# Сердце принцессы

Лилия Чарова

Когда-то Клара обещала, что будет верна своему возлюбленному в следующей жизни. Она твердо решила сдержать обещание. Но теперь ей уже двадцать пять, а возлюбленный из прошлой жизни так и не появился. Зато начинают происходить странные события. А заодно девушка сталкивается с соблазном нарушить обещание...

Обновление от 1.04.2012: глава 28. Роман завершен. Будет редактироваться, но ничего существенного для сюжета с ним не случится.

Лилия Чарова


СЕРДЦЕ ПРИНЦЕССЫ


Случилось так, что меня не интересует в жизни ничто: ни политика, ни наука, ни философия, ни забота о будущем счастье людей - для меня вся жизнь заключается только в Вас. Я теперь чувствую, что каким-то неудобным клином врезался в Вашу жизнь. Если можете, простите меня за это... Я бесконечно благодарен Вам только за то, что Вы существуете. Я проверял себя - это не болезнь, не маниакальная идея - это любовь, которою Богу было угодно за что-то меня вознаградить.

А. И. Куприн. "Гранатовый Браслет"


## Глава 1. Вера Лазарева и мужчины.


Восемнадцатого августа Вера Лазарева проснулась в десять часов утра. Естественно, в комнате, кроме нее, уже никого не осталось - односпальные кровати у противоположной стены и окна были аккуратно заправлены. Потянувшись, девушка поднялась, неловко засунула ноги в пушистые тапочки, сладко зевнула и направилась в ванную. Ванная была маленькой: раковина, душевая кабина и унитаз липли друг к другу, оставляя лишь немного свободного пространства. В этом пространстве и поместилась сонная Вера. Она включила холодную воду и не спеша умылась. Покончив с водными процедурами, девушка взяла расческу и привела в порядок длинные густые волосы. Только после этого она посмотрела на себя в зеркало. Загляденье: миниатюрная семнадцатилетняя блондинка с игривым взглядом голубых глаз. Удостоверившись в том, что собственное отражение по-прежнему радует ее, Вера Лазарева послала ему воздушный поцелуй.

-Ты самая красивая в своей семье, куколка, - пропела она. За последние два года ей не раз приходилось слышать эти слова от мужчин всех возрастов.


По мере того, как Вера красилась и выбирала себе платье, ее настроение постепенно ухудшалось. Еще бы - девушке предстояло идти в школу, от которой она отдыхала только два с половиной месяца в году! Конечно, ни о какой учебе речи не шло, от Веры требовалось только заняться подготовкой грандиозного представления по случаю первого сентября. Впрочем, эта перспектива тоже не вдохновляла хорошенькую блондинку. Но главное - казалось странным, что кому-то вообще пришло в голову привлечь ее к организации концерта. Оценки у Веры были не слишком хорошие - "тройки" были самыми частыми гостями в ее дневнике. Участвовать в общественной жизни она не стремилась и всегда пыталась увильнуть, если эта самая жизнь к ней взывала. Наконец, чувство ответственности было развито у Веры не больше, чем телепатия или способность говорить с духами усопших - иными словами, отсутствовало совершенно. И о перечисленных Вериных недостатках знал весь педагогический состав. Так какой же сумасшедший внушил завучу Наталье Семеновне, что Лазаревой нужно позвонить в девять вечера и не предложить, а присвоить ей главную роль в музыкальном спектакле?

-Я не умею петь, - солгала Вера, прохаживаясь по комнате.

-Умеешь, Лазарева, - огрызнулась завуч. - Мне донесли, что у тебя великолепный, прямо-таки ангельский голос!

Вера не смогла опровергнуть столь лестные для нее обвинения.

-Кто вам сказал? - поинтересовалась девушка.

-Кто-то, кому я верю.

-Я боюсь сцены, - заныла Вера, складывая губки бантиком, словно завуч могла это оценить или хотя бы увидеть.

-Ты ничего не боишься! - почти пролаяла в трубку Наталья Семеновна.

-Я уезжаю к бабушке, она живет в другом городе! - выдумала Вера.

-Будь это правдой, ты бы сказала об этом в самом начале. - То ли завуч была очень догадливой, то ли врала Вера Лазарева их рук вон плохо. - Завтра же придешь в школу и займешься общественно полезным делом, иначе, клянусь, никаких поблажек от меня больше не будет!

Вот тут-то Вера и сдалась. Наталья Семеновна преподавала у нее историю, которую девушка ненавидела всеми фибрами души, хотя никогда не пыталась толком понять. Завуч любила старших сестер Веры: Клару и Киру - так что в память об их заслугах прощала Вере необоримую лень. Девушка считала, что ее, сироту и сестренку таких умниц, уже никогда не коснется гнев учителя истории. Но теперь Наталья Семеновна угрожала чередой плохих отметок. Судя по тому, что трубка была брошена еще до прощания, женщина не блефовала.

-Истеричка, - заключила Вера, глядя на потухший экран ярко-красного мобильного телефона.


Вера жила, в отличие от большинства своих одноклассников, не в отдельной квартире. Она и ее старшие сестры обитали в общежитии, которое предоставляла Императорская Полиция. Комната была маленькая, одна на троих, с крохотной ванной, жалким подобием прихожей и отсутствием кухни - но это было все же лучше, чем ничего. Когда, семь лет назад, родители Веры погибли в автокатастрофе, две сестры из трех оказались кандидатами на переезд в детский дом. У них, правда, были две бабушки и один дедушка, но из-за болезней они уже не могли заботиться о девочках. А трехкомнатную квартиру немедленно отобрало муниципальное управление, потому что сироты не смогли уплатить заоблачный налог на наследство в установленный короткий срок. И тогда восемнадцатилетняя Клара Лазарева сделала шаг, которого от этой неприметной хрупкой скромницы никто не ожидал. Она, распрощавшись с мечтой о филологическом образовании, поступила на службу в Императорскую Полицию. Естественно, форму и табельное оружие Кларе никто не выдал - она, пользуясь своим кулинарным талантом, пошла работать в столовую полицейского управления. Но этого оказалось достаточно, чтобы получить определенные привилегии. Так Кларе позволили стать опекуном ее несовершеннолетних сестер и предоставили всем трем комнату в общежитии. Позже Кира, которая была на два года младше, стала учиться в Императорской Полицейской Академии. Теперь она, в темно-синей форме и с пистолетом, поддерживала порядок на улицах города. Благодаря этому сестрам предоставили комнату получше: с отдельной ванной и не протекающим потолком.

От общежития до школы, где училась Вера, было далеко. Почти десять минут пешком до станции метро, потом двадцать минут в душном вагоне, выход на площади Императора и еще пять минут по переулкам до школы... В итоге, Вера всегда опаздывала к первому уроку (а первым для нее мог стать и второй, и третий по расписанию). К счастью, эта школа была отнюдь не престижной, скорее, напротив - тут учились обычные дети, без талантов и богатых родителей. Поэтому, хоть на Веру и кричали, серьезных проблем из-за опозданий и прогулов у нее не возникало.

Но восемнадцатого августа, как ни странно, Вера пришла даже раньше, чем нужно. А ведь ей так сильно хотелось появиться, что называется, к шапочному разбору! Она долго бродила вокруг памятника Императору, улыбаясь прохожим, купила мороженого, медленно съела его... И все равно явилась на три минуты раньше положенного.

Нельзя сказать, чтобы Вере не нравилось петь. Наоборот! Вера мечтала стать известной певицей, за которой бегают толпы оголтелых поклонников. Но стадион на десятки тысяч зрителей и сцена в обшарпанном актовом зале школы - разные вещи. Вера хотела петь о любви и танцевать в откровенных нарядах. А что ее ждало сейчас? Наверняка занудливая баллада о том, как весело учить физику или историю. Ох уж эта история! Все из-за нее, из-за этих с трудом запоминающихся дат, имен, событий!..

-Ты так скуксилась, - заметила Таня, встретив певицу поневоле у школьного крыльца. Таня была лучшей подругой Веры и разделяла все ее увлечения: модой, мечтами о звездной карьере и красивыми парнями. Таня отличалась от подруги лишь тем, что была жгучей брюнеткой и не могла похвастать стройной фигурой.

-Скуксишься тут! - вздохнула Вера, проводя рукой по своим шелковистым волосам. - Я вовсе не хочу играть в любительских спектаклях!

-Так чего же ты пришла?

-Завуч заставила. Как думаешь, кто меня спалил?

-В смысле? - Таня остановилась. Вера схватила подругу за рукав полупрозрачной блузки и потащила за собой.

-Кто-то сказал ей, что я прекрасно пою, - пояснила девушка. - Есть предположения?

-Хм... есть одно. - Таня послала подруге столь многозначительный взгляд, что Вера от удивления широко раскрыла ярко накрашенные глаза.

-Ты на что-то намекаешь? Я должна сама понять? - Девушка начала раздражаться.

-Сейчас подсказки дам, - улыбнулась Таня. Девушки оказались на третьем этаже, где, в самом конце длинного коридора, располагался заповедный центр детских инициатив. - Он тупой.

-Наш физрук?

-Он противный.

-Ну, физрук.

-Он весь больной.

-Трудовик?

-Он затюканный и необщительный.

-Явно не трудовик... Наш староста?

-Он давно в тебя влюблен.

-Наш староста же!

-Как, и он? - Таня была почти оскорблена. В свои семнадцать Вера успела сменить шестерых кавалеров, а число ее поклонников увеличивалось с каждым днем. На фоне таких успехов послужной список Тани выглядел более чем скромно: два непродолжительных романа и по уши влюбленный восьмиклассник. - Ладно, в общем, не староста. Может, так догадаешься: однажды этот парень чем-то отравился в нашей столовке, на уроке ему стало плохо, но до туалета он не добежал и его вырвало прямо в коридоре. - Вера застыла на месте. Ее кукольное лицо начала кривить гримаса отвращения. Это зрелище успокоило разозленную Таню. - В прошлом году, когда он тупил у доски, математичка стала его ругать - так он чуть не разрыдался, пообещал рассказать все завучу и убежал из класса...

-С чего ты взяла, - прошипела Вера, - что Илья Павенко в меня влюблен?

-С того, Верочка, что эти Павенки - наши соседи, - напомнила Таня. - Всего неделю назад я слышала, как за стенкой этот истеричный орет, надрываясь: "Я понравлюсь Вере, я все могу!" Это он так самовнушением занимался.

Вера фыркнула, развернулась и зашагала обратно к лестнице, стуча тонкими шпильками по паркету. Таня схватила ее за руку и поволокла к центру детских инициатив.

-Ты не заставишь меня общаться с этой пакостью! - завопила юная сердцеедка. - У меня такое впечатление, что от него воняет на километр!

-Что происходит? - спросил высокий спортсмен с очаровательно взъерошенными светлыми волосами. Это был Родион Дегтярев, девятнадцатилетний курсант Императорской Полицейской Академии. Раньше он учился в школе Веры и прославился тем, что развлекал всех окружающих своим остроумием, играл на гитаре, был капитаном баскетбольной команды и никогда не влюблялся, хотя встречался с десятком симпатичных девчонок. Ловя самоуверенную улыбку и нахальный взгляд Родиона, пятнадцатилетняя Вера говорила себе, что этот красавец просто еще не встретил "ту единственную". Теперь, увидев свою не до конца забытую первую любовь, девушка вернулась к таким размышлениям. У нее уже был парень, но разве мог кто-нибудь сравниться с этим совершенством в белых джинсах и черно-синей рубашке?

-Ничего, - быстро пришла в себя Вера. - Мы просто придуриваемся.

-Вообще-то, на нее запал Илюха Павенко, - выдала подругу Таня. - Не забыл еще это чмо?

-Как забыть-то! - рассмеялся Родион. - Это же мой двоюродный брат.

-Знаю-знаю, - кивнула Таня.

-Вы ни капли не похожи, - пролепетала ошарашенная Вера. - Никогда бы не подумала...

-Впервые об этом слышишь? Ну что уж ты, прямо как не местная! У нас же тут мафия. Отец Ильи - брат моей матери и, соответственно, тоже сын Натальи Семеновны. - Лазарева не верила своим ушам. Завуч души не чаяла в Родионе, однако к Илье Павенко относилась прохладно, если не сказать - с пренебрежением. - Просто папаша Ильи давным-давно бросил эту семью, так что бабушка больше любит его сына от второго брака. Тем более, сами знаете: Илюха - долбанутый. - Вера глубоко задумалась, обрабатывая полученную информацию. Теперь ей стало ясно, почему бестолкового и болезненного Илью никогда не оставляли на второй год. Из транса девушку вывел голос Родиона: - Выходит, Верочка, мой брат в тебя влюбился?

Вера была польщена и не смогла скрыть улыбку: Родион помнил ее имя! Будь она скромнее, то залилась бы румянцем; но Вера не знала, что такое смущение, и маленькая победа лишь добавила ей блеска в глазах.

-Выходит, что так. Уж извини, Илья такой гадкий... мне неприятно с ним видеться, особенно сейчас, когда я узнала, что он по мне сохнет.

-Верочка, положись на меня, - сказал Родион, обнимая девушку за плечи и наклоняясь к ее уху. Через тонкую материю летнего платья Вера отчетливо ощутила прикосновение теплых пальцев к своей коже, а дыхание Родиона ласково скользнуло по ее виску. Ах, как же она любила флирт и начало нового романа! Со временем становилось скучнее. Именно завоевание друг друга и первые встречи сводили Веру с ума. - Если мой братец посмеет к тебе пристать, я дам ему щелбан - и он получит сотрясение мозга.

Все трое вошли в центр детских инициатив, представлявший из себя большой кабинет с книжными шкафами и парой письменных столов. Сюда все творческие личности школы несли свои идеи. Среди таких личностей внимания заслуживала, к сожалению, лишь горстка преподавателей во главе с Натальей Семеновной - большинство учеников отказывались добровольно заниматься самодеятельностью.

В кабинете были двое. У зеркала отчаянно красила губы молодая девушка, студентка театрального училища. Она подрабатывала в школе кем-то вроде массовика-затейника и режиссера, хотя, в сущности, занималась исключительно соблазнением наиболее симпатичных старшеклассников. А в углу стоял тот, кто, собрав слабую волю в кулак, сутки назад умолял бабушку привлечь Веру Лазареву к участию в мероприятии.

Илья Павенко был довольно высоким, но вечно ссутуленным парнем с длинными русыми волосами, всегда распущенными и плохо расчесанными. Спутанные пряди часто скрывали его лицо, потому что Илья сидел за партой, склонив голову к самой ее поверхности, а ходил, будто стараясь положить подбородок на собственную грудь. Он никогда не расставался с очками, так как без них почти ничего не видел, и носил мешковатую одежду, которая болталась на нем, как на вешалке. Вера ненавидела близко общаться с Ильей: его бледное лицо с выдающимися скулами неизменно выражало страх, иногда, правда, смешанный со злобой. Но сейчас, когда этот мальчишка в желтой футболке поднял на Веру свой взгляд, в нем читалась надежда. И девушку заметно передернуло.

-Родик, ты пришел! - воскликнула студентка, оторвавшись от своего отражения в зеркале и подмигнув спортсмену. - Илья, представляешь, Родик согласился помочь нам с представлением!

- Ты будешь готовить его с нами? - обрадовалась Вера. Илья снова опустил голову, спрятав полный ненависти взгляд за волосяным занавесом.

-Да, - ответил Родион. - Более того: я выступлю на одной сцене с вами. У меня даже есть прекрасный сценарий...


Два десятка подростков целый час шумели в актовом зале, распределяя обязанности и роли. Вера была почти благодарна Илье: если бы не он, ей вряд ли выпал бы шанс так долго и беспрепятственно заигрывать с Родионом. В конце концов девушка решила пойти напролом и пригласила будущего полицейского на день рождения. Не на свой, правда, а сестры... Зато до вечеринки оставалось каких-то шесть часов.

-С удовольствием приду, - согласился Родион, ловко спрыгивая со сцены и помогая Вере сделать то же самое. - Ей ведь двадцать пять исполняется?

-Все верно.

-Что ей такого подарить?

-Подари ей парня - у нее никогда его не было!

-Может, вон этот подойдет? - Родион кивнул в сторону Ильи, который мял в руках сценарий.

Вера громко рассмеялась. Она хотела сказать какую-нибудь злую шутку о том, что Клара очень любит сирых и убогих, но сдержалась. А Илья воспринял ее заливистый смех в сочетании с задорным взглядом как сигнал к действию... Действием стало то, что он подошел к девушке и робко прикоснулся к ее плечу. Вера отошла в сторону и поморщилась, будто к ней тянуло щупальца мерзкое чудовище из фильма ужасов.

-Я тут хотел сказать... - забормотал Илья, пряча дрожащие руки в карманы джинсов. - Сегодня вечером мы увидимся.

-Что-о? - глаза Веры округлились. - И где это, хотелось бы знать?

-Мне тоже, - подал голос Родион.

Илья вынул руки из карманов и стал предпринимать неуверенные попытки сломать пальцы своей левой руки пальцами правой.

-Моя мама давно знает твою сестру, они часто общаются... И Клара... уже неделю назад пригласила нас обоих.

-Осторожно, придурок, покалечишься же, - усмехнулся Родион, бросив полный презрения взгляд на руки двоюродного брата. Илья сжал кулаки и опустил голову так низко, что теперь присутствующие могли видеть только его русую макушку.

-Оригинально, - вздохнула Вера.

-Это день рождения Клары, она вольна приглашать всех, кого хочет, - сказала Таня, неуклюже слезая со сцены. - А она, видимо, считает Илюшу идеальной парой для младшей сестры. Конечно, он же не станет гулять с Верочкой ночами, даже руки распускать не будет!

Илья чуть заметно покраснел, а Вера стала пунцовой. Таня затронула больную тему: строгость Клары. Почему она не выпускала сестру из дома по ночам, запрещала ей встречаться со взрослыми мужчинами? Вера считала, что Клара так ведет себя из зависти: сама никогда не была на свидании, так пусть и другие от радостей жизни отказываются!

-Павенко, - замурлыкала Таня, - а ты признался Кларе, что тебе...

-Мне нравится Вера! - с надрывом выкрикнул Илья и поднял голову, словно бросая вызов целому миру. - Да, и поэтому я попросил Наталью Семеновну...

-За это тебе спасибо, братец. - Родион улыбнулся и похлопал Илью по плечу. - Но вот со своей любовью прошу к этой девушке не соваться.


Илья, по всей видимости, не принял предостережение Родиона всерьез. Когда участники представления расходились, он догнал Веру и, глядя в пол, предложил проводить ее до дома. Девушка скривилась, ускорила шаг и сказала, что она и в одиночестве неплохо доберется до общежития. Тогда Илья забормотал что-то невнятное о желании узнать Веру поближе, о своих скрытых достоинствах... Девушка остановилась и закричала:

-Оставь меня в покое! Ты настолько гадкий, что мне противны твои чувства!

В ее голосе было так много страдания, словно Илья нагло домогался ее, возможно, даже применяя грубую физическую силу. Павенко застыл на месте, бледнея с каждой секундой, а Вера убежала к лестнице. Но унижения не закончились: на крик раздраженной девушки примчался Родион, который без лишних слов ударил брата кулаком в живот. Когда Илья, скорчившись на паркете, жалобно застонал, он дал ему пинка.

-Слышь, волосатое ничтожество, - сказал Родион, присев на корточки рядом с Ильей. - Ты куда лезешь? Где эта девчонка и где ты...

-Я подхожу ей больше тебя, - пролепетал Илья, - потому что у меня богатый внутренний мир, а ты пустой...

-Забавное оскорбление, - усмехнулся Родион, хватая брата за воротник. - Сейчас ты за него схлопочешь.

Спортсмен потащил Илью в мужской туалет, и старшеклассник даже почти не сопротивлялся - только глуповато попискивал. Писк превратился в рев, когда Родион с веселым смехом надел ему на голову мусорное ведро.

-Ну что, будешь и дальше к ней приставать? - спросил курсант. Он предусмотрительно скрутил руки брата у него за спиной, чтобы тот не снял ведро раньше времени.

-Нет! - завопил Илья. - Не буду!

-А я, значит, "пустой"?

Родион хлопнул ладонью по железному "шлему" на голове своей жертвы.

-Хватит! - потребовала Вера. Все это время она стояла у двери в туалет - Таня, увидевшая, как Илью волочет по полу его брат, догнала подругу и отправилась вместе с ней наблюдать за "казнью". - Он все понял, отпусти его.

Родион схватил ведро за ручку и швырнул его о стену. Илья дрожал всем телом, а по его щекам скользили крупные слезинки. Она все видела...

-Интересно, потащится ли он после этого на праздник? - ухмыльнулась Таня.

Все ушли. В туалете остался только Илья, который принялся, всхлипывая, снимать с головы обертки от шоколада и банановую кожуру.


Когда Вера и Таня дошли до площади Императора, в воздухе заскользили сверкающие черные дымки - темные сущности-шпионы. Они были, в общем, безобидны - их единственной функцией было собирание разного рода информации. Впрочем, если шпионы вальяжно прогуливались над столицей, это могло значить лишь одно: где-то поблизости находился их господин, то есть сам Император. Поэтому многие люди опасливо поглядывали на этих бессловесных наблюдателей и спешили разойтись по домам. Владельцы магазинчиков быстро прятали запрещенные книги - важный источник своего дохода. Они пользовались большой популярностью не из-за художественной ценности, а потому, что в них говорилось о пороках Императора. И пусть не все в них было правдой - народ хотел верить, что имеет полное моральное право ненавидеть этого человека. Талврин правил слишком долго и слишком жестоко, чтобы никто не ждал его падения.

Но Веру сверкающие дымки вовсе не пугали. Ее сестра представляла Императорскую Полицию, которая следила за порядком - выслеживала тайные революционные общества и расправлялась с инакомыслящими. Сама Вера не имела ровным счетом никаких политических взглядов, но Талврина считала вполне симпатичным мужчиной. В общем, бояться шпионов ей было нечего. Так что она снова купила мороженого и села на постамент памятника Императору. Таня, тоже с мороженым, провожала завороженным взглядом каждую уплывающую вдаль дымку.

-Император приехал в Москву? - спросила она. - Зачем, интересно?

-Видимо, надо, раз приехал, - отмахнулась Вера. - Может, проверяет, как мы живем.

Воцарилось молчание. Таня продолжала разглядывать ленивые темные сущности, а Вера обдумывала сегодняшние события. Ей льстило внимание Родиона, а интерес Ильи, напротив, был неприятен... И все же в том, как закончилась первая репетиция, было что-то плохое. Но попробовав разобраться в своих мыслях, Вера почувствовала смятение. Лучше было оставить все как есть: восхищаться Родионом, презирать Илью, жить в ладу с собой.

На мраморную ступеньку неподалеку от девушек опустился молодой мужчина с пирожком в руке. Он был довольно привлекательным: высокий рост, стройная фигура, правильные - даже, пожалуй, чересчур правильные - черты лица. Волнистые каштановые волосы были аккуратно подстрижены и зачесаны назад, как будто их обладатель больше всего на свете боялся оказаться взъерошенным. Не меньший ужас, должно быть, ему внушала небрежность в одежде: темно-коричневый пиджак, несмотря на теплую погоду, он застегнул на все пуговицы.

Вера смотрела на то, как мужчина тщательно пережевывает куски пирожка, и поспешно рылась в своих воспоминаниях. Этот сосредоточенный взгляд зеленых глаз, который он устремлял даже на булку с мясным фаршем, она определенно где-то видела... Мужчина заметил, что на него пристально смотрят, и подавился пирожком. Его лицо, как по команде, залила краска смущения. И вот тут-то Вера вспомнила:

-Марк Матвеевич! - завопила она, вскакивая со ступеньки.

Марк проглотил то, что не успел выплюнуть, когда подавился.

-Да, я, а вы...

-А вы занимались со мной английским, когда я была в начальной школе. Помните? Я еще все время отлынивала от уроков!

Марк радостно улыбнулся.

-Вера Лазарева! Ах, сколько же лет прошло... Уже семь, да? Ты была такая малышка!

Старые знакомые углубились в общие воспоминания. Таня готова была рвать на себе волосы: как это выходит, что некоторые девушки буквально притягивают к себе мужчин? Даже этот... Вроде, совсем не мальчишка; да что там - для Тани он был уже старик, ведь ему, наверное, перевалило за тридцать... И он, как девятнадцатилетний красавец Родион Дегтярев, как семнадцатилетний заморыш Илья Павенко и многие, многие другие, светился от счастья, разговаривая с Верой! А ведь ничего особенного в ней, с Таниной точки зрения, не было. Просто ярко накрашенная девочка с выжженными белоснежными волосами. Да еще и самовлюбленная до жути.

-Так вы придете сегодня? - закончила беседу Вера. Таня так и подпрыгнула на месте. Стоило ей задуматься, как ее подруга уже обзавелась очередным гостем!

-Конечно! - кивнул Марк. - Я хорошо помню Клару. Она была чудесной девушкой, доброй и отзывчивой... А она, кстати, не будет против?

-Ну что вы! Она часто о вас вспоминает, - соврала Вера. - Итак, около семи вечера в кафе "Александр".

-Непременно, - пообещал Марк.

Вера взяла подругу за руку и, попрощавшись с бывшим репетитором, засеменила к станции метро. Таня обернулась, чтобы посмотреть, провожает ли он их взглядом. Оказалось, что провожает.

-Тьфу ты, - сказала себе под нос Таня. - Она какая-то заколдованная, эта Верочка.


Эта история совсем не о Вере Лазаревой. Хотя, надо признать, благодаря ей произошли странные случаи, без которых история была бы немного другой.


Когда красивая девушка исчезла за стеклянными дверями станции метро, Марк дожевал пирожок. Он уже остыл, но все еще казался довольно вкусным. Или это девушка волшебным образом меняла все вокруг? Она, такая хорошенькая и юная, словно озарила жизнь Марка чудесным светом. Теперь даже дымки-шпионы в небе стали менее зловещими. Ползают себе, смотрят на копошащихся внизу людей, ничего не понимают, но все запоминают...

Марку пришлось много страдать. Это была длинная история. Он потерял свою первую и единственную любовь. И в том была только его вина. Из-за этого уже много лет Марк не заводил романов, не интересовался женщинами... Пока одним теплым августовским днем, отдыхая после урока с бойкой пенсионеркой, не встретил Веру. В тот момент девочка из прошлого показалась ему чем-то особенным, на поиски чего он потратил всю жизнь. Она немного напоминала ту, которую он потерял, - энергичностью, манерой говорить, улыбкой. И она заинтересовалась им. Совсем еще ребенком Вера потеряла родителей и, скорее всего, не знала тепла. Ему, Марку, выпал шанс взять ее под свою опеку. "Вот оно что, - говорил он себе, выбрасывая бумажную обертку от пирожка в урну. - Я уже много лет не смотрел на женщин так, как на эту девочку. Это неспроста. Я уверен, она поможет мне начать новую жизнь!"

Продолжая бродить по закоулкам своего внутреннего мира, Марк отправился домой к следующему ученику. Он вспоминал десятилетнюю Веру, сравнивал ее с нынешней и даже не заметил, как зеленый сигнал светофора сменился красным. Молодой парень за рулем дорогого автомобиля тоже, видно, о чем-то мечтал - он понял, что на дороге был пешеход, лишь сбив его...


-Я не видел! Он выскочил мне прямо под колеса! - орал водитель, нервно прыгая как можно дальше от трупа. Он летел на такой скорости, что не сомневался: беспечный пешеход уже мертв.

-Вот таким малолетним придуркам прав навыдают, а они потом людей убивают! - вопила пожилая женщина с авоськой.

-Осмотрите его, кто-нибудь! - причитала хорошенькая брюнетка, пассажир предполагаемого убийцы. Она топталась на почтительном расстоянии от жертвы.

Лужа крови, в которой лежал Марк, все увеличивалась.

-Ну, кажется, у него череп проломан, - предположил кто-то из прохожих.

Несколько сверкающих дымок зависли над местом происшествия. У них не было глаз, но казалось, что они внимательно и безучастно разглядывают людей внизу.

-Посторонитесь, я врач! - закричала полная женщина средних лет, расталкивая любопытных. Подобравшись к распростертому на асфальте Марку, она коснулась пальцами его шеи. - Пульс есть!

Водитель издал вопль облегчения.

Марк резко распахнул глаза и встал на колени. Женщина-врач так и обмерла. Судя по количеству крови, повреждения были очень серьезными. А он запросто поднялся и кажется слегка удивленным, как будто не под колеса внедорожника попал, а с детским велосипедом столкнулся.

Марк огляделся по сторонам и прижал руку к голове, словно она закружилась. Закружилась голова? После того, как он пробил ей лобовое стекло автомобиля и ударился об асфальт?!

-Не двигайтесь, - посоветовала врач.

-Со мной все в порядке, - твердо сказал Марк и послал окружающим лучезарную улыбку. Впрочем, в следующий момент он заметил лужу крови на асфальте и гигантские багровые пятна на своей одежде. Неожиданное открытие заставило пострадавшего тяжело вздохнуть, словно это была не его собственная кровь, а грязь.

-Вам надо в больницу, - заметила брюнетка.

-Отнюдь, - заверил ее Марк. Заметив странное свечение где-то сверху, он поднял голову и увидел сгрудившиеся в воздухе дымки. Их было три, и они висели над улицей, плавно меняя форму. Марк улыбнулся.

-Но вы же ранены! - воскликнула врач, переводя пораженный взгляд с лужи крови на спокойное лицо пострадавшего.

Марк молча поднялся на ноги. По всей видимости, у него снова закружилась голова, потому что он закрыл глаза и оперся рукой о капот автомобиля.

-Ничего страшного, просто небольшая слабость, - пояснил он. - Пройдет.

С этими словами Марк выпрямился и зашагал прочь. Все свидетели странной сцены онемели от удивления.


Марк остановился во дворе старого многоквартирного дома. Там он, устроившись на деревянной лавочке, скинул перепачканный пиджак и ослабил галстук. Какое-то время он сидел неподвижно, глубоко задумавшись над неким сложным вопросом. Ответа, судя по всему, не нашел, потому что в сердцах выругался и обхватил голову руками. Волосы были в крови, которая успела засохнуть...

-Представляю, какой у меня видок, - усмехнулся Марк, начиная выворачивать все карманы по очереди. Рассмотрев извлеченные оттуда предметы, он вздохнул и стал неторопливо убирать их обратно.

Зазвонил мобильный телефон - играла скучная песня о безответной любви с очень сложным для понимания текстом. Марк принял вызов, даже не посмотрев, кто звонит.

-Вы скоро придете? - поинтересовался женский голос.

-Куда? - безразличным тоном спросил Марк.

-К нам, у нас же урок, - рассердилась женщина. - Вы что, забыли?

-Забыл, - честно признался Марк. Ему явно не было стыдно. - И урока не будет.

-Да что вы о себе возомнили? Заранее предупредить не могли?! Знаете, сколько в городе учителей английского, которые...

Марк сбросил вызов и сунул телефон в нагрудный карман рубашки.

-Учителей?.. - повторил он, смакуя это слово.


В то время, как Марк переводил дух после загадочной аварии, Лариса Павенко молотила кулаками по двери в комнату сына. Илья пришел домой мрачный, а пахло от него так, словно он рылся в помойке. Объяснить происхождение неприятного запаха юноша отказался, точно так же, как принять душ. Лариса попыталась мягко отчитать сына. В ответ тот стал выкрикивать какие-то беспочвенные обвинения, очень быстро сорвавшись на визг и замолчав от стыда. Где-то полминуты длилась тяжелая пауза, которую никто не смел прервать. Потом Илья попросил прощения и заперся в своей комнате. Лариса, прильнув к двери, услышала сдавленные рыдания и сочла нужным ретироваться. Это только так говорится, что мужчины не плачут; они еще как плачут, но видеть и слышать этого никто не должен.

И все-таки у Ларисы было неспокойно на душе. Она походила по кухне взад-вперед, а потом решила вытащить сына из его укрытия. Не так давно подруга-психолог целых три часа рассказывала ей о том, как легко довести современного подростка до суицида. А ведь у Ильи было много причин свести счеты с жизнью: отец ушел, одноклассники недолюбливают, учеба дается тяжело... Лариса метнулась к спальне сына и снова припала ухом к двери. Из комнаты не доносилось никаких звуков.

-Илюша, иди обедать! - позвала женщина.

Тишина.

-Илья, кому я рассольник-то варила?

Испуганная Лариса старалась, чтобы ее голос звучал грозно. Но все ухищрения пропали впустую: ответа снова не было.

-Илюша!!!

Лариса принялась барабанить кулаками в дверь, потом несколько раз толкнула ее и опять стала колотить бездушную ДСП. А сын все никак не хотел отвечать...

Ларисе показалось, что прошла вечность, прежде чем перед ней появился Илья. Бедная женщина дрожала, как от холода. Она уже готова была звать соседа-уголовника, чтобы тот выбил дверь...

Илья украдкой выглядывал из комнаты. Так бывало, когда у него был страшный беспорядок и он боялся показать его матери. Только теперь взгляд мальчика выражал не страх наказания, а обеспокоенность какими-то важными проблемами.

-Почему ты не отвечал? - поинтересовалась Лариса.

-Я заснул, - коротко ответил Илья. - Мама?

-Ну что? - Лариса присмотрелась к сыну и заметила, что ему как будто нездоровится. Лицо бледнее обычного, голос тихий и слишком спокойный... - Ты обедать-то будешь?

-Да, спасибо. Скоро приду. Кстати, можно принять ванну?

-Можно? Нужно, Илюша! - Лариса радовалась, что все вернулось на свои места, и уже простила сына за пережитый ужас. - Ты мне расскажешь, что произошло?

-Надо мной издевались школьные товарищи, - равнодушным тоном поведал Илья. Лариса прикрыла рот ладонью. - Ничего страшного.

-Ничего страшного?! - закричала она, чувствуя, что вот-вот заплачет. - Да у меня сердце кровью обливается каждый раз, когда...

-Ты правда переживаешь? - серьезно спросил Илья.

-Не то слово! Может, перевести тебя все-таки в другую школу? Как думаешь?

-Не переживай. - Илья подарил матери улыбку, какой она еще никогда не видела на его губах: ободряющую, светлую, нежную. - Все, кто меня обижал, еще поплатятся.

И дверь снова закрылась. Озадаченная Лариса пошла на кухню - греть рассольник. Вынимая из холодильника большую кастрюлю, женщина услышала, как в ванной кто-то наливает воду в пластиковое ведро.

"Там он, что ли, собрался мыться?" - мысленно пошутила сама с собой Лариса.


В шесть часов вечера Лариса вертелась перед зеркалом в бордовом вечернем платье. На дне рождения ее молодой подруги должен был присутствовать их общий знакомый, пятидесятилетний стоматолог. Лариса уже несколько месяцев мечтала о романе с ним, а вечер в кафе мог способствовать близкому общению.

-Прекрасно выглядишь, мама, - сказал Илья, появившись в комнате.

-Спасибо, солнышко, - от души поблагодарила его Лариса. - Но и ты выглядишь отлично! - Илья наконец-то как следует расчесал волосы и убрал их в низкий хвост, а вместо аляповатых вещей не по размеру надел брюки с жилетом и белую рубашку в тонкую синюю полоску. - Думаю, теперь твоя Верочка точно не устоит.

-Верочка? - переспросил Илья.

-Я ведь знаю, для кого ты так оделся, - подмигнула сыну Лариса.

-Значит, Верочка не устоит, - согласился Илья. - А есть кто-то, кому предстоит пасть жертвой чар моей прелестной мамы?

Лариса засмеялась, поправляя опрысканные лаком кудри.

-Ну, что ты, Илюша... Я уже такая старая...

Глядя в зеркало, она видела отражение сына за своей спиной. Он смотрел на мать с какой-то особенной добротой и удивительно взрослым пониманием. "Да ведь он совсем большой у меня," - с гордостью подумала женщина. Предвкушая праздник, она забыла, что еще несколько часов назад ее внезапно повзрослевший сын плакал, извалявшись в мусоре.


Кафе "Александр" не было шикарным, но пользовалось заслуженной любовью посетителей. Каждый, кто заходил в него, мгновенно утопал в зелени - к сожалению, искусственной, зато весьма разнообразной. Кормили здесь очень вкусно, а стоили все блюда недорого. Кроме того, кафе располагалось почти в центре города, и после ужина гости могли еще долго гулять. Благо день рождения Клары выпал на пятницу, и следующим утром никто на работу не собирался.

Когда мать и сын Павенко поднялись по лестнице и нырнули в уютный полумрак вестибюля, взгляд Ильи сразу выделил среди гостей одного человека. Это был высокий мужчина лет тридцати, в джинсах и атласной рубашке цвета морской волны. В правой руке он держал большой букет алых роз, а в левой - подарочный пакет средних размеров. Мужчина посмотрел на Илью, как на предмет мебели, и продолжил свой путь в один из залов кафе.

-Именинницы еще нет, - сказал полный опрятный стоматолог, провожая Ларису и ее сына к столу. - Но она уже скоро будет. Встретим ее хоровым "с днем рождения!"

-Отличная идея! - поддержала его Лариса.

-О, пришел все-таки, - прошипел кто-то над ухом у Ильи. Он обернулся - на него, прищурившись, глядел Родион. - Что, отмылся после ныряния в мусорку?

-И нравится тебе слабых обижать? - спросил Илья с отвращением в голосе.

Родион непонимающе уставился на брата.

-Что с тобой?

-Мое терпение иссякло, - бесстрастно предупредил Илья. - Еще раз тронешь - останешься калекой на всю жизнь.

Родион несколько раз моргнул, как будто прогоняя видение.

"Наверное, надрался по дороге в кафе," - решил он, бросая изумленные взгляды на Илью.


В пять минут восьмого зал взорвался криком:

-С днем рождения, Клара!

За поздравлением последовали аплодисменты.


## Глава 2. Обещание.


Клара никак не могла заснуть, хотя утром ей предстояло идти на работу и трудиться у плиты. Тяжелые размышления не давали девушке покоя, заставляли рассматривать полную луну за распахнутым настежь окном. Вдыхая дурманящие ароматы трав и цветов, почти не испорченные запахами большого города, Клара думала о своей жизни. Сегодня ей исполнялось двадцать пять. С какой-то стороны, она еще была совсем молодой - девушку этого возраста никто не воспринимает как профессионала, ее суждения считают мудрыми лишь дети. И в то же время Клара была безнадежно стара. Прожив четверть века, она так и не узнала любви. А все почему? Потому что любила...

В два часа ночи, стараясь не разбудить сестер, Клара встала с постели. Свет фонаря за окном озарил ее хрупкую фигуру. Клара не отличалась привлекательностью, хотя многие называли ее внешность довольно приятной. Она была тоненькой, маленькой, с невзрачным лицом подростка и короткими темно-русыми волосами. Единственным в Кларе, что приковывало к себе внимание, были ее глаза - большие, выразительные, цвета чистого летнего неба. Впрочем, восхищаться глазами - удел поэтов, а поэтов среди Клариных знакомых не было.

Клара неслышно скользнула к столу - ее босые ступни как будто парили над паркетом. Опустившись на стул, она убедилась, что льющегося из окна света будет достаточно, и тихо выдвинула ящик. Оттуда девушка достала толстую тетрадь с надписью "рецепты" на обложке. Взяла шариковую ручку, сняла колпачок и замерла. Тишина окутывала всех в комнате, словно мягкое покрывало. Собравшись с духом, Клара нарушила ее тихим шуршанием, когда начала выводить первые буквы на сероватой бумаге.


Написав лишь несколько слов, Клара вернула тетрадь в ящик стола и прикрыла ее нежно-розовым сборником стихов Вериного сочинения. Посмотрев на спящих сестер, она все так же бесшумно юркнула под свое одеяло и закрыла глаза. Но сон никак не хотел позволить девушке забыться...

-Вы хотите об этом поговорить? - шепотом спросила Кира, открыв глаза.

-Не знаю. - Клара отвернулась к стене. - Не думаю, что тебе это интересно.

-Да брось ты, - сказала ее младшая сестра. - Мне интересно все, что так или иначе связано с тобой. Тем более, - девушка подмигнула Кларе, - в этом месяце ты отвечаешь за кухню. И не будет ничего страшного, если ты злоупотребишь своими полномочиями...

Клара улыбнулась, спрыгнула с кровати и сняла с гвоздика у двери связку ключей.


Кухня - одна на все общежитие - располагалась на первом этаже, по соседству с душевой. Здесь было две газовых плиты, микроволновая печь, раковина для мытья посуды и целых шесть больших столов с кучей табуреток и стульев. Каждый месяц кто-то из обитателей общежития получал неприятную обязанность заботиться о благовидности помещения. Вместе с необходимостью домывать оставленные тарелки этому человеку давали ключи от кухни и находящихся в ней шкафчиков. Как правило, ответственными назначали самых порядочных людей, которым доверяли вахтеры и охранники. Но даже они часто приходили по ночам на кухню, где простора было куда больше, нежели в комнате.

Клара и Кира, обе в синих пижамах, вбежали на кухню и заперли за собой дверь. Пока младшая из сестер устраивалась за самым близком к окну столом, старшая кипятила чайник и размешивала в кружках растворимый кофе.

-А может, Веру позвать? - спросила Кира, прищурившись.

-Ну... - Клара явно смутилась. - Не стоит этого делать. Наверное.

-Я тоже так считаю. После той дури, что она тогда наговорила...

Клара опустилась на табуретку и поставила на поверхность стола две кружки с кофе.

-Дело не в этой "дури". Просто...

-Просто у нее крыша поехала, - резюмировала Кира. - Конечно. Я даже помню, как этот процесс пошел. Ей было пятнадцать, и она тогда впервые понравилась мальчикам. Троим одновременно. Они устроили из-за нее такую свару, что тебя вызвали в школу. После этого Веру стало не узнать. Она решила, что мы ей и в подметки не годимся.

-У кого угодно поехала бы крыша.

Кира фыркнула. На недостаток внимания она никогда не жаловалась, хотя красивой ее не считали. Маленькая и худая, как обе сестры, Кира была очень похожа на мальчика. Лет восемь назад, когда она коротко стриглась и отказывалась от юбок, ее все звали Кириллом. Теперь Кира отрастила волосы до плеч, регулярно красила их в песочный цвет и время от времени надевала единственное в своем гардеробе платье. Конечно, из-за нее никто не дрался, да она и сама не теряла голову. Но как восемь лет назад, так и сейчас находились парни, которым приходило в голову позвать Киру на свидание. Поэтому она видела в младшей сестре лишь самовлюбленного ребенка, который гордится не тем, чем следует.

-Нашла хобби - мужиков коллекционировать, - сказала Кира. - Лучше бы книжки почитала, глядишь, писать бы начала без ошибок.

Клара покачала головой и отпила кофе из чашки.

-А знаешь, почему я до сих пор одна? - спросила она, не глядя на сестру.

-Почему? - Кира вся обратилась в слух.

-Думаешь, я стесняюсь мужчин?

-Стесняешься. Не без этого.

-Дело в другом... Я обещала, что буду верна кое-кому.

Кира нахмурилась.

-И давно это было?

-Не знаю, сколько лет назад, но... в прошлой жизни.

Кира, которая сделала большой глоток кофе, поперхнулась.

-В прошлой жизни?

-Тебе, наверное, смешно. - Клара погладила пальцем ручку своей кружки. - Но это правда. Я очень долго вспоминала эту прошлую жизнь и даже теперь знаю только детали... Лиц, например, не помню... Впрочем, те кусочки мозаики, которые мне удалось собрать, дают возможность представить себе всю картину.... - Девушка замолчала, подыскивая слова. - Наша первая встреча снится мне очень часто. Мои родители переехали из страны, которая им не нравилась, туда, где жил этот мальчик. Помню, они благодарили судьбу за то, что им удалось покинуть родину - видимо, вырваться оттуда было не так-то просто. Мы стали жить в пригороде. Папе помогли устроиться на работу, и очень скоро у меня стали появляться дорогие игрушки и красивые наряды. А мама отвела меня в детский сад, где я сразу подружилась со многими детьми. Я говорила на их языке с акцентом, но они все меня обожали. Наверное, им нравилось то, что в моей голове было полно безумных идей для игр.

-Видимо, в прошлой жизни ты была похожа на меня, - заметила Кира. - Это я в детстве заставляла тебя летать на Марс и грабить торговые суда.

-Возможно, - с нежностью улыбнулась Клара. - Итак, однажды я гостила у подружки. В ее доме тогда собралось немало детей - в основном мальчики. Когда им наскучили машинки и конструктор, друзья сказали, что хотят меня напугать: "Мы покажем тебе монстра, если не закричишь - с нас куча конфет!" Я ответила, что ничего не боюсь, и тогда мы, воспользовавшись глубоким сном няни моей подружки, отправились на улицу. Меня вели вдоль по улице к самому неказистому из домов. Думая, что друзья задумали глупый розыгрыш, я готовилась храбро встретить своего ровесника в маске чудовища - за месяц до этого именно так со мной и поступили в детском саду. Когда мы остановились у двери, кто-то из моих товарищей громко позвал: "Алекс, иди сюда!" Я помню, что перебирала в уме всех возможных страшилищ, в которых мог перевоплотиться этот Алекс. Но вот дверь со скрипом отворилась, и в двух шагах от меня появился он - довольно высокий для шести лет мальчик с растрепанными черными волосами. Он был в мятой одежде, которая отчаянно требовала стирки. А всю правую половину его лица покрывал ужасный шрам от ожога. Я никак не ожидала настоящего уродства и, завизжав, бросилась наутек. Дети засмеялись и побежали за мной. А этот мальчик, думаю, поспешно захлопнул дверь...

-Если честно, я была уверена, что ты сейчас расскажешь мне про писаного красавца из богатой семьи, - сказала Кира, сдвинув брови. - И зачем хранить верность кому-то, кто ходил в грязных шмотках и пугал детей своим лицом?

-Во-первых, Кирочка, Алекс только в детстве был неопрятным. Когда он подрос, то начал следить за своим внешним видом. - Клара подняла в воздух указательный палец, словно объясняла сестре какое-то важное правило. - А во-вторых... так получилось, что мы стали друг для друга самыми близкими людьми.

Дома я рассказала родителям о злой шутке моих друзей. Мама возмутилась: "Этот мальчик не виноват в том, что у него такое лицо! Все считают тебя красавицей и ангелочком, но пожар или авария могли бы сделать тебя такой же, как он! Я требую, чтобы ты извинилась!" Всю ночь я плакала в подушку, жалея Алекса и ругая себя за глупость. А утром попросила маму отвести меня к нему. Я взяла с собой подарок - несколько игрушек. Дверь нам открыла его мать - неопрятная пьяная брюнетка с сигаретой в зубах. Моя мама, которая всегда держалась и выглядела безупречно, была поражена. Хозяйка дома спросила, к кому мы пришли. Мама ответила, что к ее сыну. Я вчера обидела его и хотела бы попросить прощения. Женщина засмеялась в ответ: "Если пускать домой всех, кто этого красавца обижает, у меня тут можно будет детский сад открывать!" Потом она позвала сына, и тот быстро подошел к матери. На этот раз я не почувствовала отвращения или ужаса, поэтому приветливо улыбнулась Алексу. Его мама впустила нас в дом, и он повел меня в гостиную. Я попросила прощения, отдала коробочку с подарками и расплакалась. Алекс положил коробочку на стол и спокойно сказал: "Да я и не обиделся. Не только тебя мной пугают, и ты не первая, кто так отреагировал. А чего плачешь-то?" Я ответила, что мне стыдно за свой поступок и назвала себя противной девчонкой. Знаешь, что сделал Алекс? Осторожно погладил меня по волосам. Я прекратила хныкать и с удивлением отметила, что в его глазах действительно нет злобы. Он сказал: "Ты хорошая девочка. Как тебя зовут?" Я представилась, и Алекс предложил дружить с ним.

-А ты не помнишь, как тебя звали? - протянула Кира, изучая остатки кофе на дне кружки.

-Помню. Рахиль Келлерман. Только разве это что-нибудь меняет?

Кира покачала головой. Это имя ни о чем ей не говорило. Но вот Алекс...

-А полное имя того мальчика помнишь?

-Помню. Александр Моретти.

Кира широко распахнула глаза. Перед ее мысленным взором предстал мрачный толстяк средних лет, который отворачивался от телекамер. Он хромал на правую ногу, а его лицо изуродовал ожог. Но несмотря на отталкивающую внешность, это был человек, достигший небывалых высот в своем деле. Кира напрягла память. С какой же профессией ассоциировался у нее образ Александра Моретти? Кажется, он занимался генетикой...

-Ты что, когда-то слышала это имя? - встрепенулась Клара.

-Вовсе нет! - Кира махнула рукой. - Просто удивляюсь, что ты так много помнишь.

-Странно, - с улыбкой заметила Клара. - Ты веришь мне, как будто люди на каждом шагу рассказывают истории из своих прошлых жизней.

-Ты не чокнутая и не выдумщица. Думаю, тебе можно верить, даже если ты несешь полную чепуху.

Клара засмеялась.

-На чем я остановилась? Ах, да. Алексу понравился мой подарок, он поблагодарил меня. Мы весело болтали об игрушках, пока мама не выскочила с кухни, как ошпаренная: хозяйка дома налила ей средь бела дня джина и завела какой-то весьма пикантный разговор. Мне пришлось уйти, но я пообещала, что мы еще увидимся. Когда мы с мамой уходили, Алекс ласково смотрел на меня из окна гостиной. И я с гордостью думала, что нашла себе "жениха". Но мама была против наших встреч. Свое решение она объяснила так: "Вот уж не думала, что в этой стране встречается подобная шушера!" Но мне очень хотелось пообщаться с Алексом. Пришлось снова идти в гости к его соседке. Няня опять благополучно уснула на диване, а в доме оказался новенький. Моя подружка предложила напугать его. Я согласилась, потому что это был предлог отправиться к Алексу, но по дороге предупредила жертву розыгрыша: "Не смей вопить и убегать, там живет мальчик с обожженным лицом!" Благодаря мне обошлось без крика и смеха. Правда, удивленных возгласов избежать не удалось. Увидев Алекса на пороге, я повисла у него на шее. В итоге вся ватага переместилась к нему. Дети чувствовали себя странно, словно и впрямь находились в логове монстра; тем временем мы с Алексом обсуждали жизнь инопланетян. Посиделки закончились только тогда, когда перепуганная няня ворвалась в дом. Расставаясь, мы обменялись номерами телефонов. И тем же вечером я уже разговаривала с Алексом, сидя на своей кровати - прямо как взрослая девушка, позвонившая своему другу. Мама немного поворчала, но, в общем, возражать не стала. Запретить Алексу приходить в гости у нее тоже не получилось, потому что я сообщила о его первом визите за десять минут до него. А когда он уходил от нас, мама и вовсе смилостивилась: она еще не встречала таких вежливых и смышленых мальчиков.

Мы виделись не очень часто, но каждая встреча была для нас праздником. Игры, задушевные детские разговоры, попытки совместно написать фантастический бестселлер - все это занимало нас, когда мы были вдвоем. Очень скоро я поняла, что мне ни с кем не будет так интересно, легко и уютно, как с Алексом. Он, я уверена, чувствовал то же самое.

-Значит, вы были друзьями детства, - заключила Кира. Странно: ее не покидало ощущение, что Александр Моретти всегда был абсолютно одинок. От всей его грузной фигуры веяло страшным, пробирающим до костей холодом.

-Друзьями детства? Даже больше. Мы дышали друг другом.

-Тебя совсем не смущали его шрамы и хромота?

Клара, которая уже мысленно перенеслась в прошлую жизнь, оторвалась от приятных воспоминаний и удивленно посмотрела на сестру.

-Откуда ты знаешь, что он хромал? Я этого не говорила. - Кира прикусила язык. - Алекс сломал ногу перед тем, как пойти в первый класс. Он зачем-то полез на крышу своего дома и упал оттуда. Моя мама считала, что Алекс специально покалечился: он был на год старше меня, и нам предстояло учиться в разных классах. Травма позволила ему пойти в школу на год позже... Так откуда ты узнала, что он хромал?

Кира изобразила самую невинную улыбку.

-Просто так сказала. Почему-то, представив себе Алекса, увидела его хромым.

К счастью, Клара была так увлечена размышлениями о прошлой жизни, что поверила сестре.

-Знаешь, меня все это действительно не смущало. Я быстро перестала обращать внимание на его внешность и странности характера. Но мое поведение оставляло желать лучшего: я была в нашей паре капризной принцессой, а он - моим влюбленным рабом. Алекс помогал мне с уроками, носил мой портфель, исполнял все мои прихоти... Помню, даже обувал меня иногда и прически делал. А всех, кто осмеливался приблизиться к его принцессе, мог здорово побить... Понимаю, со стороны это звучит, как фантазии непривлекательной девчонки. Но я ничего не сочиняю, рассказываю только то, в правдивости чего уверена на сто процентов.

-Я уже говорила, что не сомневаюсь в твоих словах, - успокоила сестру Кира. - Продолжай.

-А когда мне было четырнадцать, случилось то, что предопределило мою судьбу в новой жизни, - торжественно изрекла девушка. - Мы с Алексом зашли к ясновидящей, и она сказала, что между нами очень крепкая связь. Настолько крепкая, что мы будем вместе даже в следующей жизни. Потом она что-то еще сообщила лично Алексу, шепотом. Я спросила, что он услышал от ясновидящей, и Алекс ответил: "Тебя будет очень трудно найти, но, если я не сдамся, то рано или поздно мы встретимся. А я точно не сдамся!" Это показалось мне безумно романтичным, и в тот вечер я приняла решение стать его девушкой. Мы и так всюду были вместе, как образцовая парочка; оставалось разве что поцеловаться.

-И ты, надо полагать, поцеловала его?

-Тогда - нет, - тяжело вздохнула Клара. - Я назначила встречу на следующий вечер. Хотела сделать это в кинотеатре: мне казалось, нет ничего более милого, нежели поцелуй на сеансе мелодрамы. Но в кино я не пошла - Алекс напрасно ждал меня. - Клара всхлипнула. - На перемене, закрывшись в кабинке женского туалета, я услышала, как мои одноклассницы обсуждают нас с Алексом. Они говорили: "Как было бы здорово, если бы Рахиль начала встречаться со своим другом! Все парни ее обожают, и она считает себя самой красивой в округе. А этот Алекс - такой урод, да еще и с приветом! Роман с ним стал бы для самодовольной Рахили идеальным наказанием! Все смеялись бы над этой парой, тыкали в них пальцем!"

-Ну, - продолжила Кира, - и ты решила, что такой парень тебе не нужен?

-Что ты! - оскорбилась Клара. - Я не впервые слышала подобные слова. Мои родители, например, очень боялись, что я буду встречаться с Алексом, и часто объясняли, каким позором это стало бы для меня и всей семьи. Он был не только хромым и обезображенным, но еще и рос в неблагополучной семье. Мать пила и жила с уголовником, о родном отце Алекс вообще ничего не знал...

-Тогда почему же ты не пошла в кино?

Клара помолчала.

-Из-за того, что поверила своей однокласснице. Она была моей главной соперницей в борьбе за титул королевы школы. И эта девчонка тогда, в туалете, сказала: "Да вы что, правда считаете, будто Алекс так любит ее? Вот еще! Просто с этим агрессивным уродом никто больше общаться не хочет. А на самом деле он давно запал на меня. С ума сводит своими признаниями, звонками, просьбами пойти с ним на свидание! Если бы вы знали, девчонки, как это сложно - отбиваться от парня вроде него. Обычному легко сказать, что он не в твоем вкусе. А этот сразу решит, что дело в его шрамах, и взбесится..." Что самое удивительное, одна из подруг той девчонки немедленно подтвердила ее слова!

-Это была выдумка?

-Да. Но я узнала об этом только через одиннадцать лет... А в тот момент я залилась горькими слезами и твердо решила ни в какое кино не ходить. Моя гордость впервые получила такой серьезный удар. Я-то думала, что любовь Алекса ко мне очевидна, но выходило, что я влюблена безответно! - Клара вытерла слезы тыльной стороной ладони. - Чтобы унизить Алекса, я осталась дома, не предупредив его. Он обиделся, но ненадолго. Зато я стала встречаться с полным и глуповатым парнем, которого быстро сменила на еще более безмозглого хулигана. Алекс ревновал, просил меня одуматься и не раздаривать себя таким ничтожествам. А я не обращала на его слова никакого внимания. Он же втайне приставал к другой девчонке - и меня оберегал просто как сестру! - Клара схватилась за голову. - Какой же я была глупой!

Кира встала из-за стола, чтобы налить себе еще кофе.

-Но ведь Алекс не стал встречаться с той лгуньей?

-Конечно, нет. Он вообще ни с кем не встречался, потому что любил только меня. Но тем временем я пустилась, что называется, во все тяжкие. Мне нравились восхищение мальчишек и зависть девчонок, которые поражались количеству моих любовных побед. Этот вихрь закружил меня, и я... решила, что навсегда останусь Алексу только подругой.

-Значит, похожа ты была не на меня, а на Веру, - заключила Кира.

-Наверное, да.

-Но разве Алекс не пытался признаться тебе в своих чувствах?

-Он даже признавался, но я ведь сказала, что совсем потеряла голову. Мне тогда было шестнадцать. Как-то вечером, после моей жалобы на измену очередного парня, он попробовал меня поцеловать. Я увернулась и спросила, что это за шуточки. Он разозлился - а ведь со мной Алекс всегда был добрым! - и поинтересовался: "Это из-за моего лица? Я же знаю, что тебя целовали - и не только целовали - далеко не самые красивые парни! Тебе неприятно, что у меня уродливое лицо, да?" Я оторопела. Он спокойно разговаривал о своих шрамах, но еще никогда не поднимал тему наших возможных отношений. Я объяснила, что не хочу терять единственного друга, потому что быстро ссорюсь со всеми своими парнями. Алекс прямо-таки взорвался: закричал, что хочет мне быть не другом, а возлюбленным и мужем, причем я давно могла бы это понять. Мой ответ был жестоким. Я сказала, что ищу приключений и не умею быть верной. Поэтому, если Алекс умеет ждать, он может вернуться со своим признанием, когда я нагуляюсь...

-Действительно, жестоко, - согласилась Кира. - И он даже после этого не ушел?

-Нет, он продолжал всюду следовать за мной: мы были вместе в университете, снимали одну квартиру на двоих. Мои родители очень беспокоились. Мама считала, что идеальный возраст для замужества - это двадцать лет. Но мне исполнилось двадцать пять, а я продолжала порхать по любовникам. Единственным мужчиной, который никогда не покидал меня, был Алекс...

-Что-то случилось, когда тебе исполнилось двадцать пять? - насторожилась Кира.

-Да, случилось нечто странное. Я праздновала свой двадцать пятый день рождения в клубе, куда позвала только Алекса. Мне, как ты понимаешь, больше никто и не был нужен. Я полностью растворилась в музыке и не сразу заметила, как ко мне подошел симпатичный блондин лет тридцати. Он явно был не в своей тарелке, словно тогда впервые оказался в ночном клубе. Блондин как-то странно танцевал, пытаясь копировать движения окружающих, и с интересом оглядывался по сторонам. Помню, даже спросил меня, действительно ли то, что звучит, - музыка...

-Очень интересно, - пробормотала Кира, почесав указательным пальцем подбородок.

-Он поинтересовался, сколько мне лет, - продолжала Клара. - Мы разговорились, он угостил меня коктейлем, и потом мы пошли домой. Вместе с Алексом, разумеется. У входной двери я ждала, что тот блондин - его звали Скотт - поцелует меня. Но он только пообещал, что мы еще встретимся.

На губах Киры появилась загадочная улыбка. Но Клара все еще была увлечена воспоминаниями и ничего не видела.

-Наутро Скотт ждал меня в кафе, расположенном напротив нашего дома. Когда я шла мимо, он выскочил и предложил проводить меня туда, куда я направлялась. Его, похоже, немного удивил тот факт, что я шла на работу, а профессия - бухгалтер - вообще ввела в ступор.

Кира кивнула каким-то своим мыслям.

-Наше первое свидание состоялось в тот же вечер. Все было прелестно: шампанское при свечах в его уютной маленькой квартирке, страстное целование рук и красивое пение на незнакомом языке. Через два дня Скотт арендовал яхту и повез меня на морскую прогулку под звездным небом. А две недели спустя, так и не решившись на интимную близость, он позвал меня замуж. Я рассмеялась ему в лицо и предложила сразу перейти к первой брачной ночи. Скотт грозно спросил, многим ли я так предлагаю себя. И я солгала, что лишь тем, кого люблю...

-Потом он поинтересовался, многих ли ты любишь, ты ответила, что его одного, и тогда он перешел к активным действиям, - подытожила Кира.

-Да, - подтвердила изумленная Клара. - Надо же, как хорошо ты знаешь мужчин...

Кира прыснула.

-Через два с половиной месяца Скотт снова позвал меня замуж. На этот раз я согласилась. Тем временем терпение Алекса иссякло. Он был молодым ученым и ему предложили работу в другой части страны. Я думала, что он откажется и захочет остаться со мной, но предложение было принято. Алекс сказал, что больше не хочет путаться у меня под ногами.

Приближался день свадьбы. Скотт все чаще раздражался и постоянно задавал один вопрос: люблю ли я его. Сначала мои слова: "да, милый" успокаивали Скотта, но потом стали бесить. Он кричал: "Ты лжешь! В твоем сердце либо кто-то другой, либо вечная мерзлота!" Я не понимала, почему жених так злится. Всю жизнь мне легко удавалось обманывать своих парней, к которым я чувствовала что угодно: привязанность, влечение, интерес - но никак не любовь. Лишь Скотт заподозрил что-то неладное и сходил с ума. Думаю, он заметил, как я медленно увядаю. Впервые за двадцать лет рядом со мной не было Алекса. Я звонила ему, но он быстро заканчивал разговор; я писала электронные письма, но ответы были короткими и не приходили по несколько дней. Меня начала мучить бессонница, а если даже удавалось заснуть, то подушка обязательно бывала залита слезами: я видела его, доброго, нежного, заботливого. Накануне свадьбы я пришла к Скотту домой. В моей руке была дорожная сумка с самыми необходимыми вещами. Я сказала ему, что он был прав: чувств у меня к нему нет, моя жизнь пуста без Алекса, которого я люблю уже давно. Представь себе, Кира, Скотт набросился на меня и ударил! Упав на пол, я расслышала, как он говорит вполголоса: "Но тогда Алекс должен был... почему же нет... неужели это не имело смысла с самого начала?" После этого непонятного монолога Скотт перебрал все ругательства, какие знал, и выставил меня за дверь.

"Конечно, смысла в романе с Рахилью было не много, - подумала Кира. - А от Клариной любви может быть толк".

-Не было надежды, что Алекс захочет меня видеть, - призналась Клара. - Но когда я оказалась на пороге его квартиры, он прижал меня к своей груди. Это было непередаваемое чувство: казалось, что все счастье мира в одночасье стало моим. Я, улыбаясь, всхлипывала и бормотала, что хочу быть только с ним. И он сказал: "Нагулялась все-таки." Целую ночь мы бродили по городу. Эту прогулку я помню в мельчайших деталях - те события до сих пор греют мне сердце! Но утром, когда мы шли домой, позвонили мои родители и потребовали вернуться. Мама была в бешенстве: ее дочь, которую она уже считала старой девой, сбежала из-под венца. Я пообещала Алексу, что прилечу обратно, как только успокою родителей. Он ответил, что будет ждать сколько угодно, ведь этому он в совершенстве научился за долгие годы рядом со мной... - Голос Клары задрожал. Воспоминания были такими яркими, словно она только вчера обнимала своего любимого в аэропорту. Ей даже казалось, что она помнит тепло его сильного тела... - Я поцеловала Алекса - это был наш первый и единственный поцелуй - а потом ушла на посадку. В самолете я представляла себе наше совместное будущее и радовалась тому, что он оказался таким терпеливым и верным. Думаю, ни одна девушка не могла бы рассчитывать на большее счастье, чем то, которое Алекс готов был мне подарить. Но... мечты развеяло падение самолета. Чувствуя приближение смерти, я ухватилась за спасительную мысль о новой жизни, которую когда-то внушила мне ясновидящая. Мы снова встретимся с Алексом, и на этот раз все будет иначе. Я не стану обращать внимание на других мужчин, буду принадлежать только ему... - Клара тяжело вздохнула.

-И Рахиль погибла, - чуть слышно произнесла Кира. Ее сестра трижды кивнула.

-Рахиль погибла, а я жду встречи с Алексом. С самого детства. Я часто вижу его во сне: он просит подождать еще немного, потому что скоро будет со мной... Помню, когда умерли мама с папой, он приходил несколько ночей подряд и утешал меня. - Клара спрятала лицо в ладонях. - Я даже не могу представить себе, что рядом со мной будет кто-то, кроме Алекса! Только... - Девушка резко опустила руки и посмотрела на сестру так жалобно, что у той заныло сердце. - А что, если Алекса нет?

-Ты ведь говорила, что уверена в правдивости этой истории, - напомнила Кира.

-Да-да! Но что... что, если его нет теперь? Если он умер в тот раз и не родился снова? Вдруг ясновидящая ошиблась? Или... или он просто не помнит меня?.. А если и помнит, нужна ли я ему - такая? Он полюбил красивую и раскованную Рахиль, а я совсем обычная, скромная...

-А может быть, он вообще родился в другом мире, - серьезно предположила Кира. - Судя по тому, что ты рассказала, эта история случилась не так давно: самолеты и компьютеры уже изобрели. Но Императора, насколько я поняла, не было. А ведь он правит всем земным шариком уже лет триста.

-Ты что, веришь в параллельные миры? - изумилась Клара.

-То есть в реинкарнации мы верим, а в параллельные миры - нет? - притворно возмутилась Кира.

Обе сестры засмеялись. В течение следующих десяти минут они перебирали все сверхъестественные феномены, которые могли помешать Алексу жениться на Кларе.

-А вообще, - сказала Кира, направляясь с пустыми чашками к раковине, - надо забыть его. Был он на самом деле, нет - все равно. Ты избегаешь каких угодно отношений, думая, что вот-вот из-за угла выскочит Алекс с цветами и обручальным кольцом. А если нет? Во сколько лет ты согласишься, что можно стать счастливой и без него?

Клара подняла взгляд к потолку, сложив руки на коленях.

-Не знаю. Ты права, Кирочка, но...

-Твоя жизнь, конечно, и тебе решать. Но я бы на твоем месте уже давно изменяла покойнику. А он наверняка уже сто лет как покойник.

Клара стиснула зубы. Она много раз думала о том, что Алекса нет в живых, но слышать это от кого-то постороннего было намного больнее. Пока она сама себе говорила: "он мертв" - это было только опасение. А Кира превратила гипотезу в аксиому.

-Думаю, ты права, - глухо отозвалась Клара.


Как только старшие сестры покинули комнату, Вера вскочила с кровати и подбежала к столу. Она быстро вытащила из ящика тетрадь с надписью "Рецепты" и стала переворачивать листы один за другим. Наконец, среди описаний способов приготовления мяса, птицы и супов, девушка разыскала инородную фразу.

Алекс, любимый, воспоминания о тебе - самое дорогое, что у меня есть...

Сомнений не было: это предложение вывела своим каллиграфическим почерком Клара. Но содержание короткого текста никак не вязалось со всем, что Вера знала о сестре!

-У нее когда-то был парень? - скривилась девушка. - Надо же, какая сенсация! А, стоп! - Губы Веры медленно изогнулись в злорадной ухмылке. - Наверное, это была безответная любовь!

И все же с того момента Вере не давал покоя загадочный Алекс.


Днем восемнадцатого августа у старшей и средней из сестер Лазаревых все шло довольно гладко. Клара трудилась на кухне в столичном полицейском управлении, где она отвечала за гарниры. Надо заметить, что такая благородная обязанность была на нее возложена только после четырех лет кропотливой работы. До этого Клара, несмотря на умение вкусно готовить, делала бутерброды, мыла зелень и заваривала чай. Императорская Полиция, в отличие от Городской, считалась элитной, потому что первая охраняла спокойствие Императора, а вторая - всего лишь его подданных. Из-за этого все у полицейских на службе Талврина было выше: и зарплата, и социальный статус, и качество еды в столовой. Разумеется, необразованную девушку, даже с кулинарным талантом, сначала отправили набираться опыта у профессиональных поваров. При этом Клара поступила в колледж на вечернее отделение, где осваивала искусство приготовления вкусной и здоровой пищи. Лишь сдав все экзамены на "отлично", она была допущена к серьезной работе.

Кира совершала обыск в богатом загородном доме, где, по мнению соседей, встречались члены неуловимого революционного общества "Крылья Свободы". Компанию ей составлял напарник, сержант Рудых, который в свободное от работы время был Кириным возлюбленным Димой. Точнее, он был таковым еще утром шестнадцатого августа, а вечером того же дня получил отставку. Киру, явившуюся домой к напарнику-любовнику без предупреждения, встретила на пороге обнаженная рыжая бестия с четвертым размером груди. Сам Дима в этот момент был в душе - готовился к приятному времяпрепровождению в обществе рыжей. Кира попросила голую барышню забирать сержанта с потрохами, на что та без колебаний согласилась. И вот уже два дня напарники были как на иголках. Любви между ними никогда не было, но симпатия возникла при первой же встрече, а отношения длились больше года. Ничего удивительного, что теперь виновность хозяев дома заботила их куда меньше, чем присутствие друг друга.

Итогом Клариного рабочего дня стала искренняя похвала краснощекого упитанного офицера. Он съел три порции гречневой каши с грибами и, наверное, умял бы четвертую, но его вызвали в кабинет шефа. Клара была польщена.

Итогом Кириного рабочего дня стало заключение под стражу хозяина дома из-за найденных на чердаке боеприпасов. Ссора с Димой к работе не относилась, но запомнилась девушке намного больше.

Тем временем, как известно, Илья Павенко решил дать отпор обидчикам, а Марк Турьев странным образом выжил в аварии.


День рождения Кларе устраивала Кира: она, офицер Императорской Полиции, смогла оплатить и банкет, и темно-фиолетовое вечернее платье старшей сестры. Именинница была очень благодарна ей и буквально светилась от счастья, переступая порог кафе. Ее переполняла радость не только от того, что Кира сделала ей дорогие подарки. Теперь сестра знала ее тайну, и на сердце у Клары было намного легче.

Но Вера не могла не предпринять попытку испортить имениннице настроение.

-Зачем ты пригласила Павенко? - суровым тоном осведомилась она, когда все Лазаревы оказались в вестибюле.

-Нас познакомил папин друг Данилин, который стоматологом работает. Я часто бываю у них в гостях. Лариса угощает меня чаем и выпечкой, а Илья рассказывает о своих проблемах, - мягко ответила Клара. Увидев собственное отражение в зеркале, она неожиданно вспомнила сцену из прошлой жизни. Рахили тоже исполняется двадцать пять, она, в коротком платье с паетками, пританцовывает перед огромным зеркалом в клубе. Сзади подходит Алекс и говорит:

"Да, местечко не очень. Зато мужики на фэйс-контроле слепые!"

Рахиль оборачивается к другу и кладет руки ему на плечи.

"Плевать, какое место. Главное, что мы тут вдвоем!"

Алекс улыбается.

"Вот подожди. Сделаю пластическую операцию - мне владельцы клубов еще приплачивать станут, чтоб я у них тусовался!"

Заметив, что сестра оторвалась от реальности, Кира обняла ее за плечи и поволокла от зеркала.

-А ты не знаешь о нашей дружбе с Павенками, - сказала она Вере, - потому что уже год с нами не общаешься. Это ведь ниже твоего достоинства.

Клара пришла в себя и покраснела. С какой-то стороны, она зря так разоткровенничалась ночью. Теперь Кира знала, о чем постоянно задумывается ее сестра...

-Павенко - прекрасные люди. - Клара поспешила вернуться к своей нынешней жизни. - Илья вообще очень милый мальчик. И ты ему нравишься. - Она подмигнула Вере.

-Знаю! - огрызнулась старшеклассница. - Но он мне противен! Поэтому я пригласила защитника... Даже двоих.

Оторопевшая Клара, возмущенная Кира и суровая Вера вошли в зал. Их встретили хоровое поздравление и гром аплодисментов.

-Ничего, - шепотом сказала Кира. - В грязь лицом не ударим. Один будет вместо Димы, а второй... Договорюсь с администратором. Пусть приготовят что-нибудь, а уж доплатить я как-нибудь сумею.

У стола именинницу окружили гости, от которых она стала принимать подарки и дружеские объятия. Лариса протянула ей набор бижутерии - яркой, но совершенно безвкусной. Клара, начисто лишенная чувства стиля, очень обрадовалась украшениям.

Сын Ларисы вручил ей упаковку с шампунем, гелем для душа и губкой.

-Спасибо, - поблагодарила она Илью. - Кстати, ты замечательно выглядишь. Верочка точно... - Она осеклась, заметив, что Верочка уже повисла на шее у модного блондина спортивного телосложения.

-Ты сегодня обворожительна, - сделал ответный комплимент Илья. Клара залилась краской. - И этот румянец тебе очень идет.

Илья вернулся к матери, а ошеломленная Клара засеменила к своему месту за столом. Справа от нее расположилась Кира, слева - Вера, напротив - стоматолог Данилин. Тем не менее, смущаться имениннице пришлось и дальше. Одним из приглашенных Верой "защитников" оказался смутно знакомый Кларе мужчина в рубашке цвета морской волны. Аккуратно причесанные каштановые волосы, умные зеленые глаза...

-Давно не виделись, - улыбнулся он, вставая из-за стола и направляясь к виновнице торжества. - Поздравляю с днем рождения.

-Это Марк, он был моим репетитором! - фамильярно представила учителя Вера.

Клара тоже поднялась со стула, получила от Марка подарок и - о, ужас! - поцелуй в щеку!

-Вы стали еще красивее за семь лет, - сказал он. Клара хлопала своими невинными глазами и бормотала слова благодарности. А Илья смотрел на эту пару снисходительным взглядом.


Гости много разговаривали за ужином, правда, все они разделились на две неравные группы. В одной было десять человек, а в другой - три. При этом Илья числился в обеих группах, потому что с первой он поддерживал беседу, а во второй над ним не без злобы подшучивали. Как нетрудно догадаться, в маленькой группе были Родион и Вера, увлеченные в равной степени друг другом и попытками довести Илью до слез. Раньше это получалось у Родиона без особых усилий. Но тем памятным вечером Илья отказывался ныть и прятать лицо за волосами, которые впервые за пару лет додумался тщательно расчесать. Тем не менее, он выслушивал все нападки, а на некоторые даже отвечал. Однако при этом Илья был очень уравновешен. Он словно пытался научить глупых детей прилично вести себя в обществе, а не оборонялся от издевательств.

Но куда более странным оказался Марк - из-за его жеста Кира пролила на собственные колени сто граммов шампанского. Клару поцелуй в щеку смутил, будто непристойное предложение, и она избегала смотреть на учителя английского. А Кира заметила, как Марк отреагировал на пристальный взгляд женщины за столиком неподалеку. Она рассматривала его, точно он был музейным экспонатом. Легко было догадаться, что посетительница кафе залюбовалась привлекательным мужчиной, однако... Марк отвернулся и машинально прикрыл правую половину лица ладонью. Бокал с шампанским полетел на Кирины колени, когда учитель, спохватившись, провел пальцами по своей щеке и с виноватой улыбкой положил руку на стол.

Создалось впечатление, словно еще вчера у Марка на лице были отвратительные шрамы...

-Какая же я неряха, - рассмеялась Кира, выпрыгивая из-за стола. - Пойду отмоюсь, - предупредила она и скрылась в туалете. Там, правда, девушка даже не стала включать воду - брюки у нее были черными, и пятно могло исчезнуть после высыхания. Она заперлась в кабинке и мысленно позвала кого-то. Через минуту ответил хриплый мужской голос, который могла слышать только она:

-Слушаю тебя, жрица.

-Принцесса полюбила кого-то в прошлой жизни, и, возможно, этот кто-то - здесь.

-Уверена?

-Вы плохо слышите, то есть... мысли по слогам читаете? Говорю же - "возможно"!

-Я уже объяснял, что в этот раз ситуация серьезнее. Теперь стало возможно путешествовать по разным планетам и мирам, а значит, есть шанс разбудить силу каждого камня. И тогда...

-Помню, всем может быть плохо.

-А виновата в этом только ты.

-Ну, знаете... Ладно, виновата, хотя и припоминаю эту байду с большим трудом. Но я сделаю все, что в моих силах!

-Тебе почти не оставили сил жрицы. Правда, ты будешь не одна.

-И на том спасибо. Так что мне делать с тем красавчиком из прошлой жизни?

-Пока просто следи за ним. Если он действительно хороший человек, не случиться ничего страшного, когда он получит Силу.

-А, я же и забыла, что вы, как и мы, живете под властью одного придурка уже не первую сотню лет... Если кто-то получит всю Силу, вы просто смените одного придурка на другого...

-Не смей так говорить о нашем Императоре!

-А нашего ругать нельзя - расстреляют!

Ведя мысленный диалог с невидимым собеседником, Кира, как обычно, уклонилась от темы и начала шутить. Но приступ головной боли оборвал связь. Девушка, зажмурившись, упала на колени. В такой позе она просидела минут пять, пока не пришла в себя. Затем медленно поднялась и потерла пальцами виски. В следующий раз поговорить с "голосом" ей удастся лишь через сутки. И какая она после этого жрица? Обычная молодая девчонка, которой совсем не хочется быть серьезной!


## Глава 3. Охота на Принцессу начинается.


Кира вернулась за стол и теперь не спускала с Марка глаз. Но он больше ничем не желал выдавать в себе Алекса. Хотя, в сущности, что Кира знала об ученом? Она помнила лишь физические недостатки. Если кто и мог разглядеть в Марке Алекса, так это Клара. Но именинница все еще избегала смотреть в его сторону. "Тем лучше, - решила для себя Кира. - Алекс наверняка не лучший кандидат на роль хозяина Вселенной".

-Родион, я бы попросила тебя не говорить гадости за столом, - потребовала Клара. За мгновение до этого Родион предположил, что Илья по-философски спокоен благодаря целебному воздействию мусорной корзины. Вера залилась смехом, а Клара от негодования закашлялась.

-Умолкаю, - сказал студент с видом человека, оторванного от серьезного занятия.

-Нельзя гордиться тем, что обижаешь слабых! - шепнула Клара на ухо Вере. У нее был тон и взгляд проповедника, поэтому старшеклассница со стоном закатила глаза. - За что вы его так? Если я правильно поняла, Родион надел на голову Илье ведро с мусором?

-Да, ты все правильно поняла. - Вера отрезала кусок жаркого, но оставила его на тарелке. - Павенко приставал ко мне, и Родик его проучил!

Илья сделал маленький глоток шампанского, которого ему, по случаю праздника, мать плеснула в бокал. С видом знатока он оценил вкус и недовольно поморщился. Можно было подумать, что Илья отвлекся и не слышал Вериных слов, но его реплика доказала обратное.

-Я больше никогда не пристану к тебе, - равнодушно пообещал он.

Клара была расстроена. Она считала, что такой скромный мальчик, как Илья, будет идеальной парой ее сестре. Но Вера повела себя недостойно, и теперь о сводничестве следовало забыть. Это была, по мнению Клары, большая потеря. От Родиона не стоило ждать ничего хорошего. Более того... Клара обещала Илье, что в кафе он сможет пообщаться с ее сестрой. И что же выходило? Мальчик пострадал из-за Клариной самонадеянности! Над ним смеялась девушка его мечты, по всей видимости, влюбленная в его двоюродного брата!

-Тут очень душно, я хочу подышать воздухом, - сообщила Клара. Когда она выходила из-за стола, то незаметно коснулась плеча Ильи, приглашая его следовать за собой. Он бросил на именинницу вопросительный взгляд, но девушка отвернулась.

-Что ж, я тоже выйду на улицу, - оповестил присутствующих Илья.

-Конечно, солнышко! - с жаром поддержала его Лариса, повеселевшая от шампанского. Родион с Верой переглянулись и тихо засмеялись. - Тебе очень нужен свежий воздух!

-Кажется, он переключился на Клару! - чуть слышно сказала Вера. - Ну да, если симпатичная сестра откажет, надо попробовать с некрасивой!

-По-моему, она красивая, - заметил Марк. Вера насупилась: она вовсе не хотела, чтобы ее злые шутки слышали посторонние. А когда поняла смысл замечания Марка, то насупилась еще больше. Она ж его для себя приглашала!

-Тогда почему бы вам не пофлиртовать с ней? - сухо предложила девушка.

Марк печально улыбнулся в ответ.

-Я очень давно люблю другую.

Вера дошла до последней стадии "насупленности". Марк явно не ее имел в виду: когда они занимались английским, ей было всего десять. К счастью, Родион легко вернул расстроенной девушке хорошее настроение, покормив ее с вилочки.


-Ты хотела со мной поговорить? - спросил Илья, спустившись с крыльца. Клара сделала несколько шагов по мощеному тротуару и остановилась у клумбы с одним-единственным цветком. Обернувшись, она сказала:

-Прости, я не думала, что все так выйдет! Ты такие надежды возлагал на этот праздник, а тут...

Илья подошел к ней и доброжелательно улыбнулся.

-Все в порядке.

Клара готова была расплакаться. Илья вытер подушечкой большого пальца первую слезинку, начавшую прокладывать себе влажную дорожку по щеке девушки.

-Не плачь, - ласково, но требовательно произнес он. - После того, что случилось, мне больше не нравится твоя сестра.

Клара забыла, что хотела плакать, и, ошеломленная, села на кирпичный край клумбы. Да что ж это за вечер такой выдался? Кто в щеку поцелует, кто слезы вытрет... Так много знаков внимания за столь короткий срок!

Илья коротко рассмеялся.

"Похоже, мусорки и правда влияют на психику," - заключила Клара.

Неизвестно, чем бы закончилась сцена у клумбы, если бы не яркая вспышка света, увиденная Кларой. Вечерняя улица исчезла перед ней - девушка перенеслась в какое-то другое место, где встретила незнакомого человека. Он смеялся, сжимая в руках камни темно-синего цвета. "Это правда! - торжествовал незнакомец. - Сила существует! Теперь все будет моим! Все!"

Видение рассеялось, и Клара, поднявшаяся навстречу неизвестному с камнями, упала в объятия Ильи. Юноша был таким слабым, что с трудом удержал свою легкую ношу. Опасаясь свалиться вместе с ней на брусчатку, он вернул девушку на клумбу и сел рядом, положив ее голову себе на плечо.


-Кажется, у меня закружилась голова, - пролепетала Клара, когда начала приходить в себя. Впрочем, ей не хотелось возвращаться к реальности: голова покоилась на чем-то теплом, пахнущем свежестью... Осознав, что она уютно устроилась в непростительной близости от школьника, девушка вскочила на ноги и отряхнула подол платья. - Извини, извини! Спасибо! - Она не знала, что лучше: просить прощения за слабость или благодарить за помощь. Поэтому стала делать и то, и другое.

-Ты что-то видела? - спросил Илья. Он выглядел, как следователь на допросе.

-Я? Нет, конечно! - Девушка неестественно засмеялась. - А что, показалось, будто у меня галлюцинации? Нет, после двух бокалов шампанского их не бывает! Ну, пойдем в кафе, все уже наверняка волнуются!

Илья встал с клумбы и поправил очки.

-Тебе лучше говорить мне правду, - предупредил он, после чего поднялся по короткой лестнице и скрылся за дверью.

Клара прижала руки к пылающим щекам и замотала головой. Но сумбурные мысли никак не хотели вылетать из головы, и от досады девушка топнула ногой. Мысли были двух видов. Первые вращались вокруг странного видения, которое точно не имело отношения к прошлой жизни Клары. А вторые касались неожиданно приятных ощущений от пробуждения на плече Ильи Павенко. И, признаться, они угнетали Клару намного больше.

"Какая же я гадкая!" - сказала себе Клара, возвращаясь в зал. Бедняжка действительно считала, что поступила неприлично: мало того, что упала в обморок, так еще и хорошие воспоминания о нем сохранила!


Мобильный телефон в брючном кармане Ильи зазвонил, и гостей оглушили истошные крики:


Когда я умру, ты будешь знать,

Что я для тебя научился летать.

И тогда по щеке скользнет слеза:

Мои полеты все были зря!!!


Илья как будто сам испугался диких гитарных аккордов и чуть ли не предсмертного визга певца. Он вытащил телефон из кармана и, задумчиво глядя на экран, опять вслушался в слова песни. Вокалист, повторив четыре строки, прибавил стоном тяжелораненого:


Ты вечно будешь одна-а-а...


Клара, которая теперь опасалась двоих гостей, облегченно и одновременно с грустью вздохнула. Илья все-таки был еще ребенком - слушал лишенные мотива, тяжелые песни о бесконечной депрессии. Такие композиции любили в основном подростки, уверенные в своей никчемности и коварстве взрослых. Клара убедилась, что испытывать неподобающие чувства к печальному ребенку она не сможет. В то же время ей было обидно, что такой хороший мальчик проливает слезы над весьма плохими песнями о безответной любви.

-Папа звонит, - сказала, понизив голос, Лариса. На маленьком экране мобильного действительно светилась надпись "Отец". Илья крепче сжал аппарат в руке. Певец забубнил : "Я продал свое счастье, с надеждой расстался..." - Ты собираешься отвечать, солнышко?

