# Книга первая. "Приключения Гринера и Тео. Череп для ученика"

Евгения Белякова

кликнув по картинке, вы попадете на страницу книги

Аннотация: Обычный на первый взгляд мир, обычное королевство - знать и крестьяне, купцы и ученые, исследователи новых территорий и поэты, - живут сравнительно мирно уже много столетий. Но в смежной реальности находится мир, полный Ничто, что желает стать Чем-то. И через возникающие Проколы в реальности все новые и новые твари проникают в Вердленд. Но небольшая группа магов защищает обывателей, справляясь с опасностями по мере сил. Никто не знает, откуда взялись маги в Вердленде, однако с очень давних пор они - когда явно, когда скрытно, - участвуют в судьбах как страны и ее правителей, так и простых, незначительных на первый взгляд людей. Таковым и считал себя юноша по имени Гринер, до тех самых пор, пока не напросился в ученики к эксцентричной женщине, остановившейся в трактире, где он был всего лишь слугой. Ему предстоит узнать много нового о магах, истинной истории королевства, и, что самое главное - о своей судьбе. Фрагмент. Роман издан в "Армаде" ("Альфа-книга") под названием "Приключения Гринера и Тео". Дата выпуска - 01.09.08 Книгу можно приобрести в магазине Литрес

Белякова Евгения


Цикл 'Приключения Гринера и Тео'

Книга первая

Череп для ученика


Моей семье и друзьям


Жизнь сложна!

Случается, что люди ожидают

Нежданных происшествий и что даже

Нежданное приходит точно в срок.


Бертольд Брехт, 'Карьера Артуро Уи, которой могло не быть'


Глава первая,

в которой читатели знакомятся с главными героями, а также становится понятно, что указания судьбы не всегда оказываются огненными словесами, начертанными на небе


Гринер на всякий случай еще раз протер полотенцем стол - чтобы въедливому Нобюсу данный предмет мебели хотя бы издали казался чистым.

Скукота.

Нет, совсем не так юноша представлял себе вольную жизнь, когда решил сбежать из замка. Мучимый угрызениями совести, он все же украл продукты из общей кухни. 'Когда-нибудь я вернусь, - успокаивал он себя, - и отдам долг'. Потом, доев остатки хлеба и ветчины, подумал, что не так уж много и позаимствовал. Хватило всего-то на пару дней.

После недели злоключений наконец-то повезло - его взяли на работу в таверну 'Дикий лосось', что стояла у переправы через Ветелку. Большой тракт, много путников - тут всегда не хватало рабочих рук, а, учитывая характер хозяина, работники менялись каждый месяц. Поначалу Гринер сам не свой был от счастья: легкомысленно согласился работать за пищу и кров, теперь же хотел, кроме этого, получать еще и плату, но не смел заикнуться о своих нуждах. Нобюс был горяч нравом и скор на руку.

И ладно бы еще работа была интересная, - уныло размышлял Гринер, размазывая по столешнице вчерашнее пиво полотенцем, помнившим еще Малый Потоп, - так приходится заниматься тем же самым, что и в замке - мыть, убирать, чистить, прислуживать. С той разницей, что тут - никакого политеса. В замке что? - 'Мальчик, не мог бы ты присмотреть за моим Пинки, он все время норовит... сделать нехорошее...'. И не в том было дело, что Гринер не мог отказать столь изысканно выраженной просьбе, и не в том, что под 'нехорошим' дама имела в виду стремление её любимой болонки нажраться всласть чего-нибудь вонючего или хотя бы вываляться в этом самом... хм... вонючем - там по крайней мере все выглядело и было высказано пристойно и красиво. А тут? Вваливается эдакий верзила, головой задевая потолок, и орет сипло: 'Пива давай, и шевелись, отродье!'. Самооценка тут же падает. И уж совсем она рушится, когда пытаешься пожаловаться на невежливое обращение хозяину. А он в ответ сплевывает, смотрит, как на идиота, щурится и цедит сквозь зубы: 'Спасибо скажи, что сапогом в зад не засветили, неженка нашелся'.

Так что Гринер был далек от счастья. Хотя в день, о котором пойдет речь... но - все по порядку.

С утра ему вроде бы даже повезло - какой-то гонец из столицы, не понаслышке знакомый с благородными правилами подачи пищи, заметив, как Гринер отводит левую руку в сторону, правой ловко выставляя поднос на стол, спросил, уж не работал ли юноша в замке. Гринер ответил утвердительно. Они немного поговорили о новостях, политике и столичной моде, но гонцу нельзя было задерживаться, он уехал, поблагодарив Гринера, и даже дал ему серебряный фернинг.

Вполне естественно, что юноша тут же стал строить на него планы. Не на гонца, а на фернинг. И в который раз убедился, что судьба всегда забирает самое дорогое. В детстве у Гринера был щенок, и, стоило мальчику к нему привязаться, как щенка отобрали, потому что он понравился 'маленькой леди', которую восхитила манера песика умильно склонять голову набок, заламывая при этом левое ухо. Гринер был уверен - девочка увезла щенка с собой, но через неделю или две он ей надоел и она избавилась от него.

Вот и теперь, ситуация повторилась с поразительной точностью - фернинг глянулся хозяину таверны. Нобюс отобрал монетку, и Гринер с тоской посмотрел ей вслед. Единственное, что отличало нынешний случай от того, давнего - хозяину фернинг явно не надоест.

Дальше - хуже. На Гринера опрокинули стол с напитками, во время драки (уже с утра!), затем хозяин послал его за телячьей колбасой в деревню, и юноша умудрился не заметить, что ему дали пять кругов вместо шести. Нобюс разозлился и погонял Гринера метлой по залу, что вызвало одобрение со стороны завсегдатаев 'Лосося'. Потом Гринеру всучили тряпку и заставили вытирать столы. Словом, будущее рисовалось в мрачных красках.

Но затем явилась эта троица.

Они Гринеру понравились. Особенно женщина. Не то, чтобы его привлекали невысокие крепкие дамы в мужском платье, он вообще пока не определился со своими вкусами насчёт слабого пола. Просто она тут же, с порога, поставила Нобюса на место, что не могло не порадовать многострадального Гринера, потиравшего третью за неделю шишку.

- Хозяин! - крикнула она, пинком ноги распахнув дверь, - я слыхала, будто у вас тут подают прокисшее пиво и не прожаренное мясо престарелого рогатого скота. Настоятельно рекомендую начать меня переубеждать прямо сейчас.

Гринер восхитился слогу и стилю, не прекращая совершать полотенцем круговые движения. Нобюс же в кои то веки не огрызнулся в ответ, а согнул спину в поклоне и кинулся на кухню. Еще бы, по виду этой женщины сразу можно было определить, что ссориться с ней нельзя. Богатая одежда, меч за спиной... Ну и напоследок - золотой, который она с порога же, еще не начав говорить, кинула в сторону Нобюса (тот его, кстати, ловко поймал).

'Наемница', - подумал Гринер.

- И пускай кто-нибудь расседлает наших лошадей и отнесет вещи в комнаты! - крикнула она вдогонку хозяину.

Гринер сделал вид, что он очень занят, и, судя по всему, за вещами отправился второй парнишка - Том. Гринеру не хотелось покидать зал, в котором становилось все интереснее.

Следом за женщиной в таверну вошли двое хорошо одетых мужчин - один, с породистым 'лошадиным' лицом и неопределенных очертаний мешком за плечами, и второй, неизвестно чему усмехавшийся брюнет с бородкой клинышком. Оба без оружия, что выглядело необычно, но - мало ли, какие у них были причины таскаться за этой странной женщиной.

Она пошла прямиком к столу, около которого Гринер торчал вот уже без малого полчаса, и ткнула в него пальцем.

- Вот, думаю, самый чистый. Парень, хватит гонять воду по столу, - обратилась она уже к юноше, - лучше лети на кухню, за пивом.

- За вином, - лениво поправил ее клинобородый.

- Ты ошалел, Дерек, - фыркнула наемница, - вино в этом захолустье? Эй, парень...

Она посмотрела на Гринера взглядом настолько пронзительным, что у того в животе похолодело.

- Есть у вас приличное вино?

В этот момент, когда она смотрела прямо на него, Гринер не смог бы соврать, даже если бы очень захотел.

- Нет, миледи.

- А я что говорила. Ну, что стоишь, беги, юноша... Мы умираем от жажды.

Гринер послушно поскакал на кухню, где застал картину, которая стала настоящей наградой за все его мытарства в этой таверне. Нобюс стоял перед холодильным чуланом в состоянии полного ступора, озадаченно разглядывая туши, висевшие на крюках, и, видимо, пытаясь определить их возраст на глазок.

Гринер не стал отрывать хозяина от этого, без сомнения, требовавшего напряжения всех душевных сил, занятия; нацедил самого свежего пива в самые чистые кружки. Перекинул через плечо полотенце почище и ринулся обратно в зал. Там он, выставив кружки перед загадочными посетителями, с невинным видом стал протирать соседний с троицей стол, одновременно со жгучим любопытством прислушиваясь к их разговору.

- Вот, а ты говорила, что это мы, мол, далеки от народа и его тягот... - пробасил мужчина с лошадиным лицом, пододвигая к себе пиво. Мешок свой он снял со спины, но не отпустил, держал на коленях.

- Ты это к чему? - спросила женщина, принюхиваясь к пене.

- А как ты хозяина с порога... срезала. Прямо само сострадание и лояльность.

- Да ладно тебе, Талли... Ты себя со стороны видел? Посмотрев на нас, с уверенностью можно сказать, что мы не обычные путники. Если бы мы вели себя скромно и тихо, хозяин первый бы заподозрил что-то... Нужно соответствовать своему внешнему виду, дружище.

- Она хочет сказать, - пояснил клинобородый, которого женщина звала Дереком, - что мы выглядим как несколько эксцентричная троица, и вести себя должны соответственно.

- И за кого же, по вашему, нас тут принимают? - хмыкнул Талли.

- Ну, ее вот, думаю, за наемницу, - Дерек отсалютовал кружкой своей спутнице. - Меня за...

- Моего содержанца, - предложила Тео.

- Нет такого слова, - насупился мужчина с лошадиным лицом.

- За таинственного высокородного... э-э-э... путника, коего охраняет эта наемница, - Дерек неодобрительно обвел взглядом своих приятелей. - А тебя, Талли, пока ты не достанешь свою подружку из мешка, можно принять за кого угодно, только не за барда.

'О, бард! Неужели?' - подумал Гринер, внезапно переполняясь оптимизмом. Непонятно почему, но барды, сказители и музыканты всегда вызывали у него детский восторг. 'А в мешке у него лютня, точно, как же я сразу не догадался!'. Гринер даже забыл протирать стол от такой новости, но скоро спохватился и принялся за работу с утроенным усердием.

- Это почему нельзя принять? - обиделся бард.

- Потому, - в два голоса отрезали Тео с Дереком, а Тео добавила: - У тебя слишком похоронный вид.

- Ну знаете, - начал было бард, потом фыркнул возмущенно. - Да я... Я не просто какой-то безызвестный стихоплетец, я Таллирен, меня каждая собака... Спорю на десять золотых, что после этого вечера нас все запомнят?

- Прирежешь их всех, что ли? - Дерек красноречиво провел пальцем у горла.

- Фу, конечно, нет! Я буду петь!

Гринер украдкой выдохнул. Таллирен же преисполнился энтузиазма.

- Тео, помнишь два года назад, в 'Одноглазом кабане' мы устроили потрясающий разгул?

- Ну, Талли, сейчас совсем другая ситуация...

- Да, да, знаю, не хватает вина, гулящих девок и половины нашего бардовского цеха, и еще студентов-алхимиков с петардами, поэтов с сонетами и для контраста пары мрачных астрологов. - Бард махнул рукой. - Того размаха, нам, конечно, не достичь, но хоть что-то мы сделать сможем?

- Не думаю, что...

Но бард и слушать не стал. Ощупал свой мешок, ловким движением распустил завязки... и извлек лютню.

Тео быстро переглянулась с Дереком. Шепнула 'надо заткнуть ему рот едой' и, не мешкая, повернулась к Гринеру.

- Парень... эй, парень! Хватит елозить тряпкой по столу, ты его уже, по-моему, отполировал... Как тебя зовут?

- Гри... Гринер, - ответил Гринер и, в общем-то, не сильно погрешил против истины.

- Слушай, Гринер, а долго ждать жаркое?

Тут, видимо, под впечатлением от этих замечательных, интересных и загадочных людей у Гринера проснулось чувство юмора:

- Это зависит от того, нашел ли хозяин среди наших туш достаточно молодую, чтобы можно было подать вам на стол.

Тео преувеличенно горестно шлепнула себя по лбу.

- Да будет проклят мой длинный язык! Мальчик, а есть у вас что-либо удобоваримое, но при этом уже готовое?

- Жареные цыплята! - с триумфом объявил Гринер.

- Неси!


Цыплята оказались хоть куда, а под пиво - совсем хороши, потом подоспело жаркое (хозяин вымученно улыбнулся в ответ на похвалу Тео), полилась музыка, потом в закромах Нобюса нашлось вино, приберегаемое как раз для таких случаев; в таверну потянулись привлеченные смехом и песнями местные. А когда узнали, что их скромную деревушку посетил сам Таллирен, известный бард и песнопевец, обрадовались, как дети, и зазвали в 'Лосося' остальную половину деревушки. Бард же, несмотря на совместные старания Тео и Дерека отвлечь его от очередного прославления себя, любимого, к концу вечера так распелся, что его приятели смирились и даже стали подпевать. Дух безудержного веселья проник в таверну 'Дикий Лосось', да там и остался.

Гринер без зазрения совести воспользовался занятостью хозяина, и, забросив дела, уселся в уголке, радуясь жизни. Пялился на столичную знаменитость, отхлебывал пиво из кружки и вообще вел себя так, будто существует только настоящее. Он понимал, что завтра получит грандиознейший нагоняй за безделье, но в этот вечер ему было все равно.

В этот вечер он решил стать наемником. Или бардом. Или содержанцем - он не знал, что это такое, но очень хотелось. И еще в этот вечер он увидел самый потрясающий разгул за всю свою предыдущую жизнь.


Тео проснулась с содроганием.

Тело было будто чужое, во рту вяло реагировали друг на друга осадок от пива и осадок от вина, а между передних зубов, кажется, застрял кусочек жареной на вертеле тушки домашней птицы под названием цыпленок.

Мрак.

- Бросаю пить, даже за искусство, - просипела Тео и открыла глаза.

Комната. Незнакомая, вроде в таверне. А что было вчера? Судя по ощущениям - разгул. Тео проверила голосовые связки, тихонько захрипев. Затем, понимая, что прислуги дозваться надо, заранее схватилась за голову, ожидая последующей боли, и заорала:

- Эй!

В голове тут же ухнуло - как и предполагалось.

Гринер с самого раннего утра дежурил под дверью у наемницы, ожидая, пока она проснется и ей понадобится помощь. Его поразила как сама женщина, так и то, что она сумела организовать, имея в активе только одного барда, одного меланхолично-саркастического друга и себя. Услышав ее стон, он тут же распахнул дверь и с радостной, бодрящей, утренней улыбкой вплыл в комнату, всем своим видом выражая желание услужить.

Тео уставилась на паренька, чье лицо казалось смутно знакомым.

- Эй, как тебя там...

- Гринер, миледи.

- Да, Гринер... который час?

- Полдень, миледи.

- О Боги, какая рань. Что за демон! Ты вчера тут был?

Гринер, стараясь выглядеть не слишком счастливым и гордым от осознания того факта, что присутствовал при вчерашнем разгуле, кивнул.

- И... и что происходило?

- Вам с подробностями?

Тео подозрительно посмотрела на него. Такие вопросы зря не задают, - но кивнула головой, и тут же поморщилась.

- Ну, сначала вы пили пиво. Потом я принес цыплят, потом жаркое. Потом ваш друг музыкант стал играть, вы втроем пели, а потом пили вино, потом опять пели. Тут пришли местные, узнать, в чем дело, и остались. Все стали петь вместе. И пить. И танцевать.

Тео задумчиво пожевала губу, а затем переспросила:

- Танцевать?

- Танцевать.

- На столах?

- Да.

Тео уставилась в стену.

- Ничего не помню. А я... как бы это сказать... раскачивалась на люстре?

- Да, миледи, и не вы одна.

- Она... цела?

Гринер замялся, размышляя, как бы покорректнее сообщить тяжелую новость.

- Цела, но... больше не висит.

- Не висит... Ущерб оплачивать, значит, эти негодяи предоставили мне...

Гринер сглотнул, не решаясь прервать тягостную паузу. Переминался с ноги на ногу, и любопытным взглядом исподтишка осматривал женщину, которая лежала, обхватив голову руками, с таким видом, словно предпочла бы умереть. Затем она поморгала и спросила:

- А мои друзья уже встали?

- Да, миледи, и уже уехали.

- Что?!

Юноша удивился, как он еще пару секунд назад мог думать, что говорит с человеком, потерявшим всякое желание двигаться и вообще жить. Тео подпрыгнула на постели.

- Что? Уехали? Когда? Куда?

- Утром, миледи, на рассвете. Сказали вас не будить, 'иначе Большой Потоп покажется детской сказочкой-страшилкой', - процитировал Гринер чернобородого.

- Дерек, бешеная собака, голову оторву... - прошипела Тео и обратила яростный взгляд на юношу. - Гринер, верно? У вас найдется, чем умыться?

- Конечно, миледи! Я мигом!

Вообще-то у Нобюса не принято было обносить постояльцев принадлежностями для умывания, но Гринер заготовил заранее и кувшин с горячей водой, и тазик, и пару чистых полотенец. Он стрелой помчался по лестнице вниз, к подсобному помещению, где и оставил вышеперечисленные предметы; сграбастал все сразу и почти с той же скоростью понесся наверх, сияя, как начищенный сапог.

Кстати, Тео в этот момент искала именно сапоги. Перво-наперво она проверила пространство под кроватью, и не ошиблась - один нашелся; она вышвырнула его на середину комнаты, бурча ругательства. Тут двери распахнулись и в комнату торжественно зашел Гринер, и она успела только сказать:

- Осторожно, не споткнись о мой са-а-ап... -

... как парень рухнул вперед, опрокинув на пол и тазик, и кувшин.

- Сапог.

Тео села в кровати и сочувственно оглядела место происшествия. Юноша распростерся на полу, хватая ртом воздух, а злосчастный сапог лежал себе, как ни в чем не бывало, всем своим видом показывая, что он является лишь проводником высших сил, а сам тут ни при чем.

- Ох... интересно... - прошептала Тео, и даже чуть привстала.

'Ничего интересного', - досадливо подумал Гринер, валяясь в начинающей стремительно остывать луже и ощущая, как на лбу растет четвертая шишка.

Тео вгляделась в лежащего на полу парня и покрутила пальцем в воздухе.

- Или мои глаза меня обманывают, или вода разлилась в виде знака 'хех'.

- Да неужели, - пробурчал Гринер, усаживаясь. Одно из полотенец закрутилось у него вокруг шеи, и он раздраженно пытался сдернуть его. Надо же, так опростоволоситься, а он как раз хотел (после того, как поможет ей, естественно), попросить наемницу взять его с собой... Теперь точно ничего не выйдет, и ему придется и дальше работать у склочника Нобюса, ожидая, когда в таверне снова появятся искатели приключений, а значит - шанс уехать.

- Точно... он самый, - медленно и очень вдумчиво сказала Тео, словно бы не замечая сарказма Гринера, - Знак 'хех'.

- Что? - спросил Гринер.

Она простонала:

- Ну почему именно сейчас... и здесь... Нет! Не желаю, не хочу, не буду!

- Да как хотите... - поспешно согласился Гринер и стал на заднице отползать к двери.

- Стой! Не пугайся, это я не тебе... - Тео тяжело вздохнула. - Все нормально. В полном порядке. Принеси мне, пожалуйста, еще воды и полотенец, если тебя не затруднит.

- Да, миледи...

Гринер стал на четвереньки, потом поднялся, подобрал кувшин с тазиком, и вышел, потирая лоб. Вышел в полном недоумении.

А Тео вскочила с кровати и босой ногой размазала лужу по полу, шепча:

- Не до этого мне сейчас... Вот честное магическое, совсем не до этого...

'Парню лет семнадцать', - подумала она, - 'староват для ученика'. И принялась одеваться. Второй сапог нашелся под дорожным мешком, полуторник в ножнах - там же.

Гринер принес еще воды. Тео умылась, отфыркиваясь, ласково потрепала Гринера по плечу:

- Молодец. Спасибо.

И попыталась сунуть ему золотой. Гринер с достоинством покачал головой.

- Благодарю, миледи, но... не надо.

Он все еще лелеял надежду на то, что она согласится взять его с собой. В жизни всякое случается, подумал он, - и чудеса в том числе. Поэтому, твердо посмотрев в глаза Тео, которая пожала плечами и спрятала монету в кошелек на поясе, потащился за ней в конюшню.

- Коня-то моего они не забрали?

- Нет, миледи, он там.

Оставив плату для хозяина на кровати, Тео спустилась вниз. Гринер молился про себя Древу, чтобы по пути им не встретился Нобюс, и, видимо, тот внял его просьбе. Вокруг было тихо, как утром в понедельник (хотя на дворе стояла определенно пятница). Когда они проходили по залу, Тео со страданием на лице поморщилась, завидев сиротливо лежавшую посреди помещения люстру в шестьдесят свечей. Часть из них выскочила из креплений и разлетелась по залу.

Они зашли в конюшню. Конь Тео, статный жеребец угольного окраса, завидев ее, радостно фыркнул.

- С добрым утром, черная морда... что, Энир, скучал тут без меня... - заворковала Тео, поглаживая коня по шее. - А этих раздолбаев что же не задержал?

Гринер кашлянул, привлекая к себе внимание.

- Миледи, может, вам помочь его оседлать?

Вроде она уже не выглядела похмельной, твердо держалась на ногах и больше не щурилась, фокусируя взгляд, но мало ли...

- Да нет, спасибо тебе... можешь идти.

Гринер замялся.

- Я... я хотел вас попросить. Может вы... может... вы возьмете меня с собой?

Тео посмотрела на него и как-то странно улыбнулась.

- Такая жизнь не для тебя, парень. Честное слово. Взял бы ты лучше золотой...

- Не нужно мне вашего золота, - насупился Гринер и зло глянул на наемницу. Ну что ей стоило? Он бы помогал ей... она научила бы его владеть мечом, ведь любому мастеру необходимы ученики... Гринер набрался храбрости и повторил свою просьбу: - Возьмите... в ученики. Я пригожусь.

Тео скривилась.

- Ты не понял? Я тебе отказала, куда уж яснее. Нет, парень, нет и нет, и вообще, что тебе не нравится в...

Тут конь Тео всхрапнул, дернулся и приподнял хвост. Гринер и Тео отвлеклись от разговора, а жеребец, словно удостоверившись, что внимание людей приковано к нему, потанцевал на четырех копытах и неожиданно навалил кучу навоза.

- ... в том, чтобы работать тут, глядишь и... - продолжила было Тео, но, уставившись на злополучную кучу, запнулась.

Гринер проследил за ее взглядом. Навоз как навоз. Свежий. Только 'из-под коня', ха-ха. Зачем же смотреть на него с такой мукой на лице?

- Ну вот... - упавшим голосом сказала Тео. По ее виду можно было подумать, что мир рушится вокруг, и единственный шанс спасти его - это съесть все то, что преподнес ее вороной жеребец. - Ну вот... Навоз упал в виде знака 'хех'. Черт побери.

Тут уж у Гринера не выдержали нервы.

- Да что такое этот ваш знак? Что вы все время повторяете 'хех', 'хех'?!

Тео отвлеклась от созерцания кучи и посмотрела на Гринера. Смотрела она долго, будто что-то выискивая в нем; при этом выражение ее лица постоянно менялось. Раздражение, злость, упорство, нежелание, сомнение, подозрение, и, под конец (как надеялся Гринер, к счастью), смирение и даже некоторый юмористический вызов.

- Ла-а-адно, - протянула она. - Я беру тебя с собой...

Юноша уже открыл рот, чтобы издать радостный вопль, но она резко вскинула ладонь.

- Погоди. Есть условия. Ты поедешь со мной, если обязуешься стать моим учеником.

- Так я именно это и пред...

- Ты, видимо, не совсем понимаешь полное значение этого слова, - ухмыльнулась Тео, да так хищно, что он чуть-чуть засомневался в своем выборе. - Став моим учеником, ты должен будешь всюду меня сопровождать по моему первому требованию. Делать все, что я скажу, и по возможности - думать так, как я скажу.

Говорила она медленно, так, будто бы старалась, чтобы ее слова дошли до сознания Гринера. И, объясняя условия, она седлала коня, укрепляла мешок, и движения ее тоже были медленные. Размеренные...

- Любое мое слово - приказ, который, тем не менее, должен восприниматься не как тягостная обязанность, а как радостная возможность сделать что-то настоящее.... Ты сможешь уйти, только когда я отпущу тебя. В обмен я научу тебя всему, чему сочту нужным, предоставлю пищу, одежду и крышу над головой.

Гринер выслушал все это, и на душе у него стало уже не так радужно... все-таки он готовился принять важное решение, которое, возможно, переменит всю его жизнь... Он уж было захотел попросить отсрочку - подумать, взвесить, поразмыслить, как Тео, коротко хохотнув, закончила свою речь:

- Ну как, согласен?

И, не дав ему вставить ни слова, бросила:

- Хотя, впрочем, можешь не отвечать, ученик. Твое мнение никакой роли не играет.

- Это почему?! - возмутился Гринер.

Тео взлетела в седло и протянула ему руку, приглашая сесть сзади.

- Потому что так выпало, ученик. В форме знака 'хех'. Поехали.

Когда позже Гринер вспоминал этот судьбоносный день, он так и не мог решить, правильно ли он тогда поступил. И не лучше ли было остаться простым мальчиком на побегушках у Нобюса, вместо того, чтобы становиться учеником мага.


К двум часам пополудни они выехали на тракт, связывавший города Рейфор и Будер. Местность не слишком отличалась от знакомой Гринеру, но обладала некой новизной и загадочностью - ведь он совсем недавно изменил свою судьбу, и все эти перелески и ручьи смотрелись как-то по другому. Все для него было новым и в то же время узнаваемым; так солдат, овеянный славой, возвращается в родные места, окидывая их взглядом любящим, но, честно признаться, несколько высокомерным. Примерно этой же дорогой Гринер пару месяцев назад уходил из замка, где служил благородным лордам и леди, и если бы путь лежал чуть севернее, они могли бы увидеть с холма замок Доргар. Если уж совсем откровенно, Гринер даже хотел бы туда заехать, в новом качестве, как ученик знаменитой (а как же иначе?) воительницы. Посмотреть искоса на конюших мальчишек, величественно им кивнуть, и поинтересоваться, что нового... Если бы еще Тео дала ему на время свой меч...

Так за мечтами (Тео молчала, и юноша решил не искушать судьбу вопросами об их дальнейших действиях) Гринер не заметил, как прошел час. Повернув на юг, они чудом нагнали двух всадников перед поворотом к Эбенессу. 'Либо нам сказочно повезло, либо Тео знала, какой дорогой те поедут', - подумал юноша.

Конь, утомленный скачкой, да еще и с двумя всадниками на спине, устало выгнул шею, остановившись. Тео окликнула своих сбежавших спутников, те развернули лошадей. Гринер подумал, что без скандала не обойдется, и не ошибся.

- Какого беса вы уехали без меня?!

Дерек только усмехнулся. Если бы на Гринера уставилась разъяренная женщина, он бы испугался. Впрочем, его самолюбие не сильно пострадало - как он заметил, бард напряженно улыбался. Даже попытался примирить стороны:

- Тео, я говорил ему, что...

- К тебе претензий нет, Талли, я знаю, что ты бесхребетный слабовольный человек искусства, которого любой склонит ко всяким пакостям. А вот он...

- Что, надо было ждать, пока ты 'откроешь сомкнуты ночью взоры'? - ядовито поинтересовался Дерек.

- Баллистер, 'Ода к возлюбленной', - мгновенно определил цитату бард.

- Тогда почему меня не разбудили? - взревела Тео.

- Я что, похож на самоубийцу? - Дерек в ответ тоже повысил голос. - Да к тебе после такой гулянки и подойти страшно, начинаешь с бодуна швыряться огнем почище дракона!

- Кто - Я?!

- А кто же? Баллистер? - ядовито поинтересовался Дерек.

- Попрошу не трепать в ваших склоках имя великого поэта, - с недовольной миной опять встрял в разговор бард.

- Да иди ты со своим поэтом! - в унисон отозвались Тео с Дереком.

Бард надулся.

- Погодите... - Гринер сполз с коня, проклиная жесткое седло и свою неприспособленную для долгих верховых поездок нижнюю часть. - Я не совсем понял, 'швыряться огнем' - это вы про что?

Дерек перевел взгляд на Гринера, словно бы только что его увидев; скорчил недовольную мину.

- А этот что тут делает?

- Мой ученик, - отрезала Тео.

Усмешка, появившаяся на лице Дерека, была столь плотоядной, что Гринер всерьез обеспокоился.

- Простите, но вот про огонь...

Юноша и предположить не мог, что столь невинное заявление вызовет такое количество пожеланий, от 'пойти всем лесом' до 'успокоиться, и мирно решить все проблемы за обедом'. В этом своеобразном состязании победил бард, - его предложение было рациональнее. Они отъехали к обочине, привязали коней и Тео развернула платок с захваченными в дорогу припасами из гостиницы. Гринер сам собирал этот узелок, и на душе у него потеплело, когда его новые странные знакомые довольно замычали, увидев хлеб, сыр и ветчину. Поев, Тео с Дереком начали вводить Гринера в курс дела. Бард нервно обнимал лютню.

- Ученик мага? Я думал, она воительница... А маги разве не исчезли с лица земли?

- Талли, спой ему про 'Исход магов', - предложила Тео, но, увидев, что бард ожил лицом и стал дергать завязки на чехле с лютней, замахала руками, - это шутка, шутка... - и, обернувшись к Гринеру, пояснила. - Не совсем исчезли, мой юный ученик. Ушли... А если совсем точно - не уходили никуда, разве что в подполье. Живут и здравствуют по сей день, и двух представителей этой славной профессии ты видишь перед собой.

Гринер задумчиво застыл, прекратив жевать.

- А ушли потому, что в тот момент иначе нельзя было. Если ты вспомнишь историю, в то время - двести лет назад, - люди начали охоту на магов, спровоцированную баронами, которым не нравилась та поддержка, что маги оказывали тогдашнему королю...

Дерек слегка ткнул локтем подругу.

- Тей, - не говори с ним сложноподчиненными предложениями, видишь - он впадает в ступор.

- Как скажешь, Дерек, но, по-моему, он гораздо умнее, чем прикидывается... Словом, всюду пылали костры, причем настоящих-то магов на них не было, сжигали в основном средненьких по силе ведьм, колдунов... Кого могли поймать. Оценив обстановку, маги решили уйти с политической и общественной арены, громко хлопнув дверью, так, чтобы преследования ни в чем не повинных людей прекратились... Ну и хлопнули.

- 'Долгой ночью' они хлопнули, - проворчал бард. - Устроили напоследок огненное явление в небе, потом темень на сутки...

- Количество и качество эффектных явлений обеспечивает достоверность, Талли.

- Тут я согласен.

Гринер нахмурился подозрительно, и оглядел всю троицу. Обед был благополучно съеден, и маги уже минут пять как наслаждались хорошим, судя по запаху, табаком.

- А как же маг Меррилен?

Тео с Дереком переглянулись.

- Он - исключение, - ответила магичка. - Подтверждающее правило. На сегодняшний день он - единственный известный людям маг, и по своему это даже хорошо. Да и является он редко, только когда очень надо...

- Вы с ним встречались? - продолжил расспрашивать Гринер, ощущая азарт. Подумать только, они, возможно, видели человека, возведшего короля на престол! Ну да, они, конечно, и сами - маги, но еще неизвестно, какие. Может, совсем маленькие маги.

- Видела его пару раз, но не общалась, - скривилась Тео, и Дерек тоже, настолько похоже на нее, что Гринер поразился: чем таким мог насолить знаменитый маг этим двоим?

- А что вы делали в 'Лососе'?

Дерек кивнул на барда.

- Мы... э-э-э... позавчера загуляли с нашим поэтическим другом, а ему к сегодняшнему вечеру надо быть в столице, на Состязании Бардов. Поскольку это мы явились причиной того, что он не смог вовремя выехать, мы взялись помочь и доставить его в срок.

- Без запасных лошадей вам туда так быстро не добраться, - авторитетно заключил Гринер, не один месяц отработавший в конюшне. Да и не имей он представления о силе и выносливости определенных пород, все равно при взгляде на коней становилось ясно: они устали и долгой скачки не вынесут. - Да и с ними - не уверен.

- Вот поэтому мы и скачем не напрямую, а от одной Двери к другой, - улыбнулась Тео, затягиваясь густым дымом, и тут же, предвосхищая вопрос, объяснила: - Дверь - это такое... магическое образование, позволяющее перенестись из одного места в другое одним скачком. До ближайшей Двери тут час езды, а от того места, куда она ведет, до столицы медленного хода тоже час, не больше. К вечеру Талли будет в Тэнниеле, да и мы тоже. Не хотелось бы пропустить такое мероприятие.

- Мы? - Гринер слабо улыбнулся. - Так я тоже еду?

- А твоего ученичества никто не отменял. - Тео выбила трубку, постучав ей по сапогу.

- Но я думал, что ваш друг, сударь Дерек, будет против...

Второй маг фыркнул. С интересом глянул на Гринера, словно оценивая, выдержит ли он страшные и ужасные испытания.

- Это только ее дело, я в такое не вмешиваюсь. Ладно... - Он с сожалением поднялся, нагнулся, массируя икры. - Поели, покурили, пора и честь знать. В седла, друзья, если хотите успеть сегодня.

Тео уже отвязала своего жеребца, похлопала его по морде, заверяя, что он 'хороший мальчик' и проскачет еще немного. Поглядела на Гринера, прищурившись.

- Не переживай. У тебя для этого вся жизнь впереди, успеешь еще. По коням!


Они ехали, не особенно торопясь, сначала по тракту, потом по отделившейся от него деревенской дороге. Тео всю дорогу молчала, лишь изредка делая Гринеру замечания насчет посадки в седле. Дерек с поэтом ехали впереди; Талли напевал что-то себе под нос, Дерек, как подумал Гринер, просто любовался синим небом и облаками, хотя временами вел себя довольно странно - разворачивался в седле и подмигивал Тео, а иногда даже смеялся. 'Странные они, эти маги', - подумал юноша.

А Тео с Дереком вели по пути бессловесный, мысленный разговор. В основном он вертелся вокруг новоприобретенного ученика; магичка рассказала о событиях этого утра, упомянула знак 'хех', и обрисовала свое мнение по этому поводу.

'А ты не боишься, что...' - спросил Дерек. Тео только плечами пожала. 'Как знаешь', - тут же уступил Дерек.

- А кровь в ночи - черна, как смоль, как молнии - удары... Несется вскачь... или нет - 'унесся вскачь', так лучше... - Талли напевал песню и не замечал гримас магов.

Гринер, воспользовавшись тишиной, решил подумать. Это так редко удавалось сделать в последнее время; Гринер наморщил лоб и стал перебирать в памяти недавние события. Первое - он напросился в ученики к, как он думал, воительнице. Но она оказалась магом. Что называется, 'кот в мешке' - но всё лучше, чем торчать в таверне у Нобюса. Тео, несмотря на свои странные и непривычные манеры, внушала Гринеру доверие. Она не была похожа ни на одну из женщин, что он знал - не было в ней жеманства и томности знатных дам, но и на прямодушных крестьянских простушек она не походила. Правда, иногда она вела себя совсем не как женщина, ну, обычная женщина - на то она и наемница. Вернее, маг. А вообще, успокаивал Гринер свою взбудораженную опрометчивым поступком совесть, приключения - это же хорошо! Сколько можно безвылазно сидеть на одном месте?

Через час, на неприметном лугу посреди леса Гринер стал свидетелем первой в своей жизни магии. Нельзя сказать, что она совсем не впечатлила его, но, признаться честно, он внутренне был готов ко всему. И ждал - боялся моргать, во все глаза глядя на Тео с Дереком. Талли, видимо, уже путешествовавший таким образом, не выказывал и тени заинтересованности, дергая струны лютни, пока маги тихо переговаривались, спешившись и отойдя в сторонку. Кони щипали травку под ногами, недовольно фыркая на Гринера, державшего их за повод.

Наконец, Тео хлопнула в ладоши и поманила к себе своего жеребца. Тот, косо глянув на Гринера, пошел к ней, как хорошо выдрессированная собака.

- Готово, - объявила магичка. - Дерек откроет, а мы все туда заедем. Верхом, разумеется. Ученик, садись позади меня и держись крепче. Талли?

Бард спрятал лютню в чехол и кивнул.

Все расселись по коням; Дерек, от которого Гринер ждал таинственных пассов и распевных заклинаний, только головой мотнул. Вроде бы ничего не произошло; но потом Гринер заметил, что воздух перед ними, шагах в десяти, колеблется. Еле заметно, но магам, видно, этого было достаточно. Юноша крепче вцепился в пояс наставницы, и широко распахнул глаза, не желая пропустить самое интересное. Тео легонько тронула каблуками бока коня - тот поскакал к 'двери' и прыгнул.

