# Художник и вредные кобольды

Мария Николаевна Астраданская

Пакостники-кобольды проказничают в Подгорной стране, однако однажды некто решает прекратить их безобразия...

В Подгорной стране издавна жили кобольды. Лихо носились они по её извилистым лабиринтам и более всего любили пакостить рудокопам, исследователям и просто путешественникам, рискнувшим забраться в самую глубь горы, чтобы, осветив своды пещер огнём факела, увидеть величественные сталактиты и сталагмиты. Глядя на них, люди как будто бы прикасались к душе горы, хранившей память многих тысячелетий, и думали об упорном труде капельки воды, которой удаётся, работая веками, создавать такие удивительные постройки.

Всякий, кто чувствовал это, возвращался из недр горы с запасом сил и вдохновения для собственной работы, сколь бы долгой и трудной ей не предстояло быть.

Но кобольдам отнюдь не нравилось, что люди приходят в места, которые они считали своими. Навредить по-настоящему они не умели - разве что подложить в запас провизии какую-нибудь гадость или испортить её иным способом. Могли притащить дохлую крысу и бросить её туда, где вдохновлённые люди, усевшись в круг, рассказывали о своих впечатлениях. Разумеется, настроение после этого было полностью испорчено! Но самой главной способностью кобольдов было умение проникать в чужие сны - не во всякие сны, конечно же, но в сны тех, кто днём думал о Подгорной стране и, стало быть, связывал себя с нею мыслями.

Вот тогда-то кобольды могли разгуляться вволю. Особенно же им нравилось выставлять самих себя очень могущественными и опасными, используя для этого эффекты теней и эха. Долгое время у них всё получалось, и люди были уверены в том, что Подгорную страну охраняет древнее и всесильное Зло. Лишь немногие смельчаки рисковали пуститься в путь за сокровищами горы... Либо же те, кто считал, что всё, о чём говорится в легендах и сказках - выдумка; но им быстро приходилось расстаться с этой своей уверенностью после того, как кобольды устраивали пару-тройку своих любимых проделок. Самыми первыми выбегали "материалисты" из пещер и неслись прочь, от страха позабыв все свои вещи и провизию... Правда, вернувшись домой, приходили в себя и по-прежнему утверждали, что никаких кобольдов не существует. Ведь иначе было бы слишком стыдно!

Кобольды же вредно хихикали и были совершенно довольны самими собой.

И так продолжалось довольно долго - но однажды в Подгорную страну спустился некто. Наслышавшись о проделках кобольдах, он решил, что необходимо немедленно прекратить это безобразие! Ведь сокровища горы - ценная руда, прекрасные самоцветы, а также воспоминания древних эпох, которые хранит в себе непотревоженный камень - принадлежали людям. Не всякому человеку, конечно, но такому, кто решится на долгий и трудный путь по тёмным закоулкам, вооружённый лишь светом факела. Можно было бы посчитать, что проделки кобольдов - также необходимое испытание на этом пути. Но некто считал, что испорченные провизия, впечатление и сны - это уже совершенно лишнее! Ведь всякий труд должны сопровождать песня и радость.

Тем не менее, некто не хотел подчинять кобольдов силой. Ведь он был уверен в том, что даже в глубине этих маленьких пакостливых созданий живёт тоска по красоте и свету - как живёт она в каждом существе, независимо от того, предпочитает оно быть на солнце или прятаться в тени... Тогда, некто решил рассказать кобольдам о солнце и о драгоценных камней. Полюбоваться последними кобольдами могли бы уже сейчас - если бы прекратили проказничать и, вместо этого, начали помогать рудокопам отчищать руду от примесей. Что же касается солнца, то кобольды были уверены в том, что они тут же исчезнут, стоит им выбраться из недр горы на свет солнца - ведь об этом говорится во всех древних сказаниях... Но некто уверял их в том, что этого не случится, и что кобольды превратятся в каких-то иных созданий, более красивых и совершенных, потому что это закон природы.

Чтобы рассказать обо всём этом, он взял с собой музыкальные инструменты, а также кисти с красками. Он пел и рисовал картины... Такого ещё никогда не происходило в Подгорной стране! Разумеется, кобольды были удивлены и даже побросали все свои пакостные проделки, чтобы посмотреть и послушать, что происходит. Увлечённые, они столпились вокруг картин, которые нарисовал художник...

- Подумайте о том, как вы поступали с людьми, когда они, точно так же, как вы сейчас, собирались вместе и радовались, - укорил их некто. - А если бы я тоже подбросил вам дохлую крысу?

Кобольды зудели и ворчали.

Но некто был уверен в том, что задел в их сердцах какую-то струнку - ведь он успел увидеть несмелые улыбки на их маленьких, сморщенных личиках. Обрадованный, он улёгся спать.

Однако стоило ему прекратить петь и рисовать, как кобольды тут же решили вернуться к своим прежним занятиям! Ведь они настолько привыкли пакостить и безобразничать, что не представляли своей жизни без этого. Пришлось художнику встать и тут же снова начать работать. Почти полностью отказавшись от сна и отдыха, он пел и рисовал, пел и рисовал, пел и рисовал...

И уже было почти уверился в своём успехе, как вдруг, в один прекрасный (или уж, скорее, наоборот) день кобольды вспомнили, что вот уже много месяцев, как они не сделали ничего дурного. Слыханно ли?! Рудокопы спокойно работали, путешественники любовались сталактитами и даже маленькие дети перестали страшиться заходить в тёмные пещеры! Все перестали бояться кобольдов!

Такого их гордость не могла снести. И, убедив художника в том, что они ему, наконец, поверили - для этого они старательно улыбались, так что он особенно обрадовался... - уговорили его, наконец-то, нормально поспать и отдохнуть. Ночью же попытались тайком испортить его вещи - поломать музыкальные инструменты, порвать струны, разлить краски и попрятать кисти в расселинах! Правда, некто, всегда чутко спавший, услышал шорох и успел вскочить на ноги прежде, чем кобольды исполнили свой вредоносный план.

- Ах вы, маленькие бессовестные врунишки! - возмутился он, поймав одного из визжащих кобольдов и как следует его отшлёпав. - Сколько я здесь для вас работал, сколько сказок вам рассказал! А вы вот как мне отплатили! Что ж, придётся теперь поступить с вами по-другому.

Спрятав свои инструменты и кисти с красками, он, вместо этого, накинул на плечи каждого из кобольдов тяжёлый рюкзак, наполненный камнями - и, сколько те ни старались, не смогли его с себя стащить!

- Идите и отрабатывайте свои провинности, помогая рудокопам, - приказал им некто. - И те помогут вам, вытащив из ваших рюкзаков камни и заменив их очищенными от руды самоцветами. Когда вернётесь, заново наполнив свои рюкзаки, я сниму их с вас и, может быть, даже награжу этими самыми драгоценными камнями.

Кобольды визжали и ругались на всех языках, которые им когда-либо доводилось слышать от людей, проникавших в Подгорную страну.

- Ах, вот ты как! Мы тогда расскажем всем о том, какой ты обманщик! - угрожали сердитые кобольды. - Сначала обещал нам столько всего, а сделал с нами вот что!

Но некто только смеялся.

Ведь он знал, что в глубине души кобольды любят трудиться и приносить пользу - да и как иначе, если они были рождены в Подгорной стране силой и твёрдостью камня и упорством крохотной капельки воды?