# Бессонница. Часть двенадцатая. Кейси Мэйшоу

Эссенс Мэд

Кое-как выбравшись из передряги, в которую он загнал себя, Джон Мэш по просьбе матери встречается с давним школьным другом. Вместе они встречают крайне странного человека, который оказывается маньяком, которого подвергли лечению. Так ли безобиден этот человек? Об этом друзья узнают лишь во сне...

## Глава 13. Кейси Мэйшоу.


- Как быстро ты понял, что дела совсем плохи? - спросил Митч, облокотившись на стол.

- Внезапно. Я бы даже сказал, в одно мгновение. Мир просто разделился на две половины длинной границей, и я эту границу переступил.

- Ты вернулся в живые сны?

- Да. И тут же пожалел об этом.


Мир не знает об Онирах. Сомнамбулисты не знают толком ничего об Онирах. Маленькая, невероятно сухая выдержка из пояснения к описанию того, кто они такие - примерно так выглядел багаж знаний, каким обладал я на тот момент. Буквально ничто. И всё же, по многим признакам я понял, что ответственным за смерти людей во сне является именно Онир. Посудите сами - люди здоровы, успешны и счастливы, не имеют проблем, не имеют врагов, даже не думают о самоубийстве, но в один момент они мирно умирают во сне. Бьюсь об заклад, что мало кто обращал внимание на беспокойный сон или усталость - современный мир не терпит лентяев и лежебок, и если ты не работаешь по двадцать часов в сутки, то можешь даже не рассчитывать на то, что сумеешь чего-то добиться. Для нас стало безусловной нормой, что успешной человек - вол, который пашет в поле без кофе-брейков и даже глубокой ночью не расстаётся с телефоном.

Проблема заключалась в том, что я не знал, кто может стать следующей жертвой. Даже не представлял. Моим единственным выходом из ситуации была сила сна, но за месяцы, проведённые в поисках, я перестал ставить силу сна на первое место по эффективности. Уж слишком много, слишком часто можно было ошибиться и попасть в сон обычного человека, который до одури боится пауков или мокриц.

Покопавшись на новостных сайтах, я нашёл список умерших и решил поискать закономерность в порядке убийств. Может, они были коллегами? Состояли в одном клубе? Водили детей в один и тот же детский сад? Дата рождения? Место рождения? Пол? Хоть что-нибудь!

Всё мимо. Ни единой зацепки, какую можно было бы вытащить из скудных заметок, разбросанных тут и там на самых разных новостных сайтах. Они все были разного возраста, родом из разных городов, никогда не пересекались, за исключением улиц этого города, и вряд ли были знакомы.

Ответ полиции, который появился спустя несколько дней после репортажа, лишь больше запутывал. Они били себя пяткой в грудь, но упорно говорили, что эти смерти - не простое совпадение и уж точно не новая болезнь, а хитрый план какого-то, безусловно, умного проходимца, дорожка которого скоро оборвётся. Люди ликуют, хоть и в лёгкой панике, полиция гордо хватается за полу пиджака, а я смотрю на это цирковое представление и не могу сдержать отвращения.

Так или иначе, дело вновь зашло в тупик. Без какой-либо конкретности я не смог бы даже предположить, кто может стоять за убийствами. Тем более, что это не простой человек - он или она будет вести себя так, словно ничего и не происходит. Вполне вероятно, что человек этот нездоров и в принципе не отдаёт отчёта своим действиям. Всё это лишь больше и больше запутывает, сбивает.

От моих размышлений меня отвлекла мать:

- Джонни, дорогой. Могу я попросить тебя об услуге?

- Конечно, мам. Что случилось? - сухо спросил я.

- Ты ведь помнишь миссис Мэйшоу? Твою учительницу по английскому языку?

- Маму Кейси? Да, помню.

- Мне нужно, чтобы ты сходил к ней в школу и передал вот этот пакетик. Я убегаю на работу, а она уже завтра должна улететь в отпуск, так что другого времени и не будет. Сделаешь это для меня?

- Да... Да, я отнесу пакет.

- Спасибо, радость моя! Передавай миссис Мэйшоу привет от меня! Я убежала, не скучай.

- Пока, мам.

Миссис Мэйшоу. Кейси Мэйшоу. Директор школы Ирвин Мэйшоу. Вся небольшая семья собралась в стенах одной школы. Миссис Мэйшоу частенько выгоняла меня из класса в моменты, когда я засыпал на уроке, но было это так... Беззлобно. Это почти вошло у неё в привычку, потому что как только она видела, что мои глаза начинают моргать чаще обычного, она всегда медленно показывала пальцем сначала на меня, потом на дверь и грозным голосом чеканила: "Мэш, можешь идти. Придёшь, когда наконец проспишься." Для обывателя ситуация не вызывала удивления или недоумения, но человеку, который впервые видел такую сцену, могло показаться, что учитель издевается надо мной, потому что не знать про болезнь она не могла.

Я смотрел на часы, что висели над выходом из класса, прикидывал, сколько времени у меня уйдёт на сон, после чего всегда просил именно Кейси, который сидел передо мной, через 20 минут выйти в туалет и разбудить меня. Безукоризненный план, всегда работал. Так мы и стали с ним друзьями. Он приходил в мужской туалет, заставал меня спящим в чёрт знает какой позе прямо на унитазе, аккуратно бил по щекам и уводил обратно в класс.

Его мать знала о том, что каждый раз, когда она отправляет меня из класса, я иду именно в туалет. Знала и то, что Кейси выходит будить меня, потому что каждый раз мы возвращались вместе. И никогда не говорила ни слова против. Негласно она помогала меня, прикрываясь строгостью, ведь остальные учители либо просто не пускали меня на урок, либо вечно пытались разбудить или и вовсе не дать мне заснуть и нестерпимо злились, когда у них это не получалось.