Миг абсолютной черноты, показавшейся Гринеру вечностью, бесконечного нигде и ничто - и они выскочили в солнечный свет. Юноша огляделся - лужайки не было и в помине - кругом колыхались высокие травы, бескрайним морем уходя вдаль, к высоким холмам. Тео направила коня в сторону, освобождая место для появившегося из портала барда. Через пару секунд из ниоткуда выскочил Дерек на своем чалом.

- Ну, как? - поинтересовалась Тео у ученика.

- Здорово... - шепнул он, не желая признаваться, что ждал чего-то более яркого и впечатляющего.

- Мне и самой нравится. Через час будем на месте. Нам туда, - она кивнула на макушки холмов. - С вершины ты уже сможешь увидеть реку и город... Бывал в столице?

- Нет... я вообще нигде, кроме... - начал Гринер.

- Вот и славно.

Тео расцепила судорожно сжимавшие ее поперек талии руки ученика и фыркнула.


Гринер и вправду никогда не был в столице, но слышал, что зрелище это стоящее. Поговаривали, что давным-давно Тэнниел строили маги, а это означало всякие чудеса: водопровод, канализацию, фонтаны и мостовые. Не каждый город мог похвастаться такой роскошью, а если конкретно, то только четыре. Еще Тэнниел был огромен - так говорили в замке. И сказочно красив.

В чем-то они были правы, но 'сказочная красота' города давно уже была в прошлом - Гильдии Садовников и Подметальщиков переживали не лучшие времена, и за чистотой следили спустя рукава. Часть фонтанов давно не работала, водопровод обслуживался только в центральной части города, а некоторые особо прозорливые граждане поговаривали, что еще лет двадцать - и все эти волшебные штучки развалятся на части, потому что некому их чинить и обновлять, маги то ушли.

Но, как бы то ни было, столица все равно произвела на Гринера ошеломляющее впечатление. Когда в пятом часу он въехал на холм, высившийся на западе от города, и увидел Тэнниел, который лежал в низине, вдоль реки Тегерры, такой огромный и сверкающий, он был просто восхищён.

- Да уж, велик и прекрасен, что тут говорить, - прочувствованно произнес Таллирен, с таким лицом, словно сам строил город, или по крайней мере ему принадлежала его большая часть. - Давно собираюсь описать его в поэме, да все достойных эпитетов не подберу.

- А ты сходи как-нибудь в портовый район, мигом найдешь там эпитеты. Самые различные, - съязвила Тео, но, словно догадавшись, что Гринер уже готов разочароваться, обернулась и подмигнула ученику. - Не расстраивайся, юноша. В недостатках тоже есть определенная прелесть. Я, пожалуй, любила бы этот город меньше, если бы он был безукоризненным... Напомни мне, чтобы я показала тебе Площадь Трех Фонтанов.

- От гостиницы, где я обычно останавливаюсь, до нее каких-то пять кварталов. 'Куриная гузка', хоть и небольшая гостиница, но кормят там божественно и клопов нет. Так что - рекомендую.

Сообщив это, бард тоже подмигнул Гринеру и шагом направил коня вниз по пологому склону. Он уже мог никуда не спешить - как он утром объяснил Гринеру, хоть начало Состязания и назначено на сегодня на восемь вечера, но как всегда, все опоздают, потом будут выяснять очередность выступлений, потом провозглашать тосты, потом пить и высыпаться после гулянки, так что в лучшем случае 'раскачаются только к завтрашнему'. Когда Гринер спросил, зачем тогда нужна была эта спешка и помощь магов, Талли, заговорщически улыбаясь, шепотом сообщил, что магов нужно время от времени подстегивать, чтобы не забывали о дружбе и ее ценностях. Сами маги этого разговора, по счастью, не слышали. Вроде бы.

Меньше чем через час Гринер въехал в ворота столицы. Огромные ворота, даже больше, чем в замке, где он жил; стены из серого тесаного камня тоже произвели на него впечатление. Было ясно, что город вполне может выдержать долгую осаду, правда, отдав на милость нападающих бедные кварталы у городских стен. От самых ворот начиналась та самая мостовая, из разноцветных булыжников, о которой Гринер знал из рассказов путешественников. Дома поражали своей высотой - некоторые в три этажа! - но Тео сказала, что это еще не предел. В городе есть и пятиэтажные дома, например, Ратуша или Королевский Банк, а в городе Будере так и вовсе целый квартал, состоящий почти из одних башен в двадцать ярдов высотой, правда, заброшенный. Гринер вертел головой ровно до того момента, пока Тео почти силком не потащила его за собой в проулок, выходящий на небольшую уютную площадь. Посередине красовался фонтан, его окружали несколько клумб; дома обступили его столь тесно, что, казалось, они тянутся ближе к воде. Хозяин кафе выставил на тротуар под навес несколько столиков и табуреток, и места стало еще меньше, но, возможно, за счет этой тесноты и достигалось ощущение уюта. Двое магов и бард направились к зданию темно-серого камня с вывеской 'Куриная гузка', и Гринер понял, что цель их путешествия (по крайней мере, первоначальная) достигнута.

- Надеюсь, ты понимаешь, что не стоит распространяться о том, кто мы... - прошептала Тео на ухо Гринеру, когда он заводил ее коня через калитку на задний двор гостиницы. - Это может вызвать нежелательные толки... Для всех остальных я и мой друг Дерек - просто наемники, охраняющие драгоценную персону барда, ясно?

- Ясно, - кивнул Гринер, чего тут неясного, он ведь не дурак. Но на всякий случай уточнил, - А кто тогда я?

- А ты - мой ученик.

'Вот здорово', - подумал юноша, - 'Так, получается, я все-таки стал учеником воина, пусть и только на словах. А, впрочем, почему на словах? Не для виду же она с собой меч таскает...'


Кормили в 'Гузке' и впрямь отменно, бард не обманул. Хозяйка гостиницы, завидев старого клиента, от радости вся засветилась и приказала подать все самое лучшее, не желая ударить в грязь лицом перед знаменитостью. Маги кормежку оценили, пожелали процветания мисс Келеен (так звали обаятельную хозяйку) и, отговорившись делами, покинули 'Гузку', наказав Гринеру как следует погулять по городу, чтобы было в будущем что вспомнить. Бард проводил юношу до главной улицы, пересекающей город, и, объяснив, что должен повидаться со своими собратьями по цеху, тоже удалился. Гринер оказался предоставлен сам себе, один в огромном городе; под рубахой кошель с пятью серебряными монетами, которые ему вручила перед уходом Тео, а в голове множество интереснейших планов.

Главная улица, носившая гордое и вполне объяснимое название 'Главная', изобиловала множеством магазинов, лавок, кафе и гостиниц, да и просто особняками богатых жителей. Повсюду сновали люди: что-то покупали, что-то продавали, изредка проезжали конные, и их лошади весело цокали подковами по мостовой. Гринер, сам не свой от счастья, зашел в первую же попавшуюся ему лавку; в той, как оказалось, продавали оружие. Несмотря на лесть продавца юноша быстро понял, что почти не разбирается в оружии, и, сообразив, что ему сейчас всучат барахло, быстро вылетел наружу. Побродив еще немного и купив у доброй на вид старушки пирожок с курятиной, он спросил дорогу к Площади Трех Фонтанов.

- Да как же, как же, милок, вона - прямехонько иди, туда носом и уткнешься, - подслеповато щурясь, объяснила старушка, а потом участливо добавила: - Гляди-ка, тощий какой, бедняга. Хочешь еще пирожок? Надо много есть, чтобы девушкам нравиться.

Гринер не собирался в ближайшее время нравиться девушкам, поэтому вежливо отказался и пошел в указанном направлении, любуясь мозаикой, которой, по старому обычаю, были украшены стены домов, выходивших на улицу. Чаще всего на стенах изображали что-то, имевшее отношение к тому, что за этими стенами находится. Воины, потрясающие мечами - на лавке оружия. Стену одной из лавок украшали скачущие лошади в красивой сбруе. Он ради любопытства зашел внутрь, и понял, каким образом такой приземленный, казалось бы, товар, оказался на главной улице в городе. Здесь торговали упряжью для коней благородных господ. Насмотревшись на умопомрачительное количество серебряных и позолоченных бляшечек, колокольчиков, узоров, тисненую кожу сёдел и расшитые шелком попоны, он даже позавидовал этим лошадям. Совсем немного.

Наконец он добрался до площади. Там и вправду находились три огромных фонтана, поражавших воображение. Статуи в центре каждого из них сверкали позолотой, они изображали морских обитателей - рыб, черепах, дельфинов. Центральный фонтан украшала статуя русалки, держащей в руках большую раковину, из которой била струя воды. Гринер подошел поближе, и заметил, что на дне фонтана с черепахой лежат монеты; он вынул медяк из сдачи, которую ему дала старушка, и кинул его в воду - на счастье. И буквально через секунду его за плечо схватила чья-то рука.

- Вот ты где! Так и думал, что найду тебя здесь. Очень спешил, даже взопрел, пока бежал.

Гринер оглянулся и увидел барда, Таллирена. Тот стоял рядом, прикладывая кружевной платочек ко лбу, и выглядел действительно запыхавшимся.

- Ты мне очень нужен, пойдем! - попросил бард, потянув Гринера за рукав куртки.

- Куда?

- В Ассамблею.

- Зачем?

Бард потащил его за собой через толпу, умело лавируя между людьми, и то и дело просил прощения за то, что кого-то толкнул. Между извинениями он объяснял Гринеру:

- Я дал другу попользоваться своим подмастерьем, а он его угробил, подлец.

'Такое объяснение ничего не объясняет', - подумал Гринер. На самом то деле это даже больше все запутывало. Юноша ловко увернулся от торговки цветами, столь хорошенькой, что он пожалел, что не съел перед этим сто пирожков, и поинтересовался:

- Попользоваться? Угробил?

- Мэви собирался выступать у какого-то графа, не помню, да и не столь важно; помощника у него на тот момент не было, а без него в таких делах никуда, он и попросил дать ему моего на время. Помощник - он ведь не только флейту подает и ритм на барабанчиках отстукивает, знаешь ли... Наличие подмастерья у барда указывает на его статус.

Они покинули площадь, людей вокруг стало меньше, и это позволило Таллирену ускорить шаг, Гринер же, со всем наличествующим у него вниманием слушавший рассказ барда, отметил только, что дома вокруг становятся все богаче, все выше... 'Не иначе как мы в центральную часть города идем', - решил юноша.

- А угробил он его по дурости. Или из подлости, уж не знаю, Мэви всегда завидовал моему таланту... Словом, упустил парня - тот женился.

- Женился? - переспросил Гринер. Бард обернулся на ходу и, скорбно приподняв брови, кивнул.

- Все, конец ученичеству. К моему великому сожалению, мир устроен так, что никакая, даже прекраснейшая музыка, не способна победить женщину. Особенно в глазах того, кто влюблен.

- Полностью с вами согласен, но при чем тут я?

- Будешь моим временным подмастерьем. Не могу допустить, чтобы остальные смотрели на меня свысока.

- Но я же ничего не умею!

Бард резко остановился, внимательно посмотрел на Гринера. Даже, можно сказать, критически оглядел того с головы до ног.

- Тебя надо переодеть, юноша. Ты похож на оборванца, правда, весьма миловидного, не спорю, видимо какая-то благородная кровь в тебе течет, ибо ты не похож на этих крестьян, будто вырубленных тупым топором из дуба... Но что это я разговорился? Идем!


Глава вторая,

в которой Тео и Дерек, как всегда, на ровном месте находят приключения, мы узнаем много нового о росте преступности в столице Вердленда, а в истории появляются два загадочных трупа.


Тем временем Тео и Дерек, перекусив пирожками с курятиной (по странной прихоти судьбы они купили их все у той же старушки, и, как знать, возможно, это стечение обстоятельств тоже сыграло свою роль в последующих событиях) подошли, наконец, к караулке у входа во 'внутренний город', где располагались дворцы знати, небольшой квартал слуг, казармы королевских гвардейцев, городских стражников и собственно монарший замок. Этот вход вел к казармам.

- Бы к Бобайбу, - дожевывая пирожок, Тео попыталась величественно пройти мимо стражников. Но те, переглянувшись, мигом загородили проход пиками.

- Куда? - рявкнул тот, что стоял справа, с большими усами.

Магичка подняла вверх указательный палец, показывая, что надо подождать, и с мученическим видом задвигала челюстями. Когда последний кусок был проглочен, она повторила:

- Мы к Догайну. Королевский префект, слыхали о таком?

Дерек прислонился рядом к стене, скрестил руки на груди; ситуация его откровенно забавляла.

- Слыхал, - не стал отпираться стражник, - как не слыхать... только вот он уже с полгода как на пенсии, вместо него теперь капитан Некс. Слыхали о таком?

- Старина Билл ушел на покой? Почему же он мне... ну да ладно. Тогда проводите меня к вашему как-его-там. Он хоть мужик нормальный?

Молодой стражник поперхнулся, а вот его старший товарищ и бровью не повел.

- Об этом не мне судить. А проводить - вот Денни покажет дорогу. Оружия нет? Ну, тогда милости просим. Эй, малец... - паренек сжал пику крепче, - сопроводи к капитану.

Тео и Дерек, отлипший от стены, пошли вслед за молодым стражником. Тот ежеминутно оглядывался и прибавлял шаг, словно очень хотел поскорее избавиться от посетителей. Да так оно, судя по всему, и было. Троица пересекла небольшую площадь, слева от которой начинался ухоженный парк; за кронами деревьев виднелись шпили дворцовых башен. Тео, прекрасно знающая дорогу, постоянно обгоняла паренька, отчего тот смущался еще больше, но, когда она попыталась свернуть к казармам, помотал головой.

- Это... не туда.

Магичка пожала плечами и послушно пошла за стражником. Поравнявшись с Дереком, она прошептала ему на ухо:

- Не удивлюсь, если этот свежеиспеченный капитан обосновался рядом со знатью. Вот старина Билл не отделялся от простых солдат, за что его и любили... Ну, посмотрим.

Она не ошиблась - стражник провел их краем сада и уже через пять минут взору открылся небольшой квартал: аккуратные домики, многие окружены садиками или клумбами. Здесь проживали гости короля и дворян, высокопоставленные служащие замка, в том числе и главный дворецкий, которого Тео знала лично. Мысленно она сделала себе пометку заглянуть в домик с красными ставенками и проведать пожилого Шольца, вдруг он в кои-то веки будет дома, а не в замке. Преданность старого слуги была столь высока, что почти все свое время он проводил на службе, позволяя себе отвлечься только на свою давнюю пламенную страсть - розы. Даже издалека его дом был приметен: его со всех сторон окружали розовые кусты, как наваленные в беспорядке груды алого шелка.

- Пришли, - промямлил молодой стражник, кивая на двухэтажный особнячок. - Постойте тут, я скажу ему. Лучше доложить, а то он разозлится...

- Не стоит утруждать себя, - плечом отодвинув парня с дороги, Тео широким шагом направилась к двери, оставив того с вытаращенными глазами стоять на дороге. Дерек, улыбнувшись, последовал за ней. Тео же, нисколько не смущаясь, стукнула несколько раз дверным молоточком и, не дожидаясь ответа, вошла внутрь.

Если снаружи, у крыльца и вокруг дома, еще виднелись какие-то остатки заботы и ухода (ровная гравиевая дорожка, клумбы и новехонькая кованая ограда), то внутри сразу становилось ясно, что прислуга в этом доме если и есть, то наверняка забыла о работе. Было темно - солнечные лучи не могли пробиться в мутное окошко над дверью, и небольшая прихожая утопала во мраке. Однако, открыв дверь и впустив немного света на короткое время, Тео с Дереком успели заметить лестницу наверх. К ней они и направились, но на полпути остановились - из-за находящейся справа двери доносились приглушенные голоса. На цыпочках маги подкрались поближе и прислушались. Говорили женщины.

- Ну я и говорю ей: 'Агнесс, да бросай ты его, он же денег в дом не приносит и вообще ходит на сторону!'

Раздался звук, который ни с чем не спутаешь - кто-то шумно втягивал чай с блюдечка губами.

- А она: 'А что поделать-то, люблю я его!' Ну, не дура?

- Угу. Дай-ка еще кусочек... Вкуснотища.

- Я знала, что тебе понравится. Самые лучшие пирожные у мастера Кейри, его кондитерская на углу Птичьей улицы и...

Тео ткнула в бок стоящего рядом Дерека: мол, пошли дальше, тут ничего интересного. Они так же тихонько стали подниматься по лестнице, которая, по счастью, не скрипела. Дверь на второй этаж была полуоткрыта, и, пройдя в коридор, который был освещен чуть лучше за счет большого окна в дальнем его конце, друзья сразу поняли, куда им направиться дальше. Из-под второй двери налево была видна полоска света. И оттуда же слышались странные звуки: пыхтение и сдерживаемые вздохи. Тео уже почти взялась за ручку, когда ее остановил Дерек, придержав за плечо.

- ?... - приподняла брови Тео.

Дерек ухмыльнулся, кивнул на дверь, покачал головой и сделал несколько неприличных телодвижений.

'Думаешь, там кто-то...? Да ну, не может быть', - перешла на мысленную речь Тео. 'А вдруг? Представь, если мы вломимся в самый неподходящий момент?' - дернул бровью Дерек. Тео усмехнулась: 'Заниматься любовью на рабочем месте в рабочее время - преступление. Я бы посмотрела на его лицо. Да и для шантажа сгодится, если вдруг окажется, что он не такой понятливый, как Билл...'

Дерек пожал плечами; этот жест был понятен, мол, делай как знаешь.

Магичка резко толкнула дверь. Картина, представшая их глазам, настолько не соответствовала представленной, что первые несколько секунд маги стояли столбом, пытаясь справиться сначала с удивлением, а потом со смехом... над самими собой.

Посреди довольно большого кабинета стоял стол, заваленный бумагами так, что они вот-вот грозили рухнуть на пол. Среди бумаг, опасно накренившись, возвышалась башня из грязных чашек. Кресла, как хозяйское, так и гостевые, были отодвинуты к полкам с книгами, располагавшимся вдоль стен. Приглядевшись, можно было понять, что и письменный стол стоял не на своем месте, он был также подвинут, освобождая место. А у окна мужчина лет тридцати, в расстегнутом камзоле, вращая мечом, выполнял основные фехтовальные упражнения. И видимо, был занят этим довольно долго - воздух с легким свистом вырывался из его ноздрей, а когда мужчина делал выпад вперед или разворот, слышалось именно то самое сопение, которое послужило поводом для Тео и Дерека сделать свое предположение относительно интимности происходящего за дверью.

Тео справилась со смехом быстрее друга и, сделав милое лицо, вежливо поинтересовалась:

- Капитан Некс, префект Его Величества?

Мужчина дернулся и, вместо того, чтобы плавно завершить пируэт, невпопад переступил ногами и чуть не споткнулся. Резко развернулся к посетителям, приоткрыв рот для гневного рыка, и лицо его побагровело.

'Он вспыльчив', - подумала Тео и сразу же перестала кокетливо хлопать ресницами, ибо стало ясно: шуток капитан понимать сейчас не способен.

- А вы кто такие? - взревел капитан Некс.

- Я - Тео, - представилась магичка. - Вообще-то я рассчитывала застать капитана Догайна, но мне сказали, что он ушел на пенсию, и вместо него теперь вы.

- И зачем вам Догайн?

- Ну, я всегда захожу его проведать, когда приезжаю в столицу, - пояснила Тео, хотя по выражению лица Некса было ясно - удовлетворить его таким расплывчатым объяснением не удастся. Поэтому она продолжила: - Я помогала ему справляться с делами... м-м-м.. ну, так скажем, не вполне обычными.

Капитан, не выпуская из рук меча, придвинул к столу свое кресло и сел, широким жестом предлагая располагаться поудобнее, и лицо его при этом исказилось недоброй усмешкой. Тео же, однако, ничуть не обидевшись, освободила тяжелое кресло от бумаг и свертков и села, положив ногу на ногу. Дерек остался стоять, подпирая плечом книжные полки и делая вид, что его интересуют только старинные тома и рукописи.

- А что вы понимаете под 'не вполне обычными делами'?

- Капитан, лучше мы будем говорить о тех делах, которые полагал необычными Билл Догайн.. Я имею в виду странные происшествия, загадочные убийства, непонятные события, внешне не связанные друг с другом... - начала перечислять Тео. Но Некс перебил ее:

- Вы заявляетесь ко мне без приглашения, без предупреждения или доклада, и хотите чтобы я вот так, сходу, поверил вам?

Тео задумчиво постучала пальцем по губам.

- Вы правы, префект. Скажите, вы были лично знакомы с Биллом?

- Да, и весьма близко. А что?

- И он знал, что вы займете его место?

- Он сам предложил мою кандидатуру. Не понимаю, к чему вы клоните...

Но Тео, уловив хитринку в глазах капитана, поняла - он прекрасно понял ее намек. Только вот предпочитает притворяться, отыгрываясь за то, что его застали врасплох.

- Тогда он должен был дать вам пароль. Рассказать о каком-нибудь случае или событии, о котором могу знать только я. Разве нет?

Отпираться не было смысла, и Некс это знал. Он прищурился, глядя на незваную гостью.

- Хорошо. Скажите мне, что было на столе в тот день, когда дважды был проспорен конь.

Тео засмеялась и вытянулась в кресле, закинув руки за голову.

- А-а-а, вы о том случае... Это было дома у Билла, он пригласил меня поужинать и сыграть в шахматы. Сначала подавали устрицы с белым вином, потом утку в кислом соусе, а потом я достала из сумки кофе - это такой южный напиток, я везла его для себя, но...

На лице у капитана появилось разочарованное выражение, которое он тут же попытался скрыть, не желая признаваться даже самому себе, что ждал правильного ответа. Он набрал в грудь воздуха, чтобы пожелать посетителям счастливого пути в откровенно грубой форме, а именно, крикнуть 'Вон!', как Тео, разливавшаяся соловьем про всякие яства, ухмыльнулась и закончила:

- Но я слишком увлеклась перечислением блюд, а между тем до сих пор не ответила на вопрос; так вот, на столе в тот день лежали два кинжала. Еще там была человеческая рука, оторванная оборотнем, и кусок двери со следами его зубов. Я тогда помогала Биллу искать зверя. А все вышеназванные блюда мы ели с подносов, поскольку стол, как вы понимаете, был занят. Все верно?

Капитан поджал губы.

- Вы поставили в споре свою лошадь? - задал он очередной вопрос.

- Не лошадь. Коня. Шахматную фигуру. Сначала я проспорила - и убрала ее с доски, потом вернула туда, где стояла.

- А о чем вы спорили?

'Очень надеюсь, что Билл ограничился традиционным числом 'три' и вопросов больше не будет', - подумала Тео.

- О том, что приятнее, провести день в постельных битвах, с умопомрачительной красоткой, или же в настоящих, убив врага... или парочку.

- И чье же мнение... - начал было Некс, но смутился и замолчал.

- Я прошла испытание? - откровенно ухмыляясь, спросила Тео.

- Да, да... Не скажу, что очень уж рад вашему здесь присутствию, но Билл говорил о вас... Сказал, может прийти странная женщина в мужской одежде и наверняка будет говорить странные вещи. Однако я доверяю старому другу... - капитан был сама любезность. Он явно решил - вместо того, чтобы затевать конфликт, проще потратить на гостей еще десять минут, а затем отказаться от их услуг, сказав, что все спокойно. - Итак, чем могу помочь?

Тео, сидя в кресле все так же расслаблено, нога за ногу, пальцы рук сплетены на затылке, ласково протянула:

- Не-е-ет... Чем мы можем помочь, капитан?

- Ну хорошо. - Некс шумно выдохнул и взял первый попавшийся листок со стола. - Посмотрим... Два дня назад произошло ограбление винной лавки мастера Гиро. Пострадали сам мастер, его подмастерье, несколько прохожих. Судя по описаниям очевидцев, какая-то какая-то пьяная компания просто вломилась средь бела дня и, избив хозяина, забрала несколько бочонков. Следующий доклад... Вчера у портового трактира 'Камбала' произошла пьяная драка. Пара переломов, выбитые зубы, три шишки, один труп - бедняга, судя по всему, умер не от раны, а из-за количества выпитого им сомнительного пойла. Или вот...

И дураку стало бы ясно, что капитан издевается. Но Тео только улыбалась, и кивала с таким видом, будто описание последствий пьяных потасовок - самое интересное, что только можно придумать.

- Прачка Эльвена Руанд обвиняет свою соседку Лину Жерье в колдовстве, якобы та напоила ее мужа приворотным зельем. Строители, занятые на ремонте городской резиденции графа Леккона, заявили, что у них были украдены леса, вследствие чего продолжать работу они не могут... Каким из этих дел вы хотите заняться?

- А вот этим.

Дерек, каким-то необъяснимым способом незаметно прокравшись за спину капитану, подглядел через его плечо в бумаги и ткнул пальцем в листок на краю стола.

Капитан вздрогнул, словно только что заметил, что гостей двое.

- Этим? - он взял доклад и пробежал его глазами. - Это же чушь.

- Именно чушью мы и занимаемся. - Тео выпрямилась. - Прочтите.

- 'Третьего дня около заброшенного дома в Рыбном проулке были найдены двое мертвых бродяг. Ран на теле не обнаружено, судя по всему, умерли естественной смертью - от голода. Находившийся рядом нищий утверждал, что видел ночью свет в окнах означенного дома. Бродяги похоронены на Нижнем кладбище'. И что?

- Прикажите откопать этих бродяг. Надо осмотреть их... - посоветовал Дерек с серьезным лицом.

- Что? - скривился капитан. Видимо, с воображением у него проблем не было и он вживе представил, как будут выглядеть и, главное, пахнуть трупы после того, как их достанут из под земли.

- Если мы не правы, вы всегда сможете повеселить жену рассказом о двух идиотах, заявившихся с предложением помочь, - сказала Тео. - Если же правы... Прикажите откопать, а там посмотрим. Надеюсь, мастер Вейсс не ушел на пенсию?

- Нет, ему же всего двадцать два... - растерялся капитан.

- Мало ли, - невозмутимо отрезала Тео. - Биллу тоже всего пятьдесят. Не ушел - замечательно. Мне понадобится специалист.

Капитан-префект пожевал губу, смотря исподлобья то на женщину в кресле, то на стоящего рядом улыбающегося во весь рот нахала.

- А, демон с вами! Пойдемте...

Он порывисто встал из-за стола, свалив часть бумаг, прицепил меч к поясу и пошел к двери; маги последовали за ним. Выйдя на лестницу, Некс вполголоса ругнулся: спускаться приходилось на ощупь, пробуя ногой ступеньки. Тео участливо посоветовала:

- Вам бы научиться общаться с женщинами, капитан, и все станет на свои места. Немного ласки, немного строгости... и они забудут дорогу к кондитерской мастера Кейри, а в доме у вас всегда будет светло... и не так пыльно.

Шедший сзади Дерек сдавленно прыснул, капитан же предпочел смолчать. Открыв дверь на улицу, он сощурился от яркого света, помотал головой и широким шагом направился к казармам.

- Я въехал в этот дом только неделю назад, и... эти женщины достались мне от прежнего владельца. Жены, кстати, у меня нет.

- А что случилось с кабинетом префекта, который у казарм?

- Сгорел. Чудом спасли архивы - один самоотверженный гвардеец с риском для жизни вынес их из огня. А мне вот приходится сидеть тут, пока не восстановят...

Некс и двое его новых знакомых (то, что Дерек так и не представился, вылетело у капитана из головы) минут за двадцать пересекли сад, еще столько же было идти до казарм. Несколько десятилетий назад жители 'внутреннего города' написали королю прошение о том, чтобы вынести казармы и подсобные постройки за стену, но король отказал. Что толку от солдат, если при осаде они находятся снаружи? Казармы остались на месте, смущая своим простым и непритязательным видом чувствительные взгляды благородных господ, случись им гулять в этой стороне сада.

Мимо прошли двое гвардейцев, легко узнаваемых по значку на плече: золотой олень на малиновом поле. Вскользь глянув на капитана, они небрежно козырнули и пошли дальше. Хотя Некс явно не собирался сносить такое отношение при посторонних, Тео могла бы поспорить, что не будь их рядом, капитан предпочел бы 'не обратить внимания'. Тихим, но твердым голосом он подозвал гвардейцев, стараясь не выдавать своего раздражения. Когда они подошли, бросая любопытные и развязные взгляды на гостей капитана, он беспрекословным тоном приказал им отправиться на Нижнее кладбище и откопать там трупы двух бродяг, найденных в Рыбном проулке.

- Привезете их сюда, в морг. И побыстрее.

- Да-а-а, сэ-э-эр... - лениво отозвались гвардейцы.

- Даю час. Не обернетесь - отстоите пять дежурств. Каждый.

Парни заметно прибавили шагу, но, отойдя достаточно далеко, так, чтобы капитан не заметил, пошли медленнее, склонив головы друг к другу и шушукаясь. Некс и впрямь не видел этой сцены, иначе пятью дежурствами гвардейцы не ограничились бы, но Дерек следил за ними краем глаза.

'Его не любят', - мысленно заметил он, обращаясь к Тео. Та ответила: 'Вижу', и продолжила расспрашивать капитана о городе и различных происшествиях: не видели ли стражники чего необычного. Диких зверей в городе, большого количества птиц и тому подобное. Капитан честно пытался вспомнить, морщил лоб, и, только подойдя к казармам, неуверенно ответил.

- Это не доклад, я видел своими глазами... Я возвращался домой довольно поздно, засиделся за работой. Даже не поздно, а рано, если вдуматься; около четырех часов утра. Проходил мимо пристаней, срезал путь. В это время там все равно уже тихо. И видел... огромная стая чаек качалась на волнах, вплотную у пирса. Они покрывали живым ковром почти всю реку по ширине, а в длину - от складов до конца Мокрой набережной. Правда, тем утром опустился туман и я мог обмануться...

- Сомневаюсь.

- Ваше право... Мы почти пришли.

Они и вправду пришли - осталось лишь обойти широкое и приземистое здание казарм, стоявшее торцом к защитной стене, да обогнуть конюшни. Дальше, отделенное от всех остальных на удивление зеленой лужайкой, стояло здание, к которому они направлялись. 'Трупарня', как ее называли стражники, отпугивала любопытных как внешним видом, так и предназначением, оттого-то и росла трава на пятачке перед ней, а в других местах, относящихся к военным пристройкам, она давно была вытоптана солдатскими сапогами.

- Эпоха Геккелинов! - восторженно воскликнул Дерек, остановившись и осматривая здание. - Ну что за прелесть... Такая мрачность, загадочность и тоска! А эти уродливые горгульи, не правда ли, они прекрасны?

- Просто восхитительны, Дер, ты, если хочешь, любуйся, а мы пойдем... - предложила Тео.

- Да нет, я с вами, только вот... никогда бы не подумал, что хоть одно из этих зданий сохранилось... Их же все в свое время разрушили.

- Естественно, разрушили. Из года в год наблюдать этакую жуть....

- Ты несправедлива...

Перепалку пришлось прервать - капитан прибавил шаг и отворил тяжелую черную дверь перед дамой. Махнул рукой: 'Заходите'. Тут уже восторги Дерека поутихли, поскольку вся внутренняя отделка оказалась уничтожена, остались лишь голые стены да заново отстроенные перегородки между комнатами. Капитан повел их дальше (Дерек временами постанывал, сетуя на вандалов), через большую залу с койками, судя по всему, заброшенную, потому что на всем лежал большой слой пыли.

- Раньше здесь была лечебница, - пояснил Некс. - Потом построили новую, более... уютную. Но сносить здание не стали, тут расположили морг и здесь же находится лаборатория Вейсса.

- Я в курсе, - улыбнулась Тео. - Мы с Хоррасом давние знакомые. Вообще то именно он...

Они как раз начали поворачивать за угол, как вдруг неподалеку раздалось мощное 'бум!' и с потолка посыпалась крошка.

- Опять изобретает...

Дверь в лабораторию отворилась без скрипа. В полутемном помещении, заставленном столами и полками, бутылями и ретортами, отчетливо пахло гарью. В дальнем конце комнаты зашевелилась долговязая фигура, окутанная клубами дыма и пыли. Она натужно кашляла и сипела.

- Эй! - крикнул капитан.

- Слыхали? Слыхали, как рвануло? - радостно заорала фигура, в которой с трудом можно было признать человека в тулупе, мясницком фартуке и крагах, с замотанным шарфом лицом.

- Хоррас, ты ли это? - задала риторический вопрос Тео, всматриваясь в дым, надеясь все-таки разглядеть в нем специалиста по анатомии, алхимии и медицине.

- Тей! - обрадовался вышеозначенный специалист, и галантно кинулся к даме, пытаясь поцеловать ей руку. - А я-то как рад! Ты мне поможешь с ингредиентами?

- Потом, потом... сначала ты нам поможешь.

- Что-то случилось? Кого-то убили? Ну наконец-то!

Капитан, видимо, пока не слишком близко знакомый с Хоррасом Вейссом, сдавленно кашлянул. Но, возможно, виновата была копоть, парившая в воздухе. Дерек же, по своему обыкновению, принялся отстраненно рассматривать обстановку. Заложив руки за спину, он прохаживался вдоль столов и с интересом вглядывался в баночки и ступки.

- Сюда через часок привезут два трупа. Осмотришь их, хорошо?

- А что искать? - Хоррас начал разматывать шарф, но запутался еще больше; Тео вздохнула и стала помогать ему разоблачаться.

- Что-нибудь необычное. И... - Тео отвлеклась от головы алхимика и, поймав пальцем несколько хлопьев сажи, все еще парившей в воздухе, быстро нарисовала на столе загогулину, и почти сразу ее стерла. - Запомнил?

- Да... и даже больше - кажется, я ее уже где-то видел.

- Где?

- Вспомню - скажу.

Капитан стоял в сторонке, и, глядя на эту троицу, явно думал, что они друг друга стоят. Что длинный и худой, как жердь, анатом с безбородым и мягким лицом, что дамочка, щеголяющая в мужском костюме, хотя наемницей вроде не является, да и этот странный мужчина... как же его зовут? Капитан тщетно попытался вспомнить имя нахального бородача. Хоррас же, освободившись от закрывающей обзор тряпки, заметил бродившего неподалеку Дерека: тот аккуратно раскачивал пробку в небольшой бутылке, с явным намерением понюхать фиолетовое содержимое.

- Ради всех Богов, не трогайте! - молодой ученый кинулся к драгоценной склянке, выдернул ее из рук мага и прижал к груди. - Это масло ориса!

- Но масло ориса желтого цвета, - возразил Дерек, и, пожалуй только Тео, знавшая его довольно давно, смогла бы понять, что ее друг искренне развлекается, получая удовольствие от общения с Хоррасом. Слушал его рассуждения о предметах, в которых сам разбирался гораздо лучше, изображая при этом почтительное дилетантство, в нужные моменты умело округляя глаза и поддакивая.

- Да, желтое... но я его усовершенствовал! Теперь после приема внутрь оно, вместо сильного поноса, вызывает лишь легкое послабление!

- Потрясающее открытие!

Тео, наблюдавшая эту сцену с затаенной в уголке рта улыбкой, якобы 'вспомнила' о капитане; тот стоял, нервно сжимая рукоять меча в ладони, явно не в лучшем настроении.

- Ах, капитан... - Некс вопросительно посмотрел в ее сторону, и магичка, поднеся руку ко лбу, томно предложила: - Давайте выйдем на балкон, тут как раз есть неподалеку один... а то мне что-то стало дурно...

Капитану деться было некуда, все же он был слишком хорошо воспитан, чтобы отказать даме, пусть и одетой в штаны. Он подал ей руку и они начали лавировать меж столами в сторону выхода. Магичка собиралась с пользой потратить время, которое даст ей Дерек, отвлекавший алхимика, и поговорить с капитаном наедине.

Они вышли на свежий воздух и встали в уголке балкона, у каменной вазы.

- Только посмотрите, какая красота... - вздохнула Тео, а капитан согласно кивнул. Здание располагалось на холме и открывавшийся вид был на диво хорош, благо погода стояла ясная. Солнце сотнями золотых и алых бликов отражалось от Большой Королевской Оранжереи, которая являлась предметом восхищения и удивления одновременно - это надо же было потратить на нее столько стекла! Зеленая пена деревьев окутывала красные черепичные крыши домиков квартала слуг, дальше одна за другой поднимались широкие террасы, засаженные разнообразными цветами, и, как огромная белоснежная скала, возвышался Замок Деренвейт, оплот Вердленда и резиденция вот уже девяти поколений королей.

Дождавшись, пока Некс расслабится, любуясь видом, Тео резко сменила тон:

- Но я привела вас сюда не любоваться пейзажем.

- Нет? А мне показалось, вы со мной заигрываете, - растерянно улыбнулся Некс.

Тео максимально дружелюбно улыбнулась ему в ответ.

- Поскольку я сейчас собираюсь разбить вас в пух и прах, может, скажете мне свое имя?

- Что? - Не понял капитан.

- Ваше имя.

- Джером. Но, простите...