-Отвечать? - Илья посмотрел на мать так, словно та предложила ему станцевать на стене. - А надо?

-Если ты считаешь, что после случившегося...

-Я считаю, что после случившегося разговаривать с ним бессмысленно, - холодно отрезал юноша. Телефон замолчал.

-Когда мы в последний раз виделись, Ваня привел сына от второго брака, - пояснила, наклонившись к уху Клары, Лариса. Для этого понадобилось перегнуться через стол и уронить солонку, но госпожу Павенко это уже не волновало. Зато Клара мечтала провалиться под землю. - Мальчишке сейчас восемь, но уже видно, что он вырастет страшненьким. И что же! Ваня первым делом сказал ему, что нельзя становиться чучелом вроде его старшего брата. Но это еще не все! Перед уходом тот мальчик с грехом пополам рассказал зазубренный детский стишок. И Ваня сказал: "А ты, Илья, так не умел!"

-Возможно, я в восемь лет и не запоминал стихи, - согласился Илья.

Вера захохотала. Она прекрасно помнила, как в начальных классах он дрожал у доски и выдумывал заданные стихотворения на ходу.

-Это семейное, - заключил Родион.

Илья перестал обращать внимание на беседу, темой которой были его семейные и личные проблемы. Он разглядывал дальний угол кафе, который украшала искусственная акация. Там, в тени полимерного дерева, скрывался бледный силуэт человека. Цвет этой тени сложно было определить: в какой-то момент она казалась серой, вскоре плавно превращалась в бледно-зеленую, затем становилась голубой и покрывалась сверкающими крапинками. Тень часто меняла позу. По тому, как она вытягивала голову, легко было понять, кем она заинтересовалась.

Это была темная сущность. Из числа тех, которые не каждому было дано видеть. Они не подчинялась Императору Талврину, но действовали, как правило, в его интересах.

Илья снял очки. Он очень плохо видел без них, однако, едва преграда из стекла исчезла, присутствие темной сущности подтвердилось. Дух прятался в зале, и он заинтересовался Кларой.

-Что там? - спросил Илья у Киры. Девушка бросила недоумевающий взгляд в угол помещения.

-Вроде как дерево, - пожала она плечами. - Не знаю, как его называют. Уж извини, я офицер, а не ботаник.

Илья расслабленно улыбнулся.

-Там первый охотник на Принцессу. Задержи его, Камари.

От удивления Кира уронила вилку и перестала жевать маринованный гриб.

-Реакция достойна похвал, - прошептал Илья. - Тебе ведь говорили, что ты будешь не одна?

-Ты?.. - пробормотала Кира, . - Ты тот самый парень, который родился со способностью...

Тень, которая пряталась за искусственной акацией, исчезла.

-Стоять, - громко приказал Илья, поднимаясь из-за стола. Под его пристальным взглядом застыли все гости. - Я пропустил момент. Эта тварь...

Все смотрели на Илью, как на перепившего по недосмотру мальчишку. Кто-то даже заметил, что Ларисе не стоило наливать сыну шампанского... И только Родион сидел, опустив голову.

Илья выбросил правую руку вперед и коснулся кончиками пальцев лба Родиона. Пламенно-алая вспышка озарила помещение, заставив пару ослепленных официантов столкнуться друг с другом. Родион, потеряв сознание, сполз под стол. И тут же в трех шагах от него выросла тень болотного цвета.

-Ах ты сволочь! - закричала Кира. Теперь она заметила слабое свечение там, где была тень. Девушка мысленно воззвала к тем высшим силам, которые должны были питать ее энергией, и попробовала схватить темную сущность. Для этого требовалось создать вокруг тени барьер, из которого та, по идее, не могла выбраться. Но Кирина сферическая тюрьма, обозначенная редкими желтоватыми всполохами, появилась слишком поздно - темная сущность уже исчезла.

Все перепуганные гости сбились в кучу и пятились по направлению к выходу.

-Стой! - потребовал Илья, протянув руку дрожащей Кларе. - Я могу тебя защитить!

Клара уже не понимала, что происходит. Ее сестра устраивала какие-то сверкающие безобразия поблизости от бесчувственного Родиона, Илья тянул к ней руку и предлагал довериться ему... А тем временем остальные гости все ближе подбирались к маняще распахнутым дверям в вестибюль...

Клара оттолкнула полубезумную от страха Ларису и бросилась к Родиону - оказывать первую помощь. Это была ее дурная привычка: Клара жаждала во что бы то ни стало помочь всем, невзирая ни на какие преграды. А тем, требовалась ее помощь или нет, она как-то забывала поинтересоваться. Сейчас, по всей видимости, ей как раз следовало отсидеться на почтительном расстоянии от неприятностей. И Илья, встав на пути у Клары, попытался ей это втолковать.

-Пусти, ему же плохо! - возмутилась девушка, делая неудачные попытки обойти юркого Илью.

-Если подойдешь, тебе будет еще хуже. Камари, уводи ее отсюда!

-Чего раскомандовался, генерал малолетний? - буркнула себе под нос Кира, тем не менее, подчиняясь приказу. Она взяла старшую сестру за руку и пошла с ней на улицу. Клара упиралась, как ребенок на выходе из парка, но поделать ничего не могла: Кира была намного сильнее.

Оказавшись на свежем воздухе, Кира побежала в направлении обелиска гигантских размеров. Эта конусообразная громада подсвечивалась каждую ночь, точно так же, как и памятник Императору. Два монумента украшали главные площади города, которые, в свою очередь, обозначали начало и конец широкой центральной улицы. Кира подумала, что безопаснее всего будет оказаться среди людей, а пятничным вечером многие из них гуляли по проспекту Монгвин.

-Может, объяснишь хоть что-нибудь? - запротестовала Клара, когда ее сестра сбавила скорость.

-Могу сказать лишь одно, - вздохнула Кира. - Тебя ищут темные сущности.

-Темные сущности? - Клара снова прибавила шаг и оглянулась назад. - Шпионы?

-Если бы. Шпионы делают что бы то ни было только по приказу Императора. Ты понадобилась твари, которая действует по собственному почину.

-А я разве что-то натворила? - теперь Клара бежала чуть быстрее сестры, несмотря на высокие каблуки и длинный подол вечернего платья.

-Ты? - Кира усмехнулась. - Вообще-то, натворила я... Но об этом как-нибудь потом, идет?

Клара укоризненно посмотрела на младшую сестру. Когда-то она сопровождала подобными взглядами все Кирины исповеди на тему: "Я снова поколотила мальчишку из параллельного класса".

Девушки выбежали на проспект Монгвин, шумный и яркий. Он переливался неоновыми вывесками кафе, пестрел плакатами рекламного и пропагандистского характера, сверкал ярко освещенными витринами, сиял сотнями фонарей. Кира выпрямилась и надела маску беззаботности.

-Надо вернуться, - взволнованно сказала Клара. Она вспомнила о том, как странно вел себя Илья, и догадалась, что он решил самостоятельно разобраться с темной сущностью.

-Илья нам позвонит, когда можно будет вернуться, - ответила Кира. Прошло еще мгновение - и девушек поглотила волна людей, которая бесцельно катилась по выложенной брусчаткой дороге.

-Ты говоришь так, словно Илья - головорез из личной охраны Императора, - попробовала пошутить Клара.

-Понятия не имею, кто этот парень, но могу сказать одно: он не так прост, как мы все это время считали.

Девушки почти добрались до обелиска, но внезапно среди праздношатающихся мелькнуло бесстрастное лицо Родиона. Сестры встали, как вкопанные.

-Если бы только я владела своей силой, - застонала Кира, озираясь по сторонам. Родион снова показался за спиной одного из прохожих. Кира приготовилась вытягивать темную сущность из чужого тела, благо связь с высшими силами еще не была разорвана. У Ильи это получилось так легко, но сможет ли она...

Родион преодолел расстояние, отделявшее его от сестер, в два жутких прыжка. Его движения выглядели неестественными, словно Родион был марионеткой, подчиненной неизвестному кукловоду. Гуляющие заверещали от страха и бросились врассыпную. Кира, едва ли менее напуганная, хотела коснуться одержимого, однако тот отбросил ее в сторону. Девушка сгруппировалась и быстро поднялась на ноги - долгие часы тренировок не прошли даром. Однако Клара уже взмыла в небо, прижатая к груди несчастного студента.

-Стой, гад! - завопила Кира. В тот момент она ненавидела себя за собственное бессилие.


Клара не вырывалась, опасаясь, что Родион уронит ее с высоты птичьего полета. Разговаривать с похитителем она тоже не пыталась, потому что его симпатичное лицо не выражало ни чувств, ни мыслей. Оставалось лишь спокойно лететь над головами недоумевающих москвичей и молиться, чтобы темная сущность не тащила Клару на какой-нибудь магический обряд. В качестве жертвы.

Через пару минут стало ясно, куда Родион направляется: к резиденции Императора. У Талврина, который правил целым миром, были резиденции во всех уголках земного шара. Его московский дворец, построенный три века назад, отличался пошлой вычурностью. Но архитектор был ни при чем: сам Император обожал безвкусную роскошь.

"Ничего себе! - на секунду обрадовалась Клара. - Меня сейчас доставят к Его Величеству!"

Как большинство других женщин, Клара с детских лет мечтала о встрече с Императором. Влюбленности она, конечно, не испытывала - просто поддавалась общему настроению.

Эйфория Клары длилась недолго - в следующий момент летящую пару опутало нечто вроде золотистой паутинки. Клара только видела ее, но ощущать не могла; зато Родион, судя по его исказившемуся лицу, почувствовал что-то вроде ожога. Вернее сказать, обожглась темная сущность; наглый студент вообще ничего не чувствовал.

Родион медленно опустился на землю, словно паутинка тянула его вниз, и оказался в безлюдном сквере лицом к лицу с Ильей. Тот сжимал в руках меч, объятый алым пламенем.

-Отпусти ее, жалкое порождение людской злобы, - жестко приказал он. Паутинка поблекла, и Родион подпрыгнул, чтобы снова лететь к дворцу. Илья тут же бросился к противнику и движением опытного фехтовальщика нанес удар ему в грудь. При этом пылающее лезвие рассекло правое плечо Клары. Родион, не открывая рта, издал ужасный крик и выпустил пленницу. Перепуганная девушка, не чувствуя боли, отползла в сторону. Тем временем Родион, продолжая издавать жуткие вопли, напал на Илью. Он бил неуклюже, но сильно - Клара помнила, как далеко улетела Кира после встречи с кулаком одержимого. Однако Илья достаточно ловко уходил от его бешеных атак, правда, не нанося ответных ударов. Только через полминуты этого жуткого танца Илья сумел подобраться к Родиону. Взмах меча - и огненный клинок разрубает тело Родиона от плеча до пояса...

-Не убивай! - в панике заорала Клара.

Родион упал на асфальт. Илья снял очки и пригляделся к телу брата: от него к небу поднимался, бледнея, голубоватый дымок.

Меч растворился в воздухе, словно его никогда и не было. Клара с трудом поднялась на ноги и приблизилась к Родиону. Парень ровно дышал и уже начал ворочаться, будто во сне. На его теле не было ни царапины.

-Этот меч уничтожает темные сущности, для людей он безвреден, - сказал Илья. У него стало темнеть в глазах и заныло в груди; он опустился на землю, прислонившись спиной к фонарному столбу.

Клара взглянула на свое плечо - оно было невредимым.

-Прости, что не пришел раньше, - продолжал загадочный юноша. - С этими способностями еще надо освоиться.

-Тебе плохо? - Девушка села на колени рядом со своим спасителем. Кто бы мог подумать: хрупкий мальчишка, посмешище для своих одноклассников - и способен доставать из-за пазухи меч, разрубающий редчайшие темные сущности!

-Сейчас все будет в порядке. Только отдохну немного.

-У тебя ведь слабое сердце, нельзя носиться по всей Москве.

Илья поднял голову и улыбнулся.

-А что мне оставалось делать, когда прекрасная дама попала в беду?

Клара засмеялась, смущенно опустив взгляд.

-Такое впечатление, что тебе не делают комплиментов.

-М-м-м... делают, но сегодня их как-то необычно много! - Клара вспомнила нечто более важное, чем лестные для нее высказывания мужчин, и шлепнула себя ладонью по лбу. Илья всерьез испугался, что это не выплеск эмоций, а форма самобичевания. - Глупости в сторону, молодой человек. У меня такое чувство, будто тебя происходящее даже не удивляет. Может, ты посвятишь меня в свою удивительную тайну? Ведь я, кажется, имею к ней самое прямое отношение!

-Что с ним? - спросил незнакомый женский голос. Клара обернулась и увидела за своей спиной компанию парней и девушек. В их руках были набитые выпивкой и закуской пакеты: очевидно, молодежь собиралась весело провести вечер на месте недавней битвы. А вид лежащего на асфальте Родиона немного портил им настроение.

-Он? Э... - Лгать Клара не умела с самого детства, поэтому чаще всего говорила правду. Какой бы та ни была. Догадавшись, что девушка вот-вот пустится в пространные объяснения, Илья ущипнул ее за плечо и сказал:

-Перебрал вина, разве не заметно?

-Вина? Там было, наверное, что-то покрепче...

Родион очнулся, встал, мотнул головой, огляделся, несколько раз моргнул и спросил:

-А как я тут очутился?

-Сам пришел. Пьяный, - подсказала одна из девушек.

Родион выпучил на нее удивленные глаза.

-Блин, больше никогда не буду пить шампанское после водки...

Послышались торопливые шаги - на место происшествия прибыли Кира и Марк. При виде этой пары Илья поднялся с земли. Клара последовала его примеру и тут же ахнула: подол вечернего платья был испачкан! А чего еще она хотела, ползая по асфальту?

-Ты цела? - взволнованно спросил Марк, кладя руки Кларе на плечи.

-Да, спасибо. Но платье...

-Ты его укокошил? - тихо осведомилась у Ильи Кира. Юноша многозначительно кивнул. - Ты монстр, Павенко. Не зря мне обещали сильного помощника! Ну, ты понимаешь, о чем я? - Снова кивок. - Вот и здорово. Только учти: она в первую очередь моя сестра, а только потом уже - какая-то там Принцесса.


В тот вечер сестры Лазаревы пришли домой поздно: они еще долго объясняли гостям, что случившееся было виной особо резвой темной сущности. А когда все, в том числе Родион, успокоились, поступило предложение погулять. Даже домоседы Павенко не покинули компанию: Лариса мило общалась со стоматологом Данилиным, а Илья - с Кларой. Девушка удивилась тому интересу, который он вдруг начал проявлять к ее персоне. Илья знал Клару почти год, но все это время рассказывал только о своих несчастьях. Ему казалось, что лишь его проблемы по-настоящему сложны, а другие люди переживают из-за пустяков. Но теперь он задавал один вопрос за другим и внимательно выслушивал ответы. Кларе даже стало неловко: раньше ее мыслями и чувствами интересовалась одна Кира.

-Иди помедленнее, - попросила Клара, когда было уже совсем темно. Компания гуляла по Москворецкой набережной, разбившись на пары. Конечно, Родион и Вера не услышали бы ничего: студент в красках описывал свое знакомство с темной сущностью, а школьница жадно ловила каждое слово его лжи. Зато Марк почти не слушал свою собеседницу, Кларину коллегу. Пока дородная женщина с ярко-рыжими кудрями рассказывала о своем старшем сыне, Марк смотрел в небо и о чем-то размышлял.

Илья повиновался, и вскоре они с Кларой отстали от компании.

-А теперь признавайся, - потребовала девушка. - Что творится?

-Я и сам толком не понимаю, - признался юноша. - Но расскажу все, что мне известно. Начнем с Императора. Ты ведь знаешь, что он обладает силой, не доступной больше никому из людей?

-Да, конечно. А ты можешь перечислить его способности?

Клара вошла в образ строгой учительницы, которая решила проверить знания своего подопечного. Раньше, если она так делала, Илья мгновенно входил в образ ежика: прятался от нее, выставляя наружу одни иголки. Но тем вечером он вел себя как-то иначе, и Клара почувствовала свободу.

-Боюсь, что нет, - развел руками Илья.

-Начинай читать книги, - ласково посоветовала девушка. - Итак, Император бессмертен, ему подчиняются темные сущности, он управляет огнем, владеет телекинезом и может летать.

Илья загибал пальцы и цокнул языком, когда насчитал пять исключительных способностей Талврина.

-Спасибо, Клара. Что ж, как ты думаешь, откуда у Императора такие нечеловеческие возможности?

Девушка пожала плечами. Ее, как и многих других подданных Его Величества, такие мелочи не заботили.

-Император с ними не родился. Он приобрел их в течение жизни. А ты... -Илья понизил голос. Клара приблизилась к нему, чтобы хоть что-то расслышать. Их лица оказались совсем рядом, и девушка перестала понимать, что ее волнует больше: правда о Талврине или нынешняя ситуация. А сам школьник, видимо, не находил в их положении ничего странного. - Ты, Клара, можешь отнять у него силу, сделать его обычным человеком, каким он и был когда-то.

-Я? - Девушка указала на себя пальцем. Илья кивнул, и она засмеялась. - Забавная шутка! И как же, позволь полюбопытствовать?

-Я говорю то, что знаю. Хочешь - верь, хочешь - нет. Твоя сила проснулась только сегодня, и это почувствовали некоторые темные сущности. Они понимают, что ты угроза власти их хозяина, однако причинить тебе вреда не смогут. Поэтому сегодня одна из них хотела доставить тебя Императору. У нее ничего не вышло, и в ближайшее время подобные создания к тебе не сунутся. Но темные сущности-шпионы, скорее всего, видели битву и доложили Императору о случившемся. А значит, ему станет интересно, кто ты такая, если он не полный кретин. - Клара вздрогнула от ужаса: Императора только что обозвали в ее присутствии! - Сейчас, полагаю, он еще не знает, от чего зависит его сила. Но это лишь вопрос времени.

-И что теперь? - нахмурилась Клара. Она все еще не верила Илье, но уже начала бояться.

Илья тепло улыбнулся, как бы говоря, что опасаться нечего.

-Мы с Кирой будем защищать тебя.

-С Кирой?

-Да. Она, как и я, родилась с некоторыми особыми способностями, хотя знает обо всем происходящем даже меньше моего. Считай, что мы твоя охрана.

Клара тяжело вздохнула - это больше походило на стон - и засеменила к ушедшим вперед товарищам. Вокруг творилось что-то непонятное, а ее собрались оберегать младшая сестра и подросток, который еще утром даже за себя постоять не мог?

-Трудно же нам придется, - заключила девушка.


Кларе казалось, что она еще не спит, но появление в комнате кого-то постороннего указало ей на приятную ошибку.

-Иди сюда, - радостно позвала Клара, протягивая руки к замершему у двери человеку. Она не боялась разбудить сестер, потому что знала, что сама сейчас спит крепче их.

Прихрамывая, гость подошел к постели Клары и сел на нее. Девушка приподнялась на локте.

-Я так соскучилась по тебе, Алекс, - сказала она, положив голову ему на колени. Пальцы любимого коснулись ее коротких волос и принялись бережно поглаживать их. - Тебя почти месяц не было, я даже засыпать уже не хотела.

-Я больше не буду приходить, - сказал он тихо. Клара резко подняла голову.

-Почему?

-Я хочу, чтобы ты жила реальной жизнью. Я ведь только плод твоего воображения, Рахиль.

Алекс медленно встал с кровати и направился к двери. Клара знала, что он исчезнет в двух шагах от нее.

-Остановись! - с отчаянием в голосе закричала девушка. Она бросилась к Алексу и прижалась к нему. - Я не хочу жить реальной жизнью, в которой нет тебя!

-А я хочу, чтобы ты была счастлива. Хватит цепляться за прошлое. Твоя сестра была права... Мне надо уходить.

-Останься! Останься со мной, Алекс! - умоляла Клара, спрятав лицо на его широкой груди. - Я поверила Кире, но это была минутная слабость! Я буду ждать тебя до самой смерти, только не уходи!

Алекс наклонился к плачущей Кларе и нежно поцеловал ее в макушку.

-Живи реальной жизнью, - попросил он. Через секунду Клара уже обнимала воздух.

-Вернись, - снова взмолилась она. Ответом ей послужила звенящая тишина. Сестры ничего не слышали - слышать было нечего.


Клара открыла глаза. Ее подушка промокла от слез.


## Глава 4. Начало игры.


Император Талврин был статным мужчиной среднего роста, с жидкими светло-русыми волосами и грубыми, но по-своему благородными чертами лица. На вид монаршей особе едва перевалило за сорок, а в действительности минуло восемь веков. Несмотря на сказочно преклонный возраст, он любил одеваться по последней моде и часто сам задавал ее. Недавно ему приглянулись атласные рубашки без воротника, и теперь он всюду щеголял в них - а следом за ним так делали многие знаменитости. Но гораздо большую страсть, чем к одежде, Талврин испытывал к женщинам. Еще в ту пору, когда он добивался власти в бесконечных войнах, император не упускал случая насладиться обществом прелестной дамы. Теперь же, безраздельно правя миром, он всегда окружал себя лучшими представительницами слабого пола. Те, которым удавалось покорить его сердце, становились на десять-двадцать лет женами Талврина, не получая, впрочем, титула императрицы. В честь любимых супруг монарха назывались центральные улицы в разных городах мира - например, московский проспект Монгвин носил имя благоверной Талврина, которая умерла около столетия тому назад. И, похоже, скоро где-нибудь в Южной Америке предстояло появиться улице Агаты. Потому что император уже два года был влюблен в шефа Императорской Полиции России. (Россия, конечно, самостоятельным государством не была, но для собственного удобства Талврин разделил свои обширные владения на административные единицы разных размеров).

Агате Ланской было двадцать восемь лет. Она родилась в семье интеллигентов: и мать, и отец отдавали все время, силы и любовь русской литературе девятнадцатого века. Но Агата, которая уже в пятом классе прочла больше книг, чем ее школьные учителя, пошла в Полицейскую Академию. Ее родители страдали, а молодые курсанты ликовали: с ними училась девушка, да какая! Высокого роста, с осиной талией, волнистыми льняными волосами до пояса и длинными стройными ногами. Лицо Агаты (если кто-то, увидев ее фигуру, смотрел еще и на лицо), тоже поражало изящностью черт. Казалось, создавая эту девушку, природа старалась воплотить саму грацию и красоту. Но один штрих, как всегда, был сделан неверно - вместо Венеры Агата стала Снежной Королевой. Ее миндалевидные серые глаза не просто смотрели холодно - они замораживали. Розовые губки девушки были очерчены красиво, но их нельзя было назвать чувственными - казалось, они созданы не для улыбок и поцелуев, а для усмешек и сухих замечаний. Наконец, хрупкость Агаты оказалась обманчивой: девушка легко справлялась с противниками противоположного пола, тренировалась в поте лица и неизменно показывала лучшие результаты. Курсанты пробовали сблизиться с этой странной девушкой, но терпели провал. Потому что, даже получив доступ к ее гибкому телу, они не смели надеяться завладеть сердцем.

Талврин влюбился в Агату с первого взгляда, когда она спасла его от праведного гнева революционеров. В Москве проходила торжественный вечер - их Император устраивал в больших количествах и по самым незначительным поводам. Здание захватили "Крылья свободы", владевшие черной магией, приемами восточных единоборств и большим количеством боеприпасов. В той мясорубке, которую устроили борцы за свержение глобального самодержавия, мог бы погибнуть даже бессмертный Император. Его, вместе с окружением, спасла группа полицейских во главе с сержантом Ланской - вернее, одна Агата, которой по мере возможностей помогали парни в форме. Члены тайного общества появлялись словно из ниоткуда, передвигались быстро и стреляли без промаха; Агата замечала невидимых врагов, легко настигала их и увертывалась от пуль. И хотя во время поединка с главарем группировки девушка все же была ранена в грудь, ее противник пострадал сильнее - она убила его метким выстрелом в голову.

Сказать, что Император был восхищен - ничего не сказать. Он всю ночь мучился мечтами о романе с опасной блондинкой, а наутро пришел к ней в больницу.

-Позвольте выразить вам свою признательность, о прекрасная защитница порядка, - промурлыкал Талврин, делая попытку поцеловать руку девушки. Агата остановила его ледяным взглядом.

-Ваше Величество, я с радостью принимаю эту великую честь, но попросила бы вас не прикасаться ко мне. Моими вчерашними успехами я полностью обязана своему врожденному дару - я экстрасенс. Мне легко ощутить чье-либо присутствие, даже если тело скрыто от наших глаз черной магией. Но это еще не все мои способности. Одного прикосновения к человеку мне достаточно, чтобы узнать о нем все. И если, Ваше Величество, вы так искренне доверяете незнакомой девчонке в полицейской форме - смелее, выражайте свою признательность, как хотите.

С этими словами Агата протянула Императору свою изящную, но сильную руку.

Талврин оторопел. Его возмутила вовсе не наглость девушки - за эти прекрасные серые глаза он готов был простить все - а ее откровение. Обладая бессмертием, он давно приучился верить любому бреду и даже держал около десятка экстрасенсов при себе. Но такой силы он еще никогда не встречал. Одно прикосновение!

-И как же вы живете с таким даром? - удивился Талврин, на всякий случай отодвигая стул подальше от постели раненой. Девушка самодовольно усмехнулась. - Неужели никому не позволяете к себе прикасаться?

-Почему же? Позволяю. И составляю об этих людях самое дурное мнение.

С тех прошло около двух месяцев. Талврин не мог забыть Агату, как ни старался. Ему было что скрывать, но Снежная Королева с каждым днем манила его все сильнее. Талврин стал искать предлоги для встреч и бесед - поставил Агату начальницей российской полиции, вызывал ее для отчетов, поручал ей какие-то бессмыслицы... Вскоре Император начал чувствовать себя застенчивым влюбленным стариком, потому что - и он это знал - Агата догадывалась о его чувствах, но не делала шагов навстречу. Как ни странно, унизительное положение лишь больше распаляло Императора. Он любил, он не мог прикоснуться - а она оставалась холодна, как русская зима, и строга. Талврин уже много лет не испытывал столь ярких чувств и был благодарен за них Агате.

Сладкое отчаяние Императора и неподдельное равнодушие шефа полиции закончились спустя год после их знакомства. Император, явившийся в дом Агаты под покровом ночи, упал на колени и страстно прошептал:

-Забирай все мои тайны, раз уж ты забрала мое сердце!

Агата снисходительно улыбнулась и позволила Императору поцеловать свою руку.


Находясь в России, Талврин, разумеется, каждый день виделся с возлюбленной. Вечер восемнадцатого августа он тоже провел в обществе Агаты и уже надеялся на великолепную ночь в ее объятиях, когда у двери в свои покои обнаружил сверкающую черную дымку.

-Подожди, любимая, - ласково попросил он.

Агата кивнула и отправилась обратно в гостиную - весьма просторное помещение, которое украшало не меньше дюжины шедевров русской скульптуры и живописи.

Талврин вздохнул и пафосным тоном сказал дымке:

-Надеюсь, мой верный слуга, ты не беспокоишь меня по пустякам.

Дымка ничего не ответила - у нее для этого не было ни рта, ни мозгов.

Талврин сделал шаг вперед, окунувшись в газообразную темную сущность. И тут же перед его мысленным взором возникли яркие образы: белобрысый молодой человек пугает горожан странными прыжками; тот же студент летит по воздуху с коротко стриженной девушкой на руках; в дело вмешивается жалкий парнишка с пылающим мечом; студент повержен, а на место происшествия прибывают маленькая крашеная блондинка и симпатичный атлет.

Талврин вышел из дымки и вопросительно посмотрел на нее. Это всегда раздражало: темные сущности-шпионы приносили известия, но не могли дать объяснений.

-Агата! - закричал Талврин. От звука его громоподобного голоса стены резиденции едва не задрожали.

Девушка примчалась настолько быстро, насколько позволяли пышные юбки ее черно-золотистого платья.

Император кратко изложил суть проблемы и умоляюще взглянул на любимую. Она была не только сильной, но и умной; не так давно Талврин заметил у себя новую привычку - обращаться к ней за советом.

-Ни одна темная сущность не станет действовать вам во вред, - начала Агата. Император перебил ее:

-Но свободные темные сущности, с одной из которых мы имеем дело сейчас, иногда играют ради собственного удовольствия.

Агата задумалась.

-И все-таки я хотела бы взять ту девушку под наблюдение, не говоря уже о парне с мечом. Вы не знаете их имен?

Император сокрушенно покачал головой.

-Этот негодник смотрел на все издалека, потому что не рисковал приблизиться к более сильному собрату. Почти ничего не было слышно.

-Жаль, что вы единственный, кому темные сущности могут передать информацию... Вы запомнили внешность этих людей?

Талврин детально описал каждого участника сцены, и Агату осенило. Две девушки - с короткими темно-русыми волосами и крашеная блондинка - работали под ее началом и приходились друг другу родными сестрами. Конечно, в Москве можно было встретить множество женщин с похожими внешними данными. А вот шансов застать первую и вторую вместе насчитывалось поменьше.

-Предоставьте это мне, Ваше Величество, - сказала Агата. Уже в следующий момент она перешла из режима "тайный советник" в режим "любовница" - страстно поцеловала Императора и начала решительно расстегивать его белую рубашку. На покрытой мелкими волосками груди Талврина блеснуло ожерелье с пятью крупными синими камнями. Этот аксессуар был единственным, который никогда не выходил для Императора из моды - он носил его уже несколько столетий.


Попрощавшись с Кларой, Марк вернулся в свою двухкомнатную квартиру, где царили ночной мрак и гробовая тишина. Раздевшись донага, он лег в свою постель и уснул сном младенца. Разбудил его в шесть утра чей-то истошный крик и удар по голове. Он резко сел на кровати и получил еще одну оплеуху.

-Совсем пьяный вчера пришел? - раздался чей-то внушительный бас. Марк открыл глаза и увидел перед собой подтянутого седого мужчину с козлиной бородкой. Из-за приоткрытой двери в комнату выглядывала круглолицая женщина лет шестидесяти.

-Я не был пьян, - пробормотал Марк, натягивая одеяло до подбородка.

-Да? А почему же ты тогда не надел пижаму?

Старик потряс в воздухе ночным нарядом бледно-зеленого цвета с рисунком в виде многочисленных корабликов.

-О боги, - обескураженно прошептал Марк.

-Я так и знала, что рано или поздно он пойдет по кривой дорожке, - запричитала женщина, которая все еще не решалась войти в спальню Марка. - Тридцати один год - это такой сложный возраст... Так, глядишь, и девиц расфуфыренных начнет домой приводить!

-Может, женить его, а, Марфа? - предложил старик, сверля Марка испытующим взглядом.

-Нет, Матвей, типун тебе на язык! - всполошилась Марфа. - Ему же рано! Он еще не готов к такой ответственности!

Марк переводил взгляд с одного из незваных гостей на другого, и его глаза все больше принимали форму блюдец.

-Ладно, пьяница несчастный, одевай спортивный костюм - и на стадион! - скомандовал Матвей, после чего ушел и закрыл за собой дверь.

-Ро... родители? - произнес Марк и тут же разразился задорным смехом.


Семейство Турьевых, облаченное в тренировочные костюмы болотного цвета, добежало до стадиона трусцой. Прохожие, которые выглядели измученными даже утром в субботу, провожали их недоумевающими взглядами; кто-то даже вертел пальцем у виска. Пожилую чету Турьевых это не смущало, а Марка так веселили родители, что он забывал о посторонних.

На стадионе семейство сделало еще несколько кругов, после чего началась зарядка. Матвей встал напротив сына и жены, показывая им упражнения. Марфа выполняла зарядку с таким воодушевлением, словно спортивное мероприятие субботним утром было самым приятным событием в ее жизни. Глядя на супругов, Марк давился смехом.

Веселье Марка прекратилось, когда летящая банка из-под пива вписалась ему в затылок.

-Эй, лох вонючий! - закричал высокий парень лет двадцати. - Да-да, я к тебе обращаюсь, чмо!

-Не обращай на него внимания, - посоветовала Марфа, продолжая разминаться. - Он что в школе был, что сейчас - личность, потерянная для общества.

Марк скрестил руки на груди и посмотрел на парня, который обнажил в злобной ухмылке свои желтоватые зубы.

-Что, маманя тебя все еще с ложечки кормит? Ботаник старый!

Марк молча поманил парня к себе.

-Ну, че те надо? - спросил тот, когда подошел. Марфа перестала делать наклоны и замерла в ожидании; Матвей приготовился заступиться за сына.

Марк нанес парню резкий удар в челюсть, после чего заломил ему руки и повалил на землю, встав на его спину одним коленом. Марфа и Матвей были в таком шоке, что даже охнуть не могли.

-Я не тот, за кого ты меня держишь, - прошипел Марк на ухо испуганному хулигану. - Это своего учителя ты мог обзывать, сколько заблагорассудится, а я тебе руки вырву, глазом не моргнув. Понял?

Марк стукнул парня кулаком по затылку, словно отомстив за баночную атаку, и отпустил. Поверженный хулиган умчался прочь, ни разу не оглянувшись.

Марк усмехнулся и, повернувшись к родителям, сказал:

-Спасибо вам за то, что воспитали во мне любовь к спорту!


Проснувшись, Клара заметила, что ее сестры еще спят, и медленно ушла в ванную. Умываясь, она вспомнила все, что случилось за последние сутки: похищение темной сущностью, доброта Ильи, рассказ о Клариной странной способности, уход Алекса... Все это было слишком. Во всяком случае, для такой заурядной личности, как она.

"Ладно, обдумаю все заново, - сказала она, глядя в зеркало на собственное мокрое лицо. - Ну, темная сущность. И что? Они кругом. Есть сведения о том, что некоторые из них творят всякие бесчинства: убивают ни в чем не повинных людей, вселяются в кого попало. Поведение Ильи? Объясняется еще проще! Он понял, что ему не судьба встречаться с Верой - а жаль, кстати! Осознав, что причина Верочкиного отказа - в его слабости, он захотел измениться. Или изменить? О нет, только не это... Глупости какие-то. Я для него совсем старая! И потом, если ему понравилась Вера, то я, с моей средней внешностью и скучным характером, даже не могла его заинтересовать! Нет-нет, тут что-то другое. Он ведь обладает необычными способностями... как и Кира. Ох, ну это как прикажете объяснить? Ладно, способности надо признать. Есть, и все тут. Но раньше-то их не было! Неужели рассказ Ильи - правда, и все это как-то связано с моим двадцать пятым днем рождения? Ладно, допустим... Хотя допущение, ммм... сомнительное. Ну, пускай. Значит, Илья должен меня защищать. Тогда становится ясно, почему он изменил свое отношение ко мне! Что ж, придется поверить, иначе я свихнусь. Но уж насчет возможности лишить Императора его силы - это полная чушь! Он столько веков обладает ей, а я, невзрачная повариха, возьму и переверну мир? Чепуха, какую поискать. Словом, я ненормальная, но не настолько. Так, собственно, и запишем. Что остается? Алекс. Неужели он ушел... навсегда? Быть того не может. Алекс ведь сам... сам сказал, что он лишь плод моего воображения... - Клара снова сполоснула лицо, потому что по щекам потекли слезы. - Значит, если я захочу, он вернется. В любой момент! Стоит только подумать о нем перед тем, как лечь спать... Нет, ну какая же я все-таки жалкая! Живу мечтами о человеке, которого, наверное, давно нет в живых! Что во мне осталось от живой, кокетливой, яркой Рахили? Она бы давно поняла, что надо искать новую любовь! А я все жду парня, похороненного сотни лет назад... Алекс прав. Мне больно, что он ушел, и я не скоро сумею привыкнуть к его отсутствию, но... Мне нужна реальная жизнь. Даже такая, в которой... нет Алекса."

-Вылезай оттуда, - сонным голосом попросила Кира, прислонившаяся к запертой двери в ванную.


Примерно в полдень Кира, усевшись на широкий подоконник, позвонила Илье Павенко. Он почему-то долго не брал трубку - ответил, когда Кира набрала его номер в третий раз.

-Ты что, еще дрыхнешь, мелкий? - спросила девушка, наблюдая за младшей сестрой. Вера задумчиво перебирала платья, тщательно пудрилась, завивала волосы. Она явно собиралась на свидание, но с кем - Кира не имела никакого понятия.

-Нет, я просто забыл, где телефон.

-Ну ты даешь! Короче, встретиться бы.

-О! - воскликнула Вера, проводя черным карандашом по нижнему веку. - Кажется, наша Кирочка нашла замену пузатому дядьке, который ушел от нее к рыжей красотке. А я-то думала, ты теперь год будешь искать следующего придурка!

Кира прикрыла рукой телефон и шикнула на сестру.

-Ты-то откуда все знаешь? Ведь мы с Кларой совершенно тебя не интересуем!

-Та рыжая красотка - подружка Таниной старшей сестры. Мир тесен!

-Выходит, гадкие сплетни о нас ты все-таки слушаешь, - вздохнула Кира. - Какое счастье! - Она снова поднесла телефон к уху. - Давай встретимся через час в кафе "Чернослив".

Вера поморщилась: "Чернослив" представлял собой темный прокуренный подвал, где непризнанные таланты читали свои стихи и пели песни под гитару.

-"Чернослив"? - переспросил Илья.

-Ну да, мелкий, твой любимый медвежий угол.

-Кирочка подцепила поэта? - засмеялась Вера.

-Слушай, язва, иди уже к своему очередному красавцу на дорогой тачке!

-Ухожу, ухожу. Родион меня заждался.

-Родион? - спросил Илья, слышавший перепалку. Кира в замешательстве прикусила нижнюю губу. - Что ж, надеюсь, им будет хорошо вместе. До встречи.

Кира убрала мобильный в карман джинсов, надела кроссовки и отправилась к станции метро.


Илья появился позже, чем обещал. Ожидая его, Кира успела съесть порцию жареной картошки, выпить темного пива и прослушать четыре занудливых песни с философскими текстами.

-Прости, Камари, я забыл, где "Чернослив", - извинился Илья, спустившись по крутой лестнице в зал.

Кира жестом показала, что не думала обижаться.

Илья сел за стол, огляделся и остался доволен: они расположились в самом темном углу, куда, наверное, даже официанты нередко забывали приходить.

-Только попрошу не звать меня Камари, - сказала девушка. - Понимаю, тот мужик - ну, Эвталиат, глава Совета Посвященных - сказал тебе, кем я была, когда вся каша заварилась. И теперь ты решил выпендриваться. Но сейчас меня зовут Кира, в паспорте это указано. И ты сам, между прочим, до вчерашнего дня только так меня и звал. Что теперь изменилось? Игра началась? Это не игра, мелкий. Все очень серьезно.

Илья откинулся на спинку тяжелого стула и взял в руки меню - замусоленную коричневую папку с десятком разноцветных листов.

-Хорошо, я буду называть тебя Кирой.

-Тем более, что я сама с трудом припоминаю то время, когда была Камари.

-Вот как, - протянул Илья, не отрывая взгляда от списка блюд.

-Итак, я тебя позвала сюда, потому что в этой дыре любая темная сущность задохнется, а соответственно, и не появляется. - Илья усмехнулся, якобы оценив шутку. - Расскажи сразу, какое задание тебе дал Эвталиат.

-Защищать Принцессу, вот и все. Ты, надеюсь, помнишь, что стараниями Адли камень Силы был разбит на сорок два осколка, большинство из которых оказались в разных мирах. Трудно предположить, что сила каждого из них будет освобождена. Насколько мне известно, некоторые из них были перенесены на планеты погибших цивилизаций.

Кира громко захохотала.

-Нет, ну вы на него посмотрите! Такую дурь несет! Сразу видно, что Эвталиат тебе не особо доверял и поэтому рассказал только легенду. Конечно, мелкий, так все и было. Но есть одна проблема - люди научились путешествовать по разным мирам, и все их захватил один мужик, по сравнению с которым наш Талврин - ребенок.

Илья нахмурился.

-Почему же он тогда не захватил наш?

-Наверное, сюда трудно попасть. Ничего. Этот мужик рано или поздно до нас доберется.

Илья выглядел по-настоящему взволнованным. Он наклонился вперед, так, чтобы Кира лучше слышала каждое его слово.

-Иными словами, сейчас реально освободить силу всех осколков?

-Ага. Более того, реально собрать их все в руках одного человека.

-Это ничего не изменит. Как только сила всех осколков будет освобождена, ее получит тот, кого полюбит Принцесса.

-А наша-то Клара любит парня, который уже умер.

-Умер? И давно это случилось?

-Ага. Они были парой в ее прошлой жизни.

Илья в сердцах стукнул кулаком по столу и тихо выругался.

-Мелкий, успокойся. Ты так себя ведешь, словно это дело всей твоей жизни.

-Возможно, и так. Я жалкое ничтожество, которое не может добиться внимания любимой девушки. А теперь у меня есть великая цель, которая придает мне уверенности в себе и позволяет забыть о прошлых неудачах. - Все это Илья сказал скороговоркой, на одном дыхании. - Итак, Принцесса любит покойника. И что, никто другой не сможет покорить ее сердце?

Кира пожала плечами.

-Она хранит этому Алексу верность, как будто он ее муж. Причем живой. Я раньше удивлялась ее поведению, а сейчас, когда она рассказала про Алекса, многое понимаю. Например, на выпускном в школе ее пытался поцеловать одноклассник - Клара его оттолкнула, сказав, что хочет подарить свой первый поцелуй любимому человеку. А этот любимый, оказывается, вон кто... Слушай, не хочешь сам ей заняться? По-моему, вчера вы очень мило беседовали после твоего рыцарского поступка!

Илья отрицательно покачал головой.

-Ни в коем случае. Я не подхожу.

-А что так? Она на целых восемь лет старше тебя - в этом причина?

-И в этом тоже.

-Я думала, все парни в твоем возрасте мечтают встречаться со взрослой женщиной.

-Насколько я понял, - усмехнулся Илья, - Клара еще не женщина.

-Ага, вам опытных учительниц подавай... Ну, фиг с тобой. Не хочешь - тем лучше, моя сестра заслуживает самого классного мачо... Стоп! А зачем тебе нужно, чтобы Клара кого-то полюбила? Я, понятное дело, хочу устроить ее личную жизнь, потому что, напомню, она в первую очередь моя сестра. Но ты-то должен соображать, что при нынешнем раскладе ее любовь к покойнику - большая удача!

Илья пожал плечами. К столику подошла официантка, у которой он немедленно заказал чай. Едва девушка удалилась, Кира спросила, прищурившись:

-Когда Эвталиат с тобой впервые связался?

-Вчера.

-Ага, вот в чем все дело! - Кира прищелкнула пальцами. - Тогда ясно, почему ты так себя ведешь. Ничего, пройдет немного времени, и поймешь, что это вовсе не компьютерная игра - это жизнь. А знаешь, чем жизнь отличается от твоих любимых игрушек? С одной стороны, здесь все гораздо серьезнее. С другой - скучнее. Вот я с самого детства знала, что была Камари, да и способности, которые мне этот гад Адли оставил, проявились очень давно. И что? Вчера я впервые участвовала в сражении за Принцессу. А прошлую жизнь вообще провела, как обычная баба: ходила в простую школу, потом выучилась на дизайнера, забеременела от своего парня, вышла замуж, бросила работу, занялась домашним хозяйством, родила одного за другим троих сыновей, всех женила, нянчила внуков, похоронила любимого мужа в восемьдесят лет, а вскоре и сама умерла. Ну? И кому какое дело, что когда-то я была жрицей?

-Абсолютно никому и никакого, - с улыбкой согласился Илья. - Но в этот раз, кажется, все будет иначе.

-Наверное, ты прав. Только не стоит вилять хвостом, ожидая больших приключений. - Кира почесала затылок и добавила: - А впрочем, виляй дальше, если тебе это помогает. Вчера ты поступил очень храбро.

-Совсем перестал соображать от радости, - добавил Илья. Его слова прозвучали, как насмешка.

Официантка принесла чашку и прозрачный чайник, в котором медленно распускался цветок хризантемы.

-Красота какая, - одобрила Кира. - Ну, вернемся к делу.

-Хочешь разработать план действий? - предположил Илья.

-Хотя бы стратегию. Эвталиат советовал пока сосредоточиться на камнях. Значит, охраняем Клару, а заодно пытаемся подобраться к Талврину. Если я правильно понимаю, достаточно загнать обратно силу хотя бы одного осколка, чтобы Кларина любовь никому не грозила завоеванием Вселенной.

-Правильно понимаешь.

-Кстати, не мог бы ты связаться с Эвталиатом? Я могу общаться с ним не чаще, чем раз в сутки.

-Нет, я этого не умею. Он может позвать меня, а я его - нет.

-Жаль.

Илья налил себе чая, сделал маленький глоток и прикрыл глаза, наслаждаясь мягким вкусом.

-Кстати, а вчера среди гостей я заметила одного парня, который... в общем, который может оказаться реинкарнацией Алекса. Но Кларе ничего говорить не стала. Как думаешь, я правильно поступила?

Илья кивнул и продолжил отрешенно смаковать чай.

-Да чего это я с тобой, мелким, советуюсь? - раздраженно пробормотала Кира.


В субботу, как и в рабочие дни, Клара стояла у плиты. Отличие было только в том, что сейчас девушка стряпала на кухне общежития, а за столами сидели ее соседи. Клара ничего не имела против того, чтобы по выходным радовать друзей и знакомых выпечкой или мясными блюдами. Она была даже счастлива, ведь наградой за ее труды служили похвала и довольные улыбки.

Когда Клара поставила перед едоками большой ягодный пирог, дверь на кухню распахнулась, и вошла та, кого никто не ожидал увидеть в таком месте. Облаченная в строгий брючный костюм темно-синего цвета, на пороге появилась Агата Ланская. Все присутствующие, в том числе Клара, лишились дара речи. Молва давно приписала этой женщине статус невесты Императора, и присутствие в общежитии для обслуживающего персонала никак не вязалось с ее привилегированным положением.

-Клара Андреевна? - произнесла Агата, медленно приближаясь к замершей девушке. - Слышала, у вас вчера был день рождения. Простите, что поздно, и все же... можно вас поздравить?

"Она здесь из-за вчерашнего! - со страхом подумала Клара. - Илья был прав - Император заинтересовался мной!"

-Можно, конечно, - пролепетала девушка, опасаясь, что Агата собирается куда-нибудь увести ее. Однако шеф полиции вынула из своей кожаной сумки красивый золотой браслет, украшенный россыпью фианитов.

-Я не так давно узнала, что вы, еще совсем юная, стали опорой для своих младших сестер. Это достойно восхищения! По-моему, такие люди, как вы, - залог процветания нашей Империи.

-Спасибо, - растроганно ответила Клара, не чуя подвоха.

Агата застегнула браслет на тонком запястье поварихи, после чего взяла ее за руку и полюбовалась блеском искусственных камней.

-Я поздравляю вас от имени всей Императорской Полиции, - продолжала Агата. - Желаю всяческих благ.

-Это такая честь для меня!

Агата попрощалась со всеми присутствующими и вышла, оставив после себя повисши й в воздухе вопрос: "Чем Клара заслужила такое внимание?"

-Наверное, Ланская не такая стерва, как мы тут все с вами думаем, - заключила рыжеволосая коллега Клары, которая накануне потчевала Марка рассказами о своем сыне.

-Может быть, она лесбиянка и влюбилась в Клару? - предположил тот самый сын, озабоченный прыщавый подросток. Мать показала ему кулак, и парень втянул голову в плечи.

Клара молча любовалась подарком и гадала, как милый браслет может быть связан со вчерашним происшествием. "Возможно, там внутри жучок! - решила она. - Или он как-то заколдован!"

Ей не могло быть известно, что, выйдя с кухни, Агата уже знала всю историю ее жизни.


## Глава 5. Пришельцы.


-Если ты продолжишь транжирить деньги во всяких там клубах, мы никогда не переедем в отдельную квартиру, - назидательно говорила Клара, сидевшая на своей кровати по-турецки. Тем временем Кира перебирала запасы младшей сестры - единственной в комнате обладательницы вызывающих нарядов и разнообразной косметики. Она ничуть не считала себя при этом виноватой, потому что Вера, в свою очередь, без зазрения совести таскала у нее из карманов и у Клары из сумочки деньги.

-Вчера ночью мы решили, что Алекс благополучно скончался, - возразила Кира, вытряхивая на стол содержимое одной из Вериных косметичек. Клара надула губы. Не стоило сестре говорить об окончательной и бесповоротной смерти Алекса так, словно он - герой глупого фильма! - А раз твой бывший на том свете, стало быть, пора немедленно искать новую любовь!

-Кирочка, не мне тебе рассказывать, что в клубах любовь найти проблематично, - вздохнула Клара. - Если там что-то и отыщется, то лишь ни к чему не обязывающие отношения на одну ночь.

-Надо же с чего-то начинать! - подмигнула сестре Кира. Заметив, что Клара с отвращением морщится, добавила: - Шучу, расслабься. На самом деле, и там можно откопать нормальных парней. Если постараться.

-А как же моя безопасность? - не унималась Клара. Кира, выбравшая для нее темно-красный лак, удивленно захлопала глазами. - В прошлый раз, когда мы выходили на улицу, меня чуть не утащила к Императору обнаглевшая темная сущность!

-Я же твоя охрана, помнишь? - Кира открыла шкаф и начала копаться в аккуратно сложенных вещах Веры, ничуть не заботясь о том, что после ее оценки они превращались в груду мятого тряпья. - Я и своего напарника пригласила - того, который огненный меч из рукава достает.

-Во-первых, не стоит его беспокоить только из-за того, что ты захотела устроить собственную личную жизнь под предлогом устройства моей.

-Ты очень проницательна, - похвалила Кира, доставая из шкафа короткое черное платье с глубоким декольте.

-А во-вторых, он несовершеннолетний, и в клуб его не пустят.

-Так, умница ты моя! - Кира швырнула сестре платье, и оно приземлилось ей на голову. Клара взяла его в руки, рассмотрела и сокрушенно вздохнула. Слишком открытое, слишком обтягивающее! - Вот тебе двадцать пять, и в клубе ты была дважды. А Вере семнадцать, но она туда ходила не меньше десяти раз! Скажи после этого, что в клубы не пускают малолеток... Да хватит уже смотреть на это несчастное платьишко, как будто я его из помойки вытащила!

-Я не смогу такое надеть, мне будет неуютно, - жалобно пролепетала Клара.

-Наденешь, вместе с Вериными блестящми босоножками! - сказала Кира тоном, не терпящим возражений, после чего ушла в ванную. Клара пискнула что-то в ответ, поняла, что препираться бесполезно, и стала обреченно стягивать с себя джинсы и майку в цветочек.


За последние сутки, полные неожиданностей, Кира поменяла свое мнение об Илье Павенко. Раньше она считала его достойным жалости, а не любви. Но, как выяснилось, этому парнишке не хватало только повода гордиться собой, чтобы преобразиться. И, расставшись с ним у входа в "Чернослив", Кира вдруг поняла, что хотела бы видеть его рядом со своей сестрой. Только не младшей, а старшей. Особенно сильно ее раззадорило то, что Илья отказался сблизиться с Принцессой. Да он просто не понимал, какое сокровище теряет! "Они отлично подойдут друг другу, - рассуждала Кира. - Клара очень добрая и всегда будет поддерживать Илью, у которого эйфория рано или поздно пройдет. А еще она не то что бы взрослая - личико детское, да и весь опыт в отношениях прошлой жизнью ограничивается. Решено! Сегодня я ему представлю такую Клару, что она будет не хуже Веры!" Дома, желая посоветоваться с Эвталиатом, девушка позвала его. Прошли почти сутки, и старик должен был ответить... Но он молчал. Тогда Кира, не спрашивая у него разрешения, позвонила Илье и пригласила его в клуб. Тот сразу принял меры: вызвал мать в свою комнату, распахнул дверцы шкафа и попросил выбрать подходящий наряд для вечеринки. У Ларисы сначала глаза на лоб полезли, но она быстро вспомнила, как редко ее сына вообще куда-нибудь приглашали друзья. "Только чтобы в двенадцать был дома, как штык!" - властно потребовала женщина, протягивая сыну черную рубашку с белым абстрактным рисунком и темно-синие джинсы.


В ванной Кира снова позвала главу Совета Посвященных, но в ответ, как и прежде, получила тишину. "Да что он там, пьянствует по поводу дня рождения Принцессы, что ли?" - мысленно пошутила девушка. Она никогда не видела человека, с которым много лет вела телепатическое общение, но представляла его себе высоким, с длинной седой бородой и в балахоне, отдаленно напоминающем монашескую рясу. Теперь перед ее мысленным взором предстала забавная картина: этот мудрый старец глушит водку и поздравляет невидимую именинницу заплетающимся языком. "Так-то лучше," - облегченно вздохнула Кира. Ей казалось, что фантазиями на тему одинокого дебоша она отомстила молчащему Эвталиату.

Пока сестра была в ванной, Клара надела платье и подошла к висевшему у входной двери зеркалу. То, что она там увидела, ее не вдохновило: слишком резким был контраст между кротким выражением лица и откровенным нарядом. Что бы как-то уменьшить диссонанс, Клара подвела черным карандашом глаза и накрасила губы малиновой помадой. От того, что вышло, ее вообще бросило в дрожь, но девушка не остановилась - добавила тяжелые блестящие серьги и не подходящий к ним кулон. Довершили образ синие босоножки на шпильке, благо обувь на каблуках Клара носила давно и часто.

-О, круто! - воскликнула Кира, выйдя из ванной. - Теперь весь клуб твой! Нет, лучше полклуба, потому что мне тоже нужен хахаль.

Сама Кира, правда, не стала прибегать к столь радикальным мерам - всего-то поменяла кроссовки на балетки, а футболку - на яркий топ.


В девять вечера домой пришла Вера - счастливая и уставшая. Однако внешний вид сестер подействовал на нее, как чашка крепкого кофе.

-Клуб "Азалия"? Я с вами! И не смейте меня тут оставлять, иначе вообще уйду и всю ночь буду гулять с Родионом!

Кира пообщела отобрать ключи и запереть окно (хотя с третьего этажа Вера все равно прыгать не стала бы). Впрочем, Вера была мастером не только поливать грязью, но и канючить. В итоге Клара сдалась, счастливая оттого, что сестра наконец-то захотела провести время с ней и Кирой.


То, что в этот раз история с Принцессой принимала серьезный оборот, было ясно по странному притяжению разных лиц к этой девушке. Они, возможно, и не подозревали о том, что приближаются к Принцессе. Их вела некая сила, которую в своем нынешнем воплощении не понимала даже Камари.

Одним из тех, кто невольно тянулся к Принцессе, оказалась Агата Ланская. После встречи с Кларой она еще не видела Талврина - все-таки Император был довольно занятой личностью. Но девушка не тратила времени зря: весь день наводила справки о тех, кто окружал Клару. Самой загадочной из этих личностей был, конечно, Илья Павенко. Сведения об этом мальчике раздобыть было проще простого, однако никакого света на таинственные события они не проливали. Его родители сыграли свадьбу молодыми, но довольно быстро развелись, и ребенок остался с любящей слабохарактерной матерью. Учился Илья плохо, ничем не увлекался, ни с кем не дружил и терпел постоянные насмешки всех, кто замечал его существование.

"С таким даром - и давал себя в обиду? - размышляла Агата, читая в своем кабинете мгновенно составленное досье на Илью. - Абсурд. Вероятно, его способности проявились только вчера. В таком случае, Клара Лазарева - гораздо более удивительное создание, чем может показаться... - Агата встала из-за письменного стола и подошла к выходящему на зеленый двор окну. - А ведь она, может быть, не выдумала этого Алекса. И, значит, на самом деле живет не впервые. В прошлый раз она, думаю, родилась во времена юности Императора... "

Следующей, кто заинтересовал Агату, стала Кира Лазарева, и девушка приняла решение как-нибудь пожать ей руку. Наконец, уже покидая кабинет, шеф полиции вспомнила нечто важное и бросилась в подвал, где хранились архивные данные. Там она без труда отыскала видеозапись шестилетней давности - на ней двадцатидвухлетняя Агата вела свой первый допрос. Полиция выслеживала группу революционеров, которые неумело, но с энтузиазмом готовили крупное восстание. Первым, на кого они вышли, был парень, имевший к ним лишь косвенное отношение...

Агата вернулась в свой кабинет и включила запись. На экране монитора появился дрожащий молодой мужчина с растрепанными каштановыми волосами. Рядом шел полицейский, который, по идее, должен был препятствовать побегу арестованного, а на деле поддерживал его, чуть живого от страха. Добравшись до стула, мужчина без сил рухнул на него. Через мгновение дверь снова открылась, и в помещение вошла Агата. Темно-синяя форма так шла ей, что арестованный, ненадолго позабыв об испуге, засмотрелся на нее. Девушка, поздоровавшись с ним, села напротив. Их теперь разделяла гладкая поверхность широкого стола.

"Марк Матвеевич Турьев, год рождения..." - начала Агата. Марк перебил ее воплем:

"Я скажу все, что знаю!"

Действительно, он, не переставая трястись и обливаться холодным потом, выложил все, что знал. А знал, как выяснилось, достаточно. Год назад Марк стал встречаться с девушкой по имени Лиза. Она покорила его своей открытостью, энергичностью, целеустремленностью. Им было очень хорошо вместе... пока Лиза не призналась, что мечтает о свержении Императора, и не привела Марка на собрание своих единомышленников. Марк никогда подобными проектами не увлекался, потому что считал Императора лучшим из земных правителей. А тут на него вылился такой поток грязи в адрес великого монарха, что Марка охватила самая настоящая паника. Он умолял Лизу покинуть опасную компанию, отказаться от глупых идей и жить счастливо вместе с ним. Но девушка на уступки не пошла - для нее будущее восстание угнетенного народа было важнее, чем свадьба с учителем английского языка. Тогда Марк ушел... но вот незадача: Лиза успела наговорить своим товарищам, что ее возлюбленный - человек надежный. Через пару дней один из них подошел к Марку на улице и передал ему какую-то коробку, которую следовало доставить по определенному адресу. Коробку-то Марк взял, но ни по какому адресу доставлять ее не пожелал - купив дешевую зажигалку и добежав до самой вонючей помойки в самом грязном переулке, он выкинул посылку и собирался сжечь вместе с другим мусором. Ему казалось, что так он поможет сорвать какой-нибудь ужасный план революционеров и спасти безрассудную Лизу. Жаль, что он не заметил шедшего за ним по пятам полицейского. А вроде бы, огляделся несколько раз по сторонам... В коробке оказались листовки с перечнем жутких преступлений Талврина вроде расстрелов невинных граждан. Марка арестовали. Теперь ему грозило, в лучшем случае, пожизненное тюремное заключение. Которого, естественно, он мог избежать, выдав правосудию настоящих преступников. И Марк это сделал: назвал пару имен, включая имя Лизы, а также детально описал внешность тех, с кем не познакомился.

Агата подошла к Марку и, сняв черную перчатку, провела длинными пальцами по его щеке.

"Я тебе верю, - сказала девушка после непродолжительной паузы. - Спасибо за сотрудничество со следствием."

Марк трижды поблагодарил ее, поднялся со стула и тут же шлепнулся обратно - его не держали ноги. Агата смерила арестованного презрительным взглядом.

"Отныне всем женщинам, которые встанут у меня на пути, я буду желать таких любовников и мужей, как ты,"- тихо, но четко произнесла она. Марк, не поняв смысла фразы, продолжал бормотать слова благодарности.

"Как забавно, - подумала Агата, выключив компьютер. - Этот жалкий трус тоже подбирается к Кларе... Есть вероятность, что с ее помощью он хочет искупить вину перед расстрелянной Лизой - воплотить мечту бестолковой революционерки! Будет весьма интересно узнать, чем это закончится."

Потом, так как Император все еще был занят, Агата решила отдохнуть в своем излюбленном месте - клубе "Азалия". Однако не стоит думать, что она пошла танцевать и пить разноцветные коктейли. На втором этаже, куда пускали только VIP-клиентов, у шефа полиции была всегда зарезервирована уютная комнатка, обставленная в восточном стиле. Там Агата, заказав крепкий кофе и десерт, любила читать книги или предаваться размышлениям на серьезные темы.


Вторым человеком, которого неумолимо тянуло к Принцессе, был Марк Турьев, о чьем позорном признании вспомнила Агата. В тот вечер он ушел из дома, не обратив никакого внимания на возмущение родителей. Судя по тому, что сперва Марк задумчиво слонялся по окрестным улицам, никакой особой цели у него не было. Потом, правда, он поймал такси и потребовал везти его к общежитию Императорской Полиции. Поездка получилась долгой, и Марк задремал. Но машина, словно тоже участвуя в необъяснимом заговоре, сломалась в тот самый момент, когда мимо нее пробегали сестры Лазаревы. Услышав мат разъяренного водителя, Марк проснулся, заметил девушек и, отдав деньги, выскочил из салона.

-Какая приятная встреча! - хором воскликнули Клара и Вера, остановившись посреди проезжей части. Кира схватила их под руки и потащила на тротуар.

-Согласен, - ответил Марк, шагая рядом. - Я ехал туда, - он махнул рукой куда-то влево, - и тут увидел вас.

-В кинотеатр? - удивилась Клара. - Один?

-Или у вас свидание? - забеспокоилась Вера.

-Один. Люблю смотреть хорошие фильмы, неважно, с компанией или без нее. Но, встретив вас, решил, что кинематограф подождет. Тем более, что кое-кого страшно отпускать на улицу без охраны. - Он улыбнулся Кларе с такой теплотой, что девушке показалось, будто воздух вокруг нее и правда нагрелся.

-У меня уже есть охрана, - засмеялась Клара, смущенно отводя взгляд.

-Значит, я помешаю?

Клара замотала головой. Помешает? С чего бы это? Такой приятный мужчина, скромный, добрый, симпатичный... Если выбрасывать из головы Алекса, то в компании с таким, как он!

Алекс... Тепло, которое подарила ей улыбка Марка, исчезло в одно мгновение. А сможет ли она это сделать - забыть своего дорогого призрака? Даже если ей будет помогать столь замечательный мужчина?

-А ведь мы в клуб идем. "Азалия", - сказала она с наигранной веселостью, чтобы не утонуть в море безрадостных мыслей. - Вы любите танцевать?

-Перейдем на "ты", - предложил Марк. - И - да, танцевать я люблю. А ты?

-А я, если честно, и не умею толком.

-Не страшно. Я тебя научу.

Сердце Клары снова забилось быстрее. Она коснулась кончиками пальцев своих щек и с ужасом поняла, что они пылают.

-Он что, со мной флиртует? - шепотом спросила она у Киры, когда вся компания спускалась в метро. Младшая сестра посмотрела на нее, как на ребенка, интересующегося, отчего трава зеленая.

-Похоже на то, - сказала она, толкнув Клару в бок. - Смотри, какие чудеса короткие платья творят!

Марк, стоявший на эскалаторе впереди сестер, обернулся и снова послал Кларе улыбку, впрочем, довольно дружескую.

"Неужели я ему и правда понравилась?" - никак не могла поверить Клара. Ей давно - уже, наверное, лет восемь - не приходилось становиться объектом мужского внимания, и забытое чувство приятно волновало кровь.

"Ну, что, Алекс? - мысленно допытывалась Кира у спины Марка. - Ты узнал свою Рахиль?"


Примерно в то самое время, как сестры Лазаревы и Марк выходили из вагона метро, у памятника Императору появились двое мужчин. Еще секунду назад их точно не было у мраморного постамента, а сейчас они уже падали на ступеньки. Впрочем. ни вспышка света, ни странный звук, ни какой-либо другой сигнал не оповестили об их материализации прямо из ночного воздуха. Наверное, поэтому лишь двое прохожих подумали, что у них начались галлюцинации. Остальные москвичи и гости столицы продолжили свое спокойное шествие по площади. Ну мало ли кто поздно вечером в субботу с трудом держится на ногах!

Первым со ступенек поднялся мужчина в возрасте чуть старше тридцати. Он огляделся по сторонам и выругался по-английски, заметив над головой сверкающие черные дымки. Теперь, приняв вертикальное положение, он стал привлекать к себе повышенное внимание, особенно - женское. Хотя красивым его сложно было назвать, любой, кто однажды увидел этого человека, уже не мог забыть о нем. Дело было не в росте: метр восемьдесят пять - не такая уж редкость среди жителей России. Фигура тоже не могла быть тому причиной - несмотря на атлетическое телосложение, до звания культуриста этот мужчина явно не дотягивал. Его наряд и подавно казался самым обычным. Разве могут джинсы с кожаным ремнем, белая майка и наброшенная поверх нее рубашка с короткими рукавами кого-то удивить? Если что-то и поражало, так это аксессуары незнакомца: по четыре дорогих перстня на каждой руке, три тяжелых браслета и золотая цепь на груди. Но издалека этого богатства все равно никто не увидел бы. Куда больше могли заинтересовать густые черные волосы и бронзовая кожа этого человека - они указывали на его иностранное происхождение. Однако лицо мужчины, с широкими скулами, узким подбородком и прямым носом, мешало отнести его к какой-то определенной нации. Тот, кто желал бы увидеть в нем англичанина, непременно увидел бы черты настоящего лорда; стоило задаться целью найти у него азиатские корни, как легко было принять его за потомка филиппинцев. И все же самым удивительным в этом человеке были его темно-карие глаза, взгляд которых мог и приласкать, и уничтожить.

Окрестив темные сущности-шпионы не самым благозвучным именем, незнакомец повернулся к тому, кто остался лежать на ступенях постамента. Это был парень лет двадцати пяти, с простым, хотя и довольно симпатичным лицом русского крестьянина. От мужчины с перстнями он отличался бледной кожей и золотистыми, как будто крашенными, волосами. Кроме того, на нем был черный костюм с галстуком, который не испачкался лишь благодаря кристалльной чистоте памятника.

Брюнет схватил блондина за руку, чтобы помочь ему подняться, и тот, застонав, открыл глаза. Брюнет чуть заметно поморщился, когда увидел пустые белки своего товарища.

-Лео, ты можешь идти? - негромко спросил он на грубо звучащем языке, которого никто из прохожих не мог знать.

-Конечно, - слабым голосом ответил блондин. - Не беспокойтесь, Ва...

-Максимилиан, - подсказал ему брюнет. - Можно Маким, Макс - в общем, как тебе нравится.

-Да, как скажете.

Максимилиан помог Лео подняться, и, позволив опереться на свое плечо, медленно повел его в сторону не слишком людной улицы. Теперь, когда они шли рядом, стало ясно, что Лео ниже своего спутника почти на полголовы.

-Скажи-ка, дружище, - обратился к нему Максимилиан, - что за черные блестящие облака ползают тут по небу?

-Темные сущности, - прохрипел в ответ Лео. - Это порождения зла, которые служат человеку, освободившему силу камней.

-Они сожрут нас? - недоверчиво нахмурился Максимилиан, присматриваясь к уплывающей куда-то дымке.

-Если они выглядят... - Лео замолчал, чтобы перевести сбившееся дыхание, и чуть не упал на землю - Максимилиан вовремя обхватил его за талию. - Если они выглядят так, как вы описали, то не причинят нам никакого вреда. Это шпионы, они просто наблюдают за людьми.

Последние слова Лео сказал так тихо, что даже Максимилиан едва разобрал их.

Наконец странная пара оказалась на плохо освещенной улице, где, правда, все равно было достаточно много народу. Максимилиан усадил Лео на асфальт, прислонив его спиной к стене кирпичного дома, а сам сел рядом на корточки.

-Открывайся, - потребовал он. Лео вздрогнул и широко раскрыл невидящие глаза.

-Нет. Вы ранены...

-Переживу. А вот ты, похоже, скоро ласты склеишь, если не откроешься.

-Давайте доберемся до людного места, и там...

-И в какое людное место тебя сейчас пустят, а? - раздраженно процедил Максимилиан. - Открывайся, паразит. Это приказ!

Лео нехотя кивнул. Через несколько секунд Максимилиана охватила внезапная слабость, и он сам готов был упасть на асфальт, но вместо этого поднялся на ноги.

-А вот теперь жди здесь, - сказал он Лео, который стал выглядеть чуть более здоровым, и направился к компании молодых людей.

-Здравствуйте, ребята, - обратился Максимилиан к парням, прихлебывавшим пиво. Говорил он по-русски, но с заметным акцентом, идентифицировать который не представлялось возможным. - Скажите, здесь рядом есть... ночной клуб?

Парни одновременно загоготали.

-Дядя, а ты не староват для клуба? - спросил один.

-Может, он студенточку хочет снять, - предположил другой.

-Да вон там, за углом, "Азалия", - объяснил третий, показывая направление горлышком пивной бутылки. - Там прикольно, только не очень дешево.

-Лучше с нами потусуйся, - снова вступил в разговор первый. - К нам скоро девчонки подойдут, там есть одна, кторой нравятся мужики твоего возраста.

-Спасибо, - Максимилиан похлопал его по плечу. - Но у меня сегодня уже назначено свидание.

После этого он вернулся к Лео под дружный хохот парней: они решили, что свидание у иностранца - с блондином в черном костюме.

-Принцесса где-то рядом, - сказал Лео, как только снова поднялся - на этот раз плечо товарища стало для него скорее страховкой, чем единственной опорой. Но его шаги остались неуверенными, а дыхание - тяжелым, словно он долго и быстро бежал.

-Если она пройдет мимо, ты ее почувствуешь?

-Думаю, да. А куда мы идем?

-В клуб.

-Но ведь... для него нужны деньги! А у нас их нет.

-Уже есть. Этим соплякам надо меньше пиво жрать и больше за своими карманами следить.

Лео ошарашенно уставился на Максимилиана, словно мог его видеть.

-Вы... украли?

-Нет, блин, они сами мне их отдали. Жаль только, я не в курсе, насколько ценен один... - Он присмотрелся к ворованной купюре. - Один "тал"... Ладно, в крайнем случае, найдем метро и затолкаем тебя в переполненный вагон.

Приблизившись к расцвеченному огнями зданию клуба, Максимилиан понял, что украденного не хватает даже на один билет. Но он не растерялся и, толкаясь в очереди у кассы, обчистил несколько дамских сумочек, как заправский карманник. Тем временем Лео понемногу приходил в себя: когда билеты были приобретены, он уже мог твердо держаться на ногах без посторонней помощи. А его глаза, прежде пустые, обзавелись черными точками зрачков.

-Выглядит жутко, - признался Максимилиан. Лео достал из внутреннего кармана пиджака темные очки, которые всюду носил с собой, и скрыл за их стеклами свои странные глаза.

Вскоре Мужчины вошли в зал, который поражал своими размерами, но удручал довольно скучной отделкой. Там их встретили веселая музыка и множество танцующих людей разного возраста.

-Вот она, - твердо сказал Лео, кивнув на один из расставленных по периметру зала столов. За ним могло поместиться восемь человек, но расположились только пятеро. Все, кроме длинноволосого подростка в очках, изучали меню.

-Она? - переспросил Максимилиан. - Принцесса?

-Да.

-Что ж, напросимся в ее компанию.


В "Азалии" Клара уже была, но очень давно - на праздновании восемнадцатилетия Киры. Правда, за пять лет тут ничего не изменилось, разве что песни, под которые танцевали посетители.

-Это просто наказание какое-то! - взвыла Вера, увидев за большим столом Илью Павенко. Тот сидел, откинувшись на спинку мягкого стула, и потягивал из стакана жидкость, по цвету напоминающую яблочный сок.

-Вот уж действительно! - согласилась Клара. Не теряя ни секунды, она кинулась к Илье, расталкивая дрыгающихся парней и девушек.

-Привет, - поздоровался он, делая последний глоток. В стакане остался лишь колотый лед.

-Это что было? - Клара в негодовании скрестила руки на груди. - Виски?

-Да, - кивнул он. - Вполне приличный напиток.

Клара плюхнулась на стул, хватаясь за голову.

-Так и знала, что эта вылазка на танцы до добра не доведет!

Илья развел руками и потянулся за лежащей на столе сигарой. Остолбеневшая Клара, не в силах даже отнять у школьника отраву, следила за тем, как он умело прикуривает от спички и скоро заходится неистовым кашлем.

-Ну, согласен, курить не стоит, - решил он, затушив сигару о дно пепельницы.

Следующие пять минут протекли без приключений. Изучая меню (просто так, все слишком дорогое!), Клара успела расслабиться. Но тут, без всякого предупреждения, к ним подсели двое мужчин. Один из них, блондин в мятом черном костюме, видимо, принял наркотики - об этом свидетельствовали темные очки на лице и то, с каким удовольствием он положил голову на поверхность стола. Вера, чьим соседом стал этот незваный гость, вжалась в Киру.

-Вы не против? - с акцентом спросил второй мужчина - смуглый брюнет. Илья недоверчиво покосился на него. - Единственный свободный столик.

-Он не свободен, - робко заметила Клара. Она всегда была открыта для новых знакомств, но уж точно не для таких! Какой-то наркоман и... Девушка не знала, что сказать о втором госте, но он почему-то притягивал ее, а оттого - пугал.

-Да не переживайте вы, - улыбнулся брюнет. - Мой друг - его зовут Леопольд - просто немного отдохнет тут. Он очень вежливый и не доставит проблем. А я пойду за стойку бара. Кстати, он по-русски не понимает.

С этими словами незнакомец вышел из-за стола, напоследок послав Кларе неожиданно добрый взгляд. "Да я, кажется, сегодня и правда в сто раз красивее, чем обычно!" - с удовольствием подумала она и, набравшись смелости, ответила иностранцу кокетливой улыбкой. Кто бы мог подумать, что она у нее вообще получится? Но улыбка вышла достойной всяческих похвал - иностранец замер, как будто она поразила его в самое сердце.


-Что это за девчонка? - спросил Максимилиан у бармена, когда получил от него пачку сигарет - больше ни на что денег не хватило.

-Которая? С короткими волосами? - Парень пожал плечами. - Впервые вижу. А что?

-Мордашка у нее... милая такая.

-Да? Ну, мне такие не нравятся. Вот блондиночка напротив нее - другое дело. Горячая.


Вера, устав испуганно поглядывать на "отдыхающего" соседа, пошла танцевать. Ее примеру последовали все остальные, так что вскоре за столом остался только Лео. Услышав первые аккорды популярной песни, три сестры полностью отдались во власть ритма. Клара быстро переминалась с одной ноги на другую, помахивая при этом согнутыми в локтях руками. Кира беспорядочно дергала всеми частями тела, как будто ее ударило током. А Вера извивалась, крутила бедрами и запускала пальцы в свои волосы абсолютно не в такт музыке. В общем, ни одна из сестер танцевать не умела. Но Марк, похоже, был иного мнения - смакуя крепкие коктейли, он, как завороженный, наблюдал за Кларой. Радость окрылила девушку, и она стала активнее помахивать руками. Наконец ди-джей объявил медленный танец. Марк, оставив бокал на стойке бара, двинулся к сестрам. Клара, опьяненная музыкой и надеждой, расцвела и даже сделала шаг ему навстречу. Но Марк... прижал к себе взвизгнувшую от удовольствия Веру. Она стояла так близко, что Клара приняла восхищение, предназначенное сестре, на свой счет.

Ей еще никогда не приходилось испытывать таких разочарований. Пристыженная и разбитая, Клара вернулась за стол. "Я не буду на них смотреть," - сказала она себе и тут же подняла на танцующую пару несчастный взгляд. Вера, даром что уже встречалась с Родионом и не успела бросить прежнего парня, вдохновенно терлась о своего взрослого кавалера. При этом руки Марка бесстыдно скользили по ее спине. А когда грянул самый мощный аккорд композиции, он впился в губы школьницы до неприличия страстным поцелуем.

Клара почувствовала, что ее предали. Хотя понимала, что эти двое ни в чем перед ней не виноваты. Виновата была только она - глупая строительница воздушных замков.


-Пригласи ее, мелкий, - шипела на ухо Илье Кира. Она заметила, что мальчик смотрит на ее расстроенную сестру с жалостью и нежностью, но продолжает торжественно стоять под музыку.

-Я сказал, что не стану заводить с ней никаких отношений, - сурово напомнил Илья и тихо добавил: - Хотя, не скрою, она начинает мне нравиться.

Кира, не слышавшая последней фразы, пошла утешать сестру. Девушка была похожа на маленького щенка, оставленного в одиночестве под проливным дождем. На слова утешения она ответила молчанием и покусыванием нижней губы.

Началась очередная песня - снова лирическая. Вера и Марк даже не разомкнули объятий, но теперь Клара действительно на них не смотрела. Она выбрала объектом своего исключительного внимания золотистую макушку незнакомого парня, который сидел напротив.

-Потанцуешь? - спросил низкий, чуть хриплый голос. Клара непонимающе уставилась на его обладателя - наглого иностранца.

-С вами, что ли?

Он схватил девушку за руку и рывком заставил ее подняться со стула.

-Со мной.

От его рубашки исходил едва уловимый горький аромат туалетной воды, а от тела - мягкое тепло. Другая девушка на месте Клары, скорее всего, поспешила бы крепко прижаться к широкой груди партнера, обнять его. Но это была Клара, и она сохраняла дистанцию. Возможно, именно потому, что все вышеперечисленное она и вправду захотела сделать.

-Меня зовут Максимилиан, - представился иностранец. Благодаря тому, что музыка была не слишком громкой, ему не пришлось повышать голос. Он прозвучал над ухом Клары - очень уютно и как-то чересчур интимно.

-А я Клара, - ответила девушка и зажмурилась. Воспоминания, от которых она решила уйти навсегда, опять водили вокруг нее свой бесконечный хоровод. Много лет назад, на выпускном, Рахиль танцевала с Алексом. И точно так же, как сейчас, противилась желанию прильнуть к нему. А другие парни кричали: "Хватит уже тискаться с этим Призраком Оперы!"

Кстати, что еще за Призрак Оперы?

-Ты где-то учишься? - поинтересовался Максимилиан, возвращая Клару к реальности.

-А?.. Нет. Работаю. Я повар. А вы?

-Меня, - с усмешкой сказал он, - только что уволили. И теперь я обыкновенный бездельник.

"Здорово, - с тоской подумала Клара. - Хоть кто-то обратил на меня внимание - и оказался безработным."

-А где вы живете?

-Сейчас - нигде. Меня выгнали из дома.

"Безработный бродяга! - заключила Клара, готовая расплакаться. - Пропивает последние гроши в клубе! А я? Неужели я выгляжу настолько жалкой, что кажется, будто готова встречаться даже с нищим?"

Тут взгляд Клары упал на тяжелую золотую цепь, которая поблескивала на груди Максимилиана. Ее наличие противоречило статусу безработного бродяги.

"Впрочем, - подумала девушка, - может быть, он раньше не бедствовал, но потом влез в непомерные долги. А украшения - все, что у него осталось от прежней роскоши. Со временем он их продаст."

Размышляя о происхождении драгоценностей Максимилиана, Клара не заметила, как он наклонился к ней. Поэтому прикосновение чужих губ к ее собственным застало девушку врасплох. Первым желанием было вырваться, но вместо этого она замерла, прислушиваясь к незнакомым ощущениям. Смутные воспоминания об амурных подвигах Рахили не шли ни в какое сравнение с тем, что происходило наяву. В объятиях привлекательного иностранца ее тело как будто обрело собственную волю. Ничего не соображающая Клара, встав на цыпочки, подалась вперед и обвила руками шею Максимилиана. В свой неумелый поцелуй она вкладывала всю нежность, которую уже две жизни копила для Алекса.

Песня закончилось, и наваждение развеялось. Остались только два несуразных персонажа: симпатичный бомж, обвешанный ювелирными украшениями, и не самая симпатичная повариха, которая в двадцать пять лет подарила свой первый поцелуй незнакомцу.

"Не может быть!" - ужаснулась Клара. Ей казалось, что она идет по наклонной: вчера - приятное падение в объятия школьника, сегодня - поцелуй с голодранцем, которого она до этого никогда не встречала! Что же дальше-то будет?!

Белая, как мел, Клара помчалась вон из зала. Максимилиан проводил ее недоумевающим взглядом. Вера захохотала так, что Марк от нее отшатнулся. А на губах Ильи заиграла почти зловещая улыбка.


"Успокойся, бестолковая, - говорила себе Клара, запершись в кабинке туалета. Она скрылась там, думая, что будет плакать, но единственной реакцией на случившееся стали дрожащие коленки. - Подумаешь - поцеловала неизвестно кого! В прошлой жизни и не такое вытворяла... И вообще, тебе двадцать пять. Стыдно считать, что целоваться можно только со своим парнем. Времена сейчас такие... свободные... Лучше посмотреть на ситуацию с другой стороны! Вот кого впервые целовали большинство девчонок? Тощих низкоросолых мальчишек, усеянных прыщами, со скобами на зубах! А мне достался, можно сказать, шикарный мужчина, хотя отсутствие крыши над головой немного портит общее впечатление о нем."

Разбавив сумятицу в голове позитивными мыслями, Клара вышла из кабинки с гордо поднятой головой. В холле, продолжая хвалить себя и черноволосого нахала, она столкнулась с кем-то очень высоким и широкоплечим. Не успела девушка извиниться перед посетителем клуба, как мир вокруг нее потерял все краски. В прямом смысле этого слова - он стал черно-белым. А еще из него исчезли все люди, превратившись в собственные молчаливые тени. Остался только один человек - мужчина, с которым она столкнулась. "Алекс!" - обрадовалась девушка, узнав любимого. Она вцепилась в его руку и последовала за ним. Алекс держал путь к выходу на улицу.


## Глава 6. Бардак в "Азалии".


-Почему она так расстроилась? - поинтересовался Максимилиан у Киры, пораженной не меньше сестры. - У нее кто-то есть?

-У нее никого никогда не было, - встряла в разговор вездесущая Вера. Она лучилась гордостью - привлекательность привлекательностью, но взрослых мужчин ей редко удавалось поймать в свои сети. - Думаю, сэр, вы украли ее первый поцелуй, который Клара берегла для своего будущего супруга.

Кира пригрозила ей кулаком, и она ретировалась, подпрыгивая от радостного возбуждения. Обернувшись к сестре и удостоверившись, что та на нее не смотрит, девушка обратилась к Марку с ласковой просьбой купить ей алкогольный коктейль. Марк, хоть и был педагогом, на просьбу откликнулся без колебаний. Правда, судя по отрешенному выражению его лица, он не воспринимал окружающий мир. Можно было подумать, что он сожалеет о танце с Верой и вообще не понимает, зачем ее поцеловал.

-Я извинюсь перед ней, - сообщил Кире Максимилиан и тут же отправился в холл. Он ожидал увидеть там всхлипывающую, дрожащую или рассерженную девушку. Но Клара отнюдь не страдала - она держала за руку какого-то лысого мужчину и смотрела на него глупыми влюбленными глазами. При этом у нее было лицо человека, принявшего веселящих запрещенных препаратов. А на ее груди красовался зеленый кулон, которого - Максимилиан точно помнил это - еще пять минут назад у нее не было.

-Клара! - крикнул он, быстрым шагом приближаясь к несуразной паре. Девушка не услышала его голоса, хотя он прогремел на весь холл. Зато услышал ее спутник - лысый гигант обернулся и послал Максимилиану взгляд, не предвещающий ничего хорошего. После этого он обнял Клару за плечи и вместе с ней кинулся к выходу.

Максимилиан бросился вслед за ними. Настигнув похитителя одурманенной Клары, он одним ударом повалил его на пол. Пока незнакомец, кряхтя, поднимался на ноги, Максимилиан сорвал с Клариной шеи кулон - тонкая веревочка, на которой он висел, легко разорвалась. Мир снова обрел краски, а бесплотные тени вернули себе человеческий облик. Придя в себя, девушка замотала головой и потерла пальцами глаза, окончательно испортив макияж.

-Что происходит? - возмутился охранник, вставая между участниками пока еще короткой потасовки. Но ему не суждено было выполнить свои служебные обязанности: едва он успел принять по-настоящему грозный вид, как закатил глаза и без чувств рухнул на пол. То же самое произошло и со всеми гостями клуба.

Лысый горе-похититель ухмыльнулся, пряча в карман пиджака маленький стеклянный флакон. Однако тот факт, что Максимилиан и Клара продолжали стоять, заставил его нахмуриться. Он огляделся и понимающе кивнул, увидев стоящую у входа в зал Киру.

-Вы работаете на Императора? - грозно осведомился он.

Кира деликатно промолчала, хотя до сих пор принадлежала к числу наиболее преданных слуг Талврина. Максимилиан же разразился веселым смехом.

-Я? На Императора? - Он произнес эти слова таким тоном, будто ничего абсурднее предположить было нельзя. - Нет, я сам по себе. А ты, наверное, этого Императора недолюбливаешь?

-Мягко сказано. Слушай, - лысый понизил голос, - отдай мне Избранную. Так будет лучше.

-Избранную? - Максимилиан взглянул на Клару и пожал плечами. - А мне говорили, что это Принцесса.

-Мы не причиним ей вреда. - Лысый уже протянул руку, словно призывая Клару идти за ним. - Эта девушка спасет наш мир.

-Чего? - пискнула Клара. Отвечать ей никто не стал. Видимо, даже такая миссия, как спасение мира, не поднимала ее в глазах окружающих.

-Не знаю, кто ты, - лениво протянул Максимилиан, - без понятия, как эта леди может спасти мир, но... Ты получишь ее только через мой труп.

