# Руперт Шелдрейк и его претензии к науке

Сергей Анатольевич Бадаев

Десять догм современной науки, как их видит Руперт Шелдрейк

Руперт Шелдрейк и его претензии к науке


Руперт Шелдрейк получил образование как биохимик, но основной интерес его лежит в области исследований паранормальных явлений. В 1981 году он написал книгу "Новая наука жизни", где сформулировал свою основную концепцию морфического резонанса, или морфогенетических полей. Неожиданную рекламу книге создала критическая редакторская статья, появившаяся в научном журнале "Nature" под заголовком "Книга для сжигания?" Это было расценено как попытки научного истеблишмента воспрепятствовать распространению альтернативных научных взглядов. С тех пор Шелдрейк написал еще 6 книг, последняя из которых вышла в 2012 году и называется "Наука как заблуждение" (The Science Delusion, в американском издании Science Set Free). В ней Шелдрейк обсуждает догматический характер современной науки и приводит список из 10 научных догм, отказ от которых может, по его мнению, вывести науку на новые рубежи познания. Статья анализирует обоснованность претензий Шелдрейка к науке на примере этих 10 догм.


Критикуя современное положение науки, Руперт Шелдрейк пользуется для ее описания религиозными терминами. Так, например, он говорит о существовании догм в науке. Слово "догма" имеет сильную религиозную коннотацию и в религии обозначает вероучительное положение, обладающее фундаментальным характером, имеющее статус истины и не подлежащее сомнению или пересмотру. Шелдрейк пользуется также выражением "научная ортодоксия", что намекает на существование какого-то институционального механизма или коллективного органа, наподобие собора или совета ученых, наделенных специальными полномочиями придавать тем или иным научным положениям статус догмы, то есть окончательной и неизменной истины. Несомненно, Шелдрейк использует эти термины как метафоры, прекрасно понимая, что буквальное использование этих терминов применительно к науке не имеет оснований. В то же время это позволяет ему занять выгодную позицию, в которой его критики автоматически оказываются сторонниками догматизма и научной ортодоксии.


Шелдрейк выдвигает следующие 10 положений, которые он считает научными догмами (взято отсюда: http://www.sheldrake.org/files/pdfs/explore-Materialism.2013.pdf). При этом он поясняет, что это всего лишь общепринятые предположения (допущения), которые многими учеными принимаются на веру без должного критического осмысления.


1. Все по существу является механическим. Собаки, например, - это скорее сложные механизмы, чем живые организмы, имеющие свои собственные цели. Даже люди являются живыми машинами, "громыхающими роботами" по меткому выражению Ричарда Докинза, с мозгами, подобными генетически запрограммированным компьютерам.

2. Вся материя бессознательна. Она не имеет внутренней жизни, субъективности или точки зрения. Даже человеческое сознание - это иллюзия, производимая физической активностью мозга.

3. Общее количество материи и энергии всегда одно и то же (за исключением Большого Взрыва, когда внезапно появилась вся материя и энергия Вселенной).

4. Законы природы неизменны. Сегодня они такие же, какие были в самом начале, и они будут такими же всегда.

5. У природы нет цели, и у эволюции нет цели и направления.

6. Вся биологическая наследственность материальна и содержится в генетическом материале, ДНК, а также в иных материальных структурах.

7. Память хранится в виде материальных следов в мозге и разрушается во время смерти.

8. Сознание располагается внутри головы и является ничем иным как деятельностью мозга. Когда вы смотрите на дерево, образ дерева находится внутри вашего мозга, а не "снаружи", где, как нам кажется, находится дерево.

9. Необъясненные феномены, типа телепатии, иллюзорны.

10. Только механистическая медицина действительно работает.


Трудно сказать, насколько подобный набор положений отражает реальную картину в современной науке. Трудно понять, насколько они общеприняты и именно в такой формулировке, поскольку автор не дает никаких ссылок. Неясно также, является ли этот список исчерпывающим. Прежде чем переходить к разбору каждого из этих положений, хотелось бы сделать несколько общих замечаний.


Прежде всего, эти 10 положений сильно отличаются по уровню обобщения. Если одни утверждения являются общетеоретическими или философскими положениями (2-6, 8), другие (9,10) являются частностями, легко поддающимися экспериментальной проверке, в то время как (1) звучит скорее как вопрос чисто терминологический.


Учитывая то, как устроена и как функционирует наука, нужно признать, что никакие положения или утверждения в ней не обладают иммунитетом, защищающих их от критической проверки. Также не существует никакого механизма, который бы наделял какие-то положения особым статусом истинности и неизменности, наподобие религиозных догм.