- И не подумаю. Вернее - прощу только тогда, когда вы, наконец, начнете вести себя соответственно положению. Не перебивайте! - Тео вскинула руку и капитан замолчал, не в состоянии противиться силе её голоса. - Я скажу все, что думаю, а потом выскажетесь вы. А пока... Не знаю, о чем думал Билл, назначая вас на свое место, но у него наверняка в тот день было разжижение мозгов. Не то чтобы вы были плохи, нет, со временем вы научитесь многому, но сейчас вы - извините, капитан - сырая глина. Вы уже полгода на посту, а чего добились? Городская стража вас боится, гвардейцы презирают. Даже служанки - и те в грош не ставят, предпочитая посиделки с чаем и пирожными приведению вашего дома в порядок. Вы завалены бумажной работой, хотя вам больше хотелось бы заниматься физической, и вы ничего не делаете, чтобы это изменить. Вы, Джером, живете отдельно от своих подчиненных, и, готова поспорить, ровным счетом ничего не знаете об их нуждах и радостях. Скажите, Билл говорил вам о некоем Ферфаксе?

- Он..., ну..., ...да. - Все-таки сумел ответить капитан. Он не замечал ни легкого ветерка, трепавшего его густую шевелюру, ни красивых окрестностей, сейчас даже Глас Последней Трубы не смог бы вывести его из ступора. Шея его налилась краской - то ли стыда, то ли ярости, и слова он из себя выдавливал.

- Скажите, вы говорили с ним? Видели? Обсуждали что-нибудь?

- У меня... не хватает на все времени!

- Если бы вы последовали совету Билла и поговорили с Томом Ферфаксом, я уверена, у вас бы образовалась прорва свободного времени. Он потрясающий специалист...

- Такой же, как этот полоумный алхимик? - не выдержал Некс.

- Хоррас впечатляет, не правда ли? - улыбнулась Тео, словно не замечая, что капитан с налитыми кровью глазами готов броситься на нее... или вниз с балкона. - Он, хоть и склонен увлекаться всякой ерундой, тем не менее, один из лучших, если не самый лучший специалист по анатомии и медицине, причем в той их части, что касается преступлений, способов убийства и причин смерти. Алхимия - детская забава, хобби... Нужно всего лишь чуточку терпения, которого у вас, судя по всему, нет, чтобы наладить с ним хорошие отношения и приобрести первоклассного помощника.

Капитан, как бы ни был разозлен, все же был человеком разумным. И старался - честно старался! - себя сдержать. И понять, что ему говорили.

- Теперь поговорим о властности, которой у вас, Джером, тоже нет. Я убеждена, что, общаясь с Биллом, вы всегда считали его милым стариканом, ветераном войны и все такое прочее, сидящем на этом месте только за старые заслуги, так? Но это глубокое заблуждение. Билл Догайн мил только в домашней обстановке. Если бы вы видели его в казарме или на плацу, или на поле боя, что еще более показательно, вы бы поразились, насколько он меняется, когда дело касается вверенных ему людей. Он жесткий, сильный, волевой и властный человек. Хотя с виду, может быть, и старикан, но способен взять любого зарвавшегося солдата за шкирку, как щенка, и повозить мордой по земле. И в то же время он заботится обо всех своих, как он называет их, 'ребятках', как о родных. Он не жестокий, но жесткий. Он не добренький, но добрый. Понимаете разницу?

Некс только кивнул. Краска сошла с его лица, теперь он был, наоборот, бледен. Он понимал (все ж не дурак!), что ему говорят дельные вещи, но тот факт, что их ему объясняет женщина... Впрочем, его отношение к критике со стороны противоположного пола волновали Тео меньше всего.

- Я прошу воспринять мои слова совершенно серьезно. Вы - именно вы, Джером Некс, и никто другой! - отвечаете за безопасность короля Дориана. Меня она тоже волнует не в последнюю очередь, признаюсь честно. Мне совсем не понравится безвольный, вспыльчивый и нелюдимый человек на вашем месте. Я дам вам еще полгода на осмысление и изменения. И поговорите, наконец, с Томом, он уникум в своей области, вам его помощь ой как пригодится...

- Скажите... - хрипло и быстро заговорил капитан, воспользовавшись паузой, пока Тео набирала воздуху в грудь. - Вы кто? То есть... Откуда... И почему?

Тео таинственно приподняла бровь:

- Завтра утром попросите королевской аудиенции. Вы ее получите - и задайте эти вопросы королю. А мне пора отлучиться ненадолго. И вот еще - никому и ничего не говорите до завтрашней встречи с Его Величеством. Впрочем, вы и после встречи будете молчать, но тогда будете уже точно знать, о чем вы молчите и почему. А пока - сделайте вид, что этого разговора не было. Мы с вами обсуждали... скажем, возможность скрещивания роз сорта 'Алый закат' с розами сорта 'Влечение' для выведения нового сорта, обладающего цветом первого и устойчивостью к тле второго. Пройдемте обратно...

Джером Некс согласно кивнул, подал даме руку и даже нашел в себе силы вежливо заметить:

- Но я совершенно не разбираюсь в розах...

- Я познакомлю вас с дворецким Шольцем. Он - разбирается, и вас научит.

Капитан так и не понял, шутит эта женщина или нет.

Вернувшись в лабораторию, Тео тут же откланялась, обещавшись, впрочем, вернуться к тому времени, как привезут тела бродяг. Дерек остался, объясняя свое желание чисто практическим интересом - возможностью пообщаться с умным человеком (Хоррас аж расцвел), а капитан тоже решил на время отойти. Он предложил магичке проводить ее, но та отказалась.

Тео бегом пересекла сад по внешнему краю, прокралась мимо гвардейцев, совершавших обход замка, и обогнула широкую башню, высматривая что-то наверху. Удовлетворенно хмыкнула, завидев на высоте третьего этажа небольшое окошко с открытыми ставнями. Оглядевшись и удостоверившись, что никого кругом нет, подняла с земли камушек и запустила в окно.

Через минуту наружу высунулась голова молодого мужчины.

- Даже здесь покоя нет, - пробурчал он, но завидев, кто его потревожил, расплылся в улыбке. - Тей, давненько...

- Ты один? - перебила его магичка.

- Абсолютно. Как ты меня нашла? Хотя - что это я, понятно, как... Допрыгнешь?

- А то. - Коротко ответила Тео и отошла на пару шагов назад для разбега. Затем, ухнув для порядка, подскочила на совершенно недостижимую для обычного человека высоту и уцепилась за протянутую ей навстречу руку мужчины. С некоторым трудом он втащил ее в комнату.

- Демон тебя дери, Дори, а пониже ты не мог спрятаться?

- Прекрати ругать короля, негодяйка - голову отрублю. У тебя что-то срочное? И где ты так отъелась?

- В 'Куриной Гузке'. А ты совсем забросил свои обязанности... Прячешься?

Тео огляделась - король, как можно было догадаться, занял чью-то чужую комнату: она выглядела жилой, но абсолютно не в его вкусе - слишком много картин на стенах и всяческих комодиков с кружевными салфетками, столиков и подставок для ваз у стен.

- Чьи это покои?

- Агаты, фрейлины... она уехала к родителям, а я воспользовался, каюсь. Насчет обязанностей... - молодой монарх запустил пальцы в свои буйные кудри и с силой их дернул. Его черные глаза были подернуты дымкой неподдельного страдания, а на волевом лице явственно читались следы недосыпа. - Меня вчера досуха выжали Западные бароны, а мне еще просматривать генеалогические документы для графа Веллиарда, старик Коулль помер, наследники грызутся...

- А чего хотели бароны? - Тео, заприметив блюдо с фруктами, нацелилась на грушу. - Можно?

- Бери. Мы решали, кому на следующие пять лет отойдут в аренду медные рудники в Рейенских горах. Барон Гейо давал лучшую цену, но я-то знаю, как он относится к рабочим... Я отдал рудники Виктору. Теперь Совет баронов будет меня поедом есть. Но - Слава Богам! - только через два месяца. Пока каннибализмом занимается только Гейо.

- Бедняга... - Тео вытерла грушевый сок с губ тыльной стороной руки. - А мне достанется кусочек твоей нежной царственной плоти?

- В чем дело? Что я еще не так сделал? - тут же насупился король, уже снова буквально закопавшийся в бумаги, разбросанные по широкой кровати под шелковым балдахином, преполагающей скорее любовные утехи нежели государственные дела,.

- Я насчет Билла Догайна. Зачем ты его уволил?

- Я не увольнял, он сам ушел. Старые раны, мол - я чуть ли не на колени перед ним встал, уже и его дружбу с моим отцом вспомнил, а он - ни в какую. Сказал, у него хороший преемник будет. Но я его еще не видел - дела.

- Я как раз по поводу Некса. - Заметив, что король непонимающе хмурится, Тео покачала головой. - Все в трудах, все некогда тебе... Некс, Джером Некс, твой новый капитан-префект, тот самый 'преемник'. Он завтра попросит твоей аудиенции.

- Ну, попросит и попросит... А что - надо дать?

- Обязательно. Твоя фрейлина не обидится, если я вытру руки о ее простыню?

- Фу, Тей... Рукомойник у окна.

Магичка кивнула и, подойдя к тумбочке, налила воды из большого кувшина в тазик, ни много ни мало, серебряный. Задумчиво пополоскала руки.

- Объясни ему, кто я, но примерно, не всю правду, конечно. Скажи, что я... э-э-э... твой тайный агент, советник, что ли. И припугни немного - мол, ты доверяешь ему свою безопасность, в его руках судьба королевства и все такое прочее.

- Разве он так плох, что ему об этом надо напоминать?

- Не то чтобы... просто еще не освоился. Ну, мне пора...

- Так скоро? Может, поможешь мне с этим? - король, взяв один из листов двумя пальцами, помахал им в воздухе.

- Не могу, Дори, извини... Тут назревает, похоже, кое-что посерьезнее расхлябанности префекта или чьих-то генеалогий. - Тео присела на край кровати. - Думаю, культ. Какой - ну, пока рано об этом говорить... боюсь ошибиться. Но два трупа уже есть, и завтра будут еще два. Если мы не поторопимся. Ах, не вовремя ушел Билл...

- Когда бы он не ушел, это было бы не вовремя, но люди не вечны, сама знаешь. Может, он почувствовал, что старость подступила и решил уйти, пока не поздно. Ладно, беги, только скажи мне напоследок вот что, может помнишь... Тут... - и король протянул магичке скрученный в трубочку пергамент со здоровенной печатью, - сказано, что Магда Делинор сочеталась браком с бароном Жерондалем...

- Дай-ка посмотреть... - Тео прищурилась, всматриваясь в полу истертые строчки. - Дайте Боги памяти, когда это было? Лет тридцать назад... А... Брехня. Нойол - ее сын от первого брака, тебе дали неполный комплект документов. Он тогда наследовал своему отцу, а Жерондалевы детки все либо помирали, либо были девками. Все?

- Вот еще, смотри, раз это брехня... - быстро проговорил король, удерживая свою советницу за рукав, - то получается...

- Извини Дори, мне и правда надо идти.

- О... Хорошо. Удачи тебе, Тей... - король сник, но все-таки нашел затем в себе силы улыбнуться. - И - большая просьба, приходи через дверь.

- Это почему? - удивилась Тео, уже свесившая одну ногу в окно.

- Меня чуть удар не хватил. Сидел себе, думал - и тут камнем по голове...

- О, Боги! Прости, Дори. Сильно?

- Да нет. Неожиданно просто.

Тео глянула вниз и ругнулась.

- Вот демон, эти гвардейцы встали под самым окном и треплются о чем-то...

- Ну, уйди обычным путем.

- Думаешь?

- Уверен. Только постарайся ни на кого не натолкнуться по дороге. И заскочи ко мне завтра после аудиенции.

- Это просьба или приказ?

- Повеление.

- Ясно, - ухмыльнулась Тео и исчезла за дверью.

По дороге она все-таки не смогла избежать встречи с кем-то из прислуги, но на нее как-то не обратили внимания. Столкнувшись же с дворецким Шольцем, она умудрилась довольно быстро закончить разговор, ограничившись всего несколькими фразами, - в частности, рассказала, что новый префект без ума от роз и жаждет получить как можно больше информации о сортах и способах выращивания. При этом она злорадно улыбалась. Затем Тео покинула замок почти так же незаметно, как и пробралась в него.


Вернувшись в 'трупарню' эпохи Геккелинов, Тео никого не нашла в лаборатории и справедливо предположила, что Дерек с Хоррасом спустились в морг. Так и оказалось, и еще - вот сюрприз! - на столах лежали свежевыкопанные трупы, количеством, как и предполагалось, две штуки. Анатом, судя по всему, спустился вниз недавно, потому что успел натянуть только одну перчатку из плотной кожи, другой же он помахивал в воздухе, живописуя что-то Дереку. Эта парочка сдружилась.

- Надо же, привезли! - с неподдельной радостью на лице воскликнула Тео, подскакивая к ближайшему телу. - А я уж думала, до утра копаться будут...

Анатом с магом вынырнули из ученого диспута и уставились на женщину.

- А где капитан? Он разве не с тобой? - спросил Дерек.

- Нет, он пошел по каким-то своим делам... Что тут у нас? Хоррас, ты уже смотрел?

- Только начинаю. Скажите спасибо, что у меня всегда есть запасные перчатки... - юноша протянул магам две пары, и кивнул в угол. - Там есть кожаные фартуки. И намажьте под носом из этой баночки...

Тео и Дерек послушно облачились, помазали где было сказано и нетерпеливо ринулись к одному из трупов. Хоррас уже счищал землю с его тела, ворча по поводу стражников, не заботящихся о чистоте.

- Их даже в рогожу не завернули, так кинули? - поморщилась Тео.

- Бардак, - подтвердил Хоррас. - А чего вам понадобились именно эти двое?

Маги переглянулись и начали помогать снимать лохмотья с трупа, одновременно объясняя. Вернее, говорила преимущественно Тео, Дерек же помалкивал, лишь изредка вставляя ценные замечания.

- В докладе у капитана прочитали про этих голубчиков. И задумались. Во-первых, в Тэнниеле от голода пока еще никто не умирал, даже бродяги, а уж чтобы двое одновременно... Во-вторых - дом.

- Вернее - улица, - уточнил Дерек, аккуратно отдирая кусок материи с ноги трупа. Обнаружив, что тот отходит вместе с кожей, он повертел головой, нашел бутыль со спиртом и, выдернув пробку зубами, обильно полил слипшуюся с кожей ткань.

- Точно, улица. Это сейчас она называется Рыбным проулком, и выходит к порту... А раньше в том месте проходила... как бы сказать... - маги опять обменялись взглядами. Юноша им нравился, но загружать его многострадальную голову еще и магией... Мысленно посовещавшись, они решили повременить пока с раскрытием всех карт. - Там когда-то приносили в жертву людей, и именно по этому овражку, по каменному желобу, кровь стекала в реку.

- И откуда вы все это знаете? - удивился Хоррас и мотнул головой в сторону. - Отойдите, я его водой оболью.

Друзья отпрыгнули. Вода, шумно плеснула о закоченевшее тело, грязными ручейками сначала стекла вниз, на каменный пол, затем, по специальным желобкам, предназначенным для крови или иных жидкостей, убежала к сливному отверстию под решеткой, а Хоррас, проследив взглядом за движением воды, заметно вздрогнул, вероятно, представив после рассказа Тео огромный кровосток.

- Знаем, - после паузы ответила Тео, отводя задумчивый взгляд от пола, - на то мы и специалисты по необъяснимому. Но есть еще одно важное обстоятельство...

- День, - поддакнул Дерек.

- Поза-позавчера было новолуние. 'Третьего дня', как сказано в докладе. Все? Он обтек? - когда анатом кивнул, Тео скомандовала: - Приступаем. Ищем знаки на теле и неестественные отверстия.

Они склонились над трупом; впечатлительному человеку, если бы он оказался здесь, эти трое наверняка показались бы нелюдями. Но, кроме двух магов и одного ученого, в морге не было никого, не считая второго трупа, а он уже был лишен как впечатлительности, так и остальных присущих живому человеку свойств. Лучи заходящего солнца, пробивая запыленные стекла насквозь, терялись в паутине. Через некоторое время Хоррас отошел от предмета изучения и зажег несколько ярких фонарей над столами. Время от времени раздавались возгласы 'Нашел!', тут же сопровождаемые разочарованным: 'Нет, это только синяк'. Искали тщательно, понимая, что второй возможности провести 'досмотр' не будет: труп уже покрывался характерными пятнами, которые, кстати, вызвали вначале пристальный интерес Хорраса, поскольку появиться (в условиях захоронения) должны были гораздо раньше. Но Тео одернула его, попросив заняться более насущными вещами, добавив 'потом можешь его хоть в бочке заспиртовать'. Анатома это успокоило.

Осмотр уже почти подошел к концу, когда Тео тихо протянула:

- Де-е-ер... Глянь сюда.

- Только такая извращенка, как ты, Тей, - хохотнул было Дерек, - могла додуматься искать знаки на мужском... О, Боги!... Ты права. Хоррас! А можно сделать посветлее?

Молодой ученый, желая поскорее осмотреть таинственный знак, метнулся к фонарю, висевшему на жерди, и за короткое время зажег еще пару больших, под потолком; но маги все-таки успели тайком от него провести руками по воздуху над телом. Реакция у них была разная. Тео буквально светилась, явно довольная, Дерек же помрачнел. Тут подскочил Хоррас.

- Пустите... пустите... О! - и встал, как вкопанный, уставясь на паховую область покойника. - Это... я видел что-то подобное... вспоминаю...

- Хоррас... я был о тебе куда лучшего мнения, а ты, оказывается, мало того, что... - начал Дерек, но Тео сильно ткнула его локтем в бок, и он заткнулся.

- Вот демон, что-то знакомое, но никак не могу... этот знак... где я его мог видеть?

- Может... - вкрадчиво прошептала ученому на ухо Тео, плавно перетекая ему за спину, - Может, ты видел такой знак у женщины?

- Точно! -Хоррас просиял. - Была одна девушка в борделе... - он смутился, и принялся оправдываться: - Ну, вы понимаете, у меня нет времени ухаживать за обычными девушками, да и какой из меня жених...

- Мы понимаем. Продолжай. - Теперь почему-то Дерек радостно улыбался.

- Ну, так вот, у нее на... хм, лобке тоже был такой знак. Я, помню, еще тогда подумал - какая интересная татуировка... А это что, общество какое-то?

- Когда видел?

- С неделю назад... Это культ, да?

- Что стало с девушкой? - игнорируя его вопрос, поинтересовалась Тео.

- 'Мамаша' сказала, что она сбежала, наверное, домой. Хорошая девушка...

- Была, - подытожила Тео. - Дерек, нам с тобой надо срочно переговорить с капитаном - кстати, где его демоны носят? Обещал ведь подойти вовремя? Ну, да ладно. - магичка выгнулась, поводя затекшими от долгого стояния в одной позе плечами. - Давайте-ка для проформы глянем на другого несчастного.

У второго трупа обнаружился такой же знак и на том же месте.

- Хоррас, - распорядилась Тео, - обмой их и постарайся сохранить хотя бы на время - ну, я не знаю, обложи льдом, что ли... Они нам еще понадобятся, показывать капитану. Эх, ну почему его нет? Дерек...

Маги осторожно сняли перчатки, фартуки, сполоснули руки спиртом и двинулись быстрым шагом к выходу, однако поблагодарить анатома не забыли. Тот покраснел и чуть не уронил бадью с водой.


На улице Дерек и Тео слегка поумерили прыть - надо было поговорить.

- Значит, там сидит гадина с двумя сущностями, - уверенно заявил маг, поглаживая свою аккуратную бородку, - раз уж она жрет и мужчин, и женщин.

- Ну, будет и тебе работа, всего-то... Надо забежать в бордель, спросить, когда точно пропала девушка... И еще - найдем капитана, пусть прикажет опросить людей, не пропадал ли кто за последний месяц. - сказала Тео.

- Почему месяц?

- Я беру средний срок. Если бы она проснулась два месяца назад, город был бы залит кровью. Но не меньше одного, это точно - она уже высасывает сразу двоих. Это, кстати, означает, что она сильна. А следовательно...

- Следовательно, - подхватил Дерек, - мы будем очень осторожны. Согласна?

- В этот раз - да.

Подходя к той части казарм, где располагались офицеры, друзья заметили, что стражников на данном участке в несколько раз больше, чем обычно, учитывая время суток. Они пошли быстрее - на лестнице, ведшей в помещения для высшего командного состава, пришлось проталкиваться сквозь толпу. Тео поймала за локоть первого попавшегося солдата и проорала тому в ухо:

- Где Некс?

Парень молча ткнул пальцем наверх и умчался, прижимая к груди какой-то сверток.

'Что у них тут творится?' - мысленно застонала Тео. Дерек пожал плечами: 'Я знаю не больше твоего'.

Широкий коридор, заполненный взбудораженными людьми, упирался в двери с изображением оленя, воинственно наклонившего рога, символом королевской гвардии. Не спрашивая ничьего разрешения, Тео толкнула створки и тут же поморщилась: если в коридоре стоял ровный, но нервный шум, то в совещательной зале витал дух тревоги и взаимной агрессии, то и дело выкрикивались взаимные обвинения, а то и оскорбительные реплики.

Посреди залы стоял круглый стол, за которым расположились офицеры высшего и среднего звена гвардии и стражи, председательствовал на совещании капитан Некс, лицо которого в этот момент цветом напоминало свеклу. Каждый доказывал что-то свое, часть из них - стоя и жестикулируя. Лишь двое людей, находившихся в комнате, молчали. - Капитан-префект и светловолосый юноша лет двадцати пяти, с умным продолговатым лицом, засевший в углу с трубкой. Причем последний держал язык за зубами по своей воле, а первый - уже, судя по всему, отчаявшись перекричать сослуживцев.

- А я говорю, вводить войска! - разорялся лейтенант в столь ладно пошитой форме, что возникало подозрение по поводу его богатых родственников, протолкнувших мальчика на престижное место.

- Войска? Я не ослышался?! - ревел с другого конца стола седой капитан с шрамом на щеке. - Ты, щенок, думаешь, что говоришь?

- Кого это вы назвали щенком?!

Ситуация стремительно катилась к тому, что больше бы походило на рыночную потасовку, чем на совещание в штабе. Тео остановилась в дверях и пристально вгляделась в Некса, ожидая, когда он наконец, заметит ее. Прошло меньше минуты, когда Джером поднял замученные глаза... и натолкнулся на спокойный, сочувственно-доброжелательный взгляд женщины, не так давно разъяснившей ему его ошибки. Он сглотнул... Внутри него происходила борьба, заметная, пожалуй, только взгляду Тео, остальные, если и заметили, что капитан уставился в дверной проем, не обратили на это ни малейшего внимания, занятые пребранкой.

Нексу понадобилось всего минута, чтобы побороть собственное раздражение, смущение и излишнюю вежливость. Он дернул щекой (Тео улыбнулась ему ободряюще) и низко, не громко, но очень звучно сказал:

- Молчать.

И столько опасного напряжения было в его тоне, что десять с лишним человек притихли моментально, запнувшись на полуслове.

'Бурные, несмолкающие аплодисменты', - мысленно прокомментировал Дерек.

- Сядьте все немедленно, - сквозь зубы сказал капитан, и, дождавшись, пока офицеры плюхнутся на стулья, продолжил: - Я не намерен больше выслушивать ваши вопли. Только конструктивные предложения, высказанные в максимально вежливой и корректной манере. Если же вы не способны выражать свои мысли спокойно, значит, вам здесь не место.

Он обвел присутствовавших тяжелым взглядом.

'Узнаю характерный тон и подбор слов...', - не унимался Дерек, - 'Уверен, он поднахватался у тебя... и когда только успел? Или ты его тогда не соблазняла, а инструктировала на балконе?'

Тео, не удержавшись, развернулась к нему и приложила палец к губам. В наступившей тишине достаточно было даже легкого скрипа ее кожаной куртки, чтобы привлечь внимание, что, собственно, и произошло. Одиннадцать голов (исключая Дерека, Некса и юношу с трубкой, которые и так на нее смотрели) повернулись к магичке.

- Это кто? - хрипло спросил пожилой капитан со шрамом, и закашлялся: он надсадил горло.

- Приглашенные специалисты, - непререкаемо произнес капитан Некс. - Уступите кто-нибудь место даме.

Некоторые офицеры вскочили сразу же, остальные поднялись, выждав паузу, но Тео, обаятельно улыбаясь, замахала на них руками:

- Спасибо, я постою...

- Я уступлю, - подал голос юноша в углу и встал со своего места, освобождая стул.

- Спасибо, Том...

Юноша и магичка обменялись теплыми взглядами. Дерек нахально прошел в дальний угол и встал рядом с Томом, прислонившись к стене. Как-то само собой получилось, что, если смотреть от двери, Тео находилась сзади и справа капитана, Дерек и Том слева, что не могло не рождать устойчивые ассоциации с тронным залом и традиционным расположением кресел советников позади короля. Несколько офицеров невольно вздрогнули.

- Повторим, что нам известно, - предложил капитан Некс.- Господа?

- Студенческие волнения охватили примерно четыре квартала Веселого города... Началось всё три часа назад, перед заходом солнца. Мы выслали отряд городской стражи, произошла стычка, стражники отошли. Сейчас там, насколько мы знаем, и не подступиться - студенты перегородили улицы баррикадами из мебели и телег, и требуют... а демон их знает, чего они требуют! - снова вспылил молодой офицер. - Они совершенно непредсказуемы!

- Скажи лучше - пьяны и разозлены избившими их стражниками, - вмешался старый вояка со шрамом. - Пять лет назад случилось нечто подобное... Но старина Билл тогда успел погасить волнения в зародыше.

Все взгляды скрестились на капитане Нексе - тот и бровью не повел.

- Но... - опуская глаза, продолжил вояка, - Вас никто не винит, капитан. Дело в плохой системе оповещения, за которую отвечает лейтенант Шерри... уже поздно было что-то предпринимать...

Мужчина лет тридцати, видимо тот самый Шерри, сдавленно пробурчал что-то маловразумительное.

Тео прищурилась. Она помнила, как все было в прошлый раз. Веселый Город - кварталы, примыкающие к университету Сорелля, названному в честь Святого Брата Древа, который основал его тридцать пять лет назад. Жили там в основном студенты, профессура и те, кто обеспечивал и тех и других товарами и увеселениями. В последнее время 'гуляния' молодежи на праздник Горящего Древа всё чаще оборачивались стычками со стражей. То ли вино чаще в голову стало ударять, то ли студенты пошли вспыльчивые и несдержанные. Дерек едва слышно хмыкнул, привлекая внимание подруги, и в ответ на ее вопросительный взгляд обеспокоено поднял брови.

'Веселый Город находится на другом краю столицы, - мысленно ответила Тео, покачав головой. - Слишком далеко от Рыбного проулка... можно не волноваться. Пока...'.

- Я вовсе не думаю, что кто-то меня обвиняет, капитан, - сдержанно проговорил Некс, и присутствующим стало понятно, что, попробуй кто так сделать, он тут же вылетит за дверь. - Я хочу узнать ваше мнение о том, как справиться с ситуацией. Вы - мои старшие офицеры. Советуйте, только внятно и по делу.

Кто-то из гвардейцев стал говорить, но его прервали - в полуоткрытую дверь вбежал мальчонка-вестовой. Поймав на лету медяк, брошенный Томом Ферфаксом, он звонко сообщил:

- Толпа пошла по направлению к площади Трех Фонтанов, по улице Вязальщиков и по улице Пятиконной! Горит кафе кондитера Кейри! - и тут же убежал. Тео, заслышав последнюю фразу, усмехнулась.

- Так что, кто-нибудь что-нибудь скажет?

'Джером, теряешь хватку... показываешь слабость...', - подумала Тео, но капитан-префект, слышать ее, конечно же, не мог. Однако, повел себя так, будто услышал. Встал и с силой хлопнул ладонью по столу.

- Так, слушать меня и выполнять все в точности, как я скажу. Марельд, мне нужны три подводы и три бочки для воды - самые большие, какие только найдешь. Поставь их на телеги и вели солдатам наполнять водой из колодцев. Займись этим прямо сейчас.

Парень в гвардейской форме задорно козырнул и выбежал.

- Будем тушить кондитерскую? - робко предположил молодой лейтенант.

- Нет - остужать горячие головы, - Некс повернулся к старшим офицерам. - Кондо, вы возьмете своих гвардейцев и соорудите баррикаду на улице Сенной, чтобы толпа не свернула к Внутреннему городу. Не хватало нам еще, чтобы они решили проведать короля... Обращаю ваше внимание - только перегородить улицу. Никаких стычек и жертв. Постараемся обойтись без крови. Вильгельм... - обратился он к капитану со шрамом, - вас я попрошу руководить 'окунанием' особо разгоряченных смутьянов.

- Кого поймаем - окунем. Водица колодезная, ледяная...- Довольная улыбка перекосила лицо старого вояки. - А что делать с остальными?

- Ловить в сети, - Некс кашлянул, оглядывая удивленных служак. - Именно, вы не ослышались. Лейтенант, прямо сейчас берите людей, подводу и дуйте к пристани, возьмите сетей как можно больше, и доставьте их к площади Трех Фонтанов.

- Есть! - гаркнул лейтенант и умчался.

Капитан-префект поставил задачи остальным офицерам и те быстро разошлись, сам же он подошел к троице у стены.

- Сударыня Тео... - Некс коротко поклонился магичке, потом перевел взгляд на Дерека и смущенно запнулся. - Я... смешно - никак не могу вспомнить, как вас зовут, уж извините.

- Да я и не представлялся, - широко улыбнулся маг, - мое имя - Дерек Мальтенийский.

- Я запомню, - пообещал капитан и повернулся к Ферфаксу. - А вас зовут Томас, верно?

- Можно просто Том, сударь префект. Прошу простить, что не сообщил вам о беспорядках, никак не мог вас найти. Потом мне сказали, что вы были в 'трупарне', то есть в старой лечебнице вместе с леди Тео и...

- Леди? - удивленно поднял брови капитан, поскольку 'лордами' и 'леди' называли только людей дворянского происхождения. Тео тут же затараторила:

- Это наша старая шутка, капитан, Том меня так называет, чтобы позлить... А вообще-то у нас сейчас главная задача - справиться с толпой разозленных студентов...

Дверь широко распахнулась и с силой стукнула о стену - заскочил еще один уличный мальчишка, лет восьми, не старше, с редкими и крупными зубами. Том кинул ему медяк, и малец, перед тем как юркнуть в коридор, шепеляво проорал:

- Штутенты пошли в шторону Ашамплеи!

- Чего? Куда пошли? - не понял Том и весело скривился. - Было у меня подозрение, что не надо его брать, слишком мал...

- В сторону Ассамблеи, что непонятного, - засмеялась Тео и толкнула Тома в плечо, - с каких это пор ты стал брать в соглядатаи таких маленьких... - Тут она поперхнулась, вскочила и заорала почище мальца: - Ассамблея! Я сама разрешила Талли взять его на время... Вот дерьмо!

- Что случилось? - подскочил Дерек, объяснявший капитану, кто такие 'штутенты'.

- Гринер! -Воскликнула Тео и продолжила. - Гринер там, в Ассамблее, на Состязании! А ты представляешь себе, что будет, когда пьяные студенты объединятся с подвыпившими бардами?

Дерек еле слышно застонал.


Глава третья,

в которой Гринер знакомится с жизнью бомонда, получает новые галлюцинаторные впечатления,

и впервые во всей своей красе появляется страшный дом с не менее страшным обитателем;

заканчивается же она, как водится, нравоучительной историей


Поначалу все выглядело пристойно, и Гринер немного расслабился, ведь никто не пытался заставить его сыграть на лютне или взять верхнее 'фа'. Горели свечи, лилось вино, кто-то из учеников лениво перебирал струны, и звуки охотно улетали к расписному потолку, теряясь там среди общего шума голосов. Подмастерья сбились в отдельные группки, шушукались и рассказывали скабрезные истории, от которых у Гринера краснели уши; он отсел. Барды, ярко (а некоторые даже богато) одетые, ходили между столами, обменивались улыбками, шутили, смеялись над рифмами соперников, ядовито высказывались по поводу музыкальных способностей друг друга, словом - вели себя, как и подобает людям искусства. Гринер, воспользовавшись случаем, угощался изысканными яствами и вином - на еде и выпивке Ассамблея не экономила. Он даже познакомился с одним из подмастерьев, вернее, тот сам подсел и завопил:

- Джон!

- Нет, вы ошибаетесь, меня зовут Гринер... - говорить с набитым ртом было трудно, но можно.

- Да нет, это я Джон! А ты.... А, Гринер, ясно! Что делаешь?

Манера нового знакомого говорить слегка раздражала - он каждую фразу выкрикивал так, будто выступал на площади, полной людей.

- Ем, - честно ответил Гринер.

- Да нет! Я имею в виду - что ты делаешь при своем мастере? Играешь на лютне? Отстукиваешь ритм? Или на флейте?

- Отстукиваю, - мгновенно определился Гринер. Если случится такая напасть, что его заставят выступать, уж справиться с барабанами он сумеет. Не желая показаться невежливым, он поинтересовался у собеседника, чем тот занимается.

- Я объявляю о выступлении своего мастера! - гордо проорал Джон.

'Оно и видно', - подумал Гринер.

- А твой - который? - не унимался подмастерье. Гринер молча (ибо рот был занят жареным мясом) ткнул вилкой в сторону Таллирена. Джон тут же переменился в лице - панибратство исчезло, будто его и не было, он даже голос понизил (чему Гринер был чрезвычайно рад) и с уважением протянул: - О-о-о... Тогда понятно, чего ты такой разодетый...

Юноша тоскливо глянул на свое отражение в оконном стекле, благо за ним уже начали сгущаться сумерки, а зала была отлично освещена. Бард и впрямь постарался на славу - если все его ученики были вынуждены ходить в таких узких штанах, неудобных туфлях и не дающих повернуться расшитых камзолах, вполне понятно, почему они сбегали... И девушки тут не при чем. Таллирен протащил Гринера по четырем лавкам модной одежды, и только в последней был удовлетворен. Около часа юношу обмеряли, одевали и подшивали пять человек - и в итоге сам себе он стал казаться гусеницей, плотно обернутой в кокон. Правда, в богатстве отделки и некотором вызывающем шике костюму нельзя было отказать: чего только стоили пышные кружевные манжеты и жабо, а пряжки на туфлях и вовсе были украшены эмалью. Но Гринер с радостью отказался бы от всех этих красот, хотя бы ради того, чтобы сесть по человечески, а не так, будто он оглоблю проглотил. Правда, он-таки сумел сделать себе небольшое послабление - туфли он скинул почти сразу после того, как сел за стол, а пуговку на штанах расстегнул тогда, когда понял, что в застегнутом состоянии в него влезет разве что пара пирожных.

- Ну, Талли добрый хозяин... - сказал Гринер, только для того, чтобы что-то сказать. Джон округлил глаза:

- Ты зовешь его по имени?

- Э-э-э... - замялся Гринер, но, по счастью, их отвлекли: на соседний стол вскочил рыжий юнец расхлябанного вида с лютней за спиной, и закричал:

- Собратья по искусству!

Ближайшие барды повернулись к нему и приветственно заулюлюкали.

Юнец раскланялся, причем один раз чуть не упал, но вовремя оперся о голову одного из 'собратьев' Когда крики смолкли, он взмахнул свободной рукой и произнес:

- Я чрезвычайно рад вас видеть! Но это еще не все... Я также рад вас слышать, хотя из звуков, что сейчас улавливает мое ухо, музыкально только чавканье мастера Уорсена!

Барды засмеялись и стали хлопать друг друга по плечам, хотя что такого лестного было сказано молодым человеком, Гринер не понял. Найдя глазами Таллирена, он отметил, что его друг смеется вместе со всеми. Рыжий снова стал раскланиваться.

- Кто это? - шепотом спросил юноша у Джона.

- Мастер Рикардо Риомболь... - ответил подмастерье с восхищенным придыханием.

- Мастер? - удивился Гринер. - Но ведь он чуть старше тебя... то есть нас...

- Он сдал все экзамены экстерном... - глаза Джона блестели, он даже забыл про кремовое пирожное в руке, - И лютню, и флейту, и поэзию, и декламацию, и историю искусств, и арфу, и...

Почитатель талантов рыжего так и продолжил бы перечисление, но тут мастер Риомболь перестал кланяться и поднял руку, призывая всех к тишине.

- Также я хочу поблагодарить Мэтра Пери за то, что он любезно предоставил в наше распоряжение эту, не побоюсь сказать, Обитель Прекрасного и Вечного! Его Величество мне как-то сказал про Ассамблею: 'Этому зданию не хватает только одного...'

- Он выступает перед королем... - благоговейно зашептал Джон на ухо Гринеру, и тот прослушал окончание шутки. Но рыжий оказался на высоте, судя по реакции бардов, а она была весьма бурной - смех ударил по ушам и понесся ввысь, к потолку, усиленный идеальной акустикой залы. -. Он еще что-то крикнул и, спрыгнув со стола, начал проталкиваться по направлению к Таллирену. Гринер счел, что сейчас самое время подойти к своему 'учителю', и судорожно стал нащупывать ступнями туфли под столом. Ему удалось справиться с задачей довольно быстро (Джон только-только дожевал пирожное и облизал два пальца), а пуговицу штанов Гринер застегивал уже на бегу, правда, с трудом, поскольку вовсю пользовался гостеприимством устроителей праздника. К финишу (а именно, Таллирену) рыжий бард и Гринер прибыли почти одновременно, первого задержала толпа, второго - пуговка. Таллирен, как успел заметить юноша, обернувшись и увидев приближающегося собрата по лютне, слегка нахмурился, но тут же заулыбался, так что Гринер не был уверен, что ему не показалось.

- Рик!

- Талли!