-Как пожелаешь.

Максимилиан оттолкнул Клару, и девушка, сделав несколько шагов, неуклюже шлепнулась на кафель. В ту же секунду ее похититель достал из рукава короткий нож и метнулся к своему противнику. Безоружный Максимилиан мигом исправил этот свой недостаток: увернувшись от удара, отобрал нож у врага и одним резким движением перерезал ему горло. Испуганная Клара поползла в неизвестном направлении, когда поверженный упал на колени, заливая бледно-розовую плитку собственной кровью. Кира сжала плечо сестры и заставила ее подняться.

-Кто это был? - спросил Максимилиан, сколняясь над трупом. По его спокойному виду нельзя было догадаться, что полминуты назад он совершил убийство.

-Судя по методам, это был кто-то из "Крыльев свободы", - сказала Кира. - Знаешь о них?

-Впервые слышу.

-С луны свалился?

-Нет, я жил еще дальше отсюда.

Клара хотела объяснить, чем занимаются "Крылья свободы", но не успела и рта раскрыть: входные двери захлопнулись, и в холле появились четверо мужин. Каждый из них держал в руке по пистолету.

-Мы хотели обойтись без жертв, - сказал один из них. - Ты сам виноват.

В холле одновременно раздались четыре выстрела.


Когда все гости и работники клуба разом провалились в глубокий сон, Илья оторвался от своего мобильного телефона. Осмотревшись, он заметил, что Марк и Вера мирно спят, сидя на высоких стульях за барной стойкой. Это, видимо, позабавило его, и он не сдержал короткий смешок.

Лео, который почти не подавал признаков жизни, резко поднялся из-за стола. Его благородное лицо выражало такую решимость отдать жизнь за спасение слабых, что Илья рассмеялся до слез.

-Сейчас состоится битва, - сказал он на хорошем английском языке, убирая мобильный в карман джинсов. - Разберешься с теми, у кого есть оружие и тяжелые кулаки? Спрашиваю, потому что сам я - доходяга с больным сердцем.

Лео рывком распахнул пиджак. Выяснилось, что под ним спрятана кобура с двумя пистолетами.

-Отлично. Тогда с меня - магия, а с тебя - грубая сила. - И он, выбравшиь из-за стола, помчался в холл. В тот же момент прозвучали выстрелы. Услышав их, Лео всполошился и бросился на место сражения, наступая на устилающих пол посетителей. Илья, уверенный, что Клара еще жива, продолжил аккуратно перепрыгивать через спящих.

Максимилиан, сделав нечеловеческий прыжок прямо с места, ушел от всех пуль. Приземлился он точно на голову одному из потивников, чем вывел его из строя, а заодно завладел огнестрельным оружием. В следующее мгновение из трофейного пистолета был убит другой революционер. Тогда двое оставшихся побежали к Кларе. Но первого схватил Максимилиан, который, недолго думая, свернул ему шею. А второму преградил путь Лео. Революционер выстрелил ему в грудь, но пуля остановилась в сантиметре от белоснежной ткани рубашки, после чего упала к его ногам. Ошарашенный мужчина не смог даже вовремя уклониться от кулака Лео, летевшего в его квадратную челюсть. Революционер с криком грохнулся на пол. Лео выстрелил ему в ногу. Крик стал в два раза громче.

-Что уж ты, как Терминатор под властью Джона Коннора, - отчитал его Максимилиан.

-Кто? - не понял Лео.

-А, вот оно как. Классику, значит, не смотрите, юноша?

Он выстрелил в голову еще живому революционеру, после чего проделал то же самое с прежним хозяином своего оружия.

-Жрица, - Лео повернулся к Кире. - Уводи Принцессу. Сейчас могут прийти другие.

-Никто не придет, - ответила она, напряженно перебирая весь свой запас английских слов. - Они думают, что все будет легко, потому что Принцессу не охраняют.

-Откуда они знают, кто такая Принцесса?

Кира только развела руками.

Лео снял очки. Теперь у него были почти нормальные глаза. Почти - потому что их синий цвет был неестественно-насыщенным.

-И все-таки, кто они такие? - снова спросил Максимилиан, присев рядом с первым из убитых.

-Они желают свержения Императора, - сказала Клара. - Видимо, им стало известно, что я... вроде как могу отнять его удивительную силу.

-Можешь, - равнодушно подтвердил Максимилиан, доставая из кармана незадачливого похитителя маленький флакон. - Вот эта штука вырубает всех людей вокруг?

-Кроме тех, кто защищен, - кивнула Кира. - Либо собственной силой, либо амулетом. Когда его откупорили, я помешала вам с Кларой отключиться, а у них где-нибудь спрятаны защитные фентифлюшки.

-Типа этой? - Максимилиан снял с шеи мертвеца кулон - наподобие того, что сорвал с Клары, только алый.

-Не думаю, - ответил Илья, подбирая с пола его зеленый аналог. - Они ведь парные.

-Наверное, с его помощью Клару заставили прицепиться вот к этому мужику.

Клара вспомнила, как увидела Алекса в незнакомце. "Неужели им известно о том, кого я люблю?" - в панике предположила она.

-Да, именно, - сказал Илья, сжимая в руке заколдованную вещицу. - Зеленый кулон насылает морок: заставляет отрешиться от реальности и принять того, на ком красный, за самого близкого человека.

Клара облегченно выдохнула: для этого злоумышленникам не требовалось знать, кого она ждала всю свою жизнь.

-И кем стал для тебя лысый? - спросил Максимилиан, выпрямляясь. Девушка побледнела и опустила взгляд.

-Думаю, нашим папой, да? - пришла на помощь Кира.

-Да, папой, - ответила Клара, благодарно улыбаясь находчивой младшей сестре.

-О, как мило, - прозвучал со стороны зала чей-то голос, похожий на порыв ледяного ветра. Все разом обернулись к новой гостье, которая, сидя в VIP-комнате на втором этаже, ощутила всплеск паранормальной энергии. - Позвольте поинтересоваться, что тут произошло и кто вы такие.

-Шеф, были убиты члены революционного общества "Крылья свободы"! - отрапортовала Кира.

-Верю, - кивнула Агата, медленно проплывая по холлу. - А вы кто? - Она взглядом показала, что обращается к Максимилиану и Лео

-Знаешь, блондиночка, по-моему, я не обязан перед тобой отчитываться, - вполне дружелюбно заметил Макимилиан. Агата, правда, не оценила его благих намерений - холодную красавицу передернуло от негодования.

-Все в этой стране обязаны отчитываться передо мной! - закричала она, ускоряя шаг. - Я шеф Российской Императорской Полиции!

-Да плевать я хотел на императора и на его полицию, - пожал плечами Максимилиан. - Тем более, что у меня при себе нет никаких документов, удостоверяющих личность!

Агата кинулась на него с грацией пантеры. Обычно ее атаки не мог отразить никто - даже Талврин, если сражался без использования силы камней, проигрывал невесте. Но этот человек легко уклонился от удара, словно Агата была неопытным новичком, а затем крепко схватил ее за ногу, которой она собиралась отправить его в нокаут. Сильные пальцы до боли сжали тонкую лодыжку.

-И удобно тебе драться в такой обуви? - спросил он, имея в виду туфли-лодочки на шпильке. Агата зашипела, став похожей на разъяренную кошку. Максимилиан отпустил ее. И это было хуже всего. Противник обращался с ней, как со слабой девчонкой, не представляющей для него опасности! Агата вынула из-за пояса пистолет, но он тут же был выбит из ее руки. Не помня себя от бешенства, девушка нанесла несколько молниеносных ударов в грудь и голову мужчины, однако неизменно натыкалась на его блокирующую руку. Сам он не бил - только защищался, причем с оскорбительно вальяжным видом. Устав драться честно, Агата отвела ногу назад для удара коленом в пах - и через мгновение звонкая, увесистая пощечина заставила ее потерять равновесие. Агата упала. Она бы, конечно, без труда поднялась, но Максимилиан придавил ее к полу весом своего тела. Не зная, на что идет, он медленно провел кончиками пальцев по начинающей краснеть щеке Агаты. Подобного прикосновения было достаточно, чтобы поделиться с ней самыми сокровенными тайнами.

-Такая красивая, - прошептал Максимилиан, - а лезет в драку.

Агата начала задыхаться, ее рот судорожно открывался, глотая воздух. Максимилиан отошел в сторону, но девушка не сразу пришла в себя. Кира, опомнившись, подбежала к ней.

Агата, к которой постепенно возвращались силы, грубо оттолкнула подчиненную. Когда ее взгляд наконец прояснился, она устремила его на своего победителя. Тот возвышался над ней, словно скала.

-Считайте, что вы зовоевали прощение, - полузадушенно сказала она. Кира и Клара застыли, как громом пораженные. Шеф полиции еще никогда не выглядела потерянной, а сейчас ее будто растоптали. Она была очень похожа на обычную несчастную женщину.

-Хорошо, - согласился Максимилиан и протянул ей руку. - Вставай, страж правопорядка.

Агата никогда не приняла бы помощь - даже раненая, она гордо поднялась бы на ноги сама. Но в тот вечер она взяла того, кто унизил ее, за руку, и даже сказала:

-Спасибо.

А потом она, пошатываясь, вышла из клуба, спустилась по ступенькам и кое-как доковыляла до припаркованного вдалеке автомобиля. Там ее ждал водитель, который за год службы научился не задавать вопросов.

-Во дворец! - рявкнула Агата, устраиваясь на заднем сидении. Ее руки дрожали, а по щекам скользили непрошенные слезы. Она еще не знала, как справляться с такими потрясениями.


## Глава 7. Некоторые способы применения Принцессы.


Через час, снова совладав с эмоциями, Агата сидела в гостиной императорского дворца. Несмотря на поздний час, она потребовала встречи; несмотря на усталость, Талврин согласился. И вот Агата уютно расположилась на белоснежном кожаном диване, как царица, а подлинный монарх восседал у ее ног на мягком бежевом ковре, будто покорный слуга.

-Любимая, позволь мне начать с того, что я узнал благодаря моим бессловесным шпионам, - произнес Талврин. В его голосе, как всегда, было столько торжественности, что ее хватило бы на десяток свадеб, похорон и коронаций. Агата с трудом заставила себя не поморщиться. Раньше она могла просто не обращать внимания на эту напыщенность. Но теперь все стало по-другому.

-Я слушаю, Ваше Величество.

Талврин рассказал, приправив речь высокопарными фразами, о появлении прямо из воздуха пары мужчин. Один из них, блондин, показался ему совсем юным и очень больным. Второй, брюнет, был старше тридцати и по неизвестной причине насторожил Императора.

-Ваше Величество, - улыбнулась Агата, - Небеса Вам благоволят. Я видела этих двоих в клубе "Азалия", куда сегодня наведались "Крылья Свободы"... Результат их вылазки, кстати, был плачевным. Для самих "Крыльев".

-Опять эти "Крылья Свободы"! - взревел Император, воздевая руки к хрустальной люстре. - Сколько бы я ни истреблял их - проходит год-другой, и они снова дают о себе знать!

-Думаю, на этот раз Вы действительно сможете с ними расправиться.

Император нахмурился.

-Как же?

-Всему свое время, Ваше Величество. Вы начали разговор с этих странных людей. Всем известно, что революционеры "Крыльев Свободы" обладают способностью ненадолго скрывать свои тела...

Талврин помахал рукой, приказывая Агате замолчать.

-Они не могут скрыться от темных сущностей, и те запечатляют их так, словно никакой магии и нет.

-Вот как? - Агата задумчиво провела тонким пальцем по своей нижней губе. - В таком случае, я вообще не берусь судить о наших гостях.

-Ты должна их найти и... собрать информацию!

Агата выдержала напряженную паузу, после чего сказала:

-Я пыталась это сделать. Я касалась старшего из них.

-Ну? - Император приподнялся с ковра, чуть не залезая на колени к своей возлюбленной. - Что ты узнала?

-Ничего.

Повисла звенящая тишина, которую нарушало только сопение Императора.

-Как? - наконец выдавил он.

-Сама не знаю. Прикосновение к этому человеку не дает ровным счетом ничего.

Талврин принялся грозно сверкать глазами. Большинство подданных это пугало. Агату раньше смешило, а сейчас раздражало.

-Такое уже бывало?

-С людьми - нет.

-А с кем бывло?

-С неодушевленными предметами, животными и мертвецами.

Талврин вскочил на ноги, как будто готовясь наброситься на Агату. Девушка и глазом не моргнула.

-Ты что, издеваешься надо мной?!

-Вовсе нет.

-Тогда кто же он - предмет, зверь, труп?

Агата склонила голову на бок.

-Предмет. Но это, Ваше Величество, лишь мое предположение.

Талврин снова сел - теперь уже на диван, слева от Агаты.

-Ну, расскажи тогда, что ты смогла узнать. Если смогла, конечно.

-Вы недооцениваете меня, - ответила Агата, плохо изображая обиду. - Я узнала очень многое. Например, что за девушку несла к Вам темная сущность.

И Агата поведала своему жениху следующее. Клара - очередная реинкарнация некой Принцессы. Достигая двадцатипятилетия, она каждый раз пробуждает Силу, заключенную в разбросанные по всей необъятной Вселенной камни. Талврину повезло встретить два воплощения Принцессы. Первое он застал в то время, когда скромно проживал отпущенный всякому человеку земной срок, а второе - на пике своего могущества, обладая бессмертием и властью.

-Значит, сила этих камней снова проснулась? - спросил Талврин, указывая на свою грудь. Агата многозначительно кивнула. - И что теперь будет?

-Теперь у Вас можно ее отнять. Но сделать это способна лишь Принцесса. Поэтому она нужна "Крыльям свободы", которые каким-то образом обо всем узнали. Именно за ней они и приходили в "Азалию".

-Тогда ее следует срочно убить! - Талврин спрыгнул с дивана, словно собираясь немедленно отыскать Клару и собственноручно ее задушить.

-Ваше Величество, не забывайте, камней много, а у вас их всего пять. Представьте себе, какой безграничной станет ваша власть, если Вы получите всю Силу!

Император отмахнулся.

-Чтобы ее получить, я должен собрать эти камни.

-Отнюдь. Вы должны всего-навсего влюбить в себя Принцессу. Так уж вышло, что ни в какой из своих жизней она не любила. И это, наверное, единственная причина, по которой вся Вселенная еще не находится под властью одного человека.

Император глубоко задумался. Пока мысли кипели в его голове, Агата достала из сумочки пудреницу и нанесла еще один слой тонального крема на кожу. Красный след на щеке стал почти незаметен.

-Я заставлю ее полюбить меня, - решил Талврин. - Но не это будет главным. Возможно, чувства этой женщины не принесут мне новой силы... Однако, если мои противники видят в ней свое спасение, я дам им поверить, что она на их стороне. Клара Лазарева приведет палачей прямо в логово "Крыльев Свободы"!

Талврин чуть не лопался от восхищения собственным умом. Агата вовремя отвернулась: ее лицо выражало крайнюю степень отвращения.


-Что это было? - пробормотала Кира, глядя вслед ковыляющей Агате.

-Без понятия, - ответила Клара дрожащим голосом. - И, хоть это эгоистично, мне все равно. Я гораздо больше волнуюсь из-за того, что какие-то революционеры - если, конечно, это были они - пытались увести меня с помощью магического трюка!

-Мы все объясним, - пообещал Максимилиан. - За мизерную плату: ночлег и ужин.

-Я это устрою, - сказал Илья.

-У тебя ведь маленькая квартира, - заметила Клара. - Всего две комнаты.

-А у вас, девушки, вообще нет квартиры. Так что не препирайтесь.

Встал вопрос о том, как быть с Верой. Посетители клуба все еще не хотели просыпаться, и новые гости, заходя в внутрь, немели от ужаса. Действительно, было чего испугаться: раз за разом звучала одна и та же печальная композиция, а в темноте друг на друге лежали тела, на первый взгляд - безжизненные.

-Предлагаю всем Лазаревым поехать ко мне, - снова подал голос Илья. - Уж вам-то мама точно обрадуется.

На том и порешили. Скинувшись, вызвали такси "для больших компаний". Максимилиан донес Веру на руках до минивэна, в салоне которого усадил ее рядом с Ильей. Голова спящей девушки упала на плечо одноклассника. Тот отреагировал на удивление спокойно. "Быстро же прошла его любовь," - не без горечи подумала Клара. Ее мысли вернулись к Алексу. Он-то терпел любые выходки Рахили. Впрочем, Рахиль всегда была рядом, и Алекс чувствовал, что однажды они станут настоящей парой. А Вера поступила очень жестоко: дала понять, что Илья ей противен. Эта глупая девочка слишком высоко ценила внешность, и слишком мало - внутренний мир!

Максимилиан расположился в волнующей близости от Клары. Девушка уже хотела вспомнить поцелуй и покраснеть, когда увидела небольшое кровавое пятно на майке своего соседа.

-Вы ранены? - обеспокоенно спросила она.

-Да, но это произошло полдня назад. - Максимилиан улыбнулся, словно убеждая Клару, что все в порядке. И потерпел провал: несмотря на природную смуглость кожи, он казался бледнее, чем при появлении в клубе. А его глаза - эти неповторимо глубокие карие глаза - выдавали усталость. Кларе захотелось облегчить страдания Максимилиана, что она, откровенно говоря, действительно могла сделать. Когда Кира заканчивала обучение в Полицейской Академии, Клара взяла несколько уроков у знакомой медсестры. Как потом оказалось, не зря: в первое время Кира часто попадала в переделки, и старшая сестра навострилась ухаживать за ней после несерьезных, но все-таки травм.

-Илья, у вас дома есть аптечка? - встревоженно спросила Клара.

Илья пожал плечами, отчего голова Веры переместилась ему на колени. Сохраняя олимпийское спокойствие, он аккуратно вернул девушку в прежнее положение.

Последним к минивэну подошел Лео. Всем, кто помнил его измученным и обессиленным, казалась невероятной та легкость, с которой он нес на руках Марка. Последний явно превосходил его и по росту, и по весу. Остановившись у открытой двери, Лео без труда затолкал Марка в салон и примостился рядом с ним. Автомобиль тронулся с места.

-Я вижу, Леопольд, что тебе намного лучше, - обернувшись к нему, по-английски заметила Клара. - Это радует.

-Спасибо, - сказал Лео и учтиво кивнул, не имея возможности поклониться. - Но за меня не стоит беспокоиться: такое случается время от времени. В этом нет ничего страшного.

-А что с тобой? - спросила Кира. В ее глазах плясали искорки - свидетельство неподдельного интереса.

-Долгая история, - ответил он, чуть смутившись. - Потом объясню.

-Он паразитический организм, - заявил Максимилиан, возвращая собеседников к русскому языку. Клара и Кира недоверчиво нахмурились, но рассказчику было не до этого: видимо, ощутив неожиданную боль, он поморщился и сжал правую руку в кулак. - У него отсутствует собственная жизненная энергия, и он отнимает ее у окружающих. Если запереть этого парня в одиночной камере с толстыми стенами - скончается через неделю. А если запереть его на пару с кем-то другим - рано или поздно сдохнет сосед.

Став еще бледнее, чем раньше, Максимилиан запрокинул голову и прикрыл глаза. Лео и Клара смотрели на него с одинаковым беспокойством.

-Чушь, - выдавила Кира, делая неловкую попытку хихикнуть.

-Такое бывает, можешь мне поверить, - отозвался Илья.

Всю дорогу компания ехала в гробовом молчании.


Таня, Верина подруга, сидела на лавочке перед большим кирпичным домом, грызла семечки и болтала с тщедушным десятиклассником, который тоже грыз семечки. Таня возлагала на этого парня большие надежды, ведь он виртуозно катался на скейтборде. А ей в последнее время очень нравились скейтеры.

Во дворе, неподалеку от маленькой детской площадки, остановился минивэн со значком "такси" на крыше. Из него вышли две сестры Лазаревы, а третью - в полной отключке - вынес на руках высокий черноволосый мужчина, в которого Таня моментально влюбилась. Бедной старшекласснице захотелось подбежать к лучшей подруге и повыдирать ей все крашеные волосы. Следом из минивэна вылез Танин сосед, слишком стильно одетый и аккуратно причесанный для самого себя. Но самым поразительным стал финальный аккорд: незнакомый блондин в черном костюме достал из салона Марка Матвеевича. Он был в том же состоянии, что и Вера.

-Это наш учитель английского, - пробормотал десятиклассник, забывший о семечках.

-Эй, Павенко! - закричала Таня. Илья помахал ей рукой. - Вы что, с пьянки возвращаетесь?

-С перестрелки, - ответил он, изображая, будто прицеливается из пистолета.


-Молодец! - воскликнула, открывая входную дверь, Лариса. - Ты вовремя, солнышко!

"Солнышко" криво улыбнулось и вжалось в стену прихожей, пропуская вперед всех участников процессии. Глядя на то, как гости, здороваясь, проплывают мимо, Лариса хваталась за сердце. Хотя оно у нее, в отличие от сына, было совершенно здоровым.

-Мама, они все хорошие, - твердо сказал Илья, когда людской поток иссяк.

-Девочек Лазаревых и Марка я знаю, - громким шепотом ответила его мать. - Они, конечно, хорошие. А кто эти двое?

Максимилиан, оставив Веру на заправленной кровати Ильи, вернулся в прихожую, снял с мизинца кольцо и вложил его в руку Ларисы. Женщина поднесла ладонь к лицу и ахнула от изумления. На ней красовалось либо золотое кольцо с огромным изумрудом и россыпью мелких бриллиантов, либо искусная подделка.

-Этого хватит, чтобы оплатить ваше гостеприимство? - спросил Максимилиан. Его голос и проникающий вглубь души взгляд лишили Ларису остатков подозрительности. Она стояла с кольцом на ладони и пялилась - другого слова не подобрать - на своего гостя.

-Хватит, - пролепетала женщина, когда Максимилиан повторил свой вопрос. Сообразив наконец, что ее поведение приличным назвать нельзя, она отвернулась и засеменила на кухню.

-У вас есть аптечка? - громко поинтересовалась Клара, подлетая к Ларисе. Та, все еще во власти чар Максимилиана, указала на один из кухонных шкафов. Девушка распахнула дверцы и ровно за минуту отыскала коробку с медикаментами. На коробке была надпись "песочное печенье", что несколько сбило ее с толку.

Максимилиан, поблагодарив Клару за добычу аптечки, попробовал ее отобрать. Но девушка вцепилась в коробку с твердым намерением освежить навыки перевязки.

-Идите в комнату и снимайте майку! - скомандовала она.

-Что, так не терпится увидеть меня голым?

Клара захлопала глазами от негодования. Да у нее и в мыслях такого не было! Воспользовавшись замешательством девушки, Максимилиан выдернул из ее рук "песочное печенье".

-Отдыхай. Ты сейчас такого наслушаешься, что голова заболит.

Внезапно Лео, подскочив к нему, затараторил на неизвестном языке, очень грубом и похожем на сплошной поток ругательств. Максимилиан что-то ответил ему; Лео изменился в лице и заговорил еще быстрее, сопровождая речь выразительной жестикуляцией. Когда он замолчал, Максимилиан протянул Кларе коробку.

-Мне только что сказали, что моя рана опасна, - произнес он до абсурда ровным тоном. - А ты, может быть, спасешь меня.

Он отвернулся и зашагал в ванную, залитую ярким электрическим светом. Клара шла за ним на ватных ногах. Как она могла помочь? У нее всего-то навыков было, что первую помощь оказать, рану продезинфецировать да повязку наложить...

Закрыв дверь, Максимилиан скинул рубашку и быстро снял майку, обнажив красивый торс с рельефной мускулатурой. Талия была перебинтована, однако Максимилиан быстро освободился от пропитавшейся кровью повязки. Теперь его гладкую смуглую кожу ничто не скрывало - ее только портил глубокий порез на подтянутом животе.

Клара судорожно сглотнула, пытаясь собрать вместе разбегающиеся мысли. Она впервые стояла так близко к мужчине, обнаженному по пояс, и это никак не способствовало концентрации. Тем более, что этот мужчина отнюдь не выглядел тяжелораненым, зато обладал поистине соблазнительным телом.

-Эй! - он щелкнул пальцами перед носом девушки. - Может, займешься спасением пациента?

Кларе стало так стыдно, что она даже прощения попросить забыла. Хорошо хоть вспомнила о необходимости вымыть руки.

-Как вы получили эту рану? - спросила она, доставая из коробки пузырьки с йодом и перекисью водорода.

-Один мой знакомый, нахватавшийся сверхспособностей, как ваш Император, всадил мне в живот какой-то острый прозрачный клин. Потом этот клин растворился. Рана оказалась достаточно противной, но, вроде, не опасной - на мне все заживает, как на собаке. И вот теперь этот молодой человек, Леопольд, сообшает, что клин, возможно, был отравлен! Даже не отравлен, а, скорее, проклят. Если это правда, то жить мне осталось часов десять. И, знаешь, судя по тому, что боль усиливается с каждой минутой, а сил остается все меньше... приходится ему верить.

Клару ощутимо затрясло. Это еще меньше способствовало работе, чем любование фигурой пациента.

-И что мне делать? - спросила она, осматривая рану. Кровь продолжала сочиться из нее - видимо, схватка в клубе усугубила ситуацию.

-Ты же Принцесса, - устало напомнил Максимилиан.

-Да я сама только сегодня об этом узнала! - взвизгнула девушка. Ужас начал сковывать ее. Люди ждали от нее чуда, а ведь она не могла - или не умела - его сотворить!

-Мать твою, Клара, придумай что-нибудь, - проговорил он, присаживаясь на край ванны. - Если я подохну - очень многие об этом пожалеют.

"Я не могу дать ему умереть, ни за что! - в отчаянии подумала Клара. - Кем бы я ни была - человек не должен погибнуть по моей вине!"

Неожиданно она ощутила легкое покалывание на кончиках дрожащих пальцев. Повернув руки ладонями вверх, Клара увидела, что розоватая кожа сверкает, словно гранит на солнце. Не раздумывая, она коснулась кровоточащего пореза. Максимилиан вздрогнул и стиснул зубы. На несколько секунд боль стала совершенно невыносимой - а затем резко ослабла. После чего рана стала быстро затягиваться.

Покалывание на кончиках пальцев прекратилось. Клара опустила руку и сделала шаг назад.

-Получилось? - с надеждой в голосе спросила она.

-Кажется, да. Спасибо, Принцесса.

Максимилиан потрепал Клару по волосам, основательно взъерошив их.

-Точно узнаем через десять часов, - добавил он, натягивая майку. - Выживу - с меня ужин.

-У вас ведь мало денег.

-Зато немало драгоценностей.

"И точно, он собирается все их продать," - подытожила Клара.


В квартире имелась одна раскладушка и два запасных матраса. Раскладушка, отправленная на лоджию, была присвоена Максимилиану. Матрасы, расстеленные на полу в комнате Ильи, стали кроватями Лео и Марка. В гостиной раскладывались диван и оба кресла; на диване убрались Кира и Клара, а кресла заняли Вера и Лариса. Сейчас, однако, в гостиной были только Вера с Ларисой - Кира и Клара сидели с остальными бодрствующими на кухне. Максимилиан прихватил из клуба полную бутылку коньяка, из которой отпивал сначала лишь он один, а потом и сестры Лазаревы. Кира вообще не имела ничего против коньяка в ночь с субботы на воскресенье, а Клара была слишком потрясена, чтобы заметить, когда сестра стала плескать ей в кружку с кофе элитный алкоголь.

-Вы, надеюсь, верите в параллельные миры? - первым делом спросил Максимилиан, делая маленький глоток из бокала.

Клара была единственной, кто ответил "нет". Поняв, что такая позиция ошибочна, девушка немедленно исправилась.

-А вы из каких миров? Конкретно? - Кира задала этот вопрос так, словно интересовалась: "С какого ты района?"

-Он из шестьдесят четвертого, - сказал Максимилиан, указывая на Лео. - Я из первого. - Кира понимающе закивала, хотя понимала, в сущности, немного. - А откуда тебе известно, что каждому открытому измерению присвоен порядковый номер?

-От главы Совета Посвященных, Эвталиата, который телепатически общается со мной уже лет пятнадцать. - Это Кира произнесла так, словно не было ничего обыденнее телепатии. - Еще я от него узнала, что у вас такая же абсолютная монархия, как у нас, только помасштабнее. Шутка ли - восемьдесят шесть измерений, от одной до двадцати трех населенных планет в каждом!

Клара только изумленно хлопала глазами.

-Сдается мне, ваш император тоже камней понасобирал, - предположила Кира, отправяя в рот кусок яблочной шарлотки.

-Без понятия, - ответил Максимилиан.

-Наверняка. Он ведь бессмертный и очень сильный.

-А как вы пришли в наш мир? - включилась в беседу Клара. - И почему никто не приходил раньше?

-Видишь ли, до вас очень трудно добраться. - Максимилиан тоже отрезал себе кусок Ларисиной выпечки. - В космосе существуют такие области, которые действуют, как лифты: попадаешь туда - и вот тебя уже нет в твоем родном измерении, ты оказался в чужом. Таким образом можно из каждого мира попасть в любой другой, вопрос только в том, сколько "лифтов" придется использовать. А к вам... не едет ни один из найденных нами "лифтов".

-Но вы-то сюда попали! - возразила Клара.

-Да, потому что Леопольд - из Совета Посвященных, он много такого умеет, что простым смертным недоступно.

Лео, который не понимал по-русски, оживился, как пес, услышавший свое имя.

-Ах, ты из Совета? - обрадовалась Кира. Ради выяснения причины молчания главы она готова была опять вспомнить иностранный язык. - Тогда скажи, почему Эвталиат не отвечает мне?

Лео опустил взгляд на свою пустую тарелку.

-Я не совсем из Совета. А Эвталиат... Он убит. Все Посвященные убиты. - Шарлотка застряла в горле Киры сухим сладким комом. Получается, она, по-детски обидевшись, глумилась над покойным?! - Это сделал предатель - один из Совета. Он хотел остаться единственным, кто владеет информацией о Принцессе. Я не погиб лишь потому, что, из-за некоторых своих особенностей, никогда не участвовал в собраниях Посвященных. - Клара догадалась, что дело в "паразитическом" образе жизни Лео. - Эвталиат был моим учителем, но никто из Посвященных об этом не знал. Это меня и спасло.

Кларе казалось, что земля уходит у нее из-под ног. Она всю жизнь старалась быть полезной другим, боялась причинить кому-то вред... Неужели все это - лишь для того, чтобы однажды стать причиной смерти группы невинных людей?

-Вы уверены, что я Принцесса? - тоненьким голоском спросила Клара.

-Никаких сомнений, - в унисон ответили Кира, Илья и Лео.

-Но что это значит? Илья говорил, что я могу сделать нашего Императора обычным человеком. У кого еще я могу отнять власть, если даже в других мирах из-за меня гибнут люди? У вашего правителя?

-Наверняка, - сказала, подняв указательный палец вверх, Кира.

-Похоже, Клара, вы многого не знаете, - сделал правильный вывод Лео. - Что ж, тогда лучше всего познакомиться с "Легендой о Принцессе". Не ручаюсь за правдивость всех изложенных в ней фактов, но это - единственный источник информации, который у нас есть.

-Легенда не врет, - буркнула Кира.


## Глава 8. Легенда о Принцессе.


Давным-давно все жители планеты Альсинда: и правители, и крестьянские дети - знали, что такое Основа. Хотя объяснить, конечно, не могли. Философы регулярно вступали друг с другом в бесполезные споры, доказывая свои абсурдные точки зрения, но это не давало результатов. Основа оставалась Основой - чистой силой, рассеянной по состоящей из многих миров Вселенной. Увидеть Основу, ощутить ее было нельзя - она существовала и везде, и нигде одновременно. Иными словами, она просто существовала. Однако ее реальность трудно было подвергнуть сомнению, ведь многие люди могли настраиваться на связь с Основой и черпать из нее энергию, используя ее по своему усмотрению. Кто-то назвал бы таких людей волшебниками; на Альсинде их не называли никак. Большинство жителей этой планеты хотя бы однажды - в плену счастья или объятые ненавистью - становились проводиниками этой чистой силы. Впрочем, им не удавалось сотворить ничего великого: простой человек мог в лучшем случае призвать дождь. Для тех же, кто брал силу Основы в любое время и преобразовывал ее, как пожелает, имя все-таки существовало. Это были жрецы. И они составляли особую касту, попасть в которую могли только избранные.

Разумеется, жрецы состязались друг с другом в силе. Каждый из них стремился черпать как можно больше энергии из Основы. Их идеалом стал неограниченный доступ к ней. Жрецы перестали поддерживать порядок в обществе, проповедовать доброту и терпение - они жаждали могущества. И тогда сильнейший, но в то же время благороднейший из них сделал так, чтобы никто уже не мог получить абсолютную силу. Он крепко-накрепко связал себя с Основой, став живыми вратами, ведущими к ней. Отныне только с его согласия можно было добиться того, о чем мечтали многие жители планеты. Этого согласия жрец добровольно не дал бы, а принудить его не мог никто - настолько он теперь превосходил своих товарищей по силе. Тот жрец стал именоваться Стражем. Через два десятка лет он передал это звание самому достойному из своих сыновей, который, сменив отца, также стал вратами.

Шли годы. То, что ключ к бескрайней власти был в руках одного человека, только раззадорило жителей Альсинды. Для ее правителей победа над этим избранным стала целью всей жизни. Стражей пытались подкупить, но их принципы были тверже камня; им угрожали, но они ничего не страшились. Казалось, ничто не могло нарушить равновесие, и тщеславным царям предстояло вечно преследовать несбыточную мечту. Однако...

Однако четыре тысячи лет назад Стражем стал Адли. Это был красивый, по меркам того времени, мужчина: высокый, могучий, с черными кудрявыми волосами и густой, но коротко подстриженной бородой. Он занял свою почетную должность в двадцать три, когда умер его отец, и с тех пор о нем ходили противоречивые слухи. Одни восхваляли его невиданную силу и проницательный ум, другие осуждали слишком большой гарем и любовь к пирам. И те, и другие говорили правду. Таким он и был, этот самонадеянный человек-гора.

Адли, будучи Стражем, испытал на себе все тяготы своего положения. Сначала он выходил из себя, когда к нему приезжали жаждущие могущества цари, и чуть не сделался параноиком, узнав, что один из его слуг добавляет ему в напитки яд. Но потом пришел к выводу: есть возможность положить конец гонке за силой Основы! Для этого следует лишь дать ее одному из тщеславных царей. Ведь никто, кроме Стража, не знал: владея такой силой, человек должен был использовать ее во благо. Преступления против народа убили бы его самого, после чего Сила вернулась бы к Основе.

Адли было чуть за сорок, когда появился идеальный кандидат на главную роль в его трагедии. Это был Сина, царь далекой, маленькой и бедной страны. Его народ отличался воинственностью, и молодой Сина тоже заработал себе славу на полях сражений. Он пришел во дворец Адли, сияя тяжелыми доспехами и хищным оскалом. Сина прятал в рукаве отравленный кинжал и пузырек с лекарством, хотя прятать было бесполезно: Страж понял это, как только царь переступил порог обеденного зала. Но сделал вид, что ни о чем не догадывается, и пригласил царя за свой стол. Как только обильная трапеза подошла к концу, Адли позвал Сину в курительную комнату, где обоих ждали прелестные наложницы Стража. Там, наслаждаясь ласками юных красавиц, они пили вино, говорили о политике и жизни... Дождавшись того, чтобы у Стража затуманился взгляд, Сина вынул кинжал и пронзил им его широкую грудь. А потом убил наложниц, которые попытались убежать и позвать на помощь.

-Кинжал отравлен, - заявил царь. - Без противоядия ты умрешь через несколько минут. - Он достал пузырек и показал его раненому. - Ты получишь эту склянку, если отдашь мне Силу!

-Что угодно, только не смерть! - правдоподобно испугался Адли. - Сила твоя!

Сина присел рядом с истекающим кровью Стражем и ощутил, как в него вливается необъятная мощь. Он думал, что не сможет справиться с ней, что она убьет его на месте. Но это было только наваждение, и вскоре Сина осознал, что теперь повелевает Всем!

-Глупец, - усмехнулся Адли, когда царь покинул его, не отдав противоядия. От раны не осталось и следа, а яд исчез в его крови. - Ты обрек себя на верную гибель.


Точные масштбы могущества Сины доподлинно неизвестны. Кто-то говорит, что ему подчинялся даже ход времени; многие утверждают, что он мог перенестись в любую точку Вселенной по своему желанию; большинство соглашаются, что четыре стихии были в его власти. Размеры его царства также являются предметом дискуссий: то ли целая Альсинда, то ли все обитаемые планеты Вселенной. А наиболее ожесточенные споры вызывают преступления Сины. Разрушенные города или уничтоженные цивилизации? Современные исследователи придерживаются различных гипотез и с пеной у рта отстаивают их. Впрочем, эти гипотезы почти никого не волнуют, потому что, по мнению обывателей, сказки можно рассказывать, как заблагорассудится.

Не более определенным является и срок царствования всемогущего Сины. Древние источники утверждают, что он не старел. Значит, была возможность наблюдать за его внешним видом хотя бы в течение полутора десятка лет. Один историк, убежденный в правдивости легенды, заявляет аж о двух веках правления и, надо признать, вполне убедительно доказывает свое предположение. Однако воспринимать его болтовню всерьез не стоит, ведь уже после смерти Сины на сцене снова появляется Адли. Он был не старше сорока пяти, когда отдал Силу амбициозному царю. Стало быть, прошло не более сорока лет, ведь Стражи бессмертием не обладали. А скорее всего, Сина наслаждался властью лет двадцать: когда Адли возвращается на страницы летописи, он снова описывается как красивый мужчина внушительного телосложения. Или древний летописец просто льстил хитрой старой развалине?..

Как бы то ни было, однажды всесильный Сина стал увядать. Ему не помогали ни лекарства, ни магические обряды. Он чувствовал, как жизнь утекает из него, словно вода из прохудившейся бочки, и ничего не мог поделать.

-Я умру, и Сила вернется этому пройдохе Адли! - сокрушался царь. - Мое царство будет разорвано на куски, а моя единственная дочь Хасана - убита как дитя поверженного тирана!

На помощь Сине пришла Камари - его возлюбленная и сильнейшая жрица безграничного царства. Она обладала столь обширными тайными знаниями, что могла бы потягаться со Стражем, и такой небесной красотой, что с ней не сравнился бы весь его гарем.

-Мой любимый господин, - сказала эта женщина. - Я могу сделать так, что Адли и его потомки никогда больше не будут Стражами. А твоя дочь Хасана станет жить в той же роскоши, что и сейчас. Я заключу твою Силу в каком-нибудь предмете - например, камне - и заставлю ее спать до тех пор, пока твоя дочь не повзрослеет.

-А потом Сила перейдет моей Хасане? Да, это девочка с чистой душой и добрым сердцем. Она не станет употреблять Силу во зло и выживет...

-О нет, мой господин. Твоя дочь - женщина. Неужто ты хочешь, чтобы женщина повелевала Вселенной? Мудрым правителем может быть только мужчина.

Многих феминисток возмущает эта реплика жрицы. Они даже отнимают ее у Камари и приписывают самодуру Сине. Ну что взять с человека, мановением руки убивавшего сотни людей? Шовинизм наверняка был одним из тех преступлений, которые свели его в могилу!

-Ты права, - сказал Сина. - Но что мы можем поделать? Я хочу спасти любимую дочь, а не кого-то другого!

-Мой повелитель, знаешь ли ты, какова сила искренней любви? Думаю, даже Адли неведомо, на что она способна, ведь он любит себя одного. Но есть светлые души, любовь которых может противостоять Основе. И твоя Хасана обладает имеенно такой редкой душой. Я сделаю ее не хозяйкой, а лишь проводницей Силы. Могущество получит тот, кого она полюбит всем сердцем. И он сможет править Вселенной, заботясь не о том, сколько добра в его деяниях, а об укреплении своего царства. Потому что его будет защищать любовь Хасаны.

В ту пору Хасане было всего десять, и влюбиться она, вероятно, еще не могла. Когда этому предстояло случиться - никто не знал. Поэтому царь и жрица выбрали для пробуждения Силы двадцать пять лет - в этом возрасте все женщины Альсинды уже были замужем (а если нет, то уже никогда и не выходили). Хасана была очень миловидна, в отличие от большинства жительниц тех земель. Остаться старой девой ей не грозило.

Сина уже был тяжело болен, когда Камари провела обряд. Сила переместилась в синий кристалл, но царь не выздоровел. Конец был близок. И все же Сина был спокоен. Видно, этот тиран не был безнадежен, ведь больше жизни и власти он любил дочь... А может быть, он просто радовался, что оставил Адли ни с чем.

Для безопасности Хасаны было решено, что Камари прикинется странствующей гадалкой, а принцесса - ее ребенком. Новоявленным матери и дочери предстояло, одевшись в лохмотья, покинуть дворец сразу после смерти Сины. Но этого не случилось. Зная о болезни царя, его подданные озлобились и всячески демонстрировали свое неуважение к жестокому правителю. Апофеозом неповиновения стало то, что один из стражников, прознав о планах монарха, убил игравшую в саду Хасану. Царь Сина страдал. Дочь мертва, Адли заберет Силу... Чтобы утешить его, Камари призвала еще не улетевшую душу девочки и наложила на нее заклятие. Теперь Хасана должна была рождаться в разных уголках Вселенной, пока не встретит того, кому сможет подарить свою чудесную любовь. Ключ к Силе, таким образом, оставался в ее сердце.


Сина умер, и его царство распалось на множество мелких недогосударств. Шли непрерывные войны, в которых добыл себе заслуженную славу полководец Аргус. Он был молод, прекрасен, бесстрашен в бою и обходителен с дамами. Аргус прознал, что можно завладеть Силой погибшего царя, и поехал на его родину. Там-то он и встретил неутешную Камари, которую довольно быстро сумел утешить. В его объятиях жрица стала разговорчивой и выдала все тайны покойного любовника. Аргус был вне себя от ярости. Получить Силу было так легко! Соблазнить принцессу? Да он соблазнял и цариц, прежде верных мужьям, и жриц, давших обет хранить девственность до самой смерти! Но в то же время, Аргус даже не мог попытать счастья. Хасана умерла и возродится через никому не известное количество лет!

Камари, полюбившая красивого полководца, согласилась потратить остатки сил на помощь ему. Она закляла его перерождаться вместе с принцессой Хасаной, сохраняя воспоминания о прошлой жизни и обладая возможностью отыскивать принцессу с пробуждением Силы. Камари думала, что благодарный Аргус сделает ее своей женой... Но Аргус, не желая ждать целую лишнюю жизнь, заколол себя кинжалом.

У Камари теперь не было ни здоровья, ни любимого.

Зато появились проблемы в лице Адли. Этот постаревший, но все еще полный сил Страж вступил в дом Камари, как в свой собственный. Его слуги пытали жрицу и вынудили ее признаться во всех грехах. Адли вошел в спальню Камари, ставшую пыточной, и поднял измученную женщину с пола, схватив ее за длинные русые волосы, как уличную девку.

-Что ты наделала?! - грозно спросил он. - Алчность и похоть затмили твой разум. Первый порок заставил тебя служить царю, а второй - воину! Понимаешь ли ты, что теперь ждет Вселенную? Тиран, которого ничто не может остановить!

-Алчность и похоть, говоришь? - засмеялась ему в лицо Камари. - А ты не думаешь, что это были преданность и любовь? Или тебе знакомы только самые низменные порывы?

Дальше источники и ученые снова начинают спорить. Адли не то извинился, не то избил и изнасиловал Камари. Возможно, он не сделал ни того, ни другого, а просто приказал кинуть ее в темницу. Там жрице предлагалось одуматься, покаяться и согласиться помочь Адли в защите Вселенной от очередного деспота.

Камари провела в заточении две недели, а потом попросила тюремщиков передать Стражу, что она хочет искупить свою вину.

-Я заставлю тебя рождаться вместе с Хасаной, как и Аргус, - объяснил Адли. - Но ты станешь к ней ближе, чем он, - будешь воплощаться в телах ее родственниц. Я оставлю тебе некоторые воспоминания об этой жизни, а также силу жрицы. Но, конечно, не всю, чтобы ты не вздумала творить произвол. Тебе придется следить за Хасаной.

-Мешать ей встретить свою любовь? - предположила Камари.

-Нет, - ответил Адли. - Охранять ее от тех, кто захочет ей воспользоваться. Молва о том, что Хасана - ключ к Силе, уже разлетелась по свету. И она будет передаваться из поколения в поколение, хотим мы этого или нет. Когда Хасана родится вновь, за ней будут охотиться.

-Легче будет просто убивать девочку младенцем.

-Как же ты все-таки жестока, Камари. Научилась этому у Сины? Хасане не придется умирать. Я позаботился об этом. - И он попросил своего слугу внести в комнату корзину с грудой небольших синих камней. Камари поняла, что это были осколки кристалла, хранящего Силу. В тот момент она, видимо, окончательно утратила презрение к Адли. Сделать такое с сосудом, полным Силы, мог только очень могущественный Страж, а ведь он больше Стражем не был... - Я не сумел уничтожить кристалл, но хотя бы разбил его. Здесь сорок два камня. Каждый из них таит в себе часть Силы, которая не в сорок два раза, а в сотни раз меньше того, что дал бы целый кристалл. Ее можно получить в двадцать пятый день рождения Хасаны, однако она не позволит своему обладателю творить такое зло, как Сина. Наложив на тебя заклятие, я использую остатки своих сил на то, чтобы разнести эти камни по разным уголкам Вселенной. Да, это убьет меня...

-Я знаю, как ты рассуждаешь, - перебила его Камари. - Люди не умеют путешествовать по мирам, значит, никто не соберет все осколки. Но что, если однажды они научатся это делать? Возможности человеческого разума безграничны...

-Если один человек освободит Силу всех осколков, он все равно будет во много раз слабее Сины, - возразил Адли. - Равным ему станет лишь тот, кого полюбит Хасана, но при условии, что Сила каждого осколка будет освобождена - не важно, одним человеком или разными людьми. Как ты понимаешь, это все же маловероятно.

-Значит, - заключила Камари, - я первым делом должна буду найти хотя бы один камень и следить, чтобы он не попал ни в чьи руки?

-Да. А если ты встретишь человека, который уже освободил Силу - заставь Хасану отнять ее. Она может это сделать, благодаря тебе у нее достаточно крепкая связь с Основой.

-Но что делать, если Сила каждого осолка все же будет освобождена, а Хасана полюбит?

-Тогда... удостоверься, что это окажется действительно хороший человек.


Вскоре умерла Камари, а вслед за ней - и Адли. Для Альсинды настал тяжелый период, который продолжается по сей день: экономика в вечном упадке, демографический кризис из-за оттока молодежи на другие планеты, откровенная лень как национальная черта большинства народов... Конечно, сразу после смерти Адли все ждали возвращения Хасаны, чьи нежные чувства обещали власть над миром. Но со временем "Легенда о Принцессе" превратилась в элемент фольлора, не имеющий никакого отношения к реальности. Только Совет Посвященных - потомки самых достойных сыновей Адли - готовились встретить новую Хасану. Остальные жители планеты - а уж тем более Вселенной - считали каждое слово легенды выдумкой, если вообще ее знали. Даже сама Принцесса с трудом заставляла себя думать, что это правда. Потому что никаких воспоминаний о той жизни у нее не осталось. Хотела ли этого Камари, когда проводила свой обряд, оставалось загадкой.

-Фиг его знает, - так и сказала "Камари", подливая ошарашенной "Хасане" коньяка в кружку с изображением веселого солнышка. - Я уже не помню. Вот хорошо помню рожу Адли, эту наглую бородатую рожу.

-Но это значит, что где-то рядом есть и Аргус, правильно? - догадалась Клара. Она сделала большой глоток кофе и не заметила подвоха.

-Возможно, - кивнул Лео. - Поэтому прошу: будьте осторожнее, Принцесса. Опасайтесь всякого, кто станет красиво соблазнять вас.

Клара со стуком поставила кружку на стол.

-Что такое? - вяло забеспокоилась уже немного пьяная Кира.

-Ничего, - замотала головой ее сестра.

Как многое вдруг встало на свои места! Скотт, появившийся именно в двадцать пятый день рождения Рахили. Скотт, целовавший ей руки и певший серенады на незнакомом языке. Скотт, который всегда сомневался в ее любви. Скотт... был Аргусом. А Рахиль - дурой.

"Алекс должен был... почему нет..." - бормотал Скотт себе под нос, когда невеста сказала ему, что любит своего друга детства. Теперь Клара знала расшифровку: "Алекс должен был получить власть над Вселенной, так где она?" "Неужели это не имело смысла с самого начала?" - предположил он, догадавшись, что Адли снова вступил в игру после его смерти...

-Да, это был Аргус, - сказала на ухо сестре Кира, не волнуясь из-за того, что при посторонних шепот считается дурным тоном. - Я сразу поняла, когда ты рассказывала про Скотта.

У Клары задрожали губы.

-Это все из-за тебя! - закричала она. Коньяк сделал ее более ранимой, чем обычно. - У тебя была любовь с царем и полководцем, и вы меня, ребенка, использовали!

Илья прыснул, услышав, как Клара называет себя "ребенком".

-Это была не совсем я, - попробовала оправдаться Кира. Клара не обратила на это внимания.

-А ведь ты каждый раз все помнишь, и теперь тоже, с самого детства. Почему не говорила мне?

-Эвталиат просил...

-Значит, я для тебя не сестра, а просто Принцесса, которую на тебя спихнул Адли?

-Нет, это не так!

-А кем ты была в прошлый раз? Почему я тебя не помню?

-Я была внебрачной дочерью твоего отца. Мы вообще оказались в разных странах...

Клара замолчала, спрятав лицо в ладонях и низко опустив голову.

-Я бы тоже обалдел, - признался Максимилиан. Клара не ответила, и он, поднявшись с табуретки, наклонился к ней и погладил ее по волосам. Девушка напряглась. Ей очень нравились прикосновения Максимилиана, она уже начала ждать их, а ведь с момента знакомства прошла пара часов. "Но кто этот человек? -думала девушка. - Появился неизвестно откуда, говорит с акцентом, сражается, как настоящий... воин. И поцеловал меня ни с того ни с сего. Чем не Скотт, то есть Аргус?"

-Надо поспать, - сказал Илья, вылезая из-за стола. - Утро вечера мудренее.


Клара никак не могла уснуть, хотя так поздно ночью у нее всегда слипались глаза. В последние дни она вообще страдала бессонницей - то из-за мыслей об Алексе, то из-за происшествия с темной сущностью, то из-за легенды... "Это несправедливо, - мысленно жаловалась девушка, рассматривая стену. Туда падали тени с балкона, прилегающего к этой комнате: на фоне светлого квадрата, созданного уличными фонарями, вырисовывался силуэт Максимилиана, который тоже не мог заснуть и сидел на раскладушке. - Стоило мне задуматься о личной жизни, как стало известно, что каждый претендент на место моего парня может оказаться корыстным охотником за властью!"

Правая рука Максимилиана поднялась. В ней было что-то, по форме напоминающее... пистолет. Клара мгновенно забыла о своей нелегкой доле и обмерла от страха. Ее защищала только одна приоткрытая дверь - весьма незначительное препятствие для такого сильного и быстрого человека, как он! Но в следующий момент стало ясно, что убийство новых знакомых не входит в планы Максимилиана. Зато входит самоубийство - дуло пистолета коснулось его виска.

"Что делать? Побежать к нему? - рассуждала Клара, сжимая пальцами диванную подушку. - А что, если он сразу выстрелит? В кино такое бывает. Остаться тут и ждать, пока он вышибет себе мозги? Непростительно!"

Время словно замерло для Клары. Она хотела предотвратить чужую смерть и не знала, как это сделать. Видимо, исцелить рану от заколдованного "клина" было все же проще, чем наставить самоубийцу на путь истинный.

И вот пистолет опустился. Клара облегченно разжала пальцы, которые терзали подушку. Тень Максимилиана наклонила голову к самым коленям, а руки легли на затылок. Поза бессильного отчаяния. "Видимо, он не лгал, когда говорил, что потерял все: и работу, и дом, - с жалостью в сердце поняла Клара. - Сейчас ему кажется, что жизнь кончена. Он, конечно, увязался за своим приятелем Лео - кстати, зачем? - но не видит для себя будущего. А ведь будущее есть всегда, и человек только тогда достоин уважения, когда не позволяет себе унывать!"

Клара аккуратно поднялась с дивана. Ее сестра не проснулась - только перевернулась на другой бок. Тихо подойдя к двери на балкон, Клара бесшумно скользнула внутрь. Но застать Максимилиана врасплох у нее не получилось: он поднял голову, приняв самый безмятежный вид. Этот приветливый взгляд обманул бы любого, кто не видел приставленного к его голове пистолета. Но Клара видела.

-Можно? - шепотом спросила она, опускаясь на черный крутящийся стул. Когда-то в квартире Павенко стояло пианино, игра на котором стала для Ильи одним из самых страшных детских воспоминаний. В третьем классе измученный юный музыкант устроил истерику, сопровождавшуюся уничтожением нотных тетрадей и сборников пьес. Лариса уступила: Илья бросил музыкальную школу, а пианино было продано. Остался только стул, который со временем перекочевал на балкон.

-Садись, раз не спится, - усмехнулся Максимилиан. - Ты хочешь поговорить об этой легенде? Клянусь, я сам ее раньше толком не знал. Так что, если хочешь подробностей - доставай Лео. Только утром. Он хоть и питается чужой энергией, но все-таки работает не по принципу батарейки. Спать ему тоже надо.

Клара улыбнулась, желая, чтобы в этой улыбке была вся теплота ее сердца.

-Я хотела поговорить с вами.

Максимилиан развел руками.

-Но не о легенде. Она поразила меня, конечно, не скрою... - Клара заерзала на стуле. В обществе этого мужчины ей было хорошо и неловко одновременно. О таких, как он, Вера говорла: "Это просто ходячий секс!" Клара ни про кого бы так не сказала, но нестройные мысли в ее голове проще всего было выразить именно так. - Я хотела поговорить о вас.

-Обо мне? - удивился Максимилиан.

-Да. Вы говорили, что потеряли работу и дом... Это правда?

Максимилиан коротко кивнул.

-И почему вы пришли сюда вместе с Лео? Он знал главу Совета Посвященных, а вы...

-А я хочу с твоей помощью вернуть то, что потерял.

Эта фраза подействовала на Клару, как звонкая пощечина. Однако она тут же одернула себя: "Нет, ему не нужна Сила. Будь это так, он не думал бы о самоубийстве и не признался бы мне!"

-Чем я могу помочь? - Этот вопрос прозвучал из уст Клары не как знакомая всем вежливость профессионала, а как чистая искренность друга. Явно растроганный, Максимилиан взял ее руку в свою.

-Ты можешь передать мне силу камней, которой сейчас обладает Талврин.

-Но ведь...

-Успокойся. Я заберу только четыре камня. А один оставлю кому-нибудь из вас на хранение. Чтобы уж точно никто не смог получить Силу, равную той, которой обладал тот древний царь.

Аргус хотел абсолютной власти. Этот человек просил только малую ее часть. Ему можно было доверять. Ему так хотелось доверять...

-А кем вы были раньше?

-Главой крупного предприятия.

Без сомнения, такое место терять было тяжело. Да еще и вместе с домом... Неужели его подставил партнер по бизнесу?

-Я... сделаю все, чтобы вы смогли вернуть свое прежнее положение! - с жаром прошептала Клара. - Вот увидите - все будет даже лучше, чем раньше! Прошу вас, не отчаивайтесь!

-Перейдем на "ты", Принцесса. Я давно перешел.

-Как тебе больше нравится.

Повисла тишина. Клара и желала, и боялась нового поцелуя. Но Максимилиан, видимо, даже не думал о нем. Наверное, нелегко резко переключаться с беспросветного отчаяния на маленькие радости жизни.


Проснувшись, Марк сел на матрасе и огляделся. Слева от него, лежа на спине, спал блондин из клуба, а справа возвышалась кровать с завернувшимся в одеяло Ильей Павенко. Воспоминаний о том, как он оказался в незнакомой комнате рядом с этими людьми, Марк не сохранил.

-Илья, - позвал он, тряся мальчика за плечо. Илья спал довольно чутко и глаза открыл без промедления. - Что случилось? Почему я тут?

-Эх и напился ты! - притворно возмутился Илья. - Не стыдно? Да еще и старшеклассницу напоил... Таких учителей из школ выгонять надо! Скажи мне спасибо, что я притащил тебя к себе домой, а не оставил на улице, куда тебя вышибла охрана!

Глаза Марка чуть не вылезли из орбит, и он, схватившись за голову, лег обратно на свой матрас. Илья отвернулся к стене и, посмеиваясь, накрылся одеялом до подбородка.


## Глава 9. Золушка с половником.


Поскольку ни у Лео, ни у Максимилиана документов не было, снять жилье они не могли. Но Лариса, которая в присутствии Максимилиана почти забывала своего стоматолога, разрешила подозрительным личностям провести у нее еще какое-то время. В тот же вечер ее глупость была оплачена наличными. Их Максимилиан получил от скупщика краденых драгоценностей, которому продал все свои кольца и цепь.

Лео только удивлялся тому, как быстро его товарищ отыскал в незнакомом городе мошенника.

-Рыбак рыбака видит издалека, - прокомментировал Илья, чем вызвал негодование Лео.


Сестры Лазаревы уехали домой на рассвете. Клара провела тот день в общежитии - сидела в комнате своей рыжеволосой коллеги, смотрела взятые у общей знакомой мелодрамы и сопереживала героиням, как никогда. После вчерашнего она стала совершенно иначе воспринимать экранные объятия и поцелуи. Клара чувствовала, что теперь у нее тоже есть право считать себя если не влюбленной, то хотя бы заинтересованной.

Последним был включен фильм о том, как скромная работница супермаркета познакомилась с очень загадочным мужчиной. Тот знал десяток языков и обладал навыками профессионального каскадера, но рассказывать о себе не хотел. К середине фильма выяснилось, что это - секретный агент на задании.

-Вот уж сказка так сказка, - проворчала Кларина коллега, выключая первый за весь день фильм с экшен-сценами. - Когда мужик наводит таинственности - жди беды. Секретным агентом он не окажется, а вот женатым отцом троих детей - вполне. С папашей моего младшенького так и получилось.

-Ну, всякое бывает. - Сама того не понимая, Клара встала на защиту Максимилиана. - Может быть, у него какие-то проблемы... на профессиональном фронте.

Рыжеволосая повариха прищурилась, глядя на младшую подругу.

-Да ты никак встретила какого-то проходимца?

-Нет-нет! - Клара замахала руками. - Никаких проходимцев!

-Ага, и вся покраснела. Эх, девочка моя, прежде, чем в постель к нему прыгать, узнай, что это за человек. А то ведь останешься одинокая, несчастная, с ребенком на руках - прямо как я... дважды.

Клара приложила к пылающим щекам ладони, как будто таким образом могла скрыть свое смущение.

-Он не поступил бы так...

-Ага, все-таки влюбилась!

У Клары екнуло сердце. Влюбилась? Ничего подобного. Любит она только Алекса, и его место никто не займет. Это что-то совсем другое, хотя оно и волнует кровь.

-Мне просто понравился один парень, - промямлила девушка.

-Э-эх... Вот сижу с тобой - и как будто не с двадцатипятилетней теткой разговариваю, а с шестикласницей! - Она с добрым смехом похлопала Клару по спине. - Такое чувство, что скоро придется заводить разговор про пестики и тычинки!


Кира после обеда отправилась погулять с Ильей в окрестностях его дома, чтобы обсудить последние события. Илья пришел вместе с Лео.

-Хорошо, что я наконец-то поговорю со знающим человеком! - обрадовалась Кира. - А то мелкий, - она кивнула в сторону Ильи, - все больше в супергероев играет. - И, вспомнив, что Лео не понимает по-русски, прибавила на знакомом ему языке: - Спасибо, что пришел.

-Не за что, - строго ответил Лео. Даже сменив черный костюм на купленные Максимилианом джинсы и футболку, он выглядел, как студент-отличник на защите дипломной работы. - С удовольствием объясню все, что могу.

-Начнем с того, кто этот Макс и чего он хочет.

Ярко-синие глаза Лео почти просверлили дыру в Кирином лбу - и это всего за пару мгновений.

-Он очень уважаемый человек, и я не советовал бы тебе оскорблять его какими-либо подозрениями. У него нет намерений получить абсолютную Силу. Он на нашей стороне и отдаст один из камней тебе, жрица. Я, в свою очередь, прослежу за этим. Меня всю жизнь готовили помогать тебе, и я буду стараться исполнить свой долг.

-Ага, все-таки за камнями приперся, - по-русски прошипела Кира.

-Почему же он не мне отдаст камень? - в шутку оскорбился Илья.

-Я ничего о тебе не знаю, - сухо ответил Лео. - Мой учитель не упоминал о мальчике из этого мира, у которого мощная врожденная связь с Основой.

-Он впервые связался со мной позавчера. Тогда же и обнаружились мои способности. Может быть, он просто не успел сказать тебе? - Илья заглядывал в лицо Лео, как маленький ребенок, выпрашивающий у отца игрушку и следящей за его реакцией.

-Возможно, - согласился Лео. - Но я не получил никаких указаний на твой счет - и уже не получу. Поэтому доверяю Камари больше, чем тебе.

"Еще интереснее, - подумала Кира, даже забывшая обидеться на прозвучавшее имя жрицы. - Выходит, Эвталиат, пару лет обещая мне помощника, имел в виду Леопольда? А я-то думала, что это мелкий..."

Из-за угла, совершенно поглощенные друг другом, выплыли двое: сержант Рудых и рыжая бестия, чуть более одетая, чем в памятный вечер. Кира остановилась и поморщилась. У нее были выходные, а ей приходилось лицезреть этого подлеца.

Рыжая бестия увидела Киру и помахала ей рукой. Стыда у нее, видно, отродясь не было. Дима улыбнулся своей бывшей подружке, в то время как нынешняя плотнее прижималась к нему.

Кира подняла руку в приветственном жесте. Ей хотелось выбить этим счастливым голубкам зубы.

Вдруг рыжая бестия пронзительно запищала и, отлепившись от сержанта, кинулась чмокать свою подружку - не в меру загорелую блондинку с крошечной собачкой на поводке. Девушки разговорились, и оставленный без надзора Дима двинулся к Кире.

-Как выходные проходят? Страдаешь, пьешь водку, перебираешь мои фотографии?

Это он так представлял себе юмор.

-У меня уже есть другой, - осклабилась Кира. - Вон тот красавчик. - Она указала большим пальцем на Лео.

-Что, серьезно? На студента похож. Сколько ему?

Кира не знала возраст Лео, но решила, что имеет право выдумать его дату рождения.

-Он меня на год старше.

-Значит, двадцать четыре? Совсем сопляк.

-Да, я решила, что пивные животы и лысые макушки зрелых мужчин меня больше не привлекают.

И Кира, эффектно развернувшись, подошла к Лео. Он немного удивился, когда она нежно взяла его под руку, и хотел спросить о причине такой внезапной фамильярности. Но Кира пресекла разговоры умоляющим взглядом.

-Ну, мы пойдем. Да, милый? - Она посмотрела на Лео. Тот, не поняв ни слова, молча кивнул.


Кира отпустила своего мнимого бойфренда лишь тогда, когда все трое оказались во дворе дома Ильи. Лео казался растерянным, словно к нему липла не девушка, а двухметровый качок.

-Спасибо, - грустно сказала Кира. - Это мой бывший парень. Я хотела ему показать, что у меня все получше, чем у него.

-Ясно. Бывает. - Он заметно расслабился, но продолжал разглядывать все, что угодно, кроме девушки.

Кира отвернулась, чтобы спрятать улыбку. Мальчик испугался, что к нему пристают! С трудом вернув себе печальное выражение лица, она приблизилась к Лео и стиснула его в своих объятиях.

-Жрица? - насторожился Лео.

-Кажется, они во дворе!

-Да-да, - поддержал розыгрыш Илья. - У тебя за спиной. Даже остановились и смотрят... Ах, ну вот, ушли!

Кира отступила от Лео на шаг. А его очень приятно было обнимать! Все-таки у мужчин с хорошими фигурами есть свои плюсы.


У Веры день прошел плохо. Сначала она узнала из выпуска новостей, что проспала настоящую перестрелку в клубе, в то время как Кира с Кларой и даже ничтожество Илья удостоились стать ее свидетелями. Вера всегда бесилась, если жизнь, в любых своих проявлениях, проходила мимо нее, и неистовствовала, когда та же участь не постигала ее близких. Потом она очень некрасиво рассталась с парнем - участником молодежной рок-группы. Услышав о том, что его больше не любят, парень озверел, истратил на Веру весь свой запас ругательств, а потом пообещал свести счеты с жизнью. Свидетелями эмоциональной сцены стали многочисленные прохожие, потому что разыгралась она у входа на базар.

Оправившись после разговора с музыкантом, Вера позвонила курсанту Полицейской Академии. Однако Родион не стал утешать свою расстроенную девушку. Причиной тому был рассказ его друга, который отдыхал накануне в "Азалии".

-Все видели, как ты целовалась с каким-то мужиком лет сорока! - закричал в трубку Родион, немного состарив Марка. - Вот к нему и вали!

Поплакав и наевшись мороженого, Вера последовала совету Родиона и набрала номер Марка. Но дозвониться ему не смогла. Марк с самого утра находился под домашним арестом, в рамках которого Матвей отобрал у сына мобильный телефон и отлучил его от телевизора, а Марфа отказалась тушить мясо в горшочке.


Ужин Клара, как обычно, готовила для всех друзей - на этот раз ей был выбран картофель с грибами. Посетители "кулинарного вечера" наелись до отвала, поблагодарили девушку и разошлись, сытые и довольные. Клара осталась наедине с грязной посудой и мурлыкала себе под нос какую-то песенку, слов которой не помнила. Она еще не знала, что к общежитию неумолимо приближается человек, обещавший накормить ее ужином в случае собственного выживания.

Сосредоточившись на очередной тарелке, Клара не заметила, как сзади к ней подошел Максимилиан. Она только радостно охнула, когда он взял вторую губку и приступил к стакану.

-Как тебя пустили? - удивилась девушка.

-Я сказал, что я парень Клары Лазаревой, и вахтерша растаяла. Одно из двух: либо все уже привыкли, что к тебе табунами ходят парни, либо устроить твою личную жизнь - идея-фикс местных бабушек.

Клара засмеялась. Максимилиан так органично смотрелся у раковины с грязной посудой, что в голове у девушки возник теплый образ: ее муж - им в Клариных мечтах всегда был Алекс - моет вечером тарелки, доблестно спровадив любимую супругу отдыхать перед телевизором. Но супруга никуда не ушла, а стоит рядом и любуется своим ненаглядным спутником жизни. Оставаясь за спиной Максимилиана, можно даже было представить себе, что это и есть Алекс. Но в тот раз воображение подвело Клару. Алекс был слишком неосязаем, а мужчина, разбиравшийся с посудой, находился совсем близко. И в этом было его неоспоримое преимущество по сравнению с Алексом.

Клара почувствовала себя предательницей.

-Видимо, ты уже не голодна? - спросил Максимилиан. Клара потрясла головой. - А ведь я обещал, что...

-Прости, я не приняла это всерьез.

-Я кажусь человеком, которому нельзя доверять?

Он повернул голову и улыбнулся. Клара еще больше погрязла в предательстве - захотела, чтобы Максимилиан коснулся ее. Мокрой рукой, пахнущей средством для мытья посуды.

-Нет, совсем не так. Просто я... не привыкла к этому.

-Не привыкла получать ужин в качестве платы за спасение жизни? Ладно, раз так - прогуляемся пешком до кинотеатра, чтобы убить время. Я уже взял билеты на последний сеанс.

Клара захохотала.

-Да я уже три с половиной фильма сегодня посмотрела!

Максимилиан ласково шлепнул указательным пальцем по Клариному носу, оставив на его кончике немного пены.

-Ты невыносима. Выкинуть билеты?

-Нет, не надо.


-А где наша Мисс Целомудрие? - мрачно поинтересовалась Вера, вваливаясь в комнату.

Кира, лежавшая на кровати с потрепанным детективным романом в руках, ответила:

-Ушла на свидание с шикарным иностранцем по имени Максимилиан.

-Не смеши меня. - Вера села на свою кровать и с презрением покосилась на книгу. Она была единственной в семье, кто считал чтение пустой тратой времени. Ее ненависть к литературе даже начала вызывать серьезные опасения у матери, но автокатастрофа помешала ей взяться за перевоспитание девочки.

-Я не смешу. Она только что забежала сюда, чтобы переодеться. Я посоветовала ей надеть чулки. Хотя, подозреваю, сегодня вечером он их все равно не увидит.

Вера завизжала и принялась колотить подушку.

-Вот даже у нее парень появился! А меня сегодня все послали!!! Ты еще скажи, что успела найти замену пузатому сержанту!!!

Кира положила раскрытую книгу на живот и предприняла безнадежную попытку совладать с искушением. Не совладала.

-Нашла. Друг Макса - Лео - оказался настоящим джентльменом.

-Он же наркоман, -жалобно протянула Вера, хватаясь за спасительную соломинку.

-Нет, у него врожденная болезнь. К счастью, не смертельная и по наследству не передающаяся.

Вера издала крик, достойный умирающего на поле сражения солдата.


Дорога до кинотеатра заняла два часа - Максимилиан купил билеты не в тот, что находился поблизости от общежития, а в расположенный неподалеку от площади Императора. Первые полчаса прогулки Клара вела себя скованно и отвечала короткими фразами, после каждой реплики чувствуя себя глупейшим созданием на земле. Но Максимилиан не оценивал ее, не показывал, что ему с ней скучно. И вскоре Клара заразилась его раскрепощенностью. Она искренне смеялась над шутками своего спутника и сама подыскивала достойные остроты, словно общалась не с посторонним мужчиной, а с Кирой. Когда-то такое же ощущение легкости она испытывала в присутствии Алекса. С той только разницей, что Рахиль с другими парнями больше кокетничала, а Клара - смущалась.

Вечерний воздух был теплым, как в лучшие июльские дни, и, казалось, его наполняло ощущение радости. Навстречу Кларе и Максимилиану шли бесчисленные влюбленные парочки, каждая - счастливее предыдущей. Раньше Клара не замечала, что в Москве их так много и что они не пытаются скрыть свои отношения. Ей захотелось тоже выглядеть чьей-то половинкой, и Максимилиан, будто прочитав эти мысли, взял ее под руку. Вот теперь кусочек этого чудесного вечера принадлежал и ей тоже. На лице Клары застыла беззаботная улыбка.

-Мне очень нравится, когда ты так улыбаешься, - сказал Максимилиан, наклонившись к своей маленькой спутнице. Его слова польстили Кларе, но улыбка сразу стала более застенчивой.

-Спасибо, - ответила она, глядя на асфальт под своими ногами.

Фильм оказался невыносимо скучным, и жанр - "историческая драма" - этому способствовал. Но Максимилиан, чтобы искупить свою оплошность, полфильма подшучивал над героями и сюжетными ходами. Клара надрывалась от смеха, пока шумную парочку не выгнали из кинозала.

-Извини, я не умею прилично себя вести, - совсем не виновато признался Максимилиан, закуривая сигарету. Клара покачала головой. Улыбка на ее лице стала прежней - той самой, которая покорила Максимилиана.

-Не стоит извиняться, это было действительно весело. Меня еще никогда не выгоняли из кинотеатра.

-Смотри не пристрастись к такому развлечению!

Пара медленно двинулась к станции метро, которое все еще работало. Хлынул дождь - сильный, но не холодный. Максимилиан схватил Клару за руку и помчался с ней в спасительную глубину метрополитена. Очутившись в безопасности, они оба промокли до нитки, но им все равно было слишком весело, чтобы раздражаться из-за такой мелочи.

-Тебе так очень идет, - прошептал Максимилиан, убирая пряди мокрых волос Кларе за ухо. Девушка задрожала, и явно не от холода. Ее спутник тоже выглядел очень хорошо, хотя Клара и старалась об этом не думать.

-Буду знать, - ответила она. - В следующий раз перед встречей специально приму душ при полном параде.

Максимилиан поцеловал ее, привлекая к себе. Клара обняла его, положив ладони ему на спину. Ощущение теплой кожи под влажной материей рубашки сводило с ума. Но в то же время девушке было немного не по себе. Все-таки Клара не привыкла получать страстные поцелуи в качестве платы за спасенные жизни.


Вернувшись в квартиру Ларисы Павенко, Максимилиан встретил Лео, чьи глаза находились на полпути ко лбу.

-Что у тебя физиономией? - спросил он, делая широкий шаг в прихожую и задевая Лео плечом.

-Сейчас сами увидите, - глухим голосом ответил тот.

Максимилиан приблизился к кухне и, окинув помещение лишь беглым взглядом, присвистнул. Лариса застыла у кухонной плиты, прижимая к груди полотенце и желая, но не решаясь дать деру. Причина ее страха была очевидна. Окно было распахнуто, а рядом с ним, стоя коленями на табуретке, расположился Илья. Локтем левой руки он опирался на широкий подоконник, а пальцами правой поглаживал просунувшуюся в окно темную сущность-шпиона. Дымка, способная менять форму, утончилась в одном месте, образуя что-то вроде шеи. Илья поглаживал бесформенную "голову", как будто к нему ластилась пушистая кошка.

-Мои способности становятся все поразительнее, - довольным тоном заметил Илья, обернувшись к Максимилиану.

-Она ведь за нами наблюдает, - прошептала дрожащая Лариса.

-Нет, она не наблюдает. Правда, очаровательное порождение людской злобы?

Илья ласково потрепал темную сущность. Газообразная субстанция ничего почувствовать не могла, но стала тереться о лицо Ильи. Казалось, сейчас раздастся потустороннее мурлыканье.

Максимилиан подошел к темной сущности и протянул к ней руку.

-Не бойся, - подбодрил его Илья. - Она не кусается и не царапается. А еще не гадит. Надо же, идеальный питомец! Мам, может, она будет у нас жить? А то собаку ты мне так и не купила...

-Ты никогда не просил собаку! - сдавленно простонала Лариса, готовая лишиться чувств.

-Успокойся, мама. Это шутка.

Максимилиан погладил темную сущность, постоянно увязая пальцами в "голове". Как выяснилось, ее можно было почувствовать: дымка излучала тепло, а температура внутри нее подходила для бани.

-Забавный ты парень, - тихо сказал Максимилиан, пытаясь почесать темной сущности "шейку".

Илья улыбнулся, не глядя на него.

-Самому смешно бывает.


-Кларочка, а, Кларочка, - заискивающе позвала сестру Кира, глубокой ночью забираясь к ней на кровать.

Клара отвернулась к стене и накрылась одеялом с головой.

-Ну, поговори со мной. - Кира потрясла ее за плечо. - Ты теперь всю жизнь будешь дуться?

-Нет, не всю, - призналась отходчивая Клара.

Кира просияла и обняла сестру вместе с ее "коконом".

-Ты моя старшая сестра, которую я обожаю. А то, что произошло тогда - кому надо об этом вспоминать? Но, если тебе так будет легче, я прошу прощения. За то, что пошла на поводу у этих... как его...

-Алчности и похоти, - подсказала Клара.

-Во-во, у них самых.

Сестры замолчали. Клара откинула одеяло - обида проходила, да и дышать было надо.

-А он тебе нравится? - спросила Кира.

-Ты о Максимилиане?

-Да, об этом подозрительном типе из параллельного мира.

-Ты дала ему такую характеристику, что отвечать "да" просто глупо. Но... он мне все-таки нравится.

Даже не видя лица сестры, Кира знала, что она улыбается - это выдал голос.

-Но ты не можешь полностью ему доверять.

-И что с того? Я даже тебе полностью доверять не могу.

Это было сказано ровным тоном, просто как аргумент в пользу сближения с Максимилианом. Кира тяжело вздохнула.

-Я никогда тебя не обижу. А он - он может.

-Пусть.


Понедельник, подтверждая расхожее мнение, стал для сестер Лазаревых довольно тяжелым днем.. Кларе, трудившейся в столовой, пришлось краснеть с утра до самого вечера. Виноват в этом был вовсе не жар, исходивший от газовых плит, а любопытная рыжеволосая повариха. Сначала она расспрашивала молодую подругу о ее новом увлечении, а потом, добившись лишь невнятных отговорок, пустила по кухне слух. Слух, быстрый и легкий, вырвался из своей незапертой камеры и пронесся по всему зданию полицейского управления. В итоге один краснощекий упитанный офицер вернулся домой расстроенный, как никогда прежде.

Кира и ее напарник целый день маялись от безделья, потому что в столице ничего не происходило и никто не выдумывал ложных доносов. Спасаясь от общества обманувшего и обманутого сержанта Рудых, Кира слонялась по зданию. Она патрулировала бесконечные лестницы, переходы, балконы и даже чердак - но ее неизменно выслеживал более опытный полицейский. Наконец, загнав напарницу в угол, Дима разразился эмоциональной тирадой о недостатках молодых парней. Он преподнес ее как проявление заботы о своей бывшей девушке, которая, несмотря ни на что, ему "вовсе не чужая". Кира торжествовала. Она ни на секунду не забывала, что Лео - такой же ее любовник, как Илья Павенко или Император Талврин. И все-таки негодование Димы было ей приятно. Он заслужил немного испорченных нервов.

Вера отправилась в школу, предпочитая отправиться прямиком в ад. Когда она пришла, Родион уже гарцевал по актовому залу, раздавая указания всем, вплоть до собственной бабушки Натальи Семеновны. Вера застыла в дверях, надеясь поймать его ласковый взгляд. Но Родион посмотрел на нее с пренебрежением, словно она была одной из вереницы его непривлекательных поклонниц. Таня, заметив это, подлетела к подруге и начала с энтузиазмом ее жалеть.

-Вы поругались? А я знала, что так и будет, он ведь бабник... - причитала она, мысленно благодаря судьбу за этот заслуженный удар.

Вера гордо подняла голову.

-Это не его вина, это все моя кошачья натура, - томным голосом ответила она.

Вскоре появился Илья, который удивил всех громким приветствием и лучезарной улыбкой. Наталья Семеновна смотрела на внука так же, как смотрела бы на зависшую перед ней летающую тарелку.

-Что-то случилось? - удивился Илья.

Наталья Семеновна проморгалась и снова стала собой - строгим завучем.

-Все нормально, готовься к выступлению.

Илья закатил глаза и чисто символически стукнул себя кулаком по голове.

-Не выучил текст? - догадалась бабушка. У нее отлегло от сердца - это было вполне в стиле ее внука. - Ты же Букварь, один из главных героев представления! Я не просила выучить текст наизусть, но хотя бы внимательно прочитать его пару раз было нужно!

-Букварь не подведет, - пообещал Илья, хватая сценарий, лежавший на столе с "аппаратурой" - ноутбуком Родиона.

Букварь действительно никого не подвел. Напротив, он играл лучше всех, заткнув за пояс даже Лентяя (Родиона) и Отличницу (Веру). Одна восьмиклассница, которая до этого никогда Илью не видела, даже влюбилась в этого смелого и веселого парня. Но подойти к нему не решилась: он ведь такой обаятельный, наверняка от девчонок отбоя нет...

Репетиция длилась добрых три часа. Все устали, зато примерно поняли, как нужно играть.

-Молодцы, ребята, - похвалила артистов Наталья Семеновна. - Теперь выйдите и поклонитесь зрителю.

Букварь встал между Лентяем и Отличницей, взяв обоих за руки. Это была его самая неожиданная выходка за весь день.


Наступил вечер. Все покинули кухню, и только Клара убирала посуду на предназначенные для нее места. Сегодня была очередь другого работника, однако главный повар почему-то решил взвалить эту обязанность именно на ее хрупкие плечи. Но вот последний дуршлаг был водружен на верхнюю полку высокого шкафа, и Клара, вздохнув, спрыгнула с табуретки. Теперь оставалось только переодеться в гардеробной, и можно было со спокойной совестью возвращаться домой.

-Ты тут одна осталась? - тихо спросил кто-то, незаметно подкравшийся к девушке. Это оказалась Лена - Кларина двадцатилетняя помощница.

-Конечно, одна. А ты почему не ушла?

-Да я как раз собиралась, но тут... - Лена замялась. - В общем, видимо, скоро и правда Конец Света, раз в нашу столовую пожаловал сам Император. С невестой.

Клара попятилась, наткнулась на табуретку и села на нее.

-И что?

-Его Величество спросил, на месте ли повара. И если да - чтобы они приготовили ему ужин.

Клара прижала руку к груди, словно надеясь таким образом удержать в ней выпрыгивающее сердце. Сомнений не было: Император каким-то образом узнал историю Принцессы и распорядился о том, чтобы Клару задержали на рабочем месте. Сейчас она приготовит что угодно - да хоть башмак в соленой воде сварит - а Талврин примется расхваливать божественное блюдо, прикажет вызвать автора сего шедевра и влюбится с первого взгляда. Что до Агаты, то Клара быстро нашла ей применение: отбив Его Величество у самой красивой женщины в стране, молодая повариха совсем потеряет голову.

-Что будем делать? - Лена уже подпрыгивала на месте, готовая по мановению Клариной руки мчаться за продуктами.

Клара, еще пару дней назад вполне лояльная по отношению к Императору, теперь хотела предложить гнилые перцы, фаршированные навозом. Но, конечно, предложила совсем другое.

-Я слышала, он любит итальянскую кухню. Как насчет пасты с морепродуктами в сливочном соусе? У нас осталось в закромах немного спагетти и креветок?

-Да! - ответила Лена и захлопала в ладоши.


Талврин и Агата были одни в огромной столовой, свет в которой, для создания романтической атмосферы, был приглушен. Император, в кислотно-зеленой атласной рубашке с воланами, пил принесенное с собой вино. Он даже вино пить ухитрялся с особой торжественностью. Агата сидела напротив него, в обтягивающем, но весьма строгом платье цвета индиго. Ее покрытые алой помадой губы касались бокала с вином, но жидкость оставалась на своем месте и в прежнем объеме.

Лена принесла поднос, на котором красовались две тарелки с пастой, и, низко поклонившись, пожелала паре приятного аппетита. Когда она ушла, Талврин попробовал спагетти.

-Это изумительно, дорогая, - сказал он, расплываясь в блаженной улыбке. - Мне даже врать не придется. Кто бы мог подумать, что твоих полицейских так хорошо кормят!

-Простым полицейским не подают пасту с морепродуктами, - заметила Агата, не удостаивая спагетти даже пристальным взглядом.

Император съел свою порцию, а потом поменялся с невестой тарелками и расправился со второй. Запив сытный ужин двумя бокалами вина, он гаркнул на всю столовую:

-Повара сюда!

Лена, которая пританцовывала от нетерпения рядом с усталой Кларой, от страха покачнулась.

-Что-то не так! - выдавила она.

-Готова побиться об заклад, что как раз наоборот, - улыбнулась ей Клара и твердым шагом направилась в полутемную столовую.

В реальности Император оказался далеко не таким солидным, каким выглядел на фотографиях и экране телевизора. Хуже всего были кричащий цвет и глупый фасон рубашки, различимые даже в полумраке. Директор самой захолустной школы рискует нарваться на смешки учеников, если нарядится во что-то подобное. А это был хозяин мира. Видимо, подумала Клара, теперь все политики обвешаются воланами, как раньше они отрезали воротники.

-Вы говорите по-английски? - первым делом поинтересовался монарх.

-Да, Ваше Величество, - ответила Клара.

-Это хорошо. Не хотелось бы заставлять мисс Ланскую исполнять обязанности переводчика. - Он улыбнулся Кларе - предполагалось, что это была игривая улыбка. Может быть, кто-то другой на месте Клары и растаял бы. Да что там - у большинства женщин тут же закружилась бы голова. Но Клара догадывалась о мотивах Императора, и улыбка показалась ей довольно противной. - Итак, я позвал вас, потому что хотел видеть человека, способного приготовить столь вкусное блюдо. Я был уверен, что передо мной предстанет толстый мужчина средних лет, а тут - что я вижу! - совсем дитя, и какое милое!

-Спасибо за похвалу, Ваше Величество. Я очень рада, что вам понравился ужин.

-Повар мне понравился не меньше. - Талврин смерил Клару многозначительным взглядом. Агата делала вид, что ничего не слышит, и продолжала делать свои микроскопические глотки вина.

-Ваше Величество, мне очень лестно слышать от вас такие слова, - деланно смутилась девушка. Клара впервые в жизни разыгрывала неловкость - до этого она всегда стеснялась от чистого сердца.

-Но, может быть, вы их еще не раз услышите, - едва слышно добавил Талврин, вытягивая шею, чтобы Клара его лучше расслышала. - Как вас зовут, прелестное создание?

-Клара Лазарева, - ответила девушка.

-Клара, а вы... не составите мне компанию этим вечером? Завтра я покидаю страну и хотел бы насладиться ее атмосферой в обществе такого очаровательного ребенка, как вы.

-Я уже не ребенок, - пролепетала Клара, оттягивая тот момент, когда ей придется сказать Императору "нет". Талврин был скор на расправу. Что ждало Принцессу, сердце которой осталось глухо к его сладким речам?

