# В Бильмарильском лесу водятся привидения...

Григорий Александрович Бученков

В Бильмарильском лесу водятся привидения...


В Бильмарильском лесу водятся привидения... Слухи об этом расползлись по округе подобно пожару и мигом заразили беседы деревенских сплетниц и сувошниц. Впрочем, никто из них толком и не мог объяснить, откуда сея молва пошла, и где починается ее исток.

Одни говорили, что во всем виноват местный маг Салводар. Он якобы проводил в Бильмарильском лесу сложный магический ритуал, но что-то напутал с заклинаниями и всю округу заполонили призраки. Другие утверждали, что приведения завелись в лесу после того, как там обосновалась некая мистическая сущность из мира теней. Наконец, третьи связывали появление призраков с проделками лесных эльфов, кикимор, фей и прочей магической нелюди.

- От этой лесной нечисти доброму человеку ничего хорошего ждать не приходится, - говорила старушка Довгобуш.

- Да-да, - вторила ей бабка Софья, - аккурат год назад они и амбар моему зятю спалили.

- Да то он сам, спьяну фонарь в сено уронил.

- Нет, какой там! - замахала руками бабка Софья. - Точно тебе говорю, нечисть лесная потрудилась! А теперь, вот, у них - новая шутка. Призраки!..

- И как теперича детей по грибы, да по ягоды в лес отпускать? - вздохнула бабушка Довгобуш.

- Что детей! Туда и мужики-то теперь ходить боятся! Авось, обступят призраки лесные, да уволокут к себе в логово. А потом - поминай как звали!..

Так рассуждали люди... По большей части все это были, конечно, байки да небылицы. Хотя порой и в самой сказочной байке можно отыскать щепотку истины...

История эта началась в один из тех знойных летних деньков, когда страда была в самом разгаре. Большинство крестьян еще засветло выехали в поле. В деревне остались лишь старики да детишки.

Багровый гигант Адаманис медленно подбирался к зениту, когда на крыльце дома крестьянина Антипа показался его младший сын Ивашка. Это был стройный голубоглазый мальчуган десяти лет от роду, одетый в сизую холщовую рубаху, подпоясанную тоненьким льняным шнурком. В руках он держал надкусанный ломоть хлеба.

Приближалось самое пекло! Солнце парило так, что даже в тени, под козырьком, ощущалось его жаркое дыхание. Ивашка втянул в себя сухой предполуденный воздух, в котором слились воедино запахи свежескошенного сена, полыни и коровьего навоза...

Подул легкий ветерок, и в саду зашелестели кроны яблонь. Над бугристой поверхностью проселочной дороги, покрытой толстым слоем засохшей, потрескавшейся грязи, заплясали язычки пыли.

Щурясь от яркого солнечного света, мальчик окинул взглядом окрестности. Родная деревня казалась вялой и безжизненной. Все вокруг погрузилось в вязкую предобеденную дремоту.

Вдруг Ивашка заметил неподалеку какое-то мельтешение. В корнях долговязого тополя, раскинувшегося метрах в десяти от дороги, копошились соседские ребятишки. Это были Андрей и Аннушка Гурьевы.

Андрей - низкий, худой парнишка с темными, кудрявыми, как баранья шерсть, волосами, в прошлом месяце отпраздновал свои девятые по счету именины. Так что они с Ивашкой были почти ровесники.

Аннушка была помладше. В конце лета ей должно было исполниться только четыре годика. Тем не менее она старалась ни в чем не отставать от своего старшего брата, а потому всюду ходила за ним хвостиком.

Будучи соседями, ребята часто проводили время вместе. Вместе пасли гусей, вместе ходили на речку, а зимой - вместе катались на дощечках с медвежьего косогора...

Ивашка спустился с крыльца, отворил калитку и вышел на улицу. Он перемахнул через две глубокие колеи, рассекавшие поверхность проселочной дороги, и подошел к Андрейке и Аннушке. Брат с сестрой сидели неподвижно, уставившись на огромного волосатого жука, медленно ползущего по стволу дерева.

- Здорово, ребята! - окликнул их Ивашка.

- О, привет! - отозвался Андрей.

- Чего это вы тут делаете?

- Видал, какой! - воскликнула Аннушка, тыча пальцем в насекомое.

- Подумаешь, - хмыкнул Ивашка, - я таких тыщу раз видел! Пойдемте лучше на речку!

- Не-е-е, - ответил Андрейка, - нам матушка не велела сегодня из деревни уходить.

- А что так?!

- Говорит, этой ночью - полнолуние! А потому, сегодня - черти по земле гулять будут!

- Тю-ю-ю, - усмехнулся Ивашка. - Это все сказочки для маленьких детишек! Вы что маленькие?

- Никакие мы не маленькие! - возмутился Андрей.

- А вот и маленькие! Мелкота пузатая! - засмеялся Ваня.

- Сам ты мелкота! - Андрейка вскочил на ноги и крепко сжал кулаки.

- Мы не маленькие, - поддержала брата Аннушка.

- Раз не маленькие, то пойдем на речку! Взрослые - детских страшилок не боятся!

- А как же матушка? - спросил Андрейка. В его голосе чувствовалось неуверенность.

- Не боись! - махнул рукой Ивашка. - Мы до заката вернемся. Твоя мать ничего не заподозрит.

На том и порешили. Андрей сбегал в дом, завернул в тряпочку краюху ржаного хлеба и пару яблок, после чего вышел во двор.

- Ну что, готов? - спросил его Ивашка.

- Да.

- Тогда пошли.

Андрейка взял сестру за руку и ребята вышли за околицу. Они прошли пару верст по дороге, потом свернули в поле и через несколько минут оказались на берегу небольшой речушки.

Речка та была совсем мелкая. Даже в самых глубоких местах вода едва доходила взрослому человеку до пояса. Поэтому родители не боялись отпускать сюда даже самых маленьких ребятишек.

Места здесь были, живописные. Вдоль левого берега реки тянулись пахотные поля, засеянные пшеницей и овсом. А на противоположном берегу - вздымался широкополыми маковками сосен Бильмарильский лес.

Речка делала здесь небольшую излучину, в центре которой возвышался холм. На вершине того холма рос ветвистый дуб-роговец. В древние времена люди вырезали у его основания пять рунных символов. Однако никто из деревенских не помнил, что они означают. Пожалуй, только маг Салводар ведал истинный смысл этих древних знаков, но он предпочитал держать такого рода знания при себе.

Летом берега речушки кишмя кишели сельской детворой. Сюда приходили детишки со всех окрестных деревень. Малыши плескались в тихих заводях, строили на берегу замки из песка. Ребята постарше - удили в омутах рыбу. Повсюду слышались детские крики, визги и смех.

Но в этот раз все было иначе. Берега речки совсем обезлюдели. В тихих заводях плавали дикие утки, а на песке лежал толстый слой ила. Это шумное и людное в обычное время место, казалось теперь совсем заброшенным, словно уже сотни лет сюда не ступала нога человека.

- А где все? - спросила Аннушка у брата.

- Не знаю..., - ответил Андрей. - Чую - не к добру все это!

- Да не боись, - усмехнулся Ивашка. - Может, в Семеновском сегодня ярмарка?.. О, смотри, дедушка какой-то сидит! Хочешь, пойди и у него все разузнай.

Андрейка посмотрел в ту сторону, куда показывал Ваня, и действительно заметил сгорбленную фигуру старичка. Он сидел у самого берега под развесистой липой и удил рыбу.

- Ты знаешь кто это? - спросил Андрей. - Я его здесь никогда прежде не видел.

- Наверное, с Покровки пришел, - пожал плечами Ивашка.

- Она же в двух днях пути отсюда, - усомнился Андрейка.

- Ну а мне почем знать?! Может, и не с Покровки. В общем надоел ты мне со своими расспросами! Пойдем лучше купаться!