Песнопевцы обнялись. Рикардо взлохматил свои вихры и Риомболь продекламировал:

'Уж годы пролетели, те,

Что отмеряют время наших весен...

Давненько не имел я чести

Скрестить с тобою слов клинки, мой друг'.

Он хитро посмотрел на Талли, мол, как тебе это? Тот широко ухмыльнулся и произнес ответное стихотворение:

'Давненько чести не имел - с тобой бывает,

И не такое... Знаю я наперечет

Все рифмы и размеры, наперед

Подумай, прежде чем бросать мне вызов'.

Поединок! Поединок! - завопил во всю глотку невесть как очутившийся рядом Джон, и все те, кто еще не находился рядом с двумя вступившими в изустный бой бардами, постарались это сделать как можно скорее. Гринер оказался зажат толпой. Отовсюду слышались выкрики, пожелания, брань и свист. Как понял юноша, большинство было за Таллирена, но те, кто болел за рыжего барда, орали громче. Противники же, удостоверившись, что завладели вниманием всего зала, стали, подбоченившись, друг напротив друга, и сменили размер, стиль а также ритм.

- Тебя не раз я вызывал - ты уклонялся, - усмехнулся Рикардо, - Скажи-ка честно - был не в голосе? Боялся?

- Тебя? Помилуй Боги - разве можно? Боится ли сапожника художник? Иль подмастерья - умудренный мастер? Все времени не находилось, уж поверь, на мелочи такие, но теперь...

Что 'теперь', слушатели так и не узнали - потому что с гулом, сравнимым разве что с приливной волной, в залу ворвалась толпа молодых людей с факелами и табуретками наперевес, у некоторых в руках были мечи; от них разило вином так, будто они в нем купались. Таллирен умолк и раздраженно повернулся к источнику шума.

- Братья музыканты! - раздался дружный вопль от дверей.

- Сыны Сорелля! - понесся ответный рев, и, как последний, самый сильный, девятый вал, наполненный дружелюбием и чувством собутыльного братства, крик: - Налива-а-ай!

Гринер едва не был сбит с ног бардами, ринувшимися в объятия друзей, краем уха услышал веселый возглас рыжего Рикардо: 'Тебе повезло, Талли!', и тут его толкнули, да так, что пришлось схватиться за первое, что попалось под руку - скатерть. Юноша упал, утянув за собой большую часть съестного со стола, и быстренько стал отползать к стене, лавируя под ногами у бардов. Послышались крики, все больше возмущенные, Гринер уловил слова 'стража', 'отломили', 'вместе покажем' и почему-то 'мать'. Джона из виду он потерял, впрочем, как и Талли. Буквально вжавшись в стену, украшенную гобеленом с изображением танцующей девушки, юноша стал тихонько, мелкими шажочками, продвигаться к окну, чтобы спокойно слезть вниз и под шумок смыться. Пробиться сквозь галдящую и размахивающую кулаками толпу на выходе было практически невозможно.


Тео неслась по улице, как вихрь; рядом с ней бежал Дерек.

- Забе... в 'Гузку...' ...мечи? - проглатывая часть слов, предложил маг, не сбавляя скорости.

- Долго... да и... не помогут... - ответила Тео. - ...певаем?

- ...оде.


'Надо было дождаться, пока они все выйдут оттуда...', - тоскливо подумал Гринер, провожая глазами толпу, выросшую вдвое, и двигавшуюся с факелами от Ассамблеи в сторону центра города, - '...а потом спокойно уйти через дверь'.

Но было уже поздно.

Он уже висел снаружи, зацепившись руками за подоконник, на высоте третьего этажа.


Гринер проклял мясо и сыр, свиные ребрышки и рябчиков, яблоки и хлеб с поджаристой корочкой, паштет и два бокала вина - ибо именно они сейчас лежали в желудке и тянули его вниз. Руки одеревенели, ноги налились свинцом... В глазах стали вспыхивать цветные пятна, и юноша попытался вспомнить, не было ли под окном каких-нибудь смягчающих обстоятельств. Кустов, клумбы, в конце концов... Повернуть голову и посмотреть уже не было сил, а полагаться на свою память он боялся, тем более что и вспоминалась лишь выхваченная краем глаза широкая гравиевая дорожка.

'Прощай, жизнь', - подумал было Гринер, и попытался разжать пальцы, но не тут то было. Их то ли свело судорогой, то ли еще что - но они отказались ему повиноваться. 'Так и помру тут...' - мрачно решил он и прикрыл глаза.

- И долго ты уже висишь? - поинтересовались снизу, и Гринер с невыразимым облегчением (таким, что чуть не расплакался), узнал голос своей наставницы.

- Снимите меня отсюда! - заверещал он.

- Сейчас... отпусти подоконник. Все будет нормально, отпусти.

- Не могу! Меня руки не слушаются!

- Зачем так орать... - послышался второй голос, и Гринер понял, что парочка магов явилась в полном составе. - Тей, кинь в него булыжником, он и отвалится...

- Нет! - испугался Гринер и сам не заметил, как разжал пальцы... и вместо того, чтобы шумно рухнуть на твердую дорожку, повис в воздухе, словно подхваченный чем-то невидимым. И это что-то аккуратно спустило его вниз. Но ноги отказались его держать: он со стоном опустился на землю. Маги склонились над ним.

- Чего это он? - спросил Дерек, разглядывая юношу, - Разодет-то как... А ты боялась - 'его испортят, напоят, совратят, научат плохому...'.

- Сейчас очухается, - пообещала Тео, - а не очухается, так пропустит свой первый урок в качестве ученика мага.

- Урок? - простонал Гринер. - Я очень хочу урок... только вот... я столько съел, и еще это окно...

Тео цыкнула на него: 'Молчи!', присела рядом на корточки; достала из-за пазухи маленький пузырек, и, открутив пробку, влила часть его содержимого Гринеру в рот.

- Лучше отойти... - посоветовала она Дереку, и, взяв его под локоть, отвела шагов на пять. - У тебя трубка с собой? Ну, так доставай... - услышал Гринер. - Табак у меня. Минуты две он проваляется, так что...

Некоторое время Гринер и впрямь 'валялся', не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой. Один только нос не отказал ему в службе - до него долетал запах дорогого табака, - да уши, почти целиком донесшие разговор магов.

- Не успели спросить капитана... Жаль. Можно было бы примерно составить последовательность и циклы этой гадости... - сказала Тео.

- Да какая разница, сколько людей и за какие сроки, пойдем сегодня, не то завтра будут еще трупы.

- Уверен? Надо хорошо продумать... опасно.

Гринер принялся считать звезды.

- ...поставить на выходе... - предложила Тео. - И ждать. Она осторожна.

- Он, - поправил ее Дерек.

- Она... Оно... да какая разница? Главное - не проглядеть. У тебя все с собой?

- Почти. Ну, то, чего нет, вряд ли пригодится.

Тео оказалась права - ровно через две минуты Гринер ощутил, как волна жара проносится от головы к ногам и обратно. Потом тысячи иголок впились в его кожу, и волна энергии настолько сильная, что была даже болезненной, буквально подбросила его; он вскочил на ноги, и, чтобы хоть как-то сбросить излишек сил, попытался попрыгать на месте. Получалось не очень - все его тело дергалось невпопад, и со стороны он напоминал больного трясучкой в яркой форме.

- Забористая штука, - фыркнула Тео и выбила остатки табака из трубки. - Перекур окончен, нам пора дальше. Спасибо Дер, возьми трубку... Гринер? Готов?

- О-о-о-о... - ответил Гринер, и ему показалось, что звуки вылетают изо рта колечками огня. Это было красиво... круглая буква 'о' некоторое время парила у него перед лицом, потом, будто испугавшись, юркнула за куст. 'Не уходи!' - хотел сказать Гринер, но у него получилось 'Е...У...О...Ы'. Вторая 'о' сбежала вслед за первой, заметно порозовев, а синие, искрящиеся 'Е' и 'У' погнались за ней, вытянувшись вперед, как заправские охотничьи псы. Звук 'Ы' тяжело упал на землю.

- Переборщила... - поморщился Дерек, наблюдая за тем, как ученик с глупой улыбкой на лице ловит в воздухе что-то, видимое ему одному.

- Не похоже... - Тео вздохнула и направилась к юноше. - У него что-то с восприятием. Он должен был стать энергичнее, вот и все. Ладно... учтем, - и она широко размахнулась...

Затрещина получилась, что надо. Гринер ойкнул, потом потряс головой. Странные эффекты пропали, в мозгу прояснилось, он был бодр и полон сил... Чего не мог сказать о магах, ибо, на его взгляд, они выглядели довольно помятыми.

- Простите... - смутился он. - Но Талли позвал меня, а я...

- Я знаю, - прервала его Тео, - но кто же знал, что так получится. Так что не вини себя. Ноги не дрожат?

Гринер сделал пробный шаг.

- Немного...

- Ну ничего... сейчас пройдет. Дерек, возьми его с другой стороны под руку - и повели.

Гринер шустро переставлял ноги, но не по собственной воле, а скорее по необходимости: маги почти бежали по аллее на юго-восток от Ассамблеи, и, прижав его с двух сторон, тащили за собой.

- А что случилось? И куда мы идем? - полюбопытствовал он через некоторое время.

- Идем ловить одно очень вредное существо, - начала Тео, а Дерек подхватил:

- Которое питается людьми, как мужчинами, так и женщинами...

- Нам нужен кто-то, кто сможет постоять у входа, чтобы засечь, когда к вьялле пойдет жертва...

- 'Вьялла' - это так называется существо...

- ... потому что я пойду внутрь, а вы с Дереком будете сторожить с двух сторон...

- Что?!

Гринера чуть не разорвали пополам: Тео продолжала бег, а вот Дерек, возмущенный до глубины души, но руки гринеровской не отпустивший, резко остановился.

- Почему это ты пойдешь внутрь? - Дерек стал в позу и язвительно оглядел подругу с ног до головы. Тео, выпустив Гринера из рук, медово-ласково улыбнулась.

- Потому что она сейчас в женской фазе. Два трупа 'третьего дня', наверняка женщина - вчера, и тебе туда спускаться просто опасно, так же как и моему ученику!

Этот самый ученик, пока маги сдавленно рычали друг на друга, воспользовался моментом, чтобы оглядеться. Срезая путь, они втроем пролезли через отверстие в ограде, окружавшей парк Ассамблеи, и теперь, свернув пару раз, стояли на какой-то улочке. Запущенные, убогого вида дома обступали тротуар, кое где выдвигаясь вперед балконами, между которыми были натянуты веревки. Улица постепенно наклонялась вниз, так что дождевая вода, собиравшаяся в канавах, а также нечистоты стекали, как полагал Гринер, к реке. Здесь, как и в богатых кварталах, соблюдалось правило - никаких окон первого этажа на той стороне дома, что выходит на улицу. Юноша с интересом всмотрелся в мозаику, украшавшую стены; она была не такой красочной, как в богатых кварталах, но зато куда как разнообразнее. Первый рисунок, привлекший его внимание, был, пожалуй, самым новым - резвящиеся в потоке рыбы.

- Чтоб тебе провалиться, Черный! - на выдохе пожелала Тео и окликнула Гринера. - Ученик! Чем занимаешься?

- Тут мозаика... рыбы...

- Пришли. Рыбный проулок... - вздохнула Тео и, бросив взгляд на тоненький серпик месяца, беззлобно ткнула друга в бок. - Доставай трубку. Время есть, рановато прибежали.

- Кто победил? - веселым тоном спросил Гринер, подходя к магам.

- Проклятущий Черный... - буркнула Тео, принимая из рук Дерека трубку.

Юноша сглотнул. Внезапно в переулке стало как будто бы холоднее; он потряс головой, словно ослышался и вежливо, стараясь не злить свою наставницу, которая, похоже, меняла настроение каждые три минуты, переспросил:

- Кто-кто?

- 'Черный' маг... - Тео вскинула голову, отвлекаясь от излишне затянутых завязок мешочка с табаком и ткнула пальцем в стоящего рядом (совсем рядом!) Дерека. - Вот он.

Дерек широко улыбнулся.

Гринер вовсе не собирался этого делать... Но все прежде слышанные истории тут же всплыли у него в голове; он не смог сдержать страх, зародившийся долгими зимними ночами у огня, когда взрослые рассказывали страшные сказки про 'черных' магов, - тело словно само резко отпрыгнуло в сторону, и он оказался за спиной у Тео.

Маги на секунду застыли, переглянулись, а потом стали хохотать: взахлеб, искренне и довольно-таки громко.

- И что я такого сделал? - Гринер чуть-чуть расслабился, но выходить из-за спины Тео не спешил.

- А... у... - стонал Дерек. Он прислонился к стене, той самой, на которой плескались мозаичные рыбки, и медленно сползал вниз. - Тей... У нас есть время, чтобы объяснить этому... этому...?

- Оболтусу, - кивнула Тео и повернулась лицом к Гринеру. - Слушай, ученик, и запоминай. Постараюсь вкратце, ибо - она снова глянула на месяц и спрятала кисет, - э-э-э, неважно... Итак, Дерек - 'черный' маг, но в данном случае 'черный' не значит 'злой', 'темная душа' или что-то в этом роде...

- Не, временами я бываю довольно сердитым, особенно по утрам...

- Молчи уж, давай кто-нибудь один будет объяснять? На самом деле существует три группы: 'черные', 'серые' и 'белые' маги, и цвета, обозначающие эти группы, никоим образом не связаны с их личными моральными установками, и вообще с добром и злом... Улавливаешь?

- А вы... какого цвета? - прищурился Гринер.

- Мышь она серая, - подал голос Дерек.

- Я - 'серый' маг, - стараясь не обращать внимания на хихикавшего друга, ровным-ровным тоном ответила Тео.

- А... в чем же между ними тогда разница, если дело не в добре и зле, не в моральных... ценностях?

- В количестве и качестве... энергии, магической энергии. 'Белые' пользуются своей, 'черные' - энергией окружающего мира, а 'серые' понемногу той и другой, и если ты сейчас же не уберешь эту гнусную ухмылку со своего лица, Дерек...

- А я каким стану? - Гринер не мог позволить, чтобы в момент, когда решается его судьба, маги отвлекались на междоусобицу (как он подозревал, наигранную), поэтому он даже подпрыгнул, чтобы привлечь внимание магички.

- Понятия не имею. Пока непонятно... А нам пора. Шустренько давайте... - Последние слова Тео договаривала уже на бегу, устремившись по улочке вниз.

Гринер тоже побежал. Когда с ним поравнялся Дерек, юноша подавил порыв отскочить в сторону и мысленно поздравил себя с начинавшей возрастать сдержанностью.

- Так что... имей в виду... если выяснится, что ты тоже 'черный'... - маг зловеще хохотнул, - то пойдешь в ученики ко мне, хе-хе...

Гринер сумел вежливо улыбнуться и припустил вслед за Тео. Что-то подсказывало ему, что Дерек специально пугал его, ради шутки... Ну, не может же он быть действительно таким уж страшным? Хотя юный ученик и Тео, и Дерека знал одинаковое время, а именно - несколько дней, он все же думал, что учиться у них будет даже интересно. Гринер задумался и не заметил, что Тео убавила шаг; он бы пролетел по инерции мимо, но она успела схватить его за ворот камзола и дернула назад. Раздался треск. 'Ну и к лучшему', - подумал Гринер, - 'он все равно жал подмышками'.

- Ш-ш-ш, чего ты так трещишь? - сердито зашептала Тео.

- Это не я, это камзол...

К ним приблизился Дерек, внимательно осматривший улицу и ближайшие дома. Те как будто вымерли. Низкие, приземистые, скособоченные - да и жил ли в них кто? Свет не горел ни в одном из окон, и тишина стояла такая, что хруст рвущихся ниток Гринерова камзола разлетелся по улочке почище грома.

- Давай залепим ему, - Тео кивнула на Гринера; тот затаил дыхание. Странное словечко... Совсем интересно стало, когда Дерек достал кинжал из-за пояса. Тео, правой рукой все еще держа ученика за шиворот, протянула магу ладонь левой.

- Больно не будет, - улыбнулся Дерек и полоснул по пальцам Тео кинжалом. - А вот неприятно - да.

- Повторяй за мной: 'Видящий суть - невидим'.

Юноша повторил.

Магичка оставила на лбу Гринера кровавые отпечатки и отошла в сторону, сунув пальцы в рот, чтобы остановить кровь, видимо; потом ту же процедуру с отпечатками проделал Дерек. Только вот пальцы Тео показались Гринеру необыкновенно холодными, а Дерека, наоборот, горячими, да настолько, что он чуть не отдернулся, боясь обжечься.

- Это твоя защита, - пояснила Тео. - Ни в коем случае не вздумай вытирать! - зашипела она, когда Гринер инстинктивно потянулся рукой ко лбу - жидкость стекала шустрыми струйками по крыльям носа, к губам, и было действительно неприятно. Тем более что и кровь магов между собой отличалась температурой.

- Я... не буду, - пообещал Гринер.

- Умница, - в голосе Дерека явственно слышна была улыбка. - А теперь посмотри во-о-он туда... Видишь старый особняк?

Юноша повернулся и поглядел вперед, туда, куда показывал маг - а там стоял самый мрачный дом, который ему приходилось видеть. На фоне черного неба он, казалось, был еще темнее; слабый свет месяца едва-едва заливал крыльцо, но необъяснимым образом, Гринер видел и дверной проем, и разбитые пустые окна, и даже знал, в каком из них все еще колышется занавеска. Ему не было страшно, он просто почувствовал, что в этом доме кто-то живет, и этот кто-то - не человек.

- Не Геккелины, конечно, но тоже навевает... - пробормотал Дерек, - Тей, расскажи ему, что надо делать.

- Сидеть у входа, не слишком близко, так, чтобы тебя не было видно... - Тео приобняла ученика за плечи и повела к дому, шепча указания на ухо. - Если увидишь человека, заходящего в дом, не пытайся ему помешать... Рассмотри подробнее. Дождись, пока он окажется внутри, и только потом тихонько обойди здание... там ты увидишь подвальное окошко - посвисти в него три раза. Все понял?

Гринер кивнул. Подойдя к крыльцу, он осмотрелся и вскоре нашел подходящее место для наблюдения: высохший куст справа, под окном. На нем лежала глубокая тень от карниза, и, если не двигаться, можно там сидеть абсолютно незамеченным хоть до утра. Юноша не медля зашел за куст и сел там, скрестив ноги. Проверил, как просматривается крыльцо: видно было не идеально, но он был уверен, что человека, заходящего в дом, он точно заметит.

Маги тем временем тихо переговаривались, стоя перед входом. Гринеру показалось странным, что голоса их звучат гулко, будто бы из бочки; и еще он заметил, что фигура Дерека на фоне неба стала как будто бы глубже и рельефнее, а Тео, наоборот, потеряла четкие очертания, словно Гринер видел ее сквозь колышущуюся воду.

Магичка кивнула в сторону куста и они вместе с Дереком двинулись в обход дома, направляясь, видимо, к тому самому подвальному окошку. Гринер прислонился спиной к стене и стал наблюдать за улицей, стараясь дышать ровно и неслышимо.


Маги крались в темноте совершенно беззвучно и незаметно, даже, казалось, лунный свет не мог коснуться их. Вышли на задний двор: Дерек присел на корточки рядом с разбитым окошком на уровне земли, не спуская глаз с месяца, а Тео скользнула вниз, в подвал. Через некоторое время раздался ее голос:

- Давай, чисто...

Дерек последовал за ней. Если на улице было просто темно (жиденькое молочко лунного света не в счет), то в подвале - хоть глаз выколи. 'Черный' маг сжал плечо подруги.

- Заметила, как подпрыгнул Гринер?

- Взлетел, как птичка, - послышался сдавленный смешок Тео.

- Я не о том. Он прыгнул к тебе, за спину, искал защиту. От страшного меня... Это в определенном смысле успех.

- Ничего особенного, - пожала плечами Тео.

- Я все равно удивлен. Ты же с ним практически не общалась, дружбу не заводила... откуда такое доверие? Как тебе это удается?

- Я тренировалась, Дер... На четырех предыдущих. Еще есть вопросы?

По ее жесткому тону маг понял, что лучше смолчать. Что он и сделал - воцарилась тишина, нарушаемая лишь писком крыс где-то в углах подвала.

- Пора, - шепнула Тео минуту спустя и тяжело задышала. - Я чувствую, кто-то приближается... Пища.


Гринер отнесся к своему заданию со всей возможной серьезностью, но всего предусмотреть нельзя. Уже пять (или десять, время так странно растянулось) минут спустя после того, как ушли маги, он вдруг почувствовал странную резь в животе. Еще через пять минут она стала невыносимой - сил терпеть не было, и Гринер, сдавленно ругая на чем свет стоит рябчиков с прочими изысками, которыми он прельстился на бардовской вечеринке, аккуратно привстал и окинул взглядом улочку, а также дома на противоположной ее стороне. Справлять нужду прямо здесь, в засаде, на пути у загадочного посетителя дома, кем бы он ни был, Гринер не собирался. А между тем, боль все усиливалась, и живот стал издавать характерные звуки.

'Так я привлеку всю нечисть в округе', - с отчаянием подумал Гринер и, пригнувшись и стараясь оставаться в тени, двинулся к небольшому проулку как раз напротив мрачного дома. 'Я и оттуда смогу разглядеть, придет кто или нет', - успокаивал себя он. Добежав до проулка, он обернулся проверить, не видно ли чего интересного, и, еще раз ругнув рябчиков, стал дергать завязки штанов.

Птички, между прочим, были тут абсолютно не при чем. Виноваты были бабкины пирожки.


Дерек стоял в полной темноте, крепко прижимая магичку к своей груди.

- Идет..., идет..., приближается..., близко..., близко..., - Монотонно шипела Тео, вяло пытаясь освободиться из его объятий.

- Насколько близко? - приблизив губы к самому ее уху, спросил маг.

- Почти здесь.... Я хочу кушать.... - Вдруг жалобно простонала Тео, и тут же голос ее изменился, в нем опять появились шипение и хрипы : - Есть..., да..., пища...

- Кто это? Мужчина или женщина? Кто?

Тео обмякла. Дерек осторожно подул на ее лоб.

- Тш-ш-ш... Успела увидеть?

- Нет... - Хрипло, но уже своим голосом ответила магичка. - Только фигуру. Но, раз к ней смогла присоединиться я, а не ты, вероятнее предположить, что она - самка.

- Ты же знаешь, ОНО непредсказуемо и хитро... Может ОНА собирается стать ИМ и ведет жертву женского пола про запас? Я за то, чтобы пойти обоим.

- Хорошо, - Сдалась Тео. - Но плакать я на твоей могилке не буду.

- Будешь, еще как будешь. Специально завещаю туда лука настрогать... Где же твой ученик?


Если бы Гринер остался сидеть там, где сидел, а именно, за кустом, он бы нипочем не заметил посетителя дома. Но, поддавшись требованиям организма он, сам того не зная, способствовал успешному выполнению своего задания.

Сначала все было тихо - лишь со стороны порта изредка раздавалось потрескивание трущихся о причалы лодок. Гринер, только-только успел застегнуть штаны и привстать, как заметил темное пятно у стены дома. Оно двигалось.

'Вот так-так...', - сказал он себе, - 'неужели это то, что нам нужно? Пойти предупредить наставницу? А вдруг я ошибаюсь?'. Он вгляделся в медленно ползущую к окну фигуру, стараясь определить, кто или что это - в конце концов, это могла бы быть бродячая собака или кошка... Но фигура распрямилась, подняла руки, чтобы вцепиться в подоконник - и Гринер убедился, что это человек. Он подождал, пока ночной гость залезет в окно, и со всех ног припустил к заднему двору.


- Если твой ученик - где его демоны носят? - не появится сию же минуту, мы пойдем одни, слышишь?

- Ой, что-то мне нехорошо. - Пробормотала Тео, но так тихо, что Дерек ее не услышал.

- Ну не могли же его сожрать? Даже если попытались - подавились бы, полагаю... Он что, свистеть не умеет?

Словно в ответ на слова мага со стороны окошка раздался задушенный сип.

- Не умеет, - констатировал Дерек и утробно зарычал: - Спускайся сюда, парень! Быстро!

Гринер на удивление шустро нырнул в подвал и пошел на голос черного мага. Ночное зрение, возникшее после того, как его 'припечатали' (или незадолго до этого, он так и не понял), помогло ему сориентироваться в темноте.

- Я тут, - прошептал он. - Что дальше?

- Ты видел?

- Человека? Да.

- И кто это был? Какого пола?

- Я не разглядел.

- Вот гадость! - ругнулся Дерек и задумался. - Так... Идем все вместе, и там уже решаем, что делать. Да уж, как тактик я на высоте... Тей?

- М-м-м... - страдальчески отозвалась магичка.

- О Боги, ну что с тобой... куда идти? Вверх, вниз?

- Вни-и-из...

Стараясь шуметь поменьше, маги и Гринер направились в сторону большого разлома в стене напротив окна. Чернильная дыра словно манила к себе, завлекала - и, хотя из нее не доносилось ни единого звука, казалось, что она слегка вибрирует. Гринер изо всех сил попытался подавить испуг, зажмурился, шагнул вперед... И будто вошел в кипу черного бархата, заглушавшего все посторонние шумы - все, кроме отчаянного стука сердца.

Дерек, рассказывая позже об этой эскападе, всегда требовал от окружающих признания своего геройства. С недомогающей магичкой, висящей на одной руке, и зеленым учеником на другой, он бесстрашно вошел в логово опаснейшей твари, и бесспорно, это был самый великий его поступок. Или самый идиотский - это уж как посмотреть.

Толчки крови в ушах Гринера поутихли, и он осмелился робко протянуть руку вперед, рассчитывая, что через какое-то время коснется пальцами стены, что свидетельствовало бы об окончании коридора. Но стены все не было - он шел, растопырив пальцы, и думал о том, что всего два дня назад он протирал столы в задрипанной таверне и даже предположить не мог, что окажется в подобной ситуации. С одной стороны, было даже забавно: - 'Вот уж точно, как говорят в народе, 'никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь', - думал Гринер. А с другой стороны, знал бы он, во что вляпывается, трижды подумал бы, прежде чем предлагать себя в ученики этой странной, даже подозрительной женщине. Сказать по правде, она с самого начала ему не понравилась, да она не нравилась ему и сейчас - он с удовольствием бы задушил ее, прямо здесь, благо все звуки тонут в этой мягкой и приятной темноте...

- Не слушай ее, - голос Дерека частично вернул юноше разум. - Она знает, что мы идем, и пытается... вот демон! Пой песню!

- Что-о? - Губы не слушались и шлепали одна о другую. - Какую?

- Любую! Пой!

- На рассвете ты вы-ы-ыйдешь и меня на пороге разбу-у-удишь, - Путая слова, затянул Гринер. - Необутая, э-э-э, неодетая и неумытая...

- Дальше, - простонал Дерек, - пой дальше, хотя только Боги знают, что с тобой сделал бы Талли, будь он здесь...

Гринер продолжил петь, хотя голос его дрожал от страха. Но вскоре, как ни смешна и жалка была его песня, он почувствовал, что ужас отступает, и сердце больше не колотится в грудную клетку, да и мысли об убийстве наставницы исчезают без следа. Закончив, он запел следующую, уже куда как бодрее - и чуть не пропустил тот момент, когда вокруг стало светлеть.

- Поднажми! - Крикнул Дерек, и Гринер побежал вперед. Через пять шагов он уже смог различить древние своды высокого коридора, которым они шли; через десять двигаться стало значительно легче, а через пятнадцать - черный маг с Тео на руках и ученик ввалились в круглую залу серого камня, освещенную яркими синеватыми факелами.

Прямо перед ними, в центре залы, стояла гигантская кровать - столбики, поддерживавшие ее, толщиной были с бедро взрослого мужчины, накрыта она была покрывалом, сшитым из квадратов, которые сами были как человеческое одеяло, здоровенная подушка лежала в изголовье, а рядом с кроватью стоял стол, под которым Гринер мог бы пройти не пригибаясь. Под стать столу было и кресло, а уж огромная, чрезвычайно толстая женщина-великанша, восседавшая в нем, и вовсе поражала воображение: необъятные телеса ее, мертвенно бледные, колыхались в такт дыханию, груди были словно две груды теста, поддерживаемые раздавшимся во все стороны лифом; толстые пальцы, прижатые к пышному животу, мелко подрагивали в предвкушении поглощения пищи, а мясистые губы, влажные и ярко красные, сладострастно причмокивали.

- Мечта поэта, - процедил Дерек и встряхнул Тео, которую тащил за собой, зажав буквально под мышкой. - Золотко, очнись, тут работа для тебя...

Гринер, встал как вкопанный, он с трудом смог отвести глаза от странного и страшного зрелища и повернул голову к магу.

- Э-э-э... - выдавил из себя он. Но Дерек, будто не слыша, тормошил повисшую у него на руках магичку, и по выражению его лица Гринеру стало ясно, что еще чуть-чуть - и Тео достанется не одна, а целый град оплеух. Юноша сглотнул и покосился на великаншу, проверяя, заметила ли она их; но та, судя по всему, была всецело поглощена тем, что лежало у нее на столе. Вернее, тем, кто лежал.

Теперь-то Гринер ясно видел, что 'гость' этого жуткого дома - мужчина. Абсолютно голый, он лежал на большом блюде перед великаншей, стонал и странно подергивался. Гринер пригляделся - и вместе с пониманием волна смущения окатила его. Мужчина находился с состоянии крайнего возбуждения. Он не мог противиться желанию - оно заглушало в нем даже страх смерти, и в его стоне почти не было слышно паники. Юноша, чувствуя противную дрожь в коленях, сделал два шага назад и уперся спиной в Дерека.

- Уйди с дороги, мальчишка... - Зашипел Дерек. - А лучше сделай что-нибудь!

- Что?

- Спой!

В этот миг Гринера посетила шальная, абсурдная мысль, что на том самом Состязании бардов, которое Талли так расхваливал, состоялось куда как меньше выступлений вокального жанра, тогда как в этом страшном доме прозвучали уже две песни, а сейчас, судя по всему, будет исполнена и третья. И - удивительная, безумная ночь! - он глубоко вздохнул, набрал в грудь воздуха, развернулся к горе плоти, что восседала на кресле-троне и начал:

- Ой, а в поле - во лесочке, росли два колосочка, ой, да налитые, ой, да золотые-е-й - ух! - Гринер так залихватски ухнул в конце, что сам удивился. - Ой, пойду их собирати, колотить, колотить до вечерней, до зори!

Песню эту он слышал, когда жил в замке - ее пели крестьяне, возвращавшиеся то ли с покоса, то ли с пахоты - да и не важно. Юноша, попав под власть народного, удалого и протяжного напева, по-молодецки притопнул и запел еще громче, с изумлением замечая, что голос его, отражавшийся от стен, не становится глуше - наоборот, он набирал силу, становился звонче.

- Будет колос наливаться, будет песня распеваться, песня звонкая, развеселая!

Заплывшие жиром глазки огромной женщины запылали гневом; она затрясла подбородками и в ярости стала осматривать залу в поисках наглеца, посмевшего прервать ее трапезу - но никого не видела, только песня лилась, будто из ниоткуда. Гринер, ободренный успехом, разошелся не на шутку: пристукивая каблуками, он протанцевал сначала вправо, потом влево, и каждый куплет заканчивал громким уханьем.


Дерек, прятавшийся в тени у стены, мельком глянул на скакавшего по зале парня и покачал головой; потом вернулся к насущной проблеме, которая кулем висела у него на руках и едва слышно стонала.

- Тей... Ну Тей... очнись. Приди в себя, а то нас слопают - меня вторым блюдом, а тебя на закуску... А когда наша защита кончится, то и ученичка твоего проглотят, не поморщатся. Чтоб тебе пусто было, Серая, что ты раскисла, как городская барышня?!

- С-с-сам ты барышня, - Едва слышно ответила Тео, и лицо Дерека засветилось от облегчения. - У меня желудок будто наизнанку выворачивают... А бабку ту с пирожками я самолично засуну в печь и...

- Потом, потом, сначала разберись вот с этим..., то есть с этой. - Дерек поднял на ноги Тео и развернул ее лицом к середине зала, дабы она могла 'насладиться' картиной в целом.

Мужчина, лежавший на блюде, прекратил дергаться и приподнял голову, осматривая вслед за хозяйкой залу; он явно не меньше нее желал поскорее найти нарушителя спокойствия. Но пляшущий Гринер находился под двойной защитой крови магов, его безопасности пока угрожал разве что пот от усердных прыжков и коленец, который мог бы смыть со лба кровь и лишить его таким образом защиты. Он был для великанши и ее 'деликатеса' невидим; а вот пара магов...

- Вот они!

Визг мужчины на блюде пронзил воздух, огромная студенистая туша вздрогнула и пошла волнами удовлетворения - причина беспокойства была обнаружена. Губы чмокнули, пальцы протянулись вперед... Дерек, морщась и скрипя зубами, упал на колени - волна противоестественного удовольствия прошлась по его телу.

- Вот извращенка, - застонал он, - Тей, врежь ей, стерве, чтобы пятнами пошла... Врежь, пока я тут не скончался... во всех смыслах...

Магичка, чуть пошатываясь, глянула на друга, валявшегося на полу.

- Дер, у этой шутки во-о-от такая борода... Но я врежу.

Гринер, раскрасневшийся от танца, наконец вспомнил, что, помимо его героического выступления; происходит кое что ещё, и остановился, усталые ноги отказывались держать его, и ему пришлось с размаху плюхнуться на задницу. Он тяжело дышал.

'Сейчас моя наставница выйдет, и... все будет хорошо', - подумал он.

Тео действительно вышла. Стала перед огромной женщиной, морщась и держась за живот. Лицо у нее было того нежно-зеленого оттенка утренней дымки, что ранней весной видится меж листвы. Или у людей, которых сейчас стошнит.

- Ты, мразь, - Начала магичка и запнулась. - Мразь... Вот демон. Дер, меня сейчас стошнит...

И через секунду, скорчившись, рухнула на четвереньки, избавляясь от несвежих пирожков добродушной старушки.

Гринер подумал, что, умри он сейчас - жалеть ему будет не о чем. Хотя бы потому, что жизнь была безвозвратно испорчена, а вера в добро и справедливость подорвана так основательно, что уже все равно - подыхать или продолжать жить. Таким бесславным концом можно было бы огорчить даже Создателя, который, как известно, пребывает в вечной и нерушимой благости там, в Запределе.

Великанша затряслась в приступе смеха, ее тело колыхалось, толстым пальцем она указывала на магичку и громоподобно хохотала, самозабвенно пуская пузыри восторга.

Тео вытерла губы, поднялась сначала на одно колено, потом встала на ноги и облегченно улыбнулась.

- Вот теперь порядок. Старая ведьма еще поплатится за свои проклятущие пирожки, а тебе, мразь, я сейчас врежу.

Тео развела руки в стороны, выгибаясь вперед, и загудела на одной, низкой ноте. Смех великанши тут же оборвался, и тень беспокойства промелькнула на ее мучном лице. Она попыталась приподняться в кресле, но собственное тело не слушалось ее; глаза заметались, будто в поисках выхода. Тео пошла вперед, по направлению к мерзкой твари, сводя руки вместе, медленно и неотвратимо. Огромная женщина зажмурилась в непритворном страхе и завизжала.

Сверлящий звук проникал, казалось, в самые дальние уголки мозга - Гринер скрючился, зажимая уши ладонями, и желал только одного - чтобы толстая дама замолчала. А Тео все шла, размеренно впечатывая шаг в влажные камни пола, не отрывая взгляда от вьяллы, что на древнем языке означает 'жрущая', и глаза магички сверкали, предрекая скорую гибель твари. Великанша затряслась сильнее - глаза ее выкатились из орбит, рот округлился, пальцы шарили по телу, сминая плоть складками. Она сжималась, оседая на кресле, булькая и теряя форму. Сила мага, женщины-мага давила на тварь, не давала ей ни малейшего шанса на спасение - крик постепенно стихал, и Гринер уже мог наблюдать с омерзением, как туша, на глазах превращавшаяся просто в груду плоти, свешивается с кресла на пол, бледнея с каждой секундой.

- А-а-агрх... - Последние жалкие всхлипы вылетели изо рта, розовевшего в центре белой массы. Последним усилием она собралась в комок и с жутковатым плеском обрушилась на голого мужчину в центре блюда, погребая его под собой.

Тео остановилась, устало моргая. Гудеть она перестала.

- Дер... - Сипло позвала она. - Ползи сюда, надо ее связать заклинанием.

- Уже ползу, спасительница моя. - Послышалось от стены, и действительно, из тени, шатаясь, как пьяный, вышел Дерек.

- Даже ночь в борделе 'Тридцать три удовольствия', помноженная на оргию Синих Дамочек, не сравнится с... этим. - Нашел в себе силы пошутить маг. - Однако я, пожалуй, откажусь от дальнейших экспериментов...

Тео повернулась к нему и улыбнулась.

Лучше бы она не отвлекалась.

Только Гринер успел увидеть, как обнаженный мужчина поднялся с блюда и диким, безумным взглядом оглядел комнату. Увидеть-то Гринер увидел, да сделать ничего не успел - 'десерт' вьяллы, взвизгнув, одним большим прыжком соскочил со стола и кинулся к противоположной стене залы.

Реакция магов была молниеносной, но они, всё-таки, не успели. Две огненные молнии, шипя, разбились о темноту.