-Для меня вы все - дети, - сказал Император тоном главы большого семейства. - Любой монарх - как отец своим подданным, а я еще и старше, а значит, мудрее любого из них.

Агата едва удержалась, чтобы не фыркнуть. Мудрости у Талврина, по ее мнению, было не больше, чем у фикуса.

-Конечно, - согласилась Клара.

-Ну что же, дитя, вы составите мне компанию?

Клара молила Бога, чтобы ее третья жизнь не оборвалась еще раньше, чем вторая. Рахиль прожила три месяца после двадцать пятого дня рождения. Клара пока протянула только три дня.

-Я не уверена, что ваша невеста...

-Она не будет против. Ну что, Клара? Вы согласны?

Взвесив все "за" и "против", Клара пришла к выводу, что смерти она боится больше, чем поцелуев Его Величества.

-Если мисс Ланская не возражает, - обреченно выдохнула она.


Император до полуночи гулял с Кларой по великолепному саду, который окружал его резиденцию, и прибегал к уловкам из старых сентиментальных романов. Он заходил в беседку и любовался ярко-розовым закатом. Он останавливался под кленом и восхищался тем, как бледный лик луны едва виден в узорных просветах листвы. Он шел к фонтану и замирал, наслаждаясь умиротворяющим шумом воды. Он глядел в ночное небо и рассуждал о разлученных любовниках, которые счастливы оттого, что смотрят сейчас на одно и то же созвездие... Даже Клара, очень романтичная от природы, боялась, что не выдержит такого напора.

В полночь Император усадил Клару в свой автомобиль и отвез ее к общежитию.

-Спасибо за ваше прекрасное общество, - сказал он, целуя ей руку.

"Вот ведь я влипла-то!" - подвела итог Клара.


-Принцесса могла быть и противнее, так что я, можно сказать, рад, - заключил Талврин, входя в свою спальню. Агата ждала его в полупрозрачном черном пеньюаре, но даже в таком виде ей удавалось оставаться строгой. - Хотя, конечно, ее нельзя сравнить с тобой, любимая.

-Ваше Величество, я не ревную, - улыбнулась Агата.

-А я хочу, чтобы ревновала! - почти разозлился Император. Для убедительности он стукнул кулаком по кровати, на которой сидела его невеста. Агата встала и медленно подошла к Талврину.

-Я просто знаю, что Вы не можете заинтересоваться такой, как Клара Лазарева. Она не красива, не умна, не обаятельна и не богата. Я не могу ревновать к пустому месту.

Талврин немного успокоился и, согласившись с логичностью рассуждений невесты, повалил ее на кровать.

Агата еще не знала, какую жгучую ревность будет вызывать у нее "пустое место".


## Глава 10. Ошибка Снежной Королевы.


Клара долго думала, как рассказать Кире о притязаниях Императора, да так и не успела это сделать. Когда она, встреченная ехидной ухмылочкой охранника, вернулась домой, Кира уже спала. Вера, правда, бодрствовала и с порога задала вопрос, где ее приличная до кончиков ногтей сестра шляется вторую ночь подряд. Правду Вера все равно приняла бы за глупую шутку, и Клара сказала ей, что была с Максимилианом.

-Ну, конечно, тебе и бомж подойдет, выбора-то у тебя нет, - пробурчала школьница.

Утром Клара проснулась слишком поздно, чтобы вызвать сестру на серьезный разговор. Убегая на работу, она решила отложить его на вечер. А вечером Кира все узнала сама.


Возвращаясь с работы, Клара семенила к станции метро и радовалась тому, что Император больше не давал о себе знать. Кроме того, Максимилиан прислал ей сообщение, в котором предлагал наконец-то сходить в ресторан. Клара предвкушала свидание, вспоминая романтические сцены из просмотренных фильмов: он, она, пламя свечей, вино и десерты на маленьких тарелочках...

Сбоку от Клары остановился дорогой автомобиль, номера которого ясно говорили о том, что его владелец - шеф Императорской Полиции. Девушка замерла - убегать было бессмысленно. Стекло опустилась, и Агата - она была за рулем - жестом пригласила Клару сесть рядом. В отказе смысла было не больше, чем в бегстве. Клара открыла дверцу и устроилась на безумно удобном кожаном сидении.

"Сейчас спросит, что у меня было с Талврином, - размышляла Клара, стараясь не глядеть на Агату. - Я скажу, что ничего, она мне не поверит, устроит сцену, сообщит, что Талврин после вечера со мной даже видеть ее не хочет..."

Агата, не проронив не слова, протянула левую руку и погладила Кларино запястье.

-Как много всего произошло за последние пару дней, правда? - спросила она, снова положив ладонь на рычаг коробки передач.

-Очень много, - кивнула растерянная Клара.

-Ты, кажется, влюбилась.

-Нет-нет! - запротестовала Клара.

-Я не о Талврине, а о Максимилиане.

-Вы его знаете?

Агата загадочно улыбнулась, обратив на собеседницу испытующий взгляд.

-Получше, чем ты.

Клара нахмурилась. Откуда у Агаты могли быть какие-то сведения об этом человеке? Ведь он пришел из другого мира, а Императорская Полиция была бессильна за пределами данного земного шара.

-Запомни, - серьезно произнесла Агата, - все, что будет говорить тебе Император, ты должна делать. Не пытайся отвергнуть его или скрыться. Захочет стать твоим мужем - ищи белое платье, потащит тебя в постель - ложись с радостью. - Клара смотрела на шефа полиции огромными от изумления глазами. Это никак не вязалось с ее теорией об обмане Принцессы! - Я на твоей стороне, а точнее - на стороне тех, кто хочет отнять у Императора осколки кристалла. - Клара открыла рот, чтобы поинтересоваться насчет источников столь конфиденциальной информации, но Агата жестом приказала ей молчать. - Я знаю это, а откуда - тебя не касается. - Клара считала, что ее это касается в первую очередь. Но, видно, в ее случае не действовал закон всех историй об избранных, где главная героиня - центр мироздания. - Если ты будешь послушной, я помогу.

-Но какая вам от этого польза?

-Это тебя тоже не касается.

Есть люди, которым практически невозможно возразить. Они говорят таким тоном, что любые попытки поспорить с ними, доказать свою правоту заранее кажутся жалкими, обреченными на провал. Агата была одной из этих людей. Ее слова звучали как непреложная истина, опровергать которую - пустая трата времени. Если Агата собиралась помочь Принцессе и ее окружению, следовало безоговорочно верить.

"Даже Максимилиан с ней не справится. - Клара с сожалением вычеркнула из списка своих защитников единственного, кто мог бы потягаться с этой сильной женщиной. - Конечно, физически она уступает ему, но Агата явно хитрее. Максим всего три дня как в городе, а она уже собрала информацию, которую он скрывает от меня и остальных."

Полчаса прошло в молчании, но Агата никак не хотела останавливать машину. Клара начала беспокоиться: все места, куда могла везти ее шеф полиции, они оставили позади или вообще не проезжали. Ей даже хватило смелости выразить свое беспокойство в вопросе.

-Мы держим путь в аэропорт, - сказала Агата бесстрастно-вежливым голосом, который называет остановки в автобусах и вагонах метро.

-Но зачем? - испугалась Клара. Она машинально прильнула к двери, как будто собиралась в случае опасности выпрыгнуть из автомобиля прямо на дорогу.

-Ты боишься самолетов?

Клара боялась. Однажды она уже погибла в авиакатастрофе. Еще раз закончить жизнь таким образом у нее не было никакого желания.

-Молчание - знак согласия. Вот и отлично.

Клару охватил ужас, не сравнимый ни с чем, пережитым ей до сих пор. Даже полет над Москвой в объятиях Родиона с темной сущностью внутри показался ей более приятным. Девушка вжалась в дверь, чувствуя, как руки начинают дрожать.

-Пожалуйста, только не самолет, - простонала она.

-Как по-детски, - скривилась Агата.

Автомобиль наконец остановился, и теперь Клара попыталась слиться воедино с креслом - дверь перестала быть единственным выходом и превратилась во врата в ад.

Агата нахмурилась, увидев, как по соседству с ней паркуется черная машина с тонирнованными стеклами. Она быстро покинула салон, заперла двери и подошла к соседнему автомобилю. Стекло опустилось, и с пассажирского сидения Агате подмигнул Талврин. Замурованная Клара не могла его видеть.

-Что происходит? - шепотом возмутилась Агата. - Зачем Вы здесь?

-Решил взять ситуацию под свой контроль, - пояснил Император. - Ты молодец, девочка моя, но твои методы слишком гуманны, а потому - неэффективны. Посадить Принцессу в самолет и ждать, пока ее охрана прибудет, почуяв страх? И что потом?

-Ваше Величество, мы это уже обсудили. Потом Вы, пользуясь своим превосходством над противниками, заставите их присягнуть Вам на верность.

-А если превосходства не будет? - мрачно спросил Талврин. - Мы еще не знаем всех возможностей этих людей. Я хочу себя обезопасить.

Дверца открылась, и из черного автомобиля вышел молодой человек лет двадцати пяти в черном костюме с галстуком. Он был высокий, худощавый, с несколько женственными чертами лица, белоснежной кожей и густыми, но безукоризненно уложенными черными волосами. Аспирант, занимающийся юриспруденцией или финансами, исполнительный, ответственный мальчик, эрудит, эстет, умница и примерный сын - вот какое впечатление он производил. Незнакомец обошел автомобиль спереди, приблизился к Агате и, выдав любезную улыбку, протянул ей свою изящную руку.

-Рад встрече, мисс Ланская, - сказал он, учтиво склонив голову. Голос у него был довольно высокий для мужчины, но тем не менее приятный, мелодичный.

-Взаимно, - сказала Агата, с опаской заглядывая в сапфировые глаза бледного черноволосого парня. Она не хотела пожимать протянутую руку, словно боялась, что это причинит ей боль. - Как вас зовут?

-Риверс, - представился молодой человек, опуская руку. - Альфред Риверс.

-Ну что же, Ваше Величество, - усмехнулась Агата, - и этот мальчик должен обеспечить Вашу победу над защитниками Принцессы?

-А вы бы обменялись все-таки рукопожатием, - посоветовал Талврин. Альфред снова поднял свою руку с тонкими пальцами пианиста и узким запястьем девочки-аристократки. Агата нехотя коснулась бледной кисти.

Ничего. Пустота. Лишь холод в душе. Столь всеобъемлющий, какого не вырабатывала даже морозильная камера ее собственного сердца. Агата отдернула руку, будто обожглась. По-девичьи нежные губы Альфреда изогнулись в пугающей улыбке.

-Кто он? - прошептала Агата, когда к ней вернулось самообладание.

-Темная сущность, - ответил Талврин будничным тоном. Так же он мог бы сказать: "шотландец" или "сын моей племянницы". - Единственная темная сущность, которая действительно приносит пользу.

-Иными словами - демон, - подытожила Агата.

-Нет, мэм, - вежливо поправил ее Альфред. - Я именно темная сущность, у которой нет никаких иных целей, кроме служения моему господину. Демоны заключают с людьми контракты в обмен на их души, а я ничего не требую от моего господина.

-Даже еды и элементарных удобств, - со смехом сказал Талврин.

-Откройте машину, - попросил Альфред. Агата нажала кнопку пульта сигнализации, и ее жемчужного цвета автомобиль мигнул фарами. Клара выскочила из салона, как ошпаренная, но улепетывать не стала. Даже фобия не мешала ей рассуждать более-менее здраво.

Альфред приблизился к девушке. Кларин страх понемногу стал отступать. Она ожидала увидеть шкафоподобного головореза с двумя пистолетами под мышками, а к ней шел один из тех интеллигентных мальчиков, про которых Кира говорила, что они "даже трусы тщательно проглаживают". По сравнению с ним Леопольд казался неотесанным деревенщиной, а Максимилиан - так и вовсе уголовником.

-Я буду вашим сопровождающим, Клара Андреевна, - сказал этот педантичный молодой человек на безупречном русском языке. - Меня зовут Альфред Риверс, я секретарь Агаты Федоровны.

-А куда вы меня сопровождаете? - удивилась Клара. Она и ее спутник направлялись к личному терминалу Императора, так что вопрос был из разряда самых глупых.

-Мы просто немного полетаем над столицей. Скоро стемнеет, и вид будет изумительный.

Клара замерла, но Альфред, аккуратно взяв ее под руку, повел девушку вперед.

Агата провожала удаляющуюся пару бесстрастным взглядом. Но ее правая рука была сжата в кулак так сильно, что костяшки пальцев побелели, а острые ногти до боли впились в ладонь. Она переоценила свое влияние на Талврина. И теперь ее планы ждал крах.


Самолет был явно частным и принадлежал либо самому Императору, либо кому-то из его ближайшего окружения. Альфред усадил Клару в широкое кожаное кресло бежевого цвета, а сам устроился напротив. Клара кусала губы, пытаясь отогнать слишком яркие воспоминания о последнем полете Рахили. Тем временем Альфред поднял руку, почти как студент-отличник на семинаре, и попросил стюардессу принести бутылку розового вина.

-Или вы предпочитаете красное? - спохватившись, поинтересовался он у Клары.

-Мне все равно, - ответила девушка, пытаясь улыбнуться.

Стюардесса удалилась. Альфред закинул ногу на ногу и пристально вгляделся в Кларино побледневшее лицо. Страх, который большими неоновыми буквами светился в ее глазах, удовлетворил его. Он отвернулся к иллюминатору. Самолет поехал вперед, быстро набирая скорость. Взлет был уже не за горами. Как только земля осталась внизу, Клара затаила дыхание.

-Вы так напуганы, что можете потерять сознание от напряжения, - заметил Альфред, вставая с кресла. Самолет еще набирал высоту, но его это не волновало. Зато волновало Клару, и она потребовала, чтобы Альфред сел. Он действительно сел - на пол рядом с Кларой.

-Что вы делаете? - Девушка передвинулась ближе к иллюминатору, благо в столь широком кресле могли поместиться три таких, как она.

-Самолеты разбиваются реже, чем автомобили, - сказал Альфред. - Почему вы так их боитесь? - Клара собиралась объяснить, что, если разобьется машина, шанс выжить все-таки есть. Не в пример авиакатастрофам. Но Альфред опередил ее: - Понимаю, вас пугает неизбежность смерти. Она всех пугает. Что ж, тогда предлагаю сыграть в игру, ставкой в которой будет ваша жизнь. - Клара открыла рот, чтобы выразить свое несогласие, но Альфред приложил указательный палец к ее губам. - Шансы выжить - один к одному. Только, к сожалению, исход будет зависеть не от вас.

Альфред поднялся с колен и, склонившись над Кларой, нежно обхватил руками голову девушки и коснулся мягкими губами ее лба.

-Что вы себе позволяете? - прошептала Клара, когда он отстранился.

-Я подарил вам поцелуй. - Клара вскрикнула от резкой головной боли и согнулась пополам. Альфред улыбнулся и добавил: - Поцелуй смерти.

Мобильный Клары принялся проигрывать стандартную мелодию звонка. Альфред, прочитав имя на экране, принял вызов и сказал:

-Максимилиан, Клара занята. Перезвоните позже.

Стюардесса принесла вино и разлила его по бокалам, не обращая никакого внимания на мучимую болью Клару. Альфред сделал глоток сладковатой розовой жидкости. Он уже много веков был рядом со своим господином и очень привык изображать человека.


Этим вечером Кира не находила себе места и прекрасно знала, почему. С Кларой происходило что-то плохое, и она, как ее главная защитница, должна была прийти на помощь.

Гале - так в прошлой жизни звали Киру - было двадцать четыре, когда она в первый и последний раз почувствовала столь крепкую связь с Принцессой. Она никогда не встречалась с Хасаной, да и не видела в этом нужды: Адли позаботился от том, чтобы врата Основы оставались запертыми. И в то же время Галя чувствовала эту девочку. Поглощенная проблемами и радостями нынешней жизни, она всегда знала: где-то далеко живет Хасана, не подозревающая о своей страшной тайне.

И вот однажды, когда Галя кормила грудью своего первенца, ее охватило внезапное волнение. Ей казалось, что прямо под ее ногами разверзлась бездна, и нужно срочно что-то предпринимать, иначе будет поздно. А потом внутри нее что-то оборвалось. На глазах молодой матери выступили слезы, а из горла вырвался сочащийся болью стон. Эта девочка умерла.

Галя положила уснувшего малыша в кроватку и долго стояла у окна. Хасаны больше нет, а она все еще здесь. Живая, здоровая и счастливая.

-Спасибо, Адли, - прошептала она. - Ты оказался добрее, чем я могла предположить.

Она почему-то боялась, что умрет вместе с Хасаной.

Затем был репортаж о разбившемся американском самолете, и Галя сразу поняла, что на его борту была Принцесса. Время падения подтвердило это. Оно совпало с моментом, когда Галя почувствовала боль невосполнимой утраты.

А еще через полтора месяца Галя встретила пожилого еврея, который выходил из подъезда, где жила ее мать. Его лицо показалось ей смутно знакомым. Он шел медленно, как будто не знал, зачем вообще куда-то идти, и смотрел на все затуманенными от невыносимых страданий глазами. Галя остановилась перед ним и поздоровалась, сама не зная, зачем. Еврей кивнул в ответ и продолжил свой печальный путь, а Галя отправилась к матери. Она застала ее в ужасном настроении, достающей припасенную для гостей бутылку водки.

-Что случилось? - спросила Галя.

Мать залпом выпила сто грамм и ответила:

-Приходил твой папаша.

Прежде все делали вид, что у Гали нет отца и что он ей, в принципе, без надобности.

-Кажется, я встретила его у подъезда.

-Как трогательно: воссоединение папочки с дочкой.

-Я его догоню, - сказала Галя, выпрыгивая в прихожую.

-Не смей! - закричала мать. - Думаешь, ты ему нужна? Он потерял законную дочку, она была в том чертовом самолете, который шлепнулся месяц назад. Только поэтому он и вспомнил о втором ребенке, до которого ему двадцать лет вообще никакого дела не было! Сидел в своей Америке, жирел на ихних гамбургерах - видала, какое пузо отрастил?! - Мать хлопнула еще пятьдесят грамм. - А теперь, смотри-ка, объявился! Да только хрен ему, а не дочка! Я сказала, что ты живешь в Германии, затаила на него злобу и убьешь, если он к тебе сунется!

-Как его зовут? - тихо спросила Галя, усаживаясь за стол напротив матери.

-Никак.

-А покойную дочку?

-Точно так же.

Дальнейшие расспросы были бесполезны.

-Кстати, - заметила Галя, - ты никогда не говорила, что я еврейка.

-Ты не можешь быть еврейкой, дура, потому что отца у тебя нет, а твоя мать - всем русским русская.

Галя задумалась.

-Теперь понятно, откуда у тебя предубеждение против евреев. Кого ты еще недолюбливаешь? Украинцев? - Мать поморщилась. - Его законная жена - украинка. Я угадала?

-Да-а. Всем хохлушкам хохлушка.

Количество водки в бутылке снова немного уменьшилось.

-Кстати, представь себе наглость твоего папочки - он притащил фотографию этой девчонки, пусть земля ей будет пухом. Будто мне интересно, как она выглядела. Да плевать я хотела.

А Гале было интересно. Она очень хотела увидеть лицо несчастной Хасаны - хотя бы теперь, когда ее неприкаянная душа покинула очередное тело.

-Где фотография? - спросила она.

Мать молча указала на хлебницу. Галя встала и взяла снимок. С него глядела молодая девушка, одетая в легкое белое платье. Она была красива, даже, пожалуй, чересчур. По-кукольному правильный овал лица, пухлые коралловые губки, большие темно-карие глаза, крупные черные кудри, соблазнительная фигура и невероятно стройные ножки. Она беззаботно улыбалась в камеру, наслаждаясь ярким солнцем какого-то курорта, вероятно, карибского. Чувствовалось, что это - избалованная принцесса, волшебным образом сохранившая доброту, искренность и наивность. Почти та самая Хасана, которую Камари предстояло сделать своей приемной дочерью. С той лишь разницей, что Хасана едва ли выросла бы настолько прелестной.

Галя поднесла фотографию к губам и запечатлела на ней запоздалый сестринский поцелуй.

-Тебе ее жалко? - удивилась мать. - Эта девчонка отняла у тебя отца, который, кстати говоря, заработал кучу денег в Штатах. Он ведь хотел уйти от жены ко мне, пока не родилась эта пигалица, прости Господи.

-Она ни в чем передо мной не виновата, - улыбнулась Галя. - А вот я перед ней - да. И очень сильно.

Мать всплеснула руками и плеснула в рюмку водки.

Галя забрала фотографию себе, купила для нее красивую рамочку и поставила на книжную полку.

-Кто это? - поинтересовался ее супруг.

-Моя старшая сестра, - с нежностью сказала Галя, - о существовании которой я узнала только после ее смерти.

-Кошмар какой, киса... Я сочувствую. А как ее звали?

Галя грустно улыбнулась.

-Хасана. Красивое имя, правда?


## Глава 11. Свободу за Принцессу.


-Алло, мелкий! - крикнула Кира в трубку, едва сердце сжали стальные тиски тревоги. Она предпочитала обсуждать подобные проблемы с Лео: он был старше, симпатичнее и профессиональнее. Но Лео, к ее великому сожалению, не говорил по-русски. А Кира, хоть и прекрасно понимала английский, изъясняться предпочитала на родном языке. - У меня такое поганое ощущение, что наша Принцесса в большой опасности. Я могу ее найти. Дай подзатыльник Лео и скажи, чтобы выдвигался мне на подмогу.

-А мне ты не доверяешь? - спросил Илья. Он сидел вместе с матерью перед телевизором и смотрел документальный фильм, раскрывавший личные тайны известных артистов. - Напомню, это я разрубил темную сущность волшебным пламенным мечом.

Лариса подавилась круассаном.

-Я не хочу подвергать тебя опасности, ты еще ребенок!

-Хм-м-м... Ты на шесть лет старше меня, Лео - на семь. Смею заверить, милая девушка, вы не намного больше моего повидали в жизни, а уж дорогой Леопольд, как мне кажется, понюхал гораздо меньше пороху.

Кира полминуты переваривала эту фразу и в итоге зарычала.

-Хватит придуриваться, мелкий! Клара в опасности! Зови Лео, я побежала!

-Стой, - спокойно потребовал Илья. - Я чувствую Принцессу получше, чем ты. Жизни Принцессы ничего не угрожает, но она очень напугана. Сейчас мы с Лео поедем ее спасать. Встретимся там, где Клара трясется от страха.

Он положил мобильный себе на колени и какое-то время еще с нежностью смотрел на маленький черный аппарат.

-О чем вы говорили? - прошептала похолодевшая Лариса. - О видеоигре?

-Да, конечно. О видеоигре.

Лео, который сосредоточенно жевал тушеную капусту на кухне, вытянулся по стойке "смирно", как только расслабленный Илья сообщил ему о случившемся. Он поспешно достал спрятанные на балконе пистолеты и наплечную кобуру.

-Научишь меня стрелять? - заискивающе спросил Илья.

-Потом, - отрезал Лео.

Раздался звонок в дверь. Хотя этот звук виноват не был, Илья сразу почувствовал настоящее волнение. Вот теперь Кларина мнительность была ни при чем - все стало действительно серьезно.

Лариса открыла дверь и, по-дилетантски кокетливо улыбаясь, поздоровалась с Максимилианом. Тот ответил лишь кивком - он как раз набирал номер Клары, которая, забыв о данном ему обещании, не позвонила.

-Максимилиан, Клара занята. Перезвоните позже, - вежливо ответил приятный, но бездушный мужской голос.

-А ты кто такой? - рявкнул Максимилиан. Напрасно: трубку бросили.

-Ждите здесь, Принцесса в опасности, - оповестил его Лео, пробираясь мимо него в коридор и накидывая пиджак.

-Еще чего! - Максимилиан вышел из квартиры, игнорируя бормотание Ларисы. - Если уж кого и надо оставить дома, то тебя и этого юношу. - Он шлепнул по спине Илью, который в тот момент гордо перешагивал порог.

-Может быть, это ловушка, - сказал Лео на странном грубом языке.

-Я уверен, что ловушка, - усмехнулся Максимилиан.


Леопольд сначала побледнел, потом покраснел, а затем снова побледнел, когда Максимилиан продемонстрировал своим товарищам угон автомобиля. Илья почему-то никак не отреагировал на преступление, совершенное при нем. Он даже явно не испытывал угрызений совести, устраиваясь на чужом пассажирском сидении.

-В ту сторону, - только и сказал он, указывая при этом куда-то влево.

-А что там? - спросил Максимилиан. Лео еще не мог думать: он пытался свыкнуться с мыслью, что Максимилиан был способен совершать противоправные деяния каждые сутки.

-Без понятия, - виновато развел руками Илья. - Извини, я плохо ориентируюсь в пространстве.

Максимилиан рванул с места, словно задал вопрос для проформы и в действительности знал, где искать Клару. Лео ахнул, пристегнул ремень безопасности и посоветовал водителю сделать то же самое. Водитель похвалил его за осторожность, погладил по голове и достал из нагрудного кармана пачку сигарет.

-Две тысячи пятнадцатый год? - спросил он через минуту, выдыхая в разбитое окно табачный дым.

-Да, - ответил Илья. - А что?

-Я так понял, что ты живешь не в самой дыре. А пробок нет! Знаешь, в нашей Москве в это время пробки были с утра до ночи.

-Тут меньше машин, - менторским тоном заметил Лео. - Очень сложно получить права, да и такого понятия, как покупка автомобиля в кредит, не существует.

-Ну и правильно, - одобрил Максимилиан, выкидывая сигарету на проезжую часть.

-А еще тут высокие штрафы за мусор вне мусорных корзин, - добавил Лео.

-Ну и правильно, - повторил Максимилиан.


Талврин встретил гостей в зале ожидания своего личного терминала. Зал ожидания больше походил на претенциозное кафе: тяжелые бархатные шторы везде, где попало, алые свечи на круглых столах с белоснежными скатертями и подтянутый бармен между стойкой и живописными полками с алкоголем. Разумеется, сами гости туда не догадались бы прийти - им помогла охрана Императора. Она, в составе пятерых громил, встретила защитников Принцессы сразу за стеклянными дверями терминала. Лео, как образцовый герой боевика, мигом вытащил оба пистолета, кинув один Максимилиану. Не раздумывая, он выстрелил в охранника, стоявшего ближе всего к нему. Но пуля врезалась в невидимую стену, и от нее по воздуху пошли круги, как от брошенного в пруд камня.

-Это моя работа, - пояснил Илья, опуская вытянутую вперед руку. Пуля тут же шлепнулась на пол. Изумленный Лео перевел взгляд с младшего товарища на старшего. Максимилиан держал пистолет так, словно и не думал стрелять.

-Они же не убивать нас пришли, - полуутвердительно сказал он.

-Нет, - ответил один из охранников. - Нам поручено выбить из вас дурь, если полезете в драку, и отвести к Его Величеству. Дури, как я вижу, полно только в блондинчике, но уж из него-то вы и сами ее выбьете. Идемте.

Талврин сидел за небольшим столом вместе с Агатой. Перед ним стояла чашка душистого зеленого чая, а его невеста предпочла ароматный черный кофе. Губы Талврина расползлись в скользкой улыбке, когда он увидел, кто возглавляет маленькую процессию - это был Максимилиан.

-Где Клара Лазарева? - с порога спросил Максимилиан, отталкивая пытавшегося проводить его к столу охранника.

-Клара в наших руках, и она высоко над землей, - объяснил Талврин. - Отдайте оружие, или она умрет.

Максимилиан положил пистолет на стол и, скрестив руки на груди, сел на выдвинутый для него стул. Лео, стоявший сзади него, тоже расстался с оружием, но его лицо не было при этом таким спокойным. Илья наблюдал за происходящим сосредоточенно, но без страха, как будто его каждый день вызывали на ковер к самому Императору.

-Итак, жизнь Принцессы в наших руках, - продолжал Талврин. - Если она вам дорога - придется делать то, что я скажу.

-Никто и не спорит - придется, - согласился Максимилиан.

-Скажи, кто ты.

-Максимилиан Эдвардс.

-Твое имя - пустой звук. Кто ты такой?

-Хм... Человек, кто же еще.

Талврин покачал головой.

-Ты лжешь. Моя невеста Агата Ланская - экстрасенс, и она узнает всю историю жизни человека, прикоснувшись к нему. Тебя она касалась. Но ничего не узнала! - Маска Агаты слетела - теперь девушка выглядела напряженной. Она бросала на Талвина мимолетные взгляды, умолявшие его заткнуться. Но Император не видел этого - его вниманием завладел Максимилиан. - Стало быть, ты либо не человек, либо умеешь блокировать способности моей невесты.

-Всю историю жизни? - медленно повторил Максимилиан, повернувшись к Агате.

-Да, - быстро ответила она. - Тем не менее, о вас я ничего не узнала.

-Может быть, - вкрадчиво предположил Максимилиан, не сводя глаз с обеспокоенной Агаты, - дело в том, что я и правда не совсем человек. Я создан искусственно. Там, откуда я пришел, это практиковали. В свое время.

-Ты пришел из другого мира? - сказал Талврин, наливаясь торжественностью. Он ожидал, что Максимилиан вскочит со стула, начнет хвататься за сердце и восклицать: "Как ты узнал?!" Но его слова не подействовали на гостя из далеких мест.

-Да, из другого мира, - согласился он. - До вас хрен доберешься - уникальная глушь.

Талврин побагровел от ярости. Назвать его любимые владения глушью? Ничего, этот щенок скоро поплатится за свою дерзость.

-Но ты добрался. Тебе нужна любовь Принцессы?

-На что она мне? Мы с этими парнями просто ее защищаем. Следим за тем, чтобы Принцессу не убили, чтобы она не полюбила отъявленного негодяя - а то он еще захватит власть над Вселенной и станет мучить людей и нелюдей, которые в ней живут.

-А я? - Талврин указал на себя всей пятерней. - Я подойду на роль хозяина Вселенной?

Максимилиан подался вперед, изучая лицо Императора, будто собирался здесь и сейчас вынести вердикт по столь серьезному делу.

-Подойдешь, - сказал он. - Одна планета уже давно под твоей властью - и ничего, не сгубил же ты ее. Не сгубишь и остальные.

Талврин рассмеялся густым басом и сказал:

-Агата, проверь синеглазку и подростка.

Шеф полиции подошла к Леопольду и потянулась к нему. Тот машинально отпрянул, но, поймав одобряющий взгляд Максимилиана, позволил Агате взять себя за руку.

-Это все правда, - констатировала она. - В другом мире существует некий Совет Посвященных, чья задача - охранять Принцессу. Леопольд Секар и Максимилиан Эдвардс состоят на службе у этого Совета. Леопольд может переходить из одного мира в другой, однако это отнимает у него слишком много сил. Потому он и был таким ослабленным, когда его заметила темная сущность-шпион.

-Отлично, - сказал Император. Агата подошла к Илье, который стоял за спиной Максимилиана, как телохранитель. Тщедушный, беззащитный с виду телохранитель. Он не стал отступать, а, наоборот, сам подал руку шефу полиции. В его глазах горело пламя любопытства. Агата сжала прохладные пальцы Ильи своими. Несколько секунд она стояла, не двигаясь, а затем, судорожно сглотнув, отошла в сторону.

-Ну что? - Тяжелые брови Императора сошлись у него над переносицей.

-Этот мальчик каким-то образом связан с Принцессой, но сам не знает всех деталей. Он может черпать силу из того же источника, что и Вы. Эта способность открылась у него в двадцать пятый день рождения Клары Лазаревой.

-Какая "полезная" информация, - поморщился Император. Агата быстро вернулась на свое почетное место рядом с ним, словно спешила увеличить дистанцию между собой и самодовольно ухмыляющимся Ильей.

-Теперь, когда проверка окончена - верните Клару Лазареву в целости и сохранности. - потребовал Максимилиан, нахмурившись. От того, как полыхнули его карие глаза, даже Императору стало не по себе. Но он сумел кое-как сохранить лицо, скрыв свою недостойную реакцию за шуткой.

-Милая, а ты была права: он предмет, - заметил Талврин. - Что ж, мистер Искусственный Человек, Клару мы вернем. Ее жизни ничто не угрожает, пока ты сговорчив.

Император достал из кармана брюк золотое кольцо с черным, как безлунная ночь, обсидианом и положил его в центр стола. Илья мгновенно растерял свою веселость и обеспокоенно впился взглядом в странное украшение.

-Вы делаете мне предложение, Ваше Величество? - усмехнулся Максимилиан. - Я тронут, но вынужден отказать.

-Хватит паясничать! - огрызнулся Император. - Это кольцо создано очень давно сильным темным магом, и оно сделает тебя моим слугой. Пока оно на твоем пальце, я всегда смогу узнать, где ты находишься, и получу некоторую власть над твоим сознанием, а если буду недоволен тобой - мне придется лишь пожелать этого, и твое тело разорвет невыносимая боль. Люди, которые испытали действие этого кольца, говорили, что смерть лучше таких страданий.

-А снять его не получится? - спросил Максимилиан. Он положил кольцо на ладонь и разглядывал его, как обычное ювелирное изделие в магазине.

-Ты снимешь его только тогда, когда я разрешу.

-А если отрезать палец?

Агата сжала в руке теплую чашку с кофе.

-Кольцо обратится в браслет и окажется на твоем запястье.

-Да-а, так рано или поздно все выступающие части тела себе оттяпаешь.

-Если ты не наденешь это кольцо прямо сейчас, Клара Лазарева умрет.

-Почему именно он? - выступил вперед Лео. Он явно был готов броситься грудью на амбразуру любых размеров. - Максимилиан не обладает никакими сверхспособностями, в то время как у меня хорошо развит телекинез, а у Ильи... - Илья шикнул на Лео. Его объятия с амбразурой не прельщали.

-Меня не проведешь, - сказал Император. - Этот мистер Предмет - единственная из вас темная лошадка, о которой моя невеста почти ничего не знает. И он, по ее словам, великолепен в битве. - Агата резко побледнела и, широко распахнув глаза, взглянула на Талврина. - А еще я вижу, что он ведет себя с Леопольдом, как старший по званию или господин. Милая, он его начальник?

Агата облизнула пересохшие губы.

-Да, он имеет более высокое звание как воин на службе у Совета, - произнесла она. Ее голос не дрогнул, но пальцы надорвали бумажную салфеточку под чашкой с кофе.

-Так-то. - Талврин посмотрел на Максимилиана, который должен был хотя бы теперь биться головой об стол и проклинать свою оплошность. Но и этого не произошло.

-Тебе ведь не нужна смерть Клары. Ты хочешь Силу, которую может дать только ее любовь, - возразил он.

-Я многое выиграю, если она меня полюбит, - согласился Талврин. - Однако ничего не потеряю в случае ее смерти. А такой слуга, как ты, мне не помешает. Ну же, надевай кольцо. Я мог бы заставить тебя сделать это, но, к сожалению, твое согласие увеличит его силу.

-Поклянись, что Клара будет жить.

-Клянусь своей властью.

Максимилиан кивнул в знак одобрения и надел кольцо на средний палец правой руки. Черный камень зловеще сверкнул.

Агата и Лео казались одинаково растерянными.

Взгляд Ильи, направленный на Максимилиана, выражал восхищение.


Альфред, получив мысленный приказ от своего хозяина, опустился на колени перед Кларой. Тело девушки, свалившейся на пол, сотрясали слабые судороги, а и ее лицо из бледного уже начало превращаться в серое. Альфред погладил Клару по влажным от холодного пота волосам, и ее страдания сразу прекратились. Тяжело дыша, она открыла глаза и увидела своего дружелюбно улыбающегося мучителя. Сил отползти или уклониться от его непрошенных ласк у нее пока не было.

-Вас спасли, - радостно сообщил он. - Кто-то пришел вам на помощь.

-Кто? - хриплым голосом спросила Клара.

-Мне это неизвестно. Сами узнаете.

Альфред поднялся с пола, одернул идеально сидящий пиджак и отправился в кабину пилота - сообщить о том, что пришло время возвращаться на землю.


Кира почувствовала, что опасность миновала, находясь на заднем сидении такси. Если бы речь шла только о Принцессе, она бы попросила шофера ехать обратно. Однако сейчас Принцесса была Кларой, и Кира не могла успокоиться, не обняв свою живую и здоровую сестру. Выпрыгивая из салона у главного терминала аэропорта, она услышала голос у себя в голове:

-Клара в безопасности. Спасибо Максимилиану - он пожертвовал своей свободой.

-Мелкий, ты, что ли? - От удивления Кира врезалась в неспешно идущую старушку. - Ты когда навострился первым телепатические сообщения посылать?

-Да вот прямо сейчас и навострился.

-А что значит - пожертвовал свободой?

Если "принцессорадар" не обманывал Киру, то Клара была в личном терминале Императора. Девушка помчалась туда.

-Теперь он слуга Императора. Нигде от него не спрячется и не сможет посягнуть на его жизнь, а за все провинности будет жестоко расплачиваться. Сильная магия.

Кира пробежала мимо двоих охранников. Она была уверена, что ее задержат, но этого не случилось. Видимо, ее ждали.

-Значит, камешки он не получит. Бедняга. Но благородный, блин. Может, мне начать ему доверять? Хотя нет, поздно. Теперь он будет служить Императору.

-Эта магия не превращает человека в безвольного раба, она лишь ограничивает свободу его действий. Так что - еще не вечер.

Связь оборвалась. Стеклянные двери терминала разъехались в стороны, выпуская из здания Илью, Лео и Максимилиана. Кира сразу почувствовала тяжелый запах магии и без труда отыскала его источник - золотое кольцо. Она подбежала к Максимилиану, который, к слову, выглядел куда менее мрачным, чем Лео.

-Илья мне уже все рассказал, - произнесла она, от избытка чувств обнимая спасителя своей сестры. - Я тебе очень благодарна. И не знаю, как, но я тебе помогу. - Слишком громкое заявление, но Кира не могла его не сделать.

-Да не переживай ты. Еще за себя попереживать успеешь, когда в качестве полицейского будешь обеспечивать прикрытие мне и Кларе в стане врага.

Кира отлепилась от Максимилиана и подняла на него непонимающий взгляд.

-То есть?

-То есть в "Крыльях свободы", - подмигнул ей Илья. - Завидую. Меня вот не берут. Видочек у меня какой-то несолидный.


Когда самолет приземлился, Клара была еще очень слабой. И все-таки она отказалась от помощи Альфреда, который любезно подставил ей плечо. Впрочем, через несколько мгновений она уже готова была запрыгнуть к нему на руки, потому что по трапу взбежал искусно изображающий волнение Император.

-Клара! - воскликнул он, делая вид, что хочет крепко прижать к себе девушку, но опасается, что это оскорбит ее. - Я так испугался... Агата, она...

Альфред попытался проскользнуть мимо Талврина. Тот, рассвирепев, схватил его за лацканы пиджака и поднял над полом. Альфред трепыхался в воздухе и выглядел при этом ужасно нелепо.

-Что он сделал с тобой? - грозно спросил Император.

-Ничего, - ответила девушка. Она понимала, что ради эффектного спасения "прекрасной дамы" Талврин может покалечить своего подданного. Или даже убить. Кларе было жаль этого парня, который причинил ей боль вовсе не по своей воле.

-Радуйся, что эта девушка оказалась столь добра к тебе и скрыла твои преступления, - прорычал Талврин, кидая Альфреда на землю. Тот прокатился по трапу и с воплем рухнул на асфальт, но тут же встал и бросился наутек. Император помог Кларе спуститься и отвел в зал ожидания, где только что продал ее жизнь по весьма необычной цене. Там их ждала Агата, прислонившаяся к стойке бара. Ей даже не пришлось разыгрывать ярость и отчаяние - эти чувства действительно пылали в ее душе. Она обрушилась на Императора, как снежная лавина, обзывая его бессовестной тварью, осыпая всеми возможными проклятиями. Агата была о нем лучшего мнения, она от него такого не ожидала, теперь все, о чем она мечтала, летит под откос... На глазах Агаты даже выступили слезы. "Какая хорошая актриса, - подумала Клара, прикидывая, где лучше спрятаться от высокопоставленной парочки. - Но ведь играет она не для меня, а только для Талврина. Я уже ничего не понимаю. Кто на чьей стороне? Кому мне доверять, а от кого держаться подальше?"

-Значит, ты, пожираемая ревностью, способна совершить убийство, - изрек Талврин. Он поднял руку, словно собирался наслать на свою невесту проклятие. - Если бы не темная сущность-шпион, я даже не пришел бы на помощь этой бедной девочке. Я не могу простить такого. Наша помолвка разорвана.

Дальше Агата должна была упасть на колени и умолять Талврина остаться с ней, простить ее, грешную, и все в том же духе. Но шеф полиции этого не сделала.

-Как скажете, Ваше Величество, - с достоинством произнесла она.

Талврин ушел, приятно пораженный несгибаемой гордостью своей невесты. Он вел под руку Принцессу, но его сердце пело дифирамбы Снежной Королеве.


Клара не вернулась тем вечером домой. Опасаясь, что друзья ей все расскажут, Император отвез ее в свою резиденцию. Он понимал, что в будущем Принцесса воссоединится со своими защитниками, но надеялся к тому времени заручиться их поддержкой. В качестве первого шага он распорядился о предоставлении сестрам Лазаревым отдельной трехкомнатной квартиры, а Леопольду и Максимилиану - двухкомнатной. Также он заплатил им всем большой аванс, пообещав после победы над "Крыльями Свободы" прямо-таки озолотить всю компанию. Илья выиграл меньше остальных. Этого ребенка Император в расчет не принимал.

Клара удостоилась чести отужинать в резиденции Императора наедине с ее хозяином. Она ела очень мало, и не потому, что всегда так делала - обстоятельства лишили ее аппетита. Да и как можно есть в шикарном помещении, полном мрамора, черного дерева и бархата, похожем из-за гобеленов и картин на музей искусств? Тем более - в полночь. Клара привыкла следовать правилам, а правила гласили, что в такое время нужно спать.

После ужина Император проводил Клару в одну из гостевых комнат, которые меньше напоминали музей, потому что в них висели только портреты Талврина. Зато каждая из таких комнат выглядела, как номер люкс в роскошном старом отеле: всегда свежие цветы у столика перед гигантским зеркалом, широкая кровать с балдахином, темно-синий ковер с длинным ворсом на полу.

-Чувствуйте себя, как дома, - улыбнулся Император. Клара поблагодарила его и пожелала ему спокойной ночи. Но Талврин не спешил уходить.

-А знаете, ведь у Агаты были причины ревновать, - произнес он, одним шагом сокращая расстояние между собой и Кларой до пары сантиметров. Девушка чуть не проверила мягкость ковра с помощью падения на него.

-Ваше Величество, я очень устала, - как можно спокойнее заметила она.

Талврин сгреб Клару в охапку и поцеловал ее. Девушка пыталась вырваться, но силы были неравные. Император отпустил ее сам, изобразив при этом ужас от содеянного.

-Простите, я не совладал со своими чувствами, - сокрушенно прошептал он, после чего вышел из комнаты, захлопнув за собой высокую дверь.

Клара сняла с левой ноги туфельку и швырнула ее в несчастную дверь. Она хотела добавить, что Император слишком много себе позволяет, однако затем решила все-таки дожить до утра.

-Клара, не бойся, это я, - раздался откуда-то голос Ильи. Девушка огляделась в поисках источника звука, но потом вспомнила, что Кира уже рассказывала ей о мысленном общении. -У меня обнаружился новый дар, что не может не радовать.

-Согласна, - вслух ответила девушка, бредя к великолепной кровати.

-Закрой рот, Принцесса. Просто думай.

Через несколько минут, пытаясь поведать Илье о случившемся в самолете, Клара узнала, что мысли могут заплетаться не хуже языка. Особенно после рассказа о чьей-то огромной жертве, принесенной ради твоего блага.

-Все будет в порядке, он знает, что делает, - попытался утешить ее Илья, прежде чем замолчать.

Надев отысканный в шкафу новый шелковый халат и забравшись под одеяло, Клара достала мобильный телефон. Ей хотелось написать Максимилиану сообщение и удостовериться, что он в порядке. "Спасибо, - напечатала она. - Я не знаю, как тебя отблагодарить." А потом все стерла и убрала мобильный под подушку. Император имел доступ ко всем каналам связи. Если бы он узнал, что Кларе известна правда, первым пострадал бы Максимилиан. "Придется играть по правилам Талврина," - решила Клара.


Занавеска, скрывавшая открытую дверь на балкон, качнулась, будто от сильного порыва ветра. Клара села в постели, ощутив, как соскальзывает с нее тонкое одеяло. "Алекс вернулся!" - радостно подумала она. Однако стоило ночному гостю войти в комнату, как ее радость сменилась волнением. Это был Максимилиан, на пальце которого красовалось заколдованное кольцо. Он подошел к Клариной постели и присел на нее. Девушка хотела поприветствовать его в полный голос, но Максимилиан приложил палец к губам.

-Ты хочешь, чтобы тебя услышали посторонние?

Только теперь Клара поняла, что это не сон. Максимилиан действительно был здесь, в этой комнате.

-Как ты сюда попал? - спросила она одними губами. Максимилиан приставил к уху ладонь, показывая, что теперь не слышит даже он. - Там же охрана...

-Мне никакая охрана не помеха, - улыбнулся гость. - Я пришел, чтобы сказать: все отлично. А то Илья говорит, что ты себе места не находишь. Помни: ты тоже спасала мне жизнь, так что теперь мы в расчете.

Клара кивнула. Максимилиан придвинулся к ней. Его близость помогла девушке осознать, что под шелковым халатом у нее только собственное тело. Разум подсказал ей стыдливо прикрыться одеялом, но Клара пропустила его увещевания мимо ушей. Ей были нужны прикосновения Максимилиана, которые могли стереть невидимые, но все равно отвратительные следы, оставленные Талврином. Она сама взяла его за руку - ту самую, на которой поблескивало колдовское кольцо. Максимилиан обнял Клару, положив ее голову себе на плечо.

-Но ведь Император теперь всегда может узнать, где ты, - вспомнила она.

-Да какое ему сейчас дело, где я. Должен же этот урод когда-нибудь спать.

Кларин взгляд упал на смуглую кожу груди Максимилиана, которую открывали три расстегнутые верхние пуговицы рубашки. Девушка тут же вспомнила сцену в ванной, когда никакой рубашки на нем не было. Тогда она оцепенела, ведь это был для нее совсем чужой человек. За несколько дней мало чего могло измениться, но Кларино сердце было с этим абсолютно не согласно. Ей захотелось сделать какой-нибудь смелый шаг, но ее сковывала неуверенность. Легко учиться такому в четырнадцать с мальчиком из параллельного класса, когда вы не ждете друг от друга виртуозных ласк. Совсем иначе дело обстоит, когда тебе двадцать пять, а ему... скажем, не меньше тридцати. Слишком велик шанс опозориться.

Клара сидела, слушая, как бьется в груди Максимилиана сердце, и думала, что бы такое предпринять. Погладить по плечу? Слишком скромно. Поцеловать в шею (ну вот же она, прямо у нее под носом)? Чересчур интимно... Что делала Рахиль в таких ситуациях? А Рахиль, в зависимости от настроения, расстегивала парню пуговицы на рубашке или пояс на брюках. Какой кошмар.

"Я просто поцелую его в губы. Он ведь меня уже целовал? Значит, это нормально," - заключила Клара. Но она все равно не успела сделать первый шаг - Максимилиан сам наклонился к ней. Их губы встретились, и Клара почувствовала, как ей становится теплее. Да, этот человек не был Алексом. Но Алексом, к сожалению, уже не был никто. А Максимилиан, наверное, мог сделать ее не менее счастливой, чем он. И задачей Клары было не упустить свое счастье. Не повторить ошибку Рахили.

Максимилиан ушел так же, как появился - через балкон. Клара долго еще не могла сомкнуть глаз, хотя день получился чрезмерно насыщенным.


Агата, помолвка с которой была якобы разорвана, лежала в постели Императора. Ее наготу скрывало только одеяло - Талврин любил, проснувшись ночью, нащупывать рядом тело невесты, а не какую-нибудь тряпку. Агата его энтузиазма не разделяла, но предпочитала потакать маленьким прихотям Его Величества. В конце концов, они не так часто ночевали вместе. После свадьбы, правда, это должно было измениться. Агата думала о такой перспективе с ужасом: ей всегда было трудно засыпать, если у нее под боком сопел кто-то другой. Она начинала задыхаться. Но в ту ночь не только присутствие Императора мешало ей расслабиться.

"Кто этот мальчишка? - размышляла Агата, вспоминая свое тактильное знакомство с Ильей. - Если не считать Альфреда - а его считать не стоит, ведь он просто темная сущность - это первый раз. Первый раз, когда я не узнала ровным счетом НИЧЕГО. И я видела его лицо, когда он подавал мне руку. Мальчишка понимал, что ничем не рискует, и просто хотел посмеяться над моим замешательством. Так кто же он? И... сможет ли он помочь Максимилиану?"


## Глава 12. Принцесса в плену у злодея.


Талврин должен был улететь на следующий день, потому что его ждали неотложные дела в западном полушарии. И он улетел, взвалив заботу о Кларе на плечи своей невесты. Забота состояла в том, чтобы лишившаяся непристижной работы Принцесса радовалась жизни в стенах дворца. При этом попадаться на глаза Принцессе категорически воспрещалось.

Перед тем, как покинуть "даму сердца", Талврин позавтракал вместе с ней. Поглощая яичницу с беконом, он всем своим видом показывал, как ему стыдно за свой нескромный поступок. А когда трапеза подошла к концу, Император еще раз попросил прощения.

-Да ничего, - промямлила в ответ Клара. - С кем не бывает.

В три часа дня Император поднялся в воздух на своем личном самолете. Он, конечно, и сам умел летать, но очень медленно. Пересекать Атлантический океан со скоростью воздушного шара - форменный идиотизм.


Вера от счастья воспаряла к небесам. Вчера она легла спать в комнате общежития, где отсутствовала одна из ее старших сестер. Сегодня утром Веру и Киру разбудил визит двух дам в строгих костюмах, которые попросили девушек освободить помещение. При этом сестрам Лазаревым передавалась в дар трехкомнатная квартира. Дарителем выступил Император. Кира предприняла нечеловеческое усилие, чтобы сохранить дружелюбное выражение лица. Ничего не вышло.

Квартира находилась в пятиэтажном каменном доме, расположенном на почтительном расстоянии от центра города. Осматривая добротную старую мебель, исправную бытовую технику и едва покрывшийся плесенью хлеб на кухонном столе, Кира приходила в ужас. Она, в отличие от радостной Веры, понимала, почему прежние хозяева оставили им так много добра. Скорее всего, их расстреляли по доносу. Как водится, ложному.

Дамы в строгих костюмах ушли, но в гости к девушкам тут же напросилась соседка. Это была высокая сухопарая женщина средних лет, в домашнем красно-белом халате. Кира без труда угадала в ней ту самую доносчицу. Оценивающий взгляд соседки словно предупреждал сестер Лазаревых: только попробуйте насолить мне, и я сделаю из вас политических преступниц.

-Я офицер Императорской Полиции, - на всякий случай заметила Кира. Соседка сразу погрустнела. Этих девиц ей придется терпеть, что бы они ни вытворяли.


В полдень Вера ушла на репетицию. На крыльце ее поприветствовал Илья - солнечный и открытый, каким он стал в последние дни.

-Ну, привет, - буркнула Вера. - А Таня где? Таню видел?

Илья Таню видел и поэтому решил воспрепятствовать встрече подруг.

-Она с завучем разговаривает. Пойдем в зал.

Он взял Веру за руку. Девушка вырвалась и отпрыгнула в сторону, словно опасалась, что Илья снова потянется к ней.

-Ты еще не понял? Не подходи ко мне!

Илья скрестил руки на груди. Он отнюдь не казался обиженным или расстроенным. Его глаза выражали что-то другое, чему Вера не могла найти подходящего названия. Так на нее смотрели старшие сестры, если она уходила поздно вечером на дискотеку или собиралась на свидание с хулиганом.

-Тогда ищи Таню на лестнице в подвал, - вздохнул он.

Вера непонимающе сдвинула брови и, открыв парадную дверь, вошла в здание школы. Она пробежала по коридору, громко постукивая каблуками, и порхнула к лестнице, ведущей в подвал. Там располагался гардероб, дверь в который была заперта. С каждой ступенькой свет отступал, а тьма сгущалась. И когда яркий летний день превратился в таинственные сумерки, Вера наткнулась на целующуюся парочку. Юноша прижал девушку к двери и отрабатывал на ней приемы истинного мачо. Ни он, ни она не обратили внимания на звук шагов. Их глаза были закрыты, а уши заложило страстью.

Вера отвернулась и взлетела по ступенькам наверх. Там ждал Илья, чей суровый взгляд выносил ей приговор. Виновна. И уже наказана.

-Они начали встречаться вчера вечером, - пояснил он и снова взял одноклассницу за руку. На этот раз Вера не отреагировала. - Наверное, полчаса целовались на лавочке у меня под окном.

-Как они могли, - прошептала Вера. У нее задрожали губы, а глаза наполнились слезами. - Таня - моя подруга. А Родион...

-А Родион тебе уже никто, - твердо сказал Илья. - Эти двое ни в чем перед тобой не виноваты.

Вера заплакала, вытирая слезы тыльной стороной свободной ладони. Дешевая тушь рисовала на ее щеках замысловатые узоры.

-Ты рад, да? - спросила девушка, стараясь всхлипывать как можно тише. - Я разбила тебе сердце, а теперь сердце разбили мне. Я расплачиваюсь за твои мучения.

Илья покачал головой.

-То, что случилось со мной, было гораздо страшнее. Но не тебе за это расплачиваться. Я сам виноват, что все так сложилось.

Вера моргнула, прогоняя последние слезы, и удивленно уставилась на Илью. Для этого пришлось поднять голову - теперь, когда Илья перестал сутулиться и опускать голову, он словно вырос сантиметров на десять. Илья смотрел куда-то сквозь одноклассницу, видимо, вспоминая свои растоптанные чувства. Только теперь Вера поняла, что его пальцы сжимают ее ладонь. Но это почему-то было не совсем противно. Можно потерпеть.

-Прости, - неожиданно для себя самой выдала Вера. - Я была неправа. Можно и по-другому было сказать, что я не хочу с тобой встречаться. - Немного подумав, она добавила: - Надеюсь, я не опоздала с извинениями.

Илья печально улыбнулся.

-Я тоже надеюсь.


Кира получила, кроме квартиры, несколько выходных и очень радовалась этому. Она не принадлежала к числу закоренелых бездельниц - просто работа была неразрывно связана с сержантом Рудых. Отдых от работы означал выпадение сержанта из поля ее зрения.

Выбросив оставшуюся от прежних хозяев снедь, Кира позвонила Лео. Тот как раз обустраивался в новой квартире - маленькой и невыносимо теплой, почти без мебели, зато с балкончиком. Он хотел отказаться от визита к Лазаревым, однако обстоятельства заставили его согласиться. Обстоятельства приняли облик Агаты Ланской, явившейся в квартиру без предупреждения.

-Будущая Императрица? - усмехнулся Максимилиан. Он, хоть и был тут старшим по званию, наполнил железное ведро водой, сделал из рваной занавески тряпку и мыл довольно грязный пол.

-Нет, титула я не получу даже после свадьбы, - возразила Агата. Она прошла в гостиную, где, кроме дивана, был только торшер без лампочки.

-Хоть бы туфли сняли, леди, - поморщился Максимилиан, выжимая тряпку.

-Вы не могли бы оставить нас? - поинтересовалась Агата, глядя на Лео.

-Нет, - нахмурившись, категорично ответил тот.

-Иди прогуляйся, - посоветовал Максимилиан, поглощенный уборкой. - А то глазенки теряют яркость, скоро из меня начнешь энергию сосать.

-Слушаюсь, - послушно сказал Лео. Через минуту он уже стоял в нестерпимо вонючем лифте и прожигал взглядом надпись, ругавшей на ломаном английском какого-то Макса.


Кира не могла объяснить, зачем позвала Лео. Ей казалось, что это и не требуется, но сам Лео придерживался противоположного мнения. Иногда создавалось впечатление, что он робот. Получил четкий приказ - действует, не получил - находится в режиме ожидания. Сейчас плана действий не было, и он сидел в комнате отсутствующей Клары, как на иголках.

-Расскажи мне побольше о вашем мире, - в конце концов нашлась Кира.

-О шестьдесят четвертом? - уточнил он.

-Нет, обо всех ваших мирах.

-Ах, вот что... - Приказ оказался недостаточно четким, и на лице Лео отразилось крайнее замешательство. Система грозила выдать гору ошибок. - Что рассказать?

-Ну, не знаю. Про литературу, например. Что у вас читают?

Растерянный Лео выглядел совсем беззащитным, несмотря на то, что даже сейчас не расставался с огнестрельным оружием. Он казался Кире невероятно милым. Хотелось погладить его по голове, утешить: не переживай, малыш, никто не будет ругать тебя за глупости. И "двойки" тут не ставят.

-Всякое читают, - сказал Лео. - Детективы, мистику. Я люблю исторические романы.

Разговор не клеился.

-А... хм... техника? У вас, наверное, более развитая техника.

-Да, но... Это не чудеса из области фантастики.

-У тебя с собой есть что-нибудь интересное?

-Нет. Я выбросил телефон. Если бы за нами была погоня, нас бы смогли выследить.

-Кто? Тот предатель из Совета Посвященных?

-Да-да, именно он.

Кира почесала затылок. Ей всегда было легко общаться с полузнакомыми людьми, но этот экземпляр обещал пошатнуть ее репутацию души компании.

-Ну, перескажи что-нибудь из того, что ты читал. Например, последний роман. О чем он был?

Лео поднял к потолку свои удивительные синие глаза.

-Он был об одном ученом, который тайно работал на правительство сильного государства и создавал сверхлюдей.

-Ты же говорил, что любишь историю, а не фантастику.

-Это не фантастика! - оскорбился Лео. - Все это на самом деле происходило много веков назад, и тот ученый добился высоких результатов. Это Александр Моретти, его даже школьники знают.

Кира вскочила с дивана и наклонилась над креслом с устроившимся в нем Лео.

-Александр Моретти? - переспросила она.

-Тебе знакомо это имя?

-Да, кажется, в прошлой жизни слышала. Я тогда жила не в этом мире, а в одном из ваших. - Лео понимающе кивнул. - О чем рассказывалось в той книге?

-О его работе. Там много домыслов.

-Ясно. - Кира выпрямилась и отошла от Лео. - Ты мало чего можешь рассказать. Тогда спрошу Макса.

-Не стоит! - замахал руками Лео, поднимаясь с кресла. - Не думаю, что ему будет приятна эта тема.

-С чего бы это? - удивилась Кира.

-Видишь ли... Максимилиан - один из тех, кого создал Александр Моретти.

-Что за бред? - Кира недоверчиво прищурилась. - Как это - "создал"? Он что, ненастоящий?

Лео прикрыл рот ладонью. Он совсем забыл, что Кира не присутствовала в зале ожидания императорского терминала.

-Вот это новости, - по-русски прошептала девушка.

Она вынула из кармана телефон и стала набирать ответ на сообщение сестры. Клара врала, что у нее все прекрасно и она восхищена гостеприимством Его Величества. "Ты не поверишь, но, кажется, я понравилась Императору! - притворно радовалась Клара. - Вчера он поцеловал меня..." Кира хотела написать, что отыскала неплохой, но молчаливый источник информации об Алексе. Однако, подумав, напечатала следующее: "Такой ерунды я еще не слышала! Ты, часом, не перешла на тяжелые наркотики? Может, целовалась-то ты не с Императором, а со спелой помидоркой, как в пятом классе? ;-)"

Талврин мог прочитать любое сообщение, отправленное с телефона на телефон. Но вряд ли он мог перехватить телепатическую беседу. Кира, к сожалению, не умела общаться с кем попало. К счастью, способности Ильи развивались стремительно и в каких-то неожиданных направлениях.


Вечером к Илье зашел друг Артем - невысокий тощий парень с жидкими рыжими волосенками, которые он никак не решался перекрасить в черный цвет из-за строгих родителей. Раньше Артем учился с Ильей в одном классе, но три года назад перешел в другую школу. Теперь они виделись пару раз в месяц, несмотря на то, что новых друзей ни один из них не завел.

Артем поплелся в комнату друга, включил компьютер и стал жевать печенье, принесенное заботливой Ларисой. Илья сидел рядом на принесенной с кухни табуретке. Сначала звучали грустные песни. Когда Артему надоело наслаждаться музыкой, он стал рассказывать якобы смешной случай из своей жизни. Илья слушал его со снисходительностью взрослого, который знает, что ребенок врет, но поощряет его бурную фантазию. Монолог Артема прервала Лариса, попросившая сына помочь ей с мытьем окон. Илья извинился и ушел, пообещав другу скоро вернуться.

Оставшись один, Артем быстро нашел папку "Личное". Однажды он пытался заглянуть в нее, но Илья пришел в бешенство. Разумеется, с тех пор Артема разбирало любопытство. Он открыл первое изображение и увидел симпатичную блондинку с ярким, но стильным макияжем. Девушка явно не знала, что ее фотографируют, потому что выглядела очень естественно и в камеру не смотрела. Судя по качеству снимка, сделан он был с помощью недорогого мобильного телефона, а интерьер говорил о том, что "сталкер" орудовал в классе. Артем открыл еще несколько файлов - на всех была эта девчонка.

-У Илюхи губа не дура, - одобрил он.

Дальше стало хуже. Девочка пропала - зато появился сам Илья. На одном фото он был голый - видимо, пробовал себя в роли модели для эротического журнала. Артем зашелся тихим смехом, стараясь не привлекать внимание друга и его матери. Пикантных снимков было три - а потом "клубничка" сменилась чернухой. Наведя курсор на очередной файл и дважды щелкнув кнопкой мыши, Артем увидел левую руку Ильи. На ней, под сгибом локтя, было несколько порезов, из которых вытекала кровь.

Артем любил песни о смерти и сочинял плохие стихи на тему суицида. Но мрачные сюжеты оставались только в его голове. Он никогда не причинил бы себе боль. А его друг это делал и, вероятно, гордился собой. Иначе зачем было фотографировать изрезанную руку?

-Это ведь Илья? - шепотом спросила подкравшаяся к Артему Лариса. Мальчик подпрыгнул на месте и обернулся, глядя на женщину так, словно его застали за просмотром порнографии. Его палец машинально стукнул по кнопке мыши, закрывая изображение.

-Нет, это... из фильма, - пробормотал Артем.

-На фото видно наш линолеум, Илюшины джинсы и футболку, - возразила Лариса, прижимая руки к груди. - Когда это было?

-Не знаю, - Артем убрал руки со стола, тем самым подтверждая свой отказ раздобыть для Ларисы порочащую сына информацию.

-Если ты мне не скажешь, я сама посмотрю. Думаешь, я не разбираюсь в компьютерах? - Лариса пошла на блеф.

-Дата создания файла - восемнадцатое августа этого года, - сдался Артем. - Тогда же и сделали фото.

Лариса охнула и села на кровать. Совсем недавно! В день рождения Клары! Но когда Илья успел порезать себя? Память тут же подсказала наиболее подходящий вариант: вернувшись из школы, расстроенный Илья заперся у себя в комнате и долго не выходил. У него было достаточно времени, чтобы исполосовать обе руки и ноги.

-Не говори Илюше, что я видела это, - сдавленно попросила Лариса, выплывая из комнаты, подобно привидению.

-Ага, - согласился Артем, возвращаясь к папке "Личное". Но фото порезанной руки оказалось последним, что Илья добавил сюда.

Лариса вернулась в комнату, где ее сын, стоя на подоконнике, сосредоточенно мыл окна. Раньше он домашним хозяйством не занимался, и матери пришлось дать сыну подробную инструкцию. "Вот это - средство для мытья окон, разбрызгиваешь его на стекло и растираешь вот этой тряпкой. А вот этой тщательно протираешь уже чистое стекло..." Илья все быстро запомнил и усердно возил тряпкой по прозрачной поверхности. Лариса остановилась в дверях и какое-то время смотрела на сына, пытаясь сопоставить свое представление о нем с только что увиденным снимком. Еще неделю назад она бы сказала, что такое возможно. Ее сын мог рыдать и водить тупым ножом по гладкой бледной коже. Но не сейчас. Илья так резко изменился в лучшую сторону, что Ларисе даже не хотелось думать о том, каким он был раньше. А что, если эти изменения - ненадолго? Что, если это пройдет? И вместе с ласковыми темными сущностями на кухне закончатся улыбки, понимающие взгляды, энергия и хорошее настроение? Набравшись смелости, Лариса подошла ближе. Илья закатал рукава старой клетчатой рубашки, так что скрыть следы своего отчаяния не смог бы. Но скрывать было нечего. Никакие рубцы не портили болезненную бледность его кожи на обеих руках.

"Раны не могли исчезнуть так быстро, это были не простые царапины, - сказала себе Лариса. - Значит, их никогда и не было. Наверное, он сделал это с помощью одной из модных компьютерных программ. Глупая шутка. Но я рада, что всего лишь шутка".

Илья послал матери теплую улыбку и спрыгнул с подоконника.

-Теперь - кухня? - спросил он.

-Нет, сынок, иди к себе. Спасибо. Остальное я сама.


Кира пришла, когда Артем уже покинул квартиру друга. Девушка поздоровалась с Ларисой, сказала, что у Клары все замечательно, и ушла в комнату Ильи.

-Мелкий, передай Кларе вот это, - попросила она, вынимая из кармана сложенный вчетверо тетрадный лист. Илья развернул его и прочитал:

Александр Моретти родился в 1979 году в Соединенных Штатах Америки (это примерно там, где у нас Североамериканская Федерация). Умер в 2043 году в той же стране. Женат никогда не был, в порочащих связях тоже не замечен (верный-то какой!). Руководил секретным проектом по созданию сверхлюдей - более сильных и выносливых физически, нестареющих и почти ничем не болеющих. Что самое удивительное, у него все получилось! С одним из результатов его работы Клара танцевала медленный танец и ходила в кино.

Еще мне удалось выяснить, что Алекс редко появлялся на публике, ненавидел рассказывать о себе и страдал ожирением (ну молодой-то он хоть не толстый был?). Сейчас он превратился в легендарную фигуру, о которой никто не знает всей правды. В романе про Алекса, который читал Лео, утверждается, что он был влюблен в свою коллегу - симпатичную молодую блондиночку-генетика. А блондиночка его сторонилась. Жирный, хромой, злобный старик с изуродованным лицом - явно не принц! Хоть и гений. Роман заканчивается тем, что блондиночка выходит замуж, а Алекс напивается с горя и умирает. Ложь и провокация! Алекс любил только Рахиль! Но Лео говорит, что он действительно умер в одиночестве, в окружении нескольких пустых бутылок из-под крепкого алкоголя. А на столе у него валялось приглашение на свадьбу коллеги.

-Я этого не передам, - сказал Илья, аккуратно складывая тетрадный лист.

-Почему? - Кира отобрала у него свои записи.

-Потому что Кларе не нужно все это знать, - наставительно заметил Илья. - Кларе нравится Максимилиан, она начинает верить, что может быть счастливой и без Алекса. Ты что, хочешь вернуть этого старого ученого-алкоголика в ее сердце?

-Будет лучше, если она не забудет его, пока все не устаканится, - вздохнув, пояснила Кира. - Пусть у них с Максом все сложится, но где-то в глубине души она будет любить Алекса. Иначе Макс может получить Силу.

-Но ведь Максимилиан обещал отдать один камень тебе на хранение, - напомнил Илья.

-Ты ему веришь? Веришь этому кабачку, выращенному на супертехнологичной грядке?

Илья залился веселым смехом.

-Уверен, Камари не умела так шутить, - сказал он, снимая очки и вытирая выступившие на глазах слезы.

-Забудь ты эту Камари, - фыркнула Кира. -Ну что, передашь телеграмму?

-Как скажешь.

Кира широко улыбнулась, довольная своей напористостью. Максимилиан вызывал у нее какие-то неясные подозрения, но и Алекс (он же Марк) не производил благоприятного впечатления. И она придумала идеальную, с ее точки зрения, схему. Алекс есть, однако Клара об этом пока не знает; развиваются отношения Клары и Макса. Макс не может безраздельно властвовать над сердцем Принцессы, пока в нем жив образ Алекса. Но он, тем не менее, постепенно утверждает в нем в свои права. А затем можно выводить на сцену самого Алекса. Конечно, Клара захочет к нему вернуться, ведь это человек, которого она ждала всю жизнь. При этом легко забыть Макса у нее не получится, она едва ли сможет отдать Алексу всю свою любовь. А когда она все-таки забудет его - к тому моменту Кира, Лео и "мелкий" уже позаботятся о том, чтобы Вселенная была в полной безопасности. Раздражал лишь тот факт, что приходилось манипулировать чувствами сестры. Но что поделаешь, если от ее расположения зависит столь многое...


Никто во дворце Императора не знал, что за девчонка поселилась в одной из гостевых комнат. Но слуги Талврина были образцом исполнительности. Получив приказ угождать незнакомке, они следовали ему без вопросов и раздумий. Из-за этого Клара чувствовала себя вдвойне растерянной. Куда бы они ни пошла, ее ждали со свежим кофе, выдержанным вином, вкусной едой и предложениями чем-нибудь занять себя. Никто ничего не запрещал, не хватал ее за руку, если Клара отправлялась исследовать очередное помещение. "Так недолго и бдительность потерять," - одернула себя девушка, выбирая в библиотеке Императора любовный роман.

Агате нельзя было приходить к Кларе, но являться во дворец она могла когда угодно. Его размеры позволяли находиться там одновременно и при этом не попадаться друг другу на глаза двум десяткам людей. Более того, слуги все равно не знали, что девушки не должны встречаться. В первый же вечер Клариного заточения в золотой клетке Агата пришла к своей сопернице и застала ее за чтением. Герои романа уже в третий раз предавались бурной страсти; Клара краснела, чувствовала себя отставшей от жизни и пыталась запомнить что-нибудь полезное для себя и Максимилиана.

Агата пришла ненадолго и выглядела совершенно разбитой. Она даже не пыталась скрыть свои чувства за ледяной маской, которая, казалось, растаяла раз и навсегда. Зато она пыталась что-то скрыть за высоким воротником водолазки, неуместной в такую теплую погоду. "Такое впечатление, что ее вампир укусил, - подумала Клара. - Бедняжка, простудился наверняка. У нее кровь, должно быть, холодная, как мороженое."

Как только шеф полиции ушла, Клара получила мысленную телеграмму от Ильи. Она была шокирована. Ее Алекс достиг немыслимых высот в выбранной профессии - приятная новость. Он умер всеми позабытый, напившись до чертиков - ком в горле. Максимилиан был создан им в секретной лаборатории - глаза на лбу и нижняя челюсть стремится к полу.

-Так сколько же ему лет? - спросила Клара.

-Талврину - около восьмисот, - ответил Илья. - Следовательно, твоя прошлая жизнь оборвалась такое же количество лет назад. Алекс был практически твоим ровесником, а Максимилиан появился либо незадолго до его смерти, либо сразу после нее. Вот и считай. Примерно семьсот сорок.

Клара была в смятении. Однако ее отношение к Максимилиану не стало хуже. Она лишь твердо решила не заводить с ним разговор о его происхождении. Вдруг он стыдится того, что не является полноценным человеком?

На следующий день Агата снова прятала почти всю шею, но теперь она выбрала белую блузку со стоячим воротником. Изменилось и ее лицо. К Агате вернулась всепобеждающая уверенность в себе, которая сдавила Клару стальными тисками.

-Император вернется через пару дней, - предупредила она. - Я не знаю, что он замышляет, но будь готова ко всему: от объявления о вашей помолвке до внедрения в "Крылья Свободы".

На третий день Агата пришла в неожиданно летнем оранжевом платье с открытой спиной и юбкой в складку. Насколько Клара знала, она никогда таких не носила; даже на очаровательных фотографиях с курортов, где Агата составляла компанию своему венценосному жениху, на ней были строгие платья из легких материалов или вообще брюки. Радостный блеск серых глаз Агаты соответствовал оранжевому настроению наряда. Казалось, она помолодела лет на пять.

-У вас какой-то праздник? - позволила себе поинтересоваться Клара.

-Можно сказать и так, - уклончиво ответила Агата.


Дела, ради которых Талврин оставил Клару под присмотром Агаты, ждали его в Южной Америке. О них почти никто в мире не знал, потому что, несмотря на масштабы катастрофы, СМИ о ней умалчивали. Там произошло мощное восстание местного населения, охватившее несколько крупных городов. Эти города объединились и провозгласили на своей территории независимое от власти Талврина государство. А чтобы Талврин не вздумал направлять туда армию, разрушающую все на своем пути, повстанцы взяли в заложники сына и дочь Императора от недавно расторгнутого брака. Они не понимали, что, охладев к супруге, Талврин забывал и о рожденных ей детях.

Самолет Императора ожидала толпа вооруженных до зубов солдат. Они готовы были расстрелять ненавистного тирана, если бы тот позволил себе хоть одно грозное слово. К сожалению, никто точно не знал, что означает бессмертие Талврина. Многие полагали, что, если пуля попадет ему в голову, он умрет, как всякий другой человек.

Императора сопровождал только Альфред Риверс. Его опрятный вид действовал на повстанцев, как красная тряпка на быка: женоподобный молодой интеллигент так и напрашивался на кулаки. Но и сам Император действовал на них не лучше: он гордо вышагивал, осматривая солдат, как рой муравьев. В его взгляде не было и тени страха.

Лидеры повстанцев и еще пара тысяч любопытных ждали Императора на главной площади города, в окружении старинных особняков богачей, здания мэрии и католического храма. Туда Император добрался на военном автомобиле, с нацеленным в лоб дулом автомата.

-Учтите, сеньор Талврин: одно неверное движение - и вашим детям выпустят кишки, - предупредил молодой парень, занимавшийся абсолютно бесполезным делом - он держал на мушке темную сущность.

-Если бы я этого не учитывал, то не приехал бы сюда на переговоры, - важно ответил Император.

Автомобиль остановился на одной из улиц, которые вели к площади. Идти было далеко, но подъехать ближе не представлялось возможным: все подступы к площади занимали люди. Они безнаказанно ругали Императора, уничтожали памятники ему и держали взаперти его детей уже почти месяц. В их распоряжении оказались гигантские запасы нефти, газа и руды, вместе с фабриками и заводами. И, несмотря на это, Император лишь посылал к ним парламентеров, которые либо возвращались ни с чем, либо вообще не возвращались. Создавалось впечатление, что Император ослаб и не сможет удержать мятежную территорию. Эта площадь казалась повстанцам местом, где вот-вот свершится историческое событие.

Альфреду не позволили сопровождать Талврина, и он остался в машине, под присмотром двоих парней с оружием.

-Выглядишь ты как-то убого, - заметил один из них. - Не тянешь на охрану. Может, ты мастер боевых искусств? Или злой колдун?

Альфред молча улыбнулся в ответ. Обоих солдат бросило в дрожь, и они крепче вцепились в свои автоматы.

Император поднялся на установленную в центре площади сцену. В качестве декораций для премьерного спектакля сюда поставили два стула и стол. На одном из стульев уже сидел латиноамериканец лет шестидесяти, такого мощного телосложения, что по сравнению с ним Талврин казался тощим карликом. Этот человек был президентом уже три недели, и от Талврина требовалось признать его власть, а значит - отказаться от собственной. Президент поднялся, когда по лестнице взошел Талврин, и поприветствовал его кивком. Император ответил ему коротким "здравствуйте" и опустился на стул. Он знал, что на него смотрят бесчисленные дула и множество пуль готовы прошить его тело в любое мгновение. И это его будоражило, как скайдайвера - предстоящий прыжок.

Президент изложил условия, выполнения которых он и его народ ждали от Императора. Передача власти должна была осуществиться мгновенно. В принципе, она уже осуществилась, оставалось лишь закрепить это подписью. Соответствующий документ был торжественно положен на стол перед Императором. Всего один росчерк пера - и дети Талврина выходили на свободу, а территория с почти сорокамиллионным населением обретала полную самостоятельность. Ту, которая еще четыре века назад была привилегией всех государств мира.

-А теперь мои условия, - парировал Император, медленно разрывая документ на части. - Я великодушно прощу вас за этот месяц беспорядков, если вы смиренно покаетесь в своей глупости.

Талврин развел руки в стороны, и ветер подхватил обрывки надежды сорока миллионов человек. В то же мгновение раздался десяток выстрелов. Император упал со стула. В его теле оказалось девять пуль, три из которых попали в голову. Кровь заливала доски, составлявшие пол сцены.

Если бы речь шла об обычном человеке, на площади не повисла бы такая зловещая тишина. Однако Император жил слишком долго, чтобы все было настолько просто. Никто в толпе не смел пошевелиться; только президент поднялся со стула и медленно приближался к поверженному тирану.

Талврин встал на колени. В его груди и голове все еще зияли раны, превращая Императора в образцового ходячего мертвеца. Снайпер, притаившийся на крыше мэрии, выстрелил ему в затылок. Талврин дернулся, как будто его ударили по голове, и оперся на опрокинутый стул. Прозвучали еще несколько выстрелов, но пули, остановившись на полпути, развернулись и помчались прямиком в сердца тех, кто спускал курки. Скорость оказалась достаточно большой, чтобы смертельно ранить стрелков.

Император поднялся на ноги и выпрямился. Раны на его теле затягивались так, словно кто-то стирал их ластиком, как неудачные штрихи. Он выставил руку вперед, демонстрируя десять пуль в своей ладони, а затем перевернул ее. Пули упали на пол и покатились по окровавленным доскам.

Выстрелы звучали, как на передовой линии, но они уже не достигали цели. Какой-то смельчак запрыгнул на сцену с ножом в руке. Он не успела замахнуться - его волосы и одежда занялись ярким пламенем. Смельчак заорал и свалился в толпу, заставляя людей разбегаться кто куда. Но пламя уже поглотило всех, кто находился поблизости, перепрыгивая с одной головы на другую, словно играющий дикий зверек. Повстанцы хлынули с площади по прилегающим улицам. Зря: огонь уже было не остановить. Император, которого хотели сделать главным героем спектакля, стал его зрителем: он возвышался на сцене и любовался горящим человеческим морем.

-Кажется, я давно не напоминал, как сумел завоевать этот прекрасный мир, - улыбаясь президенту, сказал Талврин. Латиноамериканец озирался по сторонам, стараясь сохранить достоинство и не зная, имеет ли это смысл. Языки пламени, сжигая бегущих горожан, лизали стены каменных домов, уничтожали стволы деревьев. Начали взрываться автомобили. - Вы и забыли, как жесток я могу быть, если кто-то меня разозлит. Да, мне нравятся дорогие вина, красивая одежда и обворожительные женщины. Но еще больше мне нравится смотреть, как умирают мои враги.

-Ваши дети уже убиты, - процедил президент. Казалось, весь город утонул в огне. Даже небо исчезало в дыму - остались только два человека на деревянных подмостках, защищенные от пожара.

-Это были ничтожества: лентяй и потаскуха, - поморщился Император. - Они все равно позорили меня.

Костюм президента вспыхнул так, будто его насквозь пропитал бензин и кто-то коварный поднес к нему зажженную спичку. Император взмыл в воздух, позволяя огню уничтожить и сцену. Он поднимался над полыхающим городом и улыбался, как победитель. Думая, что пожар расползается от центральной площади, люди устремились к его окраинам. Но неукротимое пламя появлялось и там. Выхода не было. Город, в котором жили девять миллионов человек, превратился в огненную западню. Спаслись единицы.


Пожар бушевал шесть часов, полностью уничтожив некогда процветающий мегаполис, а затем потух всего за полминуты. Тем временем части Императорской Армии брали другие мятежные города, по которым уже бродили слухи о том, что случилось в столице. Слухи распустили с позволения Талврина, и были они следующего содержания. За месяц самоуправления в городе начался голод, и жители радостно встретили императорские войска. Тогда разозленный президент приказал сжечь неблагодарную столицу. По этой версии, сам он не погиб; но, выслушав рассказы якобы с трудом спасшихся погорельцев, жители других мятежных городов сами готовы были его убить.

С сепаратистами было покончено.


Самолет поднялся в воздух, унося Императора и его верного слугу Альфреда Риверса на другой континент. Талврин поднял бокал за свое могущество, которому никто не может бросить вызов.

-Давно я не преподавал своему народу таких жестоких уроков, - признался он, отхлебывая шампанское. - Огонь - моя стихия.

-Вы были великолепны, - восхитился Альфред. - Позволили им ребячиться, играя в самостоятельность, затем дали выбор и наказали за то, что они его сделали неправильно. Это мудро.

-Конечно.

Талврин был невероятно доволен собой. Наверное, будь рядом зеркало, он расцеловал бы собственное отражение. Массовые убийства всегда помогали ему держать самооценку и настроение на самом высоком уровне.


## Глава 13. Возвращение Стража.


Возвращаясь с очередной репетиции, Вера как-то незаметно для себя увязалась за Ильей. Она не то чтобы шла за ним по пятам - просто, доказывая свою точку зрения на воплощение роли Букваря, оставила позади нужную станцию метро.

-Еще пять минут - и мы будем у меня дома, - оповестил ее Илья. - Решила зайти на чай?

Вера вспыхнула от негодования.

-Что-то я заболталась, - сказала она в свое оправдание и, попрощавшись, ушла прочь.

Однако, стоило ей отойти на несколько метров от Ильи, как она встретила держащихся за руки Таню и Родиона. Судя по выражениям их лиц, они сочли, будто Вера сознательно провожала Илью до дома.

-Вот не надо было выпендриваться раньше времени, - со смехом посоветовал Родион. - Как говорит моей маме бабушка: не выбрасывай вышедшую из моды одежду, начнутся тяжелые времена - за милую душу носить будешь!

Тане очень хотелось рассмеяться. И она рассмеялась. Вера ничего не ответила.


Марк покидал своего ученика - девятилетнего мальчика, которому на лето задали прочитать книгу сказок. Мальчик ненавидел английский, книги и сидеть на одном месте дольше десяти минут. Но Марку всегда удавалось невозможное: заинтересовывать этого ребенка своим предметом. Правда, теперь его навыки бесследно исчезли. Марк с трудом объяснял грамматические правила, хотя явно знал их, и забыл все свои педагогические уловки. Мальчик этим воспользовался: превратился в маленького монстра.

-Мама! - завопил ученик, когда разъяренный Марк прикрикнул на него. - Марк Матвеевич меня бьет!

Марк чуть не свалился со стула от такого заявления. Но мать поверила своему ребенку и выставила бессовестного репетитора за дверь, пообещав подать на него в суд. Так он потерял еще одного ученика. Оставалась только пенсионерка, которой Марк нравился больше, чем английский язык.

-Это сплошное мучение! - воскликнул Марк, оказавшись на улице. Потом, понизив голос, добавил: - Надо что-то предпринимать, иначе скоро придется покончить с собой. Пока эта жизнь не имеет смысла - она только раздражает. Надо ж было попасть в тело такого неудачника!

И Марк направился к своей последней ученице, которая в этот момент орошала себя сладкими духами и выбирала самый нарядный костюм из своего гардероба.


Клара ждала возвращения Талврина со страхом. Новые объятия, поцелуи и... мало ли что еще? Прочитав два с половиной любовных романа, Клара содрогалась от ужаса, представляя на месте героинь себя, а на месте героя - Императора. Максимилиану она хотела позволить это, пусть и не сразу, а через несколько месяцев, когда получше узнает его и морально подготовится к столь серьезному шагу. Но Императору путь в ее постель был заказан!

Талврин, на чьей совести теперь было на девять миллионов жизней больше, легко сменил личину кровавого диктатора на образ пылкого воздыхателя. Он сразу осведомился, как его возлюбленная провела время, и пошел с ней в один из лучших ресторанов города. Это было как в кино: весь зал - для них двоих. Жаль только, что вместо мелодрамы Клара участвовала в триллере.

-Я очень соскучилась по своим сестрам и друзьям, - пожаловалась Клара, поддевая вилкой кочанчик брюссельской капусты. - Когда мне можно с ними увидеться?

-Когда угодно, я ведь ничего вам не запрещаю! - расплылся в улыбке Талврин.

-Просто было неудобно звать их во дворец, да и вообще - сестры были заняты переездом, - ответила Клара с еще более добродушной улыбкой.

-Понимаю. Вы - сама тактичность. Думаю, сегодня вечером можно позвать всех, кого хотите.

Но до вечера Кларе пришлось пережить жуткие мгновения. Вернувшись во дворец, Император привел гостью в полюбившуюся ей библиотеку и сделал ожидаемое признание. Вдали от прекрасной девушки, занимаясь важными делами, он понял, что именно такую, как она, искал целую вечность.

-Вы - удивительное создание, - сказал он, приближаясь к Кларе в мягком желтом свете библиотеки. Клара делала крошечные шажки назад, пока не наткнулась на книжный шкаф. - Если не приглядется - никогда не поймешь, какое вы сокровище. Но стоит узнать, что вы из себя представляете, как становится ясно: в мире больше нет вам подобных, вы уникальны. В вашем сиянии тускнеет блеск самых красивых женщин, ради ваших прекрасных глаз хочется совершать подвиги. Ваша счастливая улыбка - предел мечтаний.