Ивашка сбросил с себя холщовую рубашку и опрометью помчался к реке. Он со всего разбега врезался в воду. В воздух взметнулся столб серебристых брызг. Из камышей, неистово крякая, вспорхнула стайка пугливых селезней.

- Ах ты, хулиган! - закричал на Ивашку старичок. - Ты же мне всю рыбу распугаешь!

Но Ивашка сделал вид, что не слышит, погрузился с головой в воду и поплыл к центру реки. За него ответил Андрейка:

- Простите, отче! Мой друг Вас не заметил...

- Да ладно, ничего! - смягчился старикашка. - В ваших краях рыбу и сладким калачом не выманишь! Уже час сижу и ни одной поклевки!

- Просто речка у нас мелкая, - ответил Андрей, - а потому рыба лишь в особых местах водится.

- Да ну? - удивился старичок. - А не подскажешь, где такое место можно найти?

- Отчего же не подсказать, - улыбнулся Андрейка. - Вон, чуть ниже по течению, аккурат за излучиной, будет омут. Наши деревенские ребята всегда там рыбу ловят.

- Хм, ну спасибо тебе, мил человек. Может, хоть там чего-нибудь поймаю. А то негоже после рыбалки с пустыми руками домой возвращаться. Примета - плохая!

Старик подтянул к себе удочку, снял с крючка наживку и принялся сматывать леску.

- А знаешь, что, юноша, за твою доброту я, пожалуй, открою тебе один секрет - сказал старик и хитро прищурился. - Подойди-ка ко мне поближе...

Во взгляде старичка было что-то загадочное, что-то необычное... Ни с того ни с сего Андрейку охватило жуткое любопытство...

- Эй! Чего вы ждете?! Залезайте скорее в воду! - крикнул друзьям Ивашка, доплыв до середины реки. - Водица - во! - он поднял над головой кулак с оттопыренным большим пальцем.

- Сейчас! - отмахнулся от него Андрейка и направился к старичку.

Аннушка хотела было последовать за братом, но тот резко обернулся и сказал:

- Анюта, поиграй пока в песочке. Я сейчас вернусь, и мы вместе пойдем купаться. Хорошо?

- Хорошо, - ответила Аннушка, присела на травку и принялась рыться в густой илистой жиже, под которой скрывался речной песок.

К тому времени, как Андрей добрался до старичка, тот уже собрал все свои снасти и был готов к переходу на новое место.

- Пойдем, покажешь мне, где этот ваш омут, - предложил старичок, - а по дороге я тебе расскажу одну историю.

Андрейка не стал спорить и первым поднялся на косогор, отыскивая взглядом узкую, неприметную тропинку, протоптанную местными рыбаками. Дед последовал за ним.

- Знаешь, внучек, в стародавние времена, когда я был еще совсем юным, мне довелось участвовать в одной битве. Проходила она здесь, неподалеку...

- Битва? Настоящая?! - удивился мальчик.

- А какая же? - усмехнулся старичок. - В наши края пришел клан северных орков. Они разоряли города и села, жгли посевы, угоняли людей в полон. Королю ничего не оставалось, как созвать фирд.

- Фирд? - переспросил Андрейка.

- Да, - кивнул дед, - так в древние времена называли земское ополчение.

- А-а-а, - протянул мальчик.

- Так вот, - продолжал свой рассказ старик, - На призыв короля откликнулась вся страна. В каждом городе и в каждой деревне был объявлен воинский набор. Мне тогда едва исполнилось шестнадцать. Отец с матерью не хотели меня отпускать. Но воевода сказал, что ему нужны все, кто способен держать в руках оружие. Так я и оказался в фирде.

- И вам выдали настоящие железные мечи? - восторженно спросил Андрейка.

- Что?.. Мечи?.. А, не-е-ет, - улыбнулся дедушка. - Такое оружие было только у латников короля. Да и то не у всех. А мы - вооружились кто чем мог. У кого рогатина, у кого топор, а у кого и обычная дубинка!

Андрей был явно разочарован ответом старика. Он-то представлял себе всех солдат эдакими закованными в металлические доспехи витязями, с огромными железными мечами и прочными щитами. По крайней мере, именно о таких воинах пелось в древних сказаниях. А из слов деда выходило, что большинство солдат почти ничем не отличалось от обычных крестьян...

Старичок тем временем продолжал свой рассказ: - Ну так вот, пришли мы, значит, на поле боя, построились. В центре войска стоит наш фирд, за спинами - королевские лучники и арбалетчики, а по флангам - конница царская доспехами блещет! Вдруг смотрю я - небо на горизонте, словно тучами заволокло. Дождь, думаю, собирается! Ан, нет! То не тучи оказывается были, а облака черной, как смоль, пыли...


...Идут на нас чудища трехметровые, рожи перекошенные, изо рта клыки торчат, как у кабана, а ручища, словно медвежьи лапы, коня задушить могут.

- Это были орки, - догадался Андрейка.

- Да, внучек. Они самые...

Старичок все говорил и говорил, а мальчик все слушал и слушал. Они уже давно обогнули холм и подошли к омуту, в котором местные обычно ловили рыбу. Однако дед и не думал закругляться.

- В тот день орки опрокинули наш фирд, - продолжал он, - и уже было добрались до лучников. Но стремительный фланговый удар королевской кавалерии переломил ход битвы. Орки дрогнули и пустились в бегство!

- Вы их всех убили? - спросил Андрейка.

- Не думаю, - усмехнулся старичок, - ни у кого из нас не осталось сил на длительное преследование. Вероятно, многие из них сумели спрятаться в окрестных лесах, а под покровом ночи уйти к себе - на север...

Старик на мгновение задумался...

- Много хороших людей погибло в тот день, - молвил он после небольшой паузы. - Среди них был и знаменитый витязь Милонег. Он возглавил атаку королевской конницы и сокрушил оборону орков на правом фланге. Своим магическим клинком Милонег раскроил череп вождю орочьего клана Огрон-гдуну, но в то же время пропустил удар отравленным кинжалом от одной из его бестий. После боя король приказал отправить к Милонегу самых лучших целителей, но яд оказался слишком силен. Витязь скончался...

- Как жаль! - Андрейка так проникся историей старца, что едва не заплакал.

- Да-а-а, - согласился дед. - Миланега похоронили здесь - на вершине холма, под старым дубом. Вместе с ним закопали и его магический меч. Говорят, что тот, кто достанет из земли клинок легендарного Меланега, станет великим воином!

- Эх, вот, бы мне этот меч, - вздохнул Андрейка.

Старичок хитро прищурился.

- Светозарный.

- Что? - переспросил мальчик.

- Светозарный, - повторил дед. - У каждого магического меча есть свое имя! Клинок Миланега носил имя "Светозарный"... А достать его не так уж и сложно, если знать один маленький секретик.

- Секретик? - удивился Андрейка.

- Да секретик, - улыбнулся старичок. - Видишь ли, когда Миланега хоронили, на его могилу наложили одно очень древнее и очень могущественное заклятие. По легенде снять его сможет только тот, кому судьбой уготовано стать величайшим воителем, под стать самому Миланегу!

- Ах, судьбой, - в голосе мальчика читалось разочарование.

- Не спеши сдаваться, друг мой! - успокоил его старец. - Каждый из нас сам вершит свою судьбу!

- Правда? - встрепенулся Андрейка. - То есть я могу быть тем самым?..

- Можешь. Но чтобы получить Светозарный, тебе все равно придется снять заклятие.

- Но как же это сделать?! - воскликнул мальчик.

- Есть тут одна хитрость... - расплылся в улыбке старичок. - Заклинание существует не само по себе. Оно начертано на стволе дуба, под которым похоронен Меланег. Если магические символы стереть, то заклятие рассеется. Тогда можно будет раскопать могилу Меланега и достать Светозарный!

- Так просто? - удивился Андрейка.