Поскольку Шелдрейк интересуется историей науки, он не может не знать, что научное знание по сути своей гипотетично, что любая научная теория является лишь одним из наиболее удачных способов интерпретации эмпирических данных. Научные положения становятся общепринятыми не потому, что так постановил какой-то уполномоченный орган, а потому, что это положение эффективно используется в научной практике. Это не означает, что наука в лице ученых не может ошибаться, не может быть излишне консервативной в каких-то вопросах, что отдельные ученые не могут фальсифицировать данные научных исследований или препятствовать исследованиям в конкурирующей области. Это действительно случается, но наука в целом имеет действенные механизмы противостояния подобным явлениям.


Исследования Куна (Структура научных революций) показывают, что смена парадигмы в науке не происходит при первом же появлении экспериментальных данных, противоречащих существующей общепризнанной теории. Экспериментальные данные должны достичь определенной критической массы, что приводит к кризису теории и поиску новых объяснительных моделей. Призыв к пересмотру определенных научных положений и теорий был бы уместен, если бы экспериментальные данные проведенных Шелдрейком и другими учеными исследований неопровержимо указывали на существование таких явлений в природе, которые не учитываются современными научными теориями. Но проблема в том, что таких общепризнанных экспериментальных данных пока нет. Но Руперт Шелдрейк уже призывает к такому пересмотру.


Остановимся кратко на каждом из десяти положений.


1. Все по существу является механическим. Собаки, например, - это скорее сложные механизмы, чем живые организмы, имеющие свои собственные цели. Даже люди являются живыми машинами, "громыхающими роботами" по меткому выражению Ричарда Докинза, с мозгами, подобными генетически запрограммированным компьютерам.


Трудно сказать, как много ученых согласились бы с таким положением. Трудно даже с уверенностью сказать, что оно означает. Любой здравомыслящий человек отнесет собаку к организмам, а не к механизмам. Возможно, здесь Шелдрейк хотел поставить под сомнение роль редукционизма в науке, когда ученые пытаются понять и объяснить, например, поведение биологических объектов в терминах химических взаимодействий, а химические взаимодействия в терминах физики. Проблема редукционизма действительно обсуждается учеными, но не существует никаких заранее заданных ограничений на попытки использовать метод редукции для объяснения тех или иных явлений. В конечном счете, все определяется тем, насколько полученное объяснение приводит к действительному пониманию.


2. Вся материя бессознательна. Она не имеет внутренней жизни, субъективности или точки зрения. Даже человеческое сознание - это иллюзия, производимая физической активностью мозга.


Вряд ли здравомыслящие люди согласятся с таким положением, которое не признает сознания и субъективности у высокоразвитых форм жизни, тем более у человека. Настоящая проблема связана не с иллюзорностью существования сознания как такового, а с вопросом природы сознания и философской проблемы, которая часто обозначается как проблема "разум-тело". Некоторые философы признают определенные представления о природе сознания иллюзорными, то есть не соответствующими действительности и противоречивыми.


3. Общее количество материи и энергии всегда одно и то же (за исключением Большого Взрыва, когда внезапно появилась вся материя и энергия Вселенной).


Закон сохранения массы (а не материи) и энергии для замкнутых систем является общепринятым физическим законом именно потому, что он хорошо согласуется с огромным количеством экспериментального материала. Если какие-то эмпирические данные будут противоречить этому закону, то он будет либо пересмотрен физиками, либо его область применения будет ограничена. Если физики до сих пор пользуются этим законом, значит он достаточно хорошо работает.


4. Законы природы неизменны. Сегодня они такие же, какие были в самом начале, и они будут такими же всегда.


Не совсем понятно, что имеется в виду под неизменностью законов. Среди многообразия явлений природы человек подмечает какие-то общие закономерности и называет их законами природы. Возможно, в самом начале существования Вселенной действовали иные общие закономерности, которые можно было бы описать другими законами. Но в любом случае, законы не управляют природой. Законы лишь описывают те закономерности, которые существуют в природе. Открытие новых закономерностей приводит к формулировке новых законов. Даже сам факт того, что ученые допускают существование иных закономерностей во время Большого Взрыва, говорит о недогматическом и вполне критическом отношении науки к этому закону.


5. У природы нет цели, и у эволюции нет цели и направления.