Когда Клара была чуть младше, она часто воображала себе, как Алекс говорит ей что-то в этом роде. Пускай она не отличается яркой внешностью и неземным обаянием, но он - может быть, он один - увидел в ней что-то, чего нет ни у какой красавицы. И в его глазах это возносит Клару на недосягаемую высоту. Какими же глупыми были ее мечты! Наверное, такой, как она, эти слова нельзя говорить от чистого сердца. Даже Алекс любил очаровательную капризную Рахиль, на что, как говорится, любой дурак способен.

Но... может быть, Максимилиан мог бы такое сказать? Кларе хотелось в это верить. Вспоминая улыбку Максимилиана, девушка отказывалась думать, что он притворяется. Она ему понравилась - такая, какая есть. И точка. За семь с половиной веков жизни он встречал много шикарных распутниц, а скромная, добрая и наивная девушка стала для него глотком свежего воздуха.

Семь с половиной веков... Во что должен превратиться внутренний мир человека за столько лет? Ради чего жить, если жизни нет ни конца, ни края? Клара знала, для чего проходит каждый ее день. Когда погибли родители, она осталась единственной, кто мог позаботиться о сестрах, особенно - о Вере, которая была совсем ребенком. Теперь Клара видела две цели: не подвергнуть никого опасности (она, сама того не желая, была причиной многих бед) и встретить собственное счастье. Талврин, жизнь которого также продолжалась уже слишком долго, искал удовольствий и старался удерживать власть над миром. А Максимилиан? Когда видишь смерть всех своих близких, наблюдаешь смену эпох - наверное, начинаешь считать ежедневную суету бессмысленной. Не потому ли он приставил пистолет к своему виску, что не понимал, как лучше употребить подаренную Алексом вечность?

Мог ли такой человек полюбить Клару? По его меркам, она состарится и умрет прежде, чем он успеет к ней привыкнуть.

Слишком много вопросов. Отвечая на один, она сразу сталкивалась с новым.

-Простите меня, Клара, - вернул ее к реальности голос Талврина. - Я бессмертный могущественный повелитель, но в то же время, я - всего лишь мужчина. Любить вас - это само по себе счастье, но мне хотелось бы знать, что вы не отвергаете мои чувства.

"А что он до этого бубнил? - спохватилась Клара. - Не стоило отвлекаться. С ним всегда надо быть начеку".

-Нет, я не отвергаю, - сказала Клара и опустила ресницы.

-Вы делаете меня счастливейшим из людей! - воскликнул Талврин, жадно припадая к губам девушки. Клара уперлась ладонями в грудь Императора, пытаясь оттолкнуть его, но потерпела неудачу. Тогда она попробовала отвернуться - рука Талврина тут же легла на ее затылок, фиксируя положение головы. Больше ничего не оставалось, и Клара сдавленно запищала.

-Вы сказали, что не отвергаете меня, - напомнил Талврин, отпуская жертву. - Но, кажется, вам неприятны мои поцелуи.

"В точку, - мысленно ответила девушка. - Хотя нет - это преуменьшение. Мне противно!"

Вслух же она сказала:

-Я просто не привыкла... к такому. И не думаю, что наши отношения зашли достаточно далеко... для поцелуев.

-Я восхищен вашей чистотой, - лениво похвалил ее Император. На самом деле он медленно приходил в ярость. Лишь совершенствам, таким, как Агата, было позволено томить его ожиданием. А Клара носила унылое звание "абсолютной посредственности". Она должна была забыть о своих комплексах и нравственных принципах, как только лучший из земных мужчин проявил к ней интерес! Так почему же она ищет пути к отступлению? Талврин мог бы предположить, что Клара невинна, как дитя, и бесстрашна, как амазонка, поэтому тянет время и не боится последствий. Но этот вариант он даже не стал рассматривать, а сразу перешел к другому. Клара знала, как полезна ее любовь, и догадывалась, что Император видел в ней лишь ключ к власти.

-Спасибо, мне приятно это слышать, - улыбнулась Клара. Взглянув на Талврина, она похолодела: в его глазах разгоралась злоба.

-Но прошу вас, не забывайте, что я все-таки ваш повелитель, - с едва различимой угрозой в медовом голосе сказал он. - И, если полюбил вас, то могу приказать любить в ответ.

-Разве можно приказать сердцу? - вырвалось у Клары. Она смотрела на Императора своими чистыми небесно-голубыми глазами, которые убили бы низменные желания в любом нормальном мужчине. Как можно обидеть это хрупкое наивное существо? Но Талврин не был нормальным. Для него девять миллионов жизней не имели значения. А уж чья-то невинность - и подавно.

-Сердцу приказать нельзя, - согласился он. - Но, насколько я знаю, с телом все обстоит иначе.

Клара вжалась спиной в шкаф, благо он стоял у стены и опрокинуться не мог.

-Я привык получать все, как только захочу этого, - прошипел Талврин на ухо Кларе. - И я хочу вас.

Он провел указательным пальцем по шее девушки, остановившись на выпирающей ключице.

-Я не могу так сразу, - слабым голосом отозвалась Клара. По ее телу прошла дрожь, и к желанию она не имела никакого отношения.

-Вы не доверяете мне? Я вам не нравлюсь?

Кларе предстояло выбрать, жертвой какого преступления стать: изнасилования или убийства. К сожалению, времени на раздумья у нее не было.

-Я просто не готова, - сказала она, глядя вправо. Там была дверь. К сожалению, закрытая.

Талврин усмехнулся. Этот звук резанул по Клариной коже, словно лезвие.

-Ты боишься?

Клара кивнула.

-Меня?

Это слово было сказано прямо над Клариным ухом. Жар дыхания Императора напугал бы ее, если бы его рука, скользнувшая под материю блузки, не отвлекла все внимание на себя.

Клара вскрикнула и бросилась к двери, но не сделала и двух шагов - Император схватил ее за руку. Затем он толкнул девушку, и та упала на ковер, почти столь же мягкий, как в у нее в комнате. Талврин сел на нее сверху, словно для того, чтобы удобнее было бить по лицу. Но бить Клару он не собирался - во всяком случае, без лишней необходимости. Необходимость, правда, возникла почти сразу: девушка сделала попытку уползти. Император ударил ее наотмашь по лицу, а потом одной рукой прижал Кларины запястья к ковру у нее над головой. Вторая рука рванула блузку. Мелкие пуговицы полетели в разные стороны, оседая между длинными ворсинками.

Император осмотрел то, что открылось его взору, и недовольно поморщился. Клара этого не видела - она зажмурилась. Что бы Талврин ни хотел с ней сделать, лучше было на это не смотреть. Ощущений хватит сполна.

-Многие женщины были бы счастливы, если бы я предложил им только плотские утехи. - Он произнес это раздраженно, как родитель, битый час уговаривающий капризного ребенка принять горькое лекарство. - А тебе я даже признался в любви. Чего еще ты хочешь?

Клара хотела, чтобы ее оставили в покое.

-Неужели тебе стало известно, что ты Принцесса? - тихо спросил Император, наклоняясь над своей жертвой. Девушка вздрогнула и распахнула глаза, подтверждая догадку Талврина. Это вывело его из себя. Как она посмела водить его за нос?! - Я удивлен! Значит, твои защитники настолько глупы, что рассказали тебе о твоем предназначении? Теперь, зная, что всеми твоими поклонниками движет жажда выгоды, ты никому не откроешь свое сердце! Они сами лишили себя возможности получить безграничную власть!

-Они на это и рассчитывали! - закричала Клара. Император бесцеремонно стягивал простой белый бюстгальтер с ее груди, и она внезапно поняла, что убийство лучше изнасилования. - Они хотят спасти мир, а не править им! Не все такие корыстные, как ты!

-Кого из них ты так защищаешь? - прищурился Талврин. - Постой, не говори. Максимилиана Эдвардса? Конечно, его. - Талврин разразился смехом, сотрясшим библиотеку. - Неужели ты влюбилась в него? Как этот Максимилиан хитер! Сумел доказать тебе, что он - единственный, кто будет тебя искренне любить!

-Он бы так не поступил! - кричала Клара. Она повернула голову вправо, снова закрыв глаза, и на длинные ворсинки ковра падали ее слезы. Император стаскивал с нее юбку. Еще никто, кроме сестер, не видел ее в таком наряде - одни трусики. Но даже теперь самым важным было оправдать человека, который, по мнению Клары, был чист перед ней.

-Да что ты вообще о нем знаешь? - выдохнул Талврин ей в ухо. С каждой секундой он наклонялся все ниже и ниже, а его руки беспорядочно скользили по телу девушки. - Чем он занимался, как жил? Вряд ли он рассказал тебе об этом. Ты жалкая, Клара. Просто несчастная одинокая девчонка, готовая полюбить первого, кто ее поманит. Так почему бы не привязаться к первому, кто тобой овладеет?

Талврин сбросил собственную рубашку вполне приличного кремового цвета и склонился совсем низко. Его дыхание щекотало шею Клары. А ожерелье с пятью синими камнями коснулось кожи на ее груди.

Темнота, словно вязкая жидкость, быстро наполнила библиотеку, поглотив книжные шкафы, мягкие кресла, тяжелые столы, разливающие уютный свет люстры и даже Императора. Клара, снова полностью одетая, отползла в сторону - на всякий случай. Поднимаясь на ноги, она поняла, что ее туалет претерпел значительные изменения. Вместо легкой белой юбки до колен и бледно-розовой блузки на Кларе было длинное платье с прозрачными рукавами цвета морской волны и многослойным подолом. Девушка вытянула перед собой руки и заметила, что они стали чуть смуглее. А на укоротившихся пальцах сверкали драгоценными камнями массивные кольца.

Клара понимала, что должна испугаться, но не испытывала страха. Все происходящее казалось ей довольно естественным. Неожиданным, бесспорно, - и все-таки естественным.

Перед Кларой появились пять сияющих синих точек. Яркий свет, исходящий от них, резал глаза, но не разгонял темноту. Правда, темнота была относительной: видела же Клара свое платье и руки.

-Хасана, - позвал чей-то низкий, почти бархатный голос. Клара обернулась туда, откуда он доносился, и увидела высокого бородатого старца с кудрявыми седыми волосами. На нем были черные штаны и рубаха без пуговиц, контрастировавшие с широким белоснежным плащом на могучих плечах гостя. - Это я, Страж.

-Адли, - догадалась Клара. Ее сердце заполнило презрение: отец всегда дурно отзывался об этом человеке. И она полностью разделяла его мнение. Царь Сина был легковерен и считал, что смог победить его. Как же. Адли всех использовал. Отца, жрицу, ее саму.

-Верни Силу в камни, - ласково попросил Адли, направляясь к Принцессе.

-Нет! - Клара капризно топнула ножкой. - Отец не этого от меня хотел!

-А чего он от тебя хотел? - нахмурился Адли. Не грозно - скорее, удивленно.

-Чтобы я была счастлива! - сказала Клара. Ее голос звучал совсем по-детски, но это тоже было нормально. - Чтобы я стала женой величайшего из правителей! Поэтому сила всех камней должна быть освобождена!

Адли сделал два широких шага, сократив дистанцию между собой и Принцессой. Их близость была бы неприличной, если бы все это происходило на самом деле.

-Клара, я обращаюсь к тебе, - проникновенно сказал Страж.

-Здесь нет Клары, - ответила Принцесса, уверенно глядя Адли в глаза.

-Клара, - повторил Адли, улыбнувшись, - разве ты не хочешь передать Силу Максимилиану?

Клара отпрянула. Она должна была наступить на длинный подол, но этого не случилось. Юбка стала короче - до колен - и сменила цвет на белый. Пальцы же стали легкими, как перышки, потому что все кольца, кроме одного серебряного, исчезли. Серебряное кольцо с хризопразом было маминым подарком на восемнадцатилетие. Больше мама ничего не дарила. Она погибла в аварии.

Адли наблюдал за превращением Хасаны в Клару с довольной улыбкой на тонких губах. Он смотрел мудро и одновременно насмешливо. В этом было что-то знакомое.

-Клара, ты отнимешь Силу у Талврина? - снова спросил он, скрещивая руки на груди. - Он ее недостоин.

-А что для этого нужно? - деловым тоном поинтересовалась Клара, оглядываясь на пять источников мертвого синего света.

-Просто возьми их в руку, - проинструктировал Адли. - Представь, что это светлячки, и поймай.

Клара кивнула и повернулась к сияющим синим точкам. Они парили в воздухе, напоминая лампочки праздничной гирлянды.

Темнота отступила. Синие точки растворились. Адли пропал. Талврин отполз к одному из кресел и тяжело дышал, сжигая взглядом лежащую на ковре Клару.

-Тварь, - выплюнул он, совсем забыв о полюбившемся ему высоком стиле. - Что ты пыталась сделать?!

Клара еще не пришла в себя, поэтому английские слова остались для нее набором звуков.

-Ты чуть не отняла мою Силу! - заорал Император, поднимаясь на ноги. Для него все произошло мгновенно: за прикосновением ожерелья к Клариной коже последовала внезапная и до боли понятная слабость. Он едва успел отпрыгнуть, чтобы его украшение не стало простым ювелирным изделием. - Сдохни, гадина!

Император набросился на Клару, собираясь сдавить ее тонкую шейку своими сильными толстыми пальцами. Но какая-то неведомая сила отбросила его в сторону, ударив спиной об один из книжных шкафов. Шкаф грохнулся на пол.

Клара встала, подобрала юбку и выбежала из библиотеки. В коридоре она кое-как привела себя в порядок, после чего кинулась к выходу из дворца. Но ее задержала охрана. Основа, только что спасшая Принцессу, теперь отказалась ее защищать. Охранники привели Клару в гостевую комнату, куда через несколько минут наведался Император. К тому времени девушка уже была в зеленом платье с широким поясом, которое понравилось ей тем, что попалось на глаза первым.

-Вот, значит, какая ты, Принцесса, - произнес Талврин. Его голос сочился ядом. - Что ж, видно, ласка тебе не по душе. К счастью, в моем арсенале множество других методов убеждения.

-А в чем вы хотите меня убедить? - спросила Клара. Она мысленно хвалила себя за то, что смотрела в глаза Императору без страха, и ругала за тон приговоренного к смертной казни.

-В том, что ты должна мне служить.

-Как служить? Любить вас? Я не могу этого сделать. Вы это и сами понимаете.

Император глубоко вдохнул и медленно выдохнул, будто пытаясь унять вспышку гнева.

-Что ж, обойдемся без любви. Но в остальном ты должна быть послушнее самого преданного раба. Поклянись жизнью Максимилиана Эдвардса, что никогда больше не попробуешь отнять у меня Силу.

Клара не была суеверной девушкой, но клясться столь важными для нее вещами она не могла. Тем более, что собиралась нарушить клятву.

-Молчишь, - усмехнулся Император. - Ладно, посмотрим, как ты запоешь после встречи с друзьями.

Талврин ушел, громко хлопнув дверью. Если бы он вложил в этот жест чуть больше силы, дверь точно слетела бы с петель.

Клара закрыла лицо дрожащими руками. Ее жизнь превращалась в кошмар. А виноваты в этом были давно умершие люди и ее обожаемая младшая сестра.

-Что-то случилось? - заботливо поинтересовался голос Ильи.

-Ничего не случилось. - Клара попыталась избежать разговора.

-Брось, я ведь чувствую. Расскажи, мне надо все знать.

Клара думала, что Илье, наоборот, следует знать как можно меньше. Он самый младший в этой компании, ему даже нет восемнадцати. У него больное сердце и слабая психика. Его нужно держать подальше от того глубокого обрыва, на краю которого сейчас балансирует все окружение Принцессы.

Впрочем, свои мысли Клара высказывать не стала. Она послушно обрисовала сложившуюся ситуацию и чуть не расплакалась, подбирая нейтральные выражения для описания попытки изнасилования.

-Если бы ты действовала чуть быстрее, то отняла бы Силу, но он тут же смог бы ее вернуть. Камни оставались в ожерелье, а ожерелье - на груди Талврина. Чтобы покончить с его могуществом, придется отнять украшение.

Потом Илья "отключился". Клара свернулась калачиком на заправленной кровати, отгоняя свежие воспоминания о случившемся в библиотеке. Подумать только - а совсем недавно поцелуй Максимилиана показался ей наглостью!

Максимилиан Эдвардс... Раньше он не называл своей фамилии. А ведь...

"Какое дурацкое имя, тебе так не кажется?" - спрашивает Алекс. Ему двенадцать, и он сидит за письменным столом у нее в комнате. А Рахиль, устроившись на кровати, читает ему начало своего нового романа. Точнее, первой части романа. Планируется целая фэнтези-эпопея о приключениях сильного и очень красивого воина. Алексу не особенно нравится фэнтези, но еще меньше - то, что герой прекрасен, как Аполлон. Это показывает, сколь высоко Рахиль ценит внешние данные. Настанет время, и ее безобразному другу придется посторониться, уступив дорогу симпатичным парням. Рахиль это понимает, смущается и корит себя за то, что упомянула о сногсшибательной привлекательности героя. Главное-то все равно в другом: он искусный воин, медиум и целитель.

"Дурацкое? - возмущается Рахиль. - "Максимилиан Эдвардс" звучит не глупее, чем "Рэйчел Келлерман" или "Алекс Моретти"! Так что не придирайся!"

Не все зовут ее Рахилью, хотя она представляется именно так. Мама почему-то хочет англоизировать имена всех членов семьи, будто стесняясь своего происхождения. Глава семейства Авраам легко превратился в тезку великого американского президента, а сама она, Любовь, после долгих раздумий переквалифицировалась в Либби.

"Ладно, не придираюсь," - сдается Алекс.

"И будешь придумывать со мной сюжет?" - радуется Рахиль.

"Буду," - соглашается он. Это уже пятый или шестой роман, который они совместно пишут. Все истории начинаются очень серьезно, а заканчиваются отборным бредом. Рахиль не любит писать, но ей нравится придумывать абсурдные сюжеты вместе с лучшим другом. Это всегда очень весело.

"Только на этот раз - без всякого идиотизма! - предупреждает Рахиль. - Никаких битв с бешеной кукурузой и озабоченных инопланетян!"

Алекс обещает, что сам Достоевский обзавидуется на их роман. Максимилиан Эдвардс действительно продержится дольше других героев - на его приключения друзья изведут не один десяток тетрадей. Но Рахиль все равно будет хохотать до упаду, придумывая подробности его похода за Таинственным Золотым Унитазом, который исполняет желания, если справить в него нужду.

-Так вот где он взял имя, - прошептала Клара. На ее губах медленно расцветала нежная улыбка. - Он назвал свое творение именем нашего любимого персонажа. Алекс, милый... прости, кажется, я полюбила то, что создано тобой.


## Глава 14. Участь палача.


-Боже, ты умеешь готовить? - со смехом спросил Максимилиан, появившись на кухне. Там, с видом ученого-химика, хозяйничал Лео. Он оглянулся на вошедшего через плечо и виновато сказал:

-Да. Немного.

Максимилиан похлопал его по спине в знак того, что смех выражал удивление, а не пренебрежение.

-Сколько полезных навыков у воинов Совета!

-Простите, - чуть покраснел Лео, - но воины тоже где-то живут. Я живу с бабушкой. Она уже старенькая, и ей нужно помогать по хозяйству.

Максимилиан молча кивнул и тут же, зажмурившись, упал на колени. Он стискивал голову руками, будто не давая ей расколоться надвое.

-Что с вами? - взволнованно спросил Лео, присаживаясь на корточки рядом со старшим товарищем.

-Меня вызывает... мой господин, - тяжело дыша, ответил Максимилиан. В последние слова он вложил столько ненависти, что это напугало даже Лео. - Тебя он, кстати, тоже хочет видеть.

Лео выключил плиту.


Талврин устроил прием в главном обеденном зале, где не рекомендовалось смотреть в потолок, потому что от избытка мелких хрустальных деталей красных и черных люстр начинало рябить в глазах. Он восседал во главе огромного стола, накрытого всего на семь персон. По правую руку от него расположилась Агата, снова холодная и строгая, как обычно. Слева ждала своей участи Клара. А за спиной Талврина застыл Альфред Риверс. Клара уже знала, что он темная сущность, и все время поглядывала на него. Тот вел себя, как часовой на посту: не двигался и не менялся в лице. Можно было подумать, что Император, за неимением живых слуг, поставил в обеденном зале манекен. После восьмого взгляда Клара уже расслабилась и принялась изучать красивое лицо темной сущности. Вот тут Альфред и вогнал любопытную девушку в краску, подмигнув ей.

В зал вошел Илья, низко поклонившийся Императору. Клара так рада была его видеть, что хотела броситься навстречу и даже привстала со стула. Но, конечно, сразу опустилась обратно. Илья заметил это и послал девушке ласковую улыбку. Она словно говорила: не бойся, я тебя в обиду не дам.

Илья занял место рядом с Кларой и сжал ее руку под столом. Девушка ответила тем же. Ей было приятно: этот мальчик все-таки научился переживать о других людях.

Следующей пришла Кира. Она не стала церемониться, вытащила Клару из-за стола и стиснула в своих объятиях.

Последними явились Лео и Максимилиан: первый, как водится, в черном костюме, второй - в неподобающих джинсах и синей рубашке с короткими рукавами. Кларино сердце сделало сальто. Несколько дней вдали от Максимилиана - и она успела отвыкнуть от его сводящей с ума сексуальности. Теперь его присутствие ударило ей в голову, как крепкое вино.

-Блин, он что, спит и моется в пиджаке? - чуть слышно проворчала Кира, имея в виду, разумеется, Лео.

Максимилиан сел справа от Агаты, то есть почти напротив Клары. Их взгляды встретились, и Клара окончательно захмелела от чувств. Наверное, еще немного - и она смогла бы перелезть к нему через стол.

Начался ужин, во время которого Талврин склонял окружение Принцессы к светской беседе об искусстве. Илья, еще недавно боявшийся учителей, одноклассников и даже уборщиц в школе, охотно ее поддерживал. Причем единственный - у Киры не хватало для такого разговора знаний, у Максимилиана - желания, а Лео, видимо, просто не получил соответствующих инструкций.

-Что ж, теперь перейдем к десерту, а затем - и к делу, - сказал наконец Император. Альфред вышел за дверь и вскоре вернулся с большим блестящим подносом, на котором красовались тарелочки с очаровательными крохотными пирожными. Кроме Талврина, на ужин никто не налегал, и эти сладкие шедевры тоже остались без внимания. Только Илья ковырнул вилочкой нечто клубничное, но остался недоволен. Что было странно - он всегда любил сладкое и съедал до пяти шоколадных батончиков в день.

Уничтожив десерт, Талврин с достоинством выпил кофе и попросил Клару и Максимилиана пройти с ним в гостиную. Максимилиан, видимо, только этого и ждал: он не смог подавить вздох облегчения, когда непонятно зачем устроенный ужин подошел к концу.

Лео поднялся вместе с товарищем. Судя по решительному выражению лица, он приготовился следовать за ним, даже если право на это придется завоевать в неравном бою с Императором. Максимилиан взглядом заверил его, что справится и без своего юного храброго друга.

-Как насчет прогулки по саду? - предложил Альфред оставшимся зале.

-Иди к черту, - отмахнулась Кира.

-Чего я там не видел, - пожал плечами Илья.

Лео молча скрестил руки на груди и стал сверлить взглядом дверь, которая только что закрылась.


Очутившись в похожей на музей искусств гостиной, Талврин расположился в массивном белом кресле. Он ухитрился принять такую властно-ленивую позу, которая словно вопит: падите ниц, жалкие простолюдины, пред вами величайший правитель земли. Агата заняла небольшой мягкий диванчик. Ее поза говорила: я с напыщенным идиотом, что развалился по соседству, не знакома.

Максимилиан и Клара сели на один широкий диван. Он накрыл своей ладонью ее маленькую ручку, лежащую на покрытой зеленой шелковистой материей коленке.

-Думаю, тебе, Клара, известно, - заговорил Талврин, - что революционное общество "Крылья Свободы" намеревается использовать Принцессу в преступных целях. Но мы сможем поразить заговорщиков их же оружием.

Имератор предложил Кларе в сопровождении Максимилиана и Лео внедриться в "Крылья Свободы" и разыграть живейшее участие в их деятельности, может быть - даже начале государственного переворота. Затем Императорская Полиция арестует лидеров движения. Обезглавленная революционная гидра еще потрепыхается какое-то время, но рано или поздно погибнет. Всюду воцарятся мир и согласие.

-Твои друзья уже приняли это предложение, - сказал Талврин, делая плавный жест рукой, будто обводя ей отсутствующих "друзей". - Твоя очередь, Принцесса. Ты поведешь преступников на заслуженную казнь?

Кларе предстояло обречь множество людей на верную гибель. А ведь последние несколько дней она молила Бога лишь об одном - чтобы из-за нее больше никто не пострадал. Тем не менее, количество жертв продолжало расти. Этому следовало положить конец, пока не стало слишком поздно.

-Я не думаю, что у меня это получится, - тихо ответила Клара, разглядывая сложенные на коленях руки. Ах, как неубедительно это прозвучало! Точно так же Вера отказывалась зайти к парням домой, желая, чтобы ее попросили еще раз. Собравшись с духом и подняв голову, Клара заявила Императору: - Я не сделаю этого.

Максимилиан улыбнулся, и в этой улыбке была гордость за смелую Клару. Талврин зловеще нахмурился и переменил позу. Теперь она выражала угрозу.

-И почему? - поинтересовался Император.

-Потому что никто не заслуживает смерти, - почти назидательно произнесла девушка. - Простите. Я не могу пойти на это. Можете сделать со мной все, что захотите. Я не изменю своего решения.

-Какая храбрая маленькая Принцесса, - улыбнулся Талврин. - Впрочем, я ничего не собираюсь с тобой делать - я вообще намерен держаться от тебя как можно дальше. Зато у меня есть верные слуги. Альфред!

Дверь в гостиную распахнулась, впуская темную сущность. Альфред подошел к Императору и встал справа от него. Талврин протянул руку. Альфред, вынув из-за пазухи нож с изящным арабским орнаментом на рукоятке, аккуратно положил его на открытую ладонь Императора. Тот с любовью взглянул на холодное оружие и сказал:

-Максимилиан, возьми.

Клара хотела схватить его за руку, чтобы удержать возле себя, но вовремя поняла, что не сумеет это сделать. Он встал, забрав с собой тепло своей ладони и Кларино чувство уверенности. Девушка напряженно следила за тем, как Максимилиан подошел к Императору и принял из его руки наточенный клинок.

-Внимай моим словам, презренный раб, - с наслаждением проговорил Талврин. Взгляд Максимилиана затуманился, словно от наркотического опьянения. Агата изо всех сил старалась сохранять безразличное выражение лица, но ее глаза выдавали волнение. - Покажи Принцессе, на что она обрекает своих друзей этим глупым благородством.

Максимилиан, все еще казавшийся безумным, вытянул перед собой левую руку и занес нож. Клара, не выдержав, бросилась к нему. Максимилиан с ловкостью совершенно трезвого человека ушел от неловких попыток воспрепятствовать его самоистязанию, а затем и вовсе грубо оттолкнул девушку. Она упала на ковер, почему-то не столь мягкий, как в других комнатах. Максимилиан вонзил лезвие в свое левое предплечье и провел им от локтя почти до запястья. Из глубокой раны хлынула кровь. Он едва заметно поморщился - магия кольца не мешала ему чувствовать боль. Встав на ноги, Клара вновь подбежала к Максимилиану, однако остановилась в двух шагах от него. Как помочь тому, кто не осознает, что ему нужна помощь? Отобрать нож она все равно не в силах.

-Этого достаточно? - спросил Император.

-Соглашайся, - бесстрастно сказала Агата.

Кровь заливала ковер. Максимилиан все еще держал руку вытянутой, как бы демонстрируя Кларе последствия ее колебаний.

"В прошлый раз я смогла залечить его рану, - вспомнила девушка. - Может быть, у меня открылся дар исцеления?"

Она в надежде потянулась к рассеченной руке Максимилиана. Тот снова толкнул ее, испачкав кровью платье. В этот раз девушка сумела не потерять равновесие, оперевшись о высокий деревянный столик.

-Хватит, прошу вас! - взмолилась Клара.

-Соглашайся, и он больше не пострадает.

Клара в растерянности молчала. Она знала, что скажет "да", ей оставалось лишь смириться с этим.

-Максимилиан, кажется, нашу Принцессу не трогают твои страдания. Может быть, собственная кровь убедит ее быстрее?

Максимилиан направился к девушке. Кларе стоило убегать от него - во всяком случае, инстинкт самосохранения должен был подсказать ей именно такой вариант поведения. Однако она не двигалась. Талврин считал, что ее сковал страх. Но Клара просто не верила, что Максимилиан причинит ей вред. Его взгляд стал мутным из-за колдовского кольца на пальце, и все же это был он - человек, созданный Алексом. А то, что создал Алекс, не могло обидеть ее. Вывод, сделанный вопреки логике и здравому смыслу.

Максимилиан схватил Клару двумя пальцами за подбородок, заставив ее высоко поднять голову. Острое лезвие коснулось кожи на шее, оставив маленький порез, из которого незамедлительно начала сочиться кровь.

-Она этого не понимает! Рана должна быть серьезнее. Главное - не убей Принцессу.

Максимилиан вцепился пальцами поврежденной руки в Кларино плечо. Девушка ахнула от боли. Но это были еще пустяки по сравнению с тем, что ее ждало. Максимилиан отвел правую руку в сторону, крепко сжимая рукоять с арабским узором...

Темно-карие глаза, в которые Клара глядела с мольбой, на мгновение обрели прежнюю глубину. Этого мгновения хватило. Клинок глубоко вошел в живот Максимилиана. Пальцы разжались, и Клара отшатнулась. Максимилиан упал на колени.

-Что ты сделал?! - Рассвирепевший Талврин ударил кулаками по мягким подлокотникам кресла. - Ты должен ранить ее, а не себя!

Максимилиан вновь поднялся на ноги, выдернув нож из своего тела с таким спокойствием, словно это были ножны.

-Я согласна! - закричала Клара. - Я все сделаю, прошу, прекратите это сейчас же!

Талврин самодовольно улыбнулся и махнул рукой. Максимилиан пришел в себя и, покачнувшись, опустился на диван. Альфред цокнул языком, думая, видимо, о дорогой обивке.

Агата покусывала от волнения нижнюю губу. К счастью, Талврин даже не смотрел в ее сторону.

-Концерт окончен! - провозгласил он.

Клара осторожно коснулась глубокого пореза на руке Максимилиана, ожидая, что вот-вот ощутит покалывание и увидит блеск на своей коже. Но ничего этого не случилось. По всей видимости, раны, нанесенные обыкновенными колюще-режущими предметами, она исцелять не могла.

-Ему нужна медицинская помощь! - закричала Клара.

-Разве ты не умеешь ее оказывать? - спросил Максимилиан с вымученной, но все равно обаятельной улыбкой.

-Я же не хирург, а тебе нужно наложить швы!

-Создания вроде Максимилиана Эдвардса излечиваются быстрее и легче полноценных людей, не так ли, дорогая? - усмехнулся Талврин.

-В общем, да, - подтвердила Агата. - Но...

Император не стал дослушивать невесту.

-Что ж, Принцесса, все в твоих руках. - Он оскалился, демонстрируя ровные белые зубы - плод трудов добросовестного стоматолога. - Будем надеяться, что твоя неумелая первая помощь не убьет того, кто создан выживать с любыми увечьями.


Клара сидела на своей кровати, истязая пальцами подол чистой юбки. Максимилиан запретил ей оказывать ему помощь - хоть первую, хоть последнюю - и закрылся в ванной наедине с Ильей. Илья возражать не стал, в отличие, например, от Леопольда. Тот был уверен, что школьник не спасет Максимилиана, а лишь ускорит его кончину. Поэтому молодой блондин молча мерил шагами комнату, и его хмурые брови говорили больше, чем мог бы сказать язык.

-У меня складывается впечатление, что он влюбился в Макса, - сказала Кира, наблюдая за шатающимся взад-вперед Лео. Иногда языковой барьер ставил ее в весьма выгодные условия. - Нет, серьезно. Таскается за ним, как привязанный, и переживает за него больше, чем за себя. Как думаешь, Лео похож на гея?

-Что?.. А?.. Не знаю. - Клара не обращала внимания на болтовню сестры. Какое значение имела преданность Лео, когда Клара согласилась вести толпу людей на казнь? И вовсе, кстати, не заслуженную. Узнав Императора поближе, Клара перестала считать его мудрым правителем. Теперь в ее глазах это был испорченный властью или, возможно, неприятный от рождения тип.

-Вот и я не знаю. А ведь может быть. На мои приставания не реагирует, зато трясется, когда Макса передают мелкому в руки.

Дверь в ванную открылась, и на пороге показался Максимилиан. К нему вернулся здоровый цвет лица, а отсутствие рубашки демонстрировало полное исцеление.

-Вы в порядке! - с облегчением воскликнул Лео.

Максимилиан, не говоря ни слова, вернулся в ванную и через пару секунд внес в комнату Илью. Старшеклассник, бледный, как смерть, был без сознания. Максимилиан уложил его на Кларину заправленную кровать.

-Блин, да он гений, - пробормотала Кира, хватая Максимилиана за еще недавно рассеченную руку и проводя пальцами по гладкой коже. - Не думаю, что я так могу.

-Только исцеление, видимо, требует большого физического напряжения, - заметила Клара. - А у Ильи сердце слабое. Он в начальной школе часто падал в обморок на уроках физкультуры, и потом ему выдали справку. Теперь он отсиживается на скамейке для зрителей или в раздевалке, из-за чего очень переживает. - Она с нежностью погладила Илью по плечу. Какой самоотверженный мальчик! Чтобы помочь другому, жертвует собой. Главное - больше никогда не подвергать его такому риску. Это может быть очень опасно.

-Что ж, в следующий раз не стану его беспокоить, - сказал Максимилиан, словно прочитав Кларины тревожные мысли.

-Вот-вот, мелкий нам живой нужен, - подхватила Кира. - Надо его беречь.

-Лучше Принцессу берегите, - пробормотал Илья, открывая глаза и силясь улыбнуться. - Пока она жива - меня ничто не убьет.

Клара ласково потрепала его по волосам. Она думала, что этой фразой Илья хотел сказать следующее: самое важное - жизнь Клары, а он, как ее главный защитник, не позволит себе умереть раньше Принцессы. Но Кира нахмурилась. Какая-то неясная, однако назойливая мысль завертелась у нее в голове, подобно игрушке-волчку. Что-то о невозможности погибнуть прежде Хасаны и... и Аргусе.

Кира снова посмотрела на худого старшеклассника, только что излечившего чужие раны. Аргус? Абсурд. Невозможно. Она бы поняла.


Талврин великодушно разрешил всем желающим переночевать во дворце. Этим воспользовался только Максимилиан. Илью ждала мать, а Кире было необходимо следить за сестрой. Никто ведь не знал, что Вера поссорилась с подругой и рассталась со всеми парнями, а потому не представляла, с кем гулять до рассвета.


Стояла теплая ночь. Воздух наполняли ароматы всевозможных цветов, распустившихся в великолепном саду Талврина. Из-за приоткрытой двери на балкон доносились голоса птиц. Клара лежала в своей постели на боку, сконцентрировавшись на ощущениях. Запахи, звуки, тепло, исходящее от спящего рядом человека. Теперь, когда страх и боль отступили, она испытывала головокружительное счастье. Может быть, она слишком легко верила тому, чьим профилем любовалась в серебристом лунном свете. Но это был единственный выход. Иначе она уже сошла бы с ума.

Оставшись наедине с Кларой, Максимилиан прижал ее к себе и, ласково перебирая пальцами волосы, прошептал ей на ухо:

-Все будет хорошо. Никто не погибнет по твоей вине. У меня все под контролем, хоть сейчас в это и трудновато поверить. Нам, конечно, придется сделать вид, что мы следуем приказам Императора, но потом все начнет складываться так, как нужно мне, а я не заинтересован в смерти каких-то там революционеров. Верь мне.

Его голос звучал твердо, успокаивающе. А Кларе очень хотелось, чтобы ее кровоточащую совесть кто-нибудь успокоил.

-Спасибо, - ответила она. - Мы оба постараемся, чтобы не пострадали другие люди, правда?

-Конечно.

Клара слышала, как бьется в груди Максимилиана сердце. Каждый удар доказывал ей, что он живой человек, каким бы ни было его происхождение. Но что насчет души? У существа, созданного в лаборатории, не могло ее быть. Неужели перед ней просто робот из плоти и крови? Клара погладила Максимилиана по спине и получила в ответ легкий, но будоражащий поцелуй в шею. Нет, ей не хотелось думать, что он лишь совершенная машина. Машины ведь не любят.

Клара решила прямо спросить Максимилиана, кто она для него. Почему сейчас он с такой нежной страстью целует ее губы, зачем заставляет с восторгом нарушать обещание, данное в прошлой жизни. Но она не спросила. Это было глупо и, как показалось Кларе, по-детски. Говорить о любви можно было сколько угодно, даже не испытывая к человеку ничего, кроме презрения - в этом она сама убедилась на примере Талврина. А Рахиль когда-то точно так же обманул Скотт. Но Кларе не нужна была красивая ложь. Ей требовались чувства. И она тут же охотно убедила себя в том, что сможет понять Максимилиана без витиеватых признаний.

Верхняя пуговица Клариной блузки была как-то ненавязчиво расстегнута. За ней последовала вторая, потом - третья и четвертая. Клара прервала поцелуй и, потупившись, отступила на шаг назад. Не рановато ли? Разве не следует подождать хотя бы полгода?

-Прости, - негромко сказал Максимилиан. Либо он был очень хорошим актером, либо действительно смутился.

-Ничего. - Клара поспешно застегнула пуговицы и нервно улыбнулась.

-Если тебе неприятно... - начал Максимилиан. Клара прервала его:

-Дело не в этом. Просто... это слишком быстро. Я так не могу. Мне нужно больше времени. Не знаю, сколько, по крайней мере - месяца три-четыре. Понимаю, может быть, ты не хочешь ждать...

-Перестань. - Максимилиан приложил палец к ее губам. - Я подожду и дольше, если нужно.

"Ну вот, - подумала Клара, снова поднимая на Максимилиана счастливый и благодарный взгляд. - Это говорит о его серьезном отношении ко мне гораздо убедительнее, чем самые красивые слова любви."

Максимилиан коснулся губами мочки Клариного уха, шепотом пожелал ей сладких снов и направился к двери. Девушка схватила его за руку и тут же залилась краской, стыдясь своего порыва.

-Что такое? - спросил Максимилиан, обернувшись.

-Я не хочу оставаться одна, - виновато призналась Клара. - Я привыкла, что в комнате есть кто-то еще, а после сегодняшних событий вообще чувствую себя... потерянной. Если не трудно, побудь со мной, пока я не усну.

Он лег рядом с ней, и они какое-то время тихо разговаривали. Клара рассказывала о своей жизни, стараясь не спрашивать Максимилиана о его прошлом. И все-таки отдельные факты он упоминал, не дожидаясь ее вопросов. Максимилиану приходилось участвовать во множестве сражений, и он много раз побывал в плену. При этом ни разу - в браке.

-А почему ты не женился? - спросила Клара.

-Не встретил ту, которую хотел бы видеть своей женой, - ответил Максимилиан. Кларе показалось, что в его голосе прозвучала печаль. Может быть, она сама это придумала, дополнив романтический образ Максимилиана отчаянным стремлением найти свою единственную. Может быть.

Он уснул первым. Клара еще долго не смыкала глаз. Она хотела получше запомнить эту ночь.


Это была очень веселая вечеринка - если Рахиль празднует день рождения, то так всегда и получается. Танцы до упаду, смешные конкурсы, парочки, формирующиеся среди гостей по принципу генератора случайных чисел. А сегодня Рахили исполнился двадцать один год. Совершеннолетие. Оно должно было надолго запомниться и друзьям, и соседям. Дом Келлерманов, что называется, стоял на ушах.

Ночь, точнее - раннее утро. Гости спят где попало. Их так много, что они занимают самые неожиданные предметы мебели - одна миниатюрная девица, например, свернулась клубочком на кухонном столе. Хорошо, что супруги Келлерман уехали и не видят того, во что превратилось их уютное жилище по вине совершеннолетней дочери.

Рахиль и Алекс спят в одной постели. Жаль только, что она рассчитана лишь на одного человека. Между друзьями осталось совсем немного свободного пространства, которое может исчезнуть вовсе, если кто-то из них вздумает повернуться. Рахиль это, кажется, совсем не смущает - она спит сном младенца (или перебравшей девушки). Но Алекс не может расслабиться. Она, его любимая, смысл его жизни, спит в нескольких сантиметрах от него. И бретелька легкого сиреневого платья призывно соскользнула с загорелого плеча. Алекс протягивает руку и касается пальцами тяжелых черных кудрей, лежащих на подушке. Когда-то он постоянно делал Рахили хвостики и заплетал косы, заменяя лучшую подружку. Тогда они были детьми, и любые прикосновения казались нормальными, невинными. Это давно в прошлом. Теперь Алекс испытывает слишком сильное волнение, всего лишь поглаживая ее шелковистые волосы. А Рахиль достаточно умна, чтобы заметить это. Проявление недружеской симпатии грозит разрывом отношений. Алекс этого не переживет. Он знает, что Рахиль на самом деле любит его, и готов ждать ее целую вечность. Однажды - в этой жизни или в следующей, молодой девушкой или очаровательной старушкой - она все равно придет к нему. Но до этого момента он не будет приставать к ней со своими чувствами.

Однако сейчас Рахиль спит и не знает, что происходит совсем рядом с ней. Ее рот чуть приоткрыт. Алекс приподнимается на локте. Восхитительные губы Рахили манят его, умоляют попробовать их на вкус. Алекс наклоняется и, замерев, ощущает, как легкое дыхание девушки скользит по его лицу. Сколько мужчин целовали эти губы? Алекс пытается прикинуть. Явно не меньше десяти. К сожалению, среди этих счастливцев не было его. С ним, наверное, неприятно целоваться - ожог не пощадил и губы.

Этого нельзя делать. Алекс соскальзывает с кровати и заламывает руки. Рахиль поворачивается во сне, и подол платья неприлично задирается, обнажая стройное бедро. В комнате спят еще два совершенно пьяных спортсмена и задорная толстушка. Алекс накрывает Рахиль одеялом и уходит. Ему нужно проветриться.

Рахиль открывает глаза, резко садится в кровати и начинает скрести ногтем большого пальца ноготь среднего - жест, который выражает у нее недовольство, как помахивание хвостом - у кошки.

-Трус, - шепчет она закрывшейся двери и снова забирается под тонкое одеяло.


## Глава 15.


Дни проходили странно. Все ждали указаний Его Величества, а Его Величество ждал у моря погоды. О "Крыльях Свободы" ничего не было слышно. Ради того, чтобы они объявились, Император даже разрешил Кларе ходить на свидания с Максимилианом. До чего же дурацкие это были свидания! Максимилиан и Клара дефилировали по главным улицам города и сидели в открытых кафе, словно умоляя какого-нибудь, хоть самого завалящего революционера обратить на них внимание. Но ничего подобного не происходило - пару замечали только многочисленные знакомые Клары. Беседы развивались по такому сценарию:

-Лазарева, это твой родственник?

-Это... нет...

-Я ее молодой человек. Максимилиан Эдвардс, приятно познакомиться.

-Ни фига себе, Клара! У тебя появился парень!!! Оба-алдеть!

Впрочем, тот факт, что пара служила приманкой для революционеров, не мешал Кларе наслаждаться обществом Максимилиана. Больше всего ей нравилось слушать его. Клара, как многие девочки со счастливым детством, считала своим идеалом мужчины отца. Когда он погиб, его образ стал для нее священным. Клара всегда думала, что, не будь Алекса, ей нравились бы именно такие мужчины, как папа. А папа любил много рассуждать на отвлеченные темы. Клара могла целыми вечерами слушать, как он излагает свои мысли по поводу основных направлений современной литературы, низкого качества популярной музыки, теорий сотворения мира и повсеместного падения нравственности. Это были одни из самых дорогих ее сердцу воспоминаний о нынешней жизни. Максимилиан, правда, рассуждать не любил и, возможно, даже не умел. Он говорил только о деле. Но Клара уверяла себя, что это не из-за скудости ума. Просто он был скорее практиком, нежели теоретиком. И она с упоением ловила каждое слово Максимилиана, когда он решал, какое блюдо выбрать из меню, или рассказывал о своем давнишнем приключении на передовой. Его голос и милый акцент очаровывали девушку.

-А сколько тебе лет? - спросила она, прогуливаясь с ним поздно вечером по парку. До этого Клара говорила об одном из своих бывших одноклассников, который стал грабителем и попал в тюрьму. Девушке было его жаль, ведь тюрьма - ужасное место, но за свои ошибки люди должны отвечать. Потом она заметила, что рада не иметь больше ни одного знакомого, сидевшего или сидящего в тюрьме. Максимилиан лукаво усмехнулся и поинтересовался, как Клара станет относиться к нему, если узнает, что он отсидел порядочный срок. Клара побледнела, но его руку не отпустила. Она спросила, что Максимилиан понимает под словом "порядочный". Оказалось, что Максимилиан провел в местах лишения свободы целых одиннадцать лет. Но, поспешил он ее заверить, причиной были его политические убеждения, а вовсе не убийство, грабеж или другой криминал. При таком раскладе выходило, что он оказался за решеткой совсем молодым, а после освобождения сразу стал "главой крупного предприятия". И когда-то еще успел побывать на войне и в плену. Образовывалась куча неувязок, которые позволяли Кларе задать невинный, на первый взгляд, вопрос о возрасте.

-Мне гораздо больше, чем кажется, - ответил Максимилиан.

-И сколько? Я хочу знать возраст моего... парня. - Клара покраснела, выговаривая последнее слово. Оно прозвучало глухо и неуверенно. Во-первых, Клара никогда прежде не говорила о ком-то, как о своем "парне". Во-вторых, называть "парнем" взрослого - нет, древнего! - человека было как-то глуповато. Наверное, следовало сказать "любимый", но это было слишком смело (признания оставались в проектах). Лучше, наверное, "мужчина". Правда, это слово казалось Кларе каким-то не подходящим для нее. "Мой мужчина" - так говорили элегантные взрослые женщины в кино. Вот Кира и рыжеволосая соседка-повар предпочитали, обсуждая своих кавалеров с подругами, использовать грубоватое "мужик". Но "мужику" в лицо так говорить не хотелось, да и Максимилиан, по мнению Клары, заслуживал более высокого звания. Как же много проблем приносили с собой отношения!

-Неужели тебя это так волнует? На твоем месте я больше беспокоился бы о внебрачных детях и венерических заболеваниях.

Клара опустила взгляд. Максимилиан был прав. А она просто ничего не смыслила в любви.

-У меня их нет, - улыбнулся Максимилиан. - Ни детей, ни болезней. Во всяком случае, сейчас.

Клара смущенно хихикнула, не понимая, шутит он или говорит серьезно.

-Я не моложе Талврина, - вдруг произнес он, сдвинув брови. - Но, полагаю, тебе это уже известно. Так зачем же спрашиваешь?

-Я... я просто...

-Лео признался, что случайно упомянул об этом при Кире. Благодаря настойчивости твоей сестры, ты знаешь обо мне достаточно.

Клара снова побледнела. Голос Максимилиана прозвучал резко и словно прошелся по ее коже раскаленным лезвием.

-Прости, пожалуйста, - пробормотала она, жалея, что решила обманом вытянуть из него правду. - Я понимаю, что тебе это неприятно...

-Видимо, тебя очень заинтересовал вопрос о моем происхождении, раз ты идешь на такие уловки, - сухо сказал Максимилиан. - Что ж, поскольку речь об этом все равно зашла, скажу один раз и попрошу это запомнить. Я человек, не хуже и не лучше тебя или вон того пузатого мужика, гуляющего с сыном. У меня такие же чувства и мысли, как у любого из вас. У меня даже, в каком-то смысле, есть отец.

Кларе стало трудно дышать. Максимилиан назвал Алекса отцом. Какой абсурд! Но ему ведь так приятнее думать, это приближает его к нормальным людям.

-Да, тот великий ученый. Моретти, - выдавила девушка.

-Моретти, - кивнул Максимилиан. Он выглядел грустным.

-Ты любил его, как отца? А он тебя любил, как сына? - не удержалась Клара. Ей хотелось, чтобы Максимилиан сказал "да". Алекс должен был заботиться о нем, не имея родных детей от любимой Рахили. Он ведь был хорошим человеком.

-Глупости какие. Я его и видел-то пару раз. Он приходил осматривать меня - лучший результат его экспериментов. Но он меня, наверное, любил. Он вообще любил свою работу.

Клара крепче сжала руку Максимилиана. Его надо было поддержать. Должно быть, там, в другом мире, к нему относились, как к вещи. Наверное, ему не хватало любви. Кларино сердце наполнилось жалостью. Ей захотелось обнять Максимилиана и подарить ему так много тепла, чтобы он забыл о своем бесконечном холодном одиночестве.

-Ты человек, а не результат экспериментов, - твердо сказала она. - Сильный, храбрый, умный человек, рядом с которым я чувствую себя защищенной и... счастливой.

Максимилиан улыбнулся Кларе.

-Спасибо. Я не хотел говорить об этом - боялся, что ты относишься ко мне.. даже не знаю, с пренебрежением, что ли.

-Ну как ты мог такое подумать! Люди заслуживают пренебрежение только плохими поступками, а не происхождением, внешностью или чем-то еще! И твои поступки заставляют тебя уважать!

Максимилиан остановился и быстро прижал к себе Клару, которая снова стала довольной пленницей его тепла, горьковатого аромата туалетной воды и ударов сердца.

-Спасибо, - глухо повторил он, и на этот раз в его голосе чувствовалась истинная благодарность.

"Неужели я первая, кто сказал ему такую очевидную вещь? - удивилась Клара. - Боже, в каком ужасном мире он жил! В нем так много ненависти! Лео ненавидят за его странную особенность, похожую на врожденную болезнь, а Максимилиана - за то, что он был создан искусственно!"

И Клара сама поцеловала своего несчастного возлюбленного. Теперь она была уверена, что у нее есть огромное преимущество перед всеми прежними женщинами Максимилиана. Она видела в нем человека и готова была всегда поддерживать его.


Марк глубоко вдохнул, медленно выдохнул, растянул губы в самую вежливую улыбку и нажал кнопку звонка. Залаяла собака - маленькая белая болонка Джуди, которая кусала все, что попадалось ей на глаза. В том числе ноги Марка. Одну брючину она ему разорвала в прошлый раз. Марфа потом долго ругалась, зашивая изодранные штаны сына. Он почему-то сам ничего заштопать не смог, хотя еще месяц назад без труда справлялся и с пуговицами, и с заплатками.

Дверь распахнулась, и на пороге появилась пышная женщина лет шестидесяти с небольшим. Ее крашеные в черный цвет волосы были истерзаны химической завивкой, а нарядное зеленое платье - залито сладкими духами.

-Здравствуйте, Анна Сергеевна, - сказал Марк, входя в прихожую и с удовольствием отмечая, что Джуди заливается лаем на запертой кухне.

-Здравствуйте, Марк Матвеевич, - промурлыкала Анна Сергеевна. - Чайку хотите?

-Нет, спасибо.

Учитель и ученица расположились, как обычно, за широким письменным столом, покрытым клеенчатой скатертью с изображением полевых цветов. Начался урок, в течение которого Анна Сергеевна беспрестанно и довольно неплохо шутила. Марк бы даже посмеялся, если бы пенсионерка не старалась сократить дистанцию между собой и привлекательным учителем. На сорок первой минуте занятия их бедра соприкоснулись, и Марк стукнул рукой по столу.

-Анна Сергеевна, успокойтесь наконец! - потребовал он.

Женщина отползла на пару сантиметров в сторону. На ее лице расцветала веселая улыбка.

-А вы взрослеете, Марк Матвеевич. В прошлый раз, когда я погладила вас по руке, вы вскочили со стула, зарделись, как маков цвет, и с видом оскорбленной невинности забормотали что-то себе под нос. У вас появилась девушка?

Марк поднял усталый взгляд к потолку. Сколько еще позорных историй о "себе" ему придется выслушать?

-Нет, у меня появилось чувство собственного достоинства. Продолжим урок, Анна Сергеевна - и без глупостей. У меня нет желания выводить наши отношения... на другой уровень.

-Вы стесняетесь, мальчик мой? Как это мило!

-Я просто не люблю толстых и старых, разрази вас гром!

Так Марка выставила за дверь последняя ученица, обозвав хамом, мужланом и рукоблудом. Марку было очень интересно, имеет ли последнее обвинение под собой какие-то основания, и если да, то откуда Анна Сергеевна об этом знает.

Выйдя во двор, Марк увидел высокую красивую блондинку в черном брючном костюме. Она стояла у своей машины, скрестив руки на груди, и холодно улыбалась.

-Здравствуй, Марк, - сказала Агата, делая два шага ему навстречу и протягивая руку.

-Здравствуй. - Марк с чувством поцеловал кончики ее длинных пальцев. - Чем обязан?

Агата пристально вгляделась в его лицо.

-Хотела поговорить. Садись. - Она махнула рукой на свою машину, открыла дверцу и нырнула в салон. Марк охотно принял ее приглашение и занял пассажирское сидение. Агата тронулась с места.

-Куда мы едем? - спросил Марк, с любопытством осматривая приборную панель.

-К твоему дому. Я тебя подвезу.

-О, это хорошо, большое спасибо.

-Не нужно формальностей, Марк, дорогой. И называй меня по имени. Мне это приятно, я уже много раз говорила.

Марк улыбнулся, скрыв за этим свое волнение.

-Ага-ата, - протянула шеф полиции, якобы показывая, с какой интонацией нужно произносить ее имя. Марк облегченно улыбнулся. Теперь, как ему казалось, он мог больше не допускать ошибок.

-Милая, ты же знаешь, что я предпочитаю ласковые прозвища. Котенок, солнышко...

-О нет! - Она замотала головой. - Мы все обсудили насчет котят и прочих четвероногих тварей!

Они оба рассмеялись.

-Кстати, милый, - снова стала серьезной Агата, - ты ведь уже все знаешь о Кларе Лазаревой?

Марк нахмурился.

-Что я должен о ней знать?

-Ну, как же! О том, что у Талврина не получилось ее соблазнить и он вообще отказался от этого проекта!

-Откуда такая информация! - Марк пожал плечами. - Ты ведь уже давно ни о чем мне не рассказываешь. Мы вообще почти не видимся в последнее время.

-Прости, дорогой, было много дел.

-Прощаю. Ну, так чего страшного в том, что Талврин не смог влюбить в себя Клару?

-О, кажется, я тебе не рассказывала. Мы выяснили, что сила каждого из осколков может быть освобождена, потому что между планетами, на которых они оказались, давно налажено сообщение. Это я узнала от наших новых знакомых, которые пришли из другого мира - Максимилиана Эдвардса и Леопольда Секара.

Марк широко раскрыл глаза. Это могло означать и удивление, и полное непонимание сути вопроса.

-Вот оно как... не ожидал!

-И я не ожидала, но известие приятное. Так что я не одобряю плана Талврина использовать Клару лишь в качестве шпионки среди "Крыльев Свободы". Как-никак, я много выиграла бы, получи он всю Силу... Но дело в том, что он не до конца верит в нее. А жаль. Нет ничего более реального.

Автомобиль остановился во дворе дома, где жили Турьевы. Агата поцеловала Марка на прощание и обещала когда-нибудь позвонить.

"Интересно, что ты теперь предпримешь? - думала она, провожая взглядом удаляющегося Марка. - И кто же ты все-таки? В последнее время мне встречается слишком много людей, о которых я ничего не могу узнать. Это угнетает. Так непривычно."

-Что за бред? - прошептал Марк, едва очутившись в подъезде. - О чем она говорила? Но... неужели этот неудачник встречался с такой красоткой? - Марк рассмеялся, напугав выходившую из лифта маленькую девочку с самокатом. - Нет, не верю! Это была ловушка! Жаль только, что я не знаю, чего хотела Агата."


Прогулки под ясным августовским небом не давали результатов, поэтому Кларе позволили переселиться в квартиру сестер (может быть, революционеры планировали проникнуть в ее жилище через открытую форточку). Девушка с радостью вернулась в лоно семьи, где на нее сразу набросилась Вера.

-Ну и что, докатилась, да? А мне, помнится, говорила, что жить с парнем до свадьбы - это позор!

Кира виновато улыбалась, стоя за спиной Веры, и указывала на себя. Она сказала младшей сестре, что Клара в пылу страсти переехала к Максимилиану. Это было не в ее стиле, но рассказывать об Императоре и его планах относительно Принцессы казалось еще большей глупостью.

-Стоило придумать каких-нибудь заболевших родственников! - шепотом возмутилась Клара, приблизившись к автору клеветы.

-Прошу заметить, - громко провозгласила Кира, - что Клара с Максом, так сказать, делили всего лишь крышу над головой, но ни в коем случае не постель!

-Да ладно врать-то! - замахала руками Вера. - Я же не вчера родилась! Совратили нашу Кларочку, да как быстро-то!

Вера захохотала на всю квартиру.

-Прекрати! - разозлилась Клара, которой показалось, что была задета честь Максимилиана. - Он не стал бы этого делать, он не такой, как остальные!

-Все они не такие в первое время, а потом оказываются такие, и даже еще хуже!

Раздалась соловьиная трель звонка, и Клара, подбежав к входной двери, посмотрела в глазок. Перед ее взором предстала деформированная линзами фигура Марка Турьева. Клара поспешила открыть дверь и впустить гостя в прихожую.

-Ма-арк! - пропела Вера, сияя от счастья.

Марк сделал несколько широких шагов и огляделся по сторонам.

-Милая квартирка.

-А кто дал тебе адрес? - спросила Клара.

-Вахтерша общежития, куда я пришел вас искать. Клара, можно поговорить с глазу на глаз?

-Разумеется, - ответила девушка.

Марк схватил Клару за руку и отвел на кухню, со стуком захлопнув за собой дверь. Затем он положил ладони ей на плечи и, пристально глядя в удивленные синие глаза, произнес:

-Я не знаю, что творится, но тебе угрожает какая-то опасность посерьезнее взбесившейся темной сущности.

Клара кивнула.

-А откуда ты знаешь?

-Мне рассказала Агата.

-Агата Ланская?

-Да, наверное.

-Наверное? - Клара хихикнула. - Марк, ты что, не знаешь Агату Ланскую?

-А должен?

-Она невеста Императора, по-моему, ее знают все.

-Ах... эта Агата... ну, я ведь не смотрю телевизор.

Клара покачала головой.

-И что тебе рассказала Агата?

-Какую-то ерунду о силе, осколках и путешествиях по разным планетам. В голове не укладывается. Я понял только, что тебя хотят сделать шпионкой, но Агате это не нравится. Она сошла с ума?

Клара прищурилась. Шеф полиции действительно так много рассказала Марку? Но зачем? И с каких пор они вообще знакомы?

-К сожалению, нет, - улыбнулась Клара. - Она не сошла с ума, и все сказанное ей - чистейшая правда.

-Включая ту идиотскую часть про путешествия с планеты на планету?

-Вот именно.

Марк молча опустил руки и засунул их в карманы брюк.

-Нападение темной сущности как-то связано с этим безумием?

-Напрямую.

Марк тяжело вздохнул и нахмурился.

-Клара, мне кажется, ты должна больше волноваться. Даже я начинаю паниковать.

Клара безмятежно улыбнулась в ответ.

-Не переживай за меня, Марк. Ничего страшного не случится.


Клара чувствовала себя неловко, попивая кофе на кухне у Агаты. Шеф полиции сидела за высоким столом на вертящемся табурете, и ее волосы были чуть влажными после душа, а наряд составлял темно-синий шелковый халат. Странно было видеть эту властную женщину в домашней обстановке. Она казалась такой человечной, что это сбивало с толку. Клара думала, что у них с Максимилианом есть нечто общее. Рядом с обоими она ощущает трепет. С той лишь разницей, что трепет, вызываемый присутствием Максимилиана, слаще самого полного душевного спокойствия.

-Не предполагала, что он все тут же сообщит тебе, - задумчиво сказала Агата, протягивая руку к широкой вазе для фруктов и отрывая от веточки черную виноградину.

-Но он сообщил, - отозвалась Клара.

-Стало быть, счел это нужным. Что ж, понимаю: ты удивлена. Но я была удивлена не меньше твоего, когда коснулась этого человека. Опять полная пустота. Однако шесть лет назад - неважно, при каких обстоятельствах, - он был для меня, как открытая книга.

-И что это может значить?

-Либо он научился блокировать мои способности, либо... ну, не знаю... - Агата сделала неопределенный жест рукой, якобы выбирая что-то одно из числа наиболее абсурдных предположений. - Скажем, умер.

-Что вы имеете в виду? - спросила Клара, чувствуя, как по спине резво бегут мурашки.

-Я ведь говорила, что не чувствую мертвых, зверей и предметы. Можно, конечно, долго рассуждать, что любой мужик - козел и бесчувственный пенек... - Агата усмехнулась. Клару покоробило. Шутка в исполнении этой женщины звучала для нее так же неестественно, как пошлость - из ее собственных уст. - И все же оба этих варианта нам не подходят.

-Но с мертвецом у него тоже нет ничего общего! - возразила Клара.

-Конечно, нет. Но... представляешь, такое забавное совпадение... Недавно я узнала, что мужчина, внешне очень похожий на Марка Турьева, стал жертвой ДТП прямо в твой двадцать пятый день рождения. Он пострадал так сильно, что мог даже скончаться до приезда "скорой", но, как ни странно, сам поднялся на ноги и ушел с места происшествия. Интересный случай, правда?

Клара прижала ладонь к груди, в которой замерло сердце.

-Вот я и подумала, - продолжала Агата, - что он может быть как-то связан с тобой и Силой. Я притворилась его любовницей, что, конечно, не так. Но, судя по его реакции на мои заигрывания, он не помнит ни меня, ни своего прошлого, и при этом старается данный факт скрыть.

-Может быть, он все забыл из-за аварии, - пролепетала Клара. - Но ему стыдно, неприятно.

-Может быть, - снисходительно согласилась Агата. - В то же время он, как мне показалось, не имеет никакого понятия и о Принцессе. Для тебя это безусловный плюс - значит, Марка ты можешь не опасаться. Хм, знать бы только, Марк ли это? Не слышала о переселении душ?

-Наверное, он научился блокировать ваши способности, - тихо, но твердо сказала Клара.

-Да, а еще у него амнезия. Занимательное сочетание.


День знаний - праздник только для первоклассников и самых трудолюбивых учеников. Все прочие, в том числе многие педагоги, не видят в первом сентября ничего, достойного внимания. Марк Турьев, например, шел в школу со страхом. Он понятия не имел, что делать при попадании в кабинет английского языка. И если с индивидуальными учениками все было проще - они могли выставить некомпетентного преподавателя за дверь - то здесь Марка ждала неизвестность. Вряд ли учителя можно просто выгнать, если не понравится его методика. Тем более, что Марк был в школе на хорошем счету. Еще бы - единственный непьющий мужчина в безнадежно женском коллективе. О том, что из-за половой принадлежности и здорового образа жизни его вряд ли отпустят на все четыре стороны, Марк понял, как только очутился на школьном дворе. Там к нему подлетели три солидные дамы, которые облепили его и засыпали дежурными вопросами. Ярче всех улыбалась женщина с "вороньим гнездом" на голове - директриса. "Я пропал, - с грустью понял Марк. - Тот, чье тело мне досталось - мечта старых дев и пожилых вдовушек!"

Вере Лазаревой было в тот день не легче, а возможно, что и тяжелее. Но для того, чтобы понять причину ее нервной дрожи, следует описать предыдущий вечер. Начинался он вполне банально: генеральная репетиция затянулась допоздна, и актеры буквально валились с ног. Когда Наталья Семеновна все же соизволила отпустить артистов домой, они радостно высыпали на улицу. До неприличия счастливые Таня и Родион довольно быстро скрылись из поля зрения Веры. Идти к станции метро предстояло в полном одиночестве. Вера уже начала к этому привыкать, но ее все равно каждый раз тянуло увязаться хоть за кем-нибудь. Лучше всех для этого, конечно, подходил Илья. Вера думала, что он до сих пор безумно любит ее, а все перемены в его внешности и характере - исключительно ради завоевания сердца требовательной девушки. Перемены были к лучшему, поэтому Вера считала, что можно поощрить старательного мальчика.

-Смотри, какие тучи, - капризно сказала она, указывая пальцем на хмурое небо. - А у меня нет зонтика. - Вера точно знала, что у Ильи зонтик есть, потому что сейчас он - темно-фиолетовый в разноцветную крапинку - висел у него на запястье. - Проводишь меня до станции метро?

-Могу одолжить зонт, завтра вернешь, - ответил Илья. - Или ты хочешь, чтобы подружка снова смеялась над тобой, если случайно увидит нас вместе?

-Какое мне до нее дело, - поморщилась Вера. - Ну, не дуйся, я ведь попросила прощения. Пошли.

Через пару минут начался ливень с грозой. Илья заметил, что он еще долго не кончится, Вера захныкала, Илья предложил посидеть у него дома, Вера без колебаний согласилась. Они посмотрели телевизор, поели приготовленные Ларисой творожники, вспомнили самые смешные моменты репетиции... Вера даже не собиралась так весомо поощрять влюбленного мальчика, все получилось как-то само собой. Они сидели рядом на диване, она положила голову ему на плечо, он повернулся, наклонился и поцеловал ее в губы. Верино сердце забилось слишком часто, чтобы это можно было игнорировать. Девушка крепко обняла парня, которого совсем недавно ей было противно даже трогать, и совершила свой излюбленный поступок - потеряла голову.

Лариса вернулась от стоматолога Данилина в одиннадцать часов вечера, полупьяная от зарождающихся чувств. К тому времени Вера успела одеться, покинуть квартиру и поразиться самой себе в вагоне метро. Она переспала с самым отвратительным парнем в параллели, и ей это понравилось, а он сделал вид, что все так и должно быть!

Первого сентября спектакль был принят публикой прохладно, как и любая другая школьная самодеятельность. Вере казалось, что все зрители, глядя на Отличницу и Букваря, понимают: вчера между ними произошло нечто чересчур интимное. Она почти слышала, как ученики перешептываются: смотрите на Лазареву, вот это называется "понижение планки"! Откуда они могли узнать такие щекотливые подробности? Ответ на этот вопрос Вера придумала еще ночью: Илья, которому светила участь ее старшей сестры, должен был хоть кому-нибудь проболтаться о своем невероятном успехе.

-О чем ты? - нахмурился Илья, когда после представления Вера попробовала обвинить его в хвастовстве. - То, что произошло вчера - только наше с тобой дело. Я не стал бы трезвонить об этом на каждом углу, это ведь подло. Неужели ты такого низкого мнения обо мне? - Вера отвела взгляд в сторону. - Вот оно как... Чего же переспала со мной? Я думал, ты теперь по-другому ко мне относишься.

В центр детских инициатив, где проходила беседа, вплыла Таня. Она сделала вид, что забыла заколку, и принялась искать ее под носом у напряженно молчащей Веры. При этом ее светящиеся глаза ясно говорили: я слушала под дверью и теперь в курсе ваших вчерашних приключений.

-Нету заколки, - с притворной печалью в голосе сказала Таня. - Ладно, я пойду, меня Родик ждет. Пока, Верочка, пока, Илюша! Приятного вечера!

Вера сжала кулаки и покраснела от досады. Она подождала минуту, после чего выбежала из центра. Илья медленно последовал за ней, впрочем, явно не собираясь догонять свою наконец завоеванную возлюбленную. Да и возлюбленную ли? Мчась вниз по лестнице, Вера осознавала, что случившееся нужно было Илье скорее "для галочки". Он соблазнил ее - девушку, не желавшую обращать на него внимание. Сделав это, Илья больше не нуждался в ней. А она-то, глупая, думала, что сегодня будет с трудом отбиваться от его назойливых признаний, попыток изображать полноценного "бойфренда"! И где все это было? Он вел себя, как привыкший к удовольствиям взрослый мужчина, о которых Вера знала только из фильмов. Вчера накатила страсть, и они приятно провели время вдвоем. Но сегодня все вернулось на свои места. Их отношения - это краткосрочный контракт, взаимовыгодная сделка. Никаких последствий. И он, как джентльмен, не станет рассказывать об этом вечере. В конце концов, они уважают друг друга.

Вылетев из школы, Вера перешла с бега на быстрый шаг, но все равно ничего не замечала. Она свернула на усеянную старыми домами улицу, которая отпугивала осторожных прохожих даже в дневное время. Когда девушку схватили за руку, она лишь дернула плечом. Ей показалось, что ее все-таки догнал Илья. Но после того, как "Илья" зажал ей рот ладонью и втянул ее в салон автомобиля, Вера замерла от страха. Холодное дуло пистолета оказалось прижато к ее виску.

-Мы ничего тебе не сделаем, если будешь умницей, - сказал хмурый мужчина, в руке которого был пистолет. Он почти ласково обнимал Веру за плечи, видимо, чтобы издалека было труднее рассмотреть оружие.

-На этот раз Избранная сама придет к нам, - отозвался человек, сидевший за рулем. - Она не бросит родную сестру.


Грязноватый темно-зеленый автомобиль сразу привлек внимание Ильи. От него исходил ненавязчивый аромат темной магии - сладковатый, с легкой примесью горечи. Амулеты. Илья усмехнулся, разглядывая номерные знаки машины. Самое забавное заключалось в том, что эти амулеты были призваны отвлекать внимание от их владельцев. Видимо, тот, кто их создавал, не учитывал возможность встречи с кем-то вроде Ильи.

Автомобиль тронулся с места и свернул на узкую улицу с кучей колдобин, рытвин и других разновидностей ям. Илья ускорил шаг, решив проследить за обладателями магических амулетов. И он успел завернуть за угол в тот самый момент, когда дверь машины захлопнулась. Единственное, что увидел Илья - это взметнувшиеся и сразу исчезнувшие в салоне длинные белые волосы.

Автомобиль вновь поехал вперед. Илья застыл, сосредоточившись на прыгающей по ухабам машине. Через секунду покосившиеся дома и скрюченные деревья исчезли. Теперь автомобиль мчался по бесконечному темному тоннелю, озаренному неизвестным источником света.

Шокированный водитель ударил по тормозам, и Вера столкнулась лбом со спинкой переднего кресла. К счастью, обивка была очень мягкой, и голова девушки не пострадала.

Мужчина, державший в руке пистолет, растерялся меньше своего товарища. Он вышел из машины, целясь в незваного гостя. Вера хотела тоже вылезти под шумок, но водитель заблокировал все двери.

-Сиди здесь, - скомандовал он. Девушка испуганно вжалась в сидение.

Раздались два выстрела подряд. Обе пули срикошетили от невидимой преграды, защищавшей Илью, и врезались в черные стены тоннеля. Неудачливый стрелок вытащил из нагрудного кармана легкой куртки маленький замшевый мешочек и сжал его в руке. Щит Ильи мгновенно исчез. Прежде чем его противник снова спустил курок, мальчик бросился к машине. Третья пуля пролетела в двух шагах от него. Вера завизжала и закрыла голову руками. Она не собиралась наблюдать за попытками одноклассника вырвать ее из рук похитителей.

Илья с трудом уклонился от четвертой пули - она вписалась в капот, за которым он едва успел спрятаться. После этого мужчина с пистолетом взмыл в воздух и отлетел на несколько метров назад, ударившись о неожиданно твердый и холодный пол тоннеля.

Передышка Ильи закончилось сразу после того, как началась. Передняя дверца автомобиля распахнулась, и на мальчика набросился вооруженный тяжелыми кулаками водитель. Илья легко уходил от его молниеносных атак, но сам ударил лишь раз, да и то исключительно для проформы - с тем же успехом он мог бы стегать его прутиком. Наконец, улучив момент для концентрации, он коснулся двумя пальцами лица противника и в тот же момент получил сокрушительный удар в челюсть. Упали, впрочем, оба: один потерял равновесие, а другой уснул.

Вооруженный похититель уже оправился после болезненного приземления и бежал обратно к машине.

-Вылезай! - закричал Илья, поднимаясь на ноги. Вера осмотрелась по сторонам и, заметив, что передняя дверца открыта, неуклюже полезла к ней. Как только она высунулась из салона, Илья схватил ее за руку и потащил вперед. Снова раздался выстрел, но пуля, как и раньше, натолкнулась на сверхъестественное препятствие: содержимое замшевого мешочка рассыпалось из-за падения.

Темнота рассеялась, как туман. Одноклассники бежали по той самой улочке, на которой все и началось. Вера обернулась - сзади не было ни машины, ни похитителей.

-Они уехали! - воскликнула девушка.

-Нет, они в другом пространстве, и долго я их там держать не смогу, - ответил Илья, стараясь бежать еще быстрее и выбиваясь из сил. - Поэтому - убираемся отсюда!

Вера ничего не поняла, но тоже прибавила скорости. И вдруг Илья, издав полузадушенный хрип - словно ему вдруг стало не хватать воздуха - без чувств рухнул на асфальт. Вера шлепнулась рядом с ним, потому что его пальцы сжимали ее ладонь. Впрочем, она быстро встала на колени и огляделась. Вдалеке появились грязная зеленая машина и двое мужчин, один - распростертый на асфальте, другой - несущийся к старшеклассникам на всех парах.

Вера хотела убежать, но что-то остановило ее, и она покорно дождалась своего похитителя. Может быть, она понимала бессмысленность улепетывания от взрослого мужчины с пистолетом. Но, может быть, она и впрямь не могла оставить Илью.

-В машину, деточка, - потребовал мужчина, пряча пистолет за пазухой. Вера, дрожа всем телом, направилась к автомобилю.


По щеке Ильи скользило что-то теплое и влажное. Мальчик открыл глаза и встретился взглядом с добродушным датским догом. Рядом с псом, держа в руках поводок, стояла милая девочка лет десяти. Правда, Илья не заметил ни добродушия собаки, ни миловидности хозяйки, потому что его не подлежащие восстановлению очки валялись на асфальте.

-Я так слаб, - простонал Илья, закрывая лицо руками. Правая скула была изодрана в кровь и саднила. - Я почему-то всегда слаб...

-Может, вызвать "скорую"? - деловито предложила девочка. - Или полицию?

Илья достал из кармана джинсов телефон, целый и невредимый.

-Найди в списке контактов имя "Кира Лазарева" и позвони. Я плохо вижу и не могу читать.

Девочка взяла в руки мобильный и принялась с гордым видом, будто исполняя поручение самого Императора, искать требуемый номер.


## Глава 16. Клятва.


Клара стояла у окна, глядя на играющих внизу детей, и прижимала дрожащие руки к груди. Ну почему, почему революционерам понадобилось брать в заложники ее сестру? Если бы они только знали, что она сама ищет их!

-Они ничего ей не сделают, - уверенно сказал Максимилиан, стоявший за спиной девушки. - Поверь мне. Эти люди желают зла лишь одному человеку, и явно не твоей сестре.

-Но почему они потребовали только не обращаться в полицию? Ведь прошло уже пять часов! - закричала Клара. Илья, сидевший на диване, развел руками. Он выглядел, как прежде, жалким и неуверенным в себе. Правда, не из-за случившегося, а из-за потери очков и вместе с ними - возможности четко видеть окружающие предметы.

-Скоро они с нами свяжутся, наверное, - пробормотал он.

-Попробуй поговорить с ней еще раз! - набросилась на него Кира. - И плевать, что она испугается!

-И у меня опять не получится, она ведь никак не связана с Принцессой.

-Никак? Вот идиот, она ее сестра родная!

Илья хотел объяснить, что Вера - сестра Клары и к Принцессе отношения не имеет, но махнул на это рукой. Он послушно закрыл глаза и через пару минут объявил:

-Бесполезно, я не могу поговорить с Верой.

-Плохо стараешься, мелкий!

-Успокойся, - приказала Агата, расположившаяся в кресле. -Терпеть не могу, когда вопят и машут руками.

Кира прикусила язык. Она была реинкарнацией могущественной жрицы, которая могла бы стереть нахалку вроде Агаты в порошок. Но это не делало ее смелее в присутствии шефа полиции.

-Если бы похитили дорогого тебе человека, - раздраженно бросил Максимилиан, - ты бы тоже вопила и махала руками.

Кира ждала вспышки гнева или хотя бы колкого замечания в адрес наглеца. Но Агата лишь опустила взгляд и сказала:

-Да, ты прав.

В дверь позвонили. Клара выбежала в прихожую и поспешно отперла замок. В коридоре никого не оказалось, зато на полу под дверью обнаружился алый конверт. Точно таким же способом несколько часов назад революционеры потребовали не беспокоить полицию.

-Они прислали адрес, по которому я должна явиться сегодня ночью, - сказала девушка, прочитав печатный текст на вложенном в конверт листе. - Одна.

Все присутствующие нахмурились, а Лео захлопал глазами - никто не удосужился перевести послание на понятный ему язык.

-Мы будем с тобой, и это не обсуждается, - отрезал Максимилиан.

-Вот именно! - подхватила Кира. - Но не все - мелкого оставим дома, толку от него все равно никакого. Разве что на жалость давить.

Илья поморщился, но возражать не стал.

-Я тоже не пойду, - заявила Агата. - Если революционеры увидят меня, то сразу догадаются о ловушке.

-Значит, нас будет четверо? - заключила Клара. Кира кивнула. - Это слишком много. А если они что-нибудь сделают с Верой? Я пойду одна, как они и хотят!

Клара снова кинулась в прихожую, но Максимилиан удержал ее, схватив за руку.

-Даже и не думай об этом, - требовательно произнес он.


Место встречи было назначено в квартире старого двухэтажного дома. Поднимаясь по скрипучей деревянной лестнице, Клара считала удары своего сердца. Она не сумела отделаться от "телохранителей" и теперь боялась, что толпа сопровождающих подвергнет Веру опасности.

Дверь открыла высокая и спортивно сложенная девушка, по виду - Кирина или Кларина ровесница. Ее темно-русые волосы были собраны на затылке в длинный хвост, а наряд составляли черные джинсы и майка. Этой девушке не хватало только оружия и хоть какой-то косметики, чтобы стать похожей на героиню кассового боевика. Впрочем, скоро выяснилось, что оружие у нее все-таки было - рука девушки, спрятанная за дверью, сжимала пистолет. Разглядев троих решительно настроенных людей за спиной Клары, она резко выставила оружие напоказ. Но Кира бросилась вперед и одним ударом выбила пистолет из руки девушки. Героиня боевика ответила метким попаданием кулака противнику под дых. Кира согнулась пополам. Но пистолет уже поднял Лео, и дуло смотрело в лоб его прежней владелице.

-Мы пришли с миром, - сказал Максимилиан, что, учитывая ситуацию, прозвучало весьма нелепо.

-Тебя просили явиться без сопровождающих, - напомнил коренастый мужчина лет сорока, выплывший из темноты квартиры. - А ты привела целую команду.

-Мы связаны с ней, - сказала Кира, выпрямляясь. - Наш долг - быть рядом. Если она на вашей стороне, то и мы тоже.

Девушка в черном поманила за собой всех гостей и заперла дверь. Лео продолжал упрямо целиться в нее, пока Максимилиан не шлепнул его по руке.

-Я чувствую что-то такое, - сказала она, обернувшись к своему настороженному товарищу.

-Ты хочешь сказать, что они действительно как-то связаны с Избранной? - недоверчиво поинтересовался он. - Это те люди, которых ты видела?

-Не думаю, что все. Их связь - совершенно разная. - Девушка прищурилась, вглядываясь в лица гостей. - Самая крепкая - у Избранной с той леди, которая меня обезоружила. Кстати, снимаю шляпу - великолепная реакция.

Кира усмехнулась.

-Думаешь произвести впечатление? Не вышло. Вы же знаете, что мы сестры, вот и вся связь. Дешевый трюк из арсенала ясновидящей-шарлатанки.

Девушка в черном покачала головой.

-Нет, ваша связь намного крепче кровных уз. Это сильнейшая магия, о которой я не имею никакого представления. Что-то древнее... - Она задумалась, подбирая слова, и потрогала пальцами пространство между Кирой и Кларой, будто там действительно была ниточка. Клару бросило в дрожь, и она невольно отступила в сторону. - Это связь ваших душ. Она вечная. Но может однажды разорваться, если... - Девушка нахмурилась, словно, читая текст, наткнулась на неразборчиво написанные строчки. - Если вы достигнете своей цели, во имя чего и создавалась связь.

-Ого, а вот это уже интереснее, - признала Кира, скрестив руки на груди.

-Это она, - девушка вновь обратилась к своему товарищу. - Одна из тех, кто явился мне в видении.

-А остальные?

-У этого человека, - она указала на Лео, - связь другого рода. Она совсем новая, особенно по сравнению с первой, и очень слабая. - Девушка снова потрогала воздух. Лео смотрел на нее, как на сумасшедшую, потому что из-за незнания русского языка понимал еще меньше своих спутников. - Эту связь создал другой человек с той же целью, что и первую, но она основана... на чувстве долга, верности, благодарности... Здесь нет магии. Это путь, с которого он может свернуть в любой момент. И связь легко разорвется.

-Его не было в твоем видении, - подытожил коренастый революционер.

-Не могу сказать точно, но думаю, что нет. С третьим человеком - то же самое. Но его связь... - Девушка замолчала. Она выглядела удивленной и растерянной. - Его связь с Избранной крепкая, но... странная. - Клара взволнованно посмотрела на Максимилиана. Что странного в их отношениях? Они любят друг друга, разве это такая уж редкость? - Он сам выбрал этот путь, ему никто его не навязывал, - медленно произнесла она.

-Это странно? - спросил Максимилиан, которого, по всей видимости, тоже не устраивала такая характеристика.

-Странно то, что основа создания связи - другая, - неуверенно пролепетала девушка. - Цель не такая, как у остальных.

-Что это значит? - не выдержала Клара.

-Трудно сказать, - ответила революционерка после короткой паузы.

-Мы встречаемся, - сказал Максимилиан. Если бы не томительное ожидание развязки, Клара покраснела бы. Но сейчас ее больше волновала участь сестры, и девушка осталась невозмутима. - Может быть, из-за этого наша связь отличается?

-Похоже на то, - просияла революционерка. - Кажется, я вижу любовь.

-Прекратите этот цирк, - потребовала Кира. - Любовь и чувство долга - это прекрасно, только мы сюда пришли за сестрой. Где Вера?

-В безопасности, - твердо сказал революционер. - И с ней ничего не случится, если вы будете делать все так, как нужно нам.

-Оружие-то у нас, - напомнил Максимилиан, похлопав Лео по плечу.

-Если начнете стрелять, Вера погибнет, - улыбнулась девушка в черном. - Поверьте мне на слово.

-Мы не будем стрелять, - быстро сказала Клара. - И вообще - мы согласны помочь вам. Не только из-за Веры. Мы искренне считаем, что Императора нужно свергнуть.

-Откуда вы знаете о наших намерениях?

-Вы сами себя выдали, "Крылья Свободы",- заметил Максимилиан. - Использовали магию, похищая Веру Лазареву. А вы славитесь своей страстью к сверхъестественным приемчикам.

-Одна из вас - офицер Императорской Полиции, - прорычал коренастый революционер. - Думаете, мы так легко вам поверим? Может быть, это ловушка.

-Она в первую очередь - защитница Избранной, - возразила его напарница. - Служение Императору для нее второстепенно.

-Это правда, - подтвердила Кира.

-Но мы все равно решили подстраховаться. - Девушка прошла в пустую комнату, слабо освещенную поставленной на пол настольной лампой, и жестом пригласила остальных следовать за ней. Клара поежилась. Комнаты без мебели всегда приводили ее в уныние. После гибели родителей, когда сестрам пришлось покинуть квартиру, они отдали все шкафы-столы-кровати родственникам. Последние минуты перед отъездом Клара провела, бродя по пустым помещениям и оплакивая свою страшную потерю. С тех пор отсутствие мебели, непривычное эхо и окна без занавесок ассоциировались у нее со смертью.

На паркете в центре комнаты стояла серебряная чаша, наполненная какой-то прозрачной жидкостью, с виду - обыкновенной водой. Революционерка взяла ее обеими руками и поднесла к лицу Клары.

-Мы хотели заручиться лишь твоей поддержкой, Избранная, но, видимо, придется подключить и друзей. Может быть, это к лучшему. - Коренастый революционер вынул из кармана складной нож и протянул его Кларе. Девушка неуверенно взяла опасный предмет в руку. - Это - заряженная вода. Она поможет скрепить наш союз клятвой. Нарушивший клятву немедленно умрет.

-Я и без клятвы согласна вам помогать, почему же вы не хотите в это поверить? - испуганно пролепетала Клара.

-Потому что это было бы глупо, - ответил революционер. - Решайтесь. Все, что от вас нужно - лишь капля крови, растворенная в этой воде, и произнесение клятвы. Если вы этого не сделаете, Вера умрет.

Клара вытянула руку над чашей и занесла нож. Максимилиан жестом остановил ее.

-А как вы связываетесь с теми, кто сейчас охраняет Веру? Поделитесь секретом. Может быть, вы блефуете.

-Я ведьма, - сказала девушка в черном. - Потомственная. Разве вы еще не поняли, что я на многое способна?