- Есть еще кое-что, - старичок запустил свою костлявую руку за пазуху и через секунду извлек оттуда небольшой розовый камешек, с заостренными по бокам краями. - Это магический камень сердолик, - сказал дедушка. - Только он способен стереть волшебные руны, охраняющие могилу Миланега.

Андрейка взглянул на камень. Поверхность его была покрыта тонкой паутинкой серебристых трещинок и морщинок. А внутри - мерцала и пузырилась густая лава.

- Я бы мог дать его тебе, - улыбнулся старичок.

- Правда?

- Конечно. Но только, если поклянешься использовать Светозарный в благих целях! Не творить зла, защищать слабых и обездоленных, отстаивать идеалы добра и справедливости! Клянешься?

- Клянусь! - торжественно ответил мальчик.

- Вот и ладушки!

Старик сунул Андрею сердолик, а сам присел на травку и принялся разматывать удочку.

- Ну, и что ты застыл, как лось на водопое?

- А!? - вздрогнул Андрейка.

- Беги скорее на холм! Тебя ждет судьба великого воина!

- Ах, да! Спасибо, дедушка!

Не веря своему счастью, Андрейка помчался по узкой, извилистой тропинке обратно к заводи.


Ивашка вдоволь наплавался, вылез из воды и присел на травку, чтобы погреться и обсохнуть. Неподалеку возилась Аннушка. Она лепила из песка и ила куличики.

Солнце палило яростно. Казалось, будто Багровый гигант решил высушить и выжечь всю округу, превратив некогда цветущий край в безжизненную пустыню. Однако смуглая кожа Ивашки доблестно принимала "удар", на глазах покрываясь ровным пунцовым загаром.

- О, - Ваня заметил приближающегося Андрея. - Где тебя черти носят?!

- Фу ты, сплюнь! - замахал руками Андрейка. - Смотри лучше, что мне старичок тот подарил!

Он достал из кармана сердолик и показал другу.

- Ух, ты! - восхищенно воскликнул Ивашка. - Какой красивый!

- Это волшебный камень, - принялся объяснять Андрейка. - Сердолик называется. С его помощью можно снять заклятие с могилы древнего героя Меланега и получить магический меч Светозарный.

- Чего? - недоуменно спросил Ивашка. - Я что-то ни черта не понял!

- Ладно, долго объяснять! Пойдем лучше на вершину холма. Сам все и увидишь!

В глазах Андрейки плясали дьявольские огоньки, словно внутри него поселился маленький огненный демон.

- А как же твоя сестра?

- Аннушка? А что с ней?

- Ну, надо, наверное, взять ее с собой.

- Ай, да мы быстро! Туда и обратно. Ничего с ней за это время не случится.

Ивашка никогда еще не видел друга таким возбужденным. Андрейку будто подменили. Обычно тихий и нерешительный мальчик, ни с того ни с сего превратился в фурию, в боевого фавна! Казалось, он сейчас взорвется от переполняющих его эмоций.

- Ну, ладно. Как знаешь, - пожал плечами Ивашка. - Пошли.

Ребята полезли на холм. Сначала склон был пологим. Андрейка шел впереди, яростно продираясь сквозь высокие заросли молодого бурьяна.

- Ай, жжется! - вскрикнул Ивашка, острекавшись о побег крапивы.

Но Андрейка даже ухом не повел. Он, как одержимый, пробирался все глубже и глубже в зелень, ломая и разбрасывая по сторонам жирные водянистые стебли рослых лопухов.

Наконец, заросли кончились. Впереди высился песчаный косогор. Андрей попытался на него вскарабкаться, но ничего не вышло. Земля под его ногами осыпалась, и он с небольшой кучкой песка сполз вниз.

- Проклятье! - выругался мальчик.

- Давай, обойдем, - предложил Ивашка.

Ребята направились вдоль склона, подыскивая удобное место для подъема. Вскоре они наткнулись на небольшой обвал. По нему, цепляясь за каменные выступы и пучки жухлой полевой травы, мальчики без особого труда вспорхнули на самую вершину.

С холма открывался потрясающий вид на окрестности. У друзей на мгновение даже перехватило дух. До того восхитительным было это зрелище!

Впереди, насколько хватало глаз, плескалось золотистое море пшеницы. Ветер гулял по нему волнами, наполняя округу тонким, едва уловимым, звоном спелых колосьев.

Высокое голубое небо распушило во все стороны перья молочно-белых облаков и, словно охваченный любовным пламенем павлин, застыло над горизонтом.

Вдалеке, на другом конце пшеничного поля, копошились крохотные фигурки крестьян. Они срезали хлебные колоски длинными железными серпами, а потом вязали их в снопы и относили в клуни. Там свежескошенная пшеница и хранилась вплоть до наступления поры молотьбы.

- И чего это мы раньше сюда не поднимались? - мечтательно протянул Ивашка.

- Понятия не имею, - сухо ответил Андрей.

- О, смотри! - воскликнул Ваня. - Там мы только что были!

С вершины холма и без того небольшая речушка казалась совсем крошечной. Создавалось впечатление, будто это и не речка вовсе, а тоненький ручеек, чудом вклинившийся в пространство между полем и лесом.

- А вон, и Аннушка! - Ивашка показал пальцем на едва заметную фигурку.

- Ага, - откуда-то издалека отозвался Андрейка.

Мальчики подошли к дубу и принялись внимательно его осматривать.

Дерево было невысоким. Если какой-нибудь богатый купец вдруг вознамерился бы поставить свой терем рядом с этим дубом, то купеческие ребятишки, высунувшись из окон второго этажа, смогли бы обрывать желуди с самой его верхушки.

Ствол дерева, пухлый и приземистый, уже через пару метров распадался на три кривых отростка, каждый из которых венчался жиденьким пучком желтоватой листвы. Казалось, что в какой-то момент дуб вообще принял решение не расти больше вверх и сосредоточился на развитии своей корневой системы.

Зато здесь ему действительно было чем похвастаться. Из земли, куда ни глянь, повсюду торчали толстые древесные корни, похожие на щупальца гигантского осьминога. Казалось, дуб опутал ими весь холм.

- Ну, что там? - спросил Ивашка.

- Пока ничего не вижу! - ответил Андрей.

- А что ты вообще ищешь?

- Старичок сказал, что у основания дерева должны быть вырезаны магические руны.

- Хм, может их мхом затянуло? - предположил Ваня.

- Не знаю... - признался Андрейка.

Ребята обошли дерево со всех сторон, но волшебных символов так и не нашли.

- Эх, - вздохнул Андрей и присел на выступающий из земли дубовый корень, - видно не судьба мне быть великим воином.

- Скажешь тоже, - усмехнулся Ивашка, - Во-о-о-ойном!.. А, дай еще раз на камешек посмотреть.

- Да на, забирай! - Андрейка достал из-за пазухи сердолик и отдал другу. - Толку от него теперь, как от козла молока... Видать, обманул меня старичок. Нет здесь магических рун. И меча, наверное, тоже никакого нет.

- О, смотри! - воскликнул Ивашка. - Тут все такое красное!

Он приложил камень к правому глазу и смотрел сквозь него на раскинувшееся вдалеке поле.

- А ну-ка, погоди! - Андрей вскочил на ноги и вырвал камень из рук друга.

- Э-э-э! - возмутился Ивашка.

Но Андрейка не обратил на его протест никакого внимания. Он поднес сердолик к глазам и с удвоенной энергией стал заново осматривать дуб.

- Вот, они! - воскликнул он через минуту. - Я их нашел!

- Кого нашел?

- Символы! Магические руны!

- Дай посмотреть!

- Вот! - Андрейка передал сердолик другу, - Здесь внизу, аккурат над большим корнем.

И действительно, поднеся к глазам волшебный камень, Ивашка заметил мягкое пурпурное свечение, исходившее от нескольких десятков каракулей, вырезанных на стволе дуба.