Я часто появлялся дома у семьи Мэйшоу, наши родители хорошо и тепло общались и во многом не вылететь из школы мне помогло именно это. Многие оценки корректировались, со многими учителями проводились беседы, но это не могло продолжаться вечно. В 13-летнем возрасте мать забрала документы из школы, переругавшись со всеми учителями, и занялась моим надомным обучением, привлекая со всех сторон репетиторов. Это не помешало мне и дальше общаться с детьми из школы, ведь теперь я был абсолютно свободен от школы! Мечта любого ребёнка! Но как это обычно и бывает, за стенами школы говорить со многими из них оказалось попросту не о чем. Это внутри вы можете целый час обсуждать то, насколько же противна вам всем учительница по математике, как решить контрольную, списав всё подряд или пообсуждать с парнями девчонок из вашего класса. Да, конечно. Но стоит завернуть за угол, скрыться за другими домами, как необъяснимый холодок пробирает твоё тело и приносит мысли другого рода - вы все настолько разные, что за мнимой дружбой стоит лишь принуждение быть всё время вместе. И как только оковы под названием "дружный класс" спадают со всех вас, то лишь люди, которые были прикованы к тебе ближе всего, пожелают остаться. Но со временем уйдут и они.

Когда мне стукнуло 17 дет, то ни одного из своих одноклассников я не смог бы назвать другом. Честно говоря, даже знакомым бы не назвал. Я куда больше знал о том, что творится в жизни людей из очередной онлайн-игры, чем о жизни знакомых мне людей, что проходили под окнами моего дома каждый день на протяжении вот уже 5 лет. Я в любой момент мог выглянуть в окно, окликнуть Марлу Робертсон, которая мне всегда нравилась, Питера Скотта, который называл меня "лунатиком" и изображал зомби, Пакстона Ларкина, заучку и ботана, и, конечно же, самого Кейси Мэйшоу, моего друга и личного будильника. Но я лишь смотрел на то, как весело они идут домой, и с грустью отмечал, что эти 5 лет выбили всё, что можно из наших с ними отношений. Вернуть их - значит совершить невозможное.

Я не стал медлить. Быстро вышел из дома и направился по хорошо знакомой мне дороге. Школа находилась всего в одном квартале от моего дома, и большая часть пути пролегала через дворы невысоких, "спальных" домов. Дремота этих мест чувствовалась с приличного расстояния - если ближе к центру люди метались из стороны в сторону, сталкивались друг с другом, шумно общались и деловито проскальзывали сквозь плотные ряды, то мир словно замирал в этих дворах. Тишина, которую не хотелось тревожить, неторопливый шаг жильцов, часто уже преклонного возраста, лёгкий щебет птиц, который по необъяснимой причине казался даже громче двигателей автомобилей. И всё в этих местах было так пропитано солнцем, пылью и чувством застывшего времени, что на момент тебе казалось, будто ты идёшь по чердаку, который заперли многие годы назад.

В этих дворах мы с Кейси ловили толстых белок на кедровые орешки, подманивали ленивых голубей, шугали медлительных кошек и таких же старых, как и всё вокруг, собак. Катались на ветках деревьев, длинными прутами перебивали высокую траву, играли с рогатками. Безрассудное и шаловливое детство, за которое мы частенько огребали по заднице. И теперь я возвращаюсь в место, которое свело нас вместе. Будет ли он там...? Надеюсь, что нет.

Складывалось впечатление, что школа любого небольшого городка является по совместительству самым старым и самым красивым зданием. Словно весь город строился не вокруг древнего собора Святого Кристофа, а вокруг небольшой, почти ничем непримечательной общеобразовательной школы.

Небольшой сад, крепкий забор с красивыми бронзовыми лианами, спортивная площадка - ничто не отличало эту школу от сотен тысяч других по всей стране. Но глядя на неё мне всё равно становилось тоскливо и зябко, хотелось остановиться на несколько минут и отдышаться перед тем, как войти внутрь. Но к счастью, входить внутрь не потребовалось - прямо ко мне навстречу из дверей школы вышли Кейси и его мать. Сердцо гулко заухало в груди, как будто передо мной появилась любовь всей моей жизни. Что мне им сказать? Как, чёрт возьми, подойти к ним!? Господи, Кейси, зачем ты вышел вместе с ней?

- Джон Мэш. - протянула с улыбкой миссис Мэйшоу. - Какая встреча!

- Да... Здравствуйте, миссис Мэйшоу. Кейси. - я робко протянул ему руку, но вместо того, чтобы пожать её, он притянул меня к себе и по-дружески приобнял.

- Давно не виделись, приятель. - он лучезарно улыбался и, видимо, поверить не мог в то, что я всё ещё жив.

- Какими судьбами, Джонни? - мило спросила миссис Мэйшоу.

Только сейчас я вспомнил о том, что в руках у меня был пакет от моей матери. Артистично прикрыв глаза, я протянул ей пакет и улыбнулся.

- Чуть было не забыл. Мать просила передать вам вот это. Очень извинялась, что не смогла прийти сама, и передавала вам большой привет.

- Как жизнь, парень? - Кейси всё ещё дико улыбался и не сводил с меня изучающего взгляда.

Очевидно, я выглядел как-то странно. Может, причёска не та? Мешки под глазами больше стали? Одежда грязная? В любой другой момент меня бы это ни сколько не волновало, но после курса медикаментов меня стало немного более заботить то, как на меня смотрят другие. Возможно, это остатки тех диких галлюцинаций, которые пытаются пробиться на свет, но искажаются во что-то более мягкое и осознанное.

- В целом... Странно. Ну, ты знаешь. Болезнь никуда не делась. - сухо ответил я.

- Понятное дело. Всё сидишь ночами, пытаешься не спать?