-Нет, ты пока только всякую чушь про связи порола.

Ведьма нахмурилась. Клара испугалась, что перемена ее настроения может поставить под угрозу жизнь Веры, и надрезала кожу на указательном пальце своей левой руки. Капля крови полетела в чашу под неодобрительный возглас Киры.

Едва заметно окрасившаяся вода вспыхнула, как подожженный бензин, однако пламя быстро унялось. Не отрывая взгляда от чаши, Клара передала нож Кире.

-Я бывшая жрица, - зачем-то предупредила она. - Поняла, ведьма?

Последнее слово было произнесено с неприкрытой издевкой.

-Эта клятва одинаково действует на всех, - ответила революционерка. - И разрушить чары смогу только я. Поняла, жрица?

Кира нехотя рассекла подушечку среднего пальца. Еще одна короткая вспышка пламени - и ведьма приблизилась к Лео. Тот бросил вопросительный взгляд на Максимилиана

-Даем клятву, что не пойдем против них, - сказал Максимилиан по-английски. - Вперед.

В чашу добавилась кровь Лео. Последним свой палец надрезал Максимилиан.

-Теперь вы должны произнести эти слова, - объяснила революционерка, доставая из кармана джинсов сложенный вчетверо лист бумаги. Клара развернула его и торжественно прочла: - Я, Клара Лазарева, клянусь действовать во благо "Крыльев Свободы" и стремиться к свержению Императора Талврина.

Из воды в серебряной чаше вынырнул маленький ярко-зеленый шар, излучавший легкое свечение. Он медленно подлетел к Кларе и, взорвавшись, осел на ее лице десятками искорок. Девушка провела пальцами по щеке, но искры исчезли, не оставив и следа.

-Теперь остальные.

-Тоже получим шариками в лоб? - спросил, усмехнувшись, Максимилиан и отобрал у Клары лист с текстом клятвы.

Как несложно догадаться, труднее всего пришлось Лео. Ведьма не знала иностранных языков и потребовала произнести клятву по-русски. Максимилиану пришлось сделать для Лео транскрипцию - он написал русские слова какими-то странными символами.

-Это алфавит общего языка, на нем вся Вселенная разговаривает, - пояснил он удивленным сестрам Лазаревым.

-Милые загогулечки, - похвалила Кира чужеземные письмена.

Лео выразительно прочел текст, и Кира не смогла сдержать улыбку - так смешно он выговаривал русские слова.

Как только прозвучали все клятвы, ведьма провела рукой над чашей и прошептала несколько непонятных слов. Вода мгновенно испарилась. Тем временем ее напарник подошел к двери в соседнюю комнату и четырежды ударил по ней кулаком. Дверь распахнулась. За ней, привязанная к стулу и с дулом пистолета у виска, сидела измученная волнением Вера.

-Радость моя! - закричала Клара, бросаясь к сестре. "Тюремщик" Веры убрал пистолет за пояс и перерезал ножом толстые веревки. Девушка встала и трясущимися руками обняла Клару.

-"Я ведьма, я на многое способна", - передразнила революционерку Кира. - Что, много магической энергии ушло на запирание пленницы в соседней комнате?

Девушка в черном рассмеялась и протянула Кире руку.

-Жанна, - представилась она. - И действительно ведьма.

-Кира. И действительно жрица.

-Я запомню.


Жанна сидела на коленях в центре комнаты, где пару часов назад были даны четыре клятвы. Она медитировала - это помогало сделать видения более четкими и продолжительными.

Снова эти люди из другого времени. С восемнадцатого августа они стали навещать ее все чаще и даже начали разговаривать. Жанна не знала их языка, но понимала каждое услышанное слово.

Первым появился царственный темноволосый мужчина с острой бородкой и аккуратными усиками. Он был молод и полон сил, его красивые доспехи сияли. Сначала он был в темноте, но затем откуда-то сверху полился солнечный свет, и Жанна смогла разглядеть некоторые детали интерьера. Вот огромное окно с легкими светлыми шторами, вот выложенный мозаикой пол, вот стол с золоченым подсвечником. К мужчине подошла русоволосая женщина в длинном алом платье. Она держала в руках большой синий кристалл, который передала мужчине в доспехах. Эта женщина была прекрасна, хотя уже не молода, и в ее глазах светилась мудрость. Но когда мужчина коснулся ее шелковистых волос, эта мудрость сдалась под натиском любви.

-Жрица, - произнес мужчина в доспехах, - ты всегда будешь верна мне?

Женщина кивнула и прижалась к груди мужчины. Но он исчез. Жрица упала на колени и принялась горько, хоть и беззвучно плакать. К ней приблизился другой мужчина - высокий, молодой, красивый. Он подал жрице руку, помог встать и поцеловал.

-Ты проведешь для меня этот обряд? - спросил он.

-Да, любимый, - ответила она.

Этот мужчина тоже растворился в воздухе, а на сцену вышел седой, но все еще могучий старец с властным взглядом.

-Ты согрешила, - сказал он жрице. Та опустила голову. - И должна исправить свои ошибки.

-Я это сделаю, - пообещала несчастная женщина.

-А я за этим прослежу, - заметил старец, хитро улыбаясь.

Жрица направилась к Жанне. По мере того, как она приближалась, ее лицо, фигура и одежда менялись. Жанна уже знала, в кого превращается эта женщина. В Киру Лазареву. Если бы не подобная метаморфоза в прошлом видении, ведьма не сумела бы узнать ее несколько часов назад.

Жанна открыла глаза. Сегодня она встретила двоих из тех, кто посещал ее в видениях - жрицу и маленькую девочку, которая на этот раз не удостоила ее своим вниманием. Интересно, где все остальные? И покажут ли они Жанне свои нынешние лица?


Максимилиан стоял перед Талврином, покорно опустив голову, и рассказывал о знакомстве с революционерами. Кларе, которая тоже сидела в гостиной дворца, было больно смотреть на него. Он, такой сильный и умный, склонил голову перед тем, кто даже мизинца его не стоил! Если бы только Клара могла что-то с этим сделать...

-Значит, они поверили вам? - заключил Талврин, почесывая подбородок. Ни о какой клятве Максимилиан не упоминал, и выходило, что "Крылья Свободы" приняли честное слово Принцессы в качестве гарантии ее лояльности. Клара предположила, что лишь это и спасло его от смерти после такого обстоятельного доклада.

-Да, Ваше Величество, - ответил Максимилиан, не поднимая взгляда.

-Агата, проверь, - скомандовал Император. Шеф полиции подошла к машинально отпрянувшей Кларе и взяла ее за руку.

-Это правда, - констатировала она, возвращаясь на свое место рядом с Талврином.

-Отлично, - улыбнулся Император. - Вы все делаете правильно. Я вами доволен.

Максимилиан опустился на колени перед сидящим в кресле монархом и поцеловал его руку. Император расплылся в такой самодовольной улыбке, что Клара с трудом подавила желание запустить ему в лицо предмет не легче энциклопедического словаря.

-Тебе нравится быть моим слугой? - поинтересовался Талврин почти с теплотой в голосе. Так он мог бы спросить у сына, понравился ли ему подарок на день рождения.

-Да, мой господин, - ответил Максимилиан, поднимая на Императора искренний взгляд преданного пса.

-Бери с него пример, Принцесса, - сказал Талврин. - Учись быть счастливой оттого, что сидишь на полу у моих ног.


-Я не могу на это смотреть, - с чувством произнесла Клара, едва они с Максимилианом покинули дворец. Было раннее утро, но столица уже проснулась и начинала шуметь. - Это все из-за кольца? Из-за него ты пресмыкаешься перед этим...

Максимилиан заставил Клару замолчать, неожиданно поцеловав ее в губы.

-Это кольцо действительно заставляет меня видеть в Талврине своего господина, - тихо сказал он. Ну кто просил его шептать ей на ухо? Клара всегда теряла контроль над собой, когда его бархатный голос и теплое дыхание смешивались в пьянящий чувственный коктейль. - Но я могу противостоять соблазну облизывать его туфли. То, что ты сейчас видела - игра. Так нужно. Пусть думает, что кольцо полностью перекроило мне мозги.

Клара обмякла в объятиях Максимилиана и смогла ответить лишь бессильное "понятно".

-И не переживай насчет клятвы, - продолжал он, будто нечаянно касаясь губами Клариного уха. - Мы все равно не собираемся ее нарушать.

Клара хотела спросить что-нибудь еще, лишь бы только он продолжал обнимать ее и шептать на ухо какую угодно околесицу. Но не спросила, и они, отстранившись друг от друга, пошли дальше.


У Веры, пережившей серьезное потрясение, сна не было ни в одном глазу. Поэтому она совсем не сопротивлялась попыткам Ильи ввести ее в курс дела. Как-никак, она стала невольной участницей борьбы за Принцессу. Правда, одну половину объяснений она не до конца понимала, а в другую просто не верила. Но это были пустяки. Самым удивительным для нее стало волшебное преображение Ильи. Разве могла она раньше подумать, что этот невзрачный, жалкий мальчишка знает кучу сверхъестественных фокусов и посвящен в какие-то древние тайны? Они сидели за столом на кухне, перед ними стояли чашки с чаем, и он медленно, доходчиво описывал ситуацию. Его жесты, манера говорить, затуманенный из-за отсутствия очков взгляд - все это, казалось, Вера сейчас видела впервые. И, пока Илья рассказывал легенду о Принцессе, она мысленно оправдывала свой недавний поступок. Илья изменился, стал умнее, взрослее. Даже как будто немного симпатичнее. И теперь он может постоять за себя и любимую девушку (если, конечно, не потеряет сознание). Пожалуй, с таким парнем можно даже встречаться. Хотя лучше скрывать этот факт от общих знакомых.

-Вот что получается, - подытожила Вера, отхлебывая холодный чай. - Обе мои сестры - не самые шикарные женщины в округе - реинкарнации каких-то важных дам, у тебя открылись суперспособности, и только я - обычная девчонка, которую весь этот сыр-бор не касается. Что за ерунда? Блин, да если кто и реинкарнация принцессы или хотя бы жрицы, то именно я!

Илья тяжело вздохнул и зарылся пальцами в свои распущенные волосы.

-Это единственный вывод, который ты смогла сделать?

-А какой еще тебе надо? - оскорбилась девушка.

Илья развел руками.

-Действительно, слишком уж многого я хочу.

Вера встала из-за стола и улыбнулась, поняв, что в голову ей пришла замечательная идея.

-Пошли спать, - сказала она, наклонившись к Илье и положив руку ему на плечо. Да, плечи у него все-таки очень худые. Но, как говорила Кира, были бы кости, а мясо нарастет. - Уже не то чтобы поздно, а почти что даже рано.

-Хорошая идея, - согласился Илья. - Пойду домой.

-Да ладно тебе, останься у нас! Кровати тут не особо маленькие, поместимся в одной.

-Прости, я устал.

-Ну так я и предлагаю просто лечь спать, извращенец!

Илья усмехнулся, с подозрением взглянув на Веру.

-Хочешь проснуться рядом с самым убогим парнем школы? Ах, Лазарева! Ну ладно еще секс. Но делить с ним постель целую ночь?

Вера покраснела. Неужели он поумнел настолько, что прочитал ее мысли во время спектакля?

-Ну и как хочешь! - выпалила она. - Раз у тебя такой жуткий комплекс неполноценности - иди домой и спи там один!

Она выбежала из кухни, пылая от злости.

Илья откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок. Там хотя бы не было мелких деталей. Потолок - он и без очков потолок.


## Глава 17. Открытия сестер Лазаревых.


Четверо революционеров поневоле стали почти ежедневно встречаться со своими новыми товарищами. Сначала им казалось, что сходки устраиваются каждый раз на новом месте, и у них даже возникло подозрение, что в рядах "Крыльев Свободы" есть не меньше одного высокопоставленного чиновника с правом экспроприировать недвижимое имущество - иначе откуда эта бесконечная вереница пустых квартир, домов и подвалов? Впрочем, через какое-то время стало ясно, что "мест встречи" в столице всего одиннадцать, так как они начали повторяться. Среди них оказалось четыре квартиры, причем в одной из них обитала семья члена организации (революционеры обсуждали планы освобождения, а в соседней комнате два маленьких мальчика строили железную дорогу). Все дома (три штуки) принадлежали кому-то из наиболее богатых "крыльев", которые финансировали деятельность своих соратников. Как-то после вечера в одном из этих домов Кира позволила себе заметить, что хозяева "с жиру бесятся". Действительно, можно еще было понять выросшую в нищете Жанну, родителей которой расстреляли по приказу Императора за "оказание магических услуг населению". Но что не устраивало владельцев роскошных особняков, чьи жены скупали все меха и ювелирные украшения в столице?

Кларе больше всего нравились встречи в подвалах и других подсобных помещениях разных лавок. Пока революционеры несли вдохновенную чепуху, Клара осторожно изучала антиквариат и читала запрещенные книги. Раньше ей и в голову не могло прийти, что Император Талврин и Эманн, одиозная историческая личность, - один и тот же человек. Этот темный маг прославился тем, что путешествовал по миру, грабил богатых и совершал убийства за большое вознаграждение, а также соблазнял самых красивых девушек во всех попадавшихся на глаза селениях. Его злодеяния начались в одиннадцатом веке и продолжались чуть менее ста лет; затем сведения о нем поступать перестали. Все считали, что он умер, и мало кто связывал ужасные поступки Эманна с именем Талврина, который объявился спустя более века после исчезновения "темного мага". Кроме того, Талврин начинал как добродетельный мудрец, и лишь через несколько столетий заявил о своих притязаниях на весь земной шар. Но в книге, которую с упоением читала Клара, убедительно доказывалось, что Эманн и Талврин - одно лицо. Император просто скрывался целый век и сменил имя, чтобы потом создать себе новую, более подходящую для великого правителя репутацию. Либо (и эта версия больше понравилась Кире) Талврин устал от своих похождений и сотню лет мирно проматывал нажитое нечестным путем состояние. Рассказывалось же в летописях о том, что в те времена какой-то богач покупал прелестных юных невольниц и увозил их в "тридевятое царство", где окружал роскошью и лаской. Однако, стоило увяданию коснуться их красоты, как богач превращал их в обычных слуг и заставлял заниматься самой грязной работой. "Ну вылитый Талька, - говорила Кира, - это же точно в его стиле! Он и нашу Агату уборщицей сделает, как только она морщинами покроется и целлюлитом обрастет".

Количество высокопарной ерунды, которая обрушивалась во время собраний на Принцессу и ее окружение, превосходило все разумные пределы. Неуемную болтливость революционеров без труда объяснил Максимилиан. "Даже связав нас клятвой, они не начали нам доверять, - сказал он сестрам Лазаревым. - Они заговаривают нам зубы. Уверен, что почти все обсуждаемые при нас планы - выдумка." Но зная, что их потчуют отборной чушью, Клара и ее товарищи все равно исправно являлись на сходки. Вскоре Максимилиан и Кира вошли во вкус - начали поддерживать ораторов и даже вносить свои предложения. У Киры получалось достаточно смешно: выступая перед публикой, она теряла половину своего словарного запаса.

-Короче, надо обязательно добиться того, чтобы Талврина свергли! И поскорее! - с горячностью говорила она. Легко было заметить, что Кира пристально вглядывается в лицо Лео, и все это шоу - для него. Но Лео не реагировал. На всех сходках он вел себя, как собака: смотрел на остальных честными умными глазами и молчал.

Максимилиан, который не любил рассуждений, проявил себя с неожиданной стороны. Стоило ему занять место оратора, как он превратился в настоящего вождя. Когда Максимилиан говорил, слушатели разом замолкали и впитывали его речь, боясь упустить хоть слово. Ему легко было убеждать, призывать идти за собой хоть на край света. О чем бы он ни говорил, все казалось важным и, самое главное, правдивым. Он мог бы заявить, что Талврин - его родной брат, и все бы нашли в их лицах множество общих черт. Впрочем, на самом деле слушатели поверили в куда больший бред: Максимилиан признался, что он родом из другого мира. И они точно так же легко согласились с тем, что он старше Талврина. Клара же из этого утверждения сделала вывод о том, что Талврина действительно когда-то звали Эманном. Максимилиан считал себя старше восьмисотлетнего Императора. Однако этого не могло быть, так как Алекс создал его уже после смерти Рахили, а сила осколков просыпается в двадцать пятый день рождения Принцессы и засыпает в момент ее гибели. Таким образом, Талврин обрел свое могущество в период с клубной вечеринки до падения самолета. Если Алекс родился в тысяча девятьсот семьдесят девятом году по местному летоисчислению (а Рахиль, соответственно, на год позже), то произошло это в две тысячи пятом. Клара спросила Лео, не знает ли он, какой год идет на родной планете Максимилиана. Лео ответил, что вся Вселенная пользуется этим календарем и сейчас середина две тысячи девятьсот восемьдесят пятого. Таким образом, Талврин мог освободить силу камней только девятьсот восемьдесят лет назад, и это противоречило общепринятым представлениям о его возрасте. Талврину оказалось чуть более тысячи лет! При дальнейших нетрудных подсчетах Клара выделила цифру 942: столько лет прошло со дня смерти Александра Моретти, а значит, примерно столько же - с момента создания Максимилиана Эдвардса. Насколько могла судить Клара, он стал последним и лучшим творением безобразного гения.


Глядя на то, как Максимилиан убеждает революционеров в близости светлого будущего, Клара начинала о чем-то догадываться. Она, правда, видела в своей жизни слишком мало харизматичных политиков, чтобы сразу увидеть в Максимилиане профессионала. Поэтому она сидела в полумраке подвала, покусывая губу, и пыталась собрать из обрывков мыслей целую картину.

В конце сентября члены "Крыльев Свободы" решили, что Кларе и ее товарищам можно доверять. Шло время, но арестов было не больше обычного, облавы, как и прежде, устраивались по заведомо ложным доносам. Тем более, Максимилиан завоевал всеобщее расположение и доверие. И хотя занимался он лишь одним делом - проникновенно вещал о грядущих переменах - зато его проповеди воспламеняли умы слушателей огнем великих идей. Поэтому однажды бледный мужчина ростом больше двух метров - не глава организации, но и не рядовой революционер - раскрыл перед ним все карты.

-У нас готово восстание сразу в нескольких странах, - сказал этот человек тихо. В подвале книжной лавки были только он, Жанна, сестры Лазаревы, Лео и Максимилиан, однако повышение голоса этот человек все равно считал опасным. - Мы начнем его лишь после того, как вы отнимете у Талврина его силу и бессмертие. В противном случае он просто уничтожит нас и многих мирных жителей. Жанна говорит, что эта девушка, - он бесцеремонно указал на Клару пальцем, - способна превратить Талврина в обычного человека. Поклянись жизнью, что это правда.

-Это правда, - сказала Клара, которую почему-то никто не спрашивал. Никогда. Она к этому уже привыкла. У нее было слишком детское и наивное лицо, чтобы кто-то видел в ней Избранную. К ней относились, как к магическому артефакту, правильно применить который - задача Лео, Максимилиана и Киры.

-Клара может отнять силу Императора, и она сделает это, - твердо заявил Максимилиан. - Сами понимаете, я не могу лгать из-за магической клятвы.

Жанна скептически поморщилась. Она знала важный изъян клятвы: если человек будет искренне верить, что действует во благо "Крыльев Свободы", то останется жив, даже если поведет всех членов организации прямиком на расстрел.

-Да и незачем мне лгать, - продолжал Максимилиан. - У меня полно причин ненавидеть Императора и желать ему скорейшей мучительной смерти. Но.. уверены ли вы, что подготовленное восстание будет иметь успех? - Максимилиан прищурился, переводя взгляд с высокого революционера на Жанну. Он стоял, поставив одну ногу на стул и опираясь локтями на поднятое колено. Кларе казалось, что это - поза преступника, обсуждающего новое дело, и она невольно вспоминала его слова об одиннадцатилетнем тюремном сроке. - Достаточно ли у вас людей и серьезно ли они настроены? Даже если Талврин будет слаб, у него останутся армия, полиция и толпы верных ему идиотов.

-У нас много людей. С того момента, как Жанна вступила в наши ряды, недовольные правлением Талврина начали куда больше верить в нас. Она одаренная ведьма, благодаря ей мы стали сильнее.

-Но может ли она вести за собой народ? - спросил Максимилиан, подняв брови. - Жанна - воин, а народу нужен мессия. Он должен увидеть человека, в котором сосредоточится вся его вера в лучшее, который будет олицетворять собой высшую справедливость. Тогда найдутся люди, готовые отдать жизнь за правое дело - ваше дело.

-Ты предлагаешь себя на эту роль? - вмешалась Жанна. - Не спорю, говоришь ты хорошо, убедительно, с жаром. Только вот на олицетворение высшей справедливости ты совсем не похож. В тебе есть что-то вызывающее подозрения. Небезосновательные, как мне кажется.

-Я предлагаю не себя, - сказал Максимилиан, опуская ногу на пол и подталкивая всеми забытую Клару вперед. - Я предлагаю Принцессу, которую вы тут очень удачно окрестили Избранной.

Клара удивленно ткнула в себя указательным пальцем.

-Но о ней знает лишь небольшая горстка революционеров, - возразила Жанна.

-Так расскажем всем! - вскричал Максимилиан. - И революционерам, и простым людям! Объявим Клару единственной надеждой на счастливое будущее всей земли!

-Да кто в это поверит? - развела руками Клара. - Максим, тебе ли не знать, что народ хочет чуда. Когда-то все пошли за Императором, потому что он был сильнее любого человека на этом свете. А я? Ну, в одной из прошлых жизней я была Принцессой и, по идее, могу лишить Талврина его силы. Но это не доказательства моей так называемой "избранности"!

-Чудо очень важно, - менторским тоном заметил Максимилиан. Его теплая ладонь легла на Кларино предплечье, заставляя девушку забыть о присутствии других людей. Сейчас он говорил только с ней, его голос звучал для нее одной. - Ты не способна явить чудо по заказу. Что будем делать?

-Обманывать стадо! - воскликнула Кира, стукнув кулаком правой руки по ладони левой. - Мы с Лео знаем разные фокусы, от которых у людей дух захватит! - Помолчав несколько секунд, она добавила: - Ну, может Лео и не знает, но за себя ручаться могу. Если надо, подключим Илюху!

-Илюху? - переспросила Жанна. - Неужели того мальчишку, который пытался спасти Веру Лазареву?

-Его самого. Он у нас акселерат по части сверхъестественных способностей. Хотя по лицу и не скажешь.

-А как он выглядит? - нахмурилась Жанна.

-Волосы длинные, очкарик, тощий... Да чего я рассказываю, вот он, - сказала Кира, отыскивая в мобильном телефоне фотографию Ильи Павенко полугодовой давности. Жанна побледнела, увидев мальчика с затравленным взглядом, но ничего не сказала. - Если что - на него можно положиться. Но очень прошу: не подключайте его ко всяким опасным операциям. Парнишке всего семнадцать, и у него врожденный порок сердца.

-Жанне было шестнадцать, когда она стала полноправным членом "Крыльев Свободы", - сухо заметил высокий революционер. - И никто ее не щадил.

-Обещаю, что обратимся к Илье лишь в случае крайней необходимости, - пробормотала Жанна.

-Но я не хочу обманывать людей! - подала голос Клара. - Во-первых, я не настолько солидно выгляжу, чтобы делать из меня символ революции. Во-вторых, даже если народ в меня поверит, он потом жестоко разочаруется! Ведь я...

-Спокойно, - Максимилиан поднес указательный палец к своим губам. - Народ не разочаруется, когда ты сделаешь Талврина обычным человеком и заставишь его сполна заплатить за все преступления. Это будет самое большое чудо, и его сотворишь ты.

Клара сглотнула. Чего греха таить - она и сама-то не до конца верила в свое предназначение.


Перед тем, как все разошлись, Жанна схватила Киру за руку и оттащила в угол. Сверкающие глаза ведьмы говорили о том, что ее не на шутку взволновал какой-то вопрос.

-Что такое? - удивилась Кира.

-Помнишь, я говорила тебе о своих видениях?

-Тех, в которых к тебе приходили мы с Кларой? Помню, конечно.

-Вчера ночью я увидела еще одного человека. Стража.

-Адли? Этого старого нахала?

-Да. Ты знала, что он здесь?


Илью как будто подменили, никто в классе не узнавал его. Теперь он учился усерднее, чем когда-либо, и казалось, что многие предметы вызывают у него настоящий интерес. Тем не менее, плохих оценок было предостаточно. Илья забыл многое из того, что полагалось знать в его возрасте. Особенно пострадали химия, физика, история и, как ни странно, информатика. Раньше Илья, хоть и не мог взломать сайт Его Величества, был все-таки с компьютерами на "ты". С практическими заданиями всегда справлялся одним из первых, да еще и помогал одноклассникам - разумеется, под угрозой сурового наказания за отказ. Но в тот день, поставленный перед несложной задачей создать текстовый документ, Илья оказался в тупике. Сначала он сосредоточенно глядел на экраны соседей; те развернули мониторы так, чтобы ему ничего не было видно. Тогда Илья стал беспорядочно стучать по клавиатуре и вообще свернул документ, после чего отчаялся найти его вновь и поднялся со стула. Учителя в классе не было, и мальчик свободно бродил между рядами парт. Скучающее выражение его лица говорило о том, что Илья ничуть не расстроился из-за неудачи. Его вообще перестали волновать оценки - то, что прежде легко доводило до унизительных рыданий.

Вера тоже вышла из-за своего стола. Таня - снова ее подруга, но лишь формально - скривила губы в усмешке. Трудно было не заметить, что отношения этих двоих претерпели забавные изменения. Таня пока хранила их секрет, но выжидала подходящего момента, чтобы поведать приятелям историю под названием: "Как Павенко стал мужчиной".

-Ты все сделал? - спросила Вера.

Илья присел на край парты и скрестил руки на груди.

-Нет, никак не разберусь, что там требуется.

-Ну, давай помогу, раз ты сегодня такой бестолковый, - сказала девушка и заняла место у компьютера Ильи. Мальчик придвинул другой стул и сел рядом. - Вот, смотри. Открываем документ... создаем таблицу... вставляем рисунки... какие вставим?

-Все равно, - махнул рукой Илья. - Что тебе больше нравится.

-Ну вот, тогда будут цветы. Смотри, так делается обтекание текста.

-Надо же.

-А сейчас мы еще сделаем узорные границы нашей таблички...

За спинами одноклассников раздался пронзительный свист. Они обернулись и увидели Диму - рослого двоечника с кривыми зубами.

-Лазарева, это ты типа благотворительностью занимаешься? - загоготал он. - Как бы тут убогому помогаешь?

-Отстань, Савлов, - сказала ему Вера, отворачиваясь. Но Дима Савлов давно лелеял надежду встречаться с Верой, и лишь сомнительные внешние данные мешали ему добиться этой цели. Понятное дело, что в последнее время Илья Павенко его раздражал. Очень.

-Эй, убогий, совсем отупел? - продолжал издеваться Дима. Он дал Илье подзатыльник, от которого у мальчика слетели очки. К счастью, он успел их поймать, и они остались целы. Илья выпрямился. На его лице не проступили привычные всем красные пятна, а в глазах не было слез. Он поднялся со стула и встал лицом к лицу с обидчиком.

-У тебя какие-то проблемы? - спросил он спокойно. - Знаешь, на слабых нападают только трусы.

Дима замахнулся, чтобы толкнуть Илью, но мальчик схватил его за толстое запястье и неожиданно вывернул ему руку. Дима вскрикнул, пытаясь освободиться. Ему это удалось, но тут же последовали резкие удары кулаком в челюсть и в живот. Друг Димы - Антон - пришел на помощь и кинулся на Илью сзади. Тот отступил в сторону, поставив подножку - и пухлый Антон повалился на Диму, после чего оба грохнулись на пол.

-Надеюсь, что на сильного вы нападать не станете, - заметил Илья, опускаясь на свой стул возле Веры. Класс замер в ожидании продолжения, и оно не замедлило последовать. Антон бросился на вальяжно рассевшегося Илью - и натолкнулся на невидимое препятствие. Он упал на пол с разбитым носом. Дима подтвердил мудрое изречение о том, что дурак учится лишь на своих ошибках: тоже попробовал нанести Илье ответный удар. Почти с тем же успехом - взвыл, баюкая ушибленную руку.

Класс в ужасе смотрел на Илью, который качал головой с видом рассерженного преподавателя.

-Теперь слабые - вы, юноши. Но я не трус и не буду издеваться над вами. Если, конечно, вы сами не напроситесь.

В класс вошел учитель, и все вернулись за свои компьютеры. Дима и Антон не стали жаловаться на Илью - это было ниже их достоинства. Они решили когда-нибудь подкараулить его в темном переулке и хорошенько поколотить.

Вера улыбалась. Илья не был ее парнем, их отношения носили сводящий с ума характер полной неопределенности. Но она им гордилась. В этом сомнений не было.


Вера пригласила Илью к ней домой на ужин - Клара, как обычно, собиралась приготовить много вкусностей. Илья отказаться не смог, да и не собирался. Он явился в шесть вечера, притащив с собой маленький симпатичный тортик. Клара и сама испекла пирог, но из уважения к дарителю тортик все же разрезала.

-Везет нам, да? - хихикала Вера, уминая сладости. - Родители всю жизнь были тощие, вот и мы не толстеем! А Таня, например, булку только понюхает - и сразу становится в два раза жирнее!

-Везет, - согласился Илья. - Мне тоже везет, кстати.

-Ну да, ты вон какой доходяга, - добродушно сказала Кира, ущипнув его за бок. Потом она придвинулась к нему ближе и шепнула на ухо: - А ты чего раньше не рассказывал, что ты Адли?

Илья подавился пирогом и закашлялся. Кира несколько раз шлепнула его по спине.

-Как ты узнала? - спросил Илья, переходя на телепатическое общение. Кира почувствовала себя неловко: рядом ее сестры, а они мысленно секреты обсуждают. Хотя какие тут секреты? Они с Кларой - тоже перерождения участниц древних событий. Надо быть откровеннее друг с другом!

-Тебя одна революционерша - ведьма - во сне увидела. Сначала был бородатый старец, а потом... хлоп! - превратился в тебя.

Илья бросил на Киру удивленный взгляд.

-Вот оно что... меня раскрыли.

-Да ладно тебе! - возмутилась Кира. - Мог бы сам давно признаться! Ну, то бишь, месяц назад. Я так понимаю, ты свою первую жизнь вспомнил только восемнадцатого августа, когда обрел силу Стража?

-Да, только восемнадцатого, - подтвердил Илья и кивнул в ответ на Кларино предложение налить ему чаю.

-Так почему не сказал?

-У нас с тобой... были натянутые отношения в первой жизни.

-Да с того времени столько воды утекло! - Кира обняла Илью за плечи, что немного рассердило Веру. - Я ведь не жрица Камари, правильно? У нас с ней и общего-то ничего нет! Так же, как и у тебя с Адли! Конечно, с ним у нас были довольно плохие отношения. Но ты-то - Илья Павенко, а вовсе не Адли! Много, кстати, помнишь?

-Не особенно, - грустно ответил Илья.

-А знаешь, зачем ты - в смысле, Адли - решил переродиться?

-Он хотел следить за тобой, - ответил Илья и усмехнулся. - Не доверял Камари.

-А теперь - доверяет?

-Теперь - как себе.

Кира не удержалась и, дождавшись, когда Вера будет смотреть в другую сторону, чмокнула мальчика в щеку. Он был "свой", из той же "песочницы"! И нет, честное слово, разницы, в каком теле обитала его душа несколько тысячелетий назад!


-Идея хорошая, - одобрила Агата. Когда Император отсутствовал - а отсутствовал он часто и подолгу - Клара и ее окружение отчитывались перед шефом полиции. Та, в свою очередь, докладывала жениху далеко не обо всем, часто искажая или вовсе скрывая важные факты. - Это понравится даже Талврину.

Агата прошлась по своему кабинету и застыла у окна. Размышляя, она часто смотрела во двор, как будто колыхание деревьев и солнечный свет помогали ей сосредоточиться.

-Значит, - сказала Клара, - я постараюсь быть хорошим... символом революции.

-Поучись у Максимилиана, - ответила Агата. - За ним народ пойдет хоть в преисподнюю.

-Ты мне льстишь, подхалимка, - пошутил Максимилиан.

-Констатирую факт, - серьезно возразила Агата.

Кларе на мгновение показалось, что о ней забыли. В кабинете остались только Агата, стоящая вполоборота у окна, и Максимилиан, сидящий в черном кожаном кресле. Они уподобились "Крыльям Свободы"! Но Максимилиан разубедил девушку в этом, сжав ее руку и послав ей нежную улыбку.

-Тогда я проведу для нее пару уроков, - произнес он. Клара покраснела: взгляд Максимилиана прозрачно намекал на уроки отнюдь не ораторского мастерства!

-Кстати, я давно хотела спросить, - заговорила она, чтобы скрыть смущение. - Кем ты работал? У тебя очень хорошо получается... агитировать.

-Я немного занимался политикой, - туманно объяснил Максимилиан.

-Кстати, о политике, - якобы случайно вспомнила Агата. Она встала спиной к окну, чтобы лучше видеть лица гостей. - Талврин говорил, что хочет отправиться туда, откуда пришли вы с Леопольдом. Он горит желанием познакомиться с великим Императором, владения которого в сотни раз превосходят его собственные. - На губах Максимилиана появилась легкая презрительная усмешка. - Может быть, хочет поучиться у него.

-Поучиться? У него? Если только нормально одеваться. - Максимилиан поморщился. - Наш Император, насколько мне известно, не сумел удержать трон...

-Но ведь он его вернет, - перебила Агата. - Он истинный хозяин Вселенной, и никто не сможет надолго отнять у него это звание.

-Вот когда вернет - тогда и поговорим.

И Максимилиан отмахнулся от нее с таким видом, словно его незаслуженно хвалят и ему тошно слушать изысканные дифирамбы в свой адрес.

Тут Клару осенила догадка, которую она уже много дней не могла четко сформулировать. Разные факты наконец сплелись в простой, но удивительный узор. Человек, завоевавший все доступные уголки Вселенной и основавший там свою бескрайнюю Империю, был бессмертен и очень силен. Девять с половиной веков назад Александр Моретти создал вечно молодого идеального солдата. Восемнадцатого августа Кларе привиделся незнакомец, сжимавший в руках несколько осколков кристалла и кричавший, что теперь все будет принадлежать ему. На следующий день в ее мире появился раненый магическим способом человек, у которого только что отняли более чем престижную работу. "Я хочу с твоей помощью вернуть то, что потерял," - сказал он ей на балконе, куда Клара прибежала, заметив дуло пистолета у его виска.

И Лео. Достаточно было посмотреть на то, как он ведет себя со старшим товарищем. Как вернейший из подданных.

Глава крупного предприятия? Остроумная характеристика, весьма точно описывающая деятельность правителя империи.

Клара смотрела на Максимилиана, затаив дыхание, и не верила своим глазам.

-Что? - удивился он.

-Ничего, - улыбнулась Клара. - Думаю, Агата Федоровна, мы можем уходить?

-Конечно, вы свободны.

Как только они покинули кабинет Агаты, Максимилиан обнял Клару за талию и поцеловал ее. Нет, этого просто не могло быть. Максимилиан был таким простым, так нуждался в ее любви и теплоте... Не мог он быть тем древним монархом, который огнем и мечом завоевал сотни планет!

-Ты занимался политикой... - прошептала Клара. - Это то, что я думаю?

-Хм, я твои мысли читать не умею.

-Ты... тот самый... кто... правил...

-Мы с Талврином коллеги, если ты об этом. Точнее, бывшие. Меня ведь вышибли с работы, забыла?

Клару пробрал холод, и она отошла от Максимилиана. Ей почему-то стало неуютно. Он лгал ей. Скрывал слишком многое. Заставил ее поверить, что она первая подарила ему искреннюю поддержку и нежность. Как же! Вряд ли жители Вселенной считали своего императора вещью, презирали за его происхождение! Даже Талврина, которого следовало ненавидеть, многие любили и превозносили как мудрейшего из правителей!

-Не обижайся, - попросил Максимилиан, протягивая к ней руку. - Ну, зачем было говорить тебе об этом?

-Основа отношений - доверие, - сказала Клара, как терпеливая учительница, объясняющая ученикам снова забытое ими правило. - А ты не признался мне в том, что возвысило бы тебя в глазах любой женщины. Чего уж говорить о недостатках? О скольких из них ты молчишь?

Сказав это, она быстрым шагом пошла вперед по коридору и скоро скрылась на лестнице.

Агата открыла дверь и выглянула из своего кабинета. Максимилиан стоял, прислонившись спиной к стене, там же, где его оставила Клара.

-Странная девчонка, правда, Ваше Величество? - усмехнулась шеф полиции.

-Тебе не понять тех, от кого можно скрыть правду, - заметил Максимилиан. Он не выглядел ни расстроенным, ни оскорбленным.

-И то верно, - согласилась Агата. - Пойдешь за ней?

-Позже. Пускай остынет.

-Думаешь, простит?

Максимилиан пожал плечами.

-Надеюсь, что да. Она мне нравится, ты ведь знаешь.

Агата сжала правую руку в кулак, но ее лицо осталось безмятежным.


## Глава 18. История Стража.


На рассвете Адли вышел из своих покоев и направился в храм жертвоприношений. Вот и подошел конец его нынешней жизни. Она была долгой, и Страж многое повидал на своем веку. Он не испытывал сожаления.

Адли неспешно шел по саду, в последний раз любуясь своими роскошными владениями. Когда его душа займет новое тело, от сада ничего не останется. Точно так же, как от дворца и всех его храмов. Даже солнце над головой - солнце будет другое. Вряд ли ему доведется снова жить на Альсинде. Но будет ли он по ней скучать? Нет. Сердце Адли не знает привязанности.

По усыпанной гравием тропинке зашлепали чьи-то быстрые ножки. Адли остановился и позволил обладательнице ножек догнать себя. Красивая смуглая девушка с густыми черными волосами обошла Стража и упала перед ним на колени, пачкая белоснежный подол длинного платья.

-Встань, Джалила, - мягко потребовал он. Девушка подняла на него свои огромные карие глаза, полные горьких слез.

-Не бросай нас, господин, - жалобно попросила она.

-Я не бросаю вас, Джалила, - наставительно произнес Адли, протягивая ей руку. Она схватила ее и поднялась, после чего продолжила сжимать широкую ладонь Стража. Как будто пятнадцатилетняя слабая девушка могла остановить самого могущественного из жрецов! - Я просто собираюсь исполнить свой долг.

-Но ты не обязан убивать себя прямо сейчас, господин! - взмолилась Джалила. - Ты можешь провести обряд в любой другой день! Останься с нами... - она замешкалась и, набравшись храбрости, выпалила: - Останься со мной!

Адли погладил Джалилу по шелковистым волосам и поцеловал в лоб.

-Почему ты целуешь меня, как отец? - спросила она тихо. - Ты мой муж, так хоть попрощайся со мной, как со своей супругой...

-Прекрати, Джалила. У тебя все будет хорошо. Вдова Стража не узнает горя и лишений.

По нежным щекам девушки покатились слезы.

-Я люблю тебя, господин! Я очень боялась тебя, когда выходила замуж, но всего за два месяца брака полюбила так сильно, что, если ты умрешь, я умру с тобой!

Адли вздохнул и прижал девушку к своей могучей груди. Наверное, он поступил недостойно - взял сорок вторую жену, зная, что собирается в скором времени провести обряд. Он встретил ее на городской улице - юная красавица в отрепьях продавала домашний хлеб. Адли узнал, что это сирота, которую воспитывает больная бабушка. Страж решил жениться на Джалиле: он мог перед обрядом насладиться ее красотой, а она уже никогда не знала бы нужды. Ему казалось, что от этого выиграют все. Так Джалила стала самой молодой в его гареме, вызвав ревность других жен. Адли не думал, что она его полюбит, ведь он годился этой малышке в деды...

-Джалила, я все решил, - сказал Страж. - Я ухожу, чтобы следить за Камари и принцессой Хасаной.

-Если она будет красива, ты ее полюбишь? - нахмурилась Джалила.

-Я не полюблю. Женское сердце создано для любви, а мужчина должен заботиться о своем долге. Это закон природы.

Адли снова поцеловал Джалилу - на этот раз в макушку - и продолжил свой путь. Молодая жена, почти вдова, закрыла лицо руками и принялась плакать навзрыд.

Страж вошел в храм жертвоприношений, где его почтительно встретили жрецы. Все уже было готово для обряда: нарисованный на мраморном полу большой круг со священными символами, горящие по его периметру лампады, острый кинжал в центре. Адли сделал знак рукой, и жрецы удалились, плотно закрыв за собой массивные двери. Через некоторое время они вернутся, чтобы убрать бездыханное тело своего господина.

Адли встал в центр круга и взял кинжал в руку. Закрыв глаза, он воззвал к Основе, этому бесконечному потоку абсолютной силы. Она услышала его, как слышала всегда, и устремилась к нему, позволяя стать единым с собой. Адли чувствовал, как воспарил над всем мирозданием, хотя в действительности его ноги не отрывались от мраморного пола храма. Основа поглотила его душу, наделила ее неиссякаемой энергией и снова отпустила. Несколько мгновений Адли видел себя со стороны - он вышел из своего дряхлеющего тела и стоял напротив, с улыбкой глядя самому себе в глаза. Потом видение исчезло, и Адли снова был в центре круга. Но теперь его душа обрела способность, которую Основа предусмотрительно отняла у душ большинства жителей Вселенной - она могла переселяться в чужие тела.

Адли снова "нырнул" в стремительное течение Основы и нашел врата - кристалл. Хотя сейчас он был разбит на множество далеких друг от друга осколков, врата оставались неделимы. Только открыть их теперь было сложнее, как будто требовалось по очереди отпереть множество замков. Врата были запечатаны. Замки можно будет отпереть в двадцать пятый день рождения Принцессы. Адли привязал свою душу к этим вратам. Он не счел нужным привязывать ее к душе Хасаны. Полноценная новая жизнь, на которую он обрек Камари, лишит его почти всей силы Стража и заставит забыть слишком многое, если не все. Адли не мог так рисковать. Ему нужно появиться рядом с Принцессой в тот момент, когда осколки синего кристалла пробудятся.

Вот и все. Остался последний штрих. Адли вернул сознание в свое тело и крепко сжал клинок. Его рука не дрогнула, когда он закалывал себя.


Шестого июля две тысячи пятого года Рахиль Келлерман, в сопровождении Алекса Моретти, шла в клуб, чтобы праздновать свой двадцать пятый день рождения. Пока они стояли в очереди у входа, их сосед, восьмидесятилетний Роберт Уиллоу, умер во сне от остановки сердца. Душа Роберта покинула бренное тело, но ее место мгновенно заняла другая. И тело ожило, словно по мановению волшебной палочки. Сердце вновь забилось, разгоняя кровь по сосудам, а мозг заработал с уже потерянной Робертом ясностью.

Адли открыл глаза. Первым, что он почувствовал, стало отсутствие осколков. На этой планете их не было. Ни одного. Только потом Адли огляделся. Он лежал в широкой постели, накрытый теплым одеялом. Вокруг была темнота. Адли попробовал встать, однако ноги его не слушались - они были давно парализованы. Тогда Адли поднял руку и провел скрюченными пальцами по морщинистому лицу, а затем нащупал огромный дряблый живот. "Признаюсь, я подозревал, что так и будет, - подумал Адли. - Основа не простила мне опасных игр с ее силой."

Адли позвал на помощь, и в его комнату вбежала перепуганная женщина лет сорока. Она называла его отцом, но Адли не помнил ее. Точно так же, как не помнил предназначения большинства окружающих предметов. Он точно знал, что видит перед собой "телевизор", но не понимал, зачем нужен этот черный ящик. А когда дочь включила "его любимые новости", Адли не на шутку испугался и точно убежал бы из комнаты, если бы мог ходить. Еще бы: на поверхности ящика замелькали яркие картинки! Видя, что отец волнуется, мисс Уиллоу выключила телевизор и, присев на кровать, стала разговаривать с ним. Она упомянула о своем старшем брате - видимо, сыне Роберта - и его имя всколыхнуло в сознании Адли какие-то воспоминания покойного. Неприятные воспоминания. Сын сделал что-то плохое, поругался с ним, давно не общался...

Это было так трудно. Адли не знал, что, оказавшись в чужом теле, потеряет его воспоминания. Он чувствовал себя незваным гостем на чьем-то празднике. Тут нет ни одного знакомого, и он не понимает, о чем остальные так увлеченно беседуют.

Роберт проводил все дни дома. Грузному больному старику было трудновато выходить на прогулки, тем более, что он медленно выживал из ума. Адли тоже не видел особой нужды в том, чтобы красоваться перед прохожими в новом неприглядном обличии. Вдобавок, Принцесса оказалась очень близко - она обитала этажом выше и частенько наносила соседям визиты. Это была прелестная черноволосая девушка, игривая, кокетливая, резвая! В свои двадцать пять она выглядела всего на восемнадцать. Адли сразу понравилась Рахиль, но исключительно с точки зрения холодного эстета: состояние его нынешнего тела мешало непристойным мыслям о Принцессе. Это угнетало Стража. Он привык быть сильным, пользоваться всеобщим уважением и распалять в женщинах страсть. А Роберт Уиллоу был всего лишь старой развалиной. Рахиль болтала с ним, как с умалишенным, и носила сладости, будто ребенку. Она не могла бы увидеть в нем мужчину, даже если бы от этого зависела ее жизнь.

Рахиль обычно всегда сопровождал Алекс Моретти - молодой черноволосый мужчина с обожженным лицом. Кроме ужасных шрамов, его портила весьма заметная хромота. Но Рахиль была с ним неразлучна. Роберт уже начал думать, что они - влюбленные. В этом был какой-то пленительный контраст. Свет тянется к тьме, а прекрасное - к уродливому...

-Да вы что, дедуля, - усмехнулся Алекс, когда услышал от Адли такой вопрос. Рахиль беседовала на кухне с мисс Уиллоу, и они остались вдвоем. - Вы мою рожу-то видите? Где мне с такой рожей быть парнем Рахили?

-А у нее кто-нибудь есть? - спросил Адли. Он краем уха слышал о полетах в космос и начал думать, что люди смогут освободить силу всех осколков.

-У нее всегда кто-нибудь есть, - процедил сквозь зубы Алекс. - Сейчас еще этот урод Скотти... То есть не такой урод, как я, а моральный. Подонок, в общем. Хотя ведет себя, как гребаный джентльмен из романтической книжки.

-Она его любит?

-Не знаю. Надеюсь, что нет.

Потом Алекс уехал, а через некоторое время за ним уехала и Рахиль. Адли слушал произведения Бетховена, когда счастливая Рахиль сидела в злополучном самолете...

Дочь нашла Роберта Уиллоу мертвым в кресле-каталке. У него остановилось сердце. Она не знала, что это сердце должно было навечно остановиться три месяца назад, и лишь древняя магия Стража Адли заставляла его биться.


Ода "К радости" еще звучала в ушах Адли, когда он снова открыл глаза. На этот раз осколки были где-то совсем рядом, и сразу несколько. Их сила уже была свободна и сосредоточена в руках одного человека.

Адли осмотрелся и понял, что лежит на полу небольшой комнаты с бледно-голубыми обоями. В двух шагах от него возвышалась неубранная кровать с разбросанной по ней мятой одеждой. На одной из стен висел большой плакат с изображением нескольких мрачных людей в черном.

Адли попробовал сесть и тут же шлепнулся обратно на пол. Голова кружилась, в глазах темнело.

-Илюша!!! - отчаянно вопила какая-то женщина, стуча кулаками по запертой двери в комнату. -Илюша, сынок!!!

Женщина либо готова была разрыдаться, либо уже плакала. Адли сделал еще одно усилие и все-таки сел. Когда головокружение прошло, он понял, что рядом с ним разлилась лужа крови.

-Илюша, солнышко!!! - не унималась женщина. Адли печально взглянул на дверь, и его сердце сжалось от сострадания. Он легко прощал женщинам такое чувство, как любовь, а к материнской вообще относился с уважением.

Адли увидел на дверце шкафа большое зеркало и подошел к нему. Перед его взором предстал худой мальчишка лет семнадцати, в очках, с бледным заострившимся лицом и длинными спутанными волосами. Он опустил взгляд на свои окровавленные руки, и в сознании вспыхнуло лишь одно чувство: унижение. Над ним все смеются, он ничтожество, всем будет легче, если он умрет... Главное - пусть она знает, она!!! Ей не будет легче, она будет страдать, хотя бы теперь, хотя бы так!!!

На письменном столе, под который затекла кровь, лежал листок бумаги с кривыми строчками.

Я ненавижу свою жизнь и ненавижу себя. Пусть не думают, что я ухожу потому что я хочу внимания. Нет. Я хочу чтобы мне больше не было больно!!! Прости меня мама, я тебя подвел. Из за меня нас бросил папа и ты всегда была несчастна. Я ухожу с любовью к тебе в моем сердце. Это единственное светлое чувство у меня.

Я хочу что бы все знали. Я сделал это из-за ВАС, вы знаете про кого я. Надеюсь вы будете счастливы вдвоем. Мою любовь растоптали, как хрубкий цветок!!! Мою гордость смыли в унитаз!!!

Прощайте. Мама прости еще раз.

Илья Павенко, 18.08.2015

Адли скомкал записку и снова взглянул на лужу крови. Теперь он заметил, что в ней красуется острое бритвенное лезвие. Порезы на его запястьях затянулись, но все было ясно, как день: этот мальчик, Илья Павенко, вскрыл себе вены.

-Илюша!!! - продолжала звать мертвого сына Лариса. Адли отпер дверь, но придерживал ее, чтобы женщина не заметила кровь.

-Почему ты не отвечал? - облегченно вздохнув, спросила она.

-Я заснул, - ответил Адли. Действительно ли перед ним мать самоубийцы? - Мама? - на всякий случай осведомился он.

-Ну что? - Все-таки мать. - Ты обедать-то будешь?

Адли согласился пообедать и спросил, нельзя ли принять ванну. Мало ли, может быть, тут вода на вес золота. Лариса разрешила и вскоре ушла на кухню. Адли же перво-наперво налил в ведро воды и стал вытирать кровь. Когда работа была закончена, он с грустью посмотрел на свои бледные худые руки.

"Зря ты это сделал, Илья Павенко, - подумал он. - Мне было семьдесят три, когда я умертвил свое прежнее тело - и то я смог пойти на это лишь потому, что знал: меня ждут другие жизни и новые свершения. А ты отнял у себя будущее, когда впереди было так много всего... Слабый, глупый, несчастный Илья."


Адли никогда не думал, что будет воспринимать эту "жизнь взаймы" так близко к сердцу. Но шли дни, и ему все больше нравилось быть Ильей. Несмотря на презрение к слабым людям, он страстно желал что-нибудь исправить в жизни этого мальчишки. Пусть хоть теперь, когда осталась лишь его оболочка, он добьется уважения сверстников и матери, любви своей обожаемой Верочки...


## Глава 19. Призрак.


Войдя домой, Клара застала на кухне Илью. Он с интересом читал учебник химии - для него страницы этой книги пестрели удивительными открытиями.

-Привет, - поздоровалась Клара, включая электрический чайник.

-Блин, Илюха! - засмеялась Вера, выбегая из своей комнаты. - Куда ты мой лифчик в порыве страсти... - Она замолчала, увидев ошеломленную сестру. - Приветик. А... как дела?

Клара перевела взгляд с растрепанной Веры на спокойного Илью и отвернулась к чайнику.

-У меня все хорошо, - пробормотала она, доставая из шкафа коробку с чаем.

-У нас тоже неплохо, - отозвался Илья, продолжая изучать органическую химию.

-Неплохо? - гордо обиделась Вера. - Еще полчаса назад мне казалось, что шикарно. Ты притворялся?

Илья приложил палец к губам, кивнув в сторону Клары. Вера сделала вид, что застегивает рот на молнию, и убежала обратно в комнату - искать пропавшее нижнее белье.

-У вас ведь...- неуверенно начала Клара, стесняясь повернуться к Илье. - У вас это серьезно?

Илья жениться на Вере не собирался, да и вообще своей девушкой ее не считал, но ответил:

-Конечно, серьезно. Я похож на человека, способного соблазнить женщину ради кратковременного удовольствия?

Клара замотала головой и только теперь обернулась.

-Я рада, что вы вместе. Я тебе доверяю.

-Спасибо, - улыбнулся Илья. Он хотел добавить, что не прочь использовать это доверие в целях замены одной сестры на другую. Но промолчал. Ему не стоило сближаться с Принцессой. Это помешало бы делу.

Клара продолжала стоять спиной к Илье, сосредоточившись на размешивании кофе. Ее опущенная голова и замедленные движения говорили о каких-то новых и еще необдуманных проблемах.

-Что-то случилось? - поинтересовался Илья, выскальзывая из-за стола. Раскрытый учебник остался на диванчике.

-Да так... я сделала маленькое открытие, - призналась девушка. Минуту она молчала, а затем на одном дыхании выдала все, что ей стало известно. Когда она закончила, Илья рассмеялся.

-Это похоже на глупую шутку, - произнес он ласково, будто уговаривая Клару поверить его словам. - Максимилиан - человек, объединивший под своей властью все доступные уголки Вселенной? Брось ты. Он ведь не похож на правителя. На воина, кстати, тоже. Ах, Клара, да ведь его можно принять разве что за актера!

Девушка замотала головой.

-Я знаю, что это правда. Максимилиан был императором, но его свергли в мой день рождения. Кто-то сделал это благодаря силе осколков, освобожденной восемнадцатого августа. Максим пришел к нам, чтобы достичь могущества своего врага и отвоевать трон!

Илья встал справа от Клары, почти касаясь ее руки локтем, и тоже стал делать себе кофе.

-Допустим, что это правда, что Вселенная сошла с ума и терпит этого артиста в качестве своего монарха. Тебя это раздражает?

-Да, - тихо ответила Клара, поднося к губам кружку с горячим напитком. - Он солгал мне.

-Тебе все лгут, - с жестоким равнодушием заметил Илья. - Включая родную сестру.

-Не напоминал бы, - с горечью в голосе сказала Клара.

-И что же, ты теперь не простишь Максимилиана? К слову, он не лгал, а только скрыл от тебя правду. Недоговаривал.

Клара сжала кружку обеими руками, как будто надеялась получить от нее моральную поддержку.

-Знаешь, раньше я думала, что у нас есть будущее, - неохотно выдавила она. - Какое-то будущее. Я понимала, что состарюсь прежде, чем он успеет ко мне привыкнуть, и не собиралась быть рядом с ним до конца своих дней, но... Но я верила, что могу любить его лет десять. Иногда мне даже начинало казаться, что этого будет достаточно для счастья. Потом он уйдет к другой, красивее и моложе, но у меня... - Клара грустно улыбнулась. - У меня могли остаться воспоминания и... кто знает, может, наши общие дети. - Илья поднял брови. Его всегда удивляли подобные рассуждения женщин: побыть вместе с любимым хоть недолго, стать по крайней мере не последней в его списке, а потом в одиночестве растить детей... Что это, как не глупость? И у Клары, которая в восемнадцать лет не побоялась отвечать за двух младших сестер, оказалось этой глупости предостаточно. Женщина. Нет, наивная девочка. - И тут я узнаю, что он - правитель гигантского государства. О каком совместном будущем может быть речь? Зачем ему какая-то простая девчонка, не особенно симпатичная, далеко не обаятельная и, в общем, необразованная? У него могут быть любовницы, которым сама Агата в подметки не годится. А я? Он со мной просто играет. Насколько я понимаю, он правит своей империей уже несколько столетий. Максим привык, что все женщины обожают его, но задумывался: а влюбится ли в меня девушка, которой обо мне совсем ничего не известно? Смогу ли я покорить ее только внешностью и характером? Но в его государстве нет никого, кто бы о нем не слышал. И вдруг - такая удача! Максим попадает в мир, где он может прикинуться безработным бродягой! - Клара нахмурилась и чуть повысила голос. Она злилась. Илью это обрадовало: значит, у нее все-таки есть гордость! - Ему, сам видишь, все удалось: я влюбилась, как школьница. Но это должно закончиться. Я не хочу еще сильнее привязываться к нему, потому что он все равно скоро уйдет. Так что лучше уйти первой, пока еще не настолько больно.

Илья обнял Клару за плечи и одобрительно улыбнулся ей. Ему нравилась эта хрупкая девушка, которая успела преодолеть много трудностей, но в любви только теперь делала первые шаги. Сейчас она чем-то напоминала котенка, чьи глаза едва открылись.

-Извини, что сказала тебе все это, - пробормотала Клара, заметно покраснев. - Так само собой получилось.

-Все нормально. И знаешь, что? Если ты считаешь, что так нужно - уходи от него.

Клара кивнула. И лишь теперь поняла, что ее обнимает парень, с которым Вера полчаса назад... Клара сжала кулаки, не дав мысли окончательно сформулироваться, и отошла в сторону. У нее было очень странное ощущение. Как будто она бесстыдно подглядывала за этой парой.


Неспешно, словно прогуливаясь - если бы московские трущобы подходили для прогулок - Максимилиан шел к трехэтажному деревянному дому с полуразрушенным крыльцом. Он уверенно сворачивал с одного кривого переулка на другой и часто поднимал глаза к чистому синему небу. Когда над его головой появилась сверкающая черная дымка, он проходил мимо небольшого магазина подержанных товаров. Максимилиан достал из кармана черной кожаной куртки пачку сигарет с зажигалкой и, прислонившись к стене каменного дома, вальяжно закурил. Дымка не трогалась с места - будь у нее глаза, она точно с интересом разглядывала бы слугу своего господина.

-Привет. - Максимилиан жестом поприветствовал безмолвного шпиона. - Ты ползи, ползи отсюда, не пугай народ.

Из магазина вышла молодая женщина с сальными волосами, стянутыми на затылке в крошечный пучок. Она с гордостью сжимала пальцами ручку полиэтиленового пакета, в котором покоилась ее подержанная добыча. Максимилиан отлип от стены и, не выбрасывая сигарету, подошел к счастливой покупательнице.

-Мы с вами знакомы? - спросил Максимилиан, даря женщине сногсшибательную улыбку.

-Мы? - удивилась она. - Вроде, нет...

По выражению ее лица было ясно, что она с удовольствием исправила бы эту досадную оплошность.

Темная сущность лениво скользила над крышами домов, не отставая от пары. Максимилиан больше не глядел на нее.

-Меня зовут Адриан, - представился он. - Я из Северной Америки. Сюда приехал, чтобы преподавать философию.

-Ух ты, - просияла женщина с покупками. - Это так здорово... А вот я совсем ничего в философии не понимаю... Это сложно, наверное?

-Это невероятно сложно, - с наигранной и почти комичной напыщенностью заметил Максимилиан. - Чтобы заниматься философией, нужно... - Темная дымка проворно уплыла в сторону. Максимилиан, вроде бы не смотревший на нее, резко остановился и отбросил исполненный пафоса тон. - Ой, простите, леди, я принял вас за другую. До свидания.

Женщина с покупками открыла рот и с таким видом проводила быстро удалившегося незнакомца.

Деревянный дом с неизвестно как пострадавшим крыльцом вырос на пути Максимилиана в тот самый момент, когда темная сущность решила вернуться назад. Он успел скрыться за вечно распахнутой дверью, и дымка его не заметила. Зато его увидела общая кошка всех жителей дома. Она издала грозное мяуканье и хотела наброситься на непрошеного гостя, но вместо этого ускакала вверх по узкой лестнице.

Максимилиан несколько раз ударил по двери с номером "1". Через полминуты ее распахнула девушка в спортивном костюме - Жанна. Ведьма широко улыбнулась, чтобы поздороваться с какой-нибудь соседкой, да так и замерла на пороге.

-Я пройду, - бесцеремонно объявил Максимилиан и, не дожидаясь разрешения, действительно вошел в прихожую. Ничто в этой маленькой квартирке не говорило о том, что здесь живет ведьма. Бессмертные сервизы на полках серванта, старые кресла и диван с самодельными чехлами, обои в цветочек и фиалки за линялыми занавесками. Только рыжеволосая женщина пятидесяти лет, облаченная в нечто яркое и бесформенное, могла сойти за ведьму-наставницу. Эта женщина сидела на диване, положив себе на колени старинный фолиант с пожелтевшими страницами. Да, фолиант мог оказаться трактатом по черной магии.

-Кто он? - огрызнулась рыжеволосая, быстро захлопнув книгу.

-Друг, - коротко, но твердо ответила Жанна. Максимилиан подмигнул старшей ведьме.

-Если ты так думаешь...

-Я уверена, мама.

Жанна попросила Максимилиана следовать за ней и провела его в свою неожиданно просторную комнату.

-Ты говорила, что твоя мать умерла, - напомнил Максимилиан, снимая куртку и бросая ее на кровать.

-Эльвира мне как мать, она меня воспитала, - пояснила Жанна. - Она тоже ведьма, и всеми своими знаниями я обязана ей.

-Вот и проверим твои знания, - без обиняков предложил Максимилиан. Он протянул девушке правую руку, на котором сверкало колдовское кольцо с обсидианом. Жанна прикоснулась кончиками пальцев к проклятому украшению и закрыла глаза. Максимилиан при этом выглядел так же, как чей-то папаша на детском утреннике: фокусы глупые, но ради ребенка надо прикинуться восхищенным.

-Что ты видишь? - спросил он, когда, по его мнению, прошло уже слишком много времени. Жанна промолчала, погруженная в транс или собственные раздумья. Максимилиан цокнул языком и осмотрел уютную спальню. В его глазах застыл вопрос: "Как вышло, что меня втянули в эту мистическую чушь?!"

-Кольцо было создано очень темным образом, - произнесла Жанна, открывая глаза.

-Исчерпывающий ответ. А если точнее? Темно-серым, темно-коричневым? Или совсем черным?

Жанна плотно сжала губы, с которых готовы были сорваться нелестные замечания в адрес Максимилиана.

-Чтобы создать кольцо, маг принес человеческие жертвы. Он убил пять девушек-рабынь. Их души все еще внутри кольца.

Максимилиан недоверчиво пригляделся к украшению на своем пальце

-И что? Как-то можно снять заклятие?

Жанна покачала головой.

-Не уверена. Я, наверное, смогу освободить души, но... когда они покинут кольцо, случится невероятный выброс энергии. Он убьет тебя.

Максимилиан задумался, скрестив руки на груди.

-А после того, как ты освободишь души, они убьют меня сразу? Или я успею выкинуть кольцо в окошко?

-Не успеешь. Кольцо можно будет снять лишь после того, как в нем не останется темной энергии заклятия.

-А каков будет интервал между освобождением душ и выбросом темной энергии?

Жанна едва не зарычала в ответ.

-Ты думаешь, что магия - точная наука?

-Откуда мне знать, мисс, я никогда не увлекался подобной ерундой.

-Тогда запомни: это искусство, а не наука, где все можно просчитать, начертить график или составить таблицу!

-Выходит, ты не можешь предположить, какой будет интервал?

Жанна глубоко вздохнула и опустила голову.

-Только предположить. Не меньше пяти минут, я думаю. Заклятие древнее, ему нужно время, чтобы освобожденные души окончательно его разрушили. Но и не больше получаса. Ни одно заклятие не будет уничтожаться так долго.

Максимилиан с благодарностью пожал ведьме руку.

-Думаю, ты мне очень помогла, - сказал он.

-Но учти: это всего лишь предположение, - напомнила девушка.

-Учту.

Максимилиан ушел, а удивленная ведьма стала гадать, каким образом он собирается использовать полученные сведения. Девушке казалось, что толку от них не будет никакого.


Максимилиан встретил Клару на улице, когда та шла к Вере в школу - она посещала все родительские собрания. Девушка ускорила шаг, сама не понимая, зачем это делает. Максимилиан тоже пошел быстрее и без труда поравнялся с несущейся на всех парах Кларой.

-Ты первая и, вероятно, единственная женщина, которая отвергает мужчину, узнав, что у него высокий социальный статус, - насмешливо заметил он.

-Ты прекрасно понимаешь, что дело вовсе не в статусе, - ответила Клара, глядя себе под ноги. - Ты не был со мной откровенен! Из-за этого я все неправильно поняла и наделала глупых выводов!

Клара чуть не врезалась в грузную даму, шедшею впереди. Максимилиан спас ее, обняв за талию и утащив в сторону. Разница в росте и габаритах была такой значительной, что Кларе оставалось лишь перебирать ногами по асфальту.

-Я опаздываю на родительское собрание Веры, - сказала она, когда Максимилиан отпустил ее. Они зашли во двор нескольких кирпичных домов, где весело играли малыши. Максимилиан сел на скамейку рядом с детской площадкой и шлепнул пару раз ладонью по деревянной поверхности слева от себя. Клара почти разозлилась. Он подзывал ее, как собаку! И как она прежде не замечала в нем такого высокомерия?

-Я ухожу, - предупредила она и резко развернулась. Максимилиан приподнялся, схватил Клару и усадил ее себе на колени.

-Ты боишься, что я с тобой просто играю, да? - тихо спросил он, положив голову на плечо девушки. Клара напряженно молчала. Она плохо знала людей, и ее всегда удивляло, если другие хорошо понимали чужие характеры и мысли. - Ты думаешь, что, раз я правитель немаленького государства, то мне не может понравиться девушка вроде тебя? Что мне нужны только такие, как Агата? - Клара начала что-то говорить, но Максимилиан прервал ее: - А чем ты хуже?

Клара забыла фразы, которыми хотела охладить пыл Максимилиана. "А чем ты хуже?" Она бы могла долго перечислять свои недостатки, если бы ее так прямо о них не спросили. И его голос... такой проникновенный, ласкающий... он заставлял думать, что Максимилиан этих недостатков не видит.

-Ты же меня не любишь, - пролепетала Клара. Здравый смысл покидал ее, и она готова была снова поверить Максимилиану. Но ведь он этого не заслуживал!

-А ты меня любишь? Ты можешь честно сказать, что действительно меня любишь?

Разговор принимал странное направление.

-А что такое любовь в твоем понимании?

Максимилиан помедлил. Можно было подумать, что ему сложно отвечать на такой вопрос.

-Не знаю. А в твоем?

Прежде Клара считала, что ей все известно об этом чувстве. Она хранила верность тому, кого даже не было рядом - это ли не любовь? Но теперь ей казалось, что все не так просто. Может быть, привязанностью к мертвецу она лишь оправдывала свою непопулярность. Ведь как только появился интересный мужчина, Клара без труда забыла Алекса...

-И я не знаю, - прошептала девушка, чувствуя себя растерянной.

-Но нам хорошо друг с другом, - уверенно сказал Максимилиан, крепче сжимая Клару в своих объятиях. - Так зачем нужны эти сложности?

Клара позволила себе накрыть ладонью правую руку Максимилиана и вспомнила о его заколдованном кольце. Разве стал бы тот, кому она безразлична, идти ради нее на такие жертвы? Вряд ли.

-Я люблю все усложнять, - произнесла Клара и невольно улыбнулась.

Максимилиан коснулся горячими губами шеи Клары, всегда открытой благодаря короткой прическе. Девушка замерла от удовольствия.

-Не надо искать сложностей, - посоветовал он.

Чувствуя, что через минуту забудет о родительском собрании, Клара спрыгнула с колен Максимилиана и оправила юбку.

-Мне все-таки нужно идти, - с сожалением в голосе сказала она.

-Я провожу, - ответил Максимилиан, вставая со скамьи.


На собрании Клара почти не слушала учителей. Ее мысли вновь и вновь возвращались к разговору перед детской площадкой. Гораздо больше, чем трудности выпускного класса, девушку интересовали ее отношения с Максимилианом. Могла ли она, махнув рукой на условности, нырнуть в море безнадежной страсти? Могла ли разрешить себе роман, у которого нет будущего? Могла ли наслаждаться близостью с привлекательным мужчиной, не требуя и не давая обещаний? "Да, - отвечала себе Клара. - Ведь я вообще не знаю, что ждет меня завтра. Если бы я оставалась просто Кларой Лазаревой, нужно было бы противостоять этому соблазну, искать чего-то другого. Но теперь я не понимаю, кто я, и не могу сказать, буду ли жива через неделю - да что там, даже через пару дней! И отказываться от человека, которому я нравлюсь и к которому меня так неудержимо влечет - глупо. Может быть, это будет последнее счастье, которое я успею испытать в своей жизни."

Когда собрание закончилось, Клара еще долго пребывала в трансе. Она последняя вышла из-за парты, медленно взяла сумочку и покинула класс. Девушка просила Максимилиана не встречать ее, потому что хотела все как следует обдумать без его давления. Но в коридоре кое-кто все равно ее ждал. Это был Марк, на лице которого сияла широкая приветливая улыбка.

-Здравствуй, - поздоровалась Клара. - А ты...

-Хотел узнать, как у тебя дела, - живо объяснил Марк. - Позвонил тебе, но трубку ты не взяла. Позвонил домой - Кира мне сказала, что ты на собрании. И я решил, что тебя нужно проводить до дома. Все-таки уже вечер.

-Спасибо, - поблагодарила его Клара.

Они спустились по лестнице на первый этаж. Марк интересовался той странной историей, в детали которой его посвятила Агата, но Клара только отшучивалась. Зачем ему было знать о безумном предприятии, которое затеяли "Крылья Свободы"?

На первом этаже Марк остановился перед распахнутыми дверями в кабинет, усеянный красивыми горшками с комнатными растениями. Его привлекло обилие зелени и всевозможных цветов. Он встал на пороге в этот маленький ботанический сад и восхищенно окинул взглядом фикусы, орхидеи, фиалки, магнолии, герань, примулу, азалию и стайку разнообразных кактусов на подоконнике.

-Кабинет музыки, - сказала Клара, кивая на спрятанное в тени черное пианино.

-Надо же, я и не заметил инструмент среди этой красоты, - засмеялся Марк.

-Учительница музыки очень любит растения, - объяснила Клара, заходя в класс. Марк тоже прошел внутрь, продолжая осматриваться. - У нее дома - настоящий тропический лес. Наверное, ее собственным детям пришлось бы перебираться на балкон, если бы она не перенесла часть своего богатства в школу. Хотя на балконе, кажется, у нее тоже что-то цветет...

-А ученики ничего не портят? - удивился Марк.

-Портят, конечно. Правда, редко. Учительница музыки зорко следит за своими любимцами. Странно, что сейчас кабинет открыт.

-Сейчас нет детей, - заметил Марк, - а другие учителя и родители не станут рвать лепестки цветов.

Он поднял крышку пианино и опустился на деревянный стул перед ним.

-Ты умеешь играть? - спросила Клара, вставая у него за спиной.

-Немного, - ответил Марк. - Надеюсь, никто не отругает нас за то, что мы пользуемся инструментом без разрешения.

Пальцы Марка, несмотря на царившую в классе полутьму, легко и уверенно легли на клавиши. Раздались негромкие аккорды.

Клара вздрогнула, ощущая, как ее сердце болезненно сжимается. С каждым новым звуком ей становилось все труднее удержаться на ногах, и она села на ученический стул в первом ряду. Марк тихо запел:


In sleep he sang to me,

In dreams he came...


-Что это? - спросила девушка. Марк перестал играть.

-Песня из одного мюзикла, - печальным голосом ответил он. - Ты его не знаешь. Это история о любви уродливого гения музыки, обитающего в подвалах оперного театра, к прекрасной юной певице. - Клара изумленно всматривалась в лицо Марка. Даже темнота не могла скрыть глубокую грусть, которую оно сейчас выражало. - Уродливый гений помог певице стать знаменитой, но она выбрала своего друга детства, красивого молодого аристократа.

-Почему ты думаешь, что я не знаю эту историю? - глухо спросила Клара.

-Ее никто не знает... здесь.

-Но ты... ты-то знаешь. - Клара снова поднялась со стула. Воспоминания о прошлой жизни вихрем кружились перед ее глазами. Вот сцена в школьном актовом зале. Рахиль, исполнительница главной роли, волнуется больше всех. Это последняя репетиция, а она поет недостаточно хорошо! Вновь раздаются мощные аккорды, которые знает весь мир, и девушка старательно выводит: "In sleep he sang to me, In dreams he came..."

Марк откинулся на спинку стула и горько улыбнулся.

-Когда я учился в старших классах, наш театральный кружок ставил этот мюзикл. Мне досталась роль безобразного гения, а девушке, которую я любил больше всех на свете, - роль очаровательной певицы. - Чтобы не упасть, Клара оперлась рукой о пианино. Она знала эту историю не понаслышке. Точнее, знала Рахиль. - В нашей версии певица выбрала моего героя. Но ведь мы были наивными подростками. На самом деле так не бывает. Красавицы не снисходят до чудовищ, если только те не чудовищно богаты... Впрочем, моя любимая девушка отличалась от них. Она в итоге захотела быть со мной, несмотря... ни на что. И мы даже были счастливы, пускай только одну ночь. Хотя, признаться, до этого она не раз и не десять предпочла мне более привлекательных мужчин.

"Хватит уже тискаться с этим Призраком Оперы!" - кричали парни на выпускном Рахили. Их возмущало то, что первая красавица школы танцует с Алексом Моретти. Они так назвали его... из-за спектакля театрального кружка, в котором он исполнял главную роль...

Теперь она все вспомнила. Все, что касалось этой проклятой школьной постановки.


Рахиль посмотрела мюзикл Эндрю Ллойда Уэббера "Призрак Оперы" на Бродвее, когда ей было четырнадцать. Она ездила в Нью-Йорк с родителями. На нее постановка произвела неизгладимое впечатление. Рахиль представляла себя на месте Кристины Даэ, юной оперной певицы, а на месте Призрака - Алекса. Ей очень хотелось, чтобы Кристина забыла о скрытом под маской уродстве Призрака и выбрала его. Но Призрак оказался не самым добродетельным из людей, а Кристина не пожелала связывать себя с обитающим в подвале чудовищем. Она ушла с Раулем, симпатичным аристократом. Рахиль была расстроена и не преминула сказать об этом матери.

-А ты хотела, чтобы героиня, такая молодая, красивая и талантливая, вышла замуж за злобного урода? - разозлилась Любовь Келлерман. Ее дочь уже стала привлекательной юной леди, да и Алекс не выглядел ребенком, в отличие от многих своих ровесников. Любовь боялась, что в один прекрасный день Рахиль объявит, что она встречается с ним. И так же, как другие матери учат своих дочерей ценить не внешность и статус, а ум и доброту, так Любовь убеждала Рахиль в превосходстве красивых мальчиков из богатых семей.

-Но Призрак ведь очень любил Кристину, - мечтательно пропела Рахиль.

-Нормальные люди так не любят, - продолжала мать, имея в виду Алекса, а вовсе не героя мюзикла. - Вот ты - красивая, уверенная в себе девочка. Неужели ты станешь обожать кого-то больше жизни, забывая себя? Так сильно, что совершишь ради этого человека всякие... дурацкие поступки? - Рахиль задумалась над значением слова "дурацкие", но мать приняла это за колебания и обрадовалась. - Вот видишь! Ты знаешь себе цену и считаешь, что тобой нужно восхищаться! А он понимает, что никто им восхищаться не станет, и любит, как раб, как ничтожество! Конечно, красивый богатый мальчик не будет смотреть на тебя, как на богиню, не станет унижаться перед тобой. Он потребует уважительного отношения к себе, даже, скорее всего, преклонения...

Авраам приложил палец к губам, решив, что его темпераментная жена зашла слишком далеко. Он не одобрял ее стремления выдать дочь замуж за "перспективного американца", которое с каждым годом все больше походило на манию. А ведь их девочке было всего четырнадцать!

-Мама, ты не видишь разницы между самоотверженной любовью и унижением? Тогда мне тебя жаль! - закричала Рахиль. - Если я кого-то полюблю, то буду совершать ради него не просто дурацкие, а безумные поступки!!!

Авраам продолжал прикладывать палец к губам и даже начал шикать, но никто не обращал на него внимания.

-Ты еще маленькая и живешь романтическими представлениями о жизни! Но смотри-ка - даже в спектакле героиня выбирает красивого и богатого! Хочешь сказать, что ты глупее, чем она? Хочешь всю жизнь провести рядом с чокнутым уродом и слушать хамство вечно пьяной свекрови?!

Прохожие начали оборачиваться, слыша перепалку на иностранном языке (Любовь так и не научилась свободно говорить по-английски). Авраам успокаивал жену и дочь, пытаясь их обнять.

-Мама, я знаю, чего ты боишься, - прошипела Рахиль. - Но у нас с Алексом ничего нет... Пока.

А потом случилось то, что случилось: Рахиль подслушала клевету одноклассниц и воздвигла преграду между собой и Алексом. Ее парни сменяли друг друга чуть медленнее, чем листы календаря, но мать не слишком переживала из-за этого. Лучше полгорода, чем один Алекс!

И вот Рахили шестнадцать. В театральном кружке решили поставить грандиозный спектакль, и как-то само собой решилось, что это будет "Призрак Оперы". Наверное, потому, что в их школе есть собственный Призрак. Алексу даже на лице ничего не надо рисовать, чтобы изобразить уродство. Неизвестный пожар много лет назад уже позаботился об идеальном гриме.

-Но мы его, наверное, не уговорим, - вздыхает режиссер и по совместительству "Рауль", красивый ученик выпускного класса. - Он взбесится и, чего доброго, поколотит кого-нибудь. Мы ведь его только за шрамы берем.

-Если я попрошу, он мне не откажет, - подает голос Рахиль. Все участники спектакля бросаются к ней, умоляя заставить Алекса сыграть Призрака. - Но я попрошу его только в одном случае - если мне дадут роль Кристины.

-Эта роль - моя! - визжит самозваная королева класса, крашеная блондинка с длинным носом.

-Нам нужен Моретти, - хором возражают несколько человек. Самозваной королеве приходится сдаться, а Рахиль получает желанную роль.

Алекс не отказывается, хотя знает сюжет. Ради подруги он готов сыграть хоть мусорный бак. Рахиль вспоминает слова матери о рабской, унизительной любви, и ее душат слезы. Но он сам виноват. Не стоило тогда, пару лет назад, приставать к ее однокласснице. Теперь Алекс явно недостаточно хорош для Рахили. Пусть ждет, пока она пресытится симпатичными парнями, которых с каждым годом становится все больше.

Алекс тщательно разучивает роль и учится петь. Поет он посредственно, зато играет великолепно. Учителя, присутствуя на репетициях, рукоплещут. Голос Кристины и обаяние Призрака должны свести публику с ума. Когда выступают эти двое, спектакль перестает быть школьной самодеятельностью. Начинается искусство.

Рахили нравится быть на одной сцене с Алексом. Теперь он не друг детства, который за ее спиной приглашал на свидание какую-то девчонку. Да и она не красивая школьница, тайно влюбленная в своего непривлекательного одноклассника. Они - персонажи пьесы, и могут вести себя, как им положено по сценарию, привнося свои скрытые чувства в игру. С расчетом на участие в конкурсах подросткового творчества сценарий переписали, добавив подходящие по смыслу песни. И трагичная история превратилась в сказку о красавице и чудовище. Наконец сбывается мечта Рахили - Кристина выбирает Призрака. Да-да, это не она, самая популярная девушка в школе, выбирает обезображенного Алекса Моретти. Это Кристина Даэ без памяти влюбляется в Призрака Оперы. И она отказывается от всего, что ей может предложить аристократ, ради наставления подземного музыканта на светлый путь счастья.

-По-моему, она его и правда любит, - шепчет на ухо подруге самозваная королева класса. Подруга хихикает и выражает надежду на то, что когда-нибудь Рахиль станет миссис Моретти.

Первое представление видят ученики школы и их родственники. Как и рассчитывали участники спектакля, едва неосторожная Кристина срывает маску с Призрака - родственники в первых рядах выпучивают глаза. Это что же, такой искусный грим? Или у мальчика действительно что-то с лицом?

Постановка приходится всем по вкусу, и труппа участвует в различных конкурсах. Рахиль превращается в маленькую звездочку, в то время как Алекс становится кем-то вроде животного в зоопарке. Заканчивается очередное выступление - и его отыскивают за куликами, чтобы проверить, грим у него или нет. Узнавая, что это настоящие шрамы, зрители смеются и получают кто в глаз, кто в нос, кто в челюсть. Рахиль не замечает страданий друга - она купается в слабых, но дурманящих лучиках детской славы.

Мисс Моретти, которой никогда нет дела до проблем и успехов сына, однажды приезжает на спектакль. Она понимает, что режиссер далеко пойдет, а Рахиль - и того дальше. Заинтересовать зрителей лицом ее сына? Чтобы потом их осыпали похвалами, а тем временем Алекс прятался от желающих "снять маску"?!

-Я хочу с тобой поговорить, - сообщает мисс Моретти, когда Рахиль приходит к ней домой. - Алекс, не входи на кухню.

Мисс Моретти, по обыкновению, закуривает и предлагает сигарету школьнице. Рахиль спокойно отказывается. Она привыкла к поведению мисс Моретти и уже ничему не удивляется.

-Оставь моего сына в покое, - без обиняков требует она. - Хватит пользоваться им. Вы уже не дети, дружить не можете. Тебе он нужен, чтобы усмирять бешеных бывших ухажеров, а он любит тебя больше жизни. Только это все дерьмо. Но я терпела, пока не увидела ваш спектакль. Ты показываешь всем его ожог! Зрители в шоке и в то же время - зрители в восторге! "Эй, посмотрите, тот парень, кажется, реально урод! А та девка на его фоне в два раза симпатичнее, чем есть на самом деле!" - Мисс Моретти кричит, и Алекс, наверное, может слышать ее даже со второго этажа. - Но он и отказаться не может, он готов на все ради тебя! А ты просто водишь его за нос, маленькая шлюшка!

Дверь на кухню распахивается, и туда врывается, подобно урагану, Алекс. Он хватает Рахиль за руку и молча тащит ее на улицу, подальше от матери. Рахиль не успевает даже попрощаться с продолжающей кричать хозяйкой дома.

-Не слушай ее, - просит Алекс. По его голосу ясно: он боится, что Рахиль обиделась на все немногочисленное семейство Моретти. - Она вчера со своим хахалем поцапалась, он вроде как уходить собрался. У нее крыша едет, и она наверняка уже джином заправилась.

Рахили трудно смотреть Алексу в глаза. Она стала знаменитостью местного масштаба и девушкой режиссера спектакля - ей было не до лучшего друга. Но теперь она осознает, как бессовестно воспользовалась им. Ей хочется попросить у него прощения и сказать, что она любит его... Но она - не Кристина из их спектакля, ей нужно, чтобы знакомые девушки завидовали ей. А он - не гений музыки, он просто довольно умный парень из неблагополучной семьи. Что их ждет? Она - капризная, он - агрессивный. Стало быть, ждут ссоры в лучших традициях пресловутой "итальянской семьи". В жизни все далеко не так романтично, как на сцене.

И она не просит прощения. Она принимает его жертву как нечто само собой разумеющееся. Ведь он сам согласился, значит, и винить ему некого.


Марк снова играл знаменитую мелодию. Клара остановила его, схватив за руку.

-Уродливого гения называли Призраком Оперы, да? - спросила она, задыхаясь.

Марк удивленно нахмурился, вглядываясь в бледное лицо Клары.

-Да.

-А певицу... Кристина... Кристина Даэ?

-Да, но откуда...

-И девушка, которую ты любил, попросила тебя сыграть Призрака? Ты сам не собирался этого делать?

-Да, но я не мог ей отказать...

-Весь кружок хотел, чтобы ты играл Призрака, потому что ты лучше всех подходил для этой роли?

-Можно сказать и так...

С каждым вопросом глаза Марка открывались все шире.

-А твоя любимая давно мечтала сыграть певицу, но ее взяли только с тем условием, что она уговорит тебя принять участие в постановке?

-Да, да, да! - Марк встал со стула и протянул вперед руку, желая, но не решаясь обнять Клару. Он казался робким и напуганным, думая, что поселившаяся в его сердце надежда превратится в горькое разочарование.

На ресницах Клары сверкали слезы. Она уже все понимала, но никак не могла в это поверить.

-Ты стал Призраком из-за... этого? - Девушка подняла руку и коснулась кончиками пальцев правой щеки Марка.

-Ты играла певицу? - едва слышно спросил он.

Клара кивнула. Две слезинки скатились по ее щекам.

Почему они не могли встретиться раньше? До того, как она узнала Максимилиана?

-Да, я играла Кристину, - отчетливо произнесла девушка. - В прошлой жизни, как ни глупо это звучит. И мне очень стыдно за то, как я с тобой поступила... Прости, пожалуйста. Я была такой глупой и самовлюбленной.

Марк, издав радостный возглас, прижал Клару к своей груди.

-Рахиль, девочка моя! - воскликнул он. - Я уже думал, что не найду тебя!

-Я тоже так думала, Алекс, - ответила Клара, обнимая Марка.


-Ну надо же, - пробормотала учительница музыки, вернувшись к своему кабинету и увидев перед пианино целующихся молодых людей. - Пришла с одним, теперь обжимается с другим... А в школе-то какая скромная была!