- Видишь?! - Андрей аж покраснел от возбуждения.

- Ага, - ответил Ваня. - Красивые... И что теперь?

- Нужно их стереть!

- Ты уверен?

- Старичок сказал, что только так мы сможем добыть волшебный меч!

Андрейка взял в руки сердолик и медленно провел заостренным краешком по тому месту, где были начертаны волшебные руны. Оставленная на дубовой коре царапина вспыхнула ярко-красным магическим светом.

Андрей сделал так еще раз, потом еще и еще... Дуб зловеще заскрежетал. Земля под ногами глухо запульсировала.

- Стой! Подожди! - закричал Ивашка.

Но Андрея уже было не остановить. Он яростно кромсал древесную кору, не обращая внимание на происходящее вокруг.

Тем временем небо над холмом побагровело. Засвистел ветер. Могучие дубовые корни, словно гигантские змеи, повыползали из земли и стали кружиться вокруг дерева, разбрасывая в разные стороны комья слежавшейся глины.

Неведомая сила ухватила Ивашку за ногу и потащила вниз. Но мальчик успел схватиться за подвернувшуюся под руку ветку и сохранил равновесие.

Хватит! - завопил он. - Остановись! Мы же сейчас погибнем!..

Внезапно все стихло. Небо прояснилось, дуб перестал зловеще скрежетать, а корни, мгновение назад кружившиеся в дикой колдовской пляске, поникли и зарылись обратно в землю.

- Что это сейчас было? - Андрейка поднял глаза на друга. В его взгляде читались растерянность и смятение.

- Что было?! - вспылил Ваня. - Да мы тут чуть не сдохли!

- Правда?! Я что-то ничего не помню.

- То есть как не помнишь?! - удивился Ивашка.

- Ну, мы шли на речку, потом ты побежал купаться, а мы с Аннушкой пошли за тобой... Стоп! А где Аннушка?

- Подожди - подожди! А старичок? Ты помнишь старичка?!

- Какого старичка? - Андрейка уставился на друга непонимающими глазами.

- Да ты что шутишь?! - закричал Ивашка. - А как же магический меч? Как его... это... Светозарный! А?

- Какой меч, Ваня!? Где моя сестра?!

- А сердолик?! Ну, волшебный камень! Помнишь? - Ивашка схватил друга за руку.

Андрейка разжал кулак. Но в нем ничего не оказалось кроме небольшой кучки красноватого песка.

- Где Аннушка? - повторил свой вопрос Андрей.

- Мы оставили ее возле речки, - вздохнул Ивашка.

- Одну?! - удивился Андрейка. - Да как же так? Меня же мать убьет!

Мальчик сорвался с места и побежал вниз по склону. Ивашка хотел было последовать за ним, но неожиданно его внимание привлек странный блеск. Неподалеку, под толстым дубовым корнем, что-то лежало. Он подошел поближе и увидел старый ржавый кинжал.

"Вот тебе и волшебный меч Светозарный", - подумал он разочарованно. Но находку подобрал.


Когда ребята спустились к реке, солнце уже клонилось к закату. Тени от деревьев стали длиннее, а в воздухе появились первые комары.

На том месте, где ребята оставили Аннушку, красовалось несколько десятков песчаных куличиков, но самой девочки поблизости не было.

- Аннушка-а-а! - позвал сестру Андрейка.

Но ответа не последовало.

- Аннушка! - крикнул Ивашка, но девочка не отзывалась...

- Да где же она!? - воскликнул Андрей.

- Может, домой пошла? - предположил Ваня.

- Одна?! Да ты что?!

- Ну, не знаю...

- Аннушка-а-а-а! - что есть мочи заорал Андрейка.

- Эй, я здесь!

Кусты на другом берегу зашевелились и через мгновение из них высунулось румяное лицо девочки.

- Идите сюда! - крикнула она. - Я тут кое-что нашла!

- Что?! - удивился Андрейка. - Ты зачем туда полезла? Я же тебе сказал, ждать здесь!

Но девочка уже скрылась в зарослях и ребятам ничего не оставалось, как последовать за ней.

Они поднялись чуть выше по течению, туда, где речка становилась совсем мелкой, и перешли ее вброд. Затем вернулись к тому месту, где в последний раз видели Аннушку, и углубились в лес.

Бильмарильский лес был очень древним и густым. Тонкие рыжие лучики заходящего солнца, едва пробивались сквозь плотную сетку ветвей. Пахло сыростью и хвоей.

- Аннушка! - крикнул Андрейка, - Ау-у-у!

- Я ту-у-у-ут!

Среди деревьев мелькнуло белое платьице.

- Вот, негодница! - рассердился Андрей, - Все матери расскажу. Она-то тебе уши надерет!

Мальчики ускорили шаг и через пару минут вышли на небольшую лужайку. Окруженная плотным кольцом деревьев, она почти вся поросла высокой, с человеческий рост, осокой. Лишь с южной ее стороны остался небольшой клочок свободной от зарослей земли. Там-то и раскинул свои колючие побеги огромный малинник. Аннушка плясала вокруг него, собирая и кладя в рот крупные розовые ягоды.

- Ого! - воскликнул Ивашка и бросился к кусту. Андрей последовал за ним.

- Ты зачем сама убежала? - спросил он сестру, нахмурившись.

- Тут малинка! - ответила она, тыча пальцем в куст.

- И что?! Кто тебе разрешал уходить?! - прикрикнул Андрейка.

Аннушка ничего не ответила, лишь потупила взгляд и захлюпала носом, уже собираясь заплакать.

- Ладно, - смягчился брат, - Но больше так никогда не делай! Обещаешь?

Аннушка кивнула.

- Ну, вот и славно...

Девочка сразу же приободрилась и принялась собирать ягоды с удвоенной скоростью.

- Да ты, наверное, тут все уже слопала! - глядя на нее, усмехнулся Ивашка.

- Не-е-е! Тут еще много осталось! - ответила девочка.

Увлеченные сбором дикой малины, ребята даже не заметили, как наступил вечер, и на землю спустились сумерки. По лужайке пополз туман.

- Кстати, а что это у тебя на поясе? - спросил Андрейка. Он только сейчас заметил старый ржавый кинжал, который Ивашка подобрал на вершине холма.

- Я нашел его в корнях дуба после того, как ты убежал, - ответил Ваня, - видать, это и есть твой хваленый Светозарный!

- Чего? - переспросил Андрейка.

- Ну, магический меч! Тебе о нем старичок рассказал, а ты потом - мне.

- Не помню такого, - признался мальчик. - А дай посмотреть... - в глазах Андрейки вновь заплясали огоньки.

- На, держи, - Ивашка размотал шнурок, на котором держался кинжал, и передал оружие другу.

- Да-а-а... - многозначительно протянул Андрей, - как-то не похож он на магический меч! Обычная ржавая железяка... А знаешь, что, отдай его мне!

- С чего вдруг?! - усмехнулся Ваня.

- А я тебе, ну не знаю... саночки свои подарю! Помнишь ты хотел?

- Да не-е-е, - улыбнулся Ивашка и потянулся за кинжалом, но Андрей ловко отскочил в сторону.

- Слышь, не дури! - нахмурился Иван. - Отдай меч. Он мой. Я его нашел.

- Нет! - крикнул Андрейка. - Меч мой! Сам же говоришь, что, если бы не я, ты бы никогда о нем не узнал!

- Ах ты ж! - Ивашка бросился на Андрея с кулаками.

Внезапно вечернюю тишину прервал пронзительный детский крик.

- Аннушка! - Андрей бросил кинжал и поспешил на помощь сестре.

Девочка стояла совсем бледная и смотрела полными ужаса глазами куда-то вдаль. Там, на противоположной стороне лужайки в клубящейся дымке мелькнул темный силуэт.

- Ой, это кто?! - испуганно воскликнул Андрейка.

