# Подарок судьбы

Клавдия Алексеевна Бойко-Рыбникова

О женщине, нашедшей своё личное счастье

ПОДАРОК СУДЬБЫ


Клавдия Бойко-Рыбникова


Роза ехала в санаторий со смешанным чувством надежды на чудо и опасения, что чуда не произойдет. Ей очень хотелось стать матерью, и врач-гинеколог сказала ей, что грязевое лечение порой творит чудеса и дарит женщинам возможность после многих лет бесплодия родить, наконец, здорового и желанного малыша. Три года тому назад она была близка к осуществлению своей мечты, но пьяный муж разрушил все ее надежды. Роза была на седьмом месяце беременности, когда он, находясь в пьяном скотском состоянии, ногами испинал ее в живот. У нее открылось сильное кровотечение, произошел выкидыш, а сама она тоже оказалась на грани жизни и смерти. После этого случая врачи произнесли свой жестокий приговор: нет ни одного шанса родить ребенка.

Вызванный врачами следователь предлагал Розе назвать имя негодяя, который лишил ее ребенка, но она упорно твердила, что упала сама на лестнице, поскользнувшись на кем-то брошенной банановой шкурке. Она видела неподдельный испуг мужа, слезы его раскаяния и пожалела его. Муж после этого случая несколько месяцев ходил с виноватым видом, старался быть предупредительным, но у Розы, словно главная струна их отношений внутри лопнула, и не осталось никаких чувств к нему: ни любви, ни ненависти. Жила по инерции. Умом понимала, что нужно уйти, оборвать эту ставшую ненужной связь, но идти было некуда. С того дня, как она потеряла ребенка, прошло два года. В профкоме ей выделили санаторную путевку в Зеленоградск, учитывая ее "высокие производственные показатели", как было записано в решении профкома.

Шел май 1972 года. Природа после долгой зимней спячки пышно расцвела белым кипением вишенных и яблоневых садов, пахучим дурманом черемухи и сирени, нежной зеленью молодой листвы и травы. Санаторий располагался недалеко от моря в парковой зоне, к которой примыкал смешанный лес. Корпуса были разбросаны в некотором отдалении друг от друга. Розу поместили в старом корпусе, в палате на пять человек с удобствами в конце длинного коридора, но эти бытовые мелочи не смутили молодую женщину. Для нее главное было избавиться от бесплодия, почувствовать себя полноценной женщиной. И ради этого она была готова многое перетерпеть.

Со своими новыми знакомыми по палате Роза не спешила заводить близкое знакомство. Ей нравилось на первых порах одиночество, и она в свободное от процедур время с удовольствием ходила вдоль берега моря. Шум волн успокаивал ее и завораживал. Балтийское море совсем не походило на Черное, куда Роза ездила почти каждое лето, ни цветом, ни нравом. Оно почти всегда было свинцово-серого цвета, как и грусть, что поселилась в душе молодой женщины после потери ребенка. Однажды ее на берегу окликнул мужчина, с которым Роза сидела за одним столом в столовой:

- А почему, Роза, вы не ищете янтарики? Здесь после шторма их можно свободно найти.

- Янтарики? - удивилась Роза. - А какие они?

Мужчина протянул раскрытую ладонь, и Роза увидела золотистые мелкие камешки разного размера. Некоторые были прозрачные, а другие желтовато-матовые.

- Хотите, я вам их подарю? Я себе еще найду.

- Нет, зачем же? Я поищу сама. Спасибо, что подсказали.

- Что вы делаете сегодня вечером? - не отставал от Розы мужчина. - Не хотите ли пойти в кино? У меня есть один лишний билет.

- А что за фильм?

- Точно не скажу. Какой-то индийский. Вы любите индийское кино?

- Наверно. Я давно не была в кино. Спасибо за приглашение.

- Так пойдете? Я буду ждать вас у кинотеатра.

- Хорошо.

Роза согласилась без особого энтузиазма. Ей не хотелось никуда идти. Просто не захотела обидеть отказом хорошего человека, который проявил к ней внимание. После ужина она прихорошилась: по-новому уложила косу, повязала яркую блестящую косынку на шею. Соседки по палате весело собирались на танцы, звали и ее с собой, но она сказала, что идет в кино. Вечер был тихий и ясный. Где-то в парке сумасшедше заливался соловей, и Роза приостановилась, чтобы послушать его праздничную весеннюю песню. Но потом вспомнила, что ее будут ждать у кинотеатра, и прибавила шагу.