## Глава 20. Дилемма.


Извинившись перед учительницей за неуставное использование кабинета, Марк вывел Клару в коридор. Девушка не сопротивлялась, когда он сжимал ее маленькую ладонь. Марк был ей, по сути, чужим - она знала его лишь как репетитора младшей сестры. Но после того, что открылось несколько минут назад, все должно было измениться. Марку предстояло как можно скорее стать для Клары самым близким человеком. Так она представляла себе воссоединение с Алексом всю свою сознательную жизнь. И хотя Клара пока не чувствовала родства душ, она верила, что оно вот-вот обнаружится.

Остановившись за школьными воротами, Марк с любовью и нежностью взглянул на свою спутницу.

-Куда пойдем? Только не говори, что домой. Я тебя не отпущу.

Клара посмотрела на часы - было семь. Марк шутливо пригрозил ей пальцем.

-Тебя волнует время? В такой момент?

Клара покраснела. Как же ей хотелось, чтобы все было иначе, чтобы она сама потеряла голову от радости! Ведь перед ней - Алекс! Но этого не случилось - стоя рядом со своим вновь обретенным возлюбленным, она думала о времени.

-Прости, - поспешно извинилась девушка. Если в этой жизни она и будет задевать его чувства, то станет непременно сообщать о своем искреннем раскаянии! Довольно с него той боли, что причинила ему Рахиль. - Я вовсе не хочу уйти. Было бы здорово, если бы мы смогли провести вместе весь этот вечер.

-И не только этот, - проникновенным голосом сказал Марк. - Теперь, когда я нашел тебя, мы всегда будем вместе! - Он взял ее руки в свои. Клара улыбнулась - скорее дружелюбно, чем счастливо. - Завтра, через год, через пятьдесят лет - я буду рядом, и никто не отнимет тебя у меня! Или... - Марк нахмурился. - Или ты уже не хочешь быть со мной? - Он отступил на шаг назад, отпустив Кларины руки. - Ну какой же я идиот! Как я мог об этом забыть! - Он грустно засмеялся. - Ведь для тебя эта жизнь - такая же полноценная, как и предыдущая! А я - только приятное воспоминание, хороший сон!

Замолчав, Марк посмотрел на Клару с надеждой и тревогой.

Клара все не так себе представляла. Даже самого Алекса. Он оказался ранимее, чем она полагала.

-Я ждала тебя всю свою жизнь, - произнесла она, делая шаг ему навстречу. - И хранила тебе верность.

Кларина совесть взбунтовалась. О какой верности могла идти речь, если она уже приготовилась к безрассудствам в объятиях Максимилиана?

-Это правда? - недоверчиво спросил Марк. - Ты действительно ждала меня... до двадцати пяти лет? Так долго?

-Не так уж это и долго, - мягко возразила Клара. - Вот до сорока я, может, и не дотянула бы.

Испугавшись, что эта глупая шутка может ранить Марка, Клара прильнула к его груди.

Прижиматься к Максимилиану было почему-то приятнее. Даже в первое время, когда каждое прикосновение пугало ее. "Это пройдет, - заверила себя Клара. - Должно пройти."


Марк привел Клару на крышу пятиэтажного дома, в котором он жил. По всей видимости, это место облюбовал не он один: здесь были разбросаны бутылки из-под пива и более крепкого алкоголя, перемешанные с обертками от шоколадных батончиков и чипсов. Найдя чистое место почти у самого края, Марк развернул только что купленную клеенчатую скатерть и аккуратно постелил ее. Спутники сели рядом: Марк - по-турецки, Клара - поджав под себя ноги и старательно расправив на коленях юбку.

-Значит, ясновидящая была права, - сказала девушка, глядя на подсвеченные фонарями верхушки деревьев. - Мы переродились и снова встретились. Жаль, что только сейчас. Ведь если подумать, мы могли открыться друг другу семь или восемь лет назад, когда ты учил Веру английскому!

-Нет. - Марк покачал головой. - Не могли.

-Но почему? - Клара повернулась к нему. - Ты тогда еще не помнил свою прошлую жизнь?

-Прошлую? - Марк усмехнулся. - Нельзя сказать, что она прошлая. У меня все... не так традиционно, если можно так выразиться.

Клара вспомнила слова Агаты об аварии, в которой чудом выжил похожий на Марка человек.

-Что это значит? - взволнованно спросила она.

-Ты ведь помнишь, как ясновидящая говорила что-то лично мне?

-Да. И ты ответил, что меня будет сложно найти...

-Глупости, - Марк быстро поднял правую руку, призывая девушку молчать. - Я соврал. Ясновидящая сказала мне очень странную вещь. Она чувствовала, что мы увидимся через много лет, и знала, что тебя ждет перерождение, однако... - Марк помедлил, словно это откровение давалось ему нелегко. - Понимаешь, Рахиль... прости, Клара... Понимаешь, меня никакие перерождения не ждали. Я должен был умереть раз и навсегда.

-Зачем же ты соврал?

Марк развел руками и почти виновато улыбнулся.

-Мне казалось, что эта незначительная деталь испортит романтическую атмосферу вечера.

Клара кивнула в знак того, что чувства Алекса ей понятны.

-Мне было все равно, - продолжал Марк, - пока ты не погибла. Вот тогда я впал в отчаяние. Ты только что пришла ко мне, наконец стала моей - и я тебя потерял, потерял навсегда! - Марк сжал руки в кулаки - видимо, воспоминания о тех днях все еще заставляли его страдать. - Но я не мог тебя отпустить. И мне пришлось потратить остатки жизни на то, чтобы найти способ переродиться. Я не собирался останавливаться ни перед чем и в итоге обратился к очень искусному магу...

Клара прижала пальцы к своим вмиг похолодевшим губам.

-Но ведь это плохо! - прошептала она. - Может быть, ты погубил свою душу!

-Я не знаю, - спокойно ответил Марк. - Меня заботило лишь одно - возможность снова увидеть тебя. После твоей смерти жизнь перестала иметь для меня смысл. - Он провел подушечкой большого пальца по Клариной щеке. - А теперь я снова вижу свет, снова хочу улыбаться.

-Но ты жил много лет после моей смерти. И усердно работал, добился успехов...

Марк поморщился.

-Работа помогала ненадолго забывать о той боли, что непрестанно разрывала мне сердце. Это было чем-то вроде лекарства. А то, что я жил много лет... Все эти годы без тебя ничего для меня не значили. Я жил ровно столько, сколько ушло на поиски лучшего мага.

Клара проводила взглядом двух девочек, ехавших по извилистой дорожке на велосипедах. Насколько же гениален был Алекс? Просто отвлекаясь от проблем, он создал будущего повелителя Вселенной - Максимилиана.

Клара зажмурилась, разозлившись на себя за мысли об этом странном человеке.

-Что такое? - забеспокоился Марк.

-Все в порядке, - ответила девушка, возвращая своему лицу выражение заинтересованности. - Итак, ты не мог переродиться, как я. Это значит, что тебя не ждала нормальная новая жизнь: детство, взросление, старость, смерть...

-Не ждала, - подтвердил Марк.

-И тот маг не сумел предложить тебе полноценную реинкарнацию.

-Никто не сумел, Клара. А ведь мои поиски продолжались почти сорок лет.

-Поэтому ты выбрал... - Догадку было трудно озвучить - такой бредовой она казалась даже в форме мысли. - Выбрал переселение твоей души в чужое тело?

-Можно сказать и так, - согласился Марк, явно пораженный догадливостью Клары. - Маг наложил заклятие, благодаря которому моя душа вселилась в тело симпатичного молодого человека в какой-то решающий момент твоей жизни. - Клара понимающе кивнула. В ее двадцать пятый день рождения просыпалась невероятная сила - с этим событием наверняка было просто связать действие чар. - Этот человек должен был жить неподалеку от тебя. Моей душе предстояло занять новое тело в тот самый момент, когда его собственная душа отправится в мир иной.

Клара машинально отпрянула. Агата говорила ей о том, что Марк умер, да и логика уже подсказала правильный ответ. Но Клара не хотела об этом думать.

-Марк Турьев погиб в автокатастрофе. Магия, перенесшая мою душу в его тело, исцелила все раны. К сожалению, я ничего не помнил о жизни Марка. В первое время мне приходилось довольно трудно - как я только ни изворачивался, чтобы не выдать себя! - Марк рассмеялся, вспомнив множество забавных ситуаций. - Признаюсь, я совершил немало ошибок. Но мое положение настолько фантастично, что никто ни о чем не догадался. Легче предположить, что человек сошел с ума, чем то, что он мертв, а в его теле обосновалась другая душа!

-Авария была днем, верно?

-Днем. Помню, было совсем светло.

-Значит... - Клара обхватила голову руками, пытаясь свыкнуться с новой мыслью. - Значит, в последний раз я видела Марка Турьева семь лет назад?

-Получается, что так. На твоем дне рождения присутствовал уже я, Александр Моретти.

Нет-нет, все было совсем не так! Не так, как в Клариных мечтах! Опять смерть, опять какая-то магия... Как же она ото всего этого устала!

-Этот человек умер бы в любом случае, - сказал Марк, обнимая расстроенную Клару. - Заклятие не предполагало чьей-то гибели. Я просто занял ненужное тело, оказавшееся самым привлекательным и в то же время самым близким к тебе. Ты не виновата, и я не виноват. Пусть земля ему будет пухом.

Клара заплакала. Она плохо помнила настоящего Марка, но ей было искренне жаль молодого учителя.

-А теперь, пожалуйста, рассказывай ты, - попросил Марк, когда слезы Клары наконец высохли. Было уже совсем темно, и воздух становился прохладнее с каждой минутой.

-О чем рассказывать?

-О том, что с тобой происходит. Неужели моя Рахиль, которую я считал самой прекрасной из обычных земных девушек - вовсе не обычная земная девушка?


Когда Клара вернулась домой, было одиннадцать часов вечера. Марк проводил ее до дверей квартиры. Перед тем, как попрощаться, он долго и страстно целовал свою возлюбленную. Клара не могла избавиться от ощущения, что она - изменница. И предает вовсе не Алекса.

-Завтра мы снова увидимся, Принцесса, - пообещал Марк, уходя к лестнице.

-Не зови меня так, - попросила Клара. - Я не хочу быть Принцессой хотя бы для тебя. Когда ты узнал и полюбил меня, ты думал, что я всего лишь симпатичная дочь эмигрантов. Давай притворимся, что тебе это и теперь не известно, согласен?

Марк охотно кивнул и послал Кларе воздушный поцелуй. Как только его шаги стихли на лестнице, девушка открыла дверь, вошла в прихожую и, скинув туфли, босиком отправилась к себе в комнату. На ее лице без труда читалось замешательство.

-Что случилось? - поинтересовалась Кира, стоявшая у гладильной доски.

-Я встретила его, - сказала Клара, попытавшись улыбнуться действительно счастливо.

-Кого это?

-Алекса.

-Да что ты говоришь! - воскликнула Кира, в свою очередь, изображая удивление. - Алекса? И кто он теперь?

-Марк Турьев. Это долгая история.

Клара ушла в свою комнату и закрыла за собой дверь.

-Не похоже, чтобы она была рада встрече, - пробормотала Кира, возвращаясь к утюгу и мятому белью.


"Крылья Свободы" им одним известными путями распространяли информацию об Избранной. Сведения исходили от Жанны, которой в этих кругах доверяли, так что через полмесяца знакомство с Избранной стало самым ожидаемым событием осени. Самой Жанне пришлось нелегко. Прежде она говорила только правду, не считая тех случаев, когда рассказывала о своих политических убеждениях посторонним людям. Теперь же ей нужно было восторженно описывать Кларины удивительные способности. Она с ужасом ждала первого выхода Клары "в народ".

-Я не выдержу! - сказала она, сверкая глазами. Сцена разыгралась в подвале книжного магазина. Клара спряталась в большом кресле за вычурным абажуром и, по своему обыкновению, листала выбранный наугад запрещенный роман. Хорошо, что ее мысли витали далеко от его страниц, иначе девушка бы сгорела со стыда. У нее на коленях лежала книга о любовных похождениях Талврина, где все интимные приключения Императора были описаны в мельчайших деталях. Многие присутствующие знали, что читает Клара, и лишь молча удивлялись ее странным вкусам. Больная фантазия автора завела его туда, куда не заходил даже настоящий Талврин.

-Выдержишь, - жестко отозвался Максимилиан. Клара, чье внимание лишь секунду назад сосредоточилось на строчке, снова отвлеклась от сероватых листов. - Тебе придется. Бери пример с Клары - она старательно разучивает роль Избранной.

Клара пыталась не встречаться с Максимилианом наедине, чтобы оттянуть неприятный момент выбора. Она уже знала, каким он будет - в пользу Марка. Девушка чувствовала двойную вину перед ним: вину Рахили за все нанесенные обиды и свою собственную за влечение к Максимилиану. Кроме того, Алекс оказался истинным романтиком. Он научился красиво говорить о своей любви, постоянно придумывал какие-то идеи для свиданий. На второй встрече Марк позвал Клару в парк аттракционов. Сначала Клара отказывалась от катания на сомнительных приспособлениях, объясняя это своим "солидным" возрастом. Но Марк настаивал; Клара вспомнила, что Алекс всегда любил такие развлечения, и поддалась на уговоры. Все закончилось тем, что девушка от души верещала на всевозможных американских горках, а в комнате страха не без удовольствия жалась к Марку. Страшно ей не было - просто нравилось, что рядом сильный мужчина. Правда, в очередной раз юркнув под крыло Марка, она вспомнила о Максимилиане. Тот защитил ее не от бутафорских привидений в лабиринте посреди парка, а от настоящих опасностей - серьезных ран, смерти. После этого Клара уже ничего не пугалась, и даже на самом страшном аттракционе почувствовала только легкое головокружение. Хорошее настроение девушке не вернула и стрельба в тире, где Марк выиграл для нее плюшевого осьминога. "Ты ведь обожаешь осьминожков?" - спросил он, помня страсть Рахили к этому редкому виду мягких игрушек. Но Клара вообще игрушки не любила. "Он трогательный," - улыбнулась девушка, неуверенно погладив осьминога по тряпичной голове. А пару дней назад, выйдя из квартиры, Клара увидела на полу коридора выложенное лепестками цветов сердце. Ей было очень приятно. Однако и тут не обошлось без сравнения с Максимилианом, которому такие жесты явно были чужды. Вера, выходившая вместе с сестрой, радостно пискнула и захлопала в ладоши. Она приписала этот милый поступок Илье. Откуда ей было знать, что легендарный Страж Адли мало чем отличается от Максимилиана в своем отношении к сентиментальных выходкам?

Тем не менее, предосторожности результатов не давали. С Марком Клара все равно виделась реже, чем с Максимилианом. И пусть рядом были Кира с Лео - это ничего не меняло. Они, похоже, вообще не мешали Максимилиану: несколько раз он поцеловал Клару у всех на виду. Девушка заметно краснела, пыталась отстраниться, бормотала что-то невнятное. Кира все понимала и жалела сестру. Не так уж легко бросить того, кого любишь, ради того, с кем связывает чувство долга.

Вот и теперь, за день до первой встречи с рядовыми революционерами, Клара ощущала неловкость. Она с удовольствием наблюдала за Максимилианом из своего укрытия. Сегодня он был во всем черном: брюках, рубашке, пиджаке. Кларе нравилось, как этот цвет на нем смотрится, и у нее вовсе не возникало ощущения, что он пришел на похороны - может быть, из-за отсутствия галстука или отнюдь не скорбного выражения лица. Теплый пиджак сейчас висел на спинке того самого кресла, где она пряталась с книгой, и легкий аромат дорогого парфюма создавал иллюзию близости самого Максимилиана. Раз или два, когда никто не видел, девушка даже провела пальцами по гладкой материи. Ей было приятно касаться вещи, которую он снял всего час назад.

Как могло выйти, что Максимилиан стал казаться Кларе таким родным? Ведь она знала его совсем недолго. И, главное, почему Марк оставался для нее чужим? Рахиль росла вместе с Алексом, у нее было очень мало воспоминаний, не связанных с ним. Даже не замечая этого, она всем сердцем любила его и не могла представить без него своей жизни. Но Клара уже не ощущала этой близости, хотя Марк, безусловно, ей нравился. А кому бы не понравился привлекательный молодой мужчина, умеющий из каждого свидания сделать маленький праздник? И все же он не вызывал у нее той бури эмоций, что накрывала девушку в присутствии Максимилиана.

Все стало слишком сложно. Даже без перспективы погибнуть от рук обманутых революционеров.

-А что, если у них не получится? - продолжала возмущаться Жанна. - Кира и Леопольд собираются "творить чудеса" вместо Клары. Но они могут допустить ошибку, и тогда люди поймут, что это лишь спектакль! Я потеряю их доверие, которое мне очень важно!

Максимилиан встал с табурета и медленно подошел к Жанне. Во всей его фигуре было что-то необъяснимо грозное, заставлявшее молчать и повиноваться. Клара всегда удивлялась тому, как столь сильный человек умел превращаться в послушного слугу рядом с Талврином. Возможно, он просто лгал, сказав, что это притворство? И всему виной было кольцо?

-Тебе придется сыграть на публику, - с нажимом произнес он. Жанна взгляда не отвела, но побледнела. - Иначе весь наш - и ваш тоже - план провалится.

-Не бойся, мы не подведем, - подала голос Кира. Она стояла у стены, прислонившись к ней спиной. Рядом, вытянувшись по стойке "смирно", делал умное лицо Лео. Он держался хорошо: еще ни разу не пожаловался на то, что ему все объясняют после собраний. - Мы отрепетировали каждое "чудо" по десять раз, не облажаемся. Ну, ты же сама сегодня видела, как хорошо у нас получается!

-Если ошибетесь - я за себя не отвечаю, - прошипела Жанна.

-Ну, и что ты сделаешь? - поморщилась Кира. - Наведешь на нас порчу? Венец безбрачия подаришь?

Максимилиан одним жестом успокоил девушек, готовых сцепиться в перепалке. Клара, завороженно смотревшая на него, ущипнула себя за руку. Ей следовало забыть об этом человеке, а вместо этого она все больше им восхищалась! "Помни о том, - сказала себе Клара, - что Максимилиан - вовсе не настоящий человек, а творение Алекса. Именно гениальность Александра Моретти сделала его таким привлекательным, умным, сильным. Он всем обязан этому великому ученому!"

Люк в потолке, к которому вела довольно широкая лестница, открылся. Хозяин лавки - невысокий полный мужчина лет пятидесяти - спустился на несколько ступеней вниз.

-Расходитесь, пожалуйста, - попросил он. - Скоро сюда придут они.

Клара вскочила с кресла и быстро спрятала непристойный роман там, откуда его достала - на дне коробки с собранием сочинений Императора. Жанна быстро поднялась по лестнице, решив выйти первой.

-Минут через пять пойдем мы с Лео, - решила Кира, когда ведьма закрыла за собой люк. - А потом - вы.

-Разве это необходимо? - забеспокоилась Клара. Ей не хотелось оставаться наедине с Максимилианом даже на минуту. Но и мешать сестре, желавшей сблизиться с Лео, она не собиралась. - Ведь на самом деле Талврин знает обо всех собраниях и одобряет их!

-Да, но ты же не станешь объяснять это хозяину магазина? - возразила Кира. - Он вообще предпочитает, чтобы выходили по одному.

Лео бесстрастно смотрел то на своих спутников, то на лестницу.

-По одному - это уже слишком, - заметил Максимилиан. Его взгляд и голос снова стали мягче и согревали, как глоток крепкого вина. Клара едва удержалась, чтобы не заткнуть уши. "Он что, профессиональный гипнотизер? - подумала девушка. - Неужели можно так очаровывать людей?"

-Ну, вот и я так думаю, - ответила Кира, хватая Лео за руку. Тот почтительно попрощался с Максимилианом и Кларой, после чего беспрекословно последовал за жрицей.

Люк закрылся. Максимилиан стоял у лестницы, скрестив руки на груди. Клара нервно покусывала губы.

-Ты меня избегаешь? - спросил он наконец. Девушка чуть не подпрыгнула от неожиданности.

-Нет, - ответила она, тут же отругав себя за нерешительность. Расставаться все равно придется, так зачем же она медлит?

-А почему мы стали редко видеться? - Максимилиан повернулся к ней и наклонился так, что их глаза оказались на одном уровне. - Если я звоню - ты говоришь, что занята. Никак не можешь простить?

-Нет, мне просто трудно привыкнуть, - продолжала врать Клара. - Было проще, когда я считала тебя обычным человеком.

Максимилиан положил руку на Кларино плечо, заставив девушку поежиться. Прикосновения теперь пугали ее больше, чем в начале отношений - она их ждала и в то же время понимала, что это плохо.

-Разве я изменился с тех пор, как ты узнала о моем прошлом? - тихо спросил Максимилиан.

-Нет, - признала Клара, - ты все тот же, но...

И почему она не могла испытывать такого с Марком? Почему с ним у нее никак не выходило потерять голову?

Раздался скрежет, которым сопровождается передвигание тяжелой мебели. Максимилиан встрепенулся, поднялся по лестнице и толкнул крышку люка.

-Видимо, уже пришел кто-то из полицейских или чиновников, - прошептал он, спустившись. - Хозяин прячет люк под диваном, и только что он перетащил его на место.

-Что нам делать? - испугалась девушка. Она тоже взбежала по лестнице и толкнула крышку. Действительно - та не поддавалась.

-Ждать, пока гости не уйдут, - спокойно ответил Максимилиан. - Другого варианта нет.

-Какой ужас...

-Ты куда-то торопишься?

Клара торопилась расстаться с Максимилианом, но признаться ему в этом у нее не хватило духу.

-Нет, конечно, - пролепетала она, опустившись на ступеньку. Максимилиан поднялся и сел рядом с ней. Лестница оказалась недостаточно широкой, чтобы двое людей поместились тут на почтительном расстоянии друг от друга. Ощутив непосредственную близость чужого тела, Клара напряглась.

-Я не такой, какими ты представляешь себе правителей, - негромко произнес Максимилиан. Девушка обернулась к нему. - Знаешь, как получилось, что наша цивилизация завоевала всю Вселенную? Сейчас моя родная Земля - это что-то вроде метрополии, остальные планеты - колонии. - Клара кивнула, показывая тем самым, что слушает. - Когда я был создан, на Земле уже назревала большая война. И через некоторое время она разразилась. Это был кошмар. Мы убивали друг друга миллионами, миллиардами - и все никак не могли остановиться. Планета превратилась в огромную братскую могилу. Выжило всего несколько процентов населения Земли. - Клара представила себе тот мир, который она видела в прошлой жизни. Это был мир ярких красок, быстрых движений, смелых надежд. Неужели человеческая жестокость превратила его в пустыню? - Жить на Земле стало совсем паршиво, и мы отправились искать место получше. Тогда-то мы и выяснили, что в космосе существуют особые черные дыры, связывающие совершенно разные точки пространства. И знаешь, что удивило нас больше всего? Первой обитаемой планетой, на которую мы наткнулись, была копия Земли, только ее население пребывало в глухом Средневековье. На ней жили те же народы, что у нас, и говорили они на таких же языках, но их история во многом отличалась от нашей, хотя были и общие моменты. Еще выяснилось, что эта Земля находится в галактике, идентичной нашей. Так мы поняли, что это своеобразный параллельный мир. - Клара слушала очень внимательно. Рассказ Максимилиана увлек ее, и она даже не заметила его руки на своем колене. - Недолго думая, мы решили завоевать планету. Как могли сопротивляться рыцари в тяжелых доспехах, когда у нас было оружие массового уничтожения? Да никак! Но мы ухитрились и там устроить кровавую баню. - Максимилиан усмехнулся. - После того, что случилось на родной планете, нас осталось не так и много. А те, что остались, передрались между собой за право стать хозяевами новой Земли.

-И победили твои сторонники? - догадалась Клара. Максимилиан покачал головой.

-Мои сторонники? Ты думаешь, я шел к власти? Ошибаешься. Я был простым солдатом, которого, благодаря его силе и выносливости, всегда бросали на передовую. - Максимилиан вздохнул. Его взгляд был устремлен вперед, но на самом деле он смотрел в свое далекое прошлое. - Нас было таких пятнадцать. Команда идеальных солдат, созданных Александром Моретти. Созданных, чтобы убивать и умирать за наше правительство. Убивали мы отлично, да и умирали неплохо, пусть и медленно: в итоге из пятнадцати осталось лишь двое. - Клара, сама того не желая, почувствовала прилив жалости к Максимилиану. Ему немало пришлось повидать. - Я много воевал, пока мы покоряли другие планеты. Очень много. И не меньше сходил с ума от безделья. Когда наступало затишье, я чувствовал, что от моего существования нет никакого толку. Тогда я очень низко опускался, но тебе, - он с улыбкой посмотрел на Клару, - не нужно знать все подробности.

Девушка без колебаний согласилась, что ее это не касается.

-Потом я взял себя в руки и начал подниматься по карьерной лестнице. Со временем у меня появилось много сторонников, и в основном - среди покоренных народов. Они видели во мне почти божество, хотя божественного во мне, конечно, мало. Дело было в том, большинство инопланетных цивилизаций очень сильно отставали от нас по развитию. Они пахали свои поля плугом и сражались на мечах, а тут появлялись мы со страшными летающими машинами и непонятным, но опасным оружием. Разумеется, они преклонялись перед нашей воинственной компанией. Спросишь, почему именно я вызывал у них особое доверие? Я приблизился к императору, но не был запятнан его преступлениями. А Императором стал мой товарищ по "команде идеальных солдат" - редкая сволочь с внешностью стриптизера из дорогого клуба. Он презирал меня, но знал, что я ему нужен, и держал при себе. Зря: когда он уже настроил против себя многих подданных, я организовал ему государственный переворот. С публичной казнью монарха в качестве гвоздя программы. Это случилось примерно два с половиной века назад. Помню, люди и нелюди были мне очень благодарны за избавление от тирана.

-Получается, не ты завоевал Вселенную, а твой товарищ? - нахмурившись, спросила Клара.

-Интересный вывод! - Максимилиан рассмеялся - беззвучно, чтобы не привлекать внимание людей на первом этаже. - А ты действительно считаешь, что завоеватель - это мужик, сидящий в удобном кресле и с умным видом слушающий доклады генералов? Когда он придумывал, на какую бы еще планету напасть, я сражался, маялся в плену, умирал от тяжелых ран. Я возглавлял нашу армию, Клара, но участвовал в боях наравне с рядовыми. Наверное, мои заслуги тоже стоит учитывать.

Клара не знала, что ответить. Эта история поразила ее. Она полагала, что Максимилиан всегда был тем самым "мужиком в удобном кресле". Его прежние рассказы о битвах были начисто лишены страшных подробностей. Кроме того, он преподносил все так, будто военные приключения занимали от силы два-три года его жизни. А на самом деле Максимилиан был настоящим солдатом, прошедшим все круги ада.

"Это удивительный человек, - сказала себе девушка. - И то, что он создан искусственно, ничего не значит."

-Прости, я не знала, что твой путь к власти был таким... долгим и трудным, - сказала она. - Это вызывает уважение.

Максимилиан обнял Клару и поцеловал. Этот поцелуй сначала был осторожным, как будто он боялся ее спугнуть, но вскоре стал более требовательным. Клара хотела оттолкнуть Максимилиана, однако силы быстро покинули ее. Сейчас только это было правильным, все остальное не имело смысла. Чувствуя сладкое головокружение, девушка обвила шею Максимилиана руками. Как же ей этого не хватало! Она плотнее прижалась к телу своего возлюбленного. Да, глупо было отрицать, что она его любит.

Максимилиан легко поднял Клару на руки и, спустившись с ней по лестнице, отнес ее на кресло. Девушка вздрогнула, когда он, опираясь одним коленом на широкое мягкое сидение, навис над ней. Она подняла руку, чтобы защититься, но замерла в нерешительности. Воспользовавшись этим, Максимилиан поцеловал кончики ее пальцев. Клара глубоко вздохнула, надеясь, что это поможет ей прийти в себя. Не помогло.

Максимилиан склонил голову ниже и коснулся губами Клариной шеи. Девушка закрыла глаза. Ее сердце стучало так громко, что она почти ничего не слышала, кроме его частых ударов.

Все было, как во сне. Клара чувствовала скольжение горячих губ и рук по своей обнаженной коже, испытывая ни с чем не сравнимое блаженство. Она была, конечно, немного напугана, и ей это нравилось. Казалось, что с этим мужчиной можно быть хрупкой и неопытной - он позаботится о ней, не станет причинять боли. Поддавшись искушению, Клара сама расстегнула несколько пуговиц на рубашке Максимилиана и провела пальцами по его гладкой смуглой коже. Он улыбнулся - это было одобрение и поощрение к дальнейшим действиям.

А потом зазвенел будильник, и сон развеялся, как туман. Клара поняла, что изменяет Марку самым постыдным образом. Это было уже совсем в духе Рахили.

-Не надо, прекрати, - попросила Клара. На ней уже не было кофточки, да и Максимилиан остался в одних брюках.

-Не бойся, - прошептал он. - Все будет хорошо.

Кларе хотелось поддаться на уговоры, но она не имела права так поступать.

-Пожалуйста, давай остановимся. - Девушка попыталась отстраниться, вжавшись в спинку кресла. Нужно было немедленно признаться, что у нее есть другой! Но ведь Максимилиан надел ради Клары заколдованное кольцо, и она была обязана ему жизнью... Нет, она уйдет от него только тогда, когда все это безумие с революцией и служением Талврину останется позади. - Ты обещал ждать, пока я не буду готова.

Максимилиан кивнул.

-Да, помню. - Он соблазнительно улыбнулся. - Но мне показалось, что ты уже вполне готова.

-Нет, мы слишком мало друг друга знаем. Я не могу так, понимаешь?

Максимилиан еще раз поцеловал Клару, ненавязчиво стягивая с ее левого плеча бретельку бюстгальтера. Если бы не мысль о Марке, Клара бы точно сдалась.

-Не надо, пожалуйста, - взмолилась она.

Наконец Максимилиан уступил. Он отошел от кресла, поднял с пола брошенную рубашку и надел ее.

-Девчонки, которых совращают в пятнадцать лет, упираются меньше, чем ты в свои двадцать пять, - насмешливо бросил он.

Клара покраснела и поспешно натянула свою кофточку. "Но ведь так даже лучше, - решила она. - Пусть Максим сам на меня разозлится."

Через минуту, проведенную в напряженном молчании, снова послышался скрежет. Диван отодвинулся в сторону, и тут же хозяин лавки поднял крышку люка.

-Простите, - сказал он. - Ко мне заходили двое полицейских. Теперь они ушли.

-Ничего страшного, - ответил Максимилиан. - Мы тут приятно провели время.

Клара снова покраснела. Он наверняка издевался.


## Глава 21. Выступление Избранной.


Лео упорно отказывался понимать, что Кира заинтересовалась им как мужчиной. Девушка и за плечи его обнимала, и по волосам трепала, и даже приглашала сходить куда-нибудь вдвоем - Лео оставался невозмутим, как гранитный памятник. Его волновала только Принцесса и все, связанное с ней. "Он еще хуже Клары, - обиженно подумала Кира, устав от своих шаманских танцев. - Она, если и неопытна, то хотя бы романтична и постоянно в кого-то влюблена: не в Алекса, так в Макса. А этот - натуральное бревно! Он вообще имеет хоть какое-то представление о брачных играх homo sapiens? Или у него на Альсинде как-то по-другому принято выражать свои чувства?"

Чтобы отвлечься от мыслей о неудаче, Кира отправилась в здание Полицейского управления. Стрельба в тире и методичное избиение боксерской груши действовали на нее, как медитация. А сейчас у жрицы даже был веский повод для тренировки: самопальная революция без сценария могла обернуться какой угодно резней.

Киру впустили без лишних вопросов, несмотря на поздний час. В этом, безусловно, был плюс работы на диктатора. Найдя в своем шкафчике спортивный костюм, девушка отправилась в женскую раздевалку перед спортзалом. Убирая волосы в тугой хвост, она сосредоточилась на энергии Основы, которую в последнее время ощущала довольно отчетливо. Основа, повинуясь, позволила жрице окунуться в нее, питаться ей. Кира улыбнулась. Ее тело медленно становилось сильнее. Она знала, что сейчас могла бы пробить кулаком деревянную дверь в спортзал и даже не почувствовать боли.

-А ты, Адли, так умеешь? - спросила она, представляя, что говорит с Ильей. - Непохоже, мелкий.

В спортзале Кира увлеченно колотила грушу, отрабатывая на ней приемы восточных единоборств. Впереди висели зеркала, и девушка могла любоваться собой в процессе тренировки. Она и раньше была хороша в бою, но теперь двигалась в два раза быстрее, била в два раза точнее.

-Хорошо быть жрицей! - воскликнула она, радостно обнимая грушу.

-Что там хорошо? - поинтересовался знакомый до боли голос. Кира отпустила спортивный снаряд и, поморщившись, жестом поприветствовала вошедшего.

Сержант Дмитрий Рудых приближался к своей бывшей возлюбленной со стороны главного входа в зал.

-Я думал, ты в бессрочном отпуске, - заметил он, улыбаясь.

-Я на спецзадании, - сказала Кира. Она глядела прямо в его бесстыжие глаза и надеялась, что сержант все-таки отведет взгляд. Но он продолжал смотреть на нее так, будто не было ни другой женщины, ни расставания.

-Что, правда? Но ты слишком молода для этого, - удивленно протянул Дима, почесывая гладко выбритый подбородок.

-Там требовались молоденькие красотки.

Дмитрий подавился смешком. Он знал, что Кира не считает себя образцом женской привлекательности, и помнил, что в шутку она часто утверждает обратное. Это всколыхнуло в нем воспоминания о проведенном вместе времени.

-Может, спарринг, молоденькая красотка?

-Да как скажешь, зрелый сердцеед.

Дима был хорошим боксером, и в юности часто выигрывал различные соревнования. Но и прежде он иногда проигрывал Кире. А теперь, когда в ней бушевала энергия Основы, Диме оставалось только защищаться от самых опасных ударов. Кира била без злобы, но сильно и часто. В итоге сержант очень быстро был прижат к паркету довольной девушкой-офицером.

-Ты повержен, - констатировала Кира. Энергия Основы была израсходована. Девушка почувствовала неожиданную слабость, но не подала виду. - Жаль, мы не договорились о том, что должен сделать побежденный.

-Может, заплатить по счету в баре?

-Отличная идея. Я как раз собиралась пойти туда и напиться в хлам, но у меня с финансами туго. Ты меня выручаешь.

Кира протянула руку, предлагая Диме срочно передать ей выигранные деньги. Она понимала, к чему он клонит, но ее не манила перспектива стать "второй женой".

-Я имел в виду, что оплачу наш с тобой счет, - сказал сержант, поднимаясь с пола. - Пошли в бар вместе.

-А как же твоя рыжая?

-Да нет уже никакой рыжей. Мы расстались пару дней назад. Она тупая, как пробка.

-Она тебя бросила. Нашла помоложе и посимпатичнее.

-А вот и нет.

-А вот и да. - Кира похлопала Диму по плечу, как закадычного друга. - Но ты не переживай: все в жизни бывает.

Она отвернулась и пошла к раздевалке.

-А у тебя с тем студентиком все хорошо? - крикнул ей вдогонку Дима.

-Он не студентик, - спокойно ответила Кира. - И у нас все просто замечательно.


Марк уже не мог оставаться в стороне. Если раньше его просто разбирало любопытство, то теперь он чувствовал долг быть в курсе дел своей любимой. Любимая этого не поощряла. Ради того, чтобы Марк был спокоен, она бессовестно врала и при этом выглядела более чем естественно.

-Вы точно собираетесь всего-навсего устроить демонстрацию в количестве сотни человек? - недоверчиво хмурился Марк.

-А куда нам больше? - отмахивалась Клара. - Да больше желающих в столице и не найдется!

Ей было очень стыдно за то, что она врет самому близкому некогда человеку. Но втягивать Марка в странную революцию не имело никакого смысла.


Первое "представление" Клара давала в так называемом Логове. Оно представляло собой просторное подземное убежище, в котором, пусть и с минимальными удобствами, проживали несколько сотен человек. Все они были в немилости у Императора и находились в розыске.

-Вы встретитесь с теми, кто действительно ненавидит Талврина и имеет на это полное моральное право, - пообещала Жанна.

Чтобы попасть в Логово, пришлось отправиться на другой конец города. Там, из-за обилия фабрик и заводов, трудно было дышать полной грудью. Илья, которого ради спецэффектов позвали с собой, рассматривал мрачные здания и гигантские трубы огромными от изумления глазами. Для него эти прибыльные загрязнители атмосферы были чудеснее всего, что он собирался сотворить перед обитателями Логова.

-Мелкий, - шепнула Кира, толкнув его локтем в бок. Илья охнул: девушка не пожалела сил. - На что ты так уставился?

-Ни на что, - ответил он, заставив себя оторвать взгляд от стекольного завода. Ему не хотелось, чтобы жрица его раскрыла. Во всяком случае, сейчас. Она злилась на Стража и симпатизировала Илье - не нужно было давать ей понять, что первый "донашивает" тело второго.

Компания зашла в подъезд одного из каменных домов, беспорядочно разбросанных по улицам. Там пришлось спуститься в подвал, в стене которого пряталась широкая дверь. Жанна отперла ее ключом, и она отворилась без ожидаемого скрипа. Сразу за дверью начиналась темная лестница, которая затем превращалась в петляющий коридор. Жанна и Лео включили принесенные с собой фонари, чтобы не спотыкаться на каждом шагу. Оказалось, что в коридоре вполне чисто - видно, обитатели Логова заботились о порядке своего мрачного пристанища.

Через несколько минут пути компанию встретили двое суровых мужчин с карманными фонариками. Они тихо поздоровались с Жанной и скользнули по напряженной фигурке Клары оценивающими взглядами. Девушка машинально поправила волосы и переступила с ноги на ногу.

-Расстегни пальто, - потребовал один из революционеров.

-Я? - спросила Клара, указав на себя пальцем.

-Не я же, - вздохнула Кира, принимаясь расстегивать пуговицы на сером пальто сестры. - Я в куртке.

Когда Кира отошла в сторону, революционеры скептически присмотрелись к темно-синей юбке-карандашу, белой блузке с кружевным воротником и черному приталенному пиджаку.

-Это не наряд Избранной, - констатировал один из них. Клара опустила взгляд на свою одежду. - Это костюм офисной работницы или школьной учительницы.

-Какая разница, - прорычала Жанна.

-Мы об этом тоже думали, - призналась Кира. - Но в голову ничего не пришло. Во что укутать нашу Избранную? В яркую мантию, усеянную золотыми звездочками?

-В одежду послушницы при храме времен нашей с тобой юности, - предложил Илья.

Кира хлопнула его по спине. Клара с легкой завистью посмотрела на этих двоих: иногда ей было обидно, что она ничего не помнит о своей первой жизни.

-Что ж ты раньше-то не придумал этого, Страж? - с издевкой поинтересовалась Кира.

-Я придумал, - улыбнулся Илья, скидывая с плеча школьный рюкзак. - И даже попросил маму сшить некое подобие такого платья.

Все снова двинулись вперед, и скоро перед ними открылась центральная часть Логова. Она представляла собой большое круглое помещение, стены которого были усеяны деревянными дверями. За ними, как пояснила Жанна, по ночам спали обитатели Логова. Центральная круглая часть служила чем-то вроде гостиной, где собирались все подземные жители. Здесь были столы, стулья, несколько электрических плит. Освещение тут было довольно слабым, но все-таки достаточным для того, чтобы писать или читать. Кое-кого из обитателей спутники Избранной и застали за этим занятием, когда вышли из коридора.

-Среди них много ученых и просто интеллигентов, - тихо сказала Жанна, твердым шагом направляясь к одной из деревянных дверей. - Они даже тут не могут прожить без книг.

-Как я их понимаю, - вздохнула Клара. Максимилиан подавился смехом.

За дверью оказался склад, где хранились продукты. Тут было совсем темно - лампочка перегорела. Пришлось положить фонари на мешки с мукой.

Илья расстегнул рюкзак и достал оттуда составляющие наряда. Они были сшиты из разной ткани: нежно-голубого искусственного шелка, затканного крупными цветами, белоснежного льна и темно-зеленой органзы. Следом за ними была извлечена атласная синяя лента.

-Использовал мамин бесплатный труд, - покачала головой Кира.

-Она трудилась на благо всего человечества, - добавил Илья.

Максимилиан взял в руки шелковую ткань и поднес ее к лицу Клары. Девушка сделала шаг назад, будто боялась, что материя обожжет ее.

-Из-за этого цвета твоя кожа выглядит бледнее, - заметил он с улыбкой. В этой улыбке снова была теплота, на исчезновение которой Клара так надеялась вчера в подвале. Неужели он не собирался долго злиться на нее за отказ? Неужели вынуждал ее самостоятельно рвать отношения?

-Мы сейчас не о стиле беспокоимся, - ответила Кира, выдергивая из рук Максимилиана искусственный шелк.

-Я бы попросила всех мужчин выйти, - сказала Клара. Ее сестра сразу взяла на себя функции переводчика и принялась выталкивать бессловесного Лео за дверь.

-Мне придется остаться, - усмехнувшись, возразил Илья. - Жрица вряд ли помнит, на что похож наряд послушницы при храме.

-А ты, значит, помнишь, - недоверчиво протянула Кира, когда на складе остались только трое. - Что, любил на досуге переодеться в послушницу? Представляю, как смешно ты выглядел в женских тряпках!

Клара хихикнула, вспомнив бородатого Адли из своего видения в библиотеке Талврина.

-Какие глупые шутки, - поморщился Илья. Он вынул из рюкзака заколку в виде лотоса и задумчиво перевел взгляд с Клары на ткани. - Я просто раздел пару десятков послушниц.

Кира фыркнула.

-Хвастаешься достижениями, у которых истек срок годности?

Клара скинула пиджак и поежилась от холода.

-А можно не раздеваться? - попросила она. - Тут мало того, что замерзнуть легче легкого, так еще и костюмер мужского пола.

-Разделась быстро, - скомандовала Кира. - Илюха будет руководить процессом не глядя, а я прикрою тебя своей широкой спиной.

Илья послушно отвернулся, и Клара быстро сняла юбку с блузкой. Кира взяла детали наряда и стала прикладывать их к сестре с разных сторон - сначала воодушевленно, затем озадаченно.

-Слушай, любитель молоденьких послушниц! - крикнула она. - У меня такое ощущение, что эти куски не имеют друг к другу никакого отношения.

-Первым делом надеваешь льняной халат, - ответил Илья, не оборачиваясь. На его губах играла полуулыбка: ему было забавно думать, что Клара стесняется школьника. Сам он, к сожалению, не мог увидеть в "себе" мужчину, как ни старался. - Халат завязывается тесемочками. Потом - платье из шелка.

-Оно короче халата, - заметила Кира, укутывая сестру в эту деталь.

-Правильно, - возразил Илья. - Должно быть видно верх воротника, низ рукавов и подола.

-Да как скажешь, - согласилась Кира. - Теперь - накидка из органзы?

-Да. И теперь все это перетягиваешь атласным поясом.

-Ух ты, а симпатично получилось!

Клара посмотрела вниз - зеркала в кладовой не наблюдалось. Наряд смотрелся довольно необычно. В таком, конечно, за покупками не пойдешь... Но для роли Избранной - отличный вариант.

-И как ты только ухитрился это запомнить? - проворчала Кира. - Я вот плохо помню даже, в чем сама расхаживала, будучи жрицей...

-Так ведь я - Страж, - ответил Илья, наконец повернувшись к одетой Кларе. Она действительно теперь походила на одну из послушниц, которых Адли когда-то предпочитал другим девушкам. Только послушницы не имели права коротко стричь волосы. Их остригали насильно - за грехопадение. При этом ночь в объятиях Стража была негласно вычеркнута из списка тяжких преступлений. - Я мог оставить себе побольше памяти.

-Сам же говорил, что почти ничего важного не помнишь, - фыркнула Кира. - А про эти тряпки...

-Ну, - протянула Клара, - я сама, например, не помню лица Алекса, но хорошо запомнила платье с выпускного Рахили.

-Точно, - прищелкнул пальцами Илья. Сама того не желая, Клара пришла ему на помощь. - И потом - может, я наполовину придумал этот наряд. Мы ведь не проверим, как он выглядел на самом деле.

Кира задумалась ненадолго и убежденно кивнула.


Народ собрался в центральном зале, обступив Клару и ее спутников полукругом. Это были в основном люди, не утратившие своего благородства даже после череды тяжелых испытаний. Их одежда, пусть старая и поношенная, была вполне чистой и аккуратно заштопанной, а исхудавшие лица выражали ум и силу воли. Как объяснила Жанна, почти все они были членами "Крыльев Свободы", которых вычислила Императорская Полиция. Глядя на этих людей, верных своим убеждениям несмотря на опасность, Клара ощутила прилив решительности. Она обязана была как-то помочь тем, кто принес себя в жертву общему делу.

Половина обитателей Логова была настроена скептически. Они, сощурившись, разглядывали девочку, которая в этом старинном костюме напоминала школьницу на праздничном утреннике. Ее растерянность только усиливала их подозрения. Впрочем, другая половина революционеров смотрела на Клару с надеждой. Жанна, в чьих способностях они не сомневались, предсказала им появление Избранной. Ну и пусть она выглядит менее внушительно, чем Агата Ланская. Зато у нее наивные и добрые глаза. Может быть, ее чистое сердце обладает силой, с которой не сравнится темная мощь Императора?

-Я понимаю, что вы относитесь ко мне с недоверием, - заговорила Клара. Ее голос прозвучал твердо, и она мысленно похвалила себя за это. - Вам пришлось много раз сталкиваться с обманом и предательством. Поэтому... - Клара вытянула вперед руку. Леопольд, стоявший чуть поодаль, сосредоточился на ее ладони, и вскоре прямо над ней появилось маленькое, но излучающее ослепительный свет солнце. Люди в первых рядах с тихим возгласом удивления отступили назад, а те, кто стояли дальше, начали проталкиваться вперед. Кира незаметно похлопала своего приятеля по спине, но не удостоилась ответной реакции.

- Я не хочу сказать, что я - ваше солнце, - продолжала тем временем Клара. - Это было бы слишком самонадеянно с моей стороны. Я - только человек, который хочет привести вас к свету.

Клара сжала руку в кулак, и солнце растаяло. Это была всего лишь иллюзия, обман зрения. Но никто из присутствующих не мог об этом подумать, ведь от света у них начало резать глаза.

-Здесь найдется какое-нибудь увядшее растение? - громко спросила Кира, обводя взглядом толпу. Она знала, что найдется - специально для представления в Логово была доставлена квелая фиалка. Кто-то быстро сбегал за поникшим цветком, и его дали Кларе в руки. Она закрыла глаза и прижала его к груди. Кира, мысленно уловив течение Основы, окунулась в него и забрала немного энергии. Теперь осталось лишь направить ее на несчастную фиалку. Это было бы несложно, будь горшок у нее в руках, а на расстоянии требовало серьезной концентрации. Но Кира с этим справилась: фиалка начала медленно наливаться соками, снова превращаясь в радующий глаз цветок. Лео добавил спецэффектов - окружил оживающее растение серебристым сиянием.

Открыв глаза, Клара улыбнулась и передала фиалку кому-то в первом ряду. Изумленные восклицания сыпались со всех сторон. "Избранная" была собой довольна. Она думала, что умрет со стыда еще до начала представления, но ей, кажется, все удавалось! И это было хорошо, ведь ее ложь вдохновляла тех, кто почти опустил руки!

-Я хочу, чтобы все вы вернулись к жизни, как это растение, - произнесла Клара. Она действительно входила в роль - из застенчивой девушки превращалась в почти неземное создание. Сделав шаг вперед, Клара взяла за руку опешившую молодую брюнетку. От напряжения Лео стиснул зубы и сжал кулаки, но две девушки все же медленно поднялись на полметра над полом. Клара сохраняла ангельское спокойствие, в то время как ее спутница испуганно смотрела то под ноги, то на Избранную. Когда они снова опустились, брюнетка могла только хлопать глазами. Маленькое чудо - и она уже верила в могущество скромной поварихи.

-Если вы захотите - то подниметесь так высоко, как только это позволено человеку, - прокомментировала свое действие Клара. Максимилиан смотрел на нее с гордостью. Клара могла быть убедительной, когда старалась.

-Это все фокусы! - истошно завопил кто-то. - Бесполезное волшебство! Может быть, эта девчонка и возвращает к жизни дохлые фиалки, но никому от этого не легче!

Закричали еще несколько человек, недовольство которых мгновенно разлилось по толпе. Действительно, что это им преподносят? Какая польза от солнца в миниатюре и кратковременной левитации?

Максимилиан коснулся пальцами плеча Ильи. Тот немедленно кивнул, хотя и не был уверен в успехе затеянного предприятия.

-Здесь есть раненые? - спросил Максимилиан, выступая вперед. Клара застыла и едва не растеряла только что обретенную ауру Избранной. Что ей делать с ранеными?

-Да как тут поранишься, в подземелье-то, - усмехнулись в толпе.

-Избранная умеет исцелять раны, - заявил Максимилиан. - Есть желающие это проверить? Не волнуйтесь, рана затянется за считанные секунды.

-Вот сам и проверь, - сказал мужчина с черной бородой, протискиваясь в центр. Он достал из-за пазухи охотничий нож. Максимилиан нахмурился. - Что, испугался?

-Нет. Я знаю, на что способна Избранная, и моя вера в нее непоколебима.

С этими словами он посмотрел на Клару. В его взгляде было столько твердости, что девушка поняла: он знает, что делает, и нужно положиться на него.

Да, она потом отучится на него полагаться. У нее еще будет на это время.

Воспользовавшись тем, что внимание присутствующих сосредоточилось на Максимилиане, Илья незаметно приблизился к Кларе и коснулся ее запястья. Девушка вздрогнула, ощутив мощный прилив незнакомой энергии. Эта сила бушевала в ней, требуя немедленного выхода.

Илья отшатнулся. Мучительная боль сдавила ему грудь, а перед глазами заплясали черные точки. Но он не мог позволить себе упасть в обморок, чтобы не вызвать подозрений. Из последних сил Илья пытался восстановить силы с помощью Основы, но та не желала ему помогать.

-Давай руку, - сказал мужчина с бородой. Зрители подались вперед, чтобы лучше видеть происходящее. Максимилиан поднял согнутую в локте правую руку. Бородач с силой ударил ножом в открытую ладонь, пробив ее насквозь. Максимилиан даже не поморщился, чем привел в замешательство всех находившихся рядом людей.

Илья уже не мог держаться на ногах.

-Кровь!.. - жалобно вскрикнул он, чтобы как-то оправдаться. После чего упал в объятия подоспевшей Киры.

-Умница, - прошептала девушка, целуя его в лоб.

Бородач выдернул нож, и Максимилиан прошелся перед толпой, демонстрируя свежую рану. Затем он протянул окровавленную руку Кларе, стоя так, чтобы всем был хорошо виден процесс исцеления.

"Он сумасшедший, - мелькнуло в голове у Клары, когда она взглянула в глаза любимого. - Мне кажется, что он сумасшедший..."

Девушка взяла руку Максимилиана в свою. Сила, отданная Ильей, устремилась в его тело, заставляя рану быстро затягиваться. Легкое свечение убедило зрителей в том, что происходит нечто сверхъестественное.

Максимилиан отошел в сторону и, достав из кармана джинсов платок, быстро вытер им руку. Снова продефилировав перед публикой, он показал, что от раны не осталось и следа.

-А ты можешь помочь моему ребенку? - спросила маленькая худая женщина, выводя в центр своего сына лет шести. У мальчика была забинтована рука. - Он сегодня разбил чашку и порезался, собирая осколки.

Клара присела на корточки и ласково улыбнулась ребенку. В ней еще оставалось немного силы - на порез должно было хватить. Он, правда, оказался очень глубоким, но все равно медленно затянулся. Мальчик вскрикнул от радости и показал матери здоровую руку. У Клары появились еще два преданных сторонника.

-А мне, я полагаю, ты помочь не сможешь? - раздался какой-то знакомый голос. Один человек вышел из толпы, и Клара едва не потеряла равновесие. Перед ней был... Алекс. Высокий рост, черные волосы, изуродованное ожогом лицо. Он был в потертых джинсах и вытянутом свитере, но под этой неприглядной одеждой угадывалась стройная фигура.

-Наверное, нет, - тихо ответила Клара. - Ведь это уже только шрамы. Вы здоровы.

"Алекс" горько усмехнулся.

-Лучше бы я сдох, чем стал таким уродом. А ты меня не узнаешь, да? Ну, конечно, с таким лицом меня и родная мать не узнает...

-Это Григорий Супонов, - подала голос Жанна. Клара широко раскрыла глаза. Она хорошо помнила, как ей и ее рыжеволосой соседке нравился этот обаятельный юноша. Молодой, подающий большие надежды актер, любимец многих женщин страны... Он снялся в популярном сериале и двух отличных фильмах, но два года назад неожиданно исчез с экранов и страниц газет. Говорили, что Григорий спился или стал наркоманом... А он прятался здесь, изуродованный и всеми забытый?

-Да, он самый, - сказал актер.

-Его красота сыграла с ним злую шутку, - продолжала Жанна. - Два года назад, когда Талврин познакомился с Агатой Ланской, она как-то обмолвилась, что ей очень нравится внешность Гриши Супонова. К самому Талврину она тогда была холодна. Он рассвирепел, приказал доставить ему ни в чем не повинного артиста...

-Он только щелкнул пальцами, - грустно произнес актер, - и мое лицо вспыхнуло. Теперь оно выглядит вот так. Я перенес дорогостоящую пластическую операцию, но она была безуспешной. После нее лицо вернуло всю свою уродливость. Талврин проклял меня оставаться чудовищем навсегда.

Клара не могла вымолвить ни слова. Она все-таки была бесполезна. Могла только показывать фокусы...

Максимилиан встал за спиной Клары, положив руки ей на плечи.

-Наверное, это был огонь Талврина, - прошептал он. - Помнишь, ты спасла меня, когда я был ранен обретенным с силой камней оружием? Может быть, ты сможешь восстановить и его лицо. Попробуй.

Клара кивнула и подошла к актеру. Тот отвернулся и попробовал скрыться в толпе, но девушка схватила его за рукав свитера.

-Не уходи, - попросила она. Григорий повиновался, и Клара протянула руку к его лицу. Она вспомнила сериал о замухрышке из провинции, которая приехала в столицу и влюбилась в красивого парня из богатой семьи. Этого парня играл Григорий. Клара и ее коллега каждый вечер прилипали к экрану, чтобы посмотреть, как будут развиваться отношения золушки и ее прекрасного принца... Нужно было непременно вернуть Григорию то, что так несправедливо отнял у него Талврин.

Клара ощутила знакомое покалывание на кончиках пальцев. Да, она могла это сделать! Шрамы на лице Григория начали сглаживаться, и вскоре из жуткого урода он превратился в немного обезображенного человека, а затем и в того красавца, чьи фотографии некогда целовали романтичные поклонницы. Сам актер ничего не замечал. О том, что произошли перемены, его оповестил взорвавшийся аплодисментами зал. Он поднес руку к лицу, коснулся гладкой кожи... и закричал от радости, как помешанный.

-Зеркало! - вопил Григорий. - Дайте мне зеркало!

Через полминуты кто-то принес небольшое зеркало, и актер сумел рассмотреть свое вновь красивое лицо. На его глазах выступили слезы.

-Спасибо! - горячо произнес он, падая перед Кларой на колени. - Спасибо, спасибо! Даже если ты не свергнешь этого ублюдка... я буду считать тебя посланницей небес!

Клара взяла его за руку, заставив подняться. На ее глазах тоже выступили слезы.

И почему в прошлой жизни не нашлось места чуду? Почему Рахиль не могла, прикоснувшись к Алексу, сделать его нормальным?..

-Теперь они в тебя верят, - вполголоса сказал Максимилиан, возвращая Клару к нынешней жизни. - Я бы точно поверил.


-Я много раз тебе звонил, - сказал Марк, встречая Клару у входа в подъезд. Была уже ночь, и супруги Турьевы наверняка все извелись от волнения. Но Марка, разумеется, это не заботило. Он беспокоился лишь о Кларе, связавшейся с революционным обществом. - Куда ты пропала?

-Я была на встрече с "Крыльями Свободы", - бодро ответила девушка. - Мы обсуждали лозунги для митинга. Ничего интересного.

-Да-а, представляю, - засмеялся Марк. Кира сделала знак, что оставляет голубков поворковать вдоволь, и скрылась за дверью. - А что, Талврин всерьез собирается арестовать всех, кто выйдет на митинг?

-Ну, да, такой у него план. - Клара пожала плечами. - Меня не касается, чего он на самом деле хочет. Я просто исполнительная девочка.

Марк увел Клару в сторону от подъезда и нежно поцеловал в губы.

-Надеюсь, ты не злишься, что я всюду хожу за тобой хвостиком? - спросил он. - Просто не могу уснуть, думая, что ты в опасности.

-Да какая там опасность, - засмеялась Клара. - Ничего страшного.

-Все равно. Я очень переживаю за тебя.

Марк сильнее сжал Клару в своих объятиях, как бы показывая, что готов защитить ее от всех бед.

-Послушай, я хотела спросить... - Клара выдавливала из себя слова: ей было неудобно говорить об этом. - Наверное, теперь тебе не будет больно...

-О чем спросить?

-О прошлой жизни.

-Зачем говорить о прошлой, в которой мы не смогли быть вместе? Давай наслаждаться нынешней, в которой я могу обнимать и целовать тебя столько, сколько хочу.

Клара вздохнула.

-Ты всегда шутил об этом, и я даже не задумывалась, но... тебе, наверное, очень хотелось избавиться от шрамов?

-Ну вот, я от них и избавился! - Марк отстранился от Клары, давая ей полюбоваться собой. - Теперь женщины смотрят на меня не с ужасом, а с интересом!

-Но ведь это не твое лицо, - возразила девушка.

-Оно лучше моего! И оно тебе нравится, правда?

Клара неуверенно кивнула. Марк снова поцеловал ее.

Тишину ночного двора нарушили громкие аплодисменты. Влюбленные оторвались друг от друга и повернулись туда, откуда доносился этот звук. Прислонившись к фонарному столбу, паре хлопал Максимилиан.

-Так вот в чем дело, Принцесса! - с улыбкой протянул он, медленно приближаясь к удивленному Марку и похолодевшей Кларе. - А вы, простите, кто такой?

Он протянул руку своему сопернику.

-Это вы кто такой? - нахмурившись, спросил его Марк.

Максимилиан убрал руку в карман джинсов. Клара переводила взгляд с одного мужчины на другого и пыталась понять, как следует себя вести в такой неподходящей для нее ситуации.

-Мы с Кларой вместе работаем, - пояснил Максимилиан после короткой паузы. Его взгляд сжигал девушку. - Вчера пригласил ее на свидание, но она сказала, что у нее уже есть молодой человек... Оказывается, это вы. Поздравляю!

Он похлопал Марка по плечу и удалился со двора, на ходу закуривая сигарету. Клара провожала его затуманенным взглядом. Это был конец. Максимилиан не собирался возвращаться. Императоры, наверное, не прощают измен...

-Кто это? - грозно спросил Марк.

-Ну, ты же все слышал, - ответила Клара. - Мы вместе готовим митинг. Он приглашал меня на свидание, но я отказалась.

Она изменяла, она лгала... И когда Клара успела стать настолько плохой девочкой?

-Он тебе не нравится, надеюсь?

-Нет, что ты. Я люблю тебя.

-Вот и хорошо. Мне кажется, он очень плохой человек.

И Марк так крепко прижал Клару в своей груди, что девушка едва не задохнулась.

Это было правильно. Алекса нельзя было предавать. Он слишком много вытерпел ради нее...


## Глава 22. Расставание.


Марк проводил Клару до двери в квартиру, но отпускать ее руку не спешил. Он казался задумчивым, как будто пытался вспомнить о чем-то важном. Но Клара этого не замечала, потому что сама погрузилась в невеселые мысли. Максимилиан мог бы сказать, что накануне Клара в последний момент отказалась от близости, а соврал, что она не пошла с ним на свидание. Он поступил благородно, и это еще больше разрывало Кларино сердце. Сама-то она повела себя подло...

-По-моему, я его уже видел, - наконец озвучил свои догадки Марк. - Знакомое лицо.

-Я танцевала с ним в "Азалии", - быстро ответила Клара. - Когда ты танцевал с Верой. И целовался с Верой. Кстати, почему ты это делал?

-Она чем-то напомнила мне тебя. То есть Рахиль.

Это было очень похоже на правду, и Клара не стала возмущаться.

-Но я видел его где-то еще. Как будто в прошлой жизни...

Клара встрепенулась. Алекс узнал своего "сына"? Максимилиан говорил, что они встречались всего пару раз. Но, наверное, он участвовал в моделировании внешности сверхлюдей и помнил, как они должны выглядеть!

-Да, в прошлой жизни, - подтвердила Клара. - Это Максимилиан Эдвардс, созданный тобой искусственный человек. Ты назвал его в честь персонажа, которого я придумала в детстве.

-Точно! - радостно воскликнул Марк. - Так он действительно смог прожить столько лет? Честное слово, я гениален! Но... Ты только подумай: результат моих научных экспериментов приставал к реинкарнации моей девушки! Да-а-а, от такого голова может взорваться!

-Действительно, забавно, - согласилась Клара. - Нет, даже смешно.


Ранним утром Леопольд, натянув одеяло до самого подбородка, спал сном младенца. Тем временем в соседней комнате двое любовников, насытившись друг другом, вели не совсем уместный в таких обстоятельствах разговор.

-Ты будешь из-за нее переживать? - спросила Агата, садясь на колени. Максимилиан посмотрел на нее так, будто она интересовалась, не принести ли ему кофе.

-Наверное, - произнес он, задумчиво касаясь лба указательным и средним пальцами. - Немного, наверное, буду.

-Не надо, - умоляюще прошептала Агата, наклоняясь над ним. Льняные волосы мягким покрывалом легли на грудь ее любовника. - Ты вообще не должен о ней думать.

-Не тебе, куколка, говорить, что я должен делать, - с почти шутливой угрозой в голосе заметил Максимилиан.

Агата опустила голову еще ниже и легко, но чувственно коснулась губами его шеи, а затем подбородка.

-Ты сам говорил, что таких, как она, у тебя были сотни, - напомнила девушка.

Максимилиан положил левую ладонь на ее щеку. Агата повернулась и ласково поцеловала его запястье.

-И к ним ко всем я немного привязывался.

-Ты ее быстро забудешь.

-Я всех быстро забываю.

Агата улыбнулась и провела пальцами по волосам Максимилиана. Ей впервые так нравилось касаться мужчины, несмотря на все открытия, которые это приносило. Она хотела постоянно быть рядом с ним и ждала того момента, когда можно будет не таиться.

-А твой-то когда приедет? - спросил Максимилиан, посмотрев ей в глаза. Тот, кто увидел бы их сейчас, поклялся бы, что перед ним сестра-близнец Агаты. В этих серых глазах не было никакого холода - напротив, они излучали жар.

-Талврин? Кажется, через пару дней. Кстати, у нас скоро свадьба, так что поторопитесь со своей революцией.

Максимилиан усмехнулся.

-Ты не хочешь стать вдовой?

-Если можешь - избавь меня от этой участи.

Максимилиан приподнялся на локтях и поцеловал Агату в губы. Она ответила, подавшись к нему и обвив его шею своими руками.

-Я так люблю тебя, - прошептала шеф полиции.

Он не ответил. Она этого и не ждала.


Клара всю ночь не сомкнула глаз. Ложась на правый бок, она говорила себе, что у Максимилиана все будет прекрасно и без нее, а Марк любит ее одну. Переворачиваясь на левый, она вспоминала, как Максимилиан заплатил за ее жизнь свободой и что сама она успела в него влюбиться.

-Я должна хотя бы все ему объяснить! - решила Клара, вскочив с кровати в шесть утра. Она быстро умылась, выпила чашку кофе, надела вчерашний "офисный" костюм и помчалась домой к Максимилиану. Он, по ее убеждению, сейчас допивал вторую бутылку виски, курил тридцатую сигарету и вопрошал у сонного Лео: "Ну чем он лучше меня-то?!"

"Я расскажу ему всю правду, - говорила себе Клара, нажимая на кнопку дверного звонка. - Что Марк - это Александр Моретти, которого я всю жизнь ждала. Что ради меня его создатель обратился к магу и прочее... Он должен понять, ведь он такой умный, благородный. И, кажется, неплохо относится к Александру Моретти!"

Максимилиан открыл дверь, представ перед Кларой трезвым, спокойным и обнаженным по пояс. Девушка виновато улыбнулась, поздоровалась и прошла в прихожую.

-Провела ночь с ним, а утро решила провести со мной? - усмехнулся Максимилиан, обнимая ее за талию. Клара оторопела от такого поведения. Она как-то иначе представляла себе ревность. - Похвально. Отличная идея. Но почему ты решила, что лучше сначала с ним, чем...

-Я ни с кем не провела ночь, - отрезала Клара, пытаясь отойти в сторону.

-Это, конечно, другое дело. - Максимилиан поднял руки вверх, как бы сдаваясь. - А он был менее настойчив, чем я?

Клара собиралась сказать что-то банальное типа "он не такой, как ты, ему нужно от меня совсем другое" - но промолчала.

-И давно вы с ним встречаетесь?

Клара помедлила с ответом. Ей очень не хотелось говорить, что был период, когда формально она ходила на свидания с обоими.

-Мы начали встречаться после того, что случилось в подвале, - выдавила она.

-То есть ты из-за этого от меня ушла? - Максимилиан рассмеялся и показал Кларе большой палец. - Милая, продолжай в том же духе - и встретишь тридцатилетие девственницей.

Клара отвернулась, чтобы Максимилиан не видел, как покраснели ее щеки.

-Все немного не так, - начала она, двигаясь в сторону его комнаты. - Это очень долгая история... Давай присядем, я все объясню...

Максимилиан с улыбкой наблюдал за тем, как Клара открывает дверь, останавливает взгляд на укутанной в одеяло Агате Ланской и замирает на пороге.

-Да, я ничем не лучше тебя, дорогая, - сказал Максимилиан, вставая перед ней со скрещенными на груди руками. - Мы квиты. Так что пусть твоя совесть успокоится.

Клара была ошарашена. Все выходило как нельзя лучше - ей не нужно было чувствовать себя виноватой! Так почему же она хотела расплакаться?

-Ты переспал с ней из-за того, что увидел ночью? - шепотом спросила она.

-Нет, - покачал головой Максимилиан. - Я сплю с ней с тех самых пор, как ты гостила у Талврина. Скажу честно, она сама навязалась. Но я не слишком долго сопротивлялся.

Клару захлестнуло отвращение к стоящему перед ней мужчине. Значит, обещая ждать, пока она не будет готова, Максимилиан поступал не самым благородным образом? А что благородного в том, чтобы просто выгуливать одну девушку, если дома ждет другая, готовая к любым эротическим подвигам?

-Так что не переживай, - сказал Максимилиан. - Иди к своему парню и будь счастлива.

Клара сама не ожидала от себя того, что сделала в следующий момент - она залепила Максимилиану звонкую пощечину. Тот принял ее без возражений, как прощальный поцелуй.

-А я тебе верила... подлец, - прошипела Клара и бросилась вон из квартиры. Максимилиан спокойно закрыл за ней дверь.

-Почему ты позволил ей войти в эту комнату? - спросила Агата, не вставая с кровати. - Ты мог бы ее удержать. Если она пришла, значит, не уверена в своем выборе. Тебе не составило бы труда вернуть Принцессу. Тот парень тебе и в подметки не годится.

-Но с тем парнем ей явно будет лучше, чем со мной, - ответил Максимилиан. Он прошелся по своей комнате и встал у окна, глядя на то, как расстроенная Клара мчится по тротуару. - Она хорошая девушка. Лучше пусть разочаруется во мне сейчас и строит новые отношения, чем тратит на меня впустую несколько лет своей жизни.

Агата молча разглядывала профиль Максимилиана, который в синеватом утреннем свете казался ей особенно прекрасным. И она до боли ревновала любимого к той, чью жизнь он решил не портить своим присутствием.

-А мне можно тратить на тебя свою жизнь? Меня тебе не жаль?

-Ты знала, на что подписываешься, - напомнил Максимилиан. - Большая девочка, сама за себя отвечаешь.

-И никогда об этом не пожалею.

-Умница.


Клара, которая сначала летела подальше от ставшего ненавистным дома, вскоре замедлила шаг и попыталась прийти в себя. В самом деле, ну что такого произошло? Ее сестре изменил парень, но для нее жизнь не закончилась. А у Клары и у самой рыльце было в пушку. Ну, пускай ее отношения с обоими мужчинами дальше поцелуев не заходили, а Максимилиан с Агатой позволяли себе куда большее. Зато Клара ухитрилась обманывать двоих, в то время как Агата, без сомнения, знала об интрижке своего любимого. "Как же хорошо, что у нас тогда в подвале ничего не было! - решила в итоге Клара. - Можно сказать, у нас были детские отношения, о которых нормальные взрослые женщины даже и не вспоминают." Но в этом случае выходило, что с Алексом ее связывали еще более "детские" отношения. "Нет, - тут же возразила себе Клара. - С ним было совсем иначе. Мы много лет любили друг друга, росли бок о бок. А Максимилиана я, по сути, и не знала совсем, он просто понравился мне... чем? Да тем же, чем покорил Агату! Будем откровенны: он привлекательнее всех, кого мне доводилось встречать в своей жизни. Я всего лишь девушка и не могла остаться равнодушной. Но нужно спуститься с небес на землю и посмотреть правде в глаза. Максимилиан никого не любит, кроме себя, что естественно для человека его статуса и... хм, возраста. Зато Алекс всегда будет рядом, не обидит и не предаст. Разве не каждая женщина мечтает о ком-то столь верном, надежном, любящем? Да я вообще должна благодарить Бога за то, что все сложилось таким удачным для меня образом!"

Подходя к своему дому, Клара уже выглядела не разбитой, а всего лишь удрученной.

К обеду пришел Марк - после вчерашнего он хотел удостовериться, что Клара дома, а не с его "сыном". Обостренное чутье подсказало ему, что любимая чем-то опечалена, и он обрушил на нее лавину вопросов. Уверяя Марка, что все хорошо, Клара вспомнила похожий эпизод из прошлой жизни. Рахиль, только что заставшая своего парня с другой, сидит у Алекса в комнате и плачет. Алекс утешает ее и спрашивает, не побить ли этого мерзавца. Рахиль отвечает, что в этом нет нужды, что лучше оставить все в прошлом... "Я не могу смотреть, как ты грустишь, - говорит Алекс. Он сидит перед ней на коленях и робко гладит ее по руке. - Скажи, что мне сделать, чтобы ты улыбнулась..."

-Если этот гад продолжит доставать тебя, - заметил Марк, - только скажи - и от него мокрого места не останется. Как говорится, я тебя породил, я же тебе и хребет сломаю.

-Ну, что ты, - отмахнулась Клара. - Не будет он меня доставать.

И она, улыбнувшись, взяла его руки в свои. Алекс больше никогда узнает, что она страдает из-за другого мужчины. У нее вообще не будет других мужчин. Точка.


Талврин вернулся поздно вечером. Его встречали в аэропорту журналисты с фото- и видеокамерами: по официальной версии, он ездил в Азию помогать жертвам стихийного бедствия. Где Император проводил время на самом деле, никто не знал. Кроме его верного слуги Альфреда Риверса, разумеется. Но тот, по вполне понятным причинам, не собирался распространяться об этом.

Среди встречающих была Принцесса со своим окружением. Клара, по настоянию Агаты, преподнесла Талврину его любимые цветы, а Максимилиан, по собственной прихоти, преклонил перед ним колени. Клара смотрела на него со смесью изумления и гадливости. "И что я только нашла в этом человеке? - недоумевала она. - Да у него странностей больше, чем у меня - комплексов! Одному монарху должно быть противно унижаться перед другим, а он, кажется, даже получает извращенное удовольствие от этой игры в раба!"

Его Величество поцеловал ручку своей невесты, и Клару снова передернуло. Эта женщина бесстыдно улыбалась тому, кого вела на смерть! "Они - хорошая парочка, - подумала Клара. - Жестокие, беспринципные, распутные! Скорее бы все это закончилось, и я могла бы счастливо жить с Алексом!"

Талврин, проходя мимо Клары, послал ей многозначительный взгляд, и девушка вздрогнула. Когда все закончится, этого человека уже не будет в живых. Не то чтобы ей было его жаль, просто... Смерть - это слишком страшное наказание даже для такого чудовища. По мнению Клары, его следовало отправить в тюрьму. Без своих камней он просидел бы там не больше сорока лет.

Талврин пригласил всех к себе во дворец, где позволил своим подданным разделить с ним великолепный ужин. Клара впервые испытывала то чувство, о котором не раз говорила Вера. "Вот сидишь на уроке, училка - злобная, а твой парень тебе смски пишет. И ему ответить хочется, и эту стерву старую выводить из себя опасно... Такое мучение!" Марк, не знавший о местонахождении любимой, писал одно сообщение за другим. Клара их не читала. Она отключила даже вибрацию, но световой сигнал в кармане брюк оповещал о том, что Марк снова делится какими-то переживаниями. Должно быть, он вовсю наслаждался своим почти неограниченным доступом к Рахили. Он мог приходить когда угодно, звонить, писать, говорить о любви - и она больше не собиралась отправлять его в длинную очередь за своей особой. Наверное, об этом он мечтал всю сознательную жизнь. Но это не было оправданием для того, чтобы достать телефон и на глазах у изумленного тирана писать сентиментальные послания.

После ужина Талврин остался в кабинете наедине с невестой, Максимилианом и Кларой. Этот кабинет не отличался солидными размерами, но здесь все же поместились портрет Императора, бюст Императора и статуя Императора в полный рост. Сам Император поместился за тяжелым столом из красного дерева.

Первое слово было предоставлено Кларе, которая коротко отчиталась о проделанной работе. Она не скрыла ничего существенного, но в то же время постаралась обойтись без подробностей.

-Отлично, - похвалил Талврин, добродушный из-за обилия красного вина. - Теперь они верят в мою Принцессу и пойдут за ней прямиком на расстрел! А теперь ты, мой ничтожный раб. - Он ткнул пальцем в Максимилиана. - Твоя версия. Говори мне только правду.

Максимилиан поднялся со стула с тем затуманенным взглядом, виной которому была магия кольца. "Хорошо, что я не привирала, - сказала себе Клара. - Иначе могла бы пострадать."

Максимилиан делал свой доклад тоном, полным почтения к слушателю. Когда он замолчал, Император с улыбкой махнул рукой. Чары перестали действовать, и Максимилиан невольно сморгнул, приходя в себя.

-Вы начинаете мне нравиться, - сказал Талврин. - Думаю, что после революции вы сможете продолжать верно служить мне.

-Почту за честь, Ваше Величество, - пафосно произнес Максимилиан. Надо было хорошо знать этого человека, чтобы уловить в его голосе насмешку.


Клара стала часто наведываться в Логово, но уже без своего сказочного наряда. Она общалась с его жителями, приносила или готовила им еду, играла с немногочисленными детьми. Помощь этим людям стала для нее важнейшим занятием, без которого она считала дни прошедшими зря.

Клару неизменно сопровождали Максимилиан и Лео - на случай, если подземным жителям придет в голову избавиться от Избранной. Лео, разумеется, почти не разговаривал. А Максимилиан вел себя совершенно естественно, словно общество Клары не причиняло ему неудобств. "Вот ведь бессовестное создание, - мысленно укоряла его девушка. - Неужели у него нет на душе осадка? Мы расстались самым ужасным образом..."

Максимилиан не только свободно общался с Кларой, но и помогал ей в приготовлении пищи. За долгие годы жизни он немного научился обращаться с продуктами и посудой, а теперь нашел применение этим навыкам. Клара ощущала мучительную неловкость, пока не придумала выход.

"И как же я раньше не догадалась! - сказала она себе. - Надо просто представить, что я Рахиль. Она много раз попадала в подобные ситуации! Что бы она чувствовала? Как бы себя вела? Так... она бы чувствовала раздражение. Мы расстались, а он тут крутится. И не пошлешь его - вместе работаем. Но он ведь не обижен, я тоже не обижена. Стало быть, можно вздохнуть свободно! Мы взрослые люди, а взрослые люди сходятся и расходятся как нечего делать."

-Никогда не думала, что императоры могут чистить картошку, - веселым голосом сказала Клара.

Максимилиан улыбнулся и продолжил заниматься указанным делом.

-Я ведь говорил, что не сразу занял эту престижную должность. Мне приходилось выполнять работу и похуже.

-Да-да, я помню. Но странно, что тебе и сейчас не претит подобное времяпрепровождение.

-Не вижу ничего отвратительного в картошке. Честно.

Клара хвалила себя. Она вела с ним разговор и даже не смущалась! Надо пойти дальше.

-Слушай, мне вот стало интересно... А когда ты вернешь себе трон, что станет с Агатой? Ты увезешь ее с собой - туда?

Максимилиан опустил нож и наполовину очищенный клубень. Клара начала гордиться собой еще сильнее. Она привела в замешательство этого бесстыдника!

-С чего вдруг такие вопросы?

-Ну, знаешь, мы все-таки провели какое-то время вместе, и о нем я сохранила очень приятные воспоминания. Ничего удивительного, что меня волнует твое будущее.

Максимилиан смотрел на нее, широко раскрыв глаза. Кларе показалось, что он даже немного побледнел. "Что, не ожидал от меня такого? - торжествовала девушка. - Думал, я совсем простушка? Ну, смотри, на что я способна!"

-Еще я очень много думала о той услуге, которую ты мне оказал. Я о спасении моей жизни ценой твоей свободы. - Клара полностью вошла роль и даже начала вспоминать похожий момент из прошлой жизни. Она сидит в кафе - беседует с коллегой, который ушел от нее, но не выдержал повисшего в офисе напряжения и вызвал бывшую девушку на серьезный разговор. За соседним столиком притаился Алекс - верный телохранитель Рахили... - Я очень благодарна тебе за этот поступок. И уверена, что надо отплатить за твою доброту... Но ведь я отдам тебе силу камней Талврина, правильно? Тогда мы будем квиты...

-Не надо так говорить, Клара, - глухим голосом попросил ее Максимилиан. Девушка готова была аплодировать сама себе. Этот человек выглядел потерянным и раздавленным. Даже, пожалуй, слишком.

-Почему "не надо"? Надо же, ты меня разочаровываешь. Я думала, в тебе больше цинизма. Особенно в тот момент, когда ты позволил мне зайти в свою комнату и увидеть Агату...

Максимилиан резко схватил Клару за левое запястье и поднял на нее какой-то странный взгляд. Кларе стало страшно, но она продолжала держать себя в руках. Полезно иногда прикидываться Рахилью.

-Почему ты так говоришь? - спросил Максимилиан. - Это совсем на тебя не похоже.

-Я не так глупа, чтобы, получив жестокий урок, остаться прежней. Я учусь. И взрослею. Нельзя же вечно оставаться наивным ребенком, который...

-Я ее брошу, - прошептал Максимилиан. - Хочешь? И заберу тебя туда, как ты выразилась.

-Нет, не хочу, - сухо ответила Клара, выдергивая руку из его похолодевших пальцев. В ту секунду она свято верила, что действительно не хочет иметь с этим мерзавцем ничего общего. - Мне просто нужно удостовериться, что у нас друг к другу нет претензий, и оставить все обиды в прошлом. А тащиться с тобой неизвестно куда, чтобы помогать тебе отвоевывать трон... Увольте.

Максимилиан закрыл глаза и опустил голову, будто задумавшись над чем-то.

Клара продолжила атаку:

-Агата тебе гораздо больше подходит, чем я. Ведь она - воин. Плюс... как бы это выразиться? У вас обоих нет ни стыда, ни совести.

-Ты права, - тихо ответил Максимилиан, открыв глаза. На его губах снова была улыбка - но не насмешливая или теплая, а горькая. И Клара могла бы поклясться, что сейчас он искренен как никогда. - Давай все забудем. В том числе - про спасение твоей жизни. Я хорошо все обдумал, когда на это шел. А если и рисковал - ну, конечно, рисковал, - то это была моя собственная прихоть. Я, по разным причинам, люблю смертельно опасные игры.

Клара кивнула и вернулась к пюре. Она была умницей. Теперь неловко Максимилиану. Да так ему и надо.


## Глава 23. В ожидании революции.


Клара искренне надеялась, что на этом разговоре все закончится. Максимилиан был потрясен, возможно даже, его самолюбие было задето. Еще бы - он, наверное, ждал, что Клара до самого расставания будет не в своей тарелке. А она показала ему, как безразлично ей их общее прошлое и, более того, отвергла предложение начать все сначала. Второй шанс? Да кем он себя только возомнил! Он даже император-то уже бывший...

Но Максимилиан снова повел себя странно. На следующий день он смотрел на Клару с интересом, какого она не замечала и сразу после их знакомства. "Поверить не могу, - содрогаясь, думала Клара. - Он должен был отстать, а его, похоже, снова ко мне потянуло. Не зря эту Рахиль так все любили - уверенность в себе еще никому не повредила. Или... Нет, дело в другом! Он просто не может смириться с тем, что все так обернулось! Ведь он первый увидел меня с другим, и получается, что расстались мы по моей вине. А вчера я отказалась принять его обратно. Вот он и бесится, самовлюбленный гад!" Разгадав причину странностей, Клара старалась быть дружелюбной, но сохранять дистанцию. Чтобы случайно не пасть жертвой чарующих улыбок Максимилиана, девушка призывала на помощь образ Марка. Видимо, этот образ был так ярок, что телепатический сигнал достиг ее собеседника.

-Расскажи мне о своей прошлой жизни, - попросил Максимилиан, когда Клара и ее спутники покинули Логово. - Я знаю, что ты жила трижды, и про Принцессу мне кое-что докладывали. А вторая жизнь? Та, что была восемьсот лет назад?

"Ну, положим, больше восьмисот, но это уже явно не твое дело," - злорадно подумала Клара. Ей было приятно, что Максимилиан не имеет к истории с Принцессой никакого отношения. Он был не из круга избранных и знал меньше остальных. А просвещать его она не собиралась. Если ему так хотелось - он мог сам почитать художественно оформленные домыслы о возрасте Талврина. Или он думал, что перелистывать страницы - ниже его достоинства? Клара, считавшая любовь к литературе одним из главных человеческих достоинств, никогда не видела его с книгой. Да и говорить о любимых произведениях он не любил. Разве что о кино.

-Ничего интересного в той жизни не было, - спокойно ответила Клара. - И помню я ее довольно плохо. Родилась тут же, в семье аристократов. Была, представь себе, первой красавицей в округе. Замуж вышла рано, в браке родила четверых детей... Умерла в сорок с лишним лет. Что, занимательная история?

-Не слишком, - усмехнулся Максимилиан. Казалось, он ожидал другого. Чего именно? Сражений и чудес? Даже если бы Клара сказала ему правду, в ее истории не нашлось бы места сверхъестсвенному. Вместо героического фэнтези он получил бы любовный роман с грустным концом. - А как тебя звали?

"Ну определенно не Рахиль, - решила Клара. - Это имя должны знать только самые близкие мне люди, а он в их число уже не входит!"

-Генриетта, - немедленно выдала Клара. - А зачем тебе? Хочешь ко мне так обращаться? Не надо, имя-то для нашей полосы слишком вычурное.

-Мне просто вдруг стало интересно, - пожав плечами, сказал Максимилиан. - Раньше я тебя об этом не спрашивал, вот и захотелось восполнить пробел.

-В общем, праздное любопытство, - подытожила Клара.

Теперь оставалось только одно: попросить Киру и Марка не раскрывать ее тайну. Уж если врать, то с умом. Кира сразу одобрила детскую вредность сестры. С Марком пришлось чуть сложнее: ему нельзя было открывать истинную причину обмана.

-Я все понимаю: ты не хочешь, чтобы наша история любви стала достоянием общественности, - проникновенно ответил Марк. Он сидел у Клары в комнате, и голова девушки покоилась у него на плече. Во время беседы он с упоением перебирал пальцами ее волосы, немного отросшие за последнее время. Сейчас Клара верила, что ей удалось вернуть потерянное ощущение близости с Алексом. Она даже не думала о том, что в объятиях Максимилиана было куда уютнее. - Не переживай: я буду общаться с ним инкогнито.

-Может, совсем не стоит общаться? - с надеждой в голосе предложила Клара. - Зачем тебе это?

-Ты забываешь, что он - плод моих трудов, - ласково напомнил Марк, целуя Клару в макушку. - Разумеется, мне нужно узнать, каков он теперь.

С этим трудно было не согласиться, и Клара согласилась. Впрочем, Марк все равно так и не успел проверить результаты своего эксперимента. То ли не мог выдумать предлога для откровенной беседы с посторонним человеком, то ли и не хотел вовсе.


Октябрь близился к концу. Император, уезжавший на этот раз в Африку, снова вернулся в Россию. Восстание должно было скоро состояться, и вся полиция была предупреждена. Офицеры ждали, что революционеры, вооруженные и верящие в победу, атакуют главные правительственные учреждения. Но провал был гарантирован. Правда, кому именно - предстояло выяснить на практике.

Кира неспешно шла из супермаркета домой, помахивая пактом с продуктами. Неожиданно в поле ее зрения появилась особо жирная темная сущность-шпион, плывшая над фонарными столбами. Жрице показалось, что сверкающая дымка будто лучится самодовольством, хотя такое было в принципе невозможно.

-Иди-ка сюда, - поманила пальцем Кира. Она хотела выяснить, удастся ли ей фокус Ильи: милая беседа с порождением зла. Темная сущность послушно, хотя и медленно поплыла вниз, чем заставила нескольких прохожих прекратить движение и ахнуть.

-Что это с ней? - опасливо спросила женщина с маленькой собачкой. Собачка неистово тявкала на слугу Императора.

-Ничего, у нее просто хорошее настроение, - улыбнулась Кира, погладив дымку. Женщина округлила глаза и засеменила подальше от странной дамы с еще более странным питомцем.

-Я ж тебе говорил: грядет Конец Света, - серьезно сказал какой-то парень своей подружке. - Вот и темные сущности уже с ума сходят...

-Плохая киса, - вздохнула Кира, - рука в тебя проваливается. Хоть вся залезай...

И Кира из любопытства сделала шаг вперед.

Все, что было вокруг: дома, люди, машины - пропало. Кира увидела где-то внизу еще желтовато-рыжий лес, по которому уверенно пробирался человек. Его было трудно разглядеть из-за листвы и большого расстояния. Но от взора влюбленного трудно скрыться, а Кира была влюблена; она узнала золотистую шевелюру Леопольда и его замшевую куртку. Но вот куда он направлялся, степенно перешагивая через коряги? Ответ на этот вопрос Кира получила через несколько секунд: она увидела детский лагерь, в котором когда-то отдыхала сама. Он был заброшен из-за разорения хозяина, и вот уже лет десять тут никто не жил. Леопольд легко перемахнул через весьма высокий забор и направился к одному из деревянных зданий. Кира помнила, что даже во времена ее детства все домики на территории лагеря выглядели ветхими. Теперь же они напоминали маленькие особняки с привидениями, которые так и просились в дешевый фильм ужасов. На полпути к бывшему жилищу детей Лео замер. Дымка немедленно уплыла с большой скоростью. Вот и пусть говорят некоторые люди, что темные сущности неразумны! Догадавшись, что Лео может посмотреть на нее, она поспешила ретироваться. Не зря же ее называют шпионом! Какой толк от шпиона, если он попадается даже самой неумелой службе безопасности?

Кира вышла из темной сущности. Та осталась висеть перед ее лицом, словно ожидая дальнейших указаний.

-Ты уже показала это мне, так? - пробормотала Кира, нахмурившись. - Дай-ка подумать... Чертов Адли, забрал почти всю память... Так ему и надо, что он теперь Илья... Кажется, если ты показала это одному человеку, значит, больше не покажешь никому. А ну-ка на тротуар, если Император этого уже не увидит! - Темная сущность, как собачка в ожидании вкусной награды, охотно опустилась к асфальту и снова поднялась вверх. - Отлично. Тогда лети дальше.

Дымка взмыла к небу и понеслась в сторону резиденции Его Величества. Кира послала ошарашенным прохожим веселую улыбку.

-Не переживайте, я из полиции. Темные сущности с нами иногда общаются.

Для большей убедительности она достала из кармана куртки жетон и показала его. Большинству свидетелей удивительного явления этого оказалось достаточно. Императорская Полиция располагала своими страшными тайнами, вникать в которые у простого народа не было никакого желания.

"Куда это он отправился? - задумалась Кира, торопясь убраться подальше от места встречи с дымкой. - Заброшенный лагерь, к которому никто не приближается? А ведь Макс говорил, что он питается человеческой энергией. И что, если его оставить в гордом одиночестве, он рано или поздно умрет... Так Лео что же, решил покончить с собой таким изощренным способом?! Надо его срочно спасать!"

Перепуганная, Кира бросилась к автобусной остановке.

Влюбленные не только отыщут предмет своей страсти в самом густом лесу, но еще и паникуют без раздумий.


Кира перелезла через забор так же легко, как до нее это сделал Лео, и помчалась к четырехэтажному домику - самому высокому зданию на территории. Как ей показалось, Лео направился именно туда. Окно на первом этаже было разбито. Впрочем, это могли сделать и до Леопольда. Глупо было предполагать, что ни одна живая душа не проникала в заброшенные дома. Да, тут очень редко появлялись люди, но все же появлялись.

-Лео! - позвала Кира, запрыгивая внутрь. Она приземлилась в комнате, увешанной бледными плакатами. Различить рисунки на них не представлялось возможным, но Кира без труда вспомнила, что оказалось в комнате кружка рукоделия. Клара неизменно записывалась именно сюда и дважды в неделю блаженствовала со спицами или иголкой в руках. Тем временем Кира, как правило, уходила в спортивную секцию. Но однажды она все-таки последовала за сестрой и пережила немало мучительных часов в качестве юной хозяйки.

В комнате остался всего один стол и табуретка. Но табуретка уже не могла быть использована по прямому назначению, потому что у нее имелось лишь две ножки. Паркетный пол был усеян битыми стеклами. Правда, по слою грязи было понятно, что в последний раз тут пили несколько лет назад. Этот же слой указывал направление свежих следов, отпечатавшихся в нем. Они вели через давно выломанную дверь в коридор, к скрипучей деревянной лестнице.

-Лео! - снова закричала Кира, встав на первую ступеньку. Теперь она заорала так, что услышал бы и мертвый. А Лео был еще жив, поэтому через полминуты он появился на лестнице. Удивленный и, по всей видимости, раздраженный.

-Почему ты здесь? - спросил он как можно вежливее. - Откуда узнала, что я пришел сюда?

-Я жрица и все могу узнать! - рявкнула Кира и в два прыжка преодолела расстояние между собой и Лео. - Что ты тут делаешь? Умереть захотел? - Английский словарный запас Киры иссяк, а гнев и волнение все еще требовали выхода. Пришлось перейти на русский, не заботясь о том, что до Лео дойдет лишь приблизительный смысл фразы. - Тут же сто лет никого не было, как пить дать скоро ласты склеишь! Придурок!

-Это приказ Его Величества, - спокойно ответил Лео.

-Талврина? - изумилась Кира.

-Максимилиана.

-И что за приказ?

-Уйти сюда и жить здесь.

-Одному?

-Одному, конечно. Ты видишь кого-то еще?

-Он хочет, чтобы ты умер?

-Он хочет, чтобы я был при смерти.

Кира сжала кулаки. Если бы Максимилиан сейчас появился из-за угла, она не раздумывая сломала бы ему челюсть.

-Зачем это?

-Я не спрашивал.

Лео был так невозмутим, словно находил это естественным - рисковать жизнью без объяснения причин.

-Ты сошел с ума? - Кира схватила его за плечи и встряхнула. Лео не отреагировал. - А вдруг он просто садист, как Талврин? Хочет твоей медленной смерти?

Неестественно-синие глаза посмотрели на Киру со всей строгостью, на которую был способен этот скупой на эмоции юноша.

-Не говори о нем так. Он пообещал, что я не умру.

-И ты ему поверил?

Кира опустила руки.

-Я всегда ему верю. Поэтому прошу тебя уйти и не возвращаться. Сейчас я еще в состоянии сдерживаться и не высасывать из тебя энергию. Но когда жить мне останется считанные часы, я потеряю эту способность и начну тянуть энергию из всех, кто окажется поблизости. Тебя не должно быть рядом. Понимаешь? Это приказ Его Величества, и я его выполню. Во мне не должно остаться жизненных сил.

Кира, ничего не ответив, покинула территорию лагеря. Той же ночью она явилась в квартиру к Максимилиану, угрожая мучительной смертью и требуя подробных объяснений. Максимилиан тогда был занят тем, что пил чистый джин, как воду. Он доверительным жестом обнял Киру за плечи и вкратце описал ей свой план. Кира пришла в ужас.

-Не удивлена, что ты потерял трон, - сказала она ему на прощание. - Но не понимаю, как ты дожил да такого преклонного возраста. Тебя же все время тянет на рожон.

-Я испытываю судьбу, - ответил Максимилиан, сосредоточенно глядя на вновь полный стакан в своей руке.

-Ну, вот только свою и испытывай. Если Лео умрет - я тебя прикончу. А если умрете вы оба - кремирую тебя и прах в унитаз спущу. Ясно?

-Куда яснее, - засмеялся Максимилиан и сделал еще один глоток джина.


Клара очень нервничала. Наверное, перед революцией у всех на душе неспокойно. Однако в обществе Марка ей приходилось улыбаться и делать вид, будто все идет гладко. Это помогало не сойти с ума от тревожных мыслей. Позволяя Марку кормить себя мороженым с ложечки и прижимаясь к его сильному плечу во время прогулки, девушка начинала верить в хорошее. У нее не было иного выбора. Она задолжала Алексу долгую и счастливую жизнь вдвоем, а значит, не имела права героически погибнуть при попытке свержения Императора.

Марк всегда был нежен, заботлив, обходителен. Рахиль бы даже представить себе не смогла, что ее друг превратится в образцового кавалера. Возможность быть с любимой, привлекательная внешность - все это сделало его уравновешенным, позволило верить в себя. Алекс был цепным псом, который лизал руки своей обожаемой хозяйке, но мог перегрызть глотку всякому, кто бросил на нее косой взгляд. А Марк стал ей ровней - умным, сильным, надежным мужчиной. В нем больше не было того затаенного безумия, которое иногда пугало девушку. Или же теперь он умело его скрывал. Кларе очень хотелось, чтобы правдой оказалось первое. Она помнила, каким кротким Алекс был при ней, как ловил каждый ее вздох. И с какой неудержимой злобой он избивал тех, на кого она имела неосторожность пожаловаться.

Одним погожим октябрьским вечером Кларе выпал случай проверить, изменился ли ее возлюбленный за сорок лет. Когда они гуляли по улице, Марк предложил купить горячего шоколада в ларьке. Клара неосмотрительно отошла от него в сторону, пока он стоял в очереди. К ней тут же прицепился какой-то пьяный парень с целью совместно предаться страсти. Марк выскочил из очереди и оттолкнул парня от своей девушки. Ему он грозно посоветовал проспаться, а ей, чуть мягче, - не отставать от него, особенно в такое позднее время и в такой короткой юбке. Клара испытала облегчение. Он защитил ее, но не перешел границ.

-А вообще-то, любой уважающий себя мужик набил бы ему рожу, - возразила Кира, когда сестра поделилась с ней новостью. - Раньше, мне кажется, он правильнее себя вел. Если твою девушку обидели - выбей гаду все зубы.

-Кира, это ни к чему, - назидательным тоном сказала Клара. - Тот парень ничего мне не сделал, только за руку схватил и спросил, как насчет... сама понимаешь чего.

-Будь я на твоем месте, мне бы хотелось, чтобы Лео этому пьянице шею свернул, - с тяжелым вздохом заметила Кира.

-Лео? - Клара не смогла сдержать улыбку. - Милая моя, ты бы сама покалечила того парня. А Лео бы даже не успел сообразить, что произошло какое-то непотребство. Еще бы тебя потом обвинил, что ты о поддатого незнакомца кулаки почесала.

Кира поморщилась и отвернулась.


Пришел ноябрь, а вместе с ним и первые заморозки. Снега не было - наблюдались только иней на оголенной земле и корка льда на многочисленных лужах. Талврин терпеть не мог холод и предпочитал перебираться в южные страны, едва температура воздуха переставала быть для него комфортной. Однако теперь приходилось оставаться в России. Восстание должно было разгореться со дня на день.

Клара говорила, что все готово для революции. Девушке оставалось лишь подать знак, чтобы толпы недовольных принялись рушить существующий строй. Император ликовал. Ему давно - уже несколько месяцев - не выпадало шанса расправиться с большим количеством людей. Под шумок, разумеется, он собирался убить и пару сотен невинных граждан. Москву ждали суровые времена, а самого Талврина - приятное сведение счетов со старым врагом. И вот однажды вечером, когда Император ужинал наедине со своей драгоценной невестой, эти иллюзии растаяли.

Агата с обеда была довольно мрачной, словно обдумывала некое судьбоносное решение. С каждым часом взгляд ее серых глаз становился все холоднее, так что к ужину Талврина едва не пробрала дрожь.

-Тебя что-то беспокоит, прекрасная нимфа? - осведомился Император, прихлебывая горячий кофе.

Агата нахмурилась, глядя куда-то мимо своего жениха. Полминуты прошло в молчании. Наконец она как будто с неохотой спросила:

-Ваше Величество, какого вы мнения о Максимилиане Эдвардсе?

Талврин был несколько озадачен вопросом, но ответил без промедления.

-Признаться честно, уже никакого. Сперва этот человек - вернее, искусственный человек - показался мне подозрительной личностью. Но с заколдованным кольцом на пальце он стал робким, как ягненок, и преданным, как пес. Он только слуга, и ничего более. Надо будет отправить его в армию. Там, надеюсь, от него будет толк.

Агата снова помолчала, тщательно обдумывая следующую реплику. По всей видимости, она хотела сказать что-то, но боялась пожалеть о своей несдержанности.

-Ваше Величество, кольцо полностью порабощает разум только людей со слабой волей. У Максимилиана воля очень сильная. Вы могли убедиться в этом, когда заставили его ранить Клару Лазареву. Он предпочел ранить себя, хотя находился под вашей властью.

-Да, припоминаю, - согласился Талврин. - Но это было давно. Кольцо подчиняет людей постепенно. Теперь, думаю, Максимилиан любит и почитает меня, как родного отца.

Агата резко перевела взгляд на Талврина. Лед ее глаз обжигал сильнее, чем самое яркое пламя.

-Он предал вас, Ваше Величество. Да, они с Принцессой готовят восстание. Но это восстание начнется лишь после того, как вы лишитесь своей силы и бессмертия.

Лицо Талврина вытянулось.

-Откуда у тебя такая информация?

Агата усмехнулась.

-Не забывайте, что прикосновения позволяют мне получать сведения, недоступные простым людям. К сожалению, я сосредоточилась на Кларе Лазаревой, думая, что Принцессу посвящают во все планы. Как выяснилось сегодня утром, я ошибалась. Зная, что я буду регулярно проверять ее, Клару ввели в заблуждение. Она думает, что выкурит всех революционеров из их нор и поведет на верную гибель. Тем временем остальные подготовили государственный переворот. Я узнала это лишь сегодня, незаметно коснувшись Ильи Павенко, семнадцатилетнего мальчишки с удивительными способностями неизвестного происхождения. Он посвящен во все детали заговора.

-И ты еще раздумывала, говорить мне об этом или нет?! - закричал Талврин. Он рывком поднялся, опрокинув стул, и ударил кулаком по столу. Посуда звякнула, но Агата осталась равнодушна к эмоциональной выходке жениха.

-Я раздумывала над тем, смогу ли помочь вам самостоятельно. Простите меня. Впрочем, еще не поздно. Максимилиан Эдвардс собирается действовать только завтра.

-Да как же он будет действовать? - поморщился Талврин. - Он ведь под моей властью.

-Сейчас - да, - кивнула Агата. - Но завтра утром заклятие кольца будет снято. Максимилан нашел способ сделать это. Илья Павенко разрушит темную печать, наложенную магом на кольцо...

-И сразу после этого он умрет, - отмахнулся Император, садясь на услужливо поднятый Альфредом стул. - Идиот. В кольце заключена мощная темная энергия, и она заставит его скончаться в страшных муках. Что ж, пусть погибает из-за собственной глупости.

-Так и произойдет, если поблизости не окажется что-то, способное абсорбировать энергию, - ответила Агата. - Что-то... или кто-то.

Талврин вспомнил, как невеста рассказывала ему о странной особенности неприметного Леопольда Секара. Он высасывал жизненные силы из людей... Возможно ли, что этот юноша сумеет поглотить и запертую в кольце темную магическую энергию?

-Думаю, Леопольд с этим справится, - сказала Агата, будто прочитав мысли Императора. - Именно для этого Максимилиан Эдвардс отправил его в заброшенный детский лагерь. Там нет ни одной живой души, а значит, Леопольд сможет остаться практически без энергии и будет вынужден поглотить ту, что освободится в при разрушении заклятия. Думаю, сейчас он обессилен и близок к смерти. Тот, кто приблизится к нему, либо очень ослабеет, либо сразу погибнет.

Талврин сжал кулаки, медленно багровея от ярости. Агата явно упивалась ожиданием взрыва.

-Альфред! - крикнул Император, как будто темная сущность не стояла прямо за его спиной.

-Слушаю, мой господин, - отозвался тот с улыбкой банковского работника.

-Срочно доставь сюда Леопольда. А я тем временем нанесу визит Максимилиану Эдвардсу. Он горько пожалеет о том, что пошел против своего господина...

Агата зловеще улыбнулась.


## Глава 24. Ловушка.


Будучи темной сущностью особого рода, Альфред мог перенестись к своему хозяину из любой точки пространства. Однако появляться в указанном месте, если там не было Талврина, он не умел. Поэтому к Леопольду он отправился на автомобиле, руководствуясь картой с пометками Агаты. Эта мелочь, разумеется, нисколько его не волновала, как не волновало вообще ничто на свете.

Альфред мог принимать только человеческое обличье. Соответственно, грацией дикого животного он не обладал. Его отличала лишь способность отнимать у человека жизнь посредством прикосновения. Это заставило его перелазить через забор, как Лео и Кира. Альфред преодолел препятствие без труда. Хоть он и не мог, подобно хозяину, парить над землей, но усталости и напряжения не чувствовал никогда.

Альфред запрыгнул в бывший класс рукоделия и спокойно поднялся по деревянной лестнице на четвертый этаж. Распахнуто было множество дверей, но лишь к одной из них вели перепутанные следы. Из-за нее же доносился едва уловимый запах еды. Там, на голом матрасе, лежал бледный Лео. Запасы еды, к которой юноша не притрагивался уже несколько дней, покоились на широком подоконнике.

По всей видимости, Лео не расслышал даже шагов темной сущности, потому что остался недвижим. Альфред приблизился к нему, присел на корточки и коснулся его лба. Он ожидал, что кожа будет холодной и влажной от пота, но температура тела оказалась вполне нормальной.

-Максимилиан? - заплетающимся языком спросил Лео.

-Простите, но это не он, - почти извиняющимся тоном ответил Альфред. Затем, не дожидаясь реакции пришельца, он взял его на руки и вынес из комнаты. Для того, чтобы поднять взрослого мужчину, у него все-таки было достаточно сил.


Когда Альфред пришел за Ильей, тот делал домашнее задание по физике вместе с Верой. Если бы Вера знала, кто он такой, то несказанно удивилась бы его рвению. Этот человек уже много лет назад закончил школу (или какое там учебное заведение он посещал), а сейчас делает уроки за мальчика, чье тело взял ради исполнения великой миссии! Однако Адли испытывал тягу не только к наслаждениям, но и к знаниям. То, что для Веры было пыткой, стало для него источником бесценной информации.

-Давай погуляем! - заныла Вера, устав решать задачи. Чтобы просьба звучала убедительнее, она повторила ее, прижавшись к плечу Ильи и поцеловав его в шею.

Илья посмотрел на нее строго, как на капризного ребенка. Которым она для него, по сути, и была.

-Разве тебе никогда не говорили, что отдыхать можно только после добросовестно выполненной работы? Кроме того, уже поздно для прогулок.

Вера надула губки.

-В прошлом году ты постоянно приходил в школу с невыученными уроками. И даже не списывал ни у кого домашнюю работу, потому что боялся попросить об этом. Понятия не имею, что на тебя нашло в одиннадцатом классе!

-Я хочу хорошо закончить школу и поступить в престижный институт, - ответил Илья, возвращаясь к задаче. - Думаю, это уважительная причина.

Раздался звонок. Через минуту Лариса вошла в комнату сына и тихо сказала:

-Солнышко, там какой-то молодой мужчина. Говорит, что его зовут Альфред Риверс...

Слуга Императора тут же появился за спиной встревоженной женщины.

Илья медленно поднялся из-за стола. Его сосредоточенный взгляд говорил о том, что он не собирается нападать первым, но готов дать отпор, если темная сущность вздумает начать бой.

-Его Величество желает видеть вас, - сообщил Альфред, выступая вперед. Илья скрестил руки на груди. - Вы пойдете по доброй воле или мне придется привлечь полицию?

Вера в изумлении открыла рот. Лариса дрожала всем телом. Император? Полиция? Что мог натворить ее сын, застенчивый тихоня?

-Что ж, я пойду с тобой, - сказал Илья. Лариса немного пришла в себя из-за охватившего ее возмущения. Так неуважительно разговаривать с человеком, явившимся с личным поручением Императора! Да пусть бы даже и не было никакого поручения - он явно старше и вряд ли близкий друг! Лариса сделала мысленную пометку: если все закончится благополучно - обязательно поговорить с сыном о правилах поведения. "Надо же так распуститься! - негодовала мать. - Эта девчонка, Вера Лазарева, дурно влияет на него! Если он и влип в какую-то плохую историю, то наверняка по ее вине!"

Выходя из квартиры, Илья бросил на темную сущность испытующий взгляд. Что-то, видимо, обрадовало его, потому что губы Стража искривила самодовольная ухмылка.


Кира тем вечером была дома и смотрела по телевизору юмористические шоу. Агата открыла дверь квартиры своим ключом, который был у нее с момента переезда сестер Лазаревых.

-Собирайся, Талврин ждет, - сказала шеф полиции, вставая между подчиненной и экраном.

Кира, тяжело вздохнув, выключила телевизор.

-Я ждала тебя чуть раньше, - заметила она, слезая с дивана.

Агата не дала Кире выйти из комнаты, нанеся неожиданный удар в левую скулу. Упав на ковер, девушка смерила начальницу недоумевающим взглядом.

-Ты рехнулась, Агата Федоровна? - закричала она, быстро поднимаясь на ноги.

-Нужны хоть какие-то следы борьбы. Ты не сдалась бы без боя, и Талврин это прекрасно знает.

Агата приняла боевую стойку и жестом поманила к себе соперницу.

У Киры не было времени на то, чтобы подпитывать себя энергией Основы, да и смысла в этом она тоже не видела. Девушка сжала кулаки, приготовившись нападать. Агата спокойно ждала ответного удара. Правда, от первого выпада она все же уклонилась - скорее всего, по инерции. Тогда Кира молниеносно схватила со стола пульт от телевизора и запустила его прямо в лицо Агате. Если бы шеф полиции не отвернулась, то могла бы лишиться передних зубов, но благодаря своей реакции отделалась только разбитой нижней губой. Кира не дала ей опомнится - ударила ногой в грудь. Агата отлетела к двери, ручка которой рассекла ей бровь.

-Ничего себе, - усмехнулась она, вытирая капающую кровь. - Такое впечатление, что ты давно мечтала хорошенько мне врезать.

-А как же, - ответила Кира. - И не только тебе, но Макс вряд ли позволит начистить ему физиономию.

Агата, незаметно достав из рукава ножик, метнулась к сопернице. Крошечное лезвие оставило глубокий порез на правой щеке девушки.

-Ты должна благодарить меня за то, что Максимилиан сейчас не с твоей сестрой, - сказала Агата, протягивая Кире носовой платок. Та фыркнула, прикладывая его к ране. - Нет, правда. Тебе трудно представить, насколько это сложная натура. Твоей сестре с ним не справиться. Рядом с ним она сойдет с ума точно так же, как много лет назад сошел с ума он сам.

-Не тянет он на сумасшедшего, - заметила Кира. Агата вынула из кармана пиджака наручники и надела их на протянутые руки "пленницы". - Разве только на прохиндея.

-Ну, я об этом и говорю. - Агата улыбнулась и тут же поморщилась: губа пострадала довольно серьезно. - Ты даже не представляешь себе, какая это сложная натура.

-И представлять не хочу, - огрызнулась Кира.


Талврин мог бы вызвать Максимилиана к себе, ведь у него существовала телепатическая связь со слугой. Однако в этом случае предатель мог если и не скрыться, то хотя бы попросить у кого-то помощи. Пришлось нанести визит без предупреждения. Талврин заранее ликовал. "Каково это - понимать, что все твои планы потерпели крах? - мысленно спрашивал он Максимилиана, поднимаясь по лестнице в сопровождении телохранителей. - Ведь ты уже давно считаешь, что сумел обвести меня вокруг пальца... Но недооценивать Императора - крайне глупо, и скоро ты сам в этом убедишься, ничтожество!"

"Ничожество", по всей видимости, собиралось куда-то выйти, потому что встретило Талврина в темно-сером костюме-тройке. На его учтивое приветствие Император ответил кивком головы и прошел в квартиру. Телохранители остались ждать за дверью. Их функция была скорее в устрашении потенциальных врагов своим внушительным видом и численностью - на самом деле Талврин и сам мог расправиться с обидчиками.

-Что привело вас ко мне, Ваше Величество? - спросил Максимилиан, ничуть не взволнованный. Император посмотрел на его руку и удовлетворенно хмыкнул: кольцо оставалось на месте, а темная энергия ощущалась как всегда отчетливо.

-Меня привело желание уничтожить тебя, грязный предатель! - возвестил он, резко обернувшись к Максимилиану. Его взгляд метал молнии, а голос прозвучал, как раскат грома. - На колени, недостойный!

Глаза Максимилиана почти сразу стали стеклянными, словно у куклы. Он послушно упал на колени, опустив голову. Талврин изо всех сил пнул его в живот, и слуга согнулся пополам. Впрочем, он скоро выпрямился, с по-прежнему непроницаемым выражением лица. Император опять смачно пнул его, но теперь - дюжину раз подряд. Когда он успокоился, Максимилиан лежал у его ног, морщась от боли и не имея желания сопротивляться.

-Как же ты сумел предать меня, тварь? - спросил Император, с презрением глядя на побитого врага. - Неужели ты слушаешься меня только тогда, когда я поблизости?

-Да, Ваше Величество, - глухим голосом ответил Максимилиан. - Когда вас нет рядом, я свободен от вашей власти.

-Какая сильная воля! - злобно выкрикнул Император и снова принялся бить ногами неверного слугу. - Это из-за того, что ты создан искусственно? Отвечай!

Когда получаешь один сильный удар за другим, сложно разговаривать, но Талврина это не беспокоило.

-Я не знаю, - прохрипел Максимилиан, не смевший даже защищаться.

Император прекратил неравный бой и отошел в сторону. Тем временем Максимилиан с трудом пытался перевести дыхание и снова подняться на колени.

-Я не собираюсь сохранять тебе жизнь, - заявил, не оборачиваясь, Талврин. - Такие, как ты, достойны лишь самой мучительной и позорной смерти. Я буду долго пытать тебя, а потом повешу на глазах у офицеров полиции. Но сначала... - Наконец он повернулся лицом к Максимилиану, которому все же удалось встать на колени. - Сначала ты разберешься со своими товарищами и убьешь Клару Лазареву... Ты ведь ее любишь, не так ли?

-Да, Ваше Величество, - тихо, но твердо ответил Максимилиан.


В тот вечер Марка тянуло к Кларе, словно магнитом. Не позвонив, он явился к ней в квартиру и позвал ее на прогулку. Девушка согласилась лишь при условии, что вернется через час или полтора. Однако Марк никак не хотел отпускать Клару домой. Было уже поздно, и девушка говорила, что у нее полно дел по хозяйству, но он был непреклонен.

-Я вообще не понимаю, почему мы должны расходиться каждый вечер, будто старшеклассники, - заметил Марк.

-А ты, значит, собрался у меня переночевать? - возмутилась Клара. - Не пойдет. Со мной живут две сестры. Это неудобно.

-Дело не в этом, - поспешил оправдаться Марк. - Просто мы могли бы проводить вместе больше времени, особенно по выходным. Но ты всегда убегаешь, как будто дома тебя ждут строгие родители.

-Это тебя дома ждут строгие родители, - с улыбкой напомнила Клара.

-Они ждут Марка Турьева. И могут ждать хоть целую вечность - их любимый сын давно там, откуда не возвращаются.

-Лучше не напоминай об этом, - сказала Клара, отвернувшись в сторону. - Мне всегда не по себе от одной мысли о смерти Марка.

-Прости, но это факт, который бессмысленно отрицать. И я не виноват в том, что этот парень мертв. Если бы не магия, его тело сейчас гнило бы в могиле, а так оно хотя бы служит на благо двоим влюбленным. Разве я не прав?

Клара посмотрела на Марка и тепло улыбнулась ему.

-Ты прав. Но мне понадобится еще какое-то время, чтобы привыкнуть.

Пара приблизилась к центру парка, где красовались большие старинные часы. Девушка вздрогнула: была половина одиннадцатого! Она уже опаздывала...

-Прости, любимый, меня ждут кастрюли. Если я не потороплюсь, завтра сестры останутся без обеда.

Клара поцеловала Марка в губы и попробовала упорхнуть, но сильные пальцы мужчины стальными тисками сжали ее тонкое запястье.

-Ты все еще любишь его, да? - процедил Марк. - Спешишь на встречу к нему?

-К кому? О чем ты?

-Думаешь, я не знаю? - Марк притянул Клару к себе, чтобы редкие прохожие не слышали его слов. - У тебя были какие-то отношения с тем, кого я создал в лаборатории...

Клара подняла на Марка испуганный взгляд.

-Кто тебе сказал такое?

-У твоей младшей сестры длинный язык и полное отсутствие чувства такта, - мрачно усмехнулся Марк. Он держал Клару за обе руки, с каждой секундой все сильнее впиваясь в них пальцами. Девушка понимала, что на ее нежной коже непременно останутся синяки.

-Я не люблю его и никогда не любила, - с чувством прошептала Клара, пытаясь вырваться. Марк, видимо, наконец осознал, что перешел границы, и отпустил ее.

-Прости, пожалуйста, если сделал тебе больно, - пролепетал он, смущенно отводя взгляд.

-Поговорим завтра, - ответила Клара, надеясь воспользоваться удачной возможностью для побега. Она отвернулась и быстро зашагала вперед. Но ей удалось спокойно пройти лишь несколько метров, после чего перед ней выросла до боли знакомая фигура. Навстречу Кларе шел Максимилиан, а за его спиной возвышались трое мужчин в черных костюмах - телохранители Талврина. Лицо Максимилиана не выражало практически ничего.

-Ты пойдешь со мной, - сухо обронил он, хватая Клару за плечо. Девушка посмотрела назад и покачала головой: к ним на всех парах мчался рассвирепевший Марк.

-У нас проблемы, - чуть слышно произнесла она.

Максимилиан отпустил Клару и встретил соперника метким ударом в челюсть. Марк упал, но быстро поднялся и напал на свое изобретение. Клара не помнила, чтобы Алекс владел какой-то определенной техникой боя - его преимущество было в силе и агрессии. Теперь же она видела, что удары Марка отточены, как у профессионального борца. Раньше Алекс бросался на свою жертву с одной целью - поскорее выместить злобу, но сейчас он действовал более разумно и хладнокровно. Правда, разница в практическом опыте дала о себе знать. Максимилиан легко блокировал все атаки Марка и закончил сражение, ударив соперника под дых, а затем, не дав ему опомниться, - в голову. Марк оказался в нокауте. Клара кинулась к победителю и отвесила ему пощечину - более ощутимую, чем после измены.

-Не смей его бить! - закричала девушка, сверкая глазами. Максимилиан молча толкнул ее в объятия телохранителей, чей вид заставлял гуляющих обходить место происшествия стороной.

-Возьми этого парня тоже, - посоветовал один из них. Максимилиан послушно поднял Марка с асфальта и понес в припаркованный неподалеку автомобиль. Клару потащили телохранители, чему она безуспешно сопротивлялась. Девушку буквально швырнули на заднее сидение, где ее ждала Кира. Жрица виновато развела руками: слуги Императора использовали ее связь с Принцессой, чтобы найти ту на просторах мегаполиса.

-Марк за тебя заступился? - усмехнулась Агата, расположившаяся на переднем пассажирском сидении. Клара кивнула, не отрываясь от осмотра повреждений сестры. - Идиот.

-Его Величество решит, что делать с этим парнем, - сказал телохранитель, сидевший за рулем автомобиля. - Скорее всего, убьет. Как и остальных.

Клара, застонав от отчаяния, спрятала лицо в ладонях. В тот момент она ненавидела и себя, и Максимилиана. "Прости меня, Алекс, - мысленно обратилась она к человеку в другой машине. - Я не хотела тебя в это втягивать."


Илья приехал во дворец, сопровождаемый немногословным Альфредом Риверсом. Переступая порог роскошной обители Императора, он был уравновешен и явно ни о чем не беспокоился. Однако вскоре на его лице отразился страх: Альфред заставил его спуститься в подвал, о существовании которого Илья прежде не знал. Отвратительный запах сырости, ударивший в нос уже на лестнице, усугубил и без того неприятное впечатление от зловещего полумрака. Перепуганный Илья попытался убежать наверх, но не успел: Альфред крепко схватил его за руку и толкнул вперед. Илья кубарем скатился на холодный каменный пол, отделавшись болезненными ушибами и разбитыми очками.

-Вы целы? - безучастно спросил Альфред, протягивая ему руку.

-Надеюсь, что да, - ответил Илья, поднявшись на ноги без посторонней помощи.

Альфред вынул пистолет и приставил дуло к виску пленника, чтобы плохое зрение не помешало ему верно оценить ситуацию. Илья поднял руки вверх и послушно отправился туда, куда его вела темная сущность. Они двинулись вдоль по широкому, но довольно короткому коридору, а затем спустились еще по одной лестнице, на этот раз - винтовой. Илья несколько раз едва не оступился, но Альфред, который до этого обрек его на опасное падение, всегда помогал ему удержать равновесие.

Вскоре лестница закончилась, и начался новый коридор, вдвое холоднее и короче первого. Сделав не более десяти шагов, Альфред достал связку ключей и отпер железную дверь.

-Идите внутрь, - потребовал он, прижимая дуло пистолета к затылку Ильи.

-Что там? - взволнованно осведомился тот, отчаянно вглядываясь в темноту камеры.

-Ваш друг Леопольд, - сказал Альфред, с грохотом захлопывая за спиной Ильи дверь. - Он умирает от нехватки энергии. У меня ее нет, и я ничем не могу помочь. А вот вы - хороший источник жизненных сил для него. Надеюсь, вы сочтете такую жертву достойной и умрете без сожалений.

Илья мигом бросился к двери и вцепился руками в прутья решетки, будто надеясь их вырвать. Альфред смотрел на него с бесстрастным интересом ученого, наблюдающего за ходом эксперимента. По мере того, как силы покидали юного пленника, на его губах расцветала улыбка. Он знал, что, когда паразит находится в тяжелом состоянии, процесс выкачивания энергии идет довольно быстро. Впрочем, через минуту выяснилось, что "быстро" - это все-таки не мгновенно. Хоть Илья и тряс решетку без первоначального энтузиазма, Леопольд пока оставался без сознания. А Император приказал довести мальчишку до истощения и только после этого застрелить пришельца. Хорошо, что Альфред был сказочно терпелив. Он вернул пистолет в спрятанную под пиджаком кобуру и стал ждать. Луч его фонарика попеременно выделял в темноте то упавшего на колени Илью, то лежащего в углу Леопольда.


Талврина, ожидавшего пленников в самом большом из своих кабинетов, совершенно не заинтересовал Марк. Агата представила его как "нового ухажера Клары Лазаревой, который не потерпел приставаний старого и полез в бессмысленную драку". Император присмотрелся к нему, посмеялся над его глупостью и сказал:

-Какая жалость, какая жалость! Знаете ли вы, молодой человек, что ваша возлюбленная - мой личный враг?

Марк хотел закричать, что он и сам на дух не переносит Его Величество. Но тогда двое вооруженных мужчин, державших его на мушке, непременно бы выстрелили. Он посмотрел на Агату, стоявшую за спиной Императора. Та послала ему выразительный взгляд, приказывавший искренне раскаяться в содеянном.

-Понятия не имел, Ваше Величество! - с правдоподобным ужасом произнес Марк. - Но что могла сделать эта бедная девочка? Она такая слабая и мягкосердечная!

-Эта девочка ввела вас в заблуждение, господин школьный учитель, - снисходительно улыбнулся Талврин. - У нее хватило дерзости выступить против меня. За это она умрет.

Глаза Агаты говорили еще красноречивее прежнего. К счастью, смотрел в них только Марк.

-Умрет? - переспросил он дрожащим голосом. - Я не могу поверить... Но враги Вашего Величества... несомненно, заслуживают этого.

У Талврина вырвался самодовольный смешок. Он повернулся к Максимилиану, который также наблюдал эту сцену.

-Ты согласен с этим утверждением? Мои враги заслуживают смерти?

-Безусловно, Ваше Величество, - негромко ответил Максимилиан, глядя в пол. - Заслуживают - и самой мучительной.

Агата, не дожидаясь просьб жениха, подошла к Марку и коснулась его щеки. Она уже начинала привыкать к неприятному чувству, которое возникало при контакте с ему подобными. Это была пустота, почти как у мертвеца. Правда, легкая разница все же ощущалась. Словно в кромешной тьме изредка мелькает полоска света, но как только кидаешься к спасительной лазейке в другую комнату, она исчезает. И снова непонятно, где выход. Скорее всего, этим неверным светом была душа, которая поддерживала жизнь в чужом теле.

-Он говорит правду, - сказала Агата, снова надевая перчатки. - Ему ничего не было известно о Кларе и ее деятельности.

-Но ведь они встречаются, - заметил Талврин.

-Совсем недолго! - выпалил пленник. Он вошел в роль и теперь дрожал, как настоящий Марк на памятном допросе. - Мы, правда, уже давно знакомы, но только потому, что это старшая сестра моей ученицы.

-Все верно, - кивнула Агата. - Бедному парню просто не везет. Лет шесть назад он встречался с девушкой, которая оказалась революционеркой. Но тогда он очень помог следствию и за это был отпущен на свободу. Сейчас - то же самое. Видимо, его привлекают бессовестные искательницы приключений.

-Раз так - сохраним ему жизнь, - махнул рукой Талврин. - Бросьте его в тюрьму для политических заключенных.

Побледневшего Марка вытащили из кабинета. Император тут же крикнул:

-Сестры Лазаревы!

Охранники грубо втолкнули обеих девушек в помещение. Клара чуть не полетела на пол, даром что сапоги у нее были без каблуков.

Талврин откинулся на спинку кресла и улыбнулся так широко и гостеприимно, словно собирался предложить сестрам чувствовать себя как дома.

-Киру Лазареву я убью сама, - сказала Агата. - Она немного подпортила мне лицо, и я хотела бы собственными руками перерезать ей горло.

Кира осклабилась и даже зарычала. Чтобы вернуть девушке душевное равновесие, один из охранников ударил ее по спине. Она покачнулась, но не упала.

-Тогда уведите ее, - распорядился Талврин. - Заприте в той же самой тюрьме, что и учителя. Но предварительно вколите ей что-нибудь сильнодействующее: она куда более опасна. От нее, боюсь, можно ожидать неприятных сюрпризов.

Киру схватили за плечи и увели в коридор. Она никакую комедию не разыгрывала, а потому на ногах держалась твердо. И даже ухитрилась с ненавистью посмотреть на тирана, прежде чем за ней захлопнулась дверь.

Клара сжала руки в кулаки и гордо подняла голову. Теперь Императору осталось решить только ее участь. Он наверняка захочет ее смерти, но на какой способ убийства падет его выбор? Когда Талврин взглянул на Клару, его улыбка стала более ядовитой. Девушку тут же сковал холод. Сейчас ей было невыносимо страшно. И все же показывать это она не собиралась. Даже если ее жизнь должна была оборваться через минуту, в этом самом кабинете, Клара не хотела выглядеть жалкой. Она пыталась помочь людям обрести свободу, свергнуть жестокого монарха. Это давало ей полное право - нет, накладывало обязанность - уважать себя.

-Вон, - сказал Император, продолжая сверлить Клару испепеляющим взглядом. Единственный оставшийся в помещении охранник вышел в коридор и замер прямо за дверью. Значит, он действительно хотел убить ее прямо тут? От испуга Клара чуть не потеряла самообладание, но вовремя себя одернула.

-Скажи, Принцесса, почему ты пошла против меня? - лениво поинтересовался Император, выходя из-за стола. Он приблизился к застывшей девушке и протянул руку, чтобы обнять ее с издевательским дружелюбием. Неожиданно вспомнив, чем это чревато, он отвернулся и сделал знак Агате. Шеф полиции подняла пистолет, прицелившись Кларе в сердце.

-Я увидела ваше истинное лицо, - с вызовом ответила девушка. - И решила поддержать революционеров.

Талврин кивнул с наигранным понимаем.

-А почему ты бросила вот этот искусственный интеллект? - Он указал на Максимилиана, который так мало двигался, что напоминал манекен.

-Разве это ваше дело? - удивилась Клара.

-Просто мне было бы приятнее знать, что ты до сих пор испытываешь к нему чувства, - улыбнулся Талврин. - Ну же, отвечай.

Клара перевела взгляд на бесстрастное лицо Максимилиана. Император хочет услышать о ее любви к нему? Зачем ему это? Чтобы похоронить их в одной могиле? В любом случае, Клара не доставит ему этого удовольствия. Ни ему, ни Максимилиану, который стоит напротив нее и все прекрасно слышит.

А если это конец? Сколько бы Клара ни твердила себе, что выйдет сухой из воды, в глубине души она всегда в этом сомневалась. А сейчас, находясь в кабинете Императора, она совсем перестала верить в успех. И о чем они все только думали? Как можно победить бессмертного человека, разрушающего целые города? Ведь это смешно! Максимилиан сознательно шел на самоубийство, а другие просто потянулись за ним. И почему Клара забыла, что у него серьезные проблемы с психикой? Как из ее головы испарилась первая ночь после их знакомства, когда он хотел застрелиться?

Если это конец, пусть Максимилиан узнает. Ведь он по-своему благороден - не сказал Марку, что почти соблазнил его девушку. Значит, если выживет - промолчит и теперь.

-Да, я люблю его, - сказала Клара, продолжая смотреть на Максимилиана. Услышав это, он поднял взгляд, в котором на мгновение появилась какая-то осмысленность. Клара продолжала говорить: близость смерти лишила ее обычной робости. - Я очень люблю его и в то же время презираю. Это низкий человек, но он каким-то образом свел меня с ума. Забавно. Как бы я ни старалась, у меня не получается его забыть. - Признавшись в этом, Клара окончательно поняла, что ни на секунду не переставала любить Максимилиана. Даже узнав о его романе с Агатой, даже чувствуя себя счастливой в обществе Марка. Она всегда жаждала только его поцелуев, его прикосновений, его ласковых слов. И от этого ей захотелось, чтобы Император застрелил ее как можно скорее.

-Отлично, - сказал Талврин и несколько раз хлопнул в ладоши. - Он тоже до сих пор тебя любит. Получится отличная трагедия!

Клара напряглась. Она вот-вот должна была узнать, что ее ждет.

-Ваша изобретательность поражает, - восхитилась Агата. - Если бы я была писателем, то когда-нибудь обязательно использовала бы такой сюжетный ход.

-Мой ничтожный слуга, - повелительным тоном начал Талврин, - возьми свое оружие.

Максимилиан достал заткнутый за пояс брюк пистолет и снял его с предохранителя.

-Подойди к Кларе Лазаревой, - продолжал инструктировать Император.

Максимилиан сделал три шага вперед. Теперь расстояние между ним и Кларой было около метра. Девушка с волнением впилась глазами в его лицо, но оно было безжизненным, как маска.

-Прицелься ей в голову, - скомандовал Талврин.

Максимилиан поднял пистолет и стал ждать следующих указаний. Дуло смотрело прямо Кларе в лоб. Она украдкой взглянула на Агату - шеф полиции теперь целилась в спину Максимилиана. Видимо, на случай, если он перестанет слушаться.

Талврин любовался короткой пьесой собственного сочинения и актерами, которым предстояло сыграть лишь однажды, зато блистательно.

-О чем ты сейчас думаешь, Принцесса? - спросил он с усмешкой.

-О том, что вы еще поплатитесь за свои преступления. - Клара сказала это так спокойно, что Талврин расщедрился на еще одни аплодисменты.

-Непременно. Меня ждет Божий суд, Принцесса. Вот только... не дождется, ибо я бессмертен. Итак, Агата, чего не хватает для красивого финала?

-Не знаю, - с явным безразличием в голосе ответила та. - Придумайте сами, у вас получается лучше.

-Хм... о, есть идея. Мой жалкий слуга, поцелуй свою любимую на прощание.

Максимилиан опустил пистолет и, подойдя вплотную к Кларе, прижал ее к себе свободной рукой. Она не стала сопротивляться. Обида и гордость уже не играли никакой роли - важно было только дождаться развязки этого страшного спектакля.

Максимилиан слегка наклонился и поцеловал Клару. Она не отвечала, потому что в такой ситуации не могла реагировать на ласки. Но он был нежен, как раньше, и почти столь же страстен. Его рука даже начала поглаживать спину девушки.

-Достаточно, - сказал Талврин через полминуты. Максимилиан, резко прервав поцелуй, отошел от Клары и снова вытянул вперед руку с пистолетом. - Стреляй.


## Глава 25.


Поблизости от автомобиля, в котором ей предстояло добираться до тюрьмы, Кира перешла к активным действиям. Удар локтем в бок мужчине справа привел к перелому ребер, а столкновение головы левого сопровождающего с летящей ногой девушки - к сотрясению мозга. Несмотря на то, что ее запястья все еще украшали наручники, жрица без труда завладела брошенным пистолетом. Выстрелами из него она обезопасила себя от мести водителя машины, который бросился на помощь своим товарищам. Вспомнив, как Лео обошелся с революционером в "Азалии", она пустила ему по одной пуле в каждую ногу. Минус один противник - а трупа нет. Благородно.

-Если вздумаете чудить - тоже продырявлю, - предупредила Кира своих первых жертв.

Марк выбрался из салона, куда его бросили за несколько минут до того. Пока девушка держала поверженных телохранителей на мушке, он доставал из их карманов ключи. Марк больше не прикидывался трусом - его движения стали, как раньше, уверенными и быстрыми. Он легко нашел ключи, тем самым подарив себе и Кире свободу.

-Вали отсюда, - сказала Кира. - Серьезно говорю. Это не твой война, Алекс.

-У них Клара, - возразил Марк. Он ударил стонущего водителя по лицу и отобрал у него оружие. Зачем было бить человека, который и так не сопротивлялся из страха получить пулю с сердце, для Киры осталось загадкой. - Я должен ее спасти.

С этими словами Марк сделал три выстрела, убив всех раненых противников. Кира в недоумении посмотрела на него.

-Зачем?

-Ты же полицейский. Должна понимать, что этих парней оставлять в живых нельзя. Как только мы отойдем на пару шагов, они свяжутся по рации со своими коллегами.

-Так отобрал бы рацию, - поморщилась Кира.

-Ты еще никогда не убивала?

-Нет, и не собираюсь начинать.

Сказав это, Кира отошла на несколько шагов назад и, разбежавшись, перемахнула через высокую ограду, что окружала обширную территорию дворца. Марк рассмеялся и покачал головой. Он не мог преодолевать такие препятствия. Но и отступать тоже не собирался. Пришлось быстро вернуться к служебным воротам, вступить в короткий бой с охранником и, отделавшись огнестрельным ранением в левое плечо, попасть в императорский сад более привычным путем.


Максимилиан развернулся так резко, что Талврин не успел среагировать. Первая пуля попала ему аккурат между глаз, а вторая - немногим выше. Одновременно с этим Агата выстрелила в дверь, за которой стоял телохранитель. Тот скончался на месте.

Когда инородный предмет пробивает мозг, даже бессмертные приходят в легкое замешательство. Талврин потерял равновесие и начал падать. Максимилиан кинулся к нему и одним точным движением сорвал с его груди бесценное ожерелье. Он тут же швырнул его за спину. Клара поймала украшение за цепочку и бросилась вон из кабинета, вполне грациозно перепрыгнув через труп телохранителя. Экстремальность ситуации придала ей сил и мужества. Теперь все зависело от того, как быстро она будет действовать.

Оказавшись на некотором расстоянии от кабинета, Клара положила ожерелье на ладонь. Богато украшенный коридор дворца, с его старинными вазами в нишах и картинами на стенах, исчез. Все окружающие предметы утонули во мраке. Привыкнув к темной полуиллюзии, Клара осмотрела свой наряд. Она ожидала вновь увидеть экзотическое одеяние Хасаны, однако ее бежевое пальто и узкие черные джинсы остались на месте. Кожа рук тоже не поменяла свой цвет на более смуглый. Клара была Кларой, третьей по счету Принцессой.

-Сейчас появятся осколки Силы, - предупредил знакомый бархатный голос. Клара обернулась и увидела Стража, этого могучего седовласого хитреца. Он улыбнулся ей с неподражаемой насмешливой мудростью. Странно было осознавать, что на самом деле это - старшеклассник Илья Павенко.

-Как ты там? - спросила его Клара.

-Все хорошо. Только холод в этой камере - собачий. А еще сыро. Если завтра простужусь - будем считать, что в моем насморке виновата революция.

Наконец перед Кларой вспыхнули пять синих точек. Взволнованная девушка поспешно собрала их в горсть. Сияние стало таким ярким, что пробилось сквозь пальцы и едва не ослепило Принцессу. Даже Адли невольно отвернулся.

Через пару секунд точки исчезли. Спустя почти тысячу лет Сила снова была заточена внутри камней. Вязкая тьма рассеялась. Еще не до конца придя в себя, Клара увидела мчащегося к ней полицейского. Девушка не раздумывая побежала прочь. Полицейский трижды выстрелил, но все пули врезались в невидимую стену. Только что потревоженная Основа по собственному желанию защищала свою привратницу.


Максимилиан не успел сделать и шага. Император упал на пол с двумя пулями в голове, но его сила не дремала. Даже с таким серьезным, хоть и недолговременным ранением, он сохранил свой главный рефлекс: если тебе причинили вред - нанеси противнику еще больший урон. Два меча, украшавшие отполированный до блеска щит на стене, сорвались со своего места и пронзили грудь Максимилиана. Силой удара его отбросило к двери. Агата кинулась к раненому, не зная, чем ему помочь.

Талврин поднялся на ноги. Его голова снова была в целости и сохранности, а гневный взгляд мог испепелить весь дворец с садом в придачу.

-Ты умрешь, - прошипел Император, обращаясь к Агате. То, что шеф полиции сразу бросилась к предателю, а не к своему жениху, сказало ему больше любых признаний. Агата нахмурилась и выпрямилась, готовая защищать Максимилиана до последнего. Но Талврину было не до нее: он побежал в коридор. Следовало поймать Избранную, пока сила была еще с ним. Агата сделала выстрел ему в спину, однако поспешила: Клара еще не успела собрать синих "светлячков". Пуля срикошетила о магическую преграду и попала бы в саму Агату, если бы девушка предусмотрительно не увернулась. Медлить она не стала: выстрелила снова. И на этот раз Талврин рухнул, подкошенный ранением в левую руку. За десять веков он настолько отвык от боли, что это несерьезное повреждение выбило его из колеи. Впрочем, останавливаться было глупо. Клара улепетывала вдаль по коридору, а мчащийся за ней сотрудник дворцовой охраны никак не мог ее застрелить. Талврин, стиснув зубы, присоединился к погоне.

-Стоять! - крикнула Агата, следом за ним выпрыгивая из кабинета. Чтобы привести его в чувства, она выстрелила. Пуля пролетела в нескольких сантиметрах от головы Императора. Он резко остановился и обернулся. В его глазах плескалась бессильная ярость.

-Теперь ты смертен, - отчетливо произнесла Агата. - И ты у меня на мушке.

-А ты - у нас, - сказал за ее спиной один из телохранителей Его Величества. Агата усмехнулась, не глядя на вооруженных людей. - Бросай пистолет.

-Удивительно, - заметила Агата. - Эти идиоты еще не поняли, что теперь ты слабее и ничтожнее любого из них.

И она вихрем понеслась к Талврину. Прозвучало несколько выстрелов, но лишь одна пуля достигла цели - плеча Агаты. Это, правда, ничего не изменило. Девушка оказалась за спиной дрожащего от страха Талврина, а дуло ее пистолета - у виска бывшего жениха.

-Если не бросите оружие, ваше драгоценное ничтожество умрет, - предупредила Агата. - Ему пора. Он и так задержался на этом свете.

-Лучше отпусти Его Величество, потому что у нас тоже есть заложник, - отозвался кто-то, кого Агата не могла видеть. Голос доносился из покинутого кабинета. Девушка, мгновенно обо всем догадавшись, похолодела от ужаса. Испуг был таким сильным, что она даже не сумела его скрыть: все выдало побледневшее лицо и широко распахнутые глаза.

-Если не отпустишь Его Величество, один-единственный выстрел добьет твоего приятеля, - сказал телохранитель, стоявший в коридоре.

Агата разжала пальцы. Пистолет упал на покрытый золотистым ковром пол. Проводив оружие глазами, Талврин облегченно вздохнул и, немного подумав, поднял его. К нему быстро вернулась прежняя самоуверенность.

-Найдите Клару Лазареву, - приказал он своим верным слугам. - И отнимите у нее ожерелье. Но не смейте прикасаться к камням!


Альфред, который ждал в подземелье подходящего момента для убийства, не знал самого главного. Того, что в первой половине дня Лео получил огромный запас энергии. И уже просто не мог ее ни из кого вытягивать.

Максимилиан и Жанна легко нашли заброшенный лагерь и остановились у его ворот. Ведьма вынула из карманов куртки несколько амулетов разной величины и окраски, а также флакон с жидкостью зеленоватого цвета. Максимилиан рассматривал каждый предмет с интересом посетителя музея.

-Я удивлена. Приятно удивлена, - заявила Жанна и подняла взгляд к небу. Темных сущностей там не наблюдалось, и она стала распределять амулеты между собой и своим спутником.

-Чему это? - спросил Максимилиан, надевая нечто тряпичное, овальное и яркое до безобразия.

-Твоему спокойствию. - Жанна украсила свою грудь чем-то треугольным и еще более аляповатым. - Ты можешь умереть через несколько минут, а ведешь себя так, словно ничего особенного не происходит. При этом у меня не складывается впечатление, что жизнь тебе надоела. Неужели ты настолько уверен в успехе? Тоже сомневаюсь. В нем не уверена даже я, хотя магия - мое ремесло. А ты до недавних пор вообще думал, что она существует лишь в сказках. Так где же твой страх?

Максимилиан повесил на шею какую-то сверхъестественную побрякушку с перьями и улыбнулся - скорее своим мыслям, чем Жанне.

-Я притворяюсь. И, видимо, неплохо.

-Ясно, - кивнула Жанна. - Только притворяешься, что тебе не страшно. Знаешь, я должна тебя похвалить. И не за то, что ты так умело скрываешь страх, а за то, что нашел в себе силы о нем рассказать. Большинство мужиков до последнего отрицали бы это, даже основательно наделав в штаны.

-Нет, - усмехнулся Максимилиан, откупоривая флакон с настойкой сомнительного происхождения. - Мне действительно плевать на результат. Я притворяюсь, что мне еще не опостылела жизнь.

И он залпом выпил содержимое склянки. Жанна смотрела на него, как на пациента клиники для душевнобольных. Вроде бы, она понимала каждое сказанное им слово по отдельности, но в то же время не видела смысла в целой фразе.

-Ты просто выпендриваешься, - наконец выдавила она с пренебрежением. - Меня это раздражает.

-Я многих раздражаю, - заметил Максимилиан, отдавая пустой флакон ведьме. - Но это к делу не относится. Приступай к разрушению проклятия.

Жанна развела руки в стороны, и участников обряда окружил сверкающий барьер. Теперь темные сущности, даже если бы им вздумалось зависнуть прямо над ними, не смогли бы запечатлеть происходящее и передать его своему господину. Затем Жанна произнесла несколько слов, которые Максимилиан с долей сомнения идентифицировал как старославянизмы. Все амулеты одновременно вспыхнули и завибрировали. Максимилиан в удивлении поднял брови, а Жанна закрыла глаза и теперь шептала заклинания, будто в трансе. Через полминуты Максимилиан охнул и невольно тряхнул рукой, на которой было кольцо: магическое украшение начало жечь его кожу. По всей видимости, заклятие уже разрушалось, но отчаянно сопротивлялось этому. Апогеем его недовольства стало то, что Жанну внезапно выбросило за пределы сверкающего барьера. Но она, будто ожидая такого поворота событий, продолжала читать заклинание даже во время короткого полета, столкновения со стволом клена и быстрого подъема на ноги. Максимилиан зажмурился: боль, причиняемая кольцом, стала практически невыносимой. Ему казалось, что его правую руку вот-вот начнут лизать языки пламени, хотя на самом деле на среднем пальце не было даже покраснения. Жанна вернулась внутрь созданного ей убежища и коснулась камня на заколдованном кольце. Раздались страшные женские вопли, как будто где-то рядом жестоко издевались над группой молодых девушек. Это пытались вырваться на свободу заключенные в кольце души рабынь. Жанна крепко сжала правую руку Максимилиана в своих и принялась читать заклинание так быстро, что разобрать слова уже стало проблематично. Впрочем, Максимилиану было не до изучения старославянского: он готов был кричать не тише, чем несчастные рабыни.

И вот заклятие дало трещину. Из камня, украшающего кольцо, выпорхнула молочного цвета дымка, устремившаяся к небесам. Максимилиан упал на колени: освобождение одной души отняло у него много сил. Чего же следовало ожидать, когда кольцо покинут все заключенные? Не убьет ли его разрушение заклятия прежде, чем это успеет сделать выброс темной энергии?

Пока Жанна продолжала монотонно тараторить древние формулировки, к облакам унеслись еще две души, а за ними поспешила третья. Осталась лишь одна, после ухода которой следовало убрать барьер и отпустить Максимилиана к Леопольду. Уверенности не было ни в чем. Хватит ли у Максимилиана сил на то, чтобы добраться до Лео? Достаточно ли тот ослаб, чтобы поглотить всю энергию кольца? Да и может ли этот юноша поглощать энергию такого рода, ведь обычно он питается жизненными силами людей? Жанна, конечно, слышала, что на родной планете Лео ему подобных не принято пускать в магические и якобы магические места. Но Лео, послушный мальчик, запретов не нарушал. А потому не мог сказать, из чего возникла такая традиция: из глупых крестьянских суеверий или фактов.

Последняя душа покинула кольцо. Жанна замолчала и поспешно сорвала с себя и своего спутника разноцветные амулеты. Максимилиан выпрямился, чувствуя, как начинает темнеть в глазах. Жить ему оставалось, по всей видимости, считанные минуты. Не теряя времени, он перелез через ограду и помчался к домику, где его ждал Лео. Впрочем, мчался он недолго. В двух шагах от разбитого окна класса рукоделия Максимилиан споткнулся на ровном месте и упал. Подняться снова казалось самой трудной задачей, какую ему приходилось выполнять. Но, опровергая собственные слова об усталости от жизни, он все же стиснул зубы, встал на ноги и запрыгнул внутрь здания.

Из камня на кольце вырвалась черная струйка дыма, которая подействовала, как ядовитый газ. Максимилиан, не успев покинуть класс рукоделия, снова потерял равновесие и едва не растянулся на грязном полу. Он вовремя успел опереться о дверной косяк и опустил помутневший взгляд на кольцо. Тьма уже не прекращала рваться из него наружу. И она собиралась убить того, кто решил ее выпустить.

Собрав остатки сил, Максимилиан двинулся нетвердым шагом к лестнице. С каждой секундой идти прямо становилось все труднее, и ближе ко второму этажу он стал ползти. Сначала это несколько облегчило задачу, однако уже на третьем этаже перестало помогать. Максимилиан отключился, уронив голову на ступеньку...


-Очнитесь, Ваше Величество! - взволнованно умолял кто-то, тряся Максимилиана за плечи. Он открыл глаза и увидел Лео: живого и пышущего здоровьем. Его глаза, которым положено было поражать своим неестественно-синим цветом, словно излучали неоновый свет. Он поглотил непривычную для себя энергию и в таком количестве, что она едва не вырывалась наружу. Если переводить на более привычный для нормальных людей язык, Лео переел за обедом и теперь не мог смотреть даже на самые изысканные блюда.

-Очнулся, - сказал, улыбаясь, Максимилиан. Силы быстро возвращались к нему, так что он легко смог подняться на ноги. Его взгляд сразу упал на расколдованное кольцо. Оно было почти прежним, и лишь едва заметная трещинка на черном камне выдавала произошедшие изменения. - Черт возьми, Лео! По всей видимости, у нас получилось! - Максимилиан радостно похлопал своего товарища по плечу. - Клянусь, если я верну себе трон, ты получишь щедрое вознаграждение. Может быть, пристрою тебя куда-нибудь на приличное место. И да, плевать я хотел на то, что добрая половина Альсинды будет возмущена. От твоего так называемого проклятия, оказывается, может быть огромная польза.

-Спасти вам жизнь - это само по себе награда, - пробормотал Лео. Максимилиан только теперь заметил, что юноша уже давно не мылся и очень похудел. В общем, вид у него был довольно жалкий, хотя впечатление портили здоровый румянец и способные светиться в темноте глаза.

-Так, не двигайся, - приказал Максимилиан. Лео замер, как часовой на посту. - Не зря, видимо, я взял у Агаты косметику.

С этими словами Максимилиан достал из кармана пальто наполовину пустой тюбик с тональным кремом самого светлого оттенка. Благодаря этой субстанции через минуту лицо и губы Лео стали, как им и полагалось, совсем бледными.

-Отличная работа, - похвалил сам себя Максимилиан. - И еще посоветую не открывать глаза. Ты видел, какие они стали?

-Нет еще. А что с ними не так? - забеспокоился Лео.

-Да при их свете можно глубокой ночью книги читать.

Лео машинально осмотрелся в поисках чего-либо, похожего на зеркало. Но тут же оставил идею полюбоваться новыми глазами. Бродя по своему холодному пристанищу, он успел убедился, что зеркал тут не водилось.

-Ничего страшного, - заверил его Максимилиан. - Просто не открывай их, пока не настанет время.

-Хорошо, - согласился Лео.

-А больше ты ничего странного не ощущаешь? Все-таки эта энергия не входит в твой привычный рацион.

Лео на короткое время задумался.

-Не могу сказать точно. Я просто чувствую, что эта энергия способна питать меня в течение долгого времени.

Максимилиан снова похлопал младшего товарища по плечу и ободряюще улыбнулся ему.

-Вот и отлично. Значит, готов устроить Его Величеству веселый розыгрыш?

Лео серьезно кивнул. Максимилиан, засмеявшись, приложил большие пальцы к уголкам его губ и растянул их в улыбку.

-Учись быть веселее, - попросил он. - Хоть иногда. А то создается впечатление, что ты робот.

Через несколько минут Максимилиан снова стоял перед Жанной. Ведьма была так рада видеть его живым, что чуть не обняла. Но ограничилась рукопожатием. В конце концов, она была счастлива не из-за спасения Максимилиана, а из-за возможности исполнения плана. Он не умер, а значит, революция стала еще на один шаг ближе.


Само собой разумеется, что Илья не почувствовал никакой слабости, оказавшись в одной камере с Лео. Он ощутил лишь незнакомую темную энергию. Адли не сталкивался с таким колдовством, потому что на Альсинде предпочитали использовать Основу - она была намного доступнее. Магия, которая получила распространение в более поздний период, оставалась для него чем-то вроде молекулярной биологии. "Надо будет попросить Жанну просветить меня на этот счет," - решил он, изображая перед темной сущностью панику и упадок сил.

Альфред должен был покинуть пост и прийти на помощь своему господину, как только Максимилиан выстрелил тому в голову. Но он остался неподвижен и безмятежен. Сам того не осознавая, Альфред находился под влиянием Ильи. Страж блокировал связь между императором и его слугой. Поэтому темная сущность не узнала о том, что Талврин в беде. А затем и вовсе растворилась в воздухе.

Илья поднялся с пола. Он отлично знал, что Клара отняла у Императора его удивительные способности, потому что сам наблюдал за этим процессом. Оставалось лишь сообщить новость соседу и вступить в битву.

-Подъем! - Он хлопнул в ладоши. - Альфред пропал!

Лео распахнул глаза, которые засияли в темноте камеры не хуже осколков силы. Потом, встав на ноги, он взмахнул рукой и тем самым вышиб металлическую дверь. Илья не сдержал возгласа восхищения. Сам Лео в ужасе посмотрел сначала на свою ладонь, а после этого - на пробитый им выход.

-Вперед, - сказал Илья. Выбежав из камеры, он опустился на колени и провел рукой по каменному полу. Вскоре его пальцы нащупали пистолет, потерянный темной сущностью при исчезновении. Но поднять оружие он не успел - Лео схватил его за руку и потащил за собой, заставив быстро перебирать ногами с риском не вписаться в какой-нибудь поворот.

-Альфред оставил там пистолет! - выкрикнул Илья, пытаясь остановить мчащегося на всех парах товарища.

-Он нам не понадобится, - тихо отозвался Лео.

Илья спорить не стал, потому что был сосредоточен на дороге. Даже когда тебя ведут за собой, при слишком высокой скорости и совершенной темноте нелегко избегать столкновений со стенами.

-Ты теперь и ночью хорошо видишь? - спросил Илья, споткнувшись на лестнице. Если бы не Лео, чья сильная рука волокла его вперед, он бы пересчитал носом ступеньки.

-Вижу.

Наверху послышались торопливые шаги, за которыми последовали два выстрела. Лео успел заметить гостей, спускавшихся по лестнице, и потому остановил пули. Продолжая двигаться вперед, он послал в сторону императорских слуг мощный поток воздуха. Горе-охрану вынесло, будто волной, в кладовую, где находился спуск в подземелья. Один мужчина потерял сознание, впечатавшись затылком в стену, а другой потерял желание сражаться, разбив своим телом гипсовую статую.

Илья и Лео не знали, где искать Клару и Максимилиана. Кладовая располагалась достаточно далеко от жилых и рабочих помещений Его Величества. Пришлось отобрать у оглушенного противника оружие, схватить проходившего мимо юношу из числа дворцовой прислуги, ненавязчиво пригрозить ему лишним отверстием в голове и потребовать проводить бывших заключенных в главную часть здания. Юноша без колебаний, но с дрожью в коленях согласился. Правда, тащить его до кабинета Императора Илья и Лео не стали. Они быстро поняли, как ориентироваться в этом лабиринте средней сложности, а перепуганный слуга только мешал им.

Товарищи замерли, оказавшись в коридоре перед кабинетом. Они не ожидали встретить вооруженного Талврина и готовую открыть огонь охрану. Судя по напряженной позе Агаты и злорадству на лице Императора, произошло нечто весьма неприятное. Илья положил руку на плечо Лео, тем самым предостерегая его от необдуманных действий. Если уж шеф полиции застыла в нерешительности, бой обещал закончиться победой врага.

-Я думал, ты скоро умрешь, - протянул Талврин, глядя на Илью. - Этот парень не вытянул из тебя всю жизненную энергию до последней капли? Значит, он был полон сил, когда Альфред забрал его? - Талврин коротко рассмеялся.- Вы меня обманули, я должен вас похвалить! Хотя нет, вы не заслуживаете моего восхищения. Его заслуживает мисс Ланская. - Он злобно сверкнул глазами. - Если бы не она, у вас бы ничего не вышло. Ведь я доверял ей, как себе! Скажи-ка мне, Агата, почему ты предпочла пойти на такое опасное и, более того, глупое предательство? Я мог дать тебе все, что только пожелаешь: богатство, почет, любовь лучшего из земных мужчин! Так почему же ты отказалась от столь прекрасного будущего? Неужели полюбила то ничтожество, что сейчас, истекая кровью, ожидает смерти в моем кабинете?

Встревоженный Лео снова сделал попытку затеять бой, поэтому Илье пришлось крепче вцепиться в его плечо. Агата, к которой был обращен вопрос, молчала. Талврин все понял без слов и едва не зарычал.

-Как низко ты пала в моих глазах, дорогая! Я думал, что ты хладнокровна и расчетлива, не умеешь испытывать сильных чувств и стараешься из всего извлечь для себя выгоду. Но оказывается, чтобы превратиться в одну из миллиарда глупых и сентиментальных женщин, тебе не хватало только большой и чистой любви! - Он разразился полным ненависти смехом. - И что вы все в нем находите? Он хорош собой, конечно, отрицать не буду. Но встречаются мужчины во много раз красивее его. Что еще? Обаяние? Возможно. Правда, себя я не без оснований считаю более обаятельным.

Агата не удержалась и фыркнула. Обаяние Его Величества было, по ее авторитетному мнению, очень сомнительным.

Внезапно из кабинета раздался вопль, за которым последовал звук выстрела. Агата вскрикнула, как будто пуля попала в ее собственное сердце.

-Идиот! - заорал Император, повернувшись к закрытой двери в свой кабинет. - Надо было держать его в заложниках!

-Я тоже так подумал, - послышался знакомый низкий голос. - Но мне надоело слушать твою болтовню.

Илья отпустил Лео. Это послужило ему сигналом к действию, и он одним мановением руки вырвал у всех противников огнестрельное оружие. Затем их, будто ударной волной при взрыве, смело в другой конец коридора. На месте остался лишь Талврин, растерянно провожавший взглядом своих улетающих слуг.

Дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появился Максимилиан. Он действительно истекал кровью, но на его побледневших губах играла демоническая усмешка, а в правой руке был пистолет убитого охранника. Дуло этого пистолета смотрело в голову Его Величества.

Агата улыбнулась. По сравнению с ее величественным возлюбленным, Талврин сейчас выглядел жалко и нелепо.

-Как ты держишься на ногах? - в ужасе прошептал Император.

-И не просто держится - он без труда справился с твоим прихвостнем, - сказала Агата, приближаясь к бывшему жениху. Талврин попятился, но вскоре остановился. Отступать было некуда: с одной стороны стояла Агата, опасная даже без оружия, а с другой - Максимилиан, опасный даже со смертельными ранами. Императора загнали в угол, возможно, впервые за без малого десять веков.

-Иди-ка сюда, - попросил Максимилиан, жестом подзывая к себе Илью. Страж быстро подошел, зная, что от него требуется. Он собирался выполнить просьбу, так как едва ли мог быть полезен в битве. Максимилиан же, по всей видимости, не зря считался лучшим творением Александра Моретти: он был способен сражаться даже в самом тяжелом состоянии.

Пока Илья залечивал раны Максимилиана, Агата схватила один из висящих в воздухе пистолетов и снова взяла Талврина в заложники. Момент был выбран удачный: возвращавшиеся охранники остановились, не желая провоцировать ее.

Закончив свою работу, Илья упал в обморок и повис на руке Максимилиана. Тот осторожно передал его Лео и сказал:

-Поищу Клару.

Агата кивнула и прижала дуло пистолета к затылку Талврина. Взгляд Императора умолял охранников ничего не предпринимать. И они слушались: стояли как вкопанные, не зная, смогут ли спасти своего повелителя. Впрочем, если бы даже они вздумали напасть на Агату, у них не получилось бы приблизиться к ней: Лео поставил вокруг себя и своих товарищей непроницаемый барьер.


Убегая с ожерельем в руках, Клара была уверена, что встретит Киру. Однако ее сестру задержали: в саду она привлекла внимание двоих полицейских, которые прибыли во дворец для беседы с Его Величеством. Эти полицейские сразу поняли, что их бывшая коллега замыслила недоброе. Они решили преградить ей путь. Кире пришлось с помощью кулаков и оружия убедить их в том, что во дворце у нее очень важное дело.

Таким образом, Клару встретила не сестра. Спустившись на первый этаж, девушка оказалась в объятиях Марка. Ни слова не говоря, он потащил ее в одну из многочисленных гостиных. В тот момент там пряталась напуганная звуками борьбы горничная, но всего один предупредительный выстрел заставил женщину с криком покинуть помещение.

-Ты ранен? - обеспокоенно спросила Клара, заметив кровь на одежде Марка.

-Пустяки, - ответил он. - Как ты, радость моя?

-Все хорошо. - Клара оглянулась на закрытую дверь. Ей хотелось вернуться к остальным. - Но почему ты здесь? Лучше бы подождал снаружи...

Марк обнял Клару и поцеловал ее в лоб.

-Как я мог отсиживаться в безопасности, когда с тобой происходит неизвестно что? Любимая, если тебе угрожает смерть, я должен быть рядом, чтобы заслонить тебя от пуль!

Клара улыбнулась ему, правда, весьма криво. Марк был слабее любого человека из ее окружения, и защитник из него получился бы не слишком хороший.

-Это очень смело с твоей стороны, - все же выдавила девушка.

Марк отступил на шаг назад и осмотрел Клару, словно желая убедиться в ее невредимости. Он нахмурился, заметив в правой руке девушки дорогое украшение с синими камнями.

-Что это? - спросил Марк, потянувшись к ожерелью. Клара отпрянула и убрала руку за спину.

-Это... ничего...

Ее слова прозвучали как виноватый лепет ребенка, желающего скрыть правду, но не способного придумать правдоподобной лжи.

-Камни, в которых заключена Сила, - с нажимом произнес Марк. Его взгляд укорял девушку, и она действительно почувствовала стыд. Зачем врать человеку, который любит ее больше самого себя?

Клара кивнула, но руку оставила за спиной.

-Да, это они.

-Ты отняла у Талврина Силу?

-Отняла.

-Теперь вы спрячете камни? Чтобы они никому не достались?

Клара нервно прикусила губу. Ее взгляд скользил по замысловатым узорам на ковре, потому что смотреть в лицо Марку она не могла. Что ей было делать? Признаться в том, что четыре камня окажутся в распоряжении Максимилиана? Марк не простит этого. Ведь он ревнует к нему. И, как ни печально, у него есть на то все основания! Лучше солгать. Но... Марк все равно узнает правду. Не сейчас, так через несколько часов, когда Максимилиан заберет ожерелье себе.

-Почему ты молчишь? - спросил Марк. По его голосу Клара поняла, что он злится. Это ее напугало, хотя в прошлой жизни она никогда не боялась Алекса. Рахиль твердо знала: как бы ее друг ни обижался, он не позволит себе причинить ей вред. Но за сорок лет он очень сильно изменился, и теперь Клара не знала, чего можно от него ожидать.

-Мы спрячем один камень, - призналась девушка, машинально отступая к двери. Марк схватил ее за плечи, и девушка чуть не вскрикнула от страха. В этом движении была агрессия, с какой прежде Алекс набрасывался на посторонних.

-Один камень? А кто получит остальные? - Клара помедлила с ответом, и Марк встряхнул ее. - Максимилиан Эдвардс, да? Ты хочешь отдать камни ему?!

Клара попробовала вырваться, но Марк лишь крепче сжал ее хрупкие плечи. В его глазах пылала ярость.

-Но тебе ведь не нужна эта Сила, - прошептала Клара, поднимая на Марка взгляд затравленного зверька. - Мы теперь вместе и счастливы, зачем тебе огонь, телекинез или бессмертие?

-Ты отдаешь ему эти камни, значит, ты его любишь! - закричал Марк. - Ты хочешь, чтобы он стал могущественным и великим! И забываешь обо мне - мужчине, который всю свою жизнь посвятил тебе одной!

Марк отпустил Клару, чтобы вырвать из ее руки ожерелье. Девушка отпрыгнула в сторону и прижала украшение к своей груди, не давая ему прикоснуться к камням. Марк издал шипение, подобно змее. От этого Клару бросило в дрожь. Она всерьез начала опасаться побоев.

-Отдай его мне, - потребовал Марк, протягивая руку вперед. - Подумай только: обладая Силой, я смогу занять место Талврина. Ты будешь женой не какого-то жалкого школьного учителя, а великого монарха!

-Опомнись, Марк, - взмолилась Клара. - Я все понимаю: возможность получить власть свела тебя с ума. Но какой от нее толк? Разве мы не хотели просто любить друг друга?

-Я не хочу отдавать Силу этому подонку! - взревел Марк, бросившись на Клару. Он сбил ее с ног и, прижав к полу весом своего тела, стал вырывать из рук ожерелье. Марк держался за цепочку, на которой не было ни одного камня, и тянул ее на себя. Но Клара не разжимала кулаков, хотя выскальзывающее из них украшение резало ее ладони до крови.

-Ты так ревностно оберегаешь подарок своему любимому... - произнес Марк, наклонившись над ухом Клары. В его голосе звучала боль. Он действительно считал передачу камней доказательством измены...

-Я не люблю его, - сказала девушка. - Не люблю, поверь мне...

Снова ложь. Клара никогда не думала, что будет так много лгать Алексу. Ну почему в жизни все никогда не бывает точно так, как в мечтах?

Неожиданно в гостиную ворвался Максимилиан, легко сбросивший Марка с Клары и ударивший его для профилактики в живот. Девушка радостно вскрикнула. Ее первым порывом было обнять спасителя, живого и полного сил, несмотря на пропитавшую его костюм кровь. Но она сумела удержаться от этого. Обижать Марка еще сильнее было бы непростительной подлостью.

-Что тут произошло? - поинтересовался Максимилиан. - Он хотел отнять у тебя бирюльку?

-Разумеется, - сказал Марк, выпрямляясь. - Я не уверен, что ты достоин обладать таким могуществом.

Максимилиан кинулся к Марку и прежде, чем тот успел среагировать, ударил его по голове. Марк без чувств упал на стоявший рядом диван.

-Ты ему сотрясение мозга обеспечишь! - гневно выпалила Клара, подбегая к мужчинам. Она хотела стукнуть Максимилиана кулаком по спине, но решила ограничиться устным выговором. Судя по количеству крови, его раны были серьезные.

Странно. Максимилиана Клара совсем не боялась, хотя он был очень силен и опасен. С ним она чувствовала себя намного спокойнее, чем с Марком. Именно таким ей долгие годы представлялось общество Алекса...

-Ничего ему не сделается, - махнул рукой Максимилиан. - А вот оставлять тебя в его компании опасно. Треснет как следует - и отберет ожерелье.

-Он бы меня не треснул, - возмутилась Клара.

-По-моему, он тебя и так уже на пол уронил. Или, хочешь сказать, ты сама упала?

Клара отвернулась, понимая, что не может возразить. И не заметила, как Максимилиан ласково обнял ее за плечи.

-Пойдем в другую комнату, пока Марк не пришел в себя, - посоветовал он.

-Но зачем? Просто забирай силу четырех камней, а один уж я как-нибудь спрячу. Скажу, что его у меня уже нет. Клянусь, он не тронет меня и вообще прощения попросит.

Максимилиан взял с Клариной ладони ожерелье, держа его двумя пальцами за цепочку.

-А ты можешь сказать, какой камень за что отвечает?

Клара пожала плечами и мягко прикоснулась к одному из ярко-синих осколков неправильной формы. Знание появилось словно из ниоткуда, но девушка не сомневалась, что информация верна.

-Огонь, - сказала она, после чего переместила пальцы на следующий осколок. - Темные сущности. Бессмертие. Телекинез. Умение летать.

-Выковыривай один из камешков, - сказал Максимилиан. - И забирай себе.

-Какой? - спросила Клара, доставая из кармана пальто маникюрные ножницы. Она подготовилась к такому сценарию и вооружилась дома тем, что первым попалось под руку. - Левитацию, наверное? Зачем тебе летать, не правда ли? Тем более, насколько я знаю, довольно медленно.

-Действительно, очень бесполезная способность, - согласился Максимилиан. - Но я отказываюсь вот от этого. - И он указал пальцем на центральный осколок.

Клара удивленно подняла брови. Максимилиан улыбался ей как ни в чем не бывало.

-Бессмертие? Ты его не хочешь?

-Зачем оно мне? Я и так не старею, спасибо мистеру Моретти.

Клара напряженно сглотнула и начала работать ножницами.

-Ты не стареешь, но... тебя можно убить.

-И я не собираюсь это менять.

У Клары кольнуло в сердце, когда она вытащила осколок из оправы. Глядя на него, она печально произнесла:

-Ты хочешь быть уверенным, что в любой момент сможешь... оборвать свою жизнь?

Максимилиан потрепал ее по волосам и взял испорченное ожерелье.

-Я люблю риск. А если тебе и расстрел не страшен, о каком риске может идти речь? Я просто не хочу, чтобы жить стало скучно.

Клара несколько раз кивнула. Она искренне желала верить, что услышала правду.

Максимилиан положил ожерелье на свою ладонь так, чтобы все камни коснулись его кожи. И в ту же секунду Клара увидела яркую вспышку света, как в свой двадцать пятый день рождения. Только в тот день она мысленно перенеслась к незнакомцу, державшему в руках камни, а теперь новый хозяин Силы стоял прямо перед ней. Другое отличие состояло в том, что на этот раз Клара не потеряла сознание, отделавшись головокружением. Максимилиан не дал ей упасть, обняв за талию и позволив прислониться к себе.

-Вот она! - закричал посланный за Кларой охранник, распахивая дверь в гостиную. Двое коллег по правую и левую руку от него приготовились стрелять.

-Опоздали, ребята, - широко улыбнулся Максимилиан.

-Вот именно, нечего так копаться, - ответил веселый голос из-за спин охранников. Клара не сразу поняла, кому он принадлежит. Она привыкла слышать в нем бесстрастную вежливость, а не хамский задор.

Альфред Риверс, в джинсах и футболке, шлепнул двоих оторопевших охранников по ушам. Закричав, они упали на пол. Третий открыл огонь, однако все пули, прошив тело темной сущности, не причинили ей никакого вреда. Тогда он пустился наутек, бросив своих умирающих товарищей на пороге гостиной.

-Не надо их убивать, - попросила Клара, умоляюще глядя на Максимилиана. - Пусть Альфред снова до них дотронется, как сделал это со мной в самолете.

-Девочка моя, - ответил Максимилиан, - вы на пороге гражданской войны. В ближайшие пару лет погибнет очень много сторонников Талврина. Двоими больше, двоими меньше...

С этими словами Максимилиан быстро вышел из гостиной. Альфред подмигнул Кларе и удалился вслед за своим новым господином.

"Возможно, я смогу помочь им, - промелькнуло в голове у Клары, когда она посмотрела на стремительно теряющих силы мужчин. - Я же исцелила рану Максима и убрала шрамы с лица актера, а все эти повреждения были нанесены с помощью Силы! Альфред - тоже ее часть... Значит, есть надежда, что от меня будет толк!"

Клара опустилась на колени рядом с умирающими и положила ладони на их затылки, затем коснулась щек. Она ждала, что они сразу придут в себя и откроют глаза, но этого не произошло.

"Какая же я дура! - в отчаянии подумала девушка. - Альфред едва не убил меня в самолете! Получается, против него я бессильна!"

Клара чуть не заплакала. Слезы уже готовы были сорваться с ее чуть подкрашенных ресниц, когда один из охранников резко поднялся с пола. Вскоре и второй последовал его примеру, но уже с меньшей поспешностью. Она оба удивленно взглянули на Клару и попятились от нее, как будто она не спасла им жизни, а, напротив, угрожала долгой мучительной смертью.

-Вы в порядке? - спросила девушка, вставая с колен. Ответа не последовало - охранники предпочли умчаться прочь из гостиной.

Клара не могла поверить своему счастью и блаженно улыбалась, глядя на распахнутую дверь в коридор. Такой ее и увидел Марк, когда пришел в сознание. Он сел на диване, куда его вполне аккуратно уложил Максимилиан, и собрался окликнуть задумавшуюся девушку. Но не посмел. Он в ужасе широко раскрыл глаза, словно теперь смотрел со стороны на свое недавнее поведение. Его состояние было таким же, как у человека, вспоминающего после бурной вечеринки собственные пьяные выходки.

-Клара, - наконец позвал он девушку. Его голос прозвучал глухо, но Клара все расслышала и обернулась.

"Что делать?" - спросила она себя. В ее душе бушевал ураган самых разных чувств: страх, обида, разочарование, нежность, вина, жалость. Следовало выбрать что-нибудь одно, иначе было не избежать ошибок. Рахиль, к примеру, никогда не давала себе труда выделять из своих ощущений и желаний самые важные. Она руководствовалась теми из них, которые казались наиболее сильными в данный момент. Из-за этого Рахиль упустила счастье и обрекла свое перерождение на решение еще более трудных задач. Хорошо, что это перерождение привыкло долго и основательно рассуждать. Пускай, правда, не всегда верно.

Клара улыбнулась Марку, и он, облегченно вздохнув, приподнялся с дивана. Впрочем, головокружение заставило его сразу же упасть обратно. Клара бросилась к нему, все-таки поддавшись чувству жалости. Она решила, что в нынешней ситуации оно принесет ей меньше всего неприятностей.

-Как ты? - поинтересовалась девушка, присаживаясь рядом с Марком. Он сжал ее руку в своей, но не крепко, а ласково и как-то нерешительно. На первый план выступила нежность, однако Клара быстро отогнала ее. Марк поступил странно и жестоко, несмотря на то, что у него были на это причины. И Клара не собиралась так легко прощать его.

-Ничего страшного, - заверил ее Марк. Он говорил тихо и смотрел на Клару вопросительно, как провинившийся ребенок - на родителей: будут ругать или нет? Клара отвела взгляд, но руки не отняла.

-Я рада, что с тобой все в порядке, - ответила она и сама удивилась тому, как сухо прозвучали ее слова. У кого она научилась так разговаривать? Неужели у Агаты?

-Прости меня, прости, пожалуйста, - едва слышно пролепетал Марк, начиная неуверенно поглