пирамиды с восемью отклоненными наружу уступами, но файа издревле строили так и свои здания, и межзвездные корабли. На южном полюсе Эрайа возвышался шпиль - точнее, целый пучок шпилей из субстали, высотой в добрый десяток миль. Его построила ещё Первая Культура. Люди не строили таких громадин, но, в отличие от файа, обращали основное внимание не на колоссальный размер, а на содержимое и отделку своих построек. Но Хьютай видела здесь и их селения, иногда состоявшие просто из одиноких, похожих на замки зданий...

Построив геостационарные башни, анмайа снесли космодромы, но телескопы Товии обнаружили несколько штук, возведенных позднее - один в Эрайа, один в Шарне, другие у полюса. На них стояли конические космокары. Они регулярно летали на Уртару. Небольшим кораблям с термоядерными двигателями на такой полет требовалось максимум две недели. Очевидно, изоляция Эрайа не была полной. Это был не очень приятный сюрприз.

- Мы сможем высадиться на Эрайа? - спросил Анмай.

- Возможно. Но это поставит под угрозу всех нас, - призналась машина. - Здесь технический уровень файа уступает нашему, но в других частях их общности он значительно выше. Их Главный Мир - одна из гигантских не-планет, хотя пока и неясно, какая. Но если вы хотите встретиться с жителями Эрайа...

- Хочу. Ведь других мне уже не доведется увидеть.

...........................................................................................

К их счастью, ни астрономического, ни охранного, ни какого-либо ещё наблюдения за космическим пространством с поверхности Эрайа не велось, да и зачем, если вокруг планеты двенадцать орбитальных крепостей? О присутствии Товии её жители не знали, хотя даже самый примитивный инфракрасный телескоп теперь легко бы её обнаружил - если бы смотрел сверху вниз. Но файа полагались на периметр защитных станций - а гости находились уже внутри него. В этом мире они были единственной расой, способной передвигаться в межзвездном пространстве. И при этом находили удовольствие в унижении иной расы, продолжавшемся уже две тысячи лет. Они не отбрасывали людей назад, в дикость, нет, но обращались с ними без всякой жалости. Хьютай эта беспрерывная и бессмысленная война возмущала. Здесь обнаружились и черты её собственных деяний. Это было особенно невыносимо и вызывало у неё особенно жаркий стыд. Здесь не шли в ход дипломатические и иные тонкости, война была единственным способом взаимодействия.

Очень простая и грубая война. Здесь не использовались технические хитрости и роботы, файа действовали сами и в лоб - устраивали резню и набеги всякий раз, когда им того хотелось. Обнаружились и ритуальные жертвоприношения пленников. Файа относились к людям, как к низшей расе, на которой можно безнаказанно демонстрировать свою хитрость и удаль, и которой можно безнаказанно причинять зло...

Впрочем, всё оказалось не столь примитивно и просто. Сейчас внизу царил относительный мир - точнее, они не обнаружили признаков больших войн. Отношения двух рас, сосуществующих два долгих тысячелетия, были весьма разнообразны, очень сложны и запутаны. К тому же, файа внизу не были едиными - они жили множеством отдельных областей, селений, общин, каждая из которых была практически независимой, в том числе и в своём отношении к людям. В некоторых общинах файа покровительствовали людям, которые помогали им даже в войне с собратьями. Но файа, помогавших людям, не было. Их презрение к низшей расе было абсолютным. В иных их общинах процветало самое гнусное рабство, в иных - уже ритуальные избиения и жертвоприношения светловолосых, - и это буквально бесило её...

Но она хорошо понимала, почему это происходит. Всегда приятно принадлежать к высшей расе, даже зная, что её величие - лишь результат случайного стечения обстоятельств. Величие познается в сравнении, и лучше всего - в сравнении с низшей расой, тщательно доведенной до такого состояния. В самом деле, строительство новой не-планеты неизмеримо величественней - но в космической бездне его не с чем сравнить! И что делать тем, кто не может понять величия происходящего? Только искать более доступные примеры...

При уникальности могущества файа появление таких планет было неизбежно. Они привыкли творить всё, что только придет им в голову, отлично зная, что за это не придется отвечать. Проблема была проста до крайности - и именно поэтому почти неразрешима. И Хьютай, и сама Укавэйра знали, что тут требуется не решение, а возмездие. А этому противостоял древний и сильнейший запрет на междоусобную рознь у файа, и понимание того, что возмездие, свершись оно, закончит историю их расы в этой Вселенной...

...........................................................................................

Так как болтаться на орбите было бессмысленно, Хьютай решила сесть. Укавэйра не возражала - ведь Товия именно для этого и была здесь...

С величественной медлительностью колосс развернулся днищем вперед. Вновь тяга двигателей незаметно заменила тяготение сидераторов, и Товия, погасив скорость, стала медленно спускаться. Внутри, в многоугольной рубке, Анмай и Хьютай не отрывались от экранов. Эрайа надвигалась гигантским шаром в синем сиянии атмосферы, нестерпимо сверкающем белыми спиралями и полями облаков. В их сиянии терялись даже стационарные станции, небо вокруг планеты казалось черным и пустым. За ней сверкающим серебряным диском плыла внешняя луна - Уку, окруженная тонким бледным ореолом. Алейра, внутренняя луна, сюрреалистическая роза из света и теней, застыла почти напротив неё. Её диск был втрое крупнее.

Хьютай почти не двигалась и лишь щурилась, глядя на притемненное экранами солнце. Его свет гасил звезды, небо казалось угольным и неподвижным, лишь Эрайа наплывала сияющим шаром, приближаясь и становясь всё ярче. Товия должна была опуститься на ночной стороне планеты. Она медленно приближалась, заслоняя небо. Городов на зеленоватой суше не различалось, но изображение было столь подробным и красочным, что у пары просто захватило дух...

Наконец, солнце скрылось за краем планеты. На экранах остались лишь яркие звезды, и Хьютай всё же удалось заметить слабые огни городов далеко внизу. Товия погасила большую часть своей орбитальной скорости. Быстро теряя высоту, она спустилась к полю облаков, вздымавшихся, подобно гигантским снежным горам. Теперь вокруг было лишь небо и волнистая, зеленовато-белая в лунном свете, туманная пустыня внизу. Она широким куполом продавилась под опускавшейся Товией. На секунду та погрузилась в огромный кратер со струящимися, загибавшимися вверх стенами. Затем клубящийся туман поглотил её, сгустившись сначала в серый сумрак, а потом в непроницаемую тьму. Она спускалась вниз, медленно снижая скорость.

Лишь когда до поверхности Эрайа осталось всего около вэйда, Товия плавно остановилась и зависла неподвижно. Так она могла парить неограниченно долго - о настоящей посадке пока не было и речи, скрыть её было уже невозможно...

Хьютай осмотрелась. Здесь оказалось темно. Она видела лишь падавшие в бреши облаков лучи луны, ползущие по равнине призрачными пятнами света, да где-то вдали мерцали туманные огни поселков. Вдруг она заметила внизу смутный белесый отблеск, исходивший, несомненно, из-под днища Товии. Та тоже заметила это. Отделившийся зонд показал тусклое сияние в жерле реактора и расплывающиеся в мимикрических экранах огни. Невооруженным глазом это не было заметно, но реактор...

- Мы можем что-то с этим сделать? - спросила Хьютай.

- Нет. Если мы хотим избежать обнаружения, надо либо подняться в стратосферу, либо погрузиться в воду. Это свечение - неустранимое следствие нейтринной эмиссии. Мы не можем ослабить или отключить её, иначе просто упадем.

- Тогда лучше вверх. Но с высоты десяти миль немногое увидишь. Впрочем, какая разница? Всё равно, нам придется выйти наружу, и... вступить в контакт с людьми и файа.

- Вы хотите сесть сейчас? - спросила Укавэйра.

Хьютай включила приборы ночного видения, рассматривая огромную пустынную равнину. Потом микрофоны - рубку внезапно наполнил шум ветра. У неё вдруг сжало сердце.

- Да. Я запрограммирую мой весм на самоуничтожение при нарушении связи. Тогда не будет никакой опасности.

- Будет. Файа сразу же запеленгуют ваш весм, а тогда...

Хьютай задумалась, отчаянно пытаясь найти выход.

- Насколько я знаю, единственная связь, которую в принципе невозможно перехватить - это связь с использованием квантовых эффектов одновременности, - наконец сказала она.

- Ещё никто не решился доверить свою жизнь непредсказуемым квантовым эффектам, - возразила Укавэйра. - И пропускная способность квантовых каналов ничтожна. Обычную связь так ещё можно обеспечить, передачу сознания - нет.

- Что ж, тогда всё будет по-настоящему, - сказала Хьютай. - Если меня там убьют - я умру.

- Это ваше решение, - согласилась Укавэйра. - Мы изготовим для вас и Анмая имитирующие весмы браслеты квантовой связи, и, если возникнет опасность, мы вмешаемся. Чтобы изготовить браслеты, нам потребуются сутки.

- Хорошо. Я подожду. И... благодарю вас.


## Глава 3.

Вселенная Рэтиа.


Нет ничего, более недостойного для чести человечества, чем верный раб.

Вольтер.


Эти сутки показались Хьютай самыми длинными в её жизни. Товия парила в стратосфере, внизу виднелись лишь горы облаков, но Хьютай и не смотрела вниз - мучительное нетерпение заглушило все остальные чувства. Она и не представляла, что её с такой силой будет терзать одиночество...

Наконец, когда заходящее солнце окрасило вершины облаков, Товия сообщила, что всё готово. Хьютай стала быстро собираться, буквально сгорая от нетерпения. Анмай пристально следил за ней.

- Я отправляюсь с тобой, - вдруг сказал он.

- Нет, - резко возразила Хьютай. - Там слишком опасно.

- Всегда вместе, - сказал Анмай. - В жизни и в смерти. И за пределами Реальности, где мы однажды окажемся. Ты сама это мне говорила.

Хьютай лишь вздохнула, соглашаясь с ним. Вообще-то, она была очень рада.

.............................................................................................

Закончив свои сборы, она подумала о том, что скажет своим отдаленным потомкам. И усмехнулась. Вполне возможно, что ничего. Раньше с ней никогда такого не случалось.

Она подошла к ставшей зеркальной стене ангара, всматриваясь в своё отражение. На неё смотрела рослая девушка, всего лет двадцати на вид, ладная и гибкая. Оделась она так, как одевалась когда-то на Уарке - белая футболка, серые шорты и сандалии с легкими ремешками, открывающими ступни. Серебряный обруч на черной гриве - скорее от волос, лезущих в глаза, чем для красоты. Оружия она не взяла, для защиты у неё, как всегда, был Анмай...

Хьютай напряженно всматривалась в своё насмешливо-дерзкое лицо, - то есть, не в своё, а своего искусственного тела, то есть, как раз в своё. Даже сказать по этому лицу, что ей не двадцать лет, а почти вдвое больше, было нельзя. Она была создательницей цивилизации, изменяющей Вселенные, но выглядела самой обычной файской девчонкой, может, чуть крепче обычной. В её глазах не было ни звездного огня, ни света мудрости. Да их и не могло быть там - тогда, на Уарке, она просто старалась выжить, а вовсе не достичь высшей мудрости...

В самом деле, много ли ты сделала? - спросила она себя. - И даже не знала тогда, что ты делаешь. Правду говоря, твои заслуги не больше, чем у обвала, обнажившего золотую жилу. И что ты стоишь без Укавэйры и Товии, а?

Хьютай вздохнула, поднеся к глазам браслет на левом запястье. В нем блестели маленькие черные глазки - глаза Укавэйры. И не только глаза, - в нем был и универсальный радиоприемник, хотя и не такой широкополосный, как у весма. И квантовый передатчик. По сравнению с этой вещью, собранной по атомам, даже её силовой пояс казался простым...

Она посмотрела на парня. Анмай тоже оделся как обычно - серый удобный комбинезон с множеством вместительных накладных карманов и сандалии. Плюс тоже силовой пояс. Всё прочее его снаряжение тоже было самым обычным - излучатель в потайной кобуре и массивный нож на поясе. Анмай не владел им, и взял его, по сути, лишь потому, что такое оружие всюду носили воины-файа, одевавшиеся так же. Излучатель ему тоже вряд ли был нужен - Товия наверняка пошлет с ними облако своего боевого нанотеха. А в крайнем случае...

Хьютай тронула браслет и нахмурилась. Удары через не-пространство, - эффект Экстран, - на самом деле были крайним средством. Поток протонов мог быть любой мощности, от нескольких частиц до тераватт, но сопутствующие не-переходу разрушительные эффекты ограничивали применение. И нацеливать это оружие могла только Товия. Если она захочет - она взорвет и самого Анмая. А, в виду очевидного превосходства окалины, первый её выстрел, скорее всего, станет и последним...

.............................................................................................

Ждать больше было нечего. Они сели в леталку и вылетели в бледный лунный свет. Оглянувшись, Хьютай увидела светлый глаз ворот на прозрачной черноте ночного неба стратосферы - только их, больше ничего, словно окно в иной мир. Он сузился и исчез, оставив их в одиночестве. На миг перед ней мелькнула призрачная крыша Товии, её плоские ребра-валы, идущие от центральной пирамиды к орудийным башням, - тень корабля, очерченный дрожащими звездами, призрачно-золотая, как окружающее её, подсвеченное луной ночное небо...

Леталка упала вниз, как камень. Вокруг засвистел рассекаемый воздух. Облака приближались на глазах, между ними темнела неразличимая земля...

Вблизи пустыня облаков утратила четкость очертаний. Не снижая скорости, они врезались в них. Леталка погрузилась в клубящийся туман, но через минуту земля показалась вновь, уже совсем близко. На высоте двух вэйдов машина замерла, ожидая приказов. Хьютай растерялась. Правду говоря, она совсем не представляла, что делать дальше, и потому просто осмотрелась.

Здесь оказалось темно. Лишь вдали сквозь облака падали лучи луны, подобные призрачным колоннам. Так как висеть в воздухе было бессмысленно, Хьютай, наконец, посадила машину. Её рука протянулась к контрольному квадрату, открывающему кабину, но застыла, не коснувшись его. Её охватила непонятная робость - словно она решила забраться в чужой дом...

Наконец, усмехнувшись, она тронула квадрат. Прозрачный колпак леталки поднялся, в машину ворвался прохладный, несущий сотни незнакомых запахов ветер. Они словно вобрали, растворили её. Оглушенная ими, Хьютай на миг даже потеряла себя - и очнулась уже какой-то другой, ошалевшей от этой дикой ночи...

Не вполне понимая, что делает, она нагнулась, снимая сандалии. Потом словно какая-то сила выбросила её из машины.

Выпрыгивая из кабины, Хьютай невольно вскрикнула, коснувшись раскаленной внешней обшивки леталки - её использовали как радиатор для охлаждения двигателя, и сейчас, после посадки, она чуть ли не светилась от нагрева...