- Где?! - не понял Ивашка.

- Да вон, там!..

- Может, померещилось?

- Нет, не думаю, - ответил Андрей, - вон-вон, смотри!

Из тумана выплыла жуткая серая тень, в плаще и широкополой шляпе. Она плавно пересекла лужайку. Потом на мгновение - остановилась и посмотрела в сторону ребят.

Немой ужас охватил детей. Они застыли, как вкопанные, не смея шелохнуться, боясь даже дышать...

У призрака были две зловещие синие точки, вместо глаз, и огромный вороний клюв. А на месте ног клубилась тьма. Приведение постояло так с минуту, а затем скрылось в лесу.

Ребята бросились бежать. Они со скоростью испуганной лани преодолели расстояние от лужайки до речки. Ивашка хотел было сразу броситься в воду, но Аннушка не умела плавать, поэтому пришлось пробежать еще метров пятьдесят вверх по течению и перейти реку вброд.

После того, как дети выбрались из заколдованного леса, они позволили себе немного передохнуть, а потом снова побежали. И бежали так почти до самой деревни.

- Нам нужно срочно сообщить об этом Салводару, - сказал Ивашка. - Отец учил меня, что, если я когда-нибудь столкнусь с нечистой силой, нужно сразу же бежать к нему.

- Да, - согласился Андрейка. - Но он может сказать родителям. Меня тогда мать убьет!

- Другого выхода нет! - настаивал Ивашка. - Вдруг это привидение наложило на нас порчу?! Помнишь, как пристально оно на нас смотрело!

- Боже! Только не порча! Этого еще мне не хватало! - запричитал Андрейка.

- Не боись, - подбодрил друга Ваня, - Салводар нам поможет. Он ведь маг-хранитель! Он все знает!


***


День у друида младшего круга и по совместительству мага-хранитель деревни Сольково, Салводара, выдался не из легких. С утра он ходил в поле, чтобы благословить крестьян на сбор урожая. Потом пришло известие из Покровки. Тамошний маг Вицелий просил помощи в переговорах с болотной кикиморой. Пару дней назад она украла в деревне курицу, а накануне вечером напугала пастушка и увела козу.

Вицелий получил место деревенского мага всего полгода назад и еще не успел наладить отношения с представителями лесной братии. Пришлось Салводару седлать коня и ехать в Покровку...

Вицелий встретил его на окраине деревни и отвел на болота, где обитала кикимора. Оказалось, что она поссорилась с водяным и тот запретил ей ловить рыбу в своем пруду. Кикимора пыталась охотиться на кроликов, но у нее ничего не вышло и, чтобы не умереть с голоду, ей пришлось красть скот у крестьян.

Салводар пообещал поговорить с водяным по поводу его безответственного поведения, а пока попросил Вицелия выдать болотной жительнице силки для птицы и парочку капканов.

- На первое время этого тебе должно хватить, - сказал он кикиморе. - Если уж совсем оголодаешь, приходи ловить рыбу на речку. Но только ночью, чтобы не пугать окрестных ребятишек. Понятно?

Кикимора кивнула.

Из Покровки Салводар вернулся уже к вечеру. Он съел на ужин миску пшеничной каши с пареной репой, выпил стакан козьего молока и уже собирался зажечь лучинку, чтобы погрузиться в чтение второй части знаменитого трактата "Populus et vir magicae", как внезапно раздался стук в дверь.

- Эх, кого же это нелегкая принесла!? - буркнул друид.

На пороге стояли двое деревенских мальчишек: Ивашка, Антипов сын, и Андрейка Гурьев. Вид у них был испуганный.

- Вам чего? - спросил маг ребятишек.

- Э-э-э, Ваша Мудрость, - заговорил Ивашка, - тут такое дело... Мы были на речке...

- Одни на речке? - перебил его Салводар. - Разве Ваши родители не говорили вам, какой сегодня день?!

- Э-э-э... - мальчик замялся.

- Ладно, с этим мы потом разберемся. Так что там с вами стряслось?

- Мы нашли малинник, - сказал Ивашка, - в лесу, неподалеку от берега... Мы ели ягоды, и вдруг...

- Что вдруг?

- Приведение!

- Призрак?! В Бильмарильском лесу?! - удивился маг. - Он на вас напал?

- Нет, он просто, э-э-э, прошел мимо.

- Хм-м-м... - Салводар задумался. - А что это у тебя на поясе?

- Это? Меч! - гордо ответил мальчик.

- Меч? Правда? А откуда он у тебя?

Ну-у-у... - Ваня снова замялся.

- Я вижу, ты хочешь мне кое-что рассказать, - друид заглянул Ивашке прямо в глаза.

- Да, - признался мальчик, - еще до того, как пойти в лес, мы повстречали незнакомого старичка.

- Та-а-ак...

- Этот старичок попросил Андрейку показать, где местные ребятишки ловят рыбу. Андрей повел его к нижнему омуту, а через час вернулся сам не свой! Незнакомец подарил ему волшебный камень сердолик, красненький такой с огненными прожилками...

- Та-а-а-а-ак! - в голосе мага появились нотки тревоги. - И что же сказал тебе тот старичок? - обратился он к Андрейке.

- Не помню, - признался мальчик.

- То есть как? Совсем?! - не поверил друид.

- Как отрезало!

- Да-а-а-а, интересно фавны пляшут! - покачал головой Салводар. - И что же было дальше?

- Андрейка уломал меня подняться на Сольковский холм, - продолжал Ивашка. - Он говорил что-то про волшебный меч и магические руны. Я точно не помню... Потом он принялся резать сердоликом дерево, и все вокруг побагровело. Поднялся сильный ветер, а корни повылезали из земли и стали кружиться вокруг нас, как живые.

С каждым словом мальчика Салводар становился все мрачнее и задумчивей. Он нервно теребил пальцами конец своей длинной черной бороды и едва слышно бубнил что-то себе под нос.

- Через пару минут все кончилось, - добавил Ивашка. - Ветер стих, корни зарылись обратно в землю, Андрей все позабыл и побежал вниз к сестре.

- К сестре? С вами был еще кто-то? - удивился Салводар.

- Нет, - ответил Ивашка, - только мы трое: я, Андрейка и его сестра Аннушка.

- А где же она? - спросил маг.

Мальчики обернулись.

- Она? Она только что была здесь, - пробормотал Андрейка...

- Значит так, молодцы! - молвил Салводар тоном, не терпящим возражений. - Вы сейчас берете ноги в руки и дуете по домам, и до утра, чтобы нос на улицу не казали! Ясно?

- А как же моя сестра?! - спросил Андрейка.

- Я постараюсь ее отыскать! Но боюсь, ей уже не поможешь.

- То есть как? - удивился Андрей.

- А вот так! Наломали вы детишки дров!.. И еще одно - твой меч останется у меня.

- Э-э-э, - хотел было возразить Ивашка, но, оценив выражение лица Салводара, сразу же передумал и покорно отдал кинжал магу.

- Все, детишки, марш по домам!

Мальчики развернулись и, понурив головы, побрели в сторону деревни.

"Да-а-а! - подумал друид. - Не было печали... И что же это за старичок такой надоумил детей стереть магические обереги?"

Последний солнечный луч мигнул и скрылся за горизонтом. Ночь обещала быть теплой. Но Салводар все же накинул на плечи длинный шерстяной плащ с меховым капюшоном. Затем взял магический посох и вышел во двор.

Конь Орлик мирно похрапывал в стойле. За день он изрядно вымотался. Шуточное ли дело - нести тучного мага сперва до Покровки, а потом - обратно? Тут любая скотина устанет.

Не будь дело срочным, Салводар пожалел бы животинку и пошел пешком. Но теперь дорога была каждая минута. Поэтому маг, подавив в себе жалость, накинул на Орлика потник и седло, затянул подпруги и вывел коня со двора...