Мужчина радостно заулыбался, увидев приближающуюся Розу, и она улыбнулась ему в ответ. Роза хотела отдать деньги за билет. Но мужчина запротестовал:

- Не обижай меня, Роза. Спрячь деньги. Я же сам тебя пригласил.

Пришлось подчиниться. Розу слегка покоробил его переход на "ты", но она из врожденной деликатности промолчала. Когда в зале погас свет, мужчина плотнее придвинулся к Розе и взял ее за руку. Она руку высвободила и слегка отодвинулась. Через какое-то время его рука легла на ее колено и поползла вверх, задирая юбку и обнажая колено. Роза оттолкнула чужую руку и сердито прошептала:

- Перестаньте немедленно!

Он недовольно засопел, но руку на какое-то время убрал. Она уловила запах спиртного и уже была не рада, что согласилась пойти с ним в кино. Она сидела и колебалась: уйти или остаться. Все решила его излишняя активность: он опять положил по-хозяйски руку ей на колено и нахально потянул юбку вверх. Она дала ему пощечину. Мужчина возмутился:

- Ты что дерешься? Я зря, что ли на тебя тратился?

Роза достала из сумочки трешницу, сунула ее молча ему в руки и ушла из кинотеатра. Она шла в свой корпус, дрожа от гнева и возмущения, но постепенно ей стало смешно. Она представила растерянное лицо своего незадачливого кавалера и расхохоталась.

Так с улыбкой на лице она вошла в палату, и соседка, наводившая глянец на свое кукольное личико, удивленно её спросила:

- Что так быстро вернулась? Или кино не понравилось?

- Не знаю. Я успела посмотреть только журнал.

- Роза, пойдем в танцевальный зал, а то мне одной как-то неудобно.

Делать было совершенно нечего, и Роза согласилась. Она не собиралась танцевать, хотела только посмотреть, что собой представляют танцы на отдыхе. В зале было многолюдно, но танцующих было не так много. Основная часть мужчин стояла вдоль стен и придирчиво оглядывала находящихся в зале дам. Ее соседку тут же подхватил какой-то расторопный кавалер и умчал в танце. Роза прошла к свободному месту и села, внимательно наблюдая за происходящим в танцевальном зале. Неожиданно она услышала вопрос, явно относящийся к ней:

- А что же вы не танцуете?

Она повернула голову и увидела мужчину, сидящего в инвалидной коляске рядом с ее стулом. На вид он был ее ровесником или, может, чуть старше. Про себя она отметила:

- Такой молодой, симпатичный и уже инвалид.

Видимо, на лице отразилось охватившее ее сожаление, потому что мужчина бодро продолжал:

- Не смущайтесь! Я привык к своему положению. Так все же, почему вы не танцуете?

Роза ответила:

- Во-первых, я не люблю танцевать, а, во-вторых, никто не кинулся меня приглашать.

Мужчина удовлетворенно кивнул головой:

- Редкая откровенность. Я-то в свое время очень любил танцевать. Меня моя бывшая жена так и звала "танцуристом". Тогда давайте общаться.

Она невольно улыбнулась его предложению и, сама не зная зачем, сказала:

- Я уже сегодня с одним пообщалась.

И рассказала про приключение в кино. Он заразительно расхохотался, и Роза вместе с ним. Ей сразу стало с ним легко и просто. Они познакомились. Его звали Саша. Он приехал, по его выражению, "с Северов". После этого вечера они много времени стали проводить вместе. Саша рассказал о себе, что он военный, живет в закрытой зоне под Мурманском. Ноги у него отнялись на нервной почве, когда любимая жена сбежала во время его длительного пребывания "на точке", оставив короткую записку: "Устала от такой жизни. Я молодая и хочу жить с людьми, а не с медведями. Прощай, не поминай лихом!" Рассказывал он вроде даже весело, но Роза видела, как словно тисками, сжали его руки подлокотники кресла. Она тоже рассказала ему свою невеселую историю с потерей ребенка.

То ли благотворное влияние общения с Розой, то ли грязевое лечение, то ли весна, то ли все вместе, но Саша через какое-то время сообщил, что он скоро откажется от коляски. Врач, осмотревший его, был поражен положительной динамикой лечения. Саша шутливо говорил:

- Роза, ты мой счастливый талисман! Это благодаря тебе мне захотелось снова стать здоровым человеком. Бог даст, мы с тобой под занавес лечения пройдемся в лихом танце!