Боль и прикосновение босых ног к покрытой мягкой травой влажной земле неожиданно обострили её чувства. Она вытянулась, всматриваясь в темноту, совсем как её дикие предки. Анмай тоже вытянулся, потом, вдруг усмехнувшись, сел на траву у её ног, насмешливо посматривая на неё снизу вверх. Хьютай, тем не менее, осталась стоять, жадно втягивая прохладный, влажный воздух. Наконец, Анмай потянул её за шорты, тоже заставив опуститься.

- Наконец-то мы дома, - сказала она, не давая себе труда думать над тем, что говорит. Лишь сейчас она сообразила, что только что ступила на землю предков. - Хорошо...

- Хорошо, - согласился Анмай спустя несколько минут. - Но здесь мы ничего не высидим. Надо лететь дальше.

Вздохнув, Хьютай, вслед за ним, забралась в леталку и вновь подняла её в воздух. Однако, она не знала, что делать потом. У неё не было под рукой карты этой местности, она не знала даже, где находится, чья это территория - людей или файа...

Подумав, она решила довериться своей интуиции - она всегда вела её раньше. Но сейчас в голову не приходило ровным счетом ничего. В конце концов, она просто полетела вперед во мраке. Конечно, преобразователи спектра машины легко могли превратить ночь в день, но ей хотелось познакомиться со своей родиной самой, без помощи машин...

Внизу, едва не задев днище, проплыли какие-то развалины - многоэтажные стены без крыш, неровные, толстые, едва заметные во мраке. Хьютай не остановилась: сомневаться в том, что здесь давно нет ничего живого, не приходилось...

Наконец, она заметила справа рой далеких, исчезающе-слабых огней и повернула в ту сторону, приняв их за огни поселка. Лететь пришлось довольно долго. Но поселок на деле оказался аэродромом. Подлетев ближе, она увидела огромное бетонное поле, вдоль него выстроился ряд стальных полукруглых ангаров. Вокруг них горели желтые лампы на столбах, - их она издали и приняла за огни домов...

Один из ангаров был открыт, рядом с ним стоял длинный и узкий, угловато-черный, явно военный вертолет. Возле него возилось три маленьких фигурки. Мужчины, рослые, в одинаково замасленных комбинезонах, - явно техники. С такого ракурса и при таком расстоянии Хьютай не смогла разглядеть их лиц, - только их светлые волосы и то, что кожа аборигенов была загорелой, но всё же, не смуглой. Люди! Оставалось лишь надеяться, что различить её машину на темном фоне облаков не сможет даже самый острый глаз...

Увлекшись наблюдениями, Хьютай забыла, что эти трое не могли быть единственными обитателями базы, а там, где есть вертолеты, есть и приборы ночного видения...

К реальности её вернули лишь протянувшиеся к машине строчки трассирующих пуль. Силовой щит без труда отразил их, и она лишь завибрировала под ударами. Но здесь могло найтись и оружие получше - вроде зенитных пушек или даже ракет. Их удара щит леталки не выдержал бы, и она повела её прочь, инстинктивно прижимаясь к самой поверхности...

.............................................................................................

Хьютай остановилась, лишь вынырнув из-под туч. Уже начинало светать, высокие облака светились серебром на темно-синем небе, словно неведомые острова. Внизу, в смутном сиянии рассвета, в степи зияли громадные воронки. Судя по уровню радиации, здесь рвались монобомбы - с равным количеством разноименных магнитных монополей. Подобное использование драгоценных частиц было чудовищным расточительством, и Хьютай невольно подумала, что теперь порода её соплеменников не слишком-то разумна - что бы не служило им тут целью...

............................................................................................

Она помчалась прочь от этого жуткого места, потом вновь замерла, осматриваясь. Туманная заря ползла вдоль северного горизонта. Там, очень далеко, из коричнево-алых туч вздымался узкий пучок серебряных игл, - южный полярный шпиль Эрайа...

Словно неведомые острова, в безмерной дали зависли редкие сиреневые облака. В бездонной синеве небес виднелось лишь несколько самых ярких звезд. Уку, внутренняя луна, плыла над южным горизонтом ущербным серебристым диском - на этой широте он не заходил несколько месяцев, лишь медленно меняя фазы. Хьютай несколько секунд смотрела на него. Лишь потом она перевела взгляд на то, что прежде всего бросалось в глаза - ещё несколько крохотных звездчатых лун, гигантской дугой изогнувшихся над южным горизонтом. Одни побольше, другие поменьше, яркие, их лучи различались невооруженным глазом. Прищурившись, она разглядела тонкое кольцо с искрами утолщений и паутинными нитями, ведущими вниз. Они расходились, словно лучи заката, распадаясь двумя веерами - тень Эрайа разрывала кольцо. В текучем предрассветном воздухе оно мерцало едва заметно, словно живое. Было ли во Вселенной более красивое небо? Этого она не знала...

- Куда мы направимся теперь? - наконец спросил Анмай.

Она задумалась.

- Нужно для начала отыскать людей и расспросить их, это очевидно.

- Ночь - не лучшее время, чтобы ходить в гости, - заметил Анмай. - И я, вообще-то, уже хочу спать.

Хьютай вздохнула.

- Действительно. Я тоже. Ладно, тогда переночуем в степи.

Осмотревшись, она заметила внизу очередные развалины - невысокие, но массивные, - и посадила леталку возле них. Когда они вошли в них, она поняла, что попала в дом - хотя и без крыши. Между древних стен росла трава. Насмешливо посматривая друг на друга, Анмай и Хьютай сбросили одежду. Потом осторожно растянулись на траве.

Здесь оказалось совсем не так неудобно, как ожидала Хьютай - земля была неожиданно мягкой... но холодной. Ночной ветер тоже был прохладен, но почти сразу их окутало мягкое тепло - Товия накрыла их невидимым одеялом нанетов. Пара ровно задышала, расслабившись. Сон не шел, они занялись любовью - неторопливо, безо всяких изысков, - а потом, как могли, расстелили свою сброшенную одежду и растянулись на ней. Постель вышла скудная и совсем неудобная, но вдвоем им было уютно. Хьютай казалось, что они очень долго лежали, сонно глядя сквозь лениво качавшиеся метелки травы на бездонное небо... а потом она незаметно заснула...

...........................................................................................

Утром их разбудил ворвавшийся в руины ветер. Проснувшись, они какое-то время лежали неподвижно, глядя на плывущие над головой синевато-малиновые облака, и, иногда, искоса посматривая друг на друга. Хьютай за ночь замерзла и даже покрылась мурашками от холода, - но, всё равно, ей было необъяснимо хорошо...

Увы, как обычно бывало по утрам, долго валяться не вышло. Всего через пару минут ей пришлось торопливо подняться, и, энергично растерев все особенно замерзшие места, отойти в угол - где она и замерла, невольно ёжась от скользившего по лопаткам насмешливого взгляда парня. Впрочем, он, конечно, не упустил случая полюбоваться её широкой круглой задницей, изрядно перепачканной землей во время их вчерашних занятий...

Ещё через минуту её место занял Анмай - и она смогла, в свою очередь, неплохо провести время, созерцая его не столь широкий, но тоже вполне круглый зад...

Покончив с наиболее насущным, они вновь занялись любовью - в основном, чтобы размяться и согреться после сна. Это вполне удалось - кончив и отдышавшись, Хьютай ощутила себя непривычно бодрой. Впрочем, никогда раньше она не спала нагишом на траве и не занималась на ней любовью, да ещё по утрам...

Вставая и потягиваясь, она подумала, что спать на земле неудобно, но отнюдь не настолько, как ей представлялось...

Усмехнувшись, она как была, нагишом, вышла из развалин. Всё ещё не зная, что делать, она рассеянно осматривалась. Под ней лежала необозримая равнина. Над ней невозмутимо плыли величественные облака, окрашенные багрянцем восхода. Вдали, на западе, высились снежные горы, розовые от этого восхода. Внизу же ничего не двигалось, кроме волн, гонимых ветром по густой, высокой траве. Лишь случайно она заметила там одинокую белую искру, пробиравшуюся в текучих волнах травяного моря...

............................................................................................

Хьютай невольно прищурилась и поднесла руку к глазам - но их остроты не хватило её разглядеть, расстояние было слишком большое...

Всё ещё нагишом, она забралась в машину, взлетела и включила максимальное увеличение, разглядывая её. Вдруг она поняла, что это человек - он брел явно наугад, его шатало от усталости...

Хьютай присмотрелась внимательнее. У идущего были длинные светлые волосы - он не мог быть файа. А на белой одежде резко выделялись угловатые черные знаки - цифры файа, здешних файа. Хьютай вспомнила, что здесь есть рабство, а это, безусловно, беглец.

Без дальнейших размышлений она бросила машину вниз. Анмай уже поджидал её, тоже всё ещё нагой.

- Что случилось? - тревожно спросил он.

- Там человек, - Хьютай показала на север. - Беглый раб, судя по всему. Я хочу поговорить с ним - он может рассказать нам многое...

- Хорошо, - Анмай усмехнулся. - Давай.

Они быстро оделись и вернулись в леталку. Хьютай вновь подняла её и повела прямо к беглецу. Услышав гудение силового двигателя, человек обернулся - она увидела испуганное юное лицо - споткнулся и упал в траву.

...........................................................................................

Леталка приземлилась, упруго подпрыгнув на подушке силового поля, потом замерла. Хьютай откинула колпак и выпрыгнула наружу, глядя на поднявшегося уже беглеца. И вдруг замерла - он оказался девушкой, молодой, но не столь юной, как ей сначала показалось. Даже если пересчитать её возраст на 410-суточные годы Эрайа, ей было где-то лет двадцать. Девушка оказалась стройной и босой. Хорошенькое курносое лицо, пальцы ног и тонкие руки были поцарапаны. На нем сверкали большие синие глаза - неожиданно красивые...

Хьютай смутилась, не зная, что сказать. Потом оглянулась, заметив, что девушка с испугом смотрит в сторону. Стоявший там Анмай смотрел на неё напряженно и зло. В руке он сжимал выхваченный из кобуры излучатель. Хьютай удивленно замерла, не в силах понять, что его так насторожило. Вот если бы беглец оказался прекрасным нагим юношей...

- Кто ты? - отрывисто спросил он.

Девушка не растерялась.

- Яната. Яната Арус.

Она напряженно всматривалась в лица пришельцев, словно они были ей уже знакомы.

- А кто вы? И ты так одета...

Хьютай растерялась лишь на миг.

- Я - Хьютай Вэру, он - Анмай Вэру. Мы...

Яната вздрогнула. В её глазах промелькнул испуг.

- Ты нас знаешь? - удивилась Хьютай.

- Да. Каждый знает... - она замолчала. В животе у неё вдруг громко заурчало.

- Ты хочешь есть? - догадался Анмай.

Яната торопливо кивнула.

Анмай вздохнул, потом, убрав излучатель в кобуру, достал из леталки упаковку походного рациона и дал ей. Яната тут же начала есть - с таким аппетитом, словно не ела, как минимум, сутки. А впрочем, скорее всего и в самом деле не ела...

Хьютай тоже вздохнула и осмотрелась. Облака целыми массивами плыли на юг, пугающе огромные, солнце ползло между них, не спеша подниматься - ну да, здесь же почти полярный день... Над горами она разглядела серебристый диск Уку - он сам казался странным круглым облаком...

Наевшись, - это едва заняло минуту, - Яната уселась на траву. Пара последовала её примеру. Теперь их всех скрыли высокие шелестящие заросли.

- Скажите, вы действительно Анмай и Хьютай Вэру? - спросила Яната. Она несколько успокоилась. - Это очень важно.

- Да, - удивленно ответил Анмай.

- А откуда вы?

Хьютай задумалась. Она не знала, что ответить, но врать не хотелось.

- Мы высадились с межзвездного корабля, с Укавэйры, - неожиданно сказал Анмай.

Яната вздрогнула, вновь испуганно глядя на него.

- В чем дело? - удивилась Хьютай. - Откуда ты нас знаешь? И вообще, что всё это значит?

Яната помолчала.

- Понимаете, я сама никогда всерьёз не верила, но слышала... Это Рэтиа, Учение, его исповедуют все - и вы, и мы. Бог, сотворивший наш мир и нас, всемогущ, но он получил могущество от... Создателя Вселенной... богини... Хьютай.

- А имя у этого бога есть? - спросила Хьютай. Её осенила внезапная ужасная догадка.

- Да. Бог Айэт.

- Айэт Тайан? И Ювана Кари? - быстро спросил Анмай. - Тоже богиня, как я полагаю?

- Я... я не знаю. Я не верила...

Хьютай гневно фыркнула.

- Ненавижу, когда наши действия превращают в столь возмутительную чушь! Но Айэт! Мальчишка! - она говорила на родном для неё языке Уарка, и Яната не могла понять её.

- Мы расстались с Айэтом два месяца назад, но для них прошло десять тысячелетий, - на том же языке ответил Анмай. - Впрочем, дело ещё хуже. Ты помнишь, кем стал Айэт? И он мог ещё... расти. Кем стал он сейчас? Вряд ли он придумал всё это - люди всегда горазды на такие вещи. Это всё, разумеется, чушь, она оскорбляет нас, но она оскорбляет и всех настоящих богов... если они, конечно, существуют.

- И ты хочешь её опровергнуть, сказать, что мы - это мы, но не мы? А кто привел Айэта к... и потом, мы на богов не тянем, а вот Укавэйра - да.

Хьютай посмотрела на свой браслет.

- Да. Впрочем, прежде, чем судить, надо узнать больше!

Они стали расспрашивать Янату, но девушка не знала о Рэтиа почти ничего. Хьютай решила перейти на более насущные вещи.

- Откуда ты?

- Из Нанны, это община на юге. Там много нас... Белых. А на севере, в Олаире, Черные... вы, говорят, помогают людям. Там есть большой поселок, а среди Черных, говорят, есть Мечтатели.

- Мечтатели? Как вообще устроено тут общество?

Яната усмехнулась её явному невежеству.

- Внизу, большинство, - Жители, они одеваются в белое, над ними Воины - они одеваются, как твой парень, а Мечтатели - на самом верху. В Нанне нет Мечтателей, только Жители и Воины. Они бьют нас, а тех, кто бунтует, сжигают заживо. Но в Олаире тоже сжигают, только редко.

- Сжигают? Зачем? - удивилась Хьютай.

- Нас, Белых, приносят в жертву, это сати, Великий Обряд. Так записано в Рэтиа, и никто не смеет протестовать...

Хьютай застыла, её охватила тоска и гнев. Эти касты, эта кровожадная религия, словно вышедшая из кровавой древности, - всё это были прямые и явные признаки вырождения. Она с ужасом поняла, что её народ уже пережил свой срок, - давно пережил, - но его история всё тянется и тянется, умножая горы жертв, страдания и страх. Она некогда начала эту историю - и она же должна её закончить... прежде, чем тоже уйти навсегда.

Хьютай встряхнула волосами, отгоняя мрачное предвидение. Незачем заглядывать в будущее и думать о судьбе рас. Достаточно подумать хотя бы об этой девушке, уже вздрагивающей от холода...

- Как далеко эта Олаира?

Яната растерялась.

- Я не знаю, - она вдруг напряженно посмотрела на них. - В Олаире живет Ойар. Он великий философ и знает всё о Рэтиа.

- Философ? - Хьютай задумалась. Это слово пробудило не самые приятные воспоминания... но выбора у неё, как и всегда, не было. Ей и так невероятно повезло наткнуться сначала на Янату, а потом на этого Ойара - это давало шанс хотя бы частично во всём разобраться, не вступая в сложные и опасные контакты с первыми встречными файа. Которые могли кончиться для них двоих довольно плохо... - Я хотела бы встретиться с ним.

- Я думаю, он примет вас, - Яната пожала плечами. - Если вы до него доберетесь.

- Это-то как раз несложно, - Анмай похлопал по корпусу леталки. - У нас хороший транспорт.

- Я вижу, - Яната смутилась. Она помолчала, явно стараясь решиться на что-то, потом вдруг спросила: - Вы возьмете меня с собой?

Хьютай невольно оглянулся на парня, но тот лишь пожал плечами. Идея ему явно не нравилась, но и бросать Янату здесь было совсем уже нехорошо...

- Возьмем, - Анмай указал ей на открытую кабину. - Залезай.

...........................................................................................

Едва леталка упруго взвилась в воздух, Яната взвизгнула, спрятав лицо. Летать ей явно раньше не доводилось. К тому же, она не знала, где живет Ойар. Сначала Хьютай хотела обратиться к Товии, затем решила положиться на удачу. Она направила леталку на север, сразу набрав большую высоту - радары не могли её заметить, а вот глаза...

К счастью, всего минут через пятнадцать она заметила далеко внизу поселок. Яната, выглянув за борт, подтвердила, что это Олаира, знакомая ей по картам. Надо было садиться...

К счастью, землю внизу ещё скрывала тень. Хьютай высмотрела большое пятно зарослей на склоне возвышенности, прикрывавшей Олаиру с востока, - там никто не смог бы их заметить.

Она бросила леталку в крутое пике. Та снизилась всего за пару минут - за это время она не успел толком рассмотреть поселок, а потом его уже скрыл лес. Резко затормозив, она приземлилась, невольно ёкнув от навалившейся на неё перегрузки.

С минуту они все сидели неподвижно, стараясь опомниться от этих внезапных перегрузок и от резкой смены обстановки - вместо беспредельного неба вокруг были глухие заросли. Наконец, Хьютай нажала кнопку, открывающую колпак, и тут же чихнула от ворвавшихся внутрь запахов раздавленной приземлением зелени. На какой-то миг они показались ей даже мучительно сильными после стерильных отсеков Укавэйры, и она невольно сморщилась...

- Всё, выходим, - сказала она, отдышавшись.

Выбравшись наружу, она вдруг услышала сухой шелест, непохожий на шелест окружающей их листвы. Два маленьких люка в корме леталки открылись, и над ними поднялось прозрачное, тут же исчезнувшее облачко - Товия выпустила своих микроскопических защитников. Теперь брать оружие просто не имело смысла. Секунду спустя они уже двинулись в путь.

.............................................................................................

Пробираться в зарослях пришлось считанные минуты - они быстро нашли тропинку и вскоре вышли на луг. Чуть ниже стояла Олаира. Хьютай приостановилась, разглядывая поселок. К её радости, там не оказалось ничего сверхъестественного или варварского - обычные дома, обычные улицы... Немногочисленные фигурки на них ни цветом кожи, ни цветом волос не очень отличались от Янаты. Зато файа нигде видно не было.

Тем не менее, Хьютай всё же не спешила. Одежда жителей Олаиры тоже была вполне обычной. Рабский балахон Янаты, похоже, не очень годился здесь для утренних прогулок. К тому же, она не знала, куда идти, где живет Ойар. И вряд ли юноша-файа в одежде Воина встретит там теплый прием...

Хьютай усмехнулась, поняв мысли Анмая.

- Сиди здесь... воин. Я узнаю.

- Но ты...

- Что со мной может случиться? - Хьютай показала вверх. - Они защитят меня.

Анмай поднял глаза. Воздух был пуст. Посланцы Товии оставались незаметны, но выделяемое ими тепло заметила бы любая инфракрасная камера. Сомнительно, конечно, что сейчас, днем, кто-то здесь пялиться в них...

Он пожал плечами.

- Хорошо.

Хьютай быстро, легким шагом устремилась вниз. Анмай напряженно провожал её глазами. Она кожей ощущала его раздражение и гнев на её глупую смелость... но вариантов в самом деле не было. Здесь они были незваными гостями - а к прекрасной деве туземцы отнесутся всё же лучше, чем к парню. Он знал, что с ней ничего не может случиться, но всё же волновался за неё, и это было приятно...

Миновав луг, она вышла на улочку. Здесь ей повезло - навстречу шли две девушки в легких платьях. Они подозрительно уставились на неё. Затем одна из них вытянула из-под платья неожиданно длинное лезвие ножа.

- Не подходи к нам, Черная, а то получишь!

- Не буду, - Хьютай миролюбиво подняла ладони к плечам. - Мне нужно лишь узнать, где тут живет философ Ойар.

- Этот плешивый говноед? - девчонка фыркнула. - Там, дальше, - она махнула рукой себе за спину. - Улица Закатная, семнадцать. Читать-то по-людски ты умеешь?

- Типа того, - согласилась Хьютай. - Будь боевой дурой и дальше, - она зашагала по улице, с усмешкой слыша за спиной возмущенное фырканье. Девчонка ей понравилась, хотя она и понимала, что вряд ли увидит её второй раз...

Теперь она крутила головой, высматривая названия улиц и номера домов. Письменность местных людей она тоже вполне разбирала - хотя поняла это лишь сейчас. Укавэйра неплохо справилась со своей работой. На самом деле даже лучше, чем неплохо, и это одновременно радовало и пугало её...

Она дошагала до конца поселка, но никакой Закатной улицы так и не встретила. Девчонка то ли соврала, то ли просто ошиблась. Поразмыслив о том, что опаснее - дальше шляться тут по улицам или вновь спросить кого-то - она отдала предпочтение последнему варианту. Благо, попавшийся навстречу парень не выглядел настроенным воинственно.

- Где тут Закатная улица? - спросила она, решив в этот раз не упоминать Ойара.

- На западе, конечно, - парень даже махнул рукой в том направлении.

- А точнее? Я в первый раз здесь.

- Два перекрестка назад, потом налево.

- О, спасибо, - она развернулась и зашагала обратно.

Похоже, она и впрямь поступила разумно - другие местные парни смотрели на неё менее дружелюбно. А впереди она заметила сразу шестерых - они подпирали высоченный забор какого-то дома. Одного взгляда на номер Хьютай хватило, чтобы понять, что это и есть нужный ей дом. Можно было гордо развернуться и уйти... но наличие дома ещё не означало наличие в нём владельца, и она вздохнула. Похоже, что мнение девчонки о старом говноеде разделяли многие из обитателей поселка, если не большинство - а эти лбы играли роль его охраны. Что явно не очень их радовало...

- Ойар дома? - спросила она, подойдя к парням. Оружия на виду у них не было, но все шестеро были здоровенными, как на подбор.

- Дома, - буркнул один из них, но тут же опомнился. - Разрешение!

- Какое разрешение? - удивилась Хьютай.

- На пребывание в поселке! Тут автономия. Без разрешения вам заходить сюда нельзя.

- Извини, я не знала, - миролюбиво ответила Хьютай.

- Издеваешься?! - парень отделился от забора и шагнул к ней, подняв руку и явно собираясь схватить её за волосы. - Да я тебя...

- Осторожно, - Хьютай отступила на шаг, тоже подняв руки вовсе не с миролюбивой целью. - Ты понимаешь, что будет, если ты тронешь меня.

- Я пожалуюсь Ведущему Олаиры, - пригрозил парень. - Он относится к этому очень серьёзно, уж поверь мне. У тебя будут очень большие неприятности.

- Жду с нетерпением, - Хьютай развернулась на пятке и быстро зашагала прочь.

...........................................................................................

На обратном пути к лесу никто не пытался задержать её, но теперь она и сама понимала, что поступила очень глупо. Видимо, запрет на посещения тут и впрямь соблюдался очень строго, в противном случае она столкнулась бы с охраной. Её бы попытались задержать, и оставалось лишь гадать, смогли бы нанеты Укавэйры справиться с этим или нет...

Вернувшись к леталке, Хьютай застала милую картинку - мрачный Анмай сидел возле неё, а напротив сидела Яната - встрепанная и злая.

- Что случилось? - спросила она. - Надеюсь, этот лохматый извращенец не хватал тебя за попу?

- Я просто спросила, как ты с ним занимаешься любовью, - непринужденно ответила Яната, - кверху попой или кверху пятками, а он...

Анмай издал какой-то странный звук - словно подавился. Хьютай вздохнула. Стоило ей отойти от парня на двадцать минут - и в её личную жизнь уже залезли с ногами. Впрочем...

- Обычно кверху пятками, - сообщила она. - Хотя кверху попой тоже бывает. Под настроение.

Анмай вновь издал какой-то странный звук, и она повернулась к нему.

- В чем дело, дорогой? Разве не так? - спросила она уже на родном. - Или ты не рад, что первая же встречная дева с ходу прикидывает, как половчее на тебя запрыгнуть?

- Хью, я тебе уши оборву, - мрачно предупредил Анмай, но в глазах его прыгали чертики. - И по попе ты тоже получишь.

- Я вся твоя, - она широко улыбнулась. Анмай вздохнул.

- Как всё прошло? - спросил он.

- Я узнала, где живет наш мудрый Ойар. Это было нетрудно - спросила одного, другого... но возле его дома шестеро здоровенных парней. Мне хватило одного взгляда... Похоже, этот Ойар пользуется популярностью не только среди друзей!

- А почему ты такая злая?

- Файа нельзя появляться здесь без разрешения. Тут нечто вроде автономии... могли бы объяснить и просто словами! А то сразу хватают за...

- И как действуют наши защитники?

- Никак. Я посмотрела на них, как на тебя, - и они отстали. Но они нас не любят, и я на них не в обиде! - она ткнула в царапины на руках Янаты. Лишь сейчас Анмай понял, что это следы веревки. - И всё же, мы попадем туда. У этого Ойара есть большой сад за высоким забором. И они тут редко смотрят вверх. Только не думай, что я дам тебе прикоснуться к ней! - Хьютай неожиданно обхватила Янату сзади, и они прыгнули вверх.

...........................................................................................

Это действительно напоминало один гигантский прыжок, - резкий взлет высоко вверх, мгновения парения, когда Хьютай высматривала внизу нужный сад, - и падение по крутой дуге вниз. Мелькнули ветки, взвилась поднятая силовыми вихрями пыль, - и они вновь встали на ноги, но уже в саду.

Она осмотрелась. Сад был велик, хорошо ухожен и совершенно пуст. Ни собак, ни людей в нем не оказалось, никто не спешил на шум. Их прибытие осталось незамеченным.

- По-моему, он там, - Хьютай показала на открытую дверь застекленной веранды. - Я не сильно тебя помяла? - она повернулась к Янате. Девушка согнулась, держась руками за живот.

- Нет, я просто немного испугалась...

Хьютай кивнула и прошла в дверь. Она двигалась совершенно бесшумно - ни одна доска не скрипнула под весом её гибкого тела. За ней, столь же бесшумно, кралась босая Яната. Анмай шел последним. Несмотря на всё это, Хьютай ощущала себя до крайности глупо. Если их здесь увидят...

Но дом, казалось, был пуст. Они прошли комнату, вторую, по широкой лестнице поднялись на второй этаж. Это блуждание показалось ей вдруг неожиданно знакомым - девчонкой она так же обследовала резиденцию Тару...

Из-за одной из дверей донесся шорох бумаги. Хьютай решительно распахнула её, и они вошли.

........................................................................................................

К её радости, Ойар ничем не напоминал того, несчастного Философа. Он был высок, массивен, довольно молод, с могучим залысым лбом и сухим, аскетичным лицом. Редкие светлые волосы были коротко подстрижены. Его комната выглядела весьма обычно - просторная, чистая, залитая желтым электрическим светом, словно за её окнами ещё висел синий рассветный полумрак. Посреди неё стоял стол, вдоль всех стен шли стеллажи, загроможденные множеством в беспорядке наваленных книг. Между них блестели непонятные металлические детали.

Взгляд Хьютай поймали картины, висевшие на стене, против двери. Их было пять - две пары лиц и ещё что-то совершенно непонятное, но отдаленно похожее на Сверх-Эвергет Линзы. Она с удивлением узнала Ювану и Айэта, вторая пара лиц была ей незнакома. А впрочем...

Это был она, Хьютай, она и её парень - но не настоящие, иные, те, кто одаряет всемогуществом богов, с лицами, исполненными мудрости и покоя...

Ойар молча смотрел на них, они - на него. Молчание затягивалось. Хьютай легко могла представить, что он видит - высокий юноша в одежде Воина, с дурацким ножом на поясе и серьёзным мальчишеским лицом, с широко раскрытыми удивленными глазами. Красивая девушка, его пара, в весьма легкомысленной одежде, и ещё одна девушка - в рабском балахоне, растерянная и любопытная. Но если уж даже Яната их узнала...

- Кто вы? - неожиданно глубоким голосом спросил Ойар.

Анмай нашелся мгновенно.

- Я Суру Ласси. Это моя подруга, Хьютай Тайра, - он назвал их настоящие имена. Звучное Анмай было лишь прозвищем, и он мог легко от него отказаться...

Лицо Ойара дрогнуло, в глазах мелькнул испуг.

Чертов Айэт! - подумала Хьютай. - Я же рассказала ему всё про себя! Кто же мог подумать...

- Любопытно, - Ойар был не из тех, кто надолго теряется. - Я повидал немало самозванцев... Как вы сюда попали? Что вам нужно?

- Мы хотим узнать о Рэтиа.

- И всё? Ради этого не стоило лезть через забор. Если вы немедленно не уберетесь, я позову охрану.

- А если мы настоящие? - ехидно спросила Хьютай.

- И чем вы это докажете? Я вижу, вы все явно в своём уме, и должны знать, что...

Анмай включил силовой пояс и завис в воздухе, подпрыгнув.