- Пытаюсь, да. Карл всё никак не может поверить, что не спать три дня к ряду это сложно. - я усмехнулся.

- Карл? Ты всё ещё общаешься с Карлом? - он засмеялся.

- Был один моментик, когда он удалил игру и даже в сети не появлялся, но как видишь... Он все ещё ждёт, что ты снова возглавишь клан. - я хитро на него посмотрел, но он лишь громче рассмеялся.

- Извините, парни, но дико не хватает времени. Поступление, учёба - вот это всё. Надеюсь, понимаете.

- Колледж?

- Постараюсь. Если повезёт - Университет Брислоу. Лучший университет для будущих адвокатов.

- Амбициозно. Удачи тебе с этим.

- Спасибо, парень. - он улыбнулся.

Мы немного заговорились и совсем не заметили, как миссис Мэйшоу оставила нас наедине. Ещё с полчаса мы разговаривали обо всякой ерунде, словно и не было этих долгих лет. Словно и не было обидных и тяжёлых моментов, когда целой гурьбой дети выбегали из школы, проносились под окнами моего дома и ни один из них даже не подумал о том, что моё существование не прекратилось после того, как я ушёл из школы.

Начало смеркаться, вышли из школы последние учителя и запоздалые с самых разных занятий ученики. Мы с Кейси также засобирались домой, но как только мы подошли к воротам, круто закрученным в разного рода спирали, прямо на нас вышел крайне подозрительный человек. Мужчина, очень грузный, если не сказать толстый, с блестящей лысой головой и кривыми усами. На лице читалось благое, почти дебильное выражение, которое показалось мне необычайно отвратительным. Одежда была подстать - длинные широкие джинсы, напоминавшие джинсы клёш, распахнутая на несколько пуговиц рубаха непонятного жёлто-зелёного тюцвета и башмаки, какие носили уж очень давно ещё наши родители.

- Привет. - обратился он к нам. Голос был чуть писклявый, но грубый, что совсем не вязалось с образом. Этот человек явно был не в себе.

- Чего тебе нужно? - грубо ответил я.

- Подожди, Джон. Может ему нужна помощь. - одёрнул меня Кейси. - Привет. Что-то случилось?

Будь проклята доброта Кейси и его вечное стремление помочь абсолютно любому живому существу на земле. Уже не единожды он попадал в неприятности, когда лез со своей помощью. Его кусали бешенные собаки, когда ему казалось, будто они ранены. Ему разбил нос бездомный, когда он принёс ему еды. Несколько женщин избили его сумками, когда он попытался перевести одну из них через оживлённую дорогу. Словом, он натерпелся за свои благие намерения, и самое главное, что даже после всего этого он не опустил руки. Он продолжил своё неблагодарное дело и ещё в школьные времена говорил мне, что ему всё зачтётся.

- Привет. - снова повторил мужчина.

- Мы... Мы можем помочь?

- Говори за себя, Кейси. - шепнул ему я.

- Привет... - не унимался мужчина.

- Он странный, Кейси. Скорее всего ещё и больной.

- Не говори глупостей.

- А вы учитесь в школе? - внезапно спросил он.

- Э... Нет. Нет, не учимся.

- А знаете деток, которые учатся? Я когда-то работал в этой школе, но со мной поступили нечестно.

Нас разделял школьный забор и я был очень этому рад. Взгляд этого... человека был очень странным и пугающим. Словно он изучал нас сантиметр за сантиметром, при этом в глазах читалось внезапное желание. Я смотрел на него и не мог скрыть дикого отвращения.

- Кейси, не отвечай ему.

- Знаем пару ребят, а вы зачем спрашиваете? - Кецси настойчиво игнорировал меня.

- Хотел узнать, помнят ли они меня. - ответил мужчина и улыбнулся дикой, придурковатой улыбкой.

- Вейланд! А ну пошёл к чертям отсюда! - раздался крик со стороны.

К нам быстро подбежал школьный сторож - здоровенный темнокожий мужчина по имени Рой Шелдон - и загородил нас своим телом.

- Он приставал к вам? - строго спросил он.

- Я не приставал! Не приставал, мистер Шелдон! - завизжал по-детски мужчина за забором.

- Заткни пасть, Вейланд!

- Он ничего не сделал, Рой. - ответил Кейси.

Такая бурная реакция с обеих сторон явно таила за собой историю, в которой мне не очень хотелось разбираться. Этот мужик был до одури жутким и противным и знать о нём что-то ещё, а тем более встречаться повторно, не было никакого желания.

- Не приставал. Не приставал. - всё повторял толстяк.

- Вейланд, где миссис Уокер? Какого чёрта ты припёрся к школе? Ты же знаешь, что тебе нельзя приближаться к этому забору!

- Детки. Мама с детками. Я пришёл поздороваться с детками. - ответил он и подошёл к забору.

- Ещё шаг и я за себя не ручаюсь! - Рой Шелдон, ухватившись за резиновую дубинку, покрутил головой по сторонам и увидел группу детей, которая окружила высокую худую женщину с седыми волосами. - Аманда! Аманда!!!

Женщина обернулась на крик и стремглав помчалась к нам, расталкивая детей руками на ходу.

- Рой, подожди! - крикнула она.

- Мистер Шелдон, не нужно ругаться!

- Стой на месте, Вейланд! - почти заорал Рой.

Мы с Кейси буквально замерли на месте и не могли понять, что происходит. Кто этот человек? Причём здесь миссис Уокер, которая работала в школе бухгалтером? Почему Рой такой взвинченный и нервный?

- Парни, шаг назад! - скомандовал сторож и мы сделали так, как он велел.

- Но я не приставал! - закричал Вейланд.

- ЗАТКНИСЬ! - крикнул в ответ Рой и достал дубинку.