- За ней! - заорала Тео, и, хотя едва стояла на ногах, бросилась вслед удиравшей твари, или тому, что от нее осталось, и сейчас, вселившись в свою жертву, удирало неизвестно куда.

- За ним! - почти одновременно с подругой крикнул Дерек и рванулся туда же.

- Опять бегать... - простонал Гринер, но - делать было нечего - последовал за магами, стараясь не отставать. Краем глаза он заметил, что и кровать, и стол с креслом тают в воздухе, превращаясь просто в груду камней.

Забег по второму коридору отличался от предыдущего в лучшую сторону: никакого черного бархата, сковывавшего движения и смущавшего мысли, не было. И хотя все были выжаты почти до предела, но всё равно неслись вперед, ежесекундно рискуя свернуть шею, споткнувшись о разбросанные тут и там обломки мебели и кирпичи. На бегу Гринер вслушивался в перепалку магов, у которых, оказывается, еще оставались силы, чтобы собачиться между собой, выясняя, кто упустил тварь.

- Она вселилась... Теперь..., если не догоним...

- Догоним, Дер... Да и она будет гораздо... слабее...

- Он, Серая, теперь уж точно ОН!

- Хорошо, пусть будет кто угодно... - быстрей!

Они побежали быстрее и вдруг вылетели на улицу, в предрассветный туман, поглощавший шум тяжелого дыхания людей и растворявший его в безмолвии... Тео завертела головой, пытаясь понять, куда свернула вьялла, но теперь уже Дерек чувствовал врага: он уверенно ткнул пальцем влево, к реке:

- Туда!

Погоня продолжалась, но маги выдыхались. У Гринера закололо в боку, и бежать становилось все труднее. Но, когда впереди замаячила еле различимая в тумане фигурка человека, он поднажал, так же как и его старшие товарищи - погоня близилась к концу. До фигурки оставалось двадцать шагов..., десять..., грязная, потная спина мужчины мелькала перед глазами впереди, стало слышно, как он с присвистом дышит..., пять... Тео протянула вперед руку... - ну!

Внезапно из тумана вынырнула еще одна фигура, двинувшаяся наперерез беглецу; фигура эта взмахнула чем-то большим и увесистым и со странным дребезжащим звуком влепила этим предметом в лицо убегавшему. Удар был таков, что тот отлетел назад, прямо в 'объятия' магов.

Гринер, как бежавший последним, отделался просто падением на спину. Подняв голову, юноша увидел, что прямо перед ним лежит куча-мала из Тео, Дерека и бесчувственного беглеца. Над ними стоял давешний рыжий бард, ухмыляясь во весь рот и сжимая в руке гриф от лютни. Кругом валялись щепки.

- Ох, дело дрянь... - Сдавленно ругнулся Дерек, отпихивая бесчувственное тело вьяллы в сторону. Потом прищурился, вглядываясь во неожиданного 'спасителя'. - Рик?

- Собственной персоной, - расшаркался бард, одетый с иголочки, словно только что с банкета. - А где же несравненная Тео, которой я обещал посвятить свою лучшую песню?

Магичка, кряхтя, поднялась с земли, отряхивая штаны. Она смерила Риомболя исключительно недоброжелательным взглядом.

- Я, пожалуй, не буду спрашивать, как ты тут оказался, - буркнула Тео.

- И правильно, - похвалил ее рыжий. - А то узнаешь еще что-нибудь страшное, спать потом не сможешь...

- Я и так ночами не сплю, все о тебе думаю, стихоплет...

- Эй, прекратили ядом плеваться! - скомандовал Дерек. - Успеете еще. Рик, у тебя есть веревка?

Бард только развел руками, мол, не догадался прихватить на утреннюю прогулку...

- Гринер?

- Я? Что? Э-э-э... то есть нет.

- Свяжем поясами, - решил маг.


Когда незадачливый беглец был связан, маги склонились над ним, решая, кто потащит тело.

- Давайте я заберу, - медовым голосом предложил бард.

- Вот еще, - Фыркнула Тео. - Я тебе и свои старые носки не доверю, Рик...

- Они мне и не нужны. Отдайте беглеца - и разойдемся. В конце концов, я сломал об него первоклассный инструмент, а он денег стоит... Кто мне за него заплатит? Может ты, Тео?

Магичка фыркнула громче.

- Давай ты не напишешь про меня песню, так уж и быть; а я прощу тебе лютню. Идет?

- Ну уж нет, она была мне дорога как память, именная лютня, ее мне подарил...

- Тихо! - рявкнул черный маг. - Рик... Уж извини, но он наш. Умори себе другого бродягу, коли так хочется.

Дерек и рыжий с секунду буравили друг друга взглядами, потом бард нехотя отвел глаза.

- Твоя взяла, чернобородый...

Гринер, который наблюдал за этой сценой со жгучим интересом, вклинился в разговор, не испытывая ни малейшего смущения - после событий сегодняшней ночи ему все было нипочем. В конце концов, он видел, как древнее создание пожирало человека заживо, или что там она делала; а еще он видел, как его наставницу стошнило, и ничто в этом мире, во всяком случае, сейчас (он не сомневался, что завтра все будет казаться ему просто страшным сном), не могло умерить его решительность.

- А что вы, мастер Риомболь, делали тут в такой час?

Тео метнула в его сторону тяжелый взгляд, но говорить ничего не стала.

- Искал вдохновение, - лукаво улыбнулся бард, - Мы с Талли всё спорим, кто из нас первый сочинит оду этому славному городу, а где ж еще подыскивать рифмы, как не в порту... - он подмигнул набычившейся Тео.

У Гринера почему-то сложилось впечатление, что, задай подобный вопрос наставница, ответ был бы другим, - обстоятельным, едким и ядовитым. Возможно, ответ приоткрыл бы некие тайны. А так - рыжий бард просто улыбнулся.

Дерек взвалил на плечо тело вьяллы и кивнул Риомболю, рассеянно поглаживавшему гриф лютни.

- Не смеем задерживать...

- Да я уже уходил, - легкомысленно махнул рукой бард. - На самом-то деле меня тут вообще не было. До встречи, друзья мои... - И он растворился в тумане.

Тео сплюнула на мостовую.

- Рик когда-нибудь дождется, что я... - она осеклась и посмотрела на ученика. - А ты что расселся? Нам пора в таверну.

- Но Дерек..., вьялла...

- Он знает, что с ней сделать.

- С ним, - поправил черный маг и тоже шагнул в туман, исчезнув в нем без следа.

Тео посмотрела ему вслед, прищурившись.

- Помыться и спать, - твердо сказала она. - Именно в таком порядке.


Утро следующего дня выдалось свежим и ясным.. Как и предполагал Гринер, ночные ужасы будто подернулись дымкой, часть самых омерзительных подробностей забылась совсем, часть поблекла... Он встал рано, в отличном настроении и голодный, как волк.

Спустившись вниз, в общую залу, он застал там таких же бодрых магов, придирчиво разглядывавших меню. Через полчаса к троице присоединился Таллирен, неизвестно как проведавший о том, что маги и ученик вернулись в добром здравии и наслаждаются в 'Гузке' всякими вкусностями.

Маги рассказали Талли о своих приключениях, кое-где убавив, кое-где приукрасив. Бард потрясенно охал и ахал. При упоминании рыжего барда он скорчил недовольную физиономию, но потом, видимо, решил не расстраиваться, благо день обещал быть прекрасным, да и к тому же Состязание все-таки состоится.

О чём он, улучив паузу в рассказе о ночном приключении, не преминул торжественно объявить, радостно потирая руки. - И уж там-то я отыграюсь за вчерашнее...

- Обязательно отыграешься, сладкий мой! - пообещала Тео, приобнимая его одной рукой; в другой она держала куриную ножку и периодически откусывала от нее здоровенные куски. Как ни странно, несмотря на те ужасные судьбоносные пирожки, вкуса к курятине магичка не потеряла. - Мы пойдем с тобой, вот только мне надо забежать в замок, закончить там кое-какие дела... Кстати, чем окончилась вчерашняя потасовка?

- А-а-а, вы про Большую Рыбную Ловлю?

- Что? - засмеялась Тео.

'Видимо, это название о чем-то ей говорит', - подметил Гринер, - 'да и Дерек заулыбался'...

- Так ее прозвал народ... Солдаты, явившиеся аккурат в тот момент, когда толпа высыпала на улицу Гвоздей, принесли с собой сети, а с другой стороны подъехали три подводы со здоровенными бочками...

Маги слушали и ухмылялись.


Вечером Дерек, Тео и ее ученик, нарядившись так, что задохнулся бы от зависти не только крикун Джон, но и сам Талли, отправились-таки на Состязание.

Толчея в чем-то даже превосходила вчерашнюю, насколько мог судить Гринер. Он, гордый, что лично присутствовал в начале памятной Рыбной Ловли, то и дело дергал Тео за рукав шикарного черного в серебряную нитку камзола, и показывал, кто где стоял, когда ввалилась толпа студентов. Лишь второе справа окно вызвало в нем мрачные воспоминания, но он быстро забыл о них, заслушавшись бардов. На этот раз были и песни, и игра на лютнях, на арфе и на флейтах, только вот окончания вчерашнего поединка так и не случилось, что весьма огорчило Талли. Мэтр Пери объявил, что один из противников потерял голос вследствие слишком долгой прогулки по утреннему городу, при этом Таллирен в ответ на вопросительные взгляды друзей сделал возмущенное лицо и зашептал: 'Это не я!'. Но когда мимо прошествовал Рикардо Риомболь, ехидно ухмыляясь, все прояснилось.

- Он еще смеет рожи корчить, - проворчала Тео, впрочем, почти беззлобно.

Рыжий щеголял новой лютней, как две капли воды похожей на старую, даже печать Ассамблеи в виде поющей на ветке птички, как кисло подметил Талли, была на том же месте.

Под конец вечера намечались выступления самых лучших песнопевцев Ассамблеи, в том числе и Таллирена, но он, откашлявшись, объявил:

- Прежде чем спеть вам, друзья мои, а я спою вам с удовольствием, ибо голоса не терял..., так вот, прежде я хочу представить вам моего подмастерья...

Гринер, красный, как вареный рак, встал на табуретку и раскланялся. И уже хотел было слезть, как Талли жестом остановил его.

- Сейчас он прочтет вам стихотворение... экспромтом!

Барды снисходительно захлопали, перешептываясь между собой.

Гринер вдруг почувствовал ком в горле. Дышать стало значительно труднее.

Тео, сидевшая рядом, подергала его за штанину, и когда он перевел на нее обезумевший взгляд, ободряюще улыбнулась:

- Считай, что это твое второе испытание в экстремальных условиях, ученик.

Гринер сравнил события прошлой ночи и этот миг... Пожалуй, сейчас было страшнее. Но он, собравшись с духом - мы еще покажем этим напыщенным стихоплетам! - прочистил горло и дождался, пока барды утихнут и их внимание всецело будет принадлежать ему. Обвел взглядом зал... Слева беззвучно похлопал в ладоши Талли, справа улыбались Дерек с Тео. Гринер сказал:

- Я хочу рассказать вам... про то, как попал сюда. То есть не сюда, в Ассамблею, а в столицу. С чего это началось, а началось это два дня назад, я тогда был...

Кто-то захихикал, и Гринер понял, что пора переходить от прозы к поэзии.

Он закрыл глаза и, говоря неуверенно, но потом все увлеченнее, начал:

Я видел дивное -

Мешок неясной формы

Был в лютню превращен

Движением руки

Не темной магией,

А легким мановеньем,

Завязки распустив

И дернув книзу ткань...

И тут все поняли! -

К нам бард пришел в деревню!

Веселье началось,

А после и погром!

Вино лилось рекой!

Орали песни, пляски!

А девы юные

Качались на люстрАх !


Тео неопределенно хмыкнула.


И было так чудесно

Барда песнопенье,

Что поутру никто

Не мучался похмельем!

А тот, кто скажет мне,

Что это невозможно -

Получит от меня

Большого пенделя!


В наступившей абсолютной тишине Гринер склонился к наставнице и спросил шепотом:

- Я правильно сделал ударение в слове 'пенделя'?

- Неважно. - Так же шепотом ответила Тео. - Они прониклись.

Зал наполнили бурные овации.


Глава четвертая,

в которой Гринер въезжает в дом Тео и знакомится с его странными обитателями; также появляется ВРЕДНОМЕТР, правда, ненадолго - а Гринер учится терпению и смелости


Гринер и Тео покинули столицу на следующий же день после Состязания. Талли смахнул несуществующую слезу, услышав о нежелании Гринера остаться и стать его подмастерьем. Дерек уехал несколькими часами раньше, отговорившись делами. Так что Гринер остался со своей наставницей практически наедине. Чем она не преминула воспользоваться, засыпав его вопросами. О детстве, о друзьях и замке, в котором он вырос. Он объяснил, что не всегда рос в замке, что попал туда лет пяти от роду; а вот где и в какой семье жил до этого, помнит очень смутно. Его мать (отца он не помнил совсем) пришла в замок, нанялась там посудомойкой, но всего через два месяца слегла с болезнью легких, от которой и умерла. Выяснив у ученика все, что возможно, о его прошлом, Тео перешла к его навыкам.

- Ты читать умеешь?

- Немного... по складам.

Они ехали по лесу, весенне-свежему; три Двери и пять часов езды, если верить Тео, помогли им преодолеть расстояние, на которое иначе пришлось бы потратить пять дней.

- Ну, у тебя будет возможность попрактиковаться, ученик. Первое время ты будешь только читать. Ну, и еще следить за порядком.

- За порядком где?

- В моем доме. Вернее, усадьбе.

- Она большая? - спросил Гринер.

- Средняя. А писать? Считать?

Юноша ссутулился в седле.

- Пишу плохо. Считаю...

- И то хлеб, - вздохнула Тео. - Еще одна Дверь, и мы почти дома.


Гринер ожидал чего угодно. Но, проехав через огромный фруктовый сад (похоже было, что за ним ухаживали), на небольшом возвышении он увидел окруженное деревьями необычное строение, сочетавшее в себе сразу несколько стилей. Фонтан у парадного входа и вычурная кованая ограда могли принадлежать, скажем, какому-нибудь дворцу. Стрельчатые окна-бойницы двух башен, да и сами башни, крепкие, толстостенные, возвышавшиеся над основным строением, могли выдержать многомесячную осаду. Два крыла трехэтажного здания, не высокого по сравнению с башнями, были почти сплошь увиты виноградной лозой, как и пристройки по бокам. Словом, 'усадьба', как выразилась Тео, напоминала творение безумного архитектора, который сначала решил построить милый и мирный домик, но потом его охватила паранойя и он добавил укреплений. Недавно прошел дождь, вода стояла между плит мощеной дорожки и двора, в лужицах плавали нанесённые ветром прошлогодние листья из сада. Одна башня была тоньше и выше другой, и даже, подумалось Гринеру, изящнее; Тео указала на нее и сказала:

- Это мое. В смысле - в ту башню не суйся, понял?

- Понял.

- Есть хочешь?

- Очень.

- Тогда сейчас самое время познакомить тебя с подвальником.

- С кем?

Тео, пригнув голову, заехала в конюшню, спешилась и принялась расседлывать коня. На вопрос она не ответила, предоставив Гринеру самому догадываться о подробностях. После того, как коням был насыпан корм, они были насухо вытерты и устроены, Тео повела ученика в кухню.

Гринер нашел, что и внутри здание выглядит весьма своеобразно. Во-первых, главным помещением тут, в отличие от других домов, в которых бывал Гринер, была не зала, а кухня. Огромная, она занимала почти треть первого этажа. Казалось, тут можно жить, ни в чем не нуждаясь: спать (в нише стояла большая кровать, закиданная одеялами и мехами), есть (само собой), пить, греться у здоровенного камина, готовить пищу на огромной же плите, и, как сообщила Тео, читать умную литературу. Для доказательства она ткнула пальцем в стопки книг, возвышавшиеся рядом с внушительными горами грязной посуды. Все это 'богатство' невероятным образом помещалось на столе.

- В моей кухне есть подвал. А там живет Подвальник. Насчет еды - к нему.

Тео присела на корточки рядом с крышкой погреба, откинула ее и крикнула в темноту, куда уходили запыленные ступеньки:

- Эй! Окорока кусок помельче, полкруга сыра... и маринованного лука не забудь!

Снизу послышалось шебуршание, и вдруг, совершенно неожиданно для Гринера, из погреба вылетели продукты - Тео ловко подхватила их прямо в воздухе, встала, толкнула ногой крышку, закрывая ее.

- Главное в этом деле, - невозмутимо сказала она, - это не просить больше двух-трех штук чего-нибудь за раз, а то не сможешь ухватить. Хлеб в мешке висит вон там на гвозде. Садись, ешь

Гринер решил ничему не удивляться, послушно сел за стол, расчистив себе место. Тео выложила еду перед ним. Села напротив, закурила.

- Угощайся. Еще должна предупредить - у меня по дому бродят доспехи.

Гринер не подавился только потому, что не успел ничего положить в рот.

- Там внутри сидит старый призрак. Безвредный, в общем, только если не начнет рассказывать про свое славное военное прошлое. Тогда - отговаривайся чем хочешь, но сбегай. Портреты на втором этаже, в галерее - плюются. Результат неудачного магического эксперимента уже известного тебе Дерека. Еще один результат - зеленые мыши... три штуки, по-моему, - пробормотала она себе под нос, - разумные, сволочи... Наконец, и это уже не эксперимент, а специально, вполне осознанно сделано - в мою комнату хода нет. В прямом смысле слова. Так что найти даже и не пытайся.

- Да я... - Гринер попытался изобразить возмущение, но это было довольно сложно, учитывая его довольное и сытое лицо.

- Не напрягайся, просто предупреждаю. Поел? Прекрасно. Пора приступать к ученическим обязанностям.

Гринер удивленно посмотрел на крошки перед собой. И впрямь, не заметил, как съел все подчистую. Потом глянул на заставленный посудой и заваленный книгами стол.

- Начнешь с посуды или с книг? - ехидно спросила магичка, закидывая дрова в камин.

- А у меня есть выбор? - грустно ответил вопросом на вопрос Гринер, подцепляя пальцем чашку с намалеванным на ней звериным оскалом. И тут же пожалел об этом - нет, не о философском отношении к жизни, а о том, что взялся, как оказалось, за чужое. Чашка дрогнула в его руке, морда на ней ощерилась, показывая зубы, и противно проскрежетала:

- Что лапаешь? Поставь на место!

Юноша послушался и тут же спрятал руки за спину.

- Это моя чашка, - объяснила Тео.- Знаешь, посуду я сама вымою, а ты пока можешь пролистать... вон, сверху том - 'Описание монстров'. Это тебя взбодрит. А то что-то ты кислый.

Гринер спорить не стал, боязливо придвинулся к книгам. Краем глаза он наблюдал, как Тео, размахивая руками, отправляет всю посуду по воздуху к большой бадье в углу. Он уже приготовился к тому, что и остальные этапы мойки пройдут не менее волшебно, но Тео просто засучила рукава, взбила мыльную пену, и, став к нему спиной, принялась напевать и наводить чистоту.

Он открыл первую страницу книги. Украшенное виньетками название..., пока ничего особенного. Первая страница: 'Алаастор', полу-вепрь, полу-козел... водится в... Похоже, тут чудища в алфавитном порядке. Ну-ка... Гринер пролистал чуть вперед, ища букву 'В'.

'Вьялла', или 'Ваала', оно же 'жрущее'. Двоеполо-цикличное существо, питающееся, в зависимости от цикла, противоположным видом сексуальной энергии'.

У Гринера покраснели уши, но он продолжал читать:

'В фазе мужчины вьялла заманивает жертв-женщин, в фазе женщины, соответственно, мужчин. Первые несколько циклов предпочитает селиться в заброшенных домах, складах, замках и пр., поскольку ее еще легко одолеть. Пройдя через 12 фаз (в срок от месяца и менее), вьялла достигает огромных размеров и может 'потреблять' до трех человек зараз. После пяти недель с начала цикла оно уже не таится, но и победить его довольно сложно'.

Тут была сделана приписка: 'М. жел. 2 ур. не ниж. 3 ур. против. пола'. Гринер подумал, что именно об этом, скорее всего, и спорили тогда Дерек с Тео - кто пойдет усмирять монстра... Чей пол наиболее противоположный. Придя к такому, несколько странному выводу, он стал читать дальше:

'У жертв наблюдается появление пятен, похожих на татуировки в виде знака (см. Иллюстрации, стр. 561), иногда после первого же контакта. Причем контакт может быть и не доведен до конца, т.е. жертва не 'съедена', но уже 'запечатлена', и спасти ее при поч. 12 цик. напр....'.

Так, тут какие-то сокращения...

'Наиболее действенное средство против вьяллы - деструктурация...', - этого слова Гринер не понял, - '...с помощью направленного в тонкие точки потока однотипной энергии нижнего плексуса, с усилением вибрации'. Тут юноша окончательно запутался и украдкой посмотрел на Тео, которая звякала тарелками и довольно мурлыкала.

- Кхм? - дал он о себе знать.

- Спрашивай.

- Что такое 'де-струк-ту-рация'? И это дальше тоже...

- А, читаешь про вьяллу... Все очень просто. У каждого существа - и вещества - да и вообще у всего - есть своя структура. М-м-м... устройство, определенная система. Понимаешь?

- Пока да.

Что такое 'система', Гринер знал, или думал, что знал. Когда один раз в замок приехали строители, их главный показал любознательному мальчишке устройство, поднимавшее тяжелые камни наверх, к осыпавшейся стене. Он сказал, что все это переплетение веревок, грузил, блоков и всего прочего называется 'подъемная система'.

- Так вот, есть монстры, которым недостаточно отрубить голову. Собственно говоря, любому недостаточно, но я сейчас не об этом. - Тео повернулась, вытирая полотенцем руки, потом, подойдя к столу, принялась им же смахивать крошки и объедки на пол. Хотя, как заметил Гринер, до пола они не долетали, исчезая где-то на полпути. - Монстра нужно лишить его структуры, развалить изнутри. Тогда он пропадет окончательно. Но для этого надо знать его слабые места.

- Тонкие точки?

- Так тоже называют.

- А... 'поток однотипной энергии нижнего плексуса?'

- Наша вьялла была женского пола, заметил?

'Еще бы', - подумал Гринер и покраснел еще больше, - 'У нее были такие... хм'.

- Значит, однотипная энергия - энергия мага того же пола. Я имею в виду сексуальную энергию. Она просто перенасытилась и как бы лопнула.

Затянувшееся молчание Гринера Тео, видимо, восприняла как непонимание, поэтому охотно пояснила:

- Я разорвала ее своим сексуальным желанием, если проще.

- О! - только и сказал Гринер.

Тео задымила трубкой, прикурив от пальца, и хитро на него посмотрела. Она прекрасно осознавала эффект от своих слов, на самом-то деле. Мальчишка очень хорошо держался в гостях у самой вьяллы, и с таким трудом сдерживал чувства, обсуждая ее... непорядок. Посмущается, потом ему надоест, как и всякому ученику.

- А откуда она взялась? - Гринер решил переменить тему.

- Зришь в корень, Гринни. Видишь ли, рядом с нашим существует другой мир...

- Небеса Создателя?

- Хм... Не совсем. В том, другом мире нет ничего. И в то же время это ничего хочет быть хоть чем то. И когда возникают 'проколы' между нашими мирами, из их мира появляется... нечто. Противоположное существованию. Оно поглощает нашу материю и приобретает форму. Самую разную. - Она помолчала, дав время Гринеру усвоить. - Мы называем таких 'темными'. И боремся с ними. Закрываем 'проколы' и уничтожаем вышедшее из них. И именно это, а не интриги или развлечения, является нашей основной задачей.

Гринер задумчиво посмотрел на толстенную книжищу, лежавшую перед ним. Эта заканчивалась на букве 'Г', но, даже напрягая всё своё воображение, он не мог представить многообразие монстров и тварей, перечисленных во всех томах справочника. Тео, казалось, угадала его мысли (или просто прочитала), потому что, улыбнувшись, похлопала ученика по плечу.

- Не бойся, я тебя в обиду не дам. А потом, обучившись, ты и сам за себя постоишь.

- А как вы узнаёте, что случился 'прокол?'.

Тео встала, потянулась, давая понять, что устала и продолжение разговора лучше отложить.

- 'Белые' говорят. Ну, пойдем, покажу твою спальню.

Несмотря на рассказы про страшных монстров, загадочную 'усадьбу', полную необъяснимых в таком месте звуков, Гринер в эту ночь заснул, как младенец, впервые в жизни подумав: 'Я дома'.


В одно прекрасное летнее утро Тео спустилась в кухню из своей комнаты, критическим взглядом обвела помещение и с невразумительным бурчанием плюхнулась на стул. Гринер, который к тому времени уже успел проснуться, позавтракать, разбить банку с вареньем, склеить банку (магически), собрать варенье с пола (магически) и съесть большую его часть (обычным способом), сидел за столом, разложив перед собой древний фолиант под названием 'Сбор волшебных трав - секреты мастерства'. Нет, он вовсе не вставал ни свет ни заря, чтобы совершить все эти деяния, он встал как обычно. Дело в том, что его наставница называла 'утром' то время, которое обычные люди называли 'полднем'.

Гринер как раз читал главу о ночном сборе папоротника, когда раздался характерный звук. Глухой такой 'бом!' о дерево. 'О, это, верно, о стол ударила пятка наставницы!', - восхищенно предположил Гринер. Нет, это не было чем-то в духе разминки, как он подумал бы в первые дни своего обучения, или демонстрацией особых боевых искусств - просто Тео в своей обычной манере водрузила ноги на стол. Гринер подумал, что неплохо было бы узнать у нее, зачем, выходя на сбор некоторых трав, маги берут с собой мышей в мешке. Не откладывая, он тут же спросил об этом.

Тео хмуро покосилась на ученика, потом на стену, потом на окно, потом снова на стену. И ядовито сообщила:

- Некоторые начинают утро с чашки горячего кофе, поджаренного хлеба с маслом и хорошего настроения, я же начинаю его с глупых вопросов моего ученика.

Гринер смутился и опустил взгляд.

- Если ты дашь себе труд хоть в некоторой степени задействовать свои мозги, которые у тебя, бесспорно, есть, иначе я бы не взяла тебя в ученики, то, как минимум, найдешь в оглавлении книги упоминание об использовании животных при сборе трав.

Гринер сгорбился над книгой так, что еще чуть-чуть - и он ткнулся бы носом в страницы.

- Где мой кофе?

Юноша вскочил и поспешил выставить на стол кофейник, лепешки и мед.

- А масло?

'И что на нее сегодня такое нашло', - подумал ученик. - 'Такое ощущение, что я провинился, но не знаю, в чём. Хотя вроде бы не в чем...'.

Тео потребовала поджаренного хлеба, долго с хрустом его жевала. Потом поперхнулась крошками и высказала недовольство этим миром в весьма жестких выражениях. Наконец, она хмуро покосилась на ученика. 'Ничего лучше не нашел, чем забивать с утра голову всякой дурью, а в обычное время его и палкой не заставишь что-нибудь прочитать', - пробормотала она под нос, а затем спросила уже громко:

- Ты лошадей почистил?

- Еще вчера.

- А книгу 'О семикратном утреннем обливании' не ты взял?

- Даже пальцем не прикасался...

- А... - она закусила губу, придумывая, что бы еще спросить. - Вот! Я знаю, ты вечером лазил по моим склянкам!

- Но вы сами сказали их помыть!

Разговор был исчерпан. Вроде бы. Минуты три магичка раскачивалась на стуле, потом раздраженно хлопнула ладонью по столу.

- Никуда не уходи! - и с топотом умчалась наверх, к себе.

Гринер попытался сосредоточиться на папоротнике. Но раз за разом его мысли возвращались к странному поведению Тео. Он начал новый абзац, в котором описывались способы защиты от болотных мороков, но то и дело вздрагивал, заслышав перестук и звякание сверху. В комнате Тео будто бы роняли доспехи, били посуду, а в завершение катали по полу каменные шары. Отчаявшись усвоить сегодня хоть что-то, юноша взял лейку и стал поливать цветы. Горшки с геранью смотрелись, пусть и на кухонном подоконнике, нелепо -Тео признавала это. Но ей их подарила сморщенная бабулька из Кривых Сосен, желая отблагодарить за то, что магичка отвадила от старушки соседей. Те были убеждены, что скромный домик на краю деревни - пристанище черного колдовства, могущественной злой магии и причина всех несчастий: стоило помереть корове у кого-то, как приходили шуметь под окна. Старушку, тихо-мирно варившую приворотные и противозачаточные зелья для женщин деревни, крики эти отвлекали от работы, и она обратилась за помощью к милой женщине, покупавшей у нее иногда кое-какие травы. Ну, Тео и помогла. После ее помощи деревенские еще больше уверились в колдовской природе старушкиных занятий, но сумели найти в этом определенную пользу, да и вообще - кому когда мешали колдуны? Такие же люди, как и мы, только... - подбирая подходящее определение, особо ярые крикуны потирали шишки, ссадины и невесть откуда взявшиеся бородавки на носах. В итоге сошлись на слове 'необычнее'.

Гринер как раз вспоминал эту историю, помахивая лейкой. Сам он принимал в ней непосредственное участие - подпирал заднюю дверь, когда в дом ломились селяне. Старушка и ему сделала подарок - пояс, как она сказала, волшебный. Обеспечивает успех у женщин. Может, правду сказала, а может и нет - во всяком случае, единственная женщина, с которой Гринер общался в последние месяцы, а именно - Тео, особого расположения к нему не выказывала. Вот сегодня - так даже и наоборот.

- Что ты делаешь?! - раздался гневный окрик.

Гринер вздрогнул и осознал: ударившись в воспоминания, он не заметил, что льет воду в совершенно уже размокшую землю. Он с опаской оглянулся - посреди кухни стояла его наставница и держала в руках какую-то длинную штуковину. 'Будет бить' - подумал Гринер.

- Ты сегодня до отвращения правильный - книги почитываешь, за цветочками ухаживаешь... Наверняка провинился и теперь пытаешься задобрить меня... Ну, да ладно. Со мной это все равно не пройдет. - Она взмахнула полой стеклянной трубкой, в которой клубился алый туман. - Я придумала очень полезную для нас с тобой вещь, ученик. Садись.

Гринер, прижав лейку к груди, сел на стул.

- Ты, наверное, заметил, что иногда я бываю... э-э-э... несколько несдержанна.

Юноша, впечатленный столь потрясающей самокритикой наставницы, поспешно закивал.

- Я придумала для тебя вот это. - Она протянула вперед трубку длиной около двух ярдов.

- Это для обороны? - наивно поинтересовался Гринер.

- Дурак. Это - вреднометр! Вот смотри... Я повешу его тут, в кухне, где ты бываешь чаще всего - несомненно, чтобы иметь возможность перекусывать по тридцать раз на дню. Он будет измерять мое настроение.

Гринер обдумал возможности, открывавшиеся перед ним с появлением этой штуки.

- О! - только и сумел выдавить он.

- Именно.

Тео подвинула стул ближе к камину и, помахав свободной рукой в воздухе, соорудила в стене нечто вроде крепления для факела. Воткнула стеклянную трубку в крепление, поправила, чтобы трубка располагалась строго параллельно стене (для этого пришлось чуть сдвинуть камни в кладке) и, пробормотав 'ну-ка... ну-ка', хлопнула в ладоши. Гринер уставился на вреднометр, затаив дыхание. Красный туман, клубившийся внутри, превратился в красную жидкость, осевшую внизу трубки; заполнив ее на треть, жидкость остановилась и замерла.

- Как ты сейчас оцениваешь мое настроение? - спросила Тео, разглядывая изобретение.

- Ну, вполне... спокойное.

- Я спрашиваю серьезно, Гринер! Мне нужно откалибровать шкалу, и твои шуточки сейчас абсолютно... - красная жидкость поползла вверх, и Тео тут же забыла об ученике. - Он работает! Работает! Ну, куда же ты? Вот, упала... Ладно. Этот уровень мы оценим, как... легкое утреннее недовольство.

Магичка протянула руку, в неё пролевитировал уголек из камина, и Тео нарисовала поперечную черту на стене около трубки.

- На два пальца выше... у нас будет..., ну, подсказывай!

- Мелочная придирчивость, - не подумав, ляпнул Гринер, по-прежнему завороженный идеей вреднометра. Он было начал объяснять, что совсем не это имел в виду, но Тео только махнула на него рукой.

- Так! А выше?

- Раздражение, усугубленное недосыпом!

- Выше?

- Рявканье по малейшему поводу!

- Выше?

- Рявканье без повода!

Гринер вошел во вкус, называя все новые степени недовольства жизнью своей наставницы, благо, успел изучить их досконально. Тео, как ни странно, не сердилась - об этом свидетельствовал столбик красной жидкости, неуклонно понижавшийся, - а требовала еще определений. Поставив черточку, она рядом на стене записывала расшифровку. Дойдя до самой верхней части трубки (Гринер чуть было не сказал: 'мировой катаклизм'), Тео угомонилась и, довольная, слезла со стула, потирая руки.

- Теперь тебе будет гораздо проще. А то, знаешь ли, на нас, магов, иногда действуют всякие там изменения в погоде, недосып опять же. Зачем тебе страдать из-за того, что я, допустим, уронила банку с редким экспонатом? Или выслушивать мои колкости только потому, что какой-то баронишка на Совете изустно макнул меня лицом в грязь, а по соображениям политики отвечать ему тем же мне было нельзя? Одним словом, этот вреднометр изменит нашу жизнь! - Тео улыбалась, разглядывая творение своих рук и магии.

- Баронишка? На Совете?

Красная жидкость чуть дернулась вверх.

- Ох... Да так. Этот Мервульф у меня когда-нибудь дождется. Проснется, а вместо головы у него окажется мешок с отрубями. Почуял свою власть, гаденыш - знает ведь, как королевству сейчас нужны деньги, зажал в потном кулачке серебряные рудники в Кордосе, доставшиеся от папочки, и считает, что может разглагольствовать на Совете о налогах на земли... А, что это я... Тебе, верно, не интересно.

- Наоборот. А что же король?

Тео села, и, собирая пальцем крошки от хлебцев с тарелки, фыркнула.

- А что король? Ему сейчас приходится молчать и делать вид, что ситуация под контролем. Но кто-то должен в самом начале этого идиотизма заявить свое мнение - чтобы королю было потом к чему вернуться, - и этим 'кем-то' обычно становлюсь я. Если ты помнишь, у меня место в Совете, как у наследницы рода Дурстхен. Бароны вчера как с цепи сорвались. Мало того, что я единственная 'баба' среди благородных лордов, так еще смею вмешиваться в важные вопросы... Ты бы видел, как краснели от натуги их толстые шеи, когда они выдумывали для меня все новые и новые оскорбления! - Она широко улыбнулась. - Мы с королем от души похохотали потом, после совещания...

- Но тогда почему вы расстроены?

- Да просто Дори вся эта ситуация выводит из себя, а я ему... стой-ка. С чего ты взял, что я расстроена?

Гринер глазами показал на вреднометр. Тео уставилась на трубку так, будто только что увидела ее. Повернулась к ученику.

- НЕ НАДО пялиться на него каждую минуту, ладно? Он для экстренных случаев, в качестве предупреждения, уяснил?

- Конечно, конечно... Так, а что До... король?

Но момент был упущен.

- Король-шмакороль. Займись чем-нибудь полезным. Я пойду изрублю манекен в тренировочной зале. Когда вернусь, чтобы по меньшей мере три полезных дела были явлены пред мои светлые, но очень придирчивые очи.

Когда Тео ушла, Гринер, покосившись на вреднометр, буркнул:

- Ага, еще пойди придумай их, дела... Все уже сделано. - Он оглянулся, увидел залитый водой подоконник и повеселел. - Раз!

Жизнь скоро вошла в обычную колею, но с одним приятным уточнением - Гринер больше не попадал под горячую руку наставницы. Внимательно следя за показаниями вреднометра, он умело избегал вспышек раздражительности у Тео. То отправлялся в деревню за продуктами, стоило вреднометру показать отметку 'рявканье без повода', то сбегал в свою комнату, завидев ползущий вверх красный столбик. Он не особо задумывался, во что может вылиться эта ситуация, а зря...

День за днем он успевал скрыться прежде, чем Тео могла бы сорвать на нем свою злость; и вот, в один прекрасный день, выйдя на кухню, он увидел картину, заставившую его замереть на месте буквально с поднятой в шаге ногой.

Вреднометр безо всякого сомнения предсказывал 'мировой катаклизм'. Уровень красной жидкости дошел до самой высокой отметки, и, казалось, что еще чуть-чуть - и она выльется из трубки. Гринер запаниковал. Затаив дыхание, он смотрел на вреднометр, как загипнотизированный кролик на удава - пока не услышал шаги Тео, раздававшиеся со стороны коридора, ведущего в кухню.

Недолго думая, Гринер охнул, в два прыжка подскочил к окну и выпрыгнул наружу. Приземлившись в одичавшую клумбу, заросшую травой, он со всех ног припустил к лесу.

Дверь скрипнула, Тео вошла в кухню, выглянула в окно. Затем она набрала в грудь воздуха и, посматривая на вреднометр, застыла так, задержав дыхание. Красная жидкость на удивление быстро упала вниз.

Дерек, появившийся минутой позже, тоже выглянул в окно.

- Сбежал?

- Сбежал. Самолично видела его сверкающие пятки.

- И что теперь?