- Я не люблю дешевых чудес, - сухо сказал он. - Но раз вы хотите... - он сунул руку за вырез комбинезона и вынул излучатель. - Такую штуку ты вряд ли видел. Вот как она действует... - узкий луч синего пламени ударил из цилиндрического ствола и с треском прожег щель в толстых досках пола. Взвился дымок. Анмай спрыгнул на пол. - Я высадился с Товии, этой ночью, и я действительно ничего не знаю о Рэтиа. Что мне ещё надо сделать, чтобы доказать, что я - это я?

Ойар побледнел. Хьютай тоже замерла. Её обдавали неожиданные в комнате струи горячего ветра. Наверняка весь рой кристаллических нанитов Товии собрался здесь - и кто знает, что они сейчас делают с хозяином?..

Ойар опомнился. Он показал на кресла, стоявшие перед столом.

- Садитесь, - наконец сказал он. - Любопытно. Как вы всё это проделали? Может, вы дадите мне эту штуку?

Анмай с усмешкой протянул ему излучатель. Ойар внимательно осмотрел треугольный блок с цилиндрическим стволом и вырезами для пальцев.

- Вы смелый файа. Вы не боитесь, что я убью вас?

- Выстрелите в безоружного, пришедшего узнать, чтобы ничего не рассказывать ему? Нет.

Ойар вернул ему излучатель.

- Возьмите. Я не любитель оружия. Итак, что вам угодно?

- Рэтиа. Это новая религия, как я полагаю?

Ойар медленно покачал головой.

- Ей десять тысяч лет, это одна из древнейших вер. И самая могущественная из всех. Ни Ахм, ни Кораш не сравнятся с ней. Если вам угодно знать основы...

- А что мне угодно? - не удержалась от сарказма Хьютай.

Ойар и сам прекрасно понимал, что в этом вопросе она права. Но как объяснить ей, что такое основы? Как рассказать о том, что существует за пределами привычного мира? Он решил, что лучше всего будет показать. Спросил:

- Ты видел когда-нибудь, как цветет роза?

Хьютай молча кивнула.

- Так вот, основы - это те же самые лепестки. Только не настоящие, нарисованные. Ты видишь их, но не чувствуешь. Точнее, чувствуешь, но совсем не так, как в жизни... Кто эта девушка с голодными глазами?

- Яната Арус. Я сбежала...

- Я вижу. О вас позаботятся... - Ойар протянул руку к столу, явно собираясь кого-то вызвать. Хьютай перехватила её умоляющий взгляд.

- Пусть остается, если хочет, - сказала она.

Ойар невозмутимо кивнул.

- Что вы хотите знать о Рэтиа?

- Мне не нужны догматы, - они одинаковы, по сути, у всех религий. Не убей, не укради, и прочее. А вот история возникновения, распространение, физическая основа - да.

- Это нелегко объяснить. Потребуется немало времени. Но я постараюсь...

- О, да, прошу вас.

Хьютай невольно улыбнулась, когда Ойар, не зная, как приступить к делу, стал с важным видом потирать руки и перебирать пальцами. Её вид явно смущал его.

- Начнем с того, что в каждой из вер есть свой иерарх, или лидер. В Кораше он - Магистр, в Ахме - Верховный жрец. Но вер гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Они, словно кристаллы, растут, соединяются друг с другом, образуя новые системы. Иерархи, они, как правило, из разных вер и не всегда сами по себе, - он отхлебнул кофе и продолжил: - Представьте себе мир, в котором на каждом шагу вас поджидают ловушки и подстерегают опасности. Где можно погибнуть от любой случайно упавшей в воду травинки, веточки, случайно разбившегося стекла, задев локтем торчащий из стены гвоздь, и даже от случайного взгляда. Или от случайной искры, упавшей на сухую траву, задохнуться от слишком близкого к вам комара, отравиться ядовитыми грибами, которые растут на земле, покрытой мхом, и так далее. Вы можете умереть, даже не осознав этого, от недостатка кислорода, солнечного или теплового удара, упав в ущелье, утонув в болоте, сгорев живьём, провалившись в пещеру, погибнув от удара молнии, а можно и от собственной оплошности. Не говоря уже о том, что любой из нас может попасть в беду, просто заблудившись и оказавшись в незнакомом месте. Мир, где каждый шаг может стать последним. Мир, где даже за порогом собственного дома вы не можете чувствовать себя в безопасности. Где жизнь зависит от того, насколько ловко вы умеете избегать смерти. Где человек просто не может быть счастлив, не имея в своем распоряжении средств, позволяющих защитить себя от опасностей. И где нет ничего вечного, кроме смерти. Представили?

- Да, - кивнула Хьютай.

- Вот и отлично. Не каждый выдержит такую жизнь, и не каждый захочет. Так вот, это - мир, в котором нельзя жить без вер. Вер, которые, как и люди, умеют убивать и умирать. Но в отличие от людей, они могут умирать и возрождаться. Веры - это те самые мосты через ловушки и опасности, которые, так или иначе, поджидают каждого человека. Но если ты принял веру, то уже не сможешь оттуда уйти, пока не пройдешь через все испытания, не станешь её истинным сыном. Вера - это не только и не столько религия, сколько способ выживания. Это то, что позволяет нам выжить и остаться людьми. Именно так живет большинство верующих. В том числе, и стражей веры. Но есть и другие: те, кто не боится смерти, любит её и принимает такой, какая она есть. Они живут за счет своего мастерства, знания и силы. Их называют мастерами. Мастерство бывает разным. Некоторые мастера владеют мечом, другие - магией, третьи - ремеслом, четвертые - могут лечить, и так далее. Каждый верующий знает о существовании других вер, но ни один из них не догадывается о том, что их иерархи могут общаться друг с другом. Мы все - только часть более крупной системы, которую мы не в состоянии понять и постичь. Наши иерархи - это только верхушка айсберга...

Хьютай вздохнула. Слушать Ойара оказалось нелегко. Он был, несомненно, искренним и глубоким сторонником Рэтиа. Ей постоянно приходилось очищать суть рассказа от мистических построений, и, насколько возможно, соотносить его с реальным ходом событий. Частенько ей приходилось переспрашивать, или, напротив, пояснять. Анмай по мере сил помогал ей, но всё, рассказанное Ойаром, было настолько удивительно, что она вскоре забыла обо всём...

...........................................................................................

Рэтиа зародилась в Линзе вскоре после их отлета. Предпосылки её возникновения были достаточно трагичны. Немногочисленные файа, жившие в одном из государств Линзы, Актале, стали безжалостно преследоваться - на них свалили всю вину за революцию и кровавую гражданскую войну, опустошившую две трети территории страны. Айэт, воплотившийся в управляющую суть Линзы, решил вывезти их в её центральный сегмент, хотя этот исход и занял много лет.

Но оказалось, что файа преследуют и истребляют уже по всей Плоскости - легенды и слухи, распускаемые расой ару, наиболее пострадавшей от рук файа, сделали их повсеместно настоящими демонами зла. И вновь огромная орда летающих металлических созданий вывезла в центр Линзы всех оставшихся в живых файа. Плоскость была очень велика, и этот исход продолжался долго. Сами файа восприняли своё спасение, как чудо, а Айэта - как бога-спасителя. Разубедить их оказалось невозможно.

Очевидно, в какой-то роковой миг Айэт решил, что ему не стоит бороться с новорожденной верой, а, напротив, улучшить и всячески использовать её - ведь это приносило пользу всем, и ему, прежде всего. Естественно, что сверхразум интеллектронной машины создал логически идеально стройную религию, исполненную добра и любви. Впрочем, многие его соплеменники тогда не принимали этой веры, да и никакой другой. Быстро размножаясь, они постепенно осваивали невообразимый центр Линзы. Айэт всячески помогал им, и, по его воле, они, наконец, смогли вернуться во внешние сегменты Линзы. Населявшие их бессчетные народы четырнадцати разумных рас приняли их в целом хорошо. Но файа вернулись и на просторы родной Плоскости, населенные народами, давно забывшими об их существовании...

Да, забыли в самом деле все - кроме ару. Эти искусственные существа, созданные некогда Опустошителями и почти полностью уничтоженные Нэйсом, втянули файа в войну. Вскоре она распространилась на другие народы Линзы. Очень быстро файа тоже вспомнили прошлое и из пришедших учить превратились в агрессоров, решивших захватить все её Плоскости, более того - стать единственным населяющим Линзу народом. Но один из них, юноша по имени Эроин Чэрити, возмутился творимым файа злом, и попросил Айэта остановить их. К его просьбе присоединился Нэйс Анкус, бывший во время революции правителем Акталы и спасенный Айэтом из плена ару.

Перед Айэтом встал страшный выбор - уничтожить свой собственный народ, либо позволить ему истребить все остальные, намного более многочисленные. Он выбрал уничтожение файа. Для них это стало непостижимым бедствием, физической природы которого они не могли понять - их истребили Йалис-удары, прокатившийся по Линзе шторм изменений физики.

Именно немногие уцелевшие файа дали людям Рэтиа. Тогда это была просто история о чудесном спасении, возвышении и гибели предавшего себя народа, о самоубийственной войне и о боге-машине. Но эта история о гибели народа, возомнившего себя избранным, и не ведавшим, что творит зло, увлекла постепенно и людей. К сожалению, в священных книгах не было ничего о дальнейшей истории Линзы - лишь намеки... Хьютай могла лишь предполагать, - впрочем, как и другие, верящие в Рэтиа.

Очевидно, где-то, в тёмной бездне веков, обитатели Линзы вышли за её пределы, столкнувшись с Файау. Между ними наверняка вспыхнула война. Окончилась ли она катастрофой или почетным миром? Хьютай не знала. В Рэтиа говорилось лишь о том, что в бездне космоса существуют две противоборствующие силы, добра и зла, - Айэт и противостоящая ему безмерная, безликая масса файа. Но сами файа верили в иное - что где-то в бездне космоса затеряна богиня Хьютай, создавшая их расу, и что когда-нибудь она вернется...

Впрочем, она скоро поняла, что Рэтиа не избежала судьбы иных религий - раскола и сектантского противоборства. Правда, сами файа никогда не отличались особой религиозной одаренностью. Люди же, попавшие в этот мир из иного, давно ими позабытого, отнюдь не считали Эрайа юдолью страданий, хотя и они делились на десятки сект, порой непримиримо враждующих...

Хьютай, конечно же, не знала, какая же из этих ветвей истинная, - то есть, исповедует наиболее близкую к реальности версию своей священной истории. Все они признавали Айэта верховным богом - а разбираться в деталях у неё не было времени, да и особого желания тоже...

Она подумала, что здешние файа, наверное, всё же знают истину, хотя и скрывают это. Но истинная суть Рэтиа, странной веры во всемогущество интеллектронных машин, оказалась недоступна ей. Это не было чушью, придуманной файа для обмана людей, - и, в то же время...

Хьютай встряхнула головой. В окна комнаты уже бил дымчато-серебристый солнечный свет - солнце поднялось над прикрывавшим Олаиру холмом. Она так увлеклась рассказом, что совершенно не представляла, сколько прошло времени. Впрочем, она уже видела - на то, чтобы понять Рэтиа, все её тонкости и сплетения, не хватит её жизни. И это был явно не её путь...

- Последний вопрос, - сказал Анмай. - Что такое сати?

- Рэтиа требует от каждого жертвовать самым дорогим во имя великой цели, - спокойно ответил Ойар. - А что может быть дороже, чем человеческая жизнь?

- Особенно чужая, - съязвила Хьютай. - А что это за великая цель?

- Вечная жизнь. Бессмертие.

- Купленное чужой смертью?

- Нет. Того, кто не исповедует Рэтиа, тоже можно спасти. Мучительная смерть искупает любые грехи, - и, принятая с соблюдением надлежащих обрядов и от руки искренне любящих может спасти даже самую темную душу...

Хьютай вздрогнула. Ей внезапно расхотелось продолжать разговор. Она встала. Анмай тоже. Яната мирно спала в кресле.

- Скажите всё же, кто вы? - спросил Ойар, видя, что они собираются уйти.

- Я уже сказала.

- Так вы действительно Дайталайа, Дивная Пара, единственная во всём мироздании? - в его голосе проскользнула издевка.

- Да, - Хьютай внезапно разозлилась.

- И что же вы делали эти десять тысяч лет?

- Всё это время меня просто не было. Укавэйра двигалась в будущее вне времени, как - я не знаю. Но она здесь, внутри вашего солнца. Или вы и об этом не знаете? Нет? Хотите нового чуда? Тогда поговорите с ней! - она скрестила руки, незаметно вдавив секцию браслета.

Укавэйра неожиданно легко согласилась с её мысленной просьбой. Воздух в центре комнаты замерцал, уплотнился - и вдруг вспыхнул сияющей восьмиуступчатой пирамидой, повыше человеческого роста. Она повернулась к Ойару, почти коснувшись его плоской вершиной. Хьютай ощутила исходящий от неё жар. Она не слышала ни звука, но Ойар наверняка что-то слышал - он осел, на его лице появилось выражение крайнего изумления. Секунду спустя пирамида исчезла, обдав их волной теплого воздуха.

- Слушайте, - сказала Хьютай, когда Ойар пришел в себя. - Я не разбираюсь в религиях, - но, насколько я помню, все, делающие нечто, подобное сати, обрекают себя лишь на вечные мучения. Неважно. Я не собираюсь опровергать Рэтиа - всё это правда. Действительно, где-то во Вселенной плывет Линза, и ей правит бог Айэт, которого я сделала богом. Это правда. И правда, что существует Сеть Файа, - но она лишь тень истинных файа, ушедших дальше. Где-то там интеллектронные машины плывут среди звезд, а ещё более могучие машины ведут Космогоническую Игру, о которой вы ничего не знаете. А я сама - что ж, я совершила всё, что мне приписывают, но я - всего лишь обычная, не слишком умная девчонка, лишь случайно возродившая мощь нашего древнего народа. Я не смогу ни разрешить ваших споров, ни дать вам откровение. Я не знаю, кто сотворил Вселенную, знаю лишь, что она была сотворена. У меня есть математически неопровержимые доказательства этого, - но разве вы их поймете? Я сама пытаюсь узнать, кто сотворил мироздание, и не задержусь в вашем мире. Я хочу узнать лишь дорогу, по которой ушли мои собратья - мои настоящие собратья. Я не стану осуждать Рэтиа, и не потому, что не понимаю её. Но сжигать людей, чтобы спасти их, не только чудовищно, но и бессмысленно. Вот такой браслет, - она подняла левую руку, - делает вечной любую жизнь. А вы и не пытаетесь...

- Вы не поняли! - Ойар мертвенно побледнел. - У нас есть отступники, сектанты, но это не мы! Они лишь подражают файа, это их обычай... но ведь тогда он бессмысленен! Это...

- Чистой воды садизм, ничего больше. Рэтиа не имеет к этому никакого отношения... я надеюсь. А вы должны стараться понять, а не объяснить непонятное, оправдать его. А я... - Хьютай вдруг сбилась с мысли.