Роза в ответ только смущенно улыбалась. Ей нравился Саша, который постепенно отходил от своих переживаний и становился общительным и веселым. Вскоре отдыхающие видели Сашу, передвигающегося на костылях, а рядом неизменно шла Роза, всегда готовая придти ему на помощь. Эта пара, на первый взгляд, производила странное впечатление. Саша - высокий атлетического сложения мужчина с мужественным волевым лицом. Рядом с ним Роза казалась девочкой-подростком. Она была небольшого роста, слегка полноватая. Глядя на нее, никто не осмелился бы назвать ее красавицей, но глаза молодой женщины излучали столько доброты и тепла, что притягивали к себе внимание, и собеседник невольно подпадал под их обаяние. К тому же, Роза умела слушать и сопереживать услышанному. Она не стремилась привлекать к себе внимание, старалась держаться в тени своих более активных соседок по палате. Для Саши она стала самым настоящим открытием. До своей беды он пользовался неизменным вниманием привлекательных и ярких женщин, и жена у него была просто красавица. Но никогда ему в обществе всех этих женщин не было так спокойно и хорошо, как в присутствии Розы.

К концу пребывания в санатории Саша ходил почти свободно, опираясь на тросточку, и Роза была за него счастлива. Накануне своего отъезда домой Саша и Роза появились в танцевальном зале, и Саша пригласил ее на медленный танец:

- Я говорил тебе, что мы еще станцуем? А ты не верила. Вот видишь, я могу тебя пригласить на танец. Идем?

- Ты не прав, я всегда верила, что все у тебя будет хорошо, - лукаво улыбнулась Роза и положила руку на его плечо.

Некоторые дамы, глядя на них, засмеялись, и Роза невольно остановилась в смущении. Но Саша ее ободрил:

- Не обращай внимания, они нам просто завидуют.

- Саша, давай уйдем, я себя неловко чувствую. Я плохо танцую, к тому же у нас такая разница в росте.

- Не прибедняйся! Не лишай меня радости впервые за многие месяцы танцевать с самой очаровательной женщиной на свете. И при чем здесь разница в росте? Я всю жизнь мечтал о такой Дюймовочке, как ты.

Щеки Розы зарделись от смущения, и она благодарно посмотрела ему в глаза.

А потом было прощание на укромной скамейке парка. Когда Саша впервые ее поцеловал, она чуть не задохнулась от внезапно охватившего ее волнения. Сердце колотилось так, словно собиралось выпрыгнуть из груди. Никогда ничего подобного с ней не было. Замуж она вышла по настоянию матери и относилась к мужу ровно и спокойно. Он тоже не отличался особым романтизмом, и их отношения носили будничный характер. Только в кино она видела, как красивым женщинам говорят комплименты, осыпают их подарками, цветами, целуют им руки, носят на руках. А муж не подарил ей ни одного самого простого цветка, не сказал ни одного ласкового слова. Для себя она решила, что кино - это кино, а жизнь такова, какая есть. Дома она была за "ломовую лошадь": готовила, убирала, стирала, стояла в очередях за продуктами, а летом горбатилась на даче. К супружеским обязанностям она относилась, как к неизбежной повинности, и никогда не сопротивлялась, когда муж предъявлял свои права. Ей казалось, что так живут все, и поэтому все принимала, как должное, и ни о чем другом не помышляла. Когда она по вине мужа лишилась ребенка, то даже остатки уважения к нему ушли безвозвратно, и она жила с ним скорее по инерции. К тому же, в их городке считалось неприличным быть одинокой женщиной. И вот оказалось, что и она способна испытывать глубокие чувства.

Эта ночь на скамейке в парке перевернула всю ее жизнь. Она узнала, как сладки ласки любимого мужчины, что близость, оказывается, может доставлять неизъяснимое наслаждение и вызывать повторные желания новой близости. Ей хотелось раствориться в теле любимого человека и стать с ним единым целым. Ночь пролетела, как один миг, и вот уже рассвет сначала робко, а потом все более властно заявил о себе. Посветлело небо, защебетали птицы, и пора было идти обратно в санаторий. У Саши поезд был утром, а ему еще нужно было собрать вещи. Роза вызвалась ему помочь, и они, взявшись за руки, пошли по аллее. Губы у Розы вспухли от поцелуев, тело было сковано сладкой истомой и непривычной усталостью от страстной бессонной ночи, а в голове билась назойливая мысль:

- Он уезжает, и это - конец! Конец моему короткому женскому счастью!