Ночь размазалась по небу, как гуталин по голенищу офицерского сапога. Высыпали яркие звезды. Салводар зажег магический огонек и стал подниматься на холм.

Тропинка, по которой он обычно ходил на вершину, заросла бурьяном. Но Салводар применил одно из своих друидских заклинаний, и трава расступилась. Через десять минут он уже стоял возле дуба и рассматривал глубокие порезы, оставленные на коре дерева заостренными краями сердоликового резца.

"Вот же несчастье! - подумал он. - Дуб-роговец и начертанные на нем волшебные знаки оберегали округу от воздействия темных сил. Ни один из служителей тьмы не смог бы даже близко подойти к столь мощному магическому оберегу, не говоря уже о том, чтобы стереть защитные руны, высеченные у его подножия. Но дети... Они ведь еще невинны, и их помыслы чисты... Да-а-а, об этом мы не подумали. - Салводар хлопнул себя ладонью по лбу. - Нужно срочно доложить о случившемся Магистру ордена! Ведь теперь вся наша "magicae defensionem" (система магической защиты от демонов) под угрозой!.. Но сперва, сперва сообщу Брагосу. Он должен об этом знать!" - маг повернулся и побежал в сторону леса, то и дело путаясь в длинных полах своего шерстяного плаща.


***


Теплая летняя ночь распахнула свои объятия, и Бильмарильский лес погрузился в темноту. Сочные вечерние краски померкли, уступив место оттенкам черного, серого и голубого. В тусклом свете звезд темные силуэты деревьев принимали форму мифических чудовищ и существ: огромных ящеров с четырьмя головами, пятируких гигантов-циклопов и исполинских пауков с корнями-щупальцами вместо лап.

Громкие дневные звуки смолкли. На их место пришли другие, едва слышные скрипы и шорохи, почти неразличимые сквозь монотонный шепот цикад.

Воздух, словно промокашка, пропитался прохладой и влагой. Широкая и бурная река дневных запахов распалась на сотни тысяч тонких ручейков, в каждом из которых плескался свой особенный и неповторимый аромат. Запахи хвои и древесной смолы, переплетаясь с сонным дыханием цветов и папоротников, струились вдоль узких лесных тропинок, пронизывая чащу насквозь. Но в самом сердце Бильмарильской рощи, где древние сосны-праматери, переплетаясь корнями и побегами, превращали лес в непроходимые дебри, в паутину лесных ароматов вдруг вплетался еще один, странный и необычный для этого места запах...

На опушке, в самом центре Бильмарильского леса, горел костер, над которым истекая сочным свиным жиром, шкворчал кабанчик. Легкий, едва заметный ветерок, разносил дым и смачный мясной дух по всей округе.

Рядом с костром лежал гладкий продолговатый камень, напоминавший своими очертаниями стол. Во главе этого импровизированного стола сидел Брагос - эльф-хранитель всех окрестных лесов.

Брагос был невысокого роста, тучный и бородатый, как гном. Длинные серебристые волосы доходили ему почти до пояса, но на макушке уже начинала проступать небольшая залысина. Глаза у Брагоса были разного цвета: один - зеленый, другой - голубой. А на левой щеке красовалась татуировка круга с высеченным в нем сектором (знак служителя богини земли и плодородия Ниры).

Когда-то Брагос был действительно красив. Однако он принадлежал к тому роду низших эльфов, чья красота и молодость со временем угасает. Нет, смерть от старости ему не грозила. Но, вот, вечная юность и изящество, присущие представителям высших рас, Брагосу и его соплеменникам были недоступны.

Компанию эльфу составляли трое. Первый - рыжеволосый фавн Молдрагор. Некогда он служил главным виночерпием при дворе великого лесного короля Ведушара. Но король погиб в схватке с виверной, и трон перешел к его старшему сыну. Вскоре старый виночерпий оказался не нужен новому правителю и был отправлен в отставку.

Молдрагор с Брагосом являлись старинными друзьями. Когда-то давно они вместе сопровождали короля в его путешествии к Северным столбам. Поэтому фавн с удовольствием принял приглашение Брагоса поселиться в Бильмарильском лесу и стать его ближайшим помощником и советником в делах управления окрестностями.

За столом напротив Молдрагора, в пузатой, дубовой лохани, до краев наполненной водой, сидел водяной. Имя у него, как и у большинства представителей его расы, было сложное и практически непроизносимое, поэтому все называли его Оуум.

Оуум жил в небольшом пруду, неподалеку от деревни Покровка. Когда-то очень давно на месте этого пруда было целое лесное озеро. Но потом на его берегах обосновались люди, стали рыть колодцы, строить плотины на реках, и вода ушла. Теперь большая часть древнего озера превратилась в трясину, на которой поселились болотники и кикиморы.

С виду водяной напоминал толстого банщика. Только кожа у него была синяя и холодная, как у утопленника. Оуум развалился в просторной лохани, высунув наружу непропорционально длинные лягушачьи лапки, и, озабоченно шевеля тонкими, как у речного сома, усами, смотрел на полыхающее неподалеку пламя костра.

Водяной не любил надолго покидать свой уютный прудик. Но, когда Брагос позвал его в гости, Оуум не смог отказать.

Третий гость Брагоса был человеком. По крайней мере, так могло показаться на первый взгляд. Однако бледный, болезненный цвет кожи, индиговые глаза, а также длинные и острые, как бритва, клыки выдавали в нем существо куда более древнее и могущественное. Его звали Астор. И да, он был вампиром.

Астор происходил из древнего вампирского рода. В свое время его родичи наводили ужас на всех жителей Королевства. Они "гастролировали" по городам и весям, похищали детей и молодых девушек, а потом выпивали их досуха, так, что от людей оставались лишь хрупкие сухие оболочки.

Это были настоящие монстры. Однако сам Астор давно отказался от употребления в пищу крови разумных. Вместо этого он пил кровь животных и практиковал специальную вампирскую магию искупления, призванную хоть немного приблизить его к богам светлого пантеона.

Вампиры называли таких, как Астор, "доша", что означает слабый или хилый. Физически он действительно казался слабее своих собратьев, питавшихся человеческой или эльфийской кровью. Но долгие годы, проведенные в медитации и молитве, не прошли даром. Астору открылась магия живых - самая мощная магия на континенте.

Однако вампирское прошлое не давало Астору покоя. Он не мог жить среди людей. Слишком велик был соблазн вернуться к старым привычкам. А потому вампир принял решение уйти из города, в котором он раньше обитал, и поселиться в лесу. Его выбор пал на Бильмарильскую рощу.

Брагос принял начинающего волшебника-вампира, посчитав, что его таланты могут быть полезны для их лесной общины. Таким образом, Астор вот уже несколько лет жил в Бильмарильком лесу, помогая его обитателям и постепенно совершенствуя свои навыки владения белой магией.

- Ну что, господа? Еще по одной? - предложил Брагос, тасуя в руках магические карты.

- Ты сегодня определенно в ударе, - заметил Молдрагор.

- Что есть, то есть. Видно, полная луна мне наруку! - улыбнулся Брагос.

- Ага, я слежу за твоими руками! - вставил свои пять копеек Оуум.

- Ка-а-ак?! Ты мне не доверяешь?! - воскликнул эльф и картинно закатил глаза.

Астор и Молдрагор тихонько прыснули. Этот разговор их явно веселил.

- Я доверяю тебе не больше, чем своей тетке Олайенне, - продолжал водяной. - Она утверждала, что мы родственники. А сама прошлой весной подговорила бобров изменить русло Ветренного ручья, чтобы он нес свои свежие талые воды в ее грязную лужу. Из-за этого летом я чуть не умер от жажды!

- Да брось, - улыбнулся Брагос, - уровень воды в твоем пруду изменился всего на пару дюймов.

- На пять сантиметров и три миллиметра, если быть точным!

- Да-а-а, это в корне меняет дело, - улыбнулся эльф-хранитель.