- Бьюсь об заклад, неделя в лесу - и он перестанет так зависеть от эмоций окружающих его людей. Это все замковое воспитание - приучили его мямлить, отводить глаза и извиняться за то, в чем он совершенно не виноват. Что это за маг - чуть кто скажет что-нибудь раздражительное, так он подпрыгивает и нервничает!

- Меня всегда восхищали твои методики, - протянул Дерек, усаживаясь за стол. - Только вот... вернется ли он?

- Вернется. Если его не напугали вьяллы и разговаривающие доспехи, то раздражительная магичка... И не ухмыляйся. Чаю будешь?

- Лучше кофе.

- Ага... - Тео взялась за кофейник, с завидным энтузиазмом стала греметь баночками. - Он умен, быстро схватывает, умеет применять полученные знания. Добрый мальчик... Помели кофе, я пока воду поставлю. Но он слишком чувствительный. И не в том, в чем нужно. Хочет всем угодить, но молчит, когда совершено явно на нем срывают злость. Так нельзя. Что с ним станет, столкнись он в свое время с чудовищами из 'прокола?' Потеряется.

- Желая сделать твари приятное? - улыбнулся Дерек, крутя ручку кофемолки. Зерна приятно похрустывали, запах стоял чудесный. - Я согласен с твоими словами, но методы... Хотя меня в подобной ситуации просто 'кинули в реку', мол, захочу - выплыву.

- Всех нас в свое время учителя кидали в речки. Или с обрыва. Преемственность называется.

Они помолчали. Тео засыпала получившийся в результате Дерековых стараний порошок в кастрюльку с длинной ручкой, держа на положенном расстоянии от огня.. Помешала щепкой.

- Варварша, - ласково сказал Дерек. - Но я тебя прощаю, кофе ты варишь изумительный.


Гринер остановился, только добежав до старого, расщепленного молнией дуба. Оперся рукой о ствол, согнулся пополам и тяжело задышал.

Возможно, если он переждет несколько дней... здесь, в лесу - или в деревне... Но зачем обманывать себя - ситуация не улучшится, возвратиться придется, а там его ждет разозленная магичка. Хотя, если ей кто-нибудь подвернется под руку и она сорвет злость на нем... Эта идея, хоть и отдавала трусостью, все же понравилась Гринеру. У него внутри все переворачивалось, когда он видел сверкающие гневом глаза Тео. Угораздило же увязаться за самой вспыльчивой магичкой в мире!

Гринер огляделся. Тут неподалеку есть хижина лесорубов, давно заброшенная - вспомнил он и, не теряя времени, направился прямо к ней, пугливо вздрагивая каждый раз, когда неподалеку хрустела ветка. После пробежки очень хотелось пить и юноша повернул к ручью.

Напившись, уселся на берегу, снял сапоги и погрузил ноги в прохладную воду. Питаться можно орехами, ягодами и птицами, которых он научился довольно ловко сбивать на лету камнем из пращи. Словом, выжить можно. Единственное, по чему он будет скучать - это варенье.


Тео запечатала письмо сургучом и помахала в воздухе -быстрее остынет. Дерек наслаждался кофе.

- Какие планы? - спросил он подругу.

- Отвезу письмо Нексу, пусть вскроет, если все пойдет наперекосяк. В том, что Гринер сбежал, есть еще одна полезная сторона - если придется спешно уехать в Кордос или на границу, он не будет путаться под ногами.

- Насколько я понимаю, сейчас у тебя проблемы с Мервульфом... - Дерек вздохнул, и, словно бы нехотя, предложил: - Я могу помочь?

- Лучше поезжай в Лион, и уговори тамошнего монарха перестать стягивать войска к границе, а то его метания вызывают у меня изжогу. Ведь, насколько я понимаю, ты сейчас крутишься именно при его дворе?

- От изжоги помогает табачный пепел, - усмехнулся Дерек, высматривая в кофейных потеках на дне чашки что-то пророческое.

- Понятно, ни да, ни нет. Но ты не знаешь всего.

- То есть как?

Тео вздохнула, подлила себе кофе и грустно посмотрела на письмо.

- Мы давно с тобой не говорили о своих 'подопечных', Дер, а надо бы. Все катится к войне. Не перебивай, пожалуйста, я тебе изложу, как это вижу я, а ты меня поправишь, ладно? Но после. Итак... У нас имеется спорная территория - Ламборджи. Сейчас ею по наследству владеет барон Мервульф. Хотя изначально эта земля была отдана в ленную собственность только его деду. Каким образом она превратилась в 'наследное владение', я даже не догадываюсь - все погребено под грудой документов, часть из которых потерялась во время войн - из-за этой самой, кстати, Ламборджи. А это, в первую очередь, серебро, а затем уже драгоценные камни и много обычного гранита, который, если его использовать с умом, тоже может принести немало пользы. Плюс идеальный проход на территорию соседа.

- Я знаю, что Вердленд и Лион несколько сот лет спорят из-за этого прохода, но пока... - Дерек цокнул языком.

- Вот именно 'пока'. Открою тебе государственную тайну - на Дориана навалились с войной, причем на Совете баронов перевес у ее сторонников. А Мервульф, вместо того, чтобы озаботиться если не миром в своей стране, то хотя бы сохранностью собственных владений (представляешь себе его баронство после военных действий?) упирается и, как он говорит, 'отстаивает свою независимость'. То есть - не дает Дориану ввести свой гарнизон в крепость Рудего. А его горстки солдат явно не хватит для обороны, реши король Лиона захватить Кордос.

- Я не уверен, что Шаррон Второй хочет войны с Вердлендом. Хотя на Кордос он зубы точит давно.

Тео страдальчески поморщилась.

- Трудность в том, что и у той, и у другой стороны (то есть у Вердленда и Лиона) на руках достаточно документов, чтобы можно было размахивать ими, доказывая свое право на эту землю. Там очень запутанные генеалогические и юридические взаимоотношения, самые лучшие специалисты Университета Сорелля только руками разводят. И говорят, что однозначно сказать ничего нельзя. Так что, захвати Лион богатый Кордос, это будет 'возврат аннексированных земель'. А если Вердленд возмутится и попытается земли отобрать - это будет уже 'военная агрессия и нападение'. Выглядит глупо, но именно так отец Дориана, Беорель, и заполучил Кордос двадцать пять лет назад.

- И что ты предлагаешь?

- Сейчас война невыгодна, Дер, ты это понимаешь не хуже меня, хоть и 'черный'.

- Ах да, я и запамятовал - только вы, 'серые', в должной мере разбираетесь в хитросплетениях, интригах и политике...

- Не кипятись. - Тео тоже заглянула на дно чашки и хмыкнула. - Говоря 'черный' я имела в виду не столько твой Цвет, сколько то, что ты всегда старался держаться подальше от этих самых интриг, разве нет?

- Доля правды в этом есть, - согласился Дерек. - Но последнее время все мое 'подальше' обернулось тем, что я увяз в ваших 'серых' авантюрах по уши. И кто меня в них затащил? - риторически вопросил он, а когда Тео самодовольно отсалютовала ему, кивнул. - Вот-вот. Я - 'черный' маг. Я должен накапливать для тебя Силу, помогать огневой мощью, а не выделывать коленца на балах и прятаться за занавесками в опочивальнях знати.

- А на кого еще я могу положиться? Хелена, которая вроде бы должна следить за порядком в Лионе, а на деле с головой окунулась в... не знаю что, при встрече если не плюнет мне в лицо, так оттопчет каблучком все ноги. А ты, с твоей склонностью - не спорь! - к красивым комбинациям и стратегии, вполне мог бы стать 'серым', если бы не твоя Сила. Ну, мы о другом, если помнишь...

- На память вроде не жалуюсь, - не стал настаивать на продолжении темы Дерек. - Так мне-то что делать?

- Постарайся запутать или запугать Шаррона. Пусть опасается развязывать войну. Потяни, сколько сможешь, а потом возвращайся. А я тут поищу альтернативные варианты...

Дерек встал, ласково дернул Тео за локон.

- Смотри, не перенапрягись.

- Постараюсь, - улыбнулась она. - А ты там... сделай пару коленец за занавесками - для меня.


Гринер добрался до домика лесорубов только часа через три после своего побега - пришлось попетлять, выискивая заросшую кустами покосившуюся хибарку. Зашел внутрь и сразу оценил ее состояние как плачевное. Чтобы просто здесь ночевать, пришлось бы разгрести много мусора, собрать всю паутину и вычистить печку. Но грязной работы он не боялся. Ободрал кустарник, связал веник и принялся за уборку, чихая от пыли и вполголоса ругаясь на судьбу. Просто так, для порядка, чтобы она не возомнила о себе невесть что.

На полках у дальней от двери стены он нашел горшок с затвердевшим почти до каменного состояния медом, ковырнул пальцемчуть не сломав ноготь, и решил, что есть это не будет. Но оставит, чтобы откупаться от медведей. Там же обнаружились несколько мешочков муки и порванные силки. Их он починил нитками, выдранными из ветоши, брошенной в углу. Это заняло у него еще два часа, так что установить силки он успевал еле-еле. Юноша разыскал бурдюк и пошел в сторону ручья.

Поставив силки и набрав воды, он собрался было уходить, но его остановил шорох в кустах. 'Надо было взять с собой мед', - подумал он.

- Охо-хонюшки, - донеслось из кустов. А потом: - Что стоишь, паренек, помоги бабушке выбраться отсюда.

Недоумевая, откуда у него, круглого сироты, взялась бабушка и что она делает здесь, в глухом лесу, Гринер, тем не менее, бросился на помощь. Будь здесь Тео, она бы прокомментировала это так: 'Судя по всему, ученик, в изучении 'Энциклопедии волшебных тварей' ты не дошел до буквы 'З', а именно до Зазывалы, который очень удачно подражает человеческим голосам. А потом очень удачно подражает удаву, что стискивает тело жертвы, а затем - не менее виртуозно - гиене, поедая все, даже кости'. Но Тео рядом не было.

Гринер отвел в сторону ветки и увидел старушку, и впрямь запутавшуюся в колючем кустарнике. Он сразу узнал ее - та самая, из Кривых Сосен. Она беспомощно улыбнулась юноше беззубыми деснами.

- Ой, милок, как хорошо, что ты тут оказался! А я уж думала, придется юбку рвать... Ну-ка, подсоби...

С помощью Гринера, в основном топтавшегося рядом и дававшего бестолковые советы (ведь, что ни говори, он никогда не запутывался в чем-нибудь юбкой), старушка освободилась и, толкнув юношу в плечо, скороговоркой произнесла:

- Не стой, не стой, сядем, поговорим, ягодкой угощу... Как ты тут оказался?

- Сбежал, - ляпнул Гринер.

- От волшебницы? - ахнула бабка, и сотворила знак от порчи. Что было весьма странно, уж при ее то занятии. - А я тут всякие корешочки собираю, ягодки, грибочки...

- Для зелий?

- И для зелий тоже... ну, рассказывай.

И Гринер рассказал, опустив только ненужные подробности, о своих промахах и чуть приукрасив зверства наставницы. Потому что ему все время чудилось, что старушка сейчас скажет: 'Ерунда!', а потом пошлет его обратно, в усадьбу. Уж слишком хитро она на него посматривала.

- Ерунда! - сказала старушка, когда он закончил. Но посылать никуда не стала. - И ты ей поверил?

- Кому? - не понял Гринер.

- Да магичке своей. Тоже мне, ну, наорала...

- Вы бы слышали, как она ругается, так бы не говорили, - обиделся Гринер. - На меня, между прочим, по-разному орали, еще в замке, но никогда у меня не было ощущения, будто... будто меня сейчас расплавят, словно свечку.

- Вот шельма... - радостно прошамкала старушка, веселясь непонятно отчего. - Такого молодца вокруг пальца обвела. Ну да ей-то, с ее опытом... Почитай, уже лет пятьдесят как...

- Сколько?

- Пять, пять, оговорилась я, милок. Так вот знай... - Старушка вдруг подобрала юбки и по совершенно неожиданной траектории прыгнула на камень посреди ручья. С быстротой молнии опустив руку в воду, она выловила что-то отчаянно змеящееся. Но с лапами. - Так вот, это она тебя так на прочность проверяет. Парень ты мягкий, даже слишком...

- Что? - Гринер опешил. Прыгнувшая бабка ухмыльнулась, да так похоже на Тео, что он на секунду даже подумал, что... Спешно посмотрел на нее магическим зрением, но ничего особенного не увидел, разве что яркое пятно то ли амулета, то ли оберега у нее на шее. Она, кажется, поняла, что он сделал, но не обиделась.

- Да не боись ты, я это, я, уж куда ей меня изображать...

Бабка-знахарка прыгнула обратно, и Гринер сильно засомневался, что ее могла озадачить зацепившаяся юбка. Она улыбнулась ему, прищурила глаза.

- Так она... - Гринер запнулся. - Она...

- Да, да, - заворковала старушка. - Маги очень экс-цент-ричны в вопросах воспитания учеников, да. Ты и сам догадался бы, но не сразу, не сразу, денька через три. Только оголодал бы зря - а ты и так угловатый. - Она подвинула к нему лукошко. - Съешь ягодку.

- Спасибо... - Гринер набил рот спелой земляникой и задумался.

Знахарка ласково посмотрела на юношу.

- А что пояс, который я тебе подарила - помогает? Ну, с девушками? - и она захихикала.

- Что? А... Я не знаю. То есть единственная женщина, с которой я общаюсь - Тео, а она все больше кричит на меня. Ну, то есть, теперь-то я знаю, почему она это делает, хотя поверить в такое...

- Нет, нет, нет! Она же маг, на нее мои штучки с поясом не подействуют, ты что, милок! Тут нужно что-нибудь посильнее, куда уж мне. А как же девушки из деревни, разве ты с ними не разговариваешь?

- У меня времени нету. Тео мне не разрешает...

- Ну, вот, опять ты за свое. - Она покачала головой. - Просто скажи ей, что тебе нужен выходной. И не обращай внимания, если она будет злиться, даже если дым из ушей пускать начнет. Хотя, думаю, если увидит, что ты многое понял, то и не начнет. Но если начнет...

- Я понял, понял! Спасибо...

- Да не за что. Вот как заговоришь с девкой какой, сразу увидишь, что моя магия, хоть и не такая сильная, как у этих колобродов-важных-господ-магов, но в своем деле я знаю толк.

Она утолкала во второе лукошко загадочное существо и вдруг спешно засобиралась.

- Ну, пора мне. Солнышко, гляди уже, к закату близко... А ты ночь можешь тут провести, в хижине лесорубов, ничего не боясь, а завтра прямо с утра к ней поспешай.

- А почему не сейчас?

- Это чтобы она не догадалась, что тебе я подсказала. Ты ведь обычно не так скоро думаешь, так ведь? - она снова захихикала, и вполне бодро двинулась к лесу, почти не пользуясь палкой.

Гринер шмыгнул пару раз носом, снял силки и отправился к домику. Если взять зубило, которое он заметил возле окна, можно отбить себе кусок меда. Уж как-нибудь эту ночь он переживет.


Двумя часами позже того, как Гринер получил много пищи для размышлений, Тео, сотворив одноразовый портал в Королевский замок Тэнниела, заглянула в опочивальню Его Величества короля Дориана. 'Скромная спальня', - в который раз отметила Тео и, усевшись в кресле у окна, стала ждать, обдумывая то, что узнала.

Через полчаса в смежном со спальней кабинете послышались шаги и голоса. Дождавшись, пока король останется один (дверь скрипнула, шаги его спутников удалились), Тео кашлянула. Дориан заглянул в спальню.

- Я так и думал, что это ты, - обрадовался он, но было видно, что король устал безмерно.

- Как Совет?

- Давят, - кратко описал ситуацию Дориан.

- Слушай... - Тео вытянула ноги. Сапоги были в белой горной пыли. - Королевству сейчас очень нужны средства, так?

- Так. - Согласился король.

- И ты поэтому напираешь на Мервульфа, чтобы он пустил твоих людей к себе в крепость и поделился своими безразмерными доходами с рудников, так?

- Так.

- А он в ответ переметнулся к баронам, жаждущим войны, хотя в душе предпочел бы тихо-мирно выжимать все соки из своих земель, так?

Дориан упал спиной на кровать, тяжко вздохнув вместо ответа.

- Я нашла выход.

- Да? - король приободрился.

- Я облазила все Седые отроги в окрестностях рудников, и нашла там одну заброшенную штольню. Ее оставили, потому что решили, что жила иссякла, но это не так. Десяток ярдов в сторону - и можно снова добывать серебро. Его там много... Одна проблема - штольня находится на территории Лиона, но если по-тихому завезти туда людей, то... Места там дикие, пограничные разъезды Лиона там не бывают, я проверяла. Ты сможешь оставить в покое Мервульфа, мягко намекнув ему, что у него есть возможность оказать тебе ответную любезность.

- Это похоже на взятку...

- Это и есть взятка, - проворчала магичка, - хотя я до сих пор не понимаю, почему король должен кого-то просить и уговаривать... Если бы король Дануг, отец Беореля, послушался меня в свое время, Совет баронов вёл бы себя по-другому.

- А что с серебром?

Тео смолкла, вспомнив, что Дориан не любит разговоры об ошибках его предшественников, будучи убеждён в справедливости поговорки 'Что сделано, то сделано'. Сама же магичка иной раз вспоминала те злополучные три года, на которые она оставила Вердленд без присмотра, вплотную занявшись южным Арахандом и его 'Наследными войнами'; стоило ей, как она говорила, 'отвернуться', как слабохарактерный Дануг растерял все влияние королевской семьи, сведя на нет достижения отца.

- Ах, да, серебро... - Тео вернулась в настоящее. - Я займусь этим, у меня есть знакомые мастера-старатели, которым сейчас очень не помешает работа. Так что недели через три ты сможешь забрать первые партии добытого металла из Мокрухи, пойдет?

- Это же у демона на рогах, - нахмурился король.

- А ты думаешь, никто не станет выяснять, откуда у тебя деньги взялись? Эта шайка вечно голодных, охочих до властисразу начнет вынюхивать... Кстати, о еде - я зверски хочу...

- Сейчас прикажу, чтобы принесли ужин. Ты что будешь? - Дориан встал с постели.

- Все! - кровожадно вращая глазами, ответила Тео. Они засмеялись, и король вышел. Тео сполоснула руки в тазике.

- Это отсрочит войну, но надолго мы ее не избежим, - пробормотала она. - Ну хоть так...

Когда король вернулся, она продолжила.

- Там, в северной части Седых отрогов, есть ещё одни заброшенные разработки, но на нашей территории. Так что все должны будут думать, будто серебро тебе везут оттуда. Поставим небольшой поселок, наймем людей, пусть ходят туда-сюда...

- А молчать их ты как заставишь? Заколдуешь?

- А хотя бы и так. Утром они будут находить в штольне груды серебра, а верить, что сами выковыряли его из горы. По-моему, придумано славно!

Оба засмеялись. Тео продолжила:

- Мастера - люди хорошие, честные, но понятия не имеют, где именно пролегают какие-то там границы. Тем более что работа там - это хлеб для их семей. Думаешь, они будут возмущаться, даже если узнают?

- Тебе видней. - Дориан потер глаза кулаками. - Я сейчас или умру, или засну.

- Поешь сначала. И ни о чем не беспокойся.

Молодой король, заслышав возню в кабинете, вышел и вернулся с подносом, полным еды. Снова упал на кровать.

- Мы не сможем отсрочить эту войну надолго... - сонным голосом сказал он. - Но на год-два, думаю... - и захрапел.

- Прямо мои слова, - усмехнулась Тео, отрывая полоску мяса. Сделала глоток вина и посмотрела на короля, спящего глубоким сном. - Бедняга.


***


Тео вернулась домой поздно вечером. Прошла темным садом, любуясь на яркие звезды, слушая песню соловья и ощущая приятную усталость. Самое главное сделано - теперь дело только за временем.

На кухне горел свет. Магичка пренебрегла приличиями и парадной дверью, влезла в окно, отмахиваясь от мотыльков, слетевшихся со всего сада к масляной лампе. Дерек сидел, развалясь, на стуле, и пил чай, листая какой-то фолиант.

- Я сейчас сдохну, - довольным голосом сообщила Тео, усаживаясь рядом с другом и скидывая сапоги. Маг тут же отложил труд некоего философа, умершего почти сто лет назад, и заботливо принялся массировать ступни магичке.

- Не торопись, вокруг еще столько интересного... У тебя все хорошо?

- Лучше не бывает, - сообщила Тео и отхлебнула чай из Дерековой кружки. - Я все устроила. А как у тебя?

- Тоже. Шаррон некоторое время будет занят другими проблемами.

- Замечательно... - Тео довольно выдохнула, и сползла на стуле, блаженно щурясь. - Ох, и пятки тоже... ох.

Полено в камине треснуло, распалось на две половинки, и Тео обернулась на звук; тут же скрипнула дверь. В кухню вошел Гринер с пучком трав в руках.

- Вот, Дерек, я не уверен, что... - начал юноша, но, увидев Тео, замолк.

- Что... - магичка сквозь зубы зашипела, косясь на Дерека. - Что он тут делает?!

- Он вернулся. - улыбнулся маг.

- Я вернулся! - подтвердил Гринер, смело делая шаг вперед.

- Я вижу! - Тео попыталась встать, но ноги ее лежали на коленях у Дерека. - Может, потрудишься объяснить, зачем ты вообще уходил, ученик?!

- Гулял. - Гринер, справившись с удивлением, пожал плечами и стал как ни в чем не бывало раскладывать травки на тряпице у камина. - Дерек, вот эту класть?

Он показал 'черному' магу засушенный стебелек с фиолетовым цветком.

- Да, - кивнул Дерек. - Это аспорея.

Гринер кинул стебелек в кипевшую на огне воду.

Тео тем временем переводила взгляд с одного на другого. 'Так быстро?' - мысленно спросила она у Дерека, глаза которого искрились смехом. Он ответил: 'Да. Не веришь - проверь его еще раз'.

- А кто тебе разрешил брать мои запасы?!

Глядя на Тео, можно было предположить, что она сейчас сорвется с места и кинется макать ученика головой в котел. Но Гринер и бровью не повел.

- Дерек разрешил. Он, кстати, и предложил приготовить укрепляющий отвар, к тому времени как вы вернетесь. Почти готово.

Тео разом сменила выражение лица с озлобленно-раздраженного на спокойное и даже умиротворенное.

- Хм...хм... - сказала она. - Дер, раз уж ты взялся за массаж, может останешься на ночь и помнешь меня в других, не менее усталых местах?

- Весьма охотно, - подмигнул Дерек. - Но... разве ты не помирала минут пять назад?

- А я выпью укрепляющий отвар. - Она показала ему язык и повернулась к ученику. - Бьюсь об заклад, ты не сам додумался, тебе помогли. У тебя мозгов бы не хватило.

Гринер пропустил шпильку мимо ушей, помешал осиновой ложкой варево.

- Хотя результатом я довольна. Ну, что там, готово уже?


***


Выпив снадобье, Тео заметно приободрилась, даже потрепала Гринера по шевелюре, и наказала идти спать.

- Я не настаиваю, но завтра подниму тебя на рассвете. Надо бы собрать кое-какие травы и...

- Я хотел бы завтра отдохнуть, сходить в деревню.

Тео и Дерек переглянулись, потом оба захохотали.

- Хорошо, ученик, завтра у тебя выходной. Но послезавтра... А тебя, Дерек, я попрошу отнести меня в кровать, потому что ноги меня все-таки не держат. Двенадцать Прыжков за полтора дня, такого у меня не было даже во время... неважно.

Ну вот, подумал Гринер, все хорошо, что хорошо заканчивается. Завтра он пойдет в деревню, познакомится там с симпатичной девушкой, потанцует с ней... И Тео вроде довольна, совсем уже не сердится. Кстати, он заметил, что когда она только изображает гнев, то выражение ее глаз чуть отличается от того, когда она действительно выходит из себя. Что-то лукавое появляется в них. Но видимое только если приглядеться, заглянуть в самую их глубину, темную, с янтарной искрой на черном зрачке...


- Эй, парень... - позвала Тео.

Гринер, очнувшись от дум, вскинул голову. Дерек стоял в дверях, высокий, наполовину в тени, словно готовясь раствориться во тьме; на руках держал Тео, а она обнимала его за шею, и мягко улыбалась.

- Завтра, перед тем, как уходить в деревню, разбуди меня, хорошо? - попросила Тео. - Мы с тобой вместе разобьем вреднометр. Все равно он теперь без надобности.


Глава пятая,

в которой Гринер знакомится с королем и вместе с Тео отправляется воевать с восставшими мертвецами. Также раскрываются некоторые тайны престолонаследия, а Гринер дает себе зарок никогда больше не печь печенье


На деревянном крыльце сидели: Тео, 'серый' маг непонятно какой категории, женщина весьма загадочного нрава, который ее недруги предпочитали называть 'сумбурным' и 'скандальным', и Гринер, юноша пятнадцати лет, обширного, хоть и пока поверхностного ума, и приятной наружности.

Они чистили грецкие орехи, и пальцы у них были коричневые. Кожура летела во все стороны, очищенные орехи - в корзину шагах в семи от крыльца. Тео промахивалась чаще, возможно, потому, что не особенно старалась попасть. Ни один из них не пытался встать и подвинуть корзину поближе.

- Вот ты у меня пятый, - с ленцой в голосе произнесла Тео, отправляя очередной орех в полет, - а я все не перестаю удивляться вашей неаккуратности. Носки по всему дому, мусор не выносится, обувь не чищена, а вчера я до двух ночи чинила камин, который по твоей милости был забит сажей и Боги знают чем еще.

Она почесала нос, отчего он тоже стал коричневым, и добавила со вздохом:

- Ученики...

- Могли бы магией починить, - буркнул Гринер, косясь на нос наставницы, и раздумывая, сказать о пятне или нет. Потом решил, что все равно уже поздно, и смолчал.

- Я же тебе сто раз объясняла... или не тебе? А, ладно, расскажу еще раз. - Тео отложила орех в сторону, освобождая руки для оживленной жестикуляции. - Ну вот, смотри... У нас на кухне есть высокая этажерка, и на ее полках стоит куча банок. Скажем, тебе нужна банка с четвертой, если считать снизу, полки. - Для наглядности Тео показала на пальцах 'четыре', а потом провела ладонью по воздуху, обозначая высоту полки. Сторонний наблюдатель решил бы, что об умственных способностях своего ученика она совсем уж низкого мнения. - Что ты сделаешь?

- Подойду и возьму ее.

- Правильно. А если тебе нужна банка с самой верхней полки, что под потолком?

- Пролевитирую ее к себе.

- Правильно. А знаешь, почему?

Гринер пожал плечами.

- Потому что использование магии требует определенной энергии. Иногда легче подойти своими ножками и своими ручками взять банку с нижней полки, затратив на это всего лишь физические ресурсы своего тела. Но вот для того, чтобы взять банку с верхней полки, придется идти через весь дом к кладовке, доставать лестницу, нести ее в кухню, расставлять, залезать, доставать банку, потом складывать лестницу, относить ее в кладовку, а потом возвращаться назад. Энергии, да и времени уходит гораздо больше, так что в данном случае экономнее будет использовать магию. Аналогия ясна?

Гринер задумался, потом мотнул головой:

- А не проще ли держать лестницу рядом с этажеркой?

Тео посмотрела на ученика долгим взглядом, отчего по спине юноши забегали морозные мурашки.

- Проще. - Ровным тоном сказала магичка. - Но это всего лишь пример. Аналогия.

Гринер выставил руки перед собой.

- Да я понял, понял, я просто так ляпнул...

Тео собралась уже было высказать что-то уничижительное, но тут паузу разрезал тонкий свист, и через секунду в деревянную ступеньку рядом с ногой магички вонзилась стрела - и замерла, подрагивая белым оперением. Вокруг стрелы была обернута бумажка, плотно стянутая крепкой нитью. Гринер, хоть и был раньше свидетелем странных способов получать послания (взять хотя бы огромного бурого медведя, заявившегося однажды со свежими новостями и не таким уж и свежим оленьим окороком), все же вздрогнул от неожиданности.

- О, это от короля, - Тео тут же забыла о намечавшейся головомойке и, выдернув стрелу из доски, принялась отматывать красную нить.

- Скажите, а эта стрела, она никогда... не промахивается?

- Было пару раз, когда она мне кружку с элем разбивала напрочь, но я чуть подправила заклинание... О... Как интересно...

Гринер вытянул шею.

- Что там?

- Король прибудет в гости через двадцать минут. - Тео нахмурилась, оглядев себя. - Конечно, он ко многому привык, у королей железная выдержка, но это, по моему, слишком... пойду переоденусь.

Этим утром, отдавая дань столичной моде, она напялила на голову соломенную шляпу, чтобы жаркое солнце не обожгло щеки, а в остальном отдалась на волю судьбы, то есть - что первое попалось под руку, то и надела. Правда, Гринера поначалу слегка шокировали кружевные панталоны, но большая часть их скрывалась шелковым халатом с рисунком из крупных хризантем (явно из Араханда), так что беспокоиться было не о чем. Но короля обижать таким домашним видом не следовало.

- И, кстати... - Тео, уже стоя в проеме двери, ведущей на кухню, озорно подмигнула ученику. - У тебя на носу пятно от орехового сока.

И она исчезла в доме, а Гринер только и успел заметить, что нос у нее абсолютно чист. Почесав свой собственный, он понял, что в очередной раз стал жертвой специфического юмора наставницы, также входившего в программу обучения.


За двадцать минут, остававшиеся до приезда короля, Гринер сумел совершить чудо - он избавился от коричневого пятна на носу. Правда, для этого пришлось использовать жесткую щетку для мытья посуды (соответствующего заклинания Гринер не знал), и теперь нос юноши был не коричневым, а ярко-красным. Он даже успел причесаться и теперь стоял на парадном крыльце, высматривая вдали всадников.

Тяжелая дверь с железным кольцом посередине глухо заскрипела, приоткрываясь, и в проеме возникла слегка приведенная в порядок голова Тео.

- Ты что здесь делаешь, позволь спросить?

- Встречаю короля...

- Ха, дурачок. Пойдем на кухню.

Гринер последовал за магичкой на кухню, и, по ее примеру, уселся за большим столом. Его наставница и впрямь приоделась ради такого случая - расшитый серебром черный камзол, белая рубаха, скрипящие кожаные штаны ( 'самый писк, когда кожа при ходьбе скрипит' - говаривала она) и сапожки, блестящие так, будто над ними неделю трудились две роты чистильщиков обуви. Гринер посмотрел на Тео, в поисках подсказки, и решил все делать, как она.

А магичка развернула стул, уселась на него верхом и принялась пялиться в картину, висевшую на стене - на ней был изображен Его Величество Дориан Второй, при параде, с мечом наголо и высокомерным взглядом.

Гринер не особенно любил портреты, в основном потому, что те, которые висели в верхнем коридоре, плевались, стоило ему пройти мимо. А этот, огромный, в полный рост, так вовсе нагонял на него страх тем, что находился в неподобающем месте, что позволяло предположить какие-то зловещие тайны. Гринер вырос при замке и прекрасно знал, что картины должны висеть на стенах специальных галерей, в крайнем случае - в кабинете.

Тео молчала, Гринер тоже молчал. Тишина стояла ватная, только за окном мерно гудели пчелы, собиравшие нектар с цветника около дома. Внезапно раздался странный звук. Он исходил из камина - там что-то копошилось и фыркало. Гринер чуть приподнял туловище от стула, но тут же пораженно уселся на место - потому что из каминной трубы прямо на дрова свалился мужчина.

Тео, как ни в чем не бывало, отвела взгляд от портрета, пробормотав 'хорош, подлец', и Гринер в очередной раз почувствовал себя дураком. Ему почему-то подумалось, будто их гость шагнет в кухню прямо из картины, но, видимо, он предпочел появиться более экстравагантным способом.

Молодой мужчина (ему вряд ли можно было дать больше двадцати пяти) выбрался из камина, поднимая облако пепла, выругался, задев ногой полено, и выпрямился. Потом он оглядел присутствующих печальными глазами и грустно заявил:

- Я - король.

- Верно, Дори, - Тео вскочила, подхватила под руку мужчину и, отряхивая по пути его камзол, подвела к своему стулу. - Присаживайся.

Король сел, со странной тоской осмотрел пустой стол и повторил:

- Я - король.

Гринер решил, что правитель земель от Рены до Мокрых гор и от Седых отрогов до Южного моря сошел с ума, и это и есть та самая проблема, которую им с наставницей необходимо решить. Он даже почувствовал себя патриотом.

- Дори, - Тео успокаивающе похлопала своего старого друга по руке, - уверяю тебя, это не новость. Если бы каждый раз, когда ты внезапно обнаруживал, что у тебя на голове корона, а под задницей - трон, ты обращался с жалобами ко мне, пришлось бы поселить тебя тут. А я не вынесла бы придворной суеты, и выставила бы вас всех через неделю самое большее. В чем проблема?

Дориан закусил нижнюю губу и умоляюще посмотрел на Тео.

- Милая моя, прости за то, что морочу тебе голову - но КАК ЖЕ ОНИ МЕНЯ ВСЕ ДОСТАЛИ!

Пчелы под окном испуганно замерли, а потом дали деру в лес - подальше от столь странного места.

Тео приподняла бровь, потом шепнула Гринеру:

- Чайник, кипяток, чай, с мятой, быстро.

И зашептала что-то королю на ухо. Он сидел, подперев рукой голову, и внимал, время от времени кивая. Потом, заметно приободренный, отпил чая, поданного Гринером уже через минуту (юноша гордился тем, что умеет вскипятить воду движением руки за несколько мгновений) и изрек:

- Отпустило.

Все расслабились.

- Дори, я ведь говорила тебе, что судьбу не переспоришь? - Тео достала любимую кружку с намалеванной на боку зверской рожей (рожа страшно завывала и норовила тяпнуть всякого, кто покушался на собственность магички) и налила себе чаю. - И я говорила тебе, что, хоть ты не создан для королевской жизни, тебе придется поднапрячься, чтобы вынести эту ношу? Говорила?

Король кивнул, соглашаясь, и судя по всему, не в первый раз уже.

- Ты покамест один из самых разумных, лучших королей, которых я... Ну так все-таки - что у вас там стряслось?

- Насчет ноши ты была права. Скажи, это только в мое правление случаются все возможные и невозможные беды или с моими предшественниками было так же? Но не буду ныть, - король горько усмехнулся, - лучше расскажу. В двух деревнях заметили восставших покойников.

- Зомби, - буркнула магичка, проводя рукой по столешнице, на которой тут же выросли миниатюрные горы и потекли миниатюрные реки, складываясь в карту королевства, - или все же привидения? Разница есть, и она важна.

Гринер часто и возбужденно задышал - шутка ли, настоящие мертвяки. Сел на табуретку, обратился в слух.

- Именно зомби. Деревни называются Шпынька и Белолес. Подняты два кладбища, целиком, но не одновременно. - Дориан помассировал виски, видимо, припоминая доклады. - М-м-м, в первой деревне сначала объявились только два восставших трупа - один совсем недавний, утонувшая женщина являлась к мужу. Скреблась в окно. Он поседел за одну ночь, но жители деревни решили, что он от горя сошел с ума, и ему привиделось. Там же местный пьяница видел уже... несвежий экземпляр - списали на то, что он надрался. Но потом, когда мертвецы буквально толпами стали слоняться по улице и лезть в дома... Жители рассказывали, что особенно страшно было, когда при ходьбе с их тел отваливались куски плоти, а вороны...

- Не так красочно, Дори, будь милостив: мой ученик сейчас лишится чувств.

- Хорошо. Хм... Во второй деревне все произошло намного быстрее. Мертвецы всем скопом заявились с утра пораньше к главной площади. Они... хм... - он покосился на бледно-зеленого Гринера, - убили священника Древа, что вышел к ним со святой ветвью в руках, население взялось за серпы, мотыги и молотилки. Потеряв еще троих своих, жители решили покинуть деревню. Но какое-то количество зомби они покромсали на кусочки.

Тео шепнула Гринеру 'печенье', и юноша полез в продуктовые полки, стараясь не упустить ни единого слова.

- Покинули, говоришь... А что сказал Некс?

Тео сидела с абсолютно невозмутимым лицом, и только время от времени подправляла объемную карту на столе круговыми движениями пальцев.

- Некс раздобыл максимум информации по этим двум делам, а потом, откланявшись, заявил, что он мой генеральный префект и следователь по обычным преступлениям, а всякой демонятиной заниматься не намерен; сказал даже, что я могу его уволить, но он к этому делу и близко не подойдет. - Король вздохнул и кисло закончил, - Он даже взял отпуск на две недели. Сказал, цитирую: 'Я давненько не наведывался на ферму своей семьи, там помидоры, огурцы, капуста, надо бы присмотреть за ними...' И, не испытывая ни малейшего угрызения совести, уехал, подлец. Я уверен, что это он специально, чтоб позлить меня и доказать, что я без него не справлюсь.

- Это не в его стиле, - прищурилась Тео, - ну-ка выкладывай, что ты ему наговорил?

Молодой король медленно повернул голову в сторону Гринера и уставился на него тяжелым взглядом.

- Юноша, все, о чем мы беседуем тут, никоим образом не должно стать...

- Я понимаю, сир. Обещаю, что... обещаю что никому.