А вслух она сказала:

- Саша, я не знаю, как мне теперь дальше жить без тебя. Но я ни о чем не жалею. Я буду всегда помнить тебя и эту ночь!

Саша остановился и, повернув ее к себе, твердо сказал:

- Я не дам тебе забыть меня! Я приеду и вызову тебя к себе, вот увидишь!

- Ты забыл, что я замужем, - горько сказала она.

- Это не имеет никакого значения. Ты разведешься, и мы будем вместе. И не спорь!

На перроне они не могли оторваться друг от друга. Она гладила его лицо, смотрела ослепшими от слез глазами и жалобно приговаривала:

- Сашенька, как я буду без тебя? Зачем мы встретились? Как мне теперь жить?

А он целовал ее залитое слезами лицо и убеждал:

- Мы будем вместе! Ты только верь мне и жди вызова. Я не могу тебя потерять!

Наконец, проводница попросила Сашу войти в вагон, и он с трудом разомкнул Розины руки. Когда вагон тронулся, она побежала вслед и закричала:

- Саша, я люблю тебя! Саша-а-а! Саша-а-а!!!

Поезд ускорял ход, а она все бежала, пока не кончилась платформа. Слезы застилали глаза, и она в отчаянии села на асфальт платформы. Сколько времени она так провела, она не помнила. К ней подошел дежурный по станции и предложил свою помощь. Она взглянула на него непонимающими глазами и, встав, уныло побрела к вокзалу.

Когда она вернулась в санаторий, соседки по палате не узнали ее. Лицо Розы распухло от слез, а в глазах поселилась вселенская тоска.

- Ну, что ты, девонька, так убиваешься? Ты что, впервые завела курортный роман? Поверь, они недолговечны. Приедешь домой к мужу и забудешь своего пре-хе-хе! - со смехом проговорила самая старшая в палате Зинаида, разбитная бабенка, которая в первый же день заявила своим соседкам по палате:

- Простите, бабоньки, но я с вами хороводиться не буду. Найду себе мужичка крепенького и уйду на частную квартиру.

Она так и поступила. Но вчера ее кавалер уехал, и Зинаида, похоже, нисколько этим обстоятельством не опечалилась. Роза, не ответив ни слова, прошла к своей кровати и легла, вперив глаза в потолок. Похоже, она не услышала слов Зинаиды. Тогда та подошла к ней и тронула за плечо:

- Эй, девонька, ты всерьез влюбилась, что ли? Брось! Ни один мужик не стоит твоих слез. Как же ты к мужу поедешь с таким настроением? Запомни: влюбленности приходят и уходят, а муж - навсегда! Ну, что ты молчишь? Скажи хоть слово!

Роза лежала все так же неподвижно и не реагировала на слова Зинаиды. Та встревожилась не на шутку:

- Ох, уж эти мне тихони! Ну, почему нельзя отнестись к своему роману легко? Было тебе с мужиком хорошо, было у тебя 20 дней счастья, вот и радуйся! У других и этого нет, не было и не будет. Чем тебя так приворожил твой Саша? Что в нем такого, что ты умираешь по нему? Ничего не скажу - мужик видный, но ведь инвалид! Зачем тебе нужен калека?

Розу словно пружиной подбросила. Она села на кровати, гневно глядя на Зинаиду:

- Никакой он не инвалид и не калека, понятно! Вы все его мизинца не стоите! А к мужу я не вернусь.

- Хорошо, не возвращайся, но прежде подумай, нужно ли все рубить сплеча. Думаешь, Саша смотрит на ваши отношения серьезно? Да он уже и думать о тебе забыл. И ты постарайся его забыть. Я тоже была, как ты, молодая и горячая. Первый раз поехала в санаторий, и такая у меня там любовь с одним отдыхающим закрутилась, аж небу было жарко. Расставались, рыдая в три ручья. Клялись друг другу в вечной любви и верности. Я домой приехала и мужу с порога объявила, что полюбила другого и к нему ухожу. И чем бы, ты думала, дело кончилось? Я с мужем развелась, да только мой полюбовник не поспешил разойтись с женой. Так и осталась я одна. Мужа быстро прибрала к рукам одна шустрая бабенка, а я с той поры никого в свое сердце не пускаю. Рассматриваю мужиков только для своего удовольствия. Вот так-то! И тебе советую поступать также.