- Ладно, раздавай, - вклинился в разговор Молдрагор. - Тебе не может везти вечно!.. Та-а-ак, что тут у нас пришло?! - фавн взглянул на свои карты...

Это были непростые игральные карты. Их создавали специально для волшебников, что практически исключало возможность жульничества со стороны игроков.

Волшебная колода состояла из 156 карт. Однако свойства и значения карт не были определены заранее. Они могли принять форму едва ли ни любого предмета, заклинания или существа. Это делало игру абсолютно непредсказуемой.

Колода сама оценивала магическую силу каждого участника партии и в зависимости от этого выдавала ему соответствующие карты. Таким образом, игра волшебными картами зачастую превращалась не только в битву разума и расчета, но и в своего рода магический поединок.

Брагос и компания играли в волшебный Грэнг. В общем и целом, правила у этой игры были достаточно простыми. Участники партии формировали из своих карт небольшие армии для того, чтобы захватить магический Источник в центре стола. В течение одного хода игрок мог выложить на стол карту существа, предмета или заклинания. Вместо этого он также имел право отправить уже выложенное существо на завоевание Источника. Существа, которые находились на клетке Источника, могли атаковать боевые порядки и коммуникации соперников. Кроме того, хозяину Источника каждый ход разрешалось брать из колоды две карты вместо одной.

Побеждал в игре тот, кому удавалось удержать источник в течение пяти ходов подряд. Тот, у кого заканчивались все карты, выбывал из партии.

- Ну что ж, приступим! - предложил Брагос и выложил на стол карту леса.

Едва он сделал первый ход, как в центре стола расцвел белым пламенем магический Источник.

- Понеслась, - кивнул Оуум, - и выбросил карту озера.

Так уж повелось, что почти любому из доступных в игре боевых существ требовалась кормовая база. Охотничьи угодья, если угодно. Потому большинство игроков выкладывали, в первую очередь, именно карты местности или производства, способные обеспечить войска пропитанием. Эта партия не стала исключением. Все кроме Астора выложили на стол карты кормовой базы. Вампир же сделал "ход конем" и ввел в игру карту зомби, которому не требовалась еда в привычном ее понимании. Над столом появилась крохотная проекция живого мертвеца.

Следующим ходом зомби Астора занял источник. Но вскоре его выбил оттуда латник Молдрагора...

Брагос и его товарищи так увлеклись игрой, что даже не заметили, как от частокола сосен, плотным кольцом окружавших поляну, отделился крохотный темный силуэт. Существо преодолело несколько десятков метров, прежде чем вступить в круг света от костра. Лишь после этого игроки спохватились и обратили на него внимание.

- Салводар, друг мой! - воскликнул Брагос.

- Чем это вы тут занимаетесь? - спросил друид, отбрасывая капюшон.

- Да так, вот, картишками балуемся, - улыбнулся эльф-хранитель.

- Магические карты? - правая бровь Салводара поползла вверх. - Ты ведь знаешь, что они под запретом!

- Ой, да какой запрет!? - всплеснул руками Брагос. - Мы здесь все умелые маги. Нам ли бояться волшебных безделушек?!

- Ну-ну, - усмехнулся друид.

- Может хочешь к нам присоединиться, - предложил Молдрагор.

- Хм, - задумался Салводар. - А каковы ставки?

- Да так, по маленькой, - улыбнулся Брагос. - Чисто за ради спортивного интереса!

- Ну что ж, почему бы и нет! - на удивление быстро согласился друид.

Эльф-хранитель щелкнул пальцами, и между Молдрагором и Астором появилось еще одно кресло. Салводар подобрал полы своего шерстяного плаща и присел.

Он подождал, пока закончится партия. На этот раз выиграл Молдрагор. К концу игры ему удалось сконцентрировать вокруг Источника довольно крупные силы, состоявшие из бергондийских латников и эльфийских лучников. И несмотря на многократные попытки, Астора, Брагоса и Оуума выбить воинов фавна с занимаемых ими позиций, ему все равно удалось продержаться в течение пяти ходов. К тому же в самой концовке партии Молдрагор призвал на стол виверну, которая уничтожила все постройки Брагоса и Оуума, сделав победу фавна еще более убедительной.

- Ну вот, я же говорил, что тебе не может везти вечно! - воскликнул бывший виночерпий, обращаясь к Брагосу.

- Да, - кивнул эльф-хранитель, - раз на раз не приходится. Волшебные карты такие непредсказуемые!

Фавн принялся тасовать колоду.

"Карта карточку бережет! Карта карточку стережет!" - приговаривал он.

- К слову, Салводар, а как ты узнал, что мы тут затеяли игру в Грэнг? - поинтересовался Брагос, сгребая со стола выданные ему карты.

- А я и не знал, - ответил друид. - Дети бегали по лесу и увидели приведение, вот я и пришел разбираться.

- А, вот оно что! - улыбнулся эльф-хранитель. - Да, это наша работа. Не хотели, чтобы нас потревожил кто-нибудь из деревенских.

- Вы создали привидений для того, чтобы они отпугивали местных? - удивился Салводар.

- Не совсем, - вмешался в разговор, молчавший до того момента Астор. - Это не приведения, а защитные призраки.

- А в чем разница?

- Мы вампиры - мастера иллюзии! - пояснил Астор. - В былые времена, если одному из нас приходилось уходить от погони, то он создавал себе несколько двойников. Эти призраки отвлекали внимание преследователей, пока сам вампир искал себе убежище.

- А что потом? - спросил Салводар. - Эти призраки так и оставались скитаться по миру?

- Хм, - усмехнулся вампир, - Мне достаточно щелкнуть пальцами, и они рассеются.

- Щелкнуть пальцами, говоришь? - улыбнулся друид. - Что ж, отрадно слышать.

Пока Астор рассказывал о своих необычных вампирских умениях, Молдрагор, Брагос и Оуум успели выложить на стол свои первые карты. Пришел черед Астора и Салводара. Вампир, сделав выводы из предыдущей партии, решил не форсировать события и положил на стол карту с фермой.

Друид посмотрел на свои карты, потом окинул взглядом собравшихся и сказал:

- Видите ли, господа, вы играете не совсем обычными магическими картами. Дело в том, что в этой колоде заключен демон. У этого демона есть своя воля и свои интересы, которые могут существенным образом отличаться от ваших.

- Чего?! - удивился Брагос.

- Каждый раз, когда вы разыгрываете карту, демон призывает в мир частичку изображенного на ней существа, и есть небольшая вероятность, что этому существу, в конечном счете, удастся не только воплотиться, но и сбежать от вас. Так что вы играете с огнем, господа!

С этими словами друид выкинул на стол карту, края которой немедленно воспламенились.

- Суккуб? - удивленно воскликнул Брагос.

- Да, - ответил Салводар, - демоница высшего круга! - лицо его искривилось в зловещей гримасе.

В этот момент каменный стол затрясся, а костер за спиной Брагоса вспыхнул так сильно, что одежда и длинные серебристые волосы эльфа загорелись. По поляне мгновенно разнесся едкий запах паленой плоти.

- А-а-а! - завопил Брагос и бросился кататься по земле, пытаясь сбить пламя.

В огне появился рогатый силуэт суккуба.

- Приветствую тебя моя госпожа! - воскликнул Салводар. Хотя это был уже не Салводар, а маленький горбатый демон-прислужник, который не мог или не хотел скрывать своего истинного обличия перед демоницей.

Молдрагор застыл, как вкопанный, не смея даже пошевелиться. Оуум хотел встать, но лишь опрокинул лохань и распластался на мокрой траве, подобно попавшей под колеса лягушки. Один лишь Астор быстро отреагировал и попытался применить на суккуба боевое заклинание, но прислужник вцепился ему в руку и махом отгрыз несколько пальцев.

Вампир взревел от боли.