Гринер от волнения даже стукнул глиняной глазурованной тарелкой по столу, ставя печенье. Ретировался на табурет и поспешно отпил чая - в горле пересохло. С одной стороны, было очень страшно, а с другой - жуть как увлекательно... Неужели он поучаствует в настоящем деле? Это было бы здорово, учитывая, что за последнее время максимально опасным занятием для него являлся спуск в подвал с заданием выпросить у подвального домового банку с соленьями. Конечно, был еще тот случай с жутким домом, но Гринер тогда ничего особенного не делал, только объедался, бегал, прятался по переулкам и гонялся за демонами в человеческом обличье. Обучение у мага он представлял себе несколько иначе, тем более что Тео обещала ему 'приключения каждый день'. Хотя, только попав в этот дом, он удивлялся всему - бродящим туда-сюда доспехам, плюющимся портретам, комнатам без входов и выходов, странному существу, живущему под полом в кухне, еще более странным посетителям... Но рано или поздно, все приедается, и Гринер уже через пару месяцев компанейски махал ручкой доспехам, выяснил, что домовой-подвальник обожает сладости, а также научился громко и панически вопить, попадая в комнаты без дверей. Хотелось таинственности, приключений и - да, конечно! - подвигов.

Пока Гринер предавался мечтам о том, как он с наставницей отправится на поиски опасных и прекрасных чудес (и даже представил себе, как их фигуры на резвых конях будут романтично вырисовываться на фоне огромной восходящей луны), он пропустил слова короля о том, что именно тот сказал своему префекту. Но, судя по реакции Тео, что-то очень забавное - она хихикала. Хотя полностью на ее реакцию никогда нельзя было положиться. У нее было весьма своеобразное чувство юмора. Например, она смеялась, как сумасшедшая, когда Гринер выпил какое-то из зелий, стоявших в ее лаборатории, и у него на животе выросло сморщенное лицо, которое тут же принялось орать 'Давай жрать, скотина!'. Это было совсем не смешно. Гринер потом около месяца не мог избавиться от привычки сначала тыкать себя ложкой в живот, а уже потом есть самому, даже когда рожица пропала.

- Это ты ему зря... - Тео прекратила хихикать и покачала перед королем пальцем. - На такое даже я могла бы обидеться.

- А есть сведения, куда они, эти мертвяки, направились? - спросил Гринер, решивший для разнообразия поддержать разговор, за что получил два взгляда: хмурый короля и ободряющий от магички.

- Правильно Гринер, надо брать быка за рога, - заметила она, потом поправилась, - мы не о тебе, Дори, а о ситуации. Вот карта, показывай.

Дориан, видимо, решил ничему не удивляться, и, привстав, помахал печеньем (от которого так и не откусил ни кусочка) над столом, в двух направлениях.

- И что тут у нас... - замурлыкала Тео, тоже наклонившись над картой. Она сдула крошки и хмыкнула. - Тут пусто, тут пусто, поселений нет, а вот тут - интересно! - владения барона... барона...

- Толли, - подсказал король, усаживаясь обратно.

- Так, давай поговорим о бароне Толли. Не припомню его на Совете... Он симпатичный?

- Что? - король поперхнулся чаем, постучал себя кулаком по груди, и, справившись с кашлем, спросил: - А это так важно?

- Конечно! - Тео цыкнула зубом, задорно тряхнула кудряшками и даже подмигнула королю. - Это очень важно.

- Ну, не знаю... я его ни разу не видел, он никогда не был при дворе...

- А он разве не приезжал ежегодно, чтобы сдать налоги? - когда король в ответ покачал головой, Тео нахмурилась. - Это ведь нарушение.

- Это нарушение традиции, дорогая моя, но за это не арестовывают. Закона, обязывающего его появляться в столице, не существует. Ко мне всегда являлся его представитель. Но, судя по тому, что у барона было шесть жен, - да, он вполне хорош собой.

- Шесть?

- Да, и все умирали примерно через год после замужества. Сейчас он женат в седьмой раз.

- А как они умерли? - на лице Тео явственно стал заметен азарт, с точки зрения ее ученика - совершенно неуместный.

- Вот уж не знаю, - растерялся король.

- Ладно...

Тео побарабанила пальцами по столу, потом решительно развеяла карту одним движением.

- Мы с Гринером займемся этим.

Юный ученик мага решил, что, пожалуй, попридержит эмоции до ухода короля. Да и ходить колесом по кухне с непрожеванным печеньем во рту опасно.


Гринер был абсолютно уверен, что король покинет их дом таким же способом, каким прибыл, только наоборот; юноша уже приготовился наблюдать за тем, как Его Величество со свистом вылетит в трубу, но все оказалось гораздо прозаичнее. Они вышли к конюшне, Тео прочертила в воздухе квадрат, он с легким свистом упал на короля, и тот исчез. Магичка скептически оглядела ученика. - Ты еще не готов? Быстро, даю двадцать минут на сборы.

- А что брать-то? - крикнул Гринер уже заворачивая за угол конюшни.

- Сам решай! Когда от содержимого твоей сумки зависит жизнь, начинаешь более тщательно собирать вещи... Бегом!


Убедившись, что ученик совершенно точно удалился, Тео хихикнула, и, смерив взглядом расстояние до третьего этажа, одним огромным прыжком преодолела его, влетев точно в окно своей комнаты. Через секунду раздался грохот, а затем не по-женски мощный рев:

- Какая зараза поставила тут табуретку?!


Гринер успел вовремя, хоть это и стоило ему истошно колотящегося сердца, красной физиономии ('ну, хоть она теперь одного цвета с носом', - успокаивал себя он) и всклокоченной прически. Когда он подлетел к конюшне, Тео, в дорожной одежде, уже ждала его, лошади были взнузданы и выведены наружу. Магичка с легкомысленным видом жевала соломинку, прислонясь к столбу.

- Чуть не опоздал, - укорила она ученика.

- 'Чуть' не считается, - храбро огрызнулся Гринер и спросил, - а сами вы как сумели так быстро собраться?

Магичка села в седло и похлопала рукой по чересседельным сумкам.

- У меня есть наборы для разных случаев. Несколько мешков, каждый для своего... приключения. Этот, например, предназначен для 'путешествия верхом продолжительностью от пяти до четырнадцати дней, с возможностью хорошо провести время в приличном обществе'. Плюс некоторые предметы специально для работы с нежитью.

- А, понятно. - Гринер сел верхом на своего флегматичного конька и поинтересовался: - А у вас есть набор для 'непредсказуемых приключений с опасностями, ловушками, неожиданностями, случайностями и схватками'?

- Есть. Но ты можешь не беспокоиться. Он всегда со мной. - И она постучала себя пальцем по лбу.


Они сделали привал в лесу - в Норках, деревеньке неподалеку от их дома, Тео ночевать не захотела, объясняя свое решение необходимостью спешить; они галопом пронеслись через Норки, распугав бродивших по улице куриц. До следующего поселения оставался еще день пути. Пришлось выискивать местечко в лощине, поросшей молодыми дубками, разводить костер, и варить гороховый суп с кусочками вяленого мяса. Горох Гринер не любил, но терпел. Во время ужина Гринер спросил:

- И какой у нас план?

- Сначала побываем на кладбище, откуда подняли трупы. Лучше, если удастся посетить оба, но и одно сойдет. А потом поедем к барону.

- Вы думаете, он в этом замешан?

- Даже если нет - мы предупредим его о том, что в лесах неподалеку шляются толпы мертвецов. Но я сомневаюсь в его непричастности - обычно зомби не так целенаправленны. Их туда что-то - или кто-то - гонит. Возможно, он в опасности. Посмотрим...

Они улеглись спать на одеяла, брошенные у костра. Тео ворочалась минут пять, потом тихонько спросила:

- Гринер, ты заходил сегодня в мою комнату?

- Что вы, нет, конечно... я даже не знаю, какая дверь в нее ведет.

'И есть ли она вообще, эта дверь', - добавил он про себя.

- Ясно... - Тео вздохнула. - Значит, я сама переставила эту проклятую табуретку.

Гринер ничего не понял, но задумался - а много ли у него шансов против кучи живых мертвецов, учитывая то, что у его наставницы провалы в памяти? С этой оптимистической мыслью он заснул.


Из таверн, в которых они побывали за последующие два дня, Гринеру не понравилась ни одна. Тео назидательно хрустела подгоревшей коркой на хлебе и убеждала его, что надо радоваться тому, что есть. Но, как подметил юноша, суп во второй таверне даже она есть не стала. Посмотрела странным взглядом на хозяина трактира, и тот, судорожно сглотнув, куда-то умчался. Гринер чуть не заработал себе растяжение мышц шеи - так сильно он выворачивал голову, отъезжая от таверны, чтобы увидеть, что творится на ее заднем дворе. В приоткрытую калитку он успел заметить, что хозяин носится по двору кругами, бешено размахивая при этом связками сарделек. Тео молчала, довольно улыбаясь. Гринер внезапно похолодел и стал судорожно вспоминать, хвалила или ругала Тео то печенье, что он недавно испек (и, из-за которого, собственно, и была забита каминная труба). Вроде ела, даже не морщилась... вон, даже короля угостила. Юноша успокоился, но дал себе зарок больше ничего не готовить. Лучше лишний раз съездить в Норки за готовым блюдом, чем потом отмахиваться сардельками от одному тебе видимых кошмарных тварей.

В следующей деревне гостиницы или простой таверны было не сыскать, так что Тео напросилась переночевать в дом к самой незлобной на вид бабуле. Та, правда, оказалась сплетницей - все время рассказывала про своих соседей, кто кого обманул или обрюхатил, или сказал гадость - а потом начала расспрашивать магичку с учеником. Да так настойчиво, что Гринер пожалел, что в самом начале разговора сказал 'Здрасьте'. 'Если б не сказал' - думал он, сокрушаясь, - 'можно было бы прикинуться немым. Или вообще мертвым. Зайти в домик и упасть на пол...'

Тео же наплела с три короба, прихвастнула, что едет по особо важному поручению от старосты Норок (у старушки загорелись глаза) и посетовала на урожай брюквы. Когда любопытство хозяйки было удовлетворено, даже с лихвой, та предложила, наконец, проводить их в комнату. Ужина она им, кстати, и не предлагала.

Бабуля дошаркала до косой двери, толкнула ее и тут, словно спохватившись, сказала:

- А кровать-то там одна...

И зыркнула глазом, скандально так. Но Тео улыбнулась широко, вынула из старушкиной руки свечу и пояснила:

- А это мой племянник. Троюродный.

И затащила Гринера в комнату.

Обстановка там была не то чтобы не очень - ее вообще почти не было. Полупустой чулан, односпальная кровать и ссохшийся стул.

- Что ждешь, ложись, - буркнула Тео, укрепляя свечу на стуле.

- Ну... - Гринер почесал нос. - А если все подумают, что вы ... то есть, что мы ...

- Что мы любовники?

- Ну, да. - Юноша облегченно выдохнул, говорить это слово ему не пришлось.

- Ну, подумают. Сильно волнует тебя то, что себе вообразят эти деревенские, учитывая, что завтра мы уедем и, скорее всего, никогда сюда больше не попадем?

- Э-э-э, нет. То есть не сильно.

- Ну, вот и хорошо. - Тео тряхнула одеяло, поморщилась, увидев пыль. Села на кровать и стала стягивать сапоги. Гринер молчал, но его напряжение буквально разливалось по комнате киселем. Тео раздраженно сдернула сапог с ноги и отбросила его в сторону.

- А теперь что тебя беспокоит?

Гринер поблагодарил Богов, что наставница сидит к нему спиной и промямлил:

- Ну, как бы сказать... вы только не обижайтесь, то есть не злитесь...

- А... ты боишься, что я действительно начну приставать к тебе?

Ученик зарделся, как маков цвет, и кивнул. У магички, видимо, были глаза на затылке, потому что она хохотнула.

- И откуда у тебя такие мысли?

- Ну...

- Ясно. Так вот, можешь расслабиться - я мальчишками не интересуюсь.

- Я не мальчишка!

- Ну, мужчинами.

- Как, вообще? - вырвалось у Гринера, он быстро захлопнул рот, но неприличный вопрос уже был задан.

Тео тяжко вздохнула, откинула второй сапог и легла, замотавшись в одеяло. Потушила свечу мановением руки и ответила:

- Вообще. Я предпочитаю женщин. Доброй ночи.


К ближайшей покинутой деревне, Белолесу, они добрались утром четвертого дня. Название они прочитали на дорожном столбе, новехоньком, и буквы были с завитушками - Гринер подумал, что поселение окажется как минимум зажиточным. Но ошибся: все дома оказались одноэтажными и выглядели бедновато, кроме одного, двухэтажного. И вообще, деревня производила жалкое впечатление. Всего три улочки, по которым ветер гнал пыль, закручивая ее в маленькие смерчи смотрелись более чем мрачно... Ставни хлопали, заставляя Гринера вздрагивать, пустые окна домов, казалось, смотрели на него с немым укором. Он сказал себе, что надо привыкать, что все это - обычные рабочие будни королевского мага (или его ученика), и уже вроде справился со страхом, но тут как назло, ему на глаза попался труп. С этого момента деревня приобрела статус 'жуткой', а сам Гринер, сдавленно ойкнув, все свои моральные силы бросил на сдерживание тошноты. Тео спрыгнула с коня, привязала его к колодезному вороту и спокойно подошла к трупу мужчины, заинтересованно склонив голову набок.

- Похоже, это та деревня, в которой жители решили сначала порубить зомби в капусту. - Она присела на корточки рядом с телом, внимательно осматривая его и валяющийся рядом серп, затем окинула взглядом маленькую площадь, в центре которой, видимо, и произошла битва. - Но у них ничего не вышло. А у этого, гляди-ка, Гринер - горло перегрызено. Пережевано, я бы даже сказала.

Юноша, смертельно бледный, все-таки нашел в себе силы подойти и встать рядом с магичкой, хотя взглянуть на труп в упор все еще не решался. Тео одобрительно хмыкнула. 'Первый мой ученик, несмотря на то, что побывал на войне, в похожей ситуации побежал в кусты'. - подумала она. - 'А этот - гляди-ка, держится молодцом'.

- Тут точно никого из живых не осталось. А ну-ка, ученик, предположи, где может находиться кладбище?

Гринер огляделся. Площадь обступали домишки, сами теперь похожие на зомби - безжизненные, холодные. С юга шла улица, по которой они приехали; она пересекала площадь и раздваивалась, соответственно на северо-западную и северо-восточную улицы. Они были абсолютно одинаковые, только в начале одной из них лежал еще один труп. Гринер заставил себя мыслить четко и хладнокровно. Труп лежал так, будто что-то, идущее с того конца улицы, набросилось на него, повалило и...

'Спокойно!'

... разодрало горло чем-то, то ли зубами, то ли просто руками. Вряд ли после случившихся тут событий кто-нибудь, каким бы храбрым он ни был, бросился бы догонять зомби. Значит, он попался им, когда они шли с той стороны. Юноша сглотнул, в который раз, и вытянул почти не дрожащую руку на северо-запад.

- Думаю, оттуда.

- Верно.


Коней они оставили на площади. Те не испытывали никакого ужаса перед трупом; Тео только предупредила, чтобы Гринер привязал своего конька покрепче. В нескольких шагах от колодца находилась поилка, и мало ли что могло туда попасть.

Тео и ее ученик медленно прошли по улице, Гринер даже взглянул на труп (женский), и подумал, что еще парочка таких увлекательных дней, и он будет относиться к ним так же спокойно, как и наставница. Или не будет.

Кладбище выглядело странно - Гринер прищурился, и только через минуту понял, почему. Могилы были выворочены изнутри, земля истоптана, перемешана с прогнившими остатками гробов и цветами, что когда-то украшали место упокоения. Тео остановилась у края кладбища и присвистнула.

- Многовато для такой маленькой деревушки... или у них тут мор был? Так. Сорок две тут, и на отшибе шесть. Итого сорок восемь. Придется поработать.

Она достала из-за пояса перчатки, надела их и кивнула Гринеру, чтобы он проделал то же самое. Затем скомандовала:

- Так, в быстром темпе собираешь по одной горсти земли с могил справа, и ссыпаешь в кучу посередине кладбища. Я делаю то же самое, но с левыми могилами. Понял?

Юноша кивнул и надел перчатки, обещая себе, что после выбросит их, а лучше - закопает.

- А теперь... - Тео широко ухмыльнулась. - Кто первый соберет землю со своих могил, тот выигрывает!

И, перемахнув через плетеную оградку, длинными прыжками понеслась по кладбищу, от одной могилы к другой, а потом в центр, и опять... Гринер буквально врос в землю, как столб, и язык у него прилип к небу. Сказать такое?! Как она...

- Кто последний, тот индюк! Отстаешь от меня на три могилы, Гринни!

Юноша замялся еще на секунду, необходимую ему для того, чтобы окончательно увериться с собственном сумасшествии, а потом покорно принялся прыгать по своему участку.

Гринер проиграл с разгромным счетом двадцать девять-девятнадцать. Когда они, запыхавшиеся, стали над внушительных размеров холмиком из могильной земли, Тео, отведя предплечьем прядь волос со лба, участливо произнесла:

- Ну-ну, не стоит расстраиваться, еще наловчишься.

- Да я не из-за проигрыша.

- А из-за чего? - она заглянула ему в глаза. - А... Понимаю. Да, согласна, такие приключения для тебя еще странноваты. Ведь еще совсем недавно ты был простым поваренком в замке...

- Не поваренком! - вскинул голову Гринер.

- А кем? - Тео сняла перчатки и отряхнула их от земли.

- Ну... Я был в штате прислуги...

- И чем ты занимался? - перчатки были вывернуты наизнанку и засунуты за пояс.

- Понемногу тем, понемногу сем... - он покраснел.

- Горшки выносил за лордами и леди, пыль вытирал, высокородных собачек выгуливал, так? Да не смущайся ты... Я вот было дело, и стойла чистила, и посудомойкой в трактире работала.

- Правда?

- Честное магическое. Даже была разбойником с большой дороги. - Тео перевела дух. - Так, теперь тебе надо чуток подать назад...

- А когда это вы были разбойницей?

- Гринни, об этом я расскажу потом. А сейчас - подвинься. Вот умничка.

Юноша в который раз убедился, что как только он затрагивает темы, на которые у его наставницы нет ни желания, ни времени говорить, она становится чрезвычайно груба и общается короткими предложениями. К грубости он привык, на конюшие и не так честили мальчишек в замке... Но у него возникало неприятное впечатление, будто Тео считает его малышом, который не вовремя задает вопросы вроде 'Почему трава зеленая'. Раньше, до истории с вреднометром, он бы обиделся. Но сейчас просто постарался отнестись к этому философски.

Тео достала из кармана кристалл размером с большой палец, прозрачный, с пузырьками внутри. Крепко обхватила его и подняла над кучей земли.

- А вот теперь ты поймешь, зачем мы с тобой носились по кладбищу, как угорелые. В старые времена с зомби справлялись, кинув им в лицо горсть земли с их могилы, но тут у нас ситуация посерьезнее. Во-первых, их много... - пока она объясняла, кристалл медленно наливался зеленоватым светом. - Не буду же я просить их подождать, пока я определю, какая горсть с какой могилы кому полагается. Во-вторых, тащить с собой мешок с землей неудобно. Ну, и в-третьих...

Кристалл ослепительно вспыхнул, и Гринер, который не успел отвернуться или зажмуриться, захлопал глазами, пытаясь прогнать цветные круги.

- В-третьих, - гордо сказала Тео, пряча кристалл в карман, - так будет гораздо быстрее. Хлоп - и готово, сам увидишь. Перчатки, кстати, можешь снять. Выверни их наизнанку, как я, и спрячь в чересседельные сумки. Вечером, на привале, прополощешь их в воде и опалишь чуток над огнем - на всякий случай.

Гринер последовал ее совету. Они вернулись в деревню, отвязали коней и поспешили покинуть это жуткое место. Кони, правда, вели себя спокойно, но Гринер все же тревожился неизвестно почему, и поминутно оглядывался на окна брошенных домов. Только когда деревушка скрылась за поворотом дороги и небольшим лесом, облегченно вздохнул. Потом спросил:

- Теперь в другую деревню, да?

- Нет, не вижу смысла, мы и так отстаем от них, хоть они и двигаются медленно. - Кого магичка имела в виду, говоря 'их', Гринер прекрасно понял. Она достала из кармана кристалл и положила на ладонь левой руки. - Есть такая пословица, 'За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь', слыхал?

- Угу. Думаете, они разделятся?

Кристалл тем временем снова засветился, но теперь уже желтоватым светом, и приподнялся в воздух на пару дюймов.

- Понятия не имею. Посмотрим... Они ушли в том направлении. - Кристалл острым концом указывал на север, чуть подрагивая. Тео спрятала его и забормотала себе под нос: - Если дверьми, то придется делать крюк к востоку , а потом опять возвращаться, так что то на то и выйдет... Придется скакать большую часть ночи, чтобы нагнать их завтра днем, ученик. Поехали.


Солнце скрылось за горизонтом, а они все скакали, правда, не переходя в галоп: берегли коней. Гринер молчал, переваривая увиденное за день, Тео же мурлыкала под нос мотивчик, забавное смешение нескольких народных песенок. Судя по всему, пропев один куплет и обнаружив, что не помнит дальше слова, она принималась за другую песню. Только через три часа после захода солнца она остановила коня и окликнула Гринера.

- Стой! Вот тут, я думаю... Тут где-то неподалеку вода.

Так и оказалось - в ложбине, шагах в ста от дороги, они нашли ручей. Такой мелкий, что его можно было перешагнуть, но все же ручей. Гринер первым делом занялся перчатками, хоть и боялся к ним прикоснуться. Тео тем временем собрала сучьев для костра, но подвешивать над ним котелок не спешила. Сначала она, надев перчатки на небольшие веточки, поводила ими над пламенем, внимательно осмотрела и фыркнула. Затем протянула Гринеру его пару. Юноша, не сумев сдержаться, отпрянул с гримасой на лице.

- Я не стала бы советовать тебе и к обычному мертвецу прикасаться, а уж тем более к поднятому. Но сейчас говорю - возьми и не бойся, они чистые. И сбегай, набери котелок, я пока коней расседлаю.

Они поели и легли на одеяла ногами к костру; Гринер некоторое время двигал подстилку то так, то эдак, ему то казалось, что тепла от огня недостаточно, чтобы согреть ноги, то чудился запах горящих подметок. Наконец-то он угомонился, завернулся плотнее в одеяло, не оставляя лазеек для легкого, но холодного ветерка, и спросил:

- А со второй... группой что вы будете делать?

- Как встречу, так и подумаю.

- Не пытайтесь меня обмануть, вы же всегда все наперед просчитываете...

Тео усмехнулась. Ученики время от времени удивляли своей сообразительностью, и это ей нравилось. 'Беда в том, что это случается редко', - подумала она и с трудом подавила желание потрепать Гринера по голове. Он бы наверняка решил, что такой жест неспроста. С одной стороны, хорошо, когда тебя уважают за предусмотрительность, но с другой - не всегда приятно, когда люди в каждом твоем поступке видят трезвый расчет и ничего больше.

- Не всякую ситуацию надо просчитывать заранее, Гринер. - Вздохнула магичка. - Понимаешь, если все рассовать по полочкам и рассчитать, позднее, столкнувшись с чем-то непредвиденным, можно крепко сесть в лужу. Лучше не ограничивать ни себя, ни ситуацию. Единственное, что точно не помешает - так это знать предпосылки, изначальные данные. А уж как оно все пойдет... Только Боги ведают.

- Боги? - У Гринера этим вечером, по всей видимости, было саркастическое настроение. - Я думал, вы неверующая. Ну... раз вы маг.

- Вредно так много думать, Гринер. Я верю в Богов, но не поклоняюсь им. Разницу улавливаешь?

Юноша засопел носом и замолчал. Но через минуту снова заворочался, явно проверяя, не заснула ли наставница.

- Да не сплю я... спрашивай.

- Вот вы сказали, что король... ну, Дориан. Что он иногда не выдерживает ноши и еще про то, что ему не хочется быть королем... Это правда?

Тео молчала долго, видимо, раздумывала, стоит ли такого молодого оболтуса посвящать в тайны королевства. Гринер терпеливо ждал, зная, что без ответа его не оставят. Правда, он мог звучать как 'Не мели ерунды и спи', но игнорировать его магичка точно не будет. Не в ее правилах.

- Видишь ли, Гринни... Я сейчас кое-что тебе расскажу, но это должно остаться между нами, ты понял?

Юноша закивал, потом сообразил, что в темноте Тео вряд ли увидит его жест (хотя чем кахра не шутит) и прошептал:

- Понял, конечно. Обещаю.

- На самом деле все так запутано... Ну, скажи, ты ведь знаешь историю о том, как Дориан стал королем, историю, полную волшебства и пророчеств?

- Конечно. Старый король умер, не назвав наследника, и страну ожидали свары и войны из-за короны, но все знали, что на самом-то деле у короля был сын, которого он отдал на воспитание старому магу Меррилену, и тот скрывал мальчика на волшебном острове, где тот рос втрое быстрее обычного человека. И было еще пророчество, что он возвысится из самых простых, и вернет себе корону. И когда пришло время, маг Меррилен взял королевский меч, и вогнал его по гарду в камень, и изрек: 'Кто вытащит сей меч из камня, будет по праву королем Вердленда, королем для всех, и богатых, и бедных'... - Гринер сам не заметил, как стал рассказывать возвышенным слогом бардов, бывавших в замке, где он служил. Они часто рассказывали эту историю. - А Дориан был пажом у одного из баронов, приехавших, чтобы попытать счастья. Он вынул меч из камня, его признали королем, и даже те, кто сначала сомневался, поверили в это, когда маг Меррилен открыл тайну его рождения, а...

- Он был вовсе не пажом.

Гринер осекся.

- Он был помощником мясника.

- Но... как же... но ведь все говорят...

Тео тяжело вздохнула, потом приподнялась и повернулась на бок, к Гринеру лицом, подпирая рукой голову.

- Я же говорила, тут все очень запутано... политика, интриги, подковерная борьба. Даже не знаю, поймешь ли ты, но верю, что попытаешься. На самом деле все было иначе. Старый король (с твоей стороны стыдно не помнить, как его звали, хотя сейчас каждый третий зовет его просто 'старый король', настолько слава Дориана затмила всех, кто был до него), так вот, старый король, которого звали Беорель, действительно отдал магу своего сына на воспитание, поскольку шла война с Лионом из-за Ламборджи и он не доверял своим придворным. Маг взял мальчика, и, как выяснилось, вовремя: на короля, возвращавшегося из разведки с малым отрядом, было организовано нападение, причем нападавшие оделись в цвета Лиона, чтобы запутать всех... Но я увлеклась, это к делу мало относится... В общем, король тогда хоть и получил стрелу в бок, но выжил. Потом были всякие распри, бароны не давали королю покоя, требуя, чтобы он прекратил войну, ему пришлось отдать Ламборджи, а там полным-полно рудников, шахт драгоценных камней и... хм, неважно. Прошло пять лет. Пять лет интриг, ночных убийц и отравленных кинжалов. В конце концов один из наймитов барона...э-э-э, тебе его имя незачем знать, достиг своей цели. Король умер.

- Так его убили?!

- Ш-ш-ш, ты орешь так, что в столице слышно. Убили, да.

- А что же маг? - Гринер послушно понизил голос.

- Я не... Г-хм. Маг не успел. Он был в другой стране, заботился о... мальчике. Это его, конечно, не оправдывает, но невозможно предусмотреть все... кто бы мог подумать, что она... - Тео отвернулась, и, глядя в пламя костра, продолжила: - В общем, в том, что случилось после, 'история' не врет. Действительно, готовилась большущая свара из-за короны. Один из тех, кто готовил покушение на короля, подкупил священника Древа. В спешном порядке тот нацарапал 'пророчество', поползли слухи. В королевский замок съехалась вся охочая до власти знать. Чтобы дело не кончилось потасовкой (а на поминальном пиру все надрались, как свиньи), брат Древа Аммель объявил о пророчестве, якобы провозглашенном самим Мерриленом. Во дворе заговорщики в спешном порядке установили деревянную колоду, воткнули в нее меч. Бароны и лорды препирались почти до рассвета, каждый был уверен, что лишь ему суждено вытащить меч и стать королем. Потом вся эта пьяная орава высыпала на двор с факелами. А маг Меррилен стоял в толпе, скрытый плащом, и хоть убей, не знал, что делать.

Гринер затаил дыхание. Он со внезапной ясностью понял, что его наставница рассказывает об этих событиях, как участница. 'Она была там, точно была...' - подумал Гринер и ощутил одновременно зависть к человеку, ставшему свидетелем исторических событий, и разочарование, ведь события эти в пересказе очевидца потеряли всю свою славу и волшебство.

- И вот они осматриваются, подсвечивают себе факелами - а возле колоды кто-то стоит. Больше всех удивился, конечно, брат Древа, ну и тот, кто его подкупил. По их плану, Аммель должен был обратиться к Богам с вопросом, кому первому тянуть меч, и естественно, жребий пал бы на изменника, а там, пусть бы даже все поняли подоплеку, значения это уже бы не имело. Молва бы разнесла по всей стране о мече, предназначении и новом короле. А тут - сюрприз. Колода, меч - и паренек, держащийся за рукоять.

- Дориан?

- Арчи. Помощник мясника. Это потом он взял имя Дориан, имя наследника... Дело было в том, что хитрый, но глупый - да, Гринер, таких людей, как правило, много среди заговорщиков, к счастью, - Аммель взял для своего 'представления' деревянную колоду для рубки мяса. Мясник, что работал в замке, и так был раздражен сверх меры, что даже ночью приходится работать не покладая рук, обеспечивая мясом всю эту ораву; повара постоянно требовали поторопиться, а тут еще самая большая колода пропала. Мясник погнал своего помощника найти ее. Мальчик пятнадцати лет от роду, напуганный обещаниями своего хозяина надавать ему тумаков, если он не справится, мальчик, едва ли знавший о тех хитросплетениях и обманах, что окружали трон, всего-навсего хотел избежать трепки. Он увидел колоду, увидел меч, и вполне понятно, подумал что какой-то стражник или гвардеец по пьяному делу вогнал его туда. Решив, что оружие он вернет назавтра протрезвевшему хозяину, а колоду все же надо откатить на задний двор, мальчик взялся за рукоятку и на глазах у толпы вынул меч из колоды. Ему не нужен был меч, Гринер, ему нужна была колода. Какая ирония...

Гринера раздирали противоречивые чувства. Приятно узнать правду, но... ведь она такая... такая...

- Непритязательная? - усмехнулась Тео. Она то ли умела читать мысли, то ли правильно угадала выражение лица своего ученика. - Нормальная история, чуда в ней не меньше, чем в официальной версии, может, даже больше.

- А что было... дальше?

- Маг Меррилен вовремя опомнился, разобрался в ситуации и принял единственное верное решение. Кем бы ни был малец, лучше уж меч достанется ему, действовать надо было быстро, бить наверняка, чтобы ни у кого и мысли не возникло... Г-хм. Маг дождался момента, когда меч полностью выйдет из деревянного ложа, слегка повел рукой - и солнце, до этой минуты скрытое на востоке облаками, показалось в разрывах туч, и луч его упал на юношу, как говорят барды, 'одевая его в величественный золотой цвет, и пурпурный, цвет королей'. Вот этот момент они не перевирают. Хотя зря я так про них, они правильно все делают, народу нужен король-из-преданий, овеянный славой и волшебством...

- А что же эти, ну Аммель и тот изменник?

- Аммеля лишили Ветви и права проповедовать, того, кто его склонил к предательству, лишили земель, титула и повесили за измену. Остальные, те, кто был недоволен... ну, они вскоре поняли, что лучше смириться. А какие уроки ты извлек бы из этой истории?

- Ну... - Гринер задумался. - Никогда не поздно изменить ситуацию в свою сторону.

- Это верно. А еще... - Тео, как показалось Гринеру, грустно улыбнулась. - Никогда нельзя просчитать все заранее... Теперь, надеюсь, тебе понятно, почему король время от времени чувствует себя не на своем месте? Хотя, на мой взгляд, он справляется неплохо, даже хорошо. Ладно, давай спать, парень... И помни, о том, что я тебе сейчас рассказала, знают только трое, исключая тебя. Я, король, отшельник Аммель... то есть четверо, конечно - еще маг Меррилен... Ну, еще Дерек... Черт, как-то много народу... Ну, ладно, это все равно - страшная тайна, не проговорись. Все, спим.

Гринер улегся, подоткнул одеяло так плотно, насколько смог, но мысли прыгали в его голове. Через некоторое время он приподнялся на локте и прошептал:

- Тео... вы спите?

- Ну что еще?

- Один только вопрос, честно, и я усну!

- Говори уж...

- А настоящий Дориан... ну, сын короля Беореля... Где он?

- Что? Парень жив здоров. В тот день, когда его отца похоронили, а помощник мясника вытащил меч из колоды, ему было пять лет. А то, что он якобы рос втрое быстрее - чушь. - Тео помолчала. - Сейчас ему семнадцать.

- А разве он не хочет вернуть себе королевство?

- Гринер, это уже второй вопрос.

Юноша закусил губу, чтобы не ляпнуть лишнего, и улегся головой на седло. Ему ужасно хотелось узнать все подробности, но было ясно, что еще одно слово - и его заставят скакать на одной ножке вокруг костра до утра.


Тео проснулась с первыми лучами солнца, потянулась и зевнула. Гринер свернулся рядом калачиком, поджав ноги и накрывшись одеялом с головой. Женщина посмотрела на ученика, и на губах ее появилась улыбка. Она тихонько, чтобы не разбудить юношу, подошла к костру и поворошила рукой золу. Довольно хмыкнула, встала, покрутила головой, разминая затекшую шею. Свою трубку она специально паковала на самый верх сумок, чтобы та всегда была под рукой, как и табак. Магичка вытащила из сердцевины кострища тлеющий еще уголек, пальцами, не обращая внимания на жар; прикурила и отошла в сторонку. Присела на поваленное дерево у ручья. Утро выдалось прохладным, пар вылетал изо рта вперемешку с дымом, птицы уже проснулись, но пока только распевались. Лошади переступали ногами во сне, негромко пофыркивая. У костра Гринер перевернулся на другой бок, что-то пробормотал и дернул ногой. Тео покачала головой, опять улыбнувшись, - юноша был у нее пятым по счету учеником, и, пожалуй, если и не подавал особых надежд в плане магии, по крайней мере был хорошим, добрым и честным человеком, что встречалось редко в последнее время. А магия... дай ей только время, она в нем проявится.

Гринер проснулся от того, что лошадь всхрапнула, хоть этого и не понял; просто резко сел, очумело глядя перед собой. Снилось что-то неприятное, но интересное, как ни странно. Он потер руками глаза, огляделся, и увидел наставницу, сидящую на коряге у ручья. Подошел, покачиваясь.

- Выезжаем?

Тео обернулась, оглядела ученика с головы до ног.

- Без завтрака? Ты мне нужен полный сил. Но варить ничего не будем, поедим всухомятку.

Так и сделали. После завтрака Гринер залил водой костер, и поторопился упаковать котелок к себе, от спешки чуть его не уронив: Тео уже отъезжала к дороге. Юноша чувствовал себя разбитым, и, честно говоря, думал только о мягкой постели и нормальной еде.


Глава шестая,

в которой Гринер героически побеждает толпу зомби, Тео знакомится с полупрозрачной молчаливой леди, а трактирщик Коль в очередной раз убеждается, что королевские служащие все без исключения - пренеприятнейшие личности


Через пару часов Тео достала из кошеля на поясе зачарованный кристалл и, положив его на ладонь, протянула руку вперед. Гринер догадался, что она сверяется с ним, чтобы не потерять зомби. Мало ли куда они повернут...

Тео поводила рукой по воздуху, выругалась, слезла с коня и прошла вперед шагов на десять, периодически разворачивая кристалл то налево, то направо. Гринер тоже остановился, с интересом наблюдая за наставницей, хотя смысл ее действий ускользал от него.

- Что-то случилось? - спросил он.

- Никак не пойму... - пробормотала Тео и, вскинув голову, прищурилась, глядя в чащу леса. - То ли они сменили направление, то ли... Гринер, ты как, не против сделать небольшой крюк ко второй деревне?

- А я-то что... - буркнул юноша, - я туда, куда вы скажете... - и уже громко, - да, согласен!

- Я все слышала, - пожурила его Тео, подходя. Она села на коня и спрятала кристалл. - Тут недалеко, следующий поворот направо и часа три, если коней не гнать.

Они тронулись с места легкой рысью. Гринер уселся в седле поудобнее и спросил:

- А почему вы вдруг решили свернуть?

- Не уверена... но, по-моему, эти две группы объединились. Хотелось бы посетить и кладбище в Шпыньке, на всякий случай... да и не так уж много времени мы потеряем, они двигаются все медленнее, догнать их - не проблема. К вечеру как раз станем наступать им на пятки.

- А разве к ночи... ну, не опасно? - ученик поежился, вспомнив труп на площади предыдущей деревни.

- Это же не призраки... Мертвяки, Гринер, равно опасны как днем, так и ночью. Ну что ты вздрагиваешь... Сядь ровнее в седле.

Гринер послушно выпрямился, хотя хотелось скорчиться, прижавшись лицом к конской шее - чтобы казаться незаметнее. Желая отвлечься, он занялся своим излюбленным делом - стал задавать вопросы.

- А где вы взяли этот кристалл?

- В горах, есть там специальные пещеры... я отведу тебя туда, когда придет время.

- А вы собираетесь сказать барону про зомби?