Сказать, что Эрайа погибнет через год, у неё просто не хватило сил. И... это ведь не окончательно! Достаточно лишь узнать, где расположены Нэйристы файа, открывшие им путь в иную Вселенную - и они наверняка спасут её...

- Прощайте. Возможно, мы ещё встретимся. Возможно, нет. Единственное, о чем я прошу - позаботьтесь о Янате. Она была несчастной среди моих соплеменников, но среди своих она несчастной быть не должна. Понятно? А они, опозорившие свой мир, свою расу, заплатят за всё. И я чувствую, мы ещё встретимся... в конце, - Хьютай слабо улыбнулась.

На лице Ойара вдруг появилась ответная усмешка, такая спокойная... Она поняла, как сильно недооценила этого человека. Она ещё раз улыбнулась ему и вышла. Анмай молча последовал за ней.

...........................................................................................

- И что дальше? - спросил он, когда они вышли в сад. - От Янаты ты избавилась. А ведь если с ней что-нибудь случится...

- Она была бы мне хорошей подругой, - рассеянно заметила Хьютай. - Она умеет задавать... интересные вопросы.

Анмай фыркнул.

- Пусть так! Но пока вы болтали, я там кое-что нашел, - он вытащила из кармана смятый лист. - Он лежал на полке, и я...

- Теперь им придется придумывать легенду о боге-воре, - усмехнулась Хьютай.

Анмай лишь пожал плечами.

- Это о нас, о нашей расе. Читай!

Хьютай взяла лист. Почерк был достаточно четким, чтобы читать его, - во всяком случае, для её глаз, привычных к собственным каракулям. Это оказался отрывок перевода какой-то древней рукописи о первой встрече двух рас в этом мире:

У файа тонкий прямой нос, серо-серебристые глаза. Лоб ровный, высокий, выступающий. Убийства и насилие среди них - вещь совершенно неизвестная. То же относится к содомии и прочим извращениям естественных влечений, которые запрещены. Этот запрет очень строг, и его нарушение карается немедленной смертью, как и корысть или трусость. Впрочем, необходимость в столь крайних мерах ныне и не возникает, ибо современные файа мечтательны и отважны. А вооруженное насилие власти в их отношении может привести (и в прошлом нередко приводило) к мятежу против... - на этом лист, увы, кончался.

- Значит, у них было всё, - вздохнула Хьютай. - Взаимное любопытство, дружба, восхищение... - тихо сказала она. - И чем всё кончилось? Неужели действительно наш срок прошел?

- Давно прошел, - так же тихо ответил Анмай. - Файа сейчас сами строят свою Вселенную, свои миры, в великом одиночестве... одни. Наверно, так и должно быть. Расы должны сами строить свои миры, а не пытаться захватить чужие... Путь нашей расы - одиночество, она не может жить рядом с другими, ибо не равна им. Путь других рас может быть иным... Но наш путь - строительство, познание и вечное одиночество. Мы ушли по этому пути. А эти... наш позор.

Хьютай промолчала. Она задумчиво смотрела вверх, и глубокая синева дневного неба Эрайа отражалась в её глазах. Анмай тоже присел, откинувшись назад. Из-за деревьев был виден лишь клок небосвода. Подчиняясь внезапному порыву, она стремительно рванулась вверх. До неё долетел удивленный вскрик парня, затем он устремился за ней, всё вверх и вверх...

Лишь когда воздух похолодел, они остановились - удивленно глядя вокруг. Облака плыли на них, словно невероятным образом ожившая горная страна. Внизу зеленела бесконечная волнистая равнина.

- Тут холодно, - наконец сказал Анмай. - Куда мы направимся теперь, дорогая?

- К нашим соплеменникам, это очевидно. Среди них мы должны найти знающего путь к нашей мечте... хотя мне и не хочется этого.

- И где мы их найдем?

- Раз люди и файа живут раздельно, рядом с Олаирой должен быть второй поселок - их. По-моему, это вон тот - она показала вниз.

Они спустились на землю, в стороне от Олаиры. Ветер растрепал их волосы, в животах непривычно урчало. Они быстро привели себя в порядок и поели. На завтрак ушла вся пища, ещё остававшаяся в их карманах. Отныне им предстояло добывать её самим...

- Я готова, - наконец сообщила Хьютай, закончив трапезу. - Пошли?

Анмай задумался.

- Подожди. Файа не должны знать, кто мы такие.

- Согласна. И что?

- Наши защитники невидимы, но любой, знающий, что нужно искать, легко их обнаружит. А тогда... И как мы сможем понять жителей Эрайа, если не станем равны с ними во всём?

- Понятно, не объясняй. Я согласна.

Анмай кивнул. Она вдавила кнопку браслета и мысленно передала свою просьбу. Укавэйра ответила почти сразу.

Я соглашаюсь против своей воли, - сообщила машина, - и только потому, что не хочу нарушать свободу вашей. Но ваша возможная смерть будет лишь на вашей личной совести.

Хьютай вздохнула и повернулась к парню.

- Теперь всё готово. Пошли.

..............................................................................................

Они спускались по широкому лугу к Олаире примерно минут пятнадцать. С высоты склона оба поселка были отлично видны - и спутать, где чей, было трудно. Файскую половину составляли массивные двухэтажные дома с большими окнами и плоскими крышами, людскую - обычные одноэтажки.

Хьютай заметила, что их прекрасная окрестность совершенно пуста. Яната говорила, что здесь, так близко от границы, можно встретить спецназовцев людей или группу мстителей-подростков. Они были нечастыми гостями, но файа научились не гулять здесь в одиночку или даже небольшими группами. Люди, живущие в поселке, следовали их примеру. Рассказы об убийствах предателей звучали более чем убедительно.

На окраине файской Олаиры они увидели первого Воина - рослый парень в сером комбинезоне с множеством карманов невозмутимо прохаживался взад-вперед. Хьютай порадовалась, что комбинезон её парня был точно такой же. У этого все карманы были оттопырены, очевидно, набитые обоймами и гранатами, через плечо висел автомат с массивным изогнутым магазином, на ногах - неизменные сандалии. Тем не менее, она подумала, что толку от такого защитника будет немного - он пропустил их, лишь улыбнувшись. Но эта улыбка ей не понравилась - это была улыбка убийцы...

..............................................................................................

Сам поселок они увидели вновь лишь минуту спустя, миновав окружающие его сады - двухэтажные дома-коробки, мощеные улицы, ажурные железные заборы... Ничего специфического, свойственного файа, - если не считать их самих.

Ступив на улицу, Хьютай удивленно замерла. Большинство файа шло босиком, в одних коротких белых туниках. Зато браслеты-весмы были у каждого, - бессмертные файа очень ценили свою жизнь. Да и без этого преимущества браслета, - мгновенная связь с любым файа на планете, - были очень велики. Файа так привыкли быть включенными в единую сеть связи, что даже ради Игры не смогли отказаться от неё. На вид они были самыми обычными, как на Девяти Мирах. Хьютай напомнила себе, что на самом деле их разделяет пропасть десяти тысячелетий - и не только...

Никто не обращал на них внимания, - все, встреченные ими, куда-то спешили, - и она немного успокоилась. Только всё вокруг казалось теперь каким-то ненастоящим. Она проводила изумленным взглядом совершенно обнаженную девушку, по виду её ровесницу - судя по широкой грязной попе и лопаткам, она недавно тоже занималась любовью на травке, но никто даже не смотрел в её сторону...

Тем не менее, их, как оказалось, не только заметили, но и доложили, кому нужно. Уже в центре поселка их остановил красивый босой юноша, по виду всего лет семнадцати, одетый, как и почти все тут, лишь в короткую тунику, но темно-красную, а не белую, как у других.

- Зачем вы здесь? - не очень-то вежливо спросил он.

Взглянув на его необычную тунику, Хьютай догадалась, что видит Ведущего Олаиры. Который вполне имел право задавать такие вот вопросы незваным гостям...

- Любопытство, - честно ответила она. - Мне нравится путешествовать по Эрайа.

- Кто вы? - тон парня несколько смягчился.

- Яната Тайра, - Хьютай усмехнулась.

- Найте Лай, - представился Анмай. Это была точно не лучшая идея: Хьютай вспомнила его погибшего друга, и едва расслышала следующие слова парня:

- Очень приятно. Я - Анмай Нау, Ведущий Олаиры. Если угодно, можете позавтракать со мной.

............................................................................................

Охотно приняв предложение, пара пошла вслед за Нау. Всего через пару минут они оказались в небольшой комнате, прохладной и даже довольно уютной, если бы не мертвенная белизна стен. Тезка Анмая сам принес еду - молоко и пирог с тушеным мясом, всё очень вкусное. Хьютай мимоходом вспомнила, что нигде на Эрайа она не видела коров или иных домашних животных. Впрочем, она пока мало что тут видела...

- Вы, наверное, к нам ненадолго? - осторожно предположил Нау, когда завтрак закончился.

Анмай кивнул. Нау какое-то время молча разглядывал его.

- Скажите, что бы вы хотели увидеть? - наконец спросил он. - Олаира - скучный поселок. У нас даже сати нет, но...

Хьютай поморщилась. Видеть сати ей точно не хотелось. Пока она его и не видела, - но кое о чем она предпочла бы и не знать.

Анмай усмехнулся, решив забросить удочку.

- Скажем так: я изучаю возможность выведения всей Эрайа из-под удара Стены Света и её перемещения в другое место.

- Как? - глаза Нау удивленно расширились.

Хьютай поморщилась. Глубиной знаний Ведущий Олаиры явно не страдал. По крайней мере, в данной области.

- Я не могу пока что говорить об этом, - осторожно сказал Анмай. Но это была чистая правда - они и в самом деле отчаянно думали об этом. Пусть пока и без толку.

- Я не уверен в том, что это было бы... разумно, - между тем, сказал Нау. - Тут происходит слишком много... всякого.

- Да уж, происходит, - согласился Анмай, и Нау тоже ощутимо поморщился. - Насколько я понял, вы не сторонники сати, но не мешаете им, - продолжил он. - Почему?

Хьютай, конечно, уже знала, что главный закон Сети, как тут называлась цивилизация файа, категорически запрещал рознь, но детали были очень важны...

Нау вздохнул.

- Файа - Свободный Народ, - наконец сказал он. - Мы хотим помогать людям - и они не мешают нам. Они сжигают людей - и мы не мешаем им. Это может принести вред нам самим, всей нашей расе, и поэтому мы терпим даже то, что нам не нравится, и делаем то, что можем...

- А люди знают, что через год превратятся в плазму? - перебила Хьютай.

Нау покачал головой.

- Нет. Мы не можем лишать их покоя...

- Я хотела бы увидеть сати, - вдруг сказала она. Собственная брезгливость начала казаться ей трусостью.

- Это возможно, - согласился Нау. - Завтра в Аромаре как раз будет сати. Это дальше, возле границы. Но, вы же понимаете... - он замялся. Хьютай так и не дождалась ответа и вспылила.

- Нет, не знаю. Я всего первый день в вашем мире!

Она готов была поклясться, что смуглые щеки Нау темнеют от румянца.

- Понимаете... все, кто отправляется на сати... они должны быть обнаженными. Совсем. Даже весм надевать нельзя. И... украшения тоже. Это всё потому, что во время самого обряда... - Нау смолк, его душил стыд.

Хьютай догадалась о том, что происходит во время обряда, и каков его истинный смысл. Она встала. Продолжать разговор ей внезапно расхотелось.

............................................................................................

- Ты уверена, что мы должны это делать? - спросил Анмай, в десятый уже, наверное, раз. Весь день они проспали, измученные суточным ожиданием в Товии, а всю ночь прозанимались любовью, - без особого рвения, просто чтобы убить время и не думать слишком много о том, что ожидает их. Сейчас уже занималось утро. Они сидели нагишом в отведенной им комнате, очень похожей на комнату Нау. - Ведь нам пришлось отослать наших защитников. А оружия у нас не будет. Только голые попы.

Хьютай пожала плечами.

- Нау говорит, что их страна совершенно безопасна. Днем, по крайней мере.

- Ты уверена, что ему можно верить? Нау 78 лет, а его интересы застряли на уровне пятнадцатилетки! Да и его... подданные не лучше. Ты уверена, что они не растащат наши вещи, пока мы будем щеголять нагишом?

Хьютай вздохнула.

- Нет. Не уверена. Но мне кажется, там, в Аромаре, произойдет нечто, очень важное. А хорошее или плохое... не знаю.

- А я знаю. Я видел их глаза... у многих они пустые, а внутри... ждет лишь повода, чтобы вырваться, что-то очень скверное, - Анмай нахмурился. - Я чувствую себя так, словно собираюсь купаться в жиже с червями. Брр!

- Но мне это нравится! - Хьютай усмехнулась. - Пошли! Уже пора.

.............................................................................................

Прежде всего, они собрали всё свое немногочисленное имущество - два гибких силовых пояса, два ножа, тяжелый излучатель Анмая. Всё это одиноко осталось лежать на их постели. Даже шкафчиков в домах местных файа не было - только полки... Поверх оружия легли два серебряных браслета - их последняя связь с Укавэйрой. Заперев дверь, Хьютай почувствовала себя неуютно. Сейчас они были совершенно беззащитны... но именно поэтому она ощутила себя только что родившейся в этом мире...

Она вздохнула и осмотрелась. За окнами коридора ещё лежал предрассветный полумрак. Очень далеко, за склонами холмов, разгоралась рыжеватая заря.

- Жаль, что нельзя ничего одевать, - заметил Анмай, приоткрыв дверь на улицу. - Снаружи довольно холодно.

Хьютай с интересом взглянула на его нагое тело и босые ноги. Их одежду она ещё вчера утром аккуратно свернула в тючок, чтобы взять с собой, - с подозрением, что иначе никогда её не увидит.

- Зато сейчас все ещё спят, и нас никто не увидит в таком... виде. Всё хорошо.

- Сейчас да, а потом... - Анмай зябко повел плечами.

- Не бойся, я взяла одежду, - она легко шлепнула его по голому заду. Анмай фыркнул, и, распахнув дверь, быстро вышел на улицу. Хьютай, усмехнувшись, сунула их вещи в сумку и последовала за ним. Прохладный, влажный предутренний воздух окружил её, и на миг она ощутила, что взлетает...

............................................................................................

Они мчались верхом на коне по покрытой пышной травой степи. Справа, вдали, поднимались белые горы, слева синело бескрайнее озеро. Конь был невзнуздан, Анмай, нагой, держался за гриву, Хьютай, тоже нагая - за его талию. В целом, ощущения были... интересные. Ещё никогда, наверное, она не ощущала себя такой живой. Тем не менее, она невольно подумала, что прекрасное животное, на котором они сейчас ехали, не миновало внимания здешних генных инженеров - иначе оно не смогло бы почти беспрерывно мчаться с двойным грузом на спине, без малейших признаков усталости...

Впереди уже показалась Аромара - беспорядочное скопление высоких деревьев, за которыми темнели многоэтажные массивы древних на вид каменных зданий. Анмай пришпорил коня босыми пятками - за ними полнеба затянула грозовая туча. Хьютай рванула его за плечи.

- Стой! Нам же нужно одеться!

- Мы же всё равно промокнем до нитки! И потом...

Хьютай уперлась руками в его плечи и секундой позже спрыгнула. Анмай, разворачиваясь, вздыбил коня. Увидев, как она смеется, он перевел дыхание. Тем не менее, она отказывалась взбираться на коня, пока они не оденутся, и Вэру пришлось подчиниться подруге. Впрочем, ливень настиг их прежде, чем они въехали в Аромару...

............................................................................................

Не желая терять времени, Анмай въехал прямо на центральную площадь Аромары, где их окружила пёстрая толпа собравшихся - Жители и Воины. В ней Хьютай заметила нескольких автоматчиков-Воинов и совершенно обнаженных файа и людей. Нау недаром предупреждал её о здешних нравах, но, к её удивлению, раздетых оказалось немного. Это уже совсем ей не понравилось. Файа не соблюдали даже своих собственных правил, на которые она сама уже было настроилась...

Среди толпы выделялся Ведущий Аромары - настоящий Ведущий, в отличие от босоногого и наивно-любопытного Нау, в длиннополом черном одеянии и сандалиях на босу ногу. Под ним блестел металл панцирной кирасы. Верхнюю одежду стягивал гибкий железный пояс, на котором висел кинжал. Хьютай уже немного разбиралась в здешнем кодексе одежды, и сразу поняла, что перед ней - один из высших жрецов Рэтиа. Анмай спрыгнул с коня, поручив его заботам местных, и, держа её за руку, подошел к нему. К удивлению Анмая, жрец сразу узнал их.

- Вы - Найте Лай и Яната Тайра, наши гости из звездных бездн Сети, - спокойно сказал он.

Хьютай невольно вздрогнула.

Однако! Похоже, что Нау не только предупредил его о нашем визите, но и показал ему наши изображения! Это было уже довольно неприятно. Раз уж даже Яната смогла опознать их, то что говорить о жреце?..

- Я - Канро Ийэрс, - между тем представился жрец. - Вы здесь затем, чтобы принять участие в сати?

Хьютай растерялась. С одной стороны, ей отнюдь не хотелось в нем участвовать. С другой, отказ мог повлечь какие-то, быть может неприятные последствия...

- Нет. Мы хотим только посмотреть.

К её облегчению, Ведущий воспринял и это совершенно спокойно. Он не обращал внимания даже на хлещущий им на головы дождь.

- Это против правил Рэтиа, но не в моей воле запрещать вам что-либо. Смотрите. И в следующий раз, возможно, вы измените своё мнение...

- Как будет приноситься жертва? - спросил между тем Анмай.

- Сожжение заживо, - улыбнулся жрец. - На не очень-то быстром огне. Это придает любовным играм особенную остроту, вот увидите.

Хьютай смогла ничем не выдать себя. Лишь её серые глаза недобро прищурились, и непостижимая бездна за ними вынесла приговор: смерть. Смерть этому жрецу и всей этой безумной расе. Канро, впрочем, не заметил этого...

- Повсюду в Сети мы совершаем великое таинство сати, и повсюду великие файа торжествуют над низшими тварями... - вещал он, но она уже не слушала его, торопясь уйти подальше - пока ей не изменила выдержка...

.............................................................................................

- Он явно свихнулся со своими любовными играми, - зло сказала Хьютай, когда они, наконец, отошли в сторону. - Они все свихнулись. А чьё мясо мы ели тогда, у Нау? Тьфу!

- Рэтиа двулика, - осторожно заметил Анмай. - С высшей моралью в ней уживается кровавая древность. Тьма древних религий - с высшей технологией. В конце концов, согласно обычному статистическому распределению, даже здесь, в Аромаре, должен найтись хотя бы один нормальный, я уж не говорю о...

Он замолчал, заметив, что все вокруг всё же раздеваются. Впрочем, не все - он заметил черную мантию жреца и мокрые комбинезоны автоматчиков, но те тут же куда-то исчезли. Через минуту все на площади остались совершенно нагими. Хьютай заметила, что на них двоих оглядываются, и не сказать, что оглядываются дружелюбно. Она невольно поёжилась.

- Не обязательно снимать всё, - торопливо начал Анмай, - но лучше не дразнить гусей...

Под пристальными взглядами нескольких пар глаз он разулся, скинул комбинезон и стянул футболку, оставшись лишь в своих узких белых трусиках. Хьютай ограничилась снятием сандалий. Вскоре смотреть на них перестали. Резкое хлопание в ладоши возвестило начало обряда.

Парни и девушки построились в ряды, которые двинулись друг мимо друга, виляя обнаженными бедрами. Это походило на танец. Хьютай слышала рев ливня, трещали под ветром деревья, бешеные порывы шквала несли мелкую водяную пыль между темных стен угрюмых каменных громадин, - а молодые голоса выкрикивали имена особенно красивых парней или девушек. Она молча смотрела на них. Ей показался диковатым этот полутанец под дождем, под свирепое сверкание молний...

Наконец, самая красивая пара была выбрана. Нагая толпа тоже разбилась на пары, и, смеясь, устремилась к окраине селения. Анмай и Хьютай тоже пошли по широкой улице, стараясь не отстать от неё. Она видела прекрасные юные лица, парни и девушки файа смеялись, держась за руки, словно всех их ждало что-то очень хорошее...

Миновав улицу, они вышли на просторную поляну. В её центре чернело огромное пятно гари. Посреди его, на высокой клетке из бревен, стояла обычная клетка, тоже деревянная. Сверху её прикрывала широкая крыша - очевидно, чтобы дрова не промокли, когда пойдет дождь...

Между скрещенных брусьев что-то шевелилось. Хьютай разглядела пятерых нагих светловолосых людей, явно очень молодых, - они с ненавистью смотрели на файа. До неё донеслись проклятия и брань. Глаза пленников блестели такой ненавистью, что она невольно вздрогнула. Будь она хоть немного материальной - все здесь были бы уже мертвы...

Против клетки стояла невысокая каменная пирамида с усеченным верхом. На эту своеобразную трибуну поднялся жрец. Нагие пары разошлись по широкому кругу вокруг клетки и застыли, по-прежнему держась за руки и повернувшись лицами друг к другу. Ещё дальше, широким кольцом, расположились такие же обнаженные люди.

Жрец воздел руки и затянул что-то заунывное. Ему нестройно подпевали. Это напоминало унылую, ненужную формальность. Вскоре все смолкли. Жрец вновь воздел руки - на левой блеснул весм. Все остальные, как заметила Хьютай, были совершенно обнажены. Буквально ни одной нитки...

Самая красивая пара подошла к нему. Он, склонившись, протянул им блестящий округлый предмет... они, склонившись ещё ниже, приняли его... прошли между неподвижно застывшими парами... не обращая внимания на крики обреченных, положили его в основание костра. Юноша опустился на колени... что-то нажал... они спешно отошли, слившись с иными парами.

Глухо треснуло, в основании костра взметнулись языки пламени... и файа начали ласкать друг друга, словно исполняя какой-то странный танец. Его начала первая пара, крепко обнявшись. Остальные следовали за ней, повторяя все её движения...

Хьютай оглянулась. Люди тоже со смехом бросались друг на друга, повторяя веселую игру. На это никто не обращал внимания. Они оказались здесь единственными зрителями. Сырое дерево разгоралось медленно, шипело, дымило, обреченные люди кричали от ужаса...

Словно для контраста, ливень вдруг кончился, тучи разошлись. Солнце над горизонтом горело так ярко, что каждая капля воды на траве сияла звездой... в свежем, прохладном воздухе метался шорох, смех, треск, клубился сизый дым. Прежде, чем занялось деревянное днище клетки, прошло минут десять. Наконец, пламя взметнулось смерчем, дым почернел, треск перешел в рев, крики людей сменились душераздирающими воплями. Пары извивались, падали на траву, доносились стоны, мелькали босые ноги... люди помоложе тоже сплетались парами, остальные с жадным любопытством смотрели на них...

Хьютай вдруг потеряла ощущение реальности. Всё вокруг она видела словно в первый раз. Множество нагих пар любилось на широкой поляне, прямо на мокрой, утоптанной траве, - а в её центре пылал огромный костер. На нем, в деревянной клетке, вопили и корчились люди. Она поняла, что именно их адские вопли, жар огня и вонь паленого мяса придавали этим любовным играм особую остроту чувств - как и было обещано...

Она видела прекрасные лица девушек, их грязные пятки, упиравшиеся в дергающиеся зады парней, сплетенные бедра нагих пар, высокого файа в черном - он стоял на пирамиде и смеялся, глядя на всё это, столб черного дыма, вздымавшийся в чистые небеса - в них застыла неестественно огромная скорбная луна... слышала стоны наслаждения, видела босые ноги девушек, скрещенные на поясницах парней. Их руки в экстазе в кровь раздирали их спины, босые ноги кончающих парней судорожно упирались пальцами в землю... судя по дико блестевшим глазам Анмая, ему нестерпимо захотелось завалить её на мокрую траву и тут же овладеть ей. Во всей этой сцене проступало что-то противоестественное и чудовищное, - и, вместе с тем, ещё никогда она не чувствовала с такой остротой радости жизни. Всякий, увидевший эту сцену, ворвался бы в неё, - либо скидывая с себя всю одежду, либо с оружием в руках. Хьютай же лишь молча смотрела. Она отстраненно думала о запрете на оружие - теперь понятно почему...

Хьютай встряхнула волосами. Увиденное уже ничего не могло изменить. Но если бы она сейчас могла - она попросила бы Укавэйру уничтожить всё это, даже вместе с ней. Впрочем, можно обойтись и без неё. В конце концов, у неё есть руки...

Она не знала, что стала бы делать дальше - но тут Анмай, буквально одним махом сорвав с неё всё, что на ней было, вдруг крепко обнял её, и для неё тоже всё исчезло. Он тоже сорвал с себя трусики, швырнул подругу на траву и мгновенно овладел ей, яростно двигая бедрами, крепко сжимая руками её плечи. Сжигаемые кричали всего несколько минут - но и этого хватило, чтобы все файа на этой площади забыли обо всём на свете, кроме друг друга, и получили неестественно сильное, запретное наслаждение...

............................................................................................

Хьютай вернулась к реальности, лежа на спине и ошалело глядя в бездонное синее небо. Грудь её судорожно вздымалась, сердце в ней билось туго и сильно. В ушах у неё до сих пор звенело от дикого вопля Анмая - он атаковал её с такой яростью, что в конце концов всё её тело свела резкая судорога, и она тоже закричала, зажмурившись. Её женская суть бешено запульсировала - и она тоже кончила так, что едва не потеряла сознания. Что было бы, безусловно, крайне обидно, - ощущения продрали до пяток, и сейчас она чувствовала себя так, словно заново родилась. Низ живота до сих пор сладко жгло, его тугие мышцы непроизвольно подергивались от блуждающих по ним отголосков этой пронзительной вспышки, и она замерла, опустив ресницы, жадно ловя эти последние искры наслаждения...

Наконец, Хьютай отдышалась и остыла. Приподнявшись на локте, она осмотрелась. Времени прошло побольше, чем она думала. Все уже затихли, костер осел и превратился просто в груду головней. Кроме дремлющих пар вокруг никого не осталось. А впрочем...

В стене ближайшего здания зияла арка, забранная массивной решеткой. В ней застыли ещё три светловолосых фигуры - здесь от пленников не скрывали их судьбы, напротив, давали рассмотреть её в мельчайших подробностях...

Опомнившись окончательно, Хьютай поднялась на ноги, всё ещё ошалело осматриваясь. Её подтолкнул нагой Анмай.

- Ух! Ну и мерзость! Но я чувствую себя, как новый, и начинаю понимать, в чём смысл всего этого... Что нам делать дальше? Вернемся в Олаиру?

- Сначала давай оденемся. А потом...

Но одеться оказалось невозможно - ошалев от страсти, он попросту разорвал свои трусики. Её же футболку он и вовсе разодрал до пупка, а от её шорт отлетели все пуговицы. Трусиков и лифчика она же по всегдашней привычке не носила.

Смущенные и напуганные этой дикой вспышкой страсти, они побежали прочь с поляны, на площадь. Но их лошадь, на которую была навьючена сумка с едой, сброшенный Вэру комбинезон и вся их остальная одежда исчезли - так фанатики сати решили наказать неверующих. Хьютай лишь вздохнула. Они уйдут и пешком, но сперва им нужно одеться. Сейчас нагота казалась ей ужасной уликой преступления...

В поисках одежды они подошли к одному из угрюмых темных зданий. Возле громадных чугунных дверей никого не было, за ними тоже. Миновав их, они оказались в полутемном вестибюле. Хьютай замерла, прислушиваясь, но вокруг царила тишина. Судя по всему, кроме них во всем огромном здании не было ни души. Осмотревшись, она нырнула в ближайшую распахнутую дверь, тоже чугунную. Изнутри здание ещё больше напоминало крепость...

Беззвучно шагая босиком, они пошли по высокому полутемному коридору. Вдруг свернув в сторону, Хьютай толкнула одну из дверей, как оказалось, не запертую. К её радости, за ней никого не оказалось. Здесь была, очевидно, жилая комната - две аккуратных постели, стол, какие-то шкафчики...

В одном из них они нашли белые туники Жителей и сандалии, очевидно, оставленные здесь ушедшими на сати. Они пришлись им почти впору. Трусиков под туники не было - похоже, здесь их тоже не носили...

Одевшись, Анмай стал бесцеремонно рыться в шкафчиках, бросая вещи на пол. Хьютай помогала ему. Её находка была довольно неожиданной - пара вороненых пистолетов в кобурах, которые следовало носить в подмышке. Очевидно, на Эрайа каждый Житель должен был иметь оружие. Она осмотрела его - двенадцать патронов, автоматический огонь, три магазина в кармашках кобуры, один - в рукояти...

Хьютай взглянула на пару весмов, тоже оставленных Жителями, - огни связи на них не горели, - и бездумно опробовала на них пистолет. Пуля отскочила от пораженного ею браслета, расщепив пол. Массивный корпус весма оказался невероятно прочным. На нем осталась только небольшая вмятина. Сам весм, правда, подскочил и с лязгом отлетел в угол.

- Однако! - воскликнул Анмай. - Что дальше?

Хьютай задумалась... и вздрогнула, поняв - что...

Почему меня всегда тянет к черт знает чему?.. - подумала она. Но отступить она уже не могла. После всего, увиденного тут, это стало бы чудовищным предательством самой её сути...

- Ты видел арку на площади? - спросила она. - Я хочу освободить пленников.

Анмай только кивнул. Он сразу понял, как надевать оружие под туники, чтобы оно было незаметно...

.............................................................................................

Вооружившись, они осторожно пробрались назад. На площади возобновилась возня, доносились стоны, смех. Костер стал грудой рдеющих углей. Теперь всё это выглядело весело и безобидно...

Прячась в кустах, неестественно разросшихся вдоль стены здания, они подобрались к арке. Хьютай заглянула внутрь, встретив взгляды трех людей, одетых в грязные лохмотья светлой, очевидно, некогда военной формы. Они вдруг показались ей неуловимо знакомыми. Судя по лицам, они находились в плену всего несколько дней. Сами их лица, - бледные, узкие, странные и чужие, - выглядели некрасивыми, но глаза...

Взглянув в них, она растерялась. На какое-то мгновение она почувствовала себя девчонкой рядом со взрослыми мужчинами. Наверное, тот, на кого она смотрела, почувствовал похожее. Ненависть погасла в глазах человека, и Хьютай поняла, что это глаза существа, способного мыслить, воспринимать искусство и осмысливать жизнь. Сейчас эти глаза светились почти безумной надеждой...

Она осмотрелась. Тюрьма никем не охранялась, глухая дверь заперта на обычный засов - в самом деле, кто здесь подойдет и отодвинет его?..

Она с усмешкой сдвинула заржавевшую полосу и взялась за чугунную дверь - настолько массивную, что лишь упершись ногой в косяк ей удалось её открыть...

Едва дверь распахнулась, люди бросились наружу. Один из них, - самый сильный на вид, с грубым лицом и с бешено блестевшими глазами, - оказался прямо перед Анмаем. Мгновение спустя он ударил его в лицо. Ослепленный болью парень инстинктивно ответил тем же - человек отлетел назад и врезался затылком в стену.

- Стой! - два крика прозвучали одновременно. Первым крикнул высокий, на которого смотрела Хьютай. Вторым крикнул Анмай - ей. Она выхватила оружие и прицелилась в ударившего его. Ему же кричал и высокий. Третий человек, потоньше, повис на плечах второго. Впрочем, Хьютай поняла, что окрик Анмая спас всех троих от немедленной смерти. Он поднес руку к лицу - кровь из разбитого носа потекла по губам, попала в рот...

Первый человек продолжал пристально смотреть на неё... или мимо?.. Хьютай опомнилась и обернулась. К ним спешил невесть откуда появившийся тут жрец, его лицо исказило удивление и страх, потом его рука легла на рукоять кинжала...

Краем глаза она заметила, что второй мужчина стряхнул с плеч третьего и бросился к ней, пытаясь вырвать у неё оружие. Хьютай не стала в него стрелять - она лишь опрокинула его метким пинком в голень. Потом, прицелившись, она спустила курок.

Оружие вдруг рявкнуло, выплюнув струю огня. Канро завертелся и упал, словно запутавшись в своем плаще, превратившись в бесформенную груду тряпок. Он, вне всяких сомнений, был мертв - очередь из автоматического пистолета проделала семь дырок в его сильном теле. На черноте ткани расползлись бурые пятна - панцирь ему не помог, он оказался явно декоративным, надетым лишь для внушительности...

Хьютай, однако, знала, что это мнимая смерть. Всего через полгода Канро вернется. И даже отсутствие весма мало что тут меняло - файа без него умирал, его сознание гибло, но его матрица оставалась, и для воскресшего всегда проходило всего несколько секунд со времени снятия копии...

Лишь мгновение понадобилось Анмаю, чтобы вспомнить про своё скрытое оружие, ещё мгновение - чтобы сунуть руку под тунику и нащупать рукоять пистолета в открытой кобуре. Ещё через миг он выхватил оружие, одним махом передернул затвор...

Хьютай тоже не теряла даром времени - она мгновенно перезарядила пистолет и прошлась очередью по сплетенным фигурам на площади - несколько тел осело, брызгая кровью.

На площади вспыхнула чудовищная паника - файа побежали кто куда, сбивая и топча друг друга. Мелькали голые пятки и задницы, бегущих сталкивали в костер, и они корчились на углях, истошно визжа. Возможность умереть навсегда буквально свела их с ума.

Анмай колебался, но вид убегающих ублюдков оказался сильнее жалости. Он тоже вскинул оружие и открыл огонь.

............................................................................................

Взглянув на него, Хьютай удивленно замерла. Анмай стрелял с огромной быстротой, почти очередью, и притом очень точно - после каждого выстрела один из беглецов кувыркался и падал с пробитым затылком, чтобы уже никогда не подняться. Это усилило панику - теперь шум убегающих напоминал топот вспугнутого стада быков, визг раненых и обожженных заглушил выстрелы. Вся толпа бросилась к зданиям - к укрытиям и к оружию, столь неосторожно оставленному ими. Но улица оказалась слишком узкой для толпы. Теперь файа не столько убегали, сколько топтали друг друга, образовав чудовищную свалку. Глядя на неё, первый мужчина тоже крикнул:

- Бежим!

Люди бросились вдоль стены, в другую сторону от убегавших файа. Хьютай последовала за ними. Анмай, на бегу перезаряжавший оружие, прикрывал отступление.

.............................................................................................

Они обежали здание, столкнувшись за углом с парой спешивших на шум автоматчиков. Всего двух выстрелов Хьютай хватило, чтобы оба Воина свалились с пробитыми лбами. Она пробежала мимо них, но двое следующих за ней людей сноровисто подхватили их автоматы, вытащили что-то из карманов комбинезонов подстреленных, и побежали дальше. Хьютай не смотрела на убитых. Она сообразила, что весь её недавний ужас бесследно исчез. Осталось лишь ощущение нереальности происходящего.

Беглецы миновали здание, подбежали к следующему. Теперь Хьютай догадалась об их цели - в цоколе огромного здания зияли ворота гаража, открытые и никем не охраняемые. Внутри стояли крытые грузовики-фургоны. Отсутствие преступности у файа обернулось на сей раз против них. Дверцы машин тоже не были заперты, их моторы запускались одним нажатием кнопки...

Едва их грузовик выехал, высокий мужчина бросил внутрь гаража две гранаты, выхваченных на бегу из карманов застреленных Воинов. Там грохнуло, зазвенело стекло, затем из ворот вырвалось пламя - должно быть, взорвались бензобаки оставшихся внутри машин. Через минуту Аромара осталась позади.

.............................................................................................

Опомнившись, Хьютай сообразила, что она с Анмаем сидит в кабине грузовика, вместе с высоким мужчиной. Остальные двое оказались в автобусном кузове. Они напряженно смотрели на них - Хьютай видела их через заднее стекло. Она усмехнулась и посмотрела на своих спутников.

Первый, тот, кто смотрел ей в глаза там, в тюрьме, а сейчас уверенно вел машину, был высок и мускулист, он приходился ровесником Анмаю - если считать его настоящий возраст, то есть где-то лет тридцать. Из-за коротко стриженных светлых волос его голова казалась неестественно маленькой. Лицо узкое и твердое, странноватое, но довольно красивое, суровое - высокий лоб, массивная челюсть и ледяные голубые глаза...

Второй человек, насколько она успела разглядеть, был постарше, потоньше, с более мягким лицом. Хьютай подумала, что ему ближе искусство и наука, чем война.

Третий мужчина выглядел более молодой, массивной и грубой копией первого. Все трое были в грязных лохмотьях. Впрочем, Анмай тоже выглядел не лучше - лицо в крови, туника разорвана до пояса, глупое мальчишеское лицо... не то заложник, не то предатель... а эти трое кого-то ей напоминают... ну да - Уэрка, Ами и Окрус, Философ... хотя внешне на них они не похожи, и имена у них, разумеется, другие. Но она всё же оказалась, наконец, на нужной стороне, - на стороне Философа. Правда, для этого ей потребовалось тринадцать тысяч лет...

Хьютай опомнилась. Они выехали на дорогу, идущую на юг - в глубину страны файа, в Олаиру, а не пытались прорваться к границе. Впрочем, куда им ещё идти? Месть файа настигнет их всюду - если её не остановят другие файа...

Огромный вертолет завис над дорогой, отрезая им путь. Здешние файа порой всё же действовали быстро.

.......................................................................................................

Хьютай удивленно разглядывала вертолет - более нелепой машины ей ещё не приходилось видеть. Угловатый бронированный корпус на высоком четырехстоечном шасси, этажерчатый хвост, двухъярусный ротор... Но пушка под кабиной и цилиндрические пучки пусковых ракетных труб на коротких крыльях придавали ей весьма зловещий вид.

К удивлению Хьютай, её спутники оставались совершенно спокойными. Она поняла, на что они надеются, и, выглянув наружу, помахала рукой. Убедившись, что в машине находятся файа, вертолет сразу улетел. Высокий мужчина внезапно захихикал.

- Достаточно ручкой помахать! А мы-то!.. Поганые вы всё же твари, - он повернулся к ней. - Убиваете своих же, предаете, одно слово - нелюди.

Хьютай нечего было возразить. Она промолчала. Больше за всю дорогу никто из них не сказал ни слова.

............................................................................................

Вернувшись, наконец, в Олаиру, она устало растянулась на постели. В открытое окно дул легкий ветерок, солнце уже клонилось к закату. Весь этот день казался ей теперь сном.

Они добрались до цели без происшествий и расстались молча, но командир людей сказал, что она (он не знал её имени) может прийти вечером на окраину селения, чтобы продолжить разговор. Сейчас же делать было абсолютно нечего. По возвращении им пришлось выслушать причитания испуганного Нау, сокрушавшегося, что его гости подверглись такой опасности и чуть было не погибли - он так ничего и не заподозрил, не получив обычной информации от покойного уже Канро...

Зато сообщения по радио оказались куда приятнее. Сообщалось, что при нападении диверсантов погибло семнадцать файа. Если учесть насмерть затоптанных в свалке, число жертв приближалось к тридцати. Ещё больше сотни оказались ранены или изувечены в этой же свалке. В Аромаре разгорелась паника. Едва Ведущий Канро погиб, его община распалась. Большая часть её Жителей рассеялась по ближайшим общинам. Несколько грузовиков с беженцами прибыли и в Олаиру, принеся панику и сюда. Теперь все файа до единого нацепили весмы, многие - и оружие. В сочетании с босыми ногами и туниками оно выглядело на удивление нелепо. Что ж, с мрачным удовлетворением подумала Хьютай. Из палачей, как известно, выходят очень скверные солдаты...

Ей не было дела до бессмысленной суеты. Она просто думала о всяком, лежа на постели и ожидая, когда зайдет солнце.

..............................................................................................

Когда, наконец, стемнело, она быстро поднялась. Анмай натянул новый, присланный Нау комбинезон, надел силовой пояс - больше он не собирался позволять себя бить. Потом, вместе с Хьютай, тоже одевшейся в новое, вышел на улицу.

Олаира до сих пор бурлила. На окраине они обнаружили охрану - с десяток автоматчиков и танк, нелепое коробчатое сооружение, явно не первой свежести. От него воняло порохом и горелой соляркой. Охрана правда оказалась не бдительной, по крайней мере к ним. Они даже не спросили, куда направляется одинокая пара, и лишь пожелали ей счастливого пути. Но всего Олаира выставила шестнадцать таких отрядов, - больше трехсот бойцов, и была готова к любому нападению...

............................................................................................

На опушке леса Хьютай, как и было условлено, встретила проводников, пару подростков. Как она и ожидала, они не пошли в Олаиру людей. Их провели на уединенную поляну на краю зарослей - тех самых, где они приземлились недавно. Здесь их ожидала спасенная троица, и ещё несколько парней, не скрывавших оружия. Некоторое время они молча разглядывали друг друга, без особенной радости.

- Итак? - наконец, спросила Хьютай, когда молчание затянулось. - Может, вы хотя бы назовете мне свои имена?

- А кто ты? - спросил кто-то.

- Я? Хьютай Вэру, бывший Единый Правитель Фамайа. Достаточно?

- Ещё одна самозваная богиня?

Вместо ответа Хьютай сжала спрашивающего силовым полем. Человек повис в воздухе, затем упал на землю. Донеслись испуганные крики.

- Спокойно! - крикнула она. - Я не желаю вам зла. Так с кем же я говорю?

- Вими Ансу, полковник Оборонительной Армии, - неохотно представился первый их попутчик.

- Юки Бекмар, - сказал второй мужчина, постарше, - военный инженер.

- Налу Саэр, сержант, - представился последний. Он до сих пор глядел на Анмая с ненавистью.

- Постойте, это же файские имена! - удивилась Хьютай.

- Конечно. А ты хочешь, чтобы мы сказали тебе настоящие?..

Хьютай промолчала.

- Анмай Вэру, - её парень закончил церемонию.

- Итак, что же вам от меня надо? - спросила Хьютай.

- Нам нужна помощь, - не глядя на нее, сказал Вими. - Не важно, от кого.

- Очень славно. И в чем же?

- Мы хотим знать, почему вы... возвращаетесь после смерти, - сказал Юки. - Ваши тела... файа можно убить. Но, если сделать это, их копии вернутся. С... памятью о своей смерти.

- Вернутся с помощью вот этого, - Хьютай приподняла руку с весмом. - В теле каждого файа есть наносеть. Она считывает всю деятельность его сознания и передает её в виде радиосигналов - конечно, очень слабых. Весм просто усиливает их и передает на стационарные ретрансляторы, - она показала на призматическое бетонное здание на гребне холма. На его крыше торчал целый лес антенн. Всё это окружало призрачное мерцание силового поля. - Он, в свою очередь, передает информацию в особый центр на орбите, где её записывают на матрицы. Или на новое тело, в случае гибели старого. Ничего сверхъестественного в этом нет - энцефалография, клонирование, информатика и хорошая радиосвязь. Конечно, её можно нарушить и тогда сознания файа погибнут. Но даже если сделать это, мертвые всё равно вернутся, - их копии, только без памяти о смерти.

- А на Уртаре так же? - спросил Юки. - У нас много ваших браслетов, но мы не можем вскрыть их без взрыва...

Хьютай усмехнулась.

- И на Уртаре. И на других звездах, где есть миры Сети.

- Разве вы умеете летать между звезд? - спросил Юки. - Мы знаем, что ваша родина - проклятая Уртара, откуда вы вторглись к нам две тысячи лет назад, но так и не смогли нас покорить!

- Лишь потому, что Сеть не имела такого желания, - возразила Хьютай. - Кстати, я совсем не знаю вашей истории...

Юки стал рассказывать - медленно и неохотно. Некогда существовала великая цивилизация людей - Эрайа была её родиной. Она достигла невероятного расцвета, а потом погибла от неведомой катастрофы. Люди были отброшены едва ли не к каменному веку, но вновь стали карабкаться вверх. Но тут на них свалилась новая напасть. Вторжение файа началось две тысячи лет назад. С тех пор на Эрайа не прекращается война.