- Щелкун хренов! - процедил демон.

В этот момент в грудь Астора врезался огненный шар, выпущенный суккубом. Демоница резко сократила дистанцию и одним резким движением когтистых лап оторвала вампиру голову.

Череп Астора полетел в костер, а суккуб тем временем переключила свое внимание на Молдрагора, который почти оправился от первоначального шока и уже собирался бежать в сторону лесу. Но не успел фавн сделать и двух шагов, как демоница настигла его, подняла высоко над головой и разорвала пополам.

Оуум тем временем беспомощно катался по земле, пытаясь подняться на свои тонкие лягушачьи ножки. Но прислужник вцепился водяному в шею и стал медленно душить.

- Это и есть их лучшие маги?! - усмехнулась суккуб. Она наступила на бившегося в конвульсиях водяного, придавив его тело к земле.

- Мерзкий слизняк! Не понимаю, как только люди и эльфы их терпят.

Прошло несколько мгновений, и Оуум перестал трепыхаться, окончательно испустив дух.

- Ты хорошо послужил мне, - сказала суккуб прислужнику.

- О-о-о, моя госпожа! - демоненок упал на колени и принялся посыпать голову землей в знак абсолютной покорности высшему демону.

- Я разрешаю тебе сопровождать меня в моих странствиях по этому миру. Здесь все такие слабые. Уверена, нам будет, чем поживиться!


***


Салводар шел по извилистой лесной тропинке, освещая дорогу волшебным посохом. Лес вокруг казался пустым и зловещим. Пару раз он видел издалека темные силуэты призраков. Но те, видимо, чувствуя исходящую от него магическую энергию, боялись подходить ближе.

Звериные тропки и дорожки кружились и переплетались, образуя запутанный лабиринт. Но Салводар хорошо знал дорогу в лесное убежище Брагоса, а потому не боялся заблудиться.

Прошло уже больше часа с того момента, как друид спустился с Сольковского холма и вошел в Бильмарильский лес. И вот, наконец, ноги вынесли его на небольшую опушку, окруженную плотной стеной высоких гвардейских сосен.

В центре полянки догорали последние угли костра. В воздухе стоял резкий запах гари и дыма. Однако чуткий нос Салводара уловил и другой, куда более неприятный "аромат".

Друид подошел поближе. Ему открылась ужасающая картина бойни. Повсюду валялись оторванные части тел. Стол, кресла и пространство вокруг, - все было заляпано кровью.

"О, боги!" - подумал маг. Ноги у него, словно подкосились, и он упал на землю.

В своей жизни Салводару приходилось сталкиваться с разными вещами, и некоторые из них действительно были чудовищными. Но такое!.. Такое он видел впервые.

"Что за монстр мог сотворить подобное?!" - спрашивал он себя.

Вдруг неподалеку раздался слабый хрип.

- Что? Кто здесь?

Друид вскочил на ноги и заметался по поляне, ища источник звука. В конце концов, в нескольких метрах от стола он обнаружил Брагоса. Эльф-хранитель Бильмарильского леса сильно обгорел, но, казалось, был еще жив.

- Брагос, друг! Как же это?..

- Салвода-а-а-ар? - прохрипел эльф.

- Да, да, это я! Что здесь произошло?

- Сукку-у-у-уб! - выдавил из себя Брагос.

- Суккуб?! Демоница высшего круга?! - удивился друид.

Он задавал еще какие-то вопросы, но от боли эльф потерял сознание. Тогда Салводар попытался сотворить лечебное заклинание, но у него ничего не вышло. Раны и ожоги Брагоса оказались слишком тяжелыми. Их уже нельзя было исцелить с помощью одной только магией.

- Ему уже не помочь, - за спиной Салводара раздался детский голос.

- Что? Кто?

Друид резко повернулся. Перед ним стояла Аннушка Гурьева.

- Как ты?.. Что-о-о-о? Что ты только что сказала?

- Я говорю, ему уже не помочь, - спокойно ответила девочка.

- Это еще почему?

- Ну, - вздохнула Аннушка, - потому что пару часов назад моя госпожа вырвала и съела его печень! Если бы он не был таким сильным магом, то, наверное, уже умер бы от потери крови.

- Как? Что?! Ах ты дьявольское отродье! - Салводар вскинул волшебный посох и прочитал заклинание "Истинного взора". Перед ним стоял горбатый демон-прислужник.

- Сдаюсь-сдаюсь! Ты меня раскусил! - прислужник вскинул лапы к верху и засмеялся.

- Так это твоих рук дело!? - воскликнул маг.

- Да, отчасти, - улыбнулся прислужник.

- Это ты надоумил детей снять оберег?

- Да как ты догадался? - демон состроил очередную нелепую рожицу. - Мы прислужники не отличаемся особой силой. Но одно мы умеем точно - обманывать и обводить вокруг пальца глупых людишек, - чертенок вновь засмеялся.

Друид хотел было испепелить маленького поганца, но могучая неведомая сила подхватила его и отшвырнула в сторону.

Салводар встряхнул головой и вскочил на ноги. В нескольких метрах от себя он увидел суккуба.

- А ты сильнее, чем кажешься! - усмехнулась демоница. - Не то, что эти, - она махнула рукой в сторону разбросанных по поляне кровавых ошметков.

- Изыди, демон! Я изгоняю тебя! - крикнул друид.

На кончике его посоха образовался светящийся шар. После слов мага он с шипением устремился к суккубу. Но демоница с легкостью отразила атаку.

- У тебя нет такой власти, чтобы изгонять меня! - засмеялась она. - Ты всего лишь провинциальный маг-хранитель.

- Адское отродье! - Салводар хотел повторить атаку, но суккуб резко сократила дистанцию и вырвала у него из рук волшебный посох, а его самого повалила на землю.

- Жалкий человечек! - воскликнула она, - Неужели ты не понимаешь, что уже проиграл! Смирись!

Внезапно Салводар вспомнил о кинжале, который он забрал у Ивашки. По счастливой случайности друид не оставил его дома, как намеривался, а взял с собой.

Маг выхватил волшебный кинжал и полоснул им Суккуба. Оружие моментально загорелось ярким, кроваво-оранжевым светом. Демоница в ужасе отпрянула.

- Что это? - она бросила злобный взгляд на прислужника.

- Не знаю, моя госпожа, - признался тот. - Какой-то магический артефакт...

- Это и так понятно, идиот! Обычное оружие не может причинить мне вред.

- Ну что, черти! Давай, подходи! - крикнул Салводар, сжимая в обеих руках полыхающий светом кинжал.

- Бросьте его, госпожа, - предложил прислужник. - Зачем он нам?! Пусть остается здесь со своим кинжалом.

- Хм, - фыркнула демоница, развернулась и пошла в сторону леса. Прислужник засеменил за ней.

- Куда это вы?! - завопил Салводар. - А ну стойте!

- Ты нам не нужен, старик, - крикнул прислужник. - Здесь и без тебя полно свежей дичи.

- Остановитесь! - друид попытался броситься вдогонку, но понял, что угнаться за демонами ему не под силу.

- Маленькая девочка вечером в лесу - легкая добыча! Сколько еще таких, как она, бродит по просторам вашего безмятежного мирка! - продолжал прислужник. - Хватит на целый ад!

Чертенок в последний раз скорчил гримасу, и демоны скрылись в чаще. А Салводар остался один. Он зарылся лицом в мокрую от предрассветной росы траву и заплакал.

Бедный старик! Он не справился со своей миссией. Впустил в мир силы зла. Его жизнь никогда уже не будет прежней.

Утром рыбаки найдут в нижнем омуте тело маленькой девочки, наполовину обглоданное не то сомами, не то дикими собаками... Гурьевы едва узнают в ней свою бедную дочь Аннушку.

А призраки Астора останутся в Бильмарильском лесу. Ведь их хозяин умер, так и не успев щелкнуть пальцами.