Тео взмахнула рукой, отгоняя гудевшую над ухом пчелу. День выдался теплый, даже жаркий - и спешить куда-то хотелось все меньше. Даже кони поумерили шаг, заинтересованно косясь на проглядывающие сквозь придорожные кусты лужайки, поросшие сочной травой.

- Если мы их нагоним до замка, и уничтожим, то скажу. А если упустим и доберемся до барона первыми... тоже скажу, но по-другому.

- То есть?

Пчела, разочарованно жужжа, оставила Тео в покое, но переместилась к Гринеру, выписывая круги над его головой.

- Все это кажется мне подозрительным. Обычно тот, кто поднимает мертвецов, находится рядом, чтобы тут же воспользоваться 'несвежим' войском. А эти идут куда-то... петляют. Словно и сами не уверены, что им хочется. Они ведь не разумные, Гринер, в них нет души, личности - только самые простые функции - ходьба, еда, убийство... второе и третье часто совпадает. Не морщись, привыкай. А если барон все-таки замешан - на кой демон они ему понадобились? Словом, я не хочу сразу открывать все карты. Мы приедем к барону под видом, скажем... королевского инспектора и его помощника.

- Помощником, конечно, буду я... - проворчал Гринер.

- Ну не инспектором же. Разве ты в совершенстве знаешь вердлендские законы?

- Нет. А вы?

- Тоже нет, но я по крайней мере, смогу сделать вид, что знаю. О, вот и поворот.

И впрямь, до сих пор тракт вел их прямо, но впереди виднелись холмы, и было видно, что он начинает петлять. Шагов через двести дорога раздваивалась - налево она уходила все такая же широкая, а вот направо ответвлялась тропа, едва достаточная, чтобы там проехали двое конных. Густой лес уступил место редким рощицам, в основном состоящим из молодых дубков и осин. Когда-то эти места пытались заселить - было заложено несколько деревень, замки... Но, как юноша понял из рассказа Тео, просветившей его в смысле географии и экономики этой части страны во время их путешествия, что-то не срослось: то ли места тут не плодородные, то ли разбойников было много, то ли большое количество болот - а, может, просто не повезло крестьянам с толковым сеньором, умеющим осваивать новые земли. Поселения хирели, ветшали и люди отправлялись жить в другие, более дружелюбные места. Единственный дворянский род, оставшийся здесь, на юго-западе страны - Толли, его представлял как раз тот самый барон, к которому они ехали. Гринер приподнялся в седле, вгляделся вдаль... Между двух больших холмов блестела вода - речка, видимо. И там же виднелось темное пятно. 'Какое-то строение', - подумал Гринер. Тео проследила за его взглядом и кивнула.

- Вижу... это, похоже, старая мельница. Ну-ка, поглядим... - она достала кристалл и в который раз вгляделась в его мерцающие зеленым светом глубины. Он, словно отвечая на какой-то ее вопрос, поднялся в воздух, задрожал и острым концом указал прямехонько на мельницу.

- Они там, да? - догадался Гринер.

- Точно, ученик. Подъедем поближе, спешимся и посмотрим...

- Вы же не собираетесь идти внутрь?

- Почему нет? - Тео пожала плечами и пришпорила коня. Гринеру ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.

Лошади, отдохнувшие во время неспешной езды по тракту, охотно прибавили ходу; всего через двадцать минут всадники подъехали к мельнице, судя по виду, давно заброшенной. Часть крыши обвалилась, битая черепица валялась на земле вперемешку с остатками деревянного колеса, когда-то вращавшегося в реке. Но река обмелела, от нее остался куцый ручеек, колесо сняли и со временем оно развалилось на части.

- Чертова мельница мелет муку, - пропела Тео тихонько, спешилась и привязала коня к деревцу неподалеку от больших ворот. Гринер, до этих пор ни разу не видевший настоящую мельницу (он рос в замке и сталкивался только с конечным продуктом, да еще знал, как выглядит зерно) поразился как размеру оной, так и ее ветхости. Основное здание было сложено из крупного булыжника, раствор смешали крепкий - ни один камень не выскочил из стены. Как понял Гринер, в большие ворота, у которых стояла Тео, задумчиво перекладывая кристалл из руки в руку, въезжали телеги, груженые зерном, а выезжали уже с мукой. Зачем было нужно колесо, валявшееся во дворе, он смутно догадывался, но уверен не был.

- Ладно, чего топтаться, - магичка неодобрительно посмотрела на Гринера, будто не она только что стояла, погруженная в раздумья. - Заходим внутрь.

- А что мне делать? - спросил Гринер, становясь за спину Тео.

- Ты левитировать небольшие предметы умеешь? Вот и отталкивай зомби от себя. Или вскипяти их. - Она хохотнула. - Или заставь их посинеть...

Гринер вспомнил тот постыдный случай, когда он, желая ощипать магией тушку птицы, принесенную Тео с охоты, случайно сделал ее синей, и понял, что наставница шутит. Он дружелюбно хмыкнул в ответ - пускай она поймет, что он умеет смеяться над собой.

- Я не шучу, - обернулась к нему Тео. - Даже такие мелкие воздействия, как смена цвета и температуры, могут сбить их с толку.

Магичка взялась за створку ворот и со скрипом потянула ее на себя. Из проема пахнуло пылью, трухой и влажной землей. А еще - трупами, мерзко, до тошноты. Гринер сглотнул и постарался убедить себя, что скоро привыкнет к этой вони...

- Но лучше отталкивай, - поправилась Тео. - Не давай им себя коснуться...

- А почему - не давать? - Гринер в ужасе вжал голову в плечи. - Я стану таким же, как они?

- Нет... Просто у них под когтями много всякой заразы...

Тео осторожно пошла вперед, вертя в пальцах кристалл, который то набухал светом, то гас, и мерцания его напоминали Гринеру биение сердца. Только очень медленное биение. Юноша покосился на меч за спиной Тео и пожалел, что он не воин. И горько посмеялся про себя - хорош маг, раскрашивающий противников в цвета радуги.

Пока Гринер предавался самобичеванию, магичка дошла почти до середины большого помещения, использовавшегося как склад. Со стропил свисали какие-то веревки, они неприятно задевали макушку. Пригнувшись, Тео прошла под покосившимся блоком, оценила тишину вокруг... 'Затаились', -поняла она. Слева и справа в стенах пробиты окошки, но они слишком высоко, через них не выбраться, да и узкие - но она и не собиралась бежать. Наоборот, хотела собрать вокруг себя как можно больше мертвяков, потому что кристалл, к сожалению, работал только в прямой видимости, и зомби надо было выманить на открытое пространство. Было тихо, только скрипели доски под ногами. Гринер старался дышать тихо, но все равно посапывал - Тео улыбнулась, но оборачиваться не стала - еще начнет дурацкие вопросы задавать... Например, 'что делать' и 'точно ли они тут'.

В том, что зомби прячутся вокруг за телегами, обломками мебели или просто в темных углах, Тео была уверена - кристалл никогда не врал. К тому же, если делать вид, что смотришь совсем в другую сторону, краем глаза можно было заметить движение в тени - медленное, словно бы сонное. Запах, конечно, тоже показатель, но и после ухода зомби он оставался в воздухе, так что только на свой нос полагаться было нельзя. Но - кристалл нагрелся, значит... А вот ответить на первый предполагаемый вопрос Гринера Тео не смогла бы, тут все зависело от мертвяков - и того, кто ими управлял. А в этом то она не сомневалась - слишком умно действовали существа без мозгов, без личности и души: заманили их в закрытое помещение, окружают... Если бы зомби никто не управлял, они либо разбрелись бы поодиночке в разные стороны, либо, если уж сбились в стаю, набросились на нее с учеником сразу же, как только они вошли.

Тео остановилась. Впереди виднелось пятно яркого света - он проникал через крупную дыру в потолке. Гринер, идущий почти вплотную, взял ее за плечо - она раздраженно отмахнулась, приподняла кристалл...

- И что нам делать? - прошептал Гринер.

- Ждать, - честно ответила Тео, хотя было сильное искушение напугать ученика, задающего неуместные вопросы. - Ждать, пока они не высунутся. Вообще-то обычно зомби довольно тупые...

И тут с грохотом откуда-то сверху посыпались обломки дерева. Гринер отскочил, запрокидывая голову вверх - и успел заметить, что-то большое и белое, несущееся вниз прямо на наставницу. Непроизвольно он вскинул руку - и выпустил самое, как он считал, действенное свое заклинание - левитацию.

Тео, выискивающая взглядом движение сбоку, отпрыгнуть не успела - мешок мягко тюкнул ее по голове, и тут же взмыл ввысь; стукнулся о поперечные балки под потолком и, треснув напополам, вывалил в воздух клубы муки. Она тут же забила ноздри. Мелкие частицы кружились в воздухе, попадая в глаза, в волосы и на одежду, а хуже всего было то, что видимость существенно ухудшилась. Надо сказать, некоторое время ее не было вовсе.

'Зомби могут двигаться с приличной скоростью, только недолго', - вспомнила магичка описание монстров из 'Большой Энциклопедии...', и почти сразу же ощутила, как в ногу пониже колена вцепилась чья-то лапа. Впрочем, почему - чья-то? Не Гринер же хватает ее за сапоги... Она плавно упала на бок, перекатилась на спину и свободной ногой врезала по тому, что ее держало. Раздалось мычание, недоуменно-ворчливое, но ногу отпустили. Тео поднялась и бочком стала продвигаться в сторону светового пятна.

- Гринер, ты в порядке? - спросила она, закашлявшись.

- В полном, - послышалось с той стороны мучного облака. - Только я ничего не вижу...

- Не удивительно, - съязвила Тео, не прекращая зыркать по сторонам, - ты тут такого 'тумана' напустил... осторожно иди в мою сторону.

- Простите, я...

- Ничего, первый блин всегда комом.

Показался Гринер - с виноватыми глазами, голова припорошена мукой. Тео несколько секунд пристально глядела на него, потом фыркнула.

- Готовь второе заклинание, ученик. Только используй его на этот раз против мертвяка, а не мешка... А еще лучше... Вылавливать их по одному меня не прельщает, так что... Вот.

Она схватила его за руку, притянула к себе ладонь и положила на нее кристалл.

- Когда я скажу - 'Давай!', с силой сожми кристалл и... помнишь, я объясняла тебе про направленные потоки силы? Те, которые без какой-либо цели?

- Это вы про тот раз, когда я посуду разбил?

- Именно. Направишь на кристалл, только очень тонкой струйкой, понял?

Гринер панически захлопал глазами.

- А если я не справлюсь? Они же вас убьют! И меня заодно... я ведь один только раз пробовал!

- Я в тебя верю, - Тео ухмыльнулась и с шелестом вынула меч из заплечных ножен. Он сверкнул на солнце, раскидывая зайчики по стенам. - Главное - закрой глаза, а то неприятно будет. Да не сейчас! Когда активируешь кристалл. Все понял?

Гринер неожиданно нашел в себе и смирение пред судьбой, и решимость, и даже некий отвлеченный интерес - словно бы это не его могла разорвать на куски стая мертвецов, поднятых из могил. Он кивнул Тео и стал как можно устойчивее, широко расставив ноги, обратившись в слух - чтобы не упустить момента, когда твари начнут подкрадываться.

- Ничего не бойся, - посоветовала Тео, плавно перетекая в тень. Клинок ее, ослепительно-белый, в один миг посерел, потом стал черным - она вышла из круга света. - И если что - кричи.

- Закричу так, что зомби перепугаются и сбегут, - пошутил Гринер, но, обнаружив, что отвечать на его шутку некому - наставница словно растворилась, - пожал плечами и стал изучать пространство вокруг себя, чтобы знать, откуда, вероятнее всего, будут нападать. Наибольшее подозрение внушала большая телега, лежащая на боку всего в нескольких шагах справа, и груда мусора слева и впереди: бочки, связки веревок, несколько больших каменных кругов непонятного для Гринера назначения. Если бы юноша мог смотреть одновременно в разные стороны... Поразмыслив, он выбрал телегу - уж как-то пугающе близко она находилась.

Внезапно сзади послышался звук - будто меч с чмоканьем погрузился во что-то. Несколько тихих скрипов налево (Гринер изо всех сил старался не отвлекаться, ожидая сигнала), глухой удар, и мычание. И тишина... Половицы застонали справа через минуту, и, поскольку юноша наблюдал за телегой, он не пропустил момент, когда на нее вспрыгнула Тео, держа меч на плече.

- Стоишь? Молодец, - похвалила она. Гринер вздрогнул от неожиданности, сердце сначала гулко бухнуло, потом заколотилось с утроенной силой.

С той стороны телеги раздалось протяжно:

- Ы-ы-ы-ы-ы...

Магичка спрыгнула на пол и снова нырнула в темноту. Время будто повисло, бездумное и безразличное. Изредка слышались шаги то там, то тут, и странные звуки, издаваемые зомби: мычание и протяжные гласные, срывающиеся с разложившихся губ. Гринер стоял твердо. Столп света чуть сместился вбок, и он встал перед дилеммой - оставаться ли ему на том месте, которое указала Тео, или же она хотела, чтобы он был на виду? Мучительно раздумывая, что же делать, он стал наполовину в световое пятно и прислушался.

Теперь он отчетливо слышал шлепанье ступней, шуршание, когда медлительные трупы подволакивали ноги, и скрип деревянного настила. Спокойствие куда-то ушло. Воображение, наоборот, разыгралось - Гринеру виделось разорванное тело Тео, и толпы мертвецов, подкрадывающихся со всех сторон... А что делать ему? Кто крикнет ему 'Давай'? Некому кричать, ее, наверное, на кусочки разодрали...

Тео выскочила почти прямо перед ним, в руках она держала кусок мешка, вытирая маслянисто блестевший меч. Гринер наконец-то выдохнул.

- Пришлось немного побегать, собирая их вместе, - не оборачиваясь, пояснила она.

И впрямь, из-за нагромождений мусора и разваленной мебели показались зомби - видели они только магичку; тянули к ней руки, словно прося чего-то, и шли, покачиваясь, как пьяные. У одного из них была перебита нога, у другого вместо руки была культя. Гринер заметил в толпе зомби женщин и даже одного ребенка; его передернуло. Разложение затронуло почти всех, в той или иной степени, но часть зомби сохранила человеческие черты, особенно жуткие, учитывая, кто это был. Нить красных бус на шее у женщины, расшитый кушак у мужчины. 'Это не люди', - напомнил себе Гринер, - 'это неживые, трупы, предметы, неодушевленные вещи...' Чем ближе они подходили, тем сильнее становился запах; он бил в ноздри, заставляя желудок судорожно сжиматься.

- Тут только с одного погоста. Впереди двадцать три и сзади еще столько же, - подытожила Тео. Она повернулась к Гринеру и отбросила испачканную мешковину в сторону.

- Сзади? - пискнул Гринер, и, боясь пошевелиться, насколько было возможно скосил глаза вбок. Ничего не увидел, но услышал: там, за спиной, тоже скреблись и шаркали. Он похолодел.

- Двоих не хватает, но это не страшно... - Тео закусила губу. - В крайнем случае порубим на кусочки и сожжем.

- Сзади? - тупо повторил Гринер.

- Ага. Подпустим их ближе...

'Куда уж ближе', - подумалось Гринеру, с ужасом наблюдавшему за тем, как неумолимо приближается толпа трупов. Они все еще продолжали тянуть вперед руки - еще десять секунд, и пальцы идущих впереди коснутся плеча Тео... Лучше бы они оставались звуками в темноте, хотя юноша был уверен, что более жутких звуков в своей жизни не слышал.

- Еще чуть-чуть... еще... Давай! - заорала Тео. Ученик, полностью ушедший в свои страхи, не сразу понял, что надо 'давать', но потом как-то по-детски ойкнул и, вскинув руку с зажатым в ней кристаллом, направил в него поток энергии. Тот запульсировал зеленым светом, все чаще. И ощутимо нагрелся - Гринер сжал его крепче, хотя руке было горячо. Из кристалла вырвались лучи зеленого цвета, пронизывая зомби, всех до единого. От их тел стал подыматься едкий дымок, раны, оставленные снопами света, шипели. Живые мертвецы попадали на пол, молча, без единого крика. Через минуту все было кончено. Сорок шесть трупов лежало вокруг магички и ее ученика. Гринер вздохнул и опустил руку с резко похолодевшим кристаллом. Тео спрятала меч и похлопала его по спине.

- Ты молодец, справился. Я знала, что у тебя все получится.

- Это было жутко.

- Я знаю... - она вынула из пальцев Гринера снова ставший белым кусок хрусталя и спрятала его в кошель. - Мы молодцы. Половины зомби нет - можем выдать себе половину Королевской медали.

Гринеру захотелось чихнуть. Совсем не по геройски, что его огорчало, но - что поделать?

- Стой-ка... - Тео подняла кверху палец. - Ты чувствуешь?

- Как пахнет? Еще на подходе почу...

- Нет. Тут кто-то есть.

- Те двое?

- Нет.

Магичка снова достала меч из ножен и, перепрыгивая через тела, ринулась к дальнему концу склада. Гринер поторопился нагнать ее, потому что не хотел оставаться один на один с теперь уже окончательно дохлыми трупами. На бегу он зажимал нос рукой, потому что чихать хотелось все сильнее.

За обломками чего-то деревянного обнаружилась ветхая лестница, всем своим видом внушающая ненадежность, но Тео это не остановило. Она в несколько прыжков преодолела первый пролет и понеслась дальше, бормоча что-то. Гринер поднимался медленнее, цепляясь рукой за перила - и ежеминутно ожидая треска, свидетельствующего о том, что лестница отжила свое. Но она выдержала. Почти у самой крыши юноша нагнал свою наставницу - она специально остановилась, поджидая его.

- Там наверху кто-то есть. Подозреваю, именно он натравил на нас зомби.

- Вообще то мы и сами их искали, - начал Гринер, но Тео оборвала его:

- Знаю, знаю... приготовься.

'Приготовься красить врагов в синий цвет', - чуть было не пошутил юноша, но вовремя захлопнул рот, уцепился за край люка и выбрался вслед за магичкой на крышу.

Солнце поначалу ослепило его, и он зажмурился. На ощупь выбрался на покатую крышу, ощущая, как под коленями разъезжается черепица. Тео, стоящая совсем рядом, фыркнула откуда-то сверху, и Гринер подумал, что уж она то не боится упасть, в то время как он опасается даже голову повернуть, не то что встать на ноги. Так и остался стоять на четвереньках - обидно.

- Так вот кто испортил нам выходные... - протянула Тео. Гринер, полностью согласный с ней, кивнул и прищурился. Но никого не увидел. Возможно, его учительница имела в виду старый флюгер в виде петуха, косо торчавший из центра крыши? Явно имелось в виду что-то другое.

Тео тем временем, прижав руку к сердцу, преувеличенно вежливо кланялась пустоте шагах в пяти от себя, на самом краю крыши. Гринер некоторое время просто пялился туда же, но потом вспомнил объяснения Тео о том, что некоторые сущности не видимы для обычного зрения, и тут же сменил его на магическое, благо знал, что делать - это было первое, что Тео вбила в его многострадальную голову, как только он въехал в ее жилище. 'Умение видеть - основа магии', - сказала она тогда. Гринер в который раз убедился в правильности сказанного - теперь он видел, что в воздухе перед ними висела призрачная женщина. Красота ее сразу бросалась в глаза - точеные черты лица, черные волосы, алые губы и грациозный наклон головы. Только вот саркастическая усмешка ее портила.

- Ваших рук дело, сударыня? - Тео ткнула пальцем вниз.

Прозрачная женщина улыбнулась и склонила голову набок, рассматривая магичку и стоящего рядом на четвереньках Гринера.

- Или вы просто попали под заклинание? Хотя вряд ли, - Тео, судя по всему, ничуть не смущало, что она разговаривает как бы сама с собой, ведь призрак не отвечал на ее вопросы. - Зомби и призраки - разные вещи. Смотри Гринер, когда еще увидишь настоящего Вернувшегося.

- Смотрю, - послушно глядя на просвечивающую женщину, ответил юноша. Тео не успокаивалась.

- И зачем эти зомби идут неведомо куда? Может, просветите нас?

Красавица с точеным профилем внезапно запрокинула голову и засмеялась. Гринер понял, что в жизни не слышал ничего более красивого - и более жуткого. То есть... Ему нравилось нежное, запредельное и искрящееся дуновение призрачного смеха, но тело его, словно само по себе, съежилось в ужасе. Тео, словно поняв по поведению женщины, что та отвечать не собирается, сделала шаг вперед, но призрак растаял в воздухе так быстро, что можно было подумать, будто он им привиделся. Можно было бы - если б не ощущение холода в желудке.

- Мне это не нравится. - Тео нагнулась, ухватила Гринера за шиворот. - Ты что, падать собрался?

- Н-н-нет.

- Ползи назад.

Кое-как добравшись до люка, Гринер задался вопросом - зачем ему понадобилось лезть на крышу, ведь наставница и дух сами прекрасно поговорили? Тяжко и глубоко вздохнув (внутри все еще воняло трупами, поэтому он сразу же об этом пожалел), он стал спускаться вниз по лестнице, аккуратно прощупывая ногой каждую ступеньку. Отсюда, сверху, очень хорошо было видно, сколько именно лететь вниз, цепляясь по пути за веревки, крюки и балки, поэтому он еще и держался руками за оба поручня по бокам. Тео нетерпеливо, стукала ему коленками по спине, и уговаривала идти быстрее. Но Гринер упрямо проверял каждый свой шаг - и, как оказалось, не напрасно. Вернее, он-то все равно провалился, но не так сильно, как мог бы - под ногой сломалась трухлявая ступенька, он пошатнулся вперед, но Тео вовремя ухватила его за шиворот, резко наклонившись. Именно это движение спасло ее от сильнейшего удара по голове - буквально в волосе от макушки магички просвистела когтистая, грязная рука. Последующие за этим события произошли буквально за пару секунд, хотя их (событий) было довольно таки много. Тео выругалась и, уцепившись за Гринера, попыталась развернуться, чтобы ударить (заколдовать?) мертвяка, юноша же, не медля, хоть и чувствовал, что упадет, обернулся и выпалил вторым известным ему заклинанием в зомби. Тот, вначале больше похожий на неясную тень, прилепившуюся к столбу, поддерживающему потолок, вдруг засиял синим цветом и с невнятным, но удивленным мычанием свалился вниз. Оттуда же, снизу, послышалось шипение. Все это Гринер успел заметить в тот отрезок времени, что прошел до того, как он начал падать - потому что потом перед глазами все завертелось, заболели плечи, колени и копчик - все сразу; а сразу за ним, проламывая на ходу ступеньки, держась только за перила, соскальзывала Тео, почему-то хохоча во все горло.

Где-то на середине узкой винтовой лестницы они замедлили падение, цепляясь за все, что под руку попадалось.

- Вот везучие идиоты, - поумерив смех, Тео ухватилась за перила так сильно, что те заскрипели. - Ты положительно влияешь на мою удачу, ученик.

- Всегда пожалуйста. А те, что внизу - сколько их?

- Вроде двое. Держись за перила.

- Что? - успел спросить Гринер, но ответа получить не успел, вцепился в перила, как и посоветовала наставница - и не зря. Тео, оттолкнувшись от лестницы, спрыгнула вниз, сделав сальто. Приземлившись, она крутанула непонятно как оказавшийся в руках меч пару раз. Из-за груды мешков, пошатываясь, вышли зомби. Гринер закрыл глаза... Три раза коротко просвистело в воздухе.

- Готово. Можешь спускаться.

Юноша, оказавшись внизу, судорожно выдохнул. Покосился на обезглавленные трупы.

- Значит, это только одна группа?

- Да. Сомневаюсь, что нам так повезет и во второй раз, тем более что земли с другого кладбища у нас нет. Можно за ней съездить, но мы потеряем много времени. Как думаешь, может, все-таки отправиться в эту, как ее... Шпыньку?

- Вот уж не знаю. Я - простой подмастерье мага...

- Ты пока не подмастерье, а ученик.

Гринер поджал губы. Теперь, когда смертельная опасность не угрожала из-за каждого угла, напряжение отпустило его, и настроение его значительно ухудшилось. От усталости или еще от чего - но он чувствовал себя, как выжатая тряпка.

- Хотя вел ты себя очень достойно, как настоящий маг, - примирительно добавила Тео. - Выйдем наружу, тут воняет.


Снаружи все так же ярко светило солнце, легкие тучки неслись по небу, так быстро, словно боялись не успеть к горизонту. Гринер удивился - по его ощущениям, на мельнице они торчали очень долго; а если верить солнцу, прошло не более часа.

Неподалеку, на другом берегу высохшего русла реки, выстроились в ряд старые ивы, длинными ветвями касаясь земли. Наверное, в те времена, когда река была полноводной, там в тенечке любили сидеть ребятишки, дети мельника. Но что-то произошло, край обезлюдел, река превратилась в ручеек, и ссохшиеся, хрупкие деревья не обещали уютной прохлады; наоборот, они производили жуткое впечатление.

Перед тем, как уехать, Тео подожгла мельницу с четырех сторон, сказав, что так будет надежнее и спокойнее. Дождавшись когда огонь, мгновенно пожравший сухое дерево и мешки, улегся, магичка загасила пламя полностью, чтобы оно не перекинулось по высохшей траве на ближайший лесок. Это задержало их еще на час.


Когда последние языки пламени превратились в чахлые, тонкие струйки дыма, а потом и вовсе исчезли, Тео скомандовала выдвигаться. Ехали шагом, магичка курила

- Скажи-ка, Гринер... - вдруг спросила она. - Почему ты пошел ко мне в ученики?

Означенный ученик явно не ожидал такого вопроса.

- Я... Вы же сами. Ну, я не знал...

- Почему ты вообще куда-то пошел? Сбежал из замка, где у тебя была крыша над головой и пища, и какое-никакое дело. Рискнул всем - ведь могли же тебя зарезать разбойники на дороге. Или, попав под дождь, ты заболел бы лихорадкой и умер. Ну, даже учитывая, что ты избежал всех этих злоключений, объясни мне, почему ты пошел ко мне в ученики, а? Я прошу тебя ответить искренне, это важно.

- Я... - Гринер собрался с мыслями. - Понимаете... Все мои сверстники, да что там - даже те, кто младше... Они кем-то были. Подмастерьями у ремесленников, помощниками булочников, пажами или оруженосцами. Двоюродный брат моего приятеля Ренни в четырнадцать лет пошел в матросы - и его взяли! Даже сам Ренни - он стал учеником вора. Пусть это и не самая почетная профессия. Многие славные рыцари в семнадцать лет женились на принцессах, и подвиги совершали. А я что? Вытирал полы, выносил горшки и таскался с места на место, ничего толком не умея. Я способен на большее! Ну, я так думаю... - он стушевался.

- Хорошо... С этим ясно.

Тео будто бы задумалась, склонив голову и глядя на облачка, плывущие по небу. А, может, ее совсем не впечатлил эмоциональный рассказ Гринера и она забыла об ученике, любуясь небом - кто знает? Гринер склонялся ко второму варианту. Разговор был странный. Впервые его наставница спросила о причинах его поступков. Более странным было бы, только если б она начала объяснять свои.

Тео выпустила аккуратное колечко дыма.

- Второй вопрос. Почему ты не уходишь? - Гринер открыл было рот, но она не дала ему ответить, взмахнув рукой, - Я поясню, не пучь глаза. Ты, как я поняла, сбежал из замка в поисках славы, приключений, принцесс и достойного дела, которым можно было бы заниматься всю жизнь. Но, как ты, наверное, уже успел понять, зомби нам встречаются чаще принцесс, достойным делом с точки зрения обывателей нашу профессию назвать нельзя - наоборот, магов боятся и вообще не верят в них. Со славой тоже плоховато: опять таки из-за необходимости скрываться ты никогда не сможешь стать известным как ученик мага или маг. Имя твое не впишут в книги по истории. Приключения наши опасны. Совсем не то, на что ты рассчитывал, не так ли?

- Ну-у-у-у, - протянул Гринер.

- Так почему ты не ушел? Не бросил все это? Я ведь тебя не держу, и ты это знаешь.

- Вы... вы хотите, чтобы я ушел?! - Гринер вцепился пальцами в поводья.

- Да нет же, дуралей! Я хочу знать, почему ты не уходишь. Менее часа назад ты стоял, окруженный толпой жуткой нечисти, помнишь?

- Я... понимаю. Наверное, мне неловко было бы уйти, бросить вас. Я же вроде как обязался быть вашим учеником. И мне нравится, когда происходит много неожиданного, быть магом - это не похоже ни на что другое. Куда интереснее, чем быть учеником плотника, например. Я коряво объясняю, просто я не задумывался над этим...

Тео кивнула. Слушала она Гринера внимательно, со странным блеском в глазах.

- А еще... Я чувствую, что делаю нечто важное, полезное. Помогаю людям - и пусть даже они ничего об этом не узнают. Вот...

Магичка посмотрела на Гринера с легкой улыбкой, немного грустной. Выбила трубку и тихо сказала:

- Так, к слову: мой первый ученик сбежал куда подальше, столкнувшись с первой же жутью.

- А с чем он...

- Я сказала то, что сказала.

Гринер проглотил вертевшийся на языке вопрос и примирительно улыбнулся.

- Через пару часов подъедем к баронскому замку.

- Разве мы прошли через Дверь? Не заметил... - удивился Гринер.

- Ты, как я вижу, вообще мало что вокруг себя замечаешь и отличаешься почти полным отсутствием наблюдательности. Ты ведь тренировался в чувствах?

Гринер сразу понял, о чем она. Несколько недель назад Тео предложила ему тренировать чувства: зрение, слух, обоняние. Для этого велела ученику какое-то время походить с завязанными глазами, полагаясь только на свои уши, потом - с затычками в ушах и так далее. Гринер, хоть и не спорил с ней о методах обучения, все же, положа руку на сердце, пренебрегал тренировками. Стоило ему представить, как он, с повязкой на глазах, больно тычется лбом в стены, пытаясь найти очередную дверь, как энтузиазм пропадал. Теперь ему было стыдно.

- Ну... не часто.

- А надо часто, - отрезала Тео, - потому что это имеет прямое отношение к наблюдательности. Вот скажи, сколько голубых цветков было на левой обочине дороги до поворота, на который мы только что свернули? Не оглядывайся!

- Три? - предположил Гринер.

- Шестнадцать. Да-а-а... Дорогой мой ученик, если я говорю, что что-то надо сделать, я не просто сотрясаю воздух.

- Хорошо, теперь я буду все делать, что вы скажете. Честное слово! - Гринер покраснел. В свете разговора об уходе ему тем более не хотелось вызывать недовольство наставницы. Сейчас - особенно. Ведь он только сегодня по просьбе Тео задумался о том, что его держит у нее в учениках, и понял, насколько ему нравится быть подмастерьем мага.


- Ахххрм! - произнес трактирщик и с сомнением посмотрел на новоприбывших. Коренастый мужчина с неприятным лицом человека, вечно недовольного окружающими, и пронырливый юнец, не внушающий доверия. Трактирщику очень хотелось сказать, что комнат нет, но, к сожалению, он плохо врал. Жена говорила, что именно поэтому дела у них идут неважно... Эх, ну что стоило этим столичным остановиться, ну хотя бы в 'Хромом поросенке'!

- Нам только на одну ночь, - процедил хмырь постарше, с тяжелым взглядом, ясно дав понять, что только жестокая необходимость заставляет его ютиться в этом клоповнике. Трактирщик сам слышал, как он шепнул своему слуге: 'Клоповник' и брезгливо передернул рот.

- У нас не гостиница, - ворчливо отозвался хозяин. - Без роскошеств. Но кормим хорошо.

- Я надеюсь. Что там у вас есть - по два на тот стол... нет, на этот, он чище... и лучшего вина.

Трактирщик ушел, ругаясь про себя, а 'хмыри' уселись, оглядываясь по сторонам.

- По-моему, он наплюет нам в вино... а то и похуже что... - сказал младший.

- Тогда я влеплю ему штраф за оскорбление должностного лица... более того - королевского ревизора при исполнении.

Гринер протер рукавом стол, по старой привычке, и буркнул под нос:

- А меня Нобюс заставлял их чуть ли не полировать...

Он все еще нервничал, каждый раз, когда его взгляд наталкивался на 'личину' магички, как она ее называла. Ну и рожа... Хотя наблюдать, как раздаются плечи Тео, и как во мгновение ока у нее проступает щетина на подбородке, было занятно. Черты лица ее полностью изменились -рядом с Гринером сидел грузный мужчина с тяжелой челюстью и недобрым взглядом.

- А разве не могли вы явиться сюда... ну, в своем обычном виде?

- Ты слышал что-нибудь о женщинах-ревизорах? И я нет. К тому же единственная женщина на службе у короля, которую он мог бы послать уладить некое щекотливое дело - что он, собственно говоря, и проделал, - известна многим... баронам. - Сквозь отталкивающе-презрительное лицо 'ревизора' Гринер углядел мгновенный проблеск знакомой усмешки. - Они даже мне кличку придумали...Черная Сука Короля.

- Ужас... - сразу отреагировал Гринер и подал наставнице знак бровями. Трактирщик возвращался, неся ужин. Как заметил юноша, хотя хозяин старался отобразить на лице радушие, глаза и уголок рта его выдавали. Наверное, Тео все же не права - кое-чему Гринер все же научился. Вот сейчас он постарался заглушить голос хозяина усилием воли, отгородиться от звуков вообще... Он знал, что гостеприимная патока на устах может вовсе не совпадать с тем, что внутри... Вот хозяин чуть дернул веком. Плечи у него сгорбленные. И стоит он все время вполуоборот к кухне, словно показывая, что у него много дел, он торопится уйти...

- Он очень не рад нас видеть, - сделал заключение Гринер, когда трактирщик, наконец, удалился.

- Молодец. Не он - ты. Что еще думаешь?

- Еще я думаю... - Юноша вгрызся в ножку курицы с энтузиазмом юности... или человека, у которого с утра крошки во рту не было. - Фто вы шпециально выбрали такую отвратную внефность... и поведение.

- Да... А зачем?

- Люди тут недоверчивые... заметили, как пялился на нас тот косарь? А эта бабка - она, кажется, сделала знак от порчи... В общем, я думаю, что выспросить у них про барона будет легче, если не понравиться им. То есть, если бы мы приехали такие добренькие, стали бы расспрашивать... А так они постараются от нас быстрее избавиться, - тихо протараторил Гринер, и снова наполнил рот едой.

- И это тоже. Но еще, ученик - мы совпадаем с их представлением о королевских служащих. Это важно. Понял?

Гринер закивал.

- Умница.

Удовольствие от похвалы было даже большим, чем от еды и вина. Юноша продолжил поглощать курицу, хлеб и сыр, стараясь при этом внимательно смотреть по сторонам.

- Люди, живущие тут, издавна не любят короля. Впрочем, и к своему сюзерену барону они тоже никаких хороших чувств не испытывают. Насчет старушки и знака ты правильно подметил... но было еще кое-что...

- Закрытый храм Древа!

- Тише, балбес! - рыкнула Тео, улыбаясь. - Ты прав. После ужина выяснишь, почему закрылся, когда и как к этому отнеслись местные.

- А что я им скажу?

- Я ж тебя врать учила? Учила... скажешь, что помолиться хочешь.

От этих слов Гринера кольнула совесть, но быстро и даже почти незаметно. Когда он последний раз молился, да и вообще, был в храме? Хотя с этими магами... Тут поесть еле успеваешь, не то что молиться.

Позже Гринер сходил на конюшню, проверить лошадей. Заодно разговорился с мальчишкой-конюхом. Жрецы Древа ушли в горы, в монастырь, около полугода назад. Жители восприняли это спокойно-меланхолично, как и все, что происходило. Новых жрецов не присылали, и все уже привыкли к отсутствию религиозного пристанища. А храма Близнецов тут и не было никогда.

Гринер так и рассказал Тео, когда поднялся наверх, в маленькую комнатку, что им выделили. Та читала, лежа на кровати, но, завидя юношу, спрятала книгу в мешок.

- Нехорошее тут творится, помяни мои слова, Гринер, - проворчала она, и потушила лишние свечи. - Я знаю кое-кого из 'садовников', вернемся в столицу, поговорю...

- А вы что узнали?

- Трактирщик сдал мне барона с потрохами, - ухмыльнулась магичка. Даже когда они остались наедине, она не сняла свою личину, но Гринер без труда угадывал черты наставницы под 'маской'. - Пять крупных нарушений и восемь мелких, и еще штук двадцать, о которых я просто не знаю, потому что не настоящий ревизор. Настоящий вообще бы сейчас по полу катался в экстазе, потому что барона Толли можно обобрать до нитки, а потом еще и заставить танцевать на столе в голом виде, лишь бы эти сведения не ушли дальше наших ушей...

- Даже так? - удивился Гринер. Он и представить себе не мог, что быть дворянином настолько опасно и тяжело. Что быть ревизором настолько выгодно, тоже.

- Завтра нагрянем к нему с утра... Уа-а.. - зевнула Тео. - Высыпайся, вот вторая кровать. Кувшин рядом с кро... - недоговорив, она уснула.

Гринер немного позавидовал ее умению проваливаться в сон при любых обстоятельствах и по желанию, потом смыл дорожную пыль с лица и, задув последнюю свечу, лег в кровать. Она была жесткой, а два матраса слежались настолько, что их будто бы и не было; совсем рядом с лицом, неприятно свистя, в щель окна задувал сквозняк. 'Надо будет завтра спросить... надо будет...' - подумал Гринер и тут же уснул.