- Не хочу я тебя слушать, не хочу! Саша не такой! Он любит меня, любит!!

- Приедешь домой и узнаешь, любит ли он тебя или нет. Сначала, возможно, будет письма писать довольно часто, а потом все реже и реже, пока они на нет не сойдут. Послушай меня, девонька: не спеши корежить прежнюю жизнь. Сломать легко, заново сложить почти невозможно.

Домой Роза вернулась на день раньше запланированного срока. Не могла она оставаться в санатории, где ей все напоминало о Саше. Мужа о своем приезде она не предупредила. Поезд пришел поздно вечером, и Роза, взяв такси, вскоре подъехала к дому. Во всей квартире горел свет, что ее несказанно удивило. Обычно муж экономил электроэнергию и заставлял ее выключать лампочки, если она уходила из комнаты. Она поднялась по лестнице и вошла в квартиру. В большой комнате, так называемой зале, звучала музыка, и какая-то незнакомая женщина самозабвенно кружилась в танце. Увидев Розу, она остановилась и удивленно на нее посмотрела:

- Вы кто?

- А вы кто? - вопросом на вопрос ответила Роза. - Что все это значит и где Лёва?

Женщина вышла в коридор и постучала в дверь туалета:

- Милый, тебя тут спрашивают, ты скоро?

Дверь туалета открылась, и появился Лев. Глаза его, увидев Розу, удивленно раскрылись, и он растерянно произнес:

- Мать твою! Как в кине! Ты что же не предупредила о приезде?

Он попытался обнять Розу, но она остановила его отстраняющим жестом.

- Ну, все - концерт окончен! Выключай музыку и давай собирайся домой, - суетливо повернулся он к женщине гостье.

Но та капризно произнесла:

- А что, собственно, случилось, котик? Кто эта женщина и почему я должна уходить?

- Эта женщина - моя жена. Теперь понятно? Давай, двигай побыстрее! Шевелись!

- Ты меня не проводишь?

- Сама дорогу знаешь. Все, пока!

Закрыв за гостьей дверь, он повернулся к Розе:

- Что ты так на меня смотришь? Я нормальный мужик с нормальными потребностями. Ты бросила меня на двадцать с лишним дней и хочешь, чтобы я был евнухом? В кои веки решил изменить жене, и то не вышло. Ты меня не обнимешь?

- И ты еще спрашиваешь? Ты рано проводил свою подругу. Мне врач предписал год воздерживаться от супружеских обязанностей. Я сегодня переночую, поскольку уже поздно, а завтра уеду к маме. Прости, но я не смогу больше с тобой жить после всего, что только что увидела. Я подам на развод. А ты беги, догони свою возлюбленную, она не успела далеко уйти. Я себе постелю на раскладушке в кухне.

Она пошла на кухню, оставив вещи в прихожей, но муж пошел за ней, а не побежал за ушедшей подругой. Видно было, что он встревожен словами жены:

- Ты всерьез о разводе? Что нашла себе хахаля в своем гребаном санатории?

Ты из себя святую не строй, а говори, как на духу! У тебя кто-то есть?

Роза не собиралась с ним обсуждать свои сердечные дела, ей хотелось, как можно быстрее, остаться одной, и она устало произнесла:

- Давай отложим все разговоры до утра. А сейчас я устала с дороги и хочу спать.

- Ах, ах, ах! Она хочет спать! Тебе наплевать, что я без тебя тосковал, ждал тебя...

Роза перебила его:

- Не трудись, я видела своими глазами, как ты тосковал и ждал. Пропусти, я пойду за раскладушкой.

Она лежала в темноте и про себя тихо улыбалась. Её нисколько не задела измена мужа, она даже рада была, что так все обернулось. Теперь она на законном основании может уйти к матери и оставить неверного супруга, ничего ему не объясняя и ни в чем не признаваясь. Роза проснулась среди ночи, почувствовав чье-то присутствие рядом. Муж сидел на полу рядом с раскладушкой, на которой она спала, и молчал.

- Тебе чего? - встревоженно спросила она.

- Скажи, ты серьезно насчет развода сказала?

- Серьезно, серьезнее не бывает. Иди, ложись и спи! Дай мне отдохнуть с дороги, я очень устала.

- Роза, я тебя предупреждаю: развода я тебе не дам и к матери не отпущу. Не хочешь по-хорошему жить, получишь по-плохому!

- Ты мне угрожаешь?

- Нет, я тебя предупреждаю. Ты меня знаешь: я своим ни с кем не делюсь.

- Я тоже не собираюсь делить тебя с другой. Я тебя уступаю ей. Ты видишь, я не устраиваю скандала, не царапаю тебе и твоей подруге физиономию, я просто ухожу от тебя, освобождаю сопернице дорогу. Прошу тебя, иди спать и дай мне поспать тоже! Дождись утра. Недаром говорят: утро вечера мудренее. Утром на свежую голову спокойно поговорим.

- Вот это твое спокойствие меня все больше убеждает в том, что я рогат. Признавайся, что у тебя было в санатории?

- Время было! Время осмыслить свою жизнь с тобой и понять, что мы давно друг другу стали чужими. Из-за тебя я стала инвалидом, не способной родить ребенка. Или ты забыл, как убил нашего мальчика? Тебе нужен продолжатель рода, а я не способна тебе его дать. Не мучь меня, пожалуйста, этим ненужным разговором! Я все решила окончательно. Если ты сейчас не уйдешь, я встану, оденусь и посреди ночи уйду к матери.

Муж встал и понуро побрел с кухни. Утром, уходя на работу, он ее попросил:

- Роза, подумай еще раз обо всем. Я согласен жить с тобой без детей.

- Это ты сейчас согласен. А пройдет несколько лет, тебе захочется полной семьи, и ты уйдешь сам. А я останусь одна у разбитого корыта. Мне легче уйти сейчас, чтобы не жить в постоянном страхе и ожидании твоего ухода. Давай простимся по-хорошему.

Когда Роза появилась с вещами на пороге отчего дома, мать всполошилась:

- Роза, что случилось? Вы поссорились?

- Нет, мама, мы не ссорились, я просто ушла от мужа и больше к нему не вернусь. Примешь меня?

- Куда же я денусь? Это и твой дом. Что у тебя все же случилось?

И Роза рассказала, как вернувшись домой, она застала в квартире постороннюю женщину и о принятом решении начать новую жизнь. Мать поохала, но отнеслась относительно спокойно к случившемуся:

- Наверно, дочка, ты поступила правильно. Нужно было уйти сразу после того, как он поднял на тебя руку. Что ж, обустраивайся. Верю, Господь не оставит тебя, и ты еще встретишь хорошего человека.

- А я уже его встретила. Не знаю, что будет дальше и сложится ли у нас с ним что-нибудь путное, но я благодарна судьбе за встречу с ним.

И она рассказала матери о своих отношениях с Сашей все, без утайки. Мать слушала и горестно качала головой. Она не верила в серьезность курортного романа, но не стала ничего говорить дочери о своих сомнениях. Так Роза начала новую жизнь.

Каждый день она заходила на главпочтамт, чтобы узнать, не пришло ли ей письма. И когда Роза уже отчаялась получить желанную весточку, пришло объемное письмо от Саши. Он писал, что задержался с ответом, потому что занимался оформлением для нее вызова, но пока ничего не получилось. Им нужно расписаться, чтобы она могла приехать к нему на законных основаниях. А это сделать можно будет только тогда, когда ему дадут очередной отпуск. Случится же это не раньше следующего лета. Он писал о том, что ему без нее невыносимо одиноко, что ему хочется все послать куда подальше, комиссоваться и приехать к ней, не дожидаясь лета. Она читала и перечитывала письмо, пытаясь между строк понять, какие чувства он испытывал в момент написания письма. Известие, что их встреча откладывается почти на год, повергло ее в тихое отчаяние. Она здесь же на почте села писать ему ответ, который получился пространным и сумбурным. В письме она излила всю тоску разлуки с ним и ожидания встречи: надежда в нем перемежалась с отчаянием и снова сменялась надеждой. Не преминула Роза сообщить, что ушла от мужа, подала на развод и живет теперь у мамы. В конце она просила его, если есть такая возможность, непременно оставить службу и приехать к ней, как можно скорее, пока она не зачахла от любви и отчаяния. Когда она опускала письмо в почтовый ящик, у нее неожиданно потемнело в глазах, и она упала бы, если бы ее не подхватил рядом стоявший мужчина. Последнее, что слышала Роза, был крик:

- Женщине плохо, вызовите скорую!

