# Семь лет без Егора Летова

Александр Александрович Аверин

Ровно семь лет назад не стало бессменного лидера группы «Гражданская Оборона» – Егора Летова. До сих пор вокруг его смерти ходят самые нелепые слухи. Каких только причин не называют: кто-то считает, что Летов повторил судьбу Джимми Хендрикса, кто-то сравнивает с Сидом Вишесом или на худой конец Михаилом «Горшком» Горшеневым. Но это всего лишь домыслы и вряд ли поклонники когда-нибудь докопаются до правды. На официальном сайте группы было сообщено, что Летов умер от остановки сердца, но фанаты до сих пор строят догадки и ищут следы «кровавой гэбни». Сколько людей – столько и мнений. Неоспоримым остается одно – Летов оказал серьезное влияние на развитие отечественной панк и рок музыки. Так же он являлся одним из самых плодовитых музыкантов – на его счету около 150 альбомов, не считая пиратских «бутлегов» и всего того, что расходилось по рукам на аудиокассетах. Конкуренцию в плодовитости может составить только Борис Гребенщиков, и то лишь потому, что свою творческую деятельность начал лет на десять раньше.


На становление Летова, как поэта и музыканта повлияли два фактора тогда еще советской действительности: КГБ и принудительное лечение в психиатрической лечебнице. Если бы не они, то кто знает, как могла сложиться судьба Егора и «Обороны».


Между тем советская власть сделала все, чтобы неокрепшая психика Егора под воздействием психотропных веществ разрушилась окончательно. После такого «лечения» легко возненавидеть красный цвет и все, что с ним связано. Бунтарь не был сломлен, но произошедшее оставило неизгладимый след на творчестве Летова.


«Красный альбом» 1987 года выпуска – хорошо сформулировал отношение Летова к тогдашней власти:


«Я видел птиц, раскрытых ржавым топором

Я видел сон, который проклял генерал

Я видел съехавшие крыши сапогом

Я видел труп точь-в-точь похожий на меня


Я ненавижу красный цвет

Уничтожай таких, как я


Обезображен лажей скомканных сердец

Задавлен пулей из армейского ружья

Обеспокоен настроением толпы

Закомплексован деревянной пустотой


Я ненавижу красный цвет

Уничтожай таких, как я».


На альбоме «Война» 1989 года выпуска в песне «Поперек» также надрывно вырываются строки:


«Шагай на красный цвет и нарушай правопорядок,

Законам и запретам поступай наперекор.

Назло!!

Поперек!!».


И Родина отвечала ему взаимностью.

Дальнейшее развитие можно охарактеризовать строками песни, ставшей визитной карточкой группы – «Все идет по плану»:


«Один лишь дедушка Ленин хороший был вождь,

А все другие остальные — такое дерьмо,

А все другие — враги и такие мудаки,

Над родною над отчизной бесноватый снег шел...»


Летов вспоминал: «В психушке, когда меня начали накачивать сверхсильными дозами нейролептиков, неулептилом — после огромной дозы неулептила я даже временно ослеп — я впервые столкнулся со смертью или с тем, что хуже смерти».


В мрачной заснеженной стране выбора особого не было –либо быть в партии, либо податься в диссиденты. После полета над гнездом кукушки по-советски, выбор был очевиден.


С приходом гласности стало немного легче. Альбомы «Гражданской Обороны» издаются один за одним, многие из которых Егор записывал в одиночестве, исполняя роль человека-оркестра.


Империя рухнула. С обрушением «железного занавеса» в страну хлынула свобода и коммерция. В связи с обрушившейся популярностью, Летов принимает решение распустить группу. «Последний концерт в Таллине» сыгран и группа на какое-то время прекращает свое существование.


Второй этап начался летом 1990 года после укуса энцефалитного клеща.


Музыкант, схватив энцефалитную горячку, на фоне высокой температуры получает некое озарение. Активно пишется материал для альбомов «Прыг-скок» и «Сто лет одиночества», впоследствии явившихся эталоном психоделического творчества. Несмотря на то, что у музыканта целый месяц держалась температура в районе 41, он вопреки прогнозам врачей выкарабкался. Хотя, все они думали, что Летова вот-вот парализует. Спасли его футбольные матчи Камеруна и игра на гитаре. Но без последствий не обошлось. Из-за высокой температуры Егор стал бесплоден. Вот цитата одного из интервью, найденном на сайте gr-oborona.info:


«— Егор, что Вы думаете на счет других детей — Вы планируете оставить после себя потомство?

— У меня это не получится. Хотя с физиологией у меня все в порядке. Но в 90-м году больше месяца я лежал с температурой 41°С. По этой причине детей иметь не могу. Да и хорошо, что так, т.к. считаю, что не нужно детей плодить».


Увы, за все приходится платить.


Следующим был патриотично-ностальгический период, характеризующийся вступлением Летова в НБП и прочей «лимоновщиной». Партийный билет №4 и два альбома, ставшие по моему скромному мнению апогеем творчества «обороны» – «Солнцеворот» и «Невыносимая легкость бытия». Опять протест и желание идти против, но в песнях уже нет былой агрессии. Злобный подросток умер, а на его место пришел зрелый мужчина возраста Иисуса Христа. В песнях слышится ностальгическая грусть по безвозвратно ушедшим временам, когда режим пал, а душа по-прежнему требует революции.


«Пой, революция!» – звучит на альбомах лейтмотивом, но уже поздно.


Безбашенные панки тоже стареют, и к началу миллениума он перерождается в психонавта. «Лимоновщина» сменяется «Кастанедовщиной», а на место ностальгии приходит знакомая нам психоделика. Яркие красочные образы несутся со скоростью мира, подобно детской карусели в парке Горького. Но и тут проскальзывает желание музыканта переключить в черно-белый режим и убивать. А потом «Небо как кофе» и «Беспонтовый пирожок».


На дворе 2005 год. Я с нетерпением жду новых альбомов. Проходит два года и вот выходит новая пластинка под названием «Зачем снятся сны?». Как выяснится позднее – последняя прижизненная. Название диска до сих пор воспринимается мной, как эпитафия на надгробной плите – финальная черта над жизнью и творчеством Егора Летова. Альбом-гимн психонавтам: «Это — наш Химический дом для печальных жителей Земли…».


Сейчас все это – история. Многочисленные интервью давно разобрали на цитаты. О «Гражданской обороне» и Летове написано на самых разнообразных ресурсах, начиная от Википедии с Лурком и заканчивая любительскими фанатскими сайтами. Тексты песен давно успели стать классикой. «Все идет по плану» распевают только взявшие в руки гитару школьники, как до этого распевали «пачку сигарет» Цоя. В полку «Русского Рока» прибыло. Хотя, Летов крайне негативно высказывался об этом явлении отечественного шоу-бизнеса. И к рокерам себя не приписывал. Рок-н-ролл мертв, так что давайте не будем тревожить мертвых.


Размах творчества Егора давно вышел за пределы каких-либо определений. Это наш «Sex Pistols» и наш «The Who» одновременно. Творчество такое разное и противоречивое, что трудно впихнуть его в рамки какого-то определенного стиля. Был пройдет длинный нелегкий путь от наивного подросткового протеста до зрелой психоделики в мире снов.


Я достаточно поздно познакомился с творчеством группы. Мне дал послушать записи Г.О. друг Леха. На жестком диске объемом в восемьдесят гигабайт было много музыки: Пикник, Ария, ДДТ, Машина времени и Гражданская Оборона. Она разительно отличалась от всех остальных. И вместо того, чтобы моей душе податься в рокеры или металлисты, она подалась в пучину агрессивного панк-рока. Тем более, что в школе парты одноклассников были сплошь исписаны словами типа «Гр.Об», а подростковая душа требовала протеста. Познакомившись с ранним творчеством Летова природная подростковая агрессия направилась в относительно мирное русло – в музыку. Но на концерты идти не было никакого желания, ибо публика у Гражданской Обороны была столь разношерстна, что сам Летов старался держаться отстраненно от собравшейся публики. Естественно среди слушателей попадались разные люди, в том числе не самые приятные. Но парадокс. Как сумел интеллигентный и начитанный человек объединить таких разных людей? Или каждый в песнях и стихах видит что-то свое? И для каждого находятся строки, способные разбередить израненную подростковую душу? При очередном просмотре архивных записей концертов Летова, я пришел к мысли что он играл прежде всего для себя. И его музыка находила отклик в душах у самых разных людей.


Уход в психонавты мной был не понят. Лишь спустя семь лет после смерти музыканта я внезапно переосмыслил и понял его новые песни. Нет, я не искал в них какого-то скрытого смысла. Внезапно захотелось чего-то спокойного и душевного. После разного «качающего» тяжеляка «Зачем снятся сны?» был тем, что так требовала моя душа.


Новость о смерти застигла внезапно. Я как сейчас помню тот день, когда по телевизору сообщили печальную новость. Мы с другом Майком в компьютерном магазине, покупали какое-то компьютерное железо и как гром среди ясного неба: «Сегодня скончался бессменный лидер группы «Гражданская Оборона – Егор Летов». Сложно было в это поверить. СМИ уже не раз хоронили его раньше времени, и эта новость поначалу была воспринята как очередная утка. Но нет, к сожалению, они не соврали.


Со смертью Летова ушла целая эпоха. Но, как говорится, все новое – это хорошо забытое старое. Один план сменяется другим и вновь новый 37-ой маячит на пороге. Опять охота на ведьм и «нацпредателей» объявляется открытой. Песни «Гражданской Обороны» обретают второе дыхание. Новая правда и новая вера доводят соотечественников до исступления, погрузив в состояние массовой истерии. Информационная война по Летову:


«По мозгам и мозолям

По глухим антресолям

По утрам и вагонам

Неуклонно грядёт-


Новая правда

Новая вера

Это новая правда

Новая вера


Ян Палах

Сгорал в витрине

Истошная кукла

Нелюбимый сыночек

Напрасное детство

отражённое в кафеле

Напрасное детство

потаённое в кафеле…»


Пусть Егора нет с нами уже семь лет, но живы его песни, жива идея. Мне кажется, он сумел вовремя уйти. Вряд ли бы ему понравилась современная Россия. Стареющий психонавт был бы вынужден снова вернуться на тропу протеста, и кто знает, чем бы это все закончилось для пятидесятилетнего бунтаря, если бы он был жив. Но скорее всего он остался бы верен себе до конца. Он всегда был против: против системы, режима, красного цвета и Ельцинского либерализма, «лимоновщины» и реальности в целом. Он успел сказать все, что хотел. И ушел, как и хотел – молодым. 43 года – весьма и весьма молодой возраст. Это не Александр Башлачев и не Янка Дягилева, но все же… Как очередной вселенский отказник из влево или вправо выбрал вверх.


В заключение хотелось бы процитировать небольшой кусок из интервью «РИО» №38 10, 1989:


«Рок действительно закончился. Дошел до финишной точки эволюции. Причем, это произошло в последние два года. До этого еще шло какое-то развитие андеграунда, а сейчас все выродилось в тот же попс. Просто разные установки действуют: если панк — то это хардкор, авангард всякий, rock-in-opposition превратился в неоиндепендент типа 4 A.D. Ввиду этого сейчас нет смысла заниматься роком. Можно заниматься религиозной практикой, экологическими проблемами, хэппенингом... Или нужна другая форма для облечения прежней идеи — не музыкальная, а — я не знаю — принципиально новая».


Егор Летов дошел до своей финишной точки – он мертв, как Рок-н-Ролл. А мы пока еще нет… И мы слушаем его песни, как и прежде. Тем более, что многие из них вот-вот обретут вторую жизнь.


Остается надеяться, что там, где сейчас оказался Егор, ему лучше, чем в мрачной заснеженной стране под толщей земли и снега. И там он таки смог почувствовать себя в своих штанах и увидеть небо, как кофе.