Когда биологи говорят о том, что биологическая эволюция не имеет цели и направления, они обобщают огромный экспериментальный материал. При этом само наличие эволюционной теории говорит о том, что у эволюции есть свои закономерности. В конечном счете, все зависит от того, что понимать под "целью" и "направлением". Если Шелдрейк считает, что у эволюции есть цель и направление, то правильнее всего было бы эту цель и это направление сформулировать и подтвердить наличием экспериментальных данных.


6. Вся биологическая наследственность материальна и содержится в генетическом материале, ДНК, а также в иных материальных структурах.

7. Память хранится в виде материальных следов в мозге и разрушается во время смерти.


Оба этих положения достаточно узкие: одно касается механизмов биологической наследственности, второе механизма памяти. И в том и в другом случае используется термин "материальный", что затрудняет понимание возможных объяснительных альтернатив. Допустим, положение 6 неверно, и верно утверждение "часть биологической наследственности идеальна". Как должна измениться исследовательская работа генетиков? Что вообще это означало бы без углубление в философское содержание терминов "материальный" и "идеальный"? Примерно такие же рассуждения применимы и к пункту 7. Скорее всего Шелдрейк хочет в этих пунктах напомнить о своих исследованиях так называемого морфогенетического поля, еще не получившего окончательное экспериментальное подтверждение.


8. Сознание располагается внутри головы и является ничем иным как деятельностью мозга. Когда вы смотрите на дерево, образ дерева находится внутри вашего мозга, а не "снаружи", где, как нам кажется, находится дерево.


Проявления сознания - это системное свойство всего организма. Хотя структуры мозга играют ключевую роль в функционировании сознания, было бы неправильно пытаться локализовать это свойство в одном из элементов организма как системы. Сознание не находится в голове так же, как дыхание не находится в легких, а размножение не находится в половых органах. Вопрос о природе сознания - это сложный философский вопрос, на который предложен целый ряд объяснительных моделей. Чтобы повлиять на современные представления о природе сознания, Шелдрейку необходимо представить новую объяснительную модель и продемонстрировать ее преимущества, а не ограничиваться призывами перестать пользоваться старыми объяснениями.


9. Необъясненные феномены, типа телепатии, иллюзорны.


Здесь проблема состоит в том, что трудность заключается не в объяснении существующих феноменов (по-видимому, имеются в виду паранормальные явления), а в первую очередь в надежной регистрации самих феноменов. Если мы не можем устойчиво воспроизводить или наблюдать подобные феномены, мы лишены возможности подметить в них какие-то закономерности и предложить разумные объяснения. Нельзя сказать, что наука не предпринимала попыток изучать эти явления, но многие проекты были свернуты в результате невозможности устойчиво наблюдать эти явления. Это подход скорее прагматический, чем догматический.


10. Только механистическая медицина действительно работает.


Трудно сказать, что имеет в виду Шелдрейк под "механистической медициной", так как это не является устоявшемся термином. Скорее всего речь идет о так называемой официальной медицине и различных нетрадиционных подходах и целительных практиках. Вопрос о том, что работает, а что не работает в этой области, решается не догматически, а на основе экспериментальных данных. Проблема здесь заключается в том, что для многих целительных практик таких данных нет, хотя появляются все новые и новые (часто под маркой вновь открытых древних методов) практики. Дело не в том, что кто-то догматически утверждает, что они все не работают, а в том, что нет экспериментального подтверждения тому, что какие-то из них действительно эффективны, так как такие исследования попросту не проводились. Но популярность многих нетрадиционных методов лечения и целительских практик определяется вовсе не результатами таких исследований. Так, например, достаточно много исследований было проведено для оценки эффективности гомеопатии, и было показано, что какой-либо значимый медицинский эффект отсутствует. При этом гомеопатия остается популярным методом лечения для многих людей.


Руперт Шелдрейк позиционирует себя как радикального научного скептика. Но он, похоже, пользуется двойными стандартами, когда вместо сомнений и скепсиса в отношении морфогенетического поля или телепатии предлагает сомневаться в самой науке как излишне догматической и не расположенной к новым идеям и теориям. Нельзя не упомянуть также тот факт, что претензии Шелдрейка к науке прямо противоположны другим, не менее распространенным претензиям. Они сводятся к тому, что науке нельзя доверять, так как научное знание относительно, приблизительно и ненадежно. Поскольку любая теория под давлением новых фактов и открытий может быть пересмотрена и отвергнута, то истинность любой научной теории оказывается под вопросом. Эти две позиции противоречат друг другу и не могут быть одновременно верными в силу чисто логических оснований. Это не значит, что одна из этих позиций должна быть обязательно верной, так как они обе в равной степени могут не соответствовать действительности.