- А когда случилась катастрофа? - спросил Анмай.

Юки зло посмотрел на него, но всё же продолжил рассказ. Катастрофа случилась три тысячи лет назад. Тысячелетие же спустя с холодной Уртары вторглись полчища файа - искусственных существ, созданных людьми для её освоения. Оставшись без контроля, они превратились в злобных монстров. К счастью, файа - никудышные стратеги, действуют разрозненно и глупо. Им так и не удалось покорить человечество. К сожалению, у них больше машин и оружия, к тому же, их поддерживает их родина, Уртара. Потому и выгнать их не удалось.

Хьютай усмехнулась.

- Довольно точно... отчасти. Но на самом деле Эрайа - наша родина, наша культура родилась на ней... - она рассказывала долго. Историю файа она для наглядности упростила, оставив только Сеть, но уж о ней рассказала всё, что знала. Люди не могли поверить, что являются лишь игрушками всесильных и безжалостных существ. Больше всего их поразило известие о том, что Эрайа и им самим осталось жить всего 328 дней. Как ни билась Хьютай, смысл угрожающей опасности остался им непонятен. Их представления и знания об устройстве Вселенной слишком различались - как минимум, на десять тысяч лет развития...

- Какого черта вы нам это сказали? - спросил Вими, когда она закончила рассказ. - Хотите насладиться нашим отчаянием? Вам мало наших мук?

- Нет. Ненавижу враньё. Разве этого мало?

- Значит, вы хотите бросить этот мир и уйти?

- Не мы с Анмаем лично, но Сеть да. Но его ещё можно спасти. А если нет - эти не тоже должны уйти.

- За что ты так ненавидишь свой народ? - вдруг спросил Юки.

Хьютай быстро повернулась к нему.

- Ненавижу? С какой стати? Я люблю свой народ не меньше, чем ты - свой. Беда лишь в том, что большая его часть стала выше моего понимания, а те, кто остался... я не знаю. Но те, кого я здесь встречала, - позор нашего народа. Их гибель принесет больше пользы нам, не вам. Предатель ли тот, кто предает предателей?.. Мне кажется, что он лишь восстанавливает равновесие. Так что я не предательница... в вашем смысле.

- С какой стати мы должны вам верить? - не сдавался Юки. - Все эти сказки о том, что вы можете сами строить себе миры, и не нуждаетесь в чужих? Почему же вы тысячелетиями изводите нас?

Хьютай разозлилась. Она вскинула руку - сконцентрированное силовое поле, словно шквал, полоснуло по зарослям. Несколько деревьев сломалось. Вновь донеслись испуганные крики.

- Вот почему! В это вы верите? А этим, потерявшим честь, это доставляет удовольствие. Да, я люблю свой народ, - повторила она. - Но большая часть его... ушла, а остальная... Все файа в этом мире, по крайней мере, большинство их, - ненормальные садисты. Они не должны осквернять нашу родину.

- Тогда как же вы допустили такое? - спросил Юки.

Хьютай вздохнула.

- В каждой культуре присутствует неизбежный элемент зла. Если бы не тайное отвращение к машинам, свойственное моей расе, - по меньшей мере странное для создателей величайших машин, - зло было бы изолировано в виртуальном мире, а не в реальном. В этом и заключается преступление файа Сети.

- Если всё так, то наша родина на самом деле лежит в ином мире, и существует бог Айэт, борющийся со злом... как это записано в Рэтиа, - сказал кто-то за спиной Вими. Хьютай не смогла его разглядеть.

- Я могла бы открыть вам историю Линзы, - начала она, - впрочем, вы её всё равно не поймете. А Айэт... он был славным юношей. Кем он стал сейчас - я не знаю. Но он был лучшим файа, которого я знала... - окончание фразы потонуло в негодующих криках. Хьютай смолкла. Она видела, что ничем не сможет завоевать доверие этих людей, которые были настроены к ней более чем враждебно. Она решила просто не обращать на это внимание. - Я вижу, вы все меня ненавидите, - сказала она тройке беглецов, - хотя я спасла вас всех, ваши жизни. Вы ненавидите всю мою расу. У вас есть конкретные причины для этого?

Вновь поднялся негодующий шум. Вими успокоил своих товарищей и заговорил сам.

.............................................................................................

Да, у них были причины. Файа регулярно устраивали атаки - часто лишенные смысла, но почти всегда удачные. На северном материке, Ламайа, люди отвечали файа ударами возмездия. Чаще всего это были обстрелы дальнобойными ракетами или налеты самолетов, сбрасывающих управляемые бомбы. Иногда их удавалось сбивать, но ракеты почти всегда достигали цели - заводов, военных складов, мостов или просто больших скоплений файа, здесь же - нет. Файа нападали беспричинно, часто безрассудно, но всегда внезапно и всегда - превосходящими силами. Их действия были чудовищно банальны - сожженные дома, поля, изнасилованные женщины, грабежи и убийства. Они и пленных брали большей частью затем, чтобы на досуге замучить их пытками до смерти.

- Ты сама видела, как ваши убивают пленных, - с ненавистью сказал Вими. - Такова ваша высшая раса! Ваши воины не брезгуют даже использовать яд или отравленное оружие.

- Но большинство файа предпочитает драться честно? - спросил Анмай.

- Да, - неохотно признал Вими.

Не в этом ли привлекательность Игры? - подумала Хьютай. - Возможность безнаказанно убивать нравится всё же немногим. А вот возможность почувствовать себя сверхсуществом, победителем низшей расы - да.

Она задумалась. Для Сети это был способ избавления от носителей зла - от окалины, как говорила Укавэйра. Для людей же подобный контакт теоретически должен был послужить прекрасным стимулом к развитию, - чего, похоже, здесь нет. Не так уж и жестоко с ними обходятся, чтобы они вовсе уже не развивались. Впрочем...

- Вы считаете себя выше файа? - прямо спросила она.

Вими усмехнулся.

- Да.

- И в чем же? Физически файа неизмеримо совершеннее вас - они могут летать между звезд, а для вас это недоступно, если вы не изменитесь, как изменились мы.

Юки вновь начал рассказывать. Да, файа знали неизмеримо больше и люди уступали своим врагам почти во всём. Но в одном и самом важном они смогли превзойти файа, - в своём духе. Никто не сравнится с ними по мужеству. Ведь мужество файа строилось лишь на их бессмертии. Лишаясь его, они превращались в скулящих жалких слизняков.

- Ладно, пусть так, - сказала Хьютай. - Но ваше развитие искусственно тормозится. Развиваться вовне вы не можете. В то же время вы развиваетесь - равновесие недостижимо, есть либо прогресс, либо регресс - его я тут не вижу. Значит, у вас должно быть высокоразвитое искусство, литература, религия, наконец.

- У нас всё это есть, - усмехнулся Вими. - И очень скоро мы вас обгоним.

Хьютай усмехнулась в ответ.

- Сомневаюсь. Чтобы обогнать файа, вам нужно перейти межзвездный порог, создать сверхсветовые корабли. Для этого же необходимо овладеть принципами Эвергета, изменения физики, и при этом не погибнуть, что совсем не просто. У моего народа склонность к действию превосходила всё иное... Возможно, вам удастся вновь найти Линзу, соединиться с основной частью вашей расы, ведомой Айэтом. Возможно, нет. Никто, кроме нас, файа, не смог перейти межзвездный порог - ни одна из молодых рас, которые мы знаем. Но разум всё равно не погибает, если не считать очень маловероятных космических катастроф. По крайней мере, мы не нашли ни одного случая самоуничтожения разума, а ведь мы изучили множество рас, запертых в своих системах... Такие расы существуют иногда очень долго. Мы видели их творения, сложнейшие металлические сплетения, иногда вобравшие в себя целые миры или окружающие их... - Хьютай замолчала, вспоминая...

- Ты в самом деле видела всё это? - вновь спросил один из людей, очень молодой. Она пожалела, что не знает его имени.

- Не я. Мои соплеменники видели.

- И где они сейчас? - спросил вновь тот же юноша.

Хьютай вздохнула.

- Я не знаю. После моего... ухода они развивались много тысяч лет. Среди них есть и ваши соплеменники, люди... наверное. А потом... Перед тем, как мы... ушли, Укавэйра хотела объединить все разумные формы Вселенной. Это не удалось, у нас не было основы... Последней Формы. Но когда-нибудь мироздание изменится настолько, что... - она вновь замолчала, вдруг вспомнив, что в Союзе Файау велись работы по созданию гибридных форм жизни с ядерным метаболизмом. Наверняка, где-то и в современной Сети живут файа, способные летать без силовых поясов. И они должны обладать массой других невероятных способностей, о которых эти удивленно притихшие люди не имеют ни малейшего представления...

Она знала, чувствовала, что для неё их общество стало бы самым желанным. Хотя она и привыкла к одиночеству, оно оставалось мучительным. Что же ей делать? Учить людей убивать окалину было бесполезно и мерзко - Укавэйра справится с этим лучше. Рассказывать же о других мирах тем, кто, возможно, скоро умрет, было, как и сказал Вими, издевательством...

Так и не придя ни к каким выводам, она просто молча развернулась и пошла прочь. Анмай последовал за ней.

Едва они сделали несколько шагов, им в спины ударила автоматная очередь.

.............................................................................................

К счастью, браслеты Укавэйры мгновенно распознали опасность и успели включить силовое поле поясов. Испуганную пару окружили щиты. Хьютай услышала, как визжали пули, отлетая от невидимой брони. Оглянувшись, она увидела растерянные лица людей. Вими держал в руках автомат.

Так вот чем должна была окончиться наша встреча! - подумала она. - Если бы не Укавэйра, мы были бы уже мертвы.

Она ничего не сказала, лишь по очереди обвела людей взглядом. Очевидно, он оказался выразительней слов - люди бросились врассыпную. В несколько секунд поляна опустела. Хьютай знала, что их гнал не страх, а стыд - всё же, этот долг она вернула.

- Вот так всегда, - усмехнулся Анмай. - Пытаешься кому-то помочь, а в знак благодарности получаешь нож в спину.

..............................................................................................

Едва вернувшись домой, Хьютай устало растянулась на постели - вот уже сутки она не могла по-настоящему отдохнуть. Анмай стоял у окна. Вдруг он перегнулся и втащил кого-то в комнату - того самого юношу, спрашивавшего её на поляне.

Какое-то время они все удивленно смотрели друг на друга. Затем Хьютай принялась расспрашивать незваного гостя. Его звали Ай-Вими, он оказался сыном полковника. Сюда его привело любопытство - за все 17 лет своей жизни он ни разу не говорил с файа, хотя большую её часть провел в Олаире. Лишь сейчас Хьютай поняла, как глубока пропасть, разделившая две расы...

- И тебе не страшно было сюда пробираться? - спросила она. - Охрана здесь, конечно, ротозейская, но если увидят - могут подстрелить. Не страшно?

- Нет. Я уже не в первый раз бываю здесь...

- Юный разведчик? - спросил Анмай. - Тебе не приходилось никого убивать?

Юноша растерялся.

- Нет. Я... пришел сказать. Ойар... он просил сказать, что с Янатой всё хорошо. Она... она тоже хочет встретиться с тобой... и я решил помочь ей...

Хьютай задумалась. Ей тоже хотелось встретиться с Янатой, - но она знала, как плохо могла кончиться эта история. В данной ситуации самыми опасными были именно такие попытки сближения двух рас - с помощью личных контактов. На таких миротворцев обрушивались одновременно обе враждующие стороны. Время для этого ещё не пришло. А может, никогда и не придет...

Интересно, возможна ли любовь между юношами и девушками файа и людей?.. - подумала она, и тут же вспомнила Айэта и Ювану. - Да... ещё какая... Разумеется, она будет приятной для обеих сторон, - но совершенно бесплодной...

Она повернулась к Ай-Вими.

- Слушай. Я не могу это сделать... сейчас. Лучше будет, если ты позаботишься о ней. Ты согласен?

Юноша кивнул.

- Да. Только... Ойар и мой отец... они враги. Отец хотел убить его, но Нау сказал, что если с мудрецом что-то случится... заплатит вся Олаира.

- Понятно. А теперь возвращайся к себе. Не лезь в драки. Скоро всё изменится, я обещаю.

Ай-Вими кивнул.

- Я постараюсь. Ойар говорил мне, что ты богиня... это правда?

- И да, и нет. Если им нужен объект для поклонения - в Рэтиа есть и Укавэйра. Она здесь, в этом солнце, показавшемся на горизонте...

- Хорошо. Я передам.

Юноша гибко выпрыгнул в окно и исчез. Анмай усмехнулся.

- Мы стали популярны. О чем ты думаешь?

- Укавэйра. Я давно не говорила с ней...

.............................................................................................

Устроившись поудобнее, Хьютай нажала кнопку весма и закрыла глаза. Укавэйра ответила мгновенно.

Вы были очень неосторожны. Пока вы были вне нашей защиты, вероятность вашей смерти составляла сорок процентов. Ваша жизнь принадлежит не только вам. Больше мы вас не отпустим. Пусть вам это и покажется смешным, но мы тоже способны волноваться.

Значит, отныне я несвободна?

Свободна. Но у каждой свободы должен быть предел. Иначе... вы это видели.

Согласна. Что удалось узнать нового о Эрайа?

Немногое. Нам по-прежнему не удается взломать их банки электронной памяти. Но из анализа доступной нам информации удалось извлечь многое. В некотором роде мы смогли построить общую картину. Да, пока мы не знаем число миров Сети, и каковы их координаты. Но из косвенных данных следует, что даже обладающих орбитальными портами очень много. Современная раса файа неоднородна. У нас есть сведения о существовании неких Высших. По-видимому, эта часть их расы враждебна здешней. В каких отношениях Айэт находится с Высшими, нам тоже пока неизвестно.

А Рэтиа? Что вам удалось узнать о ней?

Первоначально Рэтиа была создана в Линзе, как религия немногих уцелевших файа. Потом она перешла к людям и разделилась на множество ветвей. Естественно, что её формы порой несовместимы и противоположны.

И я, конечно, нахожусь на месте богини.

Здесь - да. Это Айэт. Он любил вас. Уже став машиной, он продолжал тщательно сохранять все свои человеческие черты. Это нам известно и знакомо. Хотя его интеллект невероятно вырос, его любовь продолжала влиять на его мотивы и действия.

Ладно, пока оставим это... Всё равно, пока мы мало что о нем знаем. А что собирается делать окалина?

Ничего. Они понимают, что их время на исходе, их империя на Эрайа распадается. Очень многие файа уже перебрались на Уртару, ещё больше собирается туда.

Хорошо. Благодарю за информацию.

Хьютай прервала связь. Анмай задвинул шторы, и, скинув одежду, устроился рядом с ней. Она доверчиво ткнулась лицом в его плечо и задумалась. В голове у неё крутились файа, сати, неведомые Высшие - но, в конце концов, она просто заснула.