В этот же момент подбежала миссис Уокер и загородила Вейланда собой.

- Рой, не смей! Одумайся!

- Каково было предписание, Аманда?! Скажи мне, назови хоть одну причину, по которой я не должен пробить его тупую голову прямо здесь и сейчас? - гневно шипел Рой и можно было видеть, как его кулаки побелели от того, как сильно он сжимал дубинку двумя руками.

- ОН НЕ ПОНИМАЕТ! Ты же знаешь, что он ничего не осознаёт! Ничего не помнит! Он больной человек, Рой. Навсегда потерянный.

Рой шумно задышал, оскалился и заорал, после чего с силой бросил дубинку на землю и шмякнулся на землю, укрыв голову руками.

- Убери его к чертям собачьим, Аманда. Пускай сгинет нахрен отсюда и больше не появляется. Не доводи меня до греха! Пожалуйста! - он поднял голову на миссис Уокер и мы заметили, что в глазах его стоят слёзы.

- Не приставал. - тихо повторил Вейланд.

Рой в голос зарыдал и рванул было дубинку на себя, но в лёгкой истерике вновь отбросил её подальше. Миссис Уокер быстро вышла за забор и потянула умалишённого Вейланда за собой, причём пошли они такой дорогой, чтобы как меньше людей могли их увидеть.

Сторож сидел на земле и утирал слёзы широкими ладонями. Было крайне неуютно и странно находится в подобной ситуации. Рой Шелдон - в прошлом атлет и отменный игрок в футбол, душа компании и просто добряк - сидел перед нами на земле и горько, натужно рыдал. Спустя несколько минут, которые мы провели около него, он достаточно успокоился для того, чтобы с ним можно было поговорить.

- Так, здоровяк. Что за херня только что произошла? Кто такой Вейланд?

- Вы либо в землянке без интернета живёте и газетами только свои задницы подтираете, либо от вас родители очень много скрывали. - шмыгая носом ответил он. - Вейланд Уильям Уокер. "WWW". Ничего не говорит?

Как только он сказал про "WWW" я смутно припомнил какую-то давнюю скандальную историю, которую пихали во всех новостях. Мне было лет 5, потому и запомнить её подробно не смог. Тоже касалось и Кейси.

- Напомни-ка.

- Этот человек, которого вы ещё 10 минут назад наблюдали прямо перед собой - долбанный психопат и маньяк. Поехавший, которого долгое время прикрывала его мать, Аманда Уокер, наша милая бухгалтер. Она не знала, что он убивал, но сваливала все грехи на проблемы с психикой. А потом его упекли в психушку после очередного убийства.

- И... Кого он убил? - спросил Кейси.

Лицо Роя на минуту стало чернее тучи, он замолчал и закрыл глаза. Слышно было, как он сдерживается, давится слезами, но не выпускает их наружу.

- Он убил... Мою... Дочь. Она училась в этой школе. В тот день её отпустили пораньше по моей просьбе, а этот... Это... Тварь утащила её и надругалась. Он задушил её. А потом принёс тело обратно к школе, ночью.

Я оцепенел от мерзости и удушливого отвращения к этому человеку. Одного короткого взгляда на Кейси было достаточно, чтобы понять - он находится не в меньшем шоке и ужасе, чем я. Тошнота подступила к горлу, схватилась за него с силой тяжелоатлета.

- Почему он на свободе?

- Вылечили, якобы. Хотите себе кошмаров на ночь - почитайте в интернете эту историю полностью. Потому что я... Я не могу говорить. Не заставляйте меня пережить это ещё раз. - Рой поднялся с земли, отряхнулся и заткнул дубинку за пояс, после чего ушёл от нас быстрым шагом.

- Поверить не могу...

- А ты ещё хотел ему помочь.

- Я... Я не знал, Джон.

Кейси был в растерянности. Даже в детстве он был очень чутким и восприимчивым к разного рода обидам и оскорблениям. Каждое дурное слово оставляло у него на сердце рану, и сколько бы раз я не говорил ему, что это глупо, но его ничто не могло поменять. Он проецировал проблемы других на себя, отчего вечно страдал, но при этом был упрямым и всегда говорил, что справится со всем самостоятельно. По той же причине он витал в облаках, всегда был немного легкомысленным и часто отвлекался на всякие мелочи - вроде одного из способов самозащиты, когда ты не концентрируешься на отдельных важных моментах и вещах, а воспринимаешь всё как нечто огромное и объёмное.

- Я пойду домой, Джон. Мне хочется блевать.

- Согласен. Мне тоже.

Мы быстро распрощались и по нервным, бегающим глазам Кейси я понял, что ему очень страшно. Он поспешно, почти бегом, скрылся за школой и по непонятной мне причине я сделал тоже самое.

Уже дома я вник во всю историю, хоть и говорил сам себе, что этого не стоит делать.

"Вейланд Уильям Уокер - серийный убийца и педофил, чьё детство было омрачено сразу несколькими серьёзными заболеваниями. В пятилетнем возрасте Вейланду ставят диагноз гиперактивность, в десять впервые замечают расстройства мышления, а уже в тринадцать он попадает в психиатрическую лечебницу. Там с ним не церемонятся - электрошоковая терапия должна была успокоить буйного ребёнка, который чуть было не сжёг собственный дом по велению "друга, мистера Питсвика". Кроме воображаемых друзей и голосов в голове мальчик отличался крайне склочным характером, неадекватно воспринимал просьбы и указания, не мог сконцентрироваться на простых вещах и вечно сбегал с уроков. Всё могло бы ограничиться обычными походами к психологу, но после случая с поджогом мальчика признали опасным для общества и самого себя и решились для начала на медикаментозное лечение. Антипсихотики оказались бесполезны. Спустя два месяца неудачной терапии, мальчика впервые подвергли электрошоку и с тех пор, увидев положительную динамику, использовали лишь это средство. Свою склонность и активность мальчик утратил - впрочем, как и хоть какой-то характер в целом. Электрошок помог только в одном - запереть его в теле ребёнка.