Очнулась Роза от резкого запаха нашатырного спирта и легкого похлопывания по щеке:

- Ну, ну же, приходите в себя! С вами это часто бывает?

Она лежала на жесткой скамье, а над ней склонился врач в белом халате.

- Где я, что со мной? - попыталась она приподняться, но врач остановил ее.

- Вы на почте. Лежите, я сейчас вам измерю давление. Вы давно были у гинеколога?

- Я месяц тому назад приехала из санатория, где лечилась от бесплодия, и после этого у врача еще не была.

- Похоже, пролечились удачно. Покажитесь специалисту. Думаю, что вы беременны, но я могу и ошибиться. В любом случае квалифицированная консультация вам не помешает.

Роза шла домой, как в тумане: "Неужели, действительно, я беременна? Боже, какое счастье! Нужно написать Саше!" И тут же трезво останавливала свои восторги: "Нет, нужно сначала все узнать наверняка. Завтра же запишусь на прием к гинекологу". Мать, взглянув на Розу, спросила:

- Ты что это вся сияешь? Случилось что или, может, твой прислал весточку? И почему ты так припозднилась с работы?

- Прислал, мама, прислал! Я ему сразу на почте и ответ написала. А потом на радостях потеряла сознание, даже скорую вызывали. Но сейчас все хорошо, не волнуйся!

- Ох, доченька, с этим не шути. Надо показаться врачу. С чего бы тебе в обмороки падать? А ты, дочка, часом не тяжелая?

- Не знаю, мама. Врач со скорой сказал, что похоже. Боюсь надеяться, вдруг это все обман? А как бы мне хотелось родить ребеночка от Саши! Мама, я так его люблю, что самой страшно!

- Видать, Бог услышал мои молитвы и послал тебе хорошего мужичка. А уж дитя - это подарок судьбы! Хоть бы все в твоей жизни сладилось, наконец! Ты теперь поторопись со своим иродом развестись. Когда у вас суд?

- Да, мы с ним решили через ЗАГС развестись. У нас ведь нет детей. Только бы он не передумал!

На другой день врач гинеколог подтвердила беременность Розы, но сказала, что нужно непременно постоянно наблюдаться и соблюдать осторожность. И началась для Розы особая пора жизни, когда все ее мысли были направлены на новую зародившуюся в ней жизнь. С мужем она развелась и вычеркнула прожитые с ним годы легко, будто никогда их и не было. Она о нем не вспоминала, потому что вся была до краев наполнена ожиданием близких перемен. Саша, узнав о беременности, прислал ликующее письмо, полное слов любви и нежности. Он рвался к ней, но его со службы не отпускали, и встреча их отодвигалась на неопределенный срок. Но Роза верила ему и терпеливо ждала. Зато мать очень огорчалась, видя растущий живот дочери. Ее волновали возможные пересуды соседей и все откладывающийся приезд Саши. Но она своей тревоги дочери не показывала, чтобы не волновать лишний раз. Роза родила здорового крепкого мальчика пятнадцатого февраля на Сретение Господне, и мать увидела в этом добрый знак. Еще до появления ребенка на свет мальчика решили назвать Александром, как и его отца, а девочку Александрой. Из роддома Розу встречали мать и Саша, который все-таки выпросился во внеочередной отпуск по случаю рождения сына. Передавая ему драгоценный сверток с первенцем, Роза сказала:

- Вручаю тебе наш подарок судьбы! Береги его!

А он, сияя счастливой улыбкой, радостно принял сына и, обняв Розу за плечи свободной рукой, повел ее к ожидавшему такси.

Они до Сашиного отъезда расписались в ЗАГСе, и скромно отметили это событие в узком домашнем кругу. Через месяц Саша прислал вызов, и Роза вместе с сыном и матерью выехала к нему. Она делила с ним все тяготы нелегкого военного быта, ни на что не роптала и не жаловалась. И Саша, наверно, впервые отчетливо понял, как важно для военного человека иметь надежный тыл в виде верной и любящей жены. Возвращаясь из долгой командировки на "точку", он всегда говорил Розе:

- Ты мой главный подарок судьбы! Как бы я жил без тебя и Сашки?

А она в ответ счастливо смеялась и повторяла в ответ всегда одно и то же:

- Это ты мой главный подарок судьбы и не спорь! Я очень тебя люблю!


05.01.2011


11