В пятнадцать лет Вейланд выходит из лечебницы и попадает в школу-интернат для психически нездоровых детей, из которой успешно сбегает целых три раза, но неизменно туда возвращается. В восемнадцать лет он выпускается из школы на вольные хлеба, но с работой возникают проблемы - мягкого как пластилин и неспособного на сложные логические решения Вейланда, вполне ожидаемо, не берут ни на какую работу. Мать Вейланда, Аманда Уокер, школьный бухгалтер, начинает брать сына с собой в школу, боясь того, что он в очередной раз может сделать что-то плохое. Тогда же происходит первое убийство - 19-летний Вейланд Уокер, оставшийся на уровне 13-летнего ребёнка, душит девочку, 12-летнюю Саманту Рэгмайер, за то, что та "громко смеялась над ним и показывала пальцем, обзывалась."

Состоялся суд, Вейланда признали невменяемым и вновь поместили в психиатрическую больницу, где подвергли его ещё одному курсу электрошоковой терапии. Когда он вновь выйдет из больницы, ему будет уже 25 лет.

В 27 лет история повторятся вновь. Вейланд, который после выхода из больницы был заперт дома, каким-то образом смог выйти из квартиры и прийти к школе, около которой он часто встречал свою мать. 28 июля произошло второе убийство - Вейланд Уокер насилует Джорджи Миртл, 10-летнюю девочку, которую после этого прячет в одном из доков. Подозрения пали на него практически сразу, но он сумел выкрутиться, использовав слова соседки, которая подтверждала, что Вейланд из дома не выходил.

За следующие три года происходит ещё четыре убийства, все жертвы - девочки в возрасте от 7 до 12 лет, были либо похищены прямо у здания школы в вечернее время, либо убиты там же. Вейланд не единожды оказывался арестован, но за неимением улик в отношении него приходилось каждый раз его отпускать. Как бы ни был глуп и инфантилен этот человек, но свои следы он всегда заметал с особой тщательностью.

Последним известным на данный момент убийством стало убийство Мелиссы Шелдон, дочери школьного сторожа Рэя Шелдон. Днём 20 сентября Мелисса была отпущена с занятий раньше срока по просьбе отца, Рэя Шелдона. Мать Вейланда, Аманда Уокер, в этот день должна была оставаться допоздна в виду большого наплыва работы. Приблизительно в 12:20 Вейланд встретился с девочкой, после чего уговорами отвёл её от здания школы и похитил. На телефонные звонки девочка не отвечала, никто из учителей или случайных прохожих её не видел. Следующим днём, 21 сентября, тело девочки было найдено за зданием школы самим Рэем Шелдоном. Оно было спрятано за мусорными баками, и если бы не подъехавшие мусорщики, то неизвестно, сколько бы ещё оно там могло лежать.

Вейланда вновь задержали. На этот раз улика была на лицо, а точнее на руке - небольшая фиолетовая резинка для волос, которые в большом количестве были у Мелиссы. На ней же был найден волос, с помощью которого удалось установить - эту резинку носила Мелисса. Спустя два дня допросов Вейланд сдался. Он признался в убийстве, а также сообщил следствию о четырёх других жертвах, упомянутых ранее, при этом не мог сдержать слёз и повторял одну и ту же фразу: "Я к ним не приставал, они лезли ко мне сами!"

Суд состоялся в день рождения Вейланда Уокера - ему исполнилось 33 года. Он вновь был помещён в психиатрическую лечебницу и на сей раз одним электрошоком дело не обошлось - медицина скакнула вперёд и электрошоковая терапия стала забываться, впоследствии и вовсе была запрещена в некоторых штатах. Обвинение требовало либо тюремное заключение, либо сделать так, чтобы Вейланд больше не смог нанести вред людям. Обычное содержание в лечебнице не устраивало ни обвинителей, ни обычных горожан. И хоть этот метод использовался всё меньше, а кое-где был запрещён также, как и электрошоковая терапия, Вейланду решено было сделать лоботомию.

Последующие наблюдения в течении года позволили уверенно сказать - Уокер утратил практически все когнитивные функции, стал замкнут, боязлив и практически не разговаривал. Изменения в коре головного мозга вызвали у Вейланда неконтролируемый голод - за последующие семь лет, вплоть до нашего времени, он набирает свыше 50 килограмм лишнего веса. Детское мышление и осознание себя как 13-летнего мальчика, остались неизменными.

В настоящее время 40-летний мужчина по-прежнему проживает с матерью, 60-летней Амандой Уокер, в городе Ньюберч-порт. И хоть местные жители более-менее смирились с тем, что прямо по соседству живёт бывший маньяк и серийный убийца, многие из пожилых жителей по-прежнему считают, что даже такой кардинальный метод, как лоботомия, мог не подействовать в полном объёме и "наглый, жестокий убийца" всё ещё живёт в теле Вейланда Уильяма Уокера."

Мы были настолько близко к этому человеку, что до сих пор не верится. Теперь я понимаю своё отвращение, которое возникло от одного взгляда на него. Кейси, должно быть, также сейчас сидит и в полнейшем ужасе разглядывает эти строки. После того, что я пережил, меня не сильно задевает мимолётное знакомство с маньяком, но вот он... Я начинаю переживать за него.

Этой же ночью мои опасения оправдались. Я всё никак не мог пробиться к живым снам из-за этих лекарств, но чёрт возьми, какой же сильный сон! По мне табунами бегают микроразряды, которые чертовски возбуждают всю нервную систему. Кажется, будто тело сейчас взорвётся на миллионы кусочков. Я находился в собственном сне и лишь силился подчинить его себе.

"Живых снов нет, Джонни. Не болтай ерунды. Успокойся".

Руки непослушно продолжали делать то, что было по сценарию вложено в сон. Я крутил какие-то гайки на огромного размера двигателе, и видел своими глазами, как сильно трясутся мои руки, как мощно микросудороги сковывают каждый мускул.

"Силы сна нет, Джонни. Не сопротивляйся. Это ни к чему не приведёт."

Ох, как же это отвратительно и больно! Будто я схватился за оголённый провод, но вместо желания отпустить его во мне просыпается желание взять его покрепче, прижать к себе.

"Отдайся сну, Джонни. Ты не сможешь его изменить. Никто не может."

Двигатель, который я так уверенно крутил, начал сильно разогреваться. Местами превращаясь в оранжево-красную раскалённую массу, рядом со мной капали кусочки неизвестного мне металла. Секунда - и огромная махина, назначения которой я не знал, взорвалась чудовищным газовым облаком, которое тут же загорелось и прогремел настоящий взрыв. Гигантское огненное облако отбросило меня ударной волной. Пока я безвольно летел по воздуху в голове пронеслись миллионы мыслей. Это конец? Живой ли это сон? Я умру? А может быть, уже умер?

На момент я прикрыл глаза и вылетел в чернеющую бездну Подсна. Вода. Холодная, ледяная вода. Свет мнимого, несуществующего прожектора, который бьёт мне прямо в лицо. Туман, волнами накрывающий моё тело, заставляющий меня ёжится и вздрагивать. Не раскрывая глаз, я ощупываю своё тело и к большому удивлению не обнаруживаю ни единой раны или ожога. В эту же секунду дрожь во всём теле, вызванная невероятной силой, как я предполагал, сна Кейси пропала, и уже знакомая невесомая рука аккуратно подцепила моё тело и медленно втянула под воду. Я закашлялся от воды, залившей рот и нос, и в момент подорвался на ноги.

На огромной спортивной площадке, лишь отдалённо напоминавшей площадку нашей школы, было пусто. Лишь моё тело где-то рядом с забором из сетки-рабицы нарушало тишину. Я по-прежнему кашлял и отхаркивался от воды, стоя на четвереньках. По вполне понятной причине, держаться на ногах было крайне сложно - действие лекарств не даёт мне полного контроля над телом во сне, но я думаю, что со временем я свыкнусь. Кое-как поднявшись на ноги, я окинул взглядом место, в которое я попал. Школа. Спортивная площадка уж очень большого размера, сравнимая с маленьким стадионом. Судя по часам на фасаде старого кирпичного здания, было без одной минуты 14 часов. Вот-вот должны были закончиться занятия.

Внезапно громкий перезвон колокола, что раздался с небольшой часовни, заставил меня чуть ли не упасть на землю и заткнуть уши. Из главных дверей школы хлынул поток маленьких детей с гигантскими рюкзаками за спиной. Среди этой толпы великаном выделялся Кейси, который в страхе отмахивался от них и протискивался поближе к лестнице, чтобы обогнуть поток. Как только первые детишки подбежали к забору, небольшие ворота тут же заперлись сами собой, а дети замерли на своих местах.

Рефлекторно движением руки я создал маску на своем лице, чтобы скрыть его от Кейси. На него было страшно взглянуть - он вжался в одну из колонн, которая поддерживала козырёк над главным входом в школу, и с ужасом наблюдал за этими странными детьми. Когда он заметил моё присутствие, то завопил во всю глотку:

- ЭЙ! Кто бы ты ни был! Спаси меня!!!

Я промолчал. Было что-то необычное в воздухе. Словно натянутая тончайшая леска, которую явно не стоило задевать. Я присмотрелся как бы сквозь пальцы и заметил, что за каждым из детей тянется эта едва различимая верёвочка. Аккуратно материализовав на ладони небольшую кучку пыли, я легко дунул на неё и полупрозрачное облачко разлетелось передо мной. Как и стоило ожидать, дети, которые хаотично разбежались по площадке, накрепко сковали её едва заметными нитями. Образовался настоящий лабиринт, который я не в силах был обогнуть или пройти. И кто его знает, чем может обернуться задевание хотя бы одной из нитей...

- Парень, не шевелись! Стой на месте! - крикнул я Кейси.

- Почему?! Что происходит!? - вопил он в ответ.

- Мы в ловушке! Ты видишь нити?

Я увидел, что Кейси пытается присмотреться к детям, затем увидел его удивлённый взгляд.

- Вижу! Вижу! Они все тянутся к школе!

Действительно, стоило мне проследить то, куда тянется каждая ниточка, как взгляд мой неизменно скользил до главного входа, где нити уходили в длинный коридор школы и скрывались где-то в глубине здания.

- Ты можешь зайти в школу не задевая нитей?

- Я... Я не знаю. Я попробую. - дрожащим голос ответил он.

Кейси на негнущихся ногах медленно прошёл к дверям школы, двигаясь вдоль стены и аккуратно вошёл в двери. Несколько секунд его не было видно, после чего он вылетел пулей оттуда, забыв про осторожность.

- Нет! Нет! Вы играете не по правилам! - раздался писклявый детский голосок откуда-то из школы.

Двери с громким хлопком закрылись, перебив все нити, тянущиеся к детям. Словно заведённые игрушки они начали бегать по игровой площадке, издавая лёгкий треск часового механизма и заранее записанный неестественный смех, который всё повторялся и повторялся.

Огромная толпа детей-игрушек проносились в сантиметрах от меня, но, по видимому, не делали ничего, кроме отвлечения внимания.

- Играем в догонялки! - возвестил тот же писклявый голос, только услышал я его уже за своей спиной.

Моментально вытащив "Голубую Розу" из-за спины и прицелившись в толпу за своей спиной, я не увидел никого, кто хоть как-то отличался от груды одинаковых детей-механизмов. Голова, наконец, полностью прояснилась, двигаться было легко, думать - ещё легче. Где-то в этой своре заводных болванчиков прячется один настоящий и боюсь, что у меня нет другого выбора, кроме как...

- Игрушечный пистолет! - раздался детский механический крик и все дети метнулись ко мне.

Выстрел за выстрелом. Один за одним. Господи, как же их много. Ошмётки деревянных голов и механических запчастей стали осыпаться на площадку, а их как будто и не становилось меньше. Ужаса нагоняло и то, что даже после нескольких выстрелов в их тела они продолжали бежать ко мне и своим механическим голоском смеялись и кричали "Игрушечный пистолет!". Около десятка уже лежали на земле, но я мог видеть, что их деревянные рты по-прежнему двигаются и никак не могут заткнуться.

Подобравшись ко мне совсем близко, они начали вырывать револьвер из моих рук. Рукоятью приходилось отбиваться от цепких деревянных пальцев, ломать тонкую фанеру их черепов, ногами отшвыривать их тела подальше.

Паника стала тянуть свои костяливые пальцы по моему телу. Сдавливала сначала ноги, потом медленно подбиралась к желудку и лёгким, переходя на шею и голову. Стало зябко, появилась одышка и тревога. И в момент, когда я вот-вот должен был сорваться, закричать, детский голосок завопил:

- Перемена!

Моё сердце разогналось до невероятной скорости. Глаза бегали от одного детского лица к другому. Они сиюминутно остановились и замерли на месте, не обращая никакого внимания на то, что я с двойным усердием стал отстреливаться и отбиваться от них. Отбежав на приличное расстояние от застывших болванчиков, я увидел, что Кейси всё это время прятался под широким деревянным столом для обеда, который был вплотную приставлен к зданию школы. Укрыв голову руками, он боялся даже приподняться и взглянуть на то, что происходит вокруг. Оно и к лучшему.

У меня было несколько минут на то, чтобы отдышаться, и слегка успокоиться прежде, чем противный голосок вновь не прокричал:

- Второй раунд!

Дети вновь сорвались со своих мест и начали бегать по площадке. Надо было что-то придумать. Очевидно, что это не обычный кошмар. Онир скрывается в толпе детей, но как выяснить, кто из них он? Я на момент задумался над тем, насколько сильно эта школа похожа на нашу. Хоть в фасаде и были некоторые отличия, но в целом она невероятно была похожа на неё. Я думаю, этим можно воспользоваться.

Из раздумий меня вывел крик Кейси. Я быстро посмотрел на обеденный стол и понял, что детишки переключились на него.

- Отвалите! ПРОЧЬ! - кричал Кейси отталкивая детей ногами.

Подбежав к нему я ногой растоптал несколько деревянных манекенов, что заводным голоском смеялись, тянули руки и кричали "Ты водишь!". Стоило мне нагнуться под стол, чтобы попытаться вытянуть Кейси, я заметил уродливого, покрытого шрамами ребёнка, который что-то шептал Кейси на ухо. Разобрав лишь слова "Молчи! Не выдавай меня!", я увидел в глазах Кейси полную пустоту и отрешённость. Пуля, выпущенная в ребёнка, прошла насквозь, но не причинила ему никаких повреждений, однако он тут же рассыпался в прах и неизвестно откуда взявшийся ветер подхватил его и унёс за заборчик.

Сон не закончился. Заводные дети встали на своих местах, как будто заводной механизм остановился в тот же момент, как пуля прошла сквозь Онира. Это точно был Онир. Не могло быть по другому.

Я отбежал от стола к другому краю площадки, чтобы как следует осмотреться и выцепил глазами трансформаторную подстанцию. Если это место и не было точной копией нашей школы, то оно максимально к этому приблизилось - я вспомнил, что в нашей школе подстанция стояла в том же самом месте.

Мог ли это быть... Вейланд? Школа, дети, Кейси... Всё было так похоже на то, что это он. Детское обличие. Этот ребёнок был явно младше тринадцати лет - ведь если верить статье в интернете, то именно в этом возрасте на нём впервые испробовали шоковую терапию. Ужасные шрамы на запястьях и голенищах, словно кожаные ремни впивались в его кожу не один год, заставляют меня вздрагивать. Но... Есть идея. Надо всего лишь вытащить его на свет.

Он появился сам. Всё ещё находясь в окружении своей заводной свиты, он бесновался и скакал, ища в них поддержку. Поднялся гул и галдёж сотен механических голосов, кричавших друг на друга наперебой. Вновь стрелять я не стал - побоялся, что испорчу момент. Медлённо, шаг за шагом, я подбирался к толпе детишек и чувствовал, как по моей спине бегут мурашки, как по шее стекают капли пота. Он отвернулся спиной ко мне и в этот момент я понял, что и вся заводная рать смотрит в то направление, куда смотрит и он.

До подстанции было метров десять, не более. Надо было всего лишь подобраться поближе, отшвырнуть маленькое тело в сторону подстанции и устроить короткое замыкание. Если Ониры действительно бояться того, что им когда-то навредило, как это было в случае с видениями моих друзей, то план должен сработать. Господи, он должен сработать.

Я подобрался почти вплотную к маленькой орде и с удивлением отметил, что они меня не замечают. Эффект неожиданности, чёрт бы его побрал.

- Эй, Вейланд! - окликнул я Онира.

Маленькое тельце повернулось ко мне лицом и я не выжидая момента отвесил рукоятью револьвера ему по челюсти. После того, как Вейланд завалился на четвереньки, я толкнул его тело ногой и он полетел по земле. Удар оказался сильнее, чем я ожидал - Вейланд кубарем покатился по покрытию площадки и врезался телом в ограждение вокруг подстанции.

Вся свора механических болванчиков тут же побежала к нему. Разинув деревянные пасти на невероятную ширь, они заголосили в унисон. Как только на ноги поднялся сам Вейланд, то его оглушительно резкий крик, сравнимый с высокочастотной звуковой волной, прокатился по всей площадке. Кейси, который в ступоре сидел около стола, казалось, даже не заметил этого. Меня же этот крик заставил упасть на четвереньки и что есть сил закрыть уши руками. Оэ, этот невозможный крик! Я почувствовал, как из одного уха потекла тоненькая струйка крови, но при этом я всё отчётливее мог слышать этот раздирающий душу вопль рыдающего ребёнка, усиленный в миллионы раз.

Прицелиться точно не было возможности. Каждый раз, когда я одёргивал руку, чтобы сделать быстрый выстрел, я тут же возвращал её обратно на ухо и прижимал ещё сильнее. Вейланд стоял в окружении сотен деревянных кукол, которые пытались воссоздать его убийственный крик, капал на землю слюной с кровью, сочащейся из порванной щеки и нескончаемо рыдал.

Это надо было закончить! С силой уперев плечо в ухо, я как можно быстрее сделал несколько выстрелов в сторону электрощитка. Одной из пуль я попал в небольшие петли, что держали дверцу щитка, благодаря чему дверца отпала и повисла на оставшейся петле. Один точный выстрел! Всего один!

Услышав выстрелы, Вейланд заголосил с новой силой. Ему вторили и механические куклы, словно удалив свою громкость. Мать вашу, когда же вы заткнётесь?! От дикого напряжения у меня тряслись руки, всё тело словно вибрировало от этого дикого истошного крика. Один... Выстрел...

Задержав дыхание и кое-как сконцентрировавшись на центре щитка, я выпустил несколько пуль и Господи - все они попали точно в цель. Я успел заметить, как несколько коем стали красными, потом чуть ли не белыми от нагрева. От перенапряжения в щитке загорелась проводка, начался пожар. Громкий хлопок откуда-то изнутри подстанции дал маленькую надежду, что всё вот-вот закончится.

Я решился на отчаянный шаг. Быстро поднявшись на ноги, я побежал на Вейланда и с силой пихнул его в ограждение. Хлипкий заборчик подкосился и завалился прямо на горящий электрический щит. Я отбежал на несколько шагов в сторону, поближе к Кейси. Металлический забор пропускал через себя сотни вольт. Вецланд, чьё тело всё ещё лежало на заборе, в этот момент жарился как на решётке. Ещё несколько громких хлопков внутри подстанции, по-видимому, оборвали несколько высоковольтных кабелей, которые лишь добавили ещё больше напряжения на забор - в месте, где он соприкасался с горящим щитком, осталась лишь раскалённая масса. Кожа тела Вейданда стала пригорать к раскалённому огромным напряжением забору, крика давно не стало. Лишь деревянные куклы-дети всё стояли и орали с широко разведёнными ртами.

В какой-то момент мир покачнулся. Сильная тряска сбила меня с ног и чертовски не вовремя с меня слетела маска. Я подбежал к Кейси, пытаясь укрыть лицо наспех подобранной маской и потянул его за руку. Нам точно не следовало оставаться здесь.

В одно мгновение в пыль рассыпались школа и все механические куклы. Следом пали подстанция, куски покрытия площадки под нашими ногами и обеденный стол. Всё схлопывалось так быстро, что мы не успели куда-либо убежать - земля под нашими ногами провалилась и мы оба упали в тьму Подсна. Нас разделило - если я упал на каких-то несколько метров, то рука Кейси, которую я крепко держал, выскользнула и тело его ушло глубже и глубже.

Сон оборвался. Можно ли это считать победой? Получилось ли убить... Онира? Сейчас Кейси я никак не смог бы помочь, ведь я даже не знал, где он находится. Потому я самостоятельно выбрался в реальный мир и попросту стал ждать. Но... Чего мне ждать?

Спустя несколько дней я узнал о том, что не прогадал. В вечернем выпуске новостей бессменная Клэр Уорт поведала о том, что Вейланд Уокер скончался.

- "...убийца и маньяк, большую часть своей жизни проведший в психиатрической лечебнице, Вейланд Уильям Уокер, был найден мёртвым сегодня днём. Его мать, Аманда Уокер, несколько дней не появлялась в городе, а потому тело не было найдено сразу. Соседей семьи Уокер обеспокоил ужасный запах, исходивший из их квартиры. Аманда, которая до сих пор находится в деловой поездке, дала разрешение на вскрытие квартиры. Труп мужчины был найден в кровати, видимых насильственных действий в отношении него замечено не было. Предположительно, мужчина скончался от остановки сердца на фоне осложнений, вызванных лишним весом. По этому делу было решено провести дополнительную экспертизу, потому как Департамент полиции города Ньюберч-порт считает, что мужчина мог стать ещё одной жертвой в списке так и не раскрытых убийств, приписываемых загадочному маньяку. Напомним, что Вейланд Уокер "знаменит" тем, что убил по меньшей мере семь детей. После того, как Вейланда Уокера подвергли лоботомии клиника уверила правоохранительные органы в том, что их пациент более не опасен для общества. На это потребовалось более года ежедневных наблюдений... "

Касательно Кейси... В тот же день, как я узнал о смерти Вейданда, по почте мне пришёл конверт. Радостная мать вручила его мне в руки и сказала, что рада возрождению старой дружбы. Несколько удивлённый, я раскрыл конверт и достал оттуда лист бумаги, на котором большими буквами была написана всего одна фраза, после которой я тут же сжёг письмо, чем несказанно удивил мать. "Я знаю, что ты сделал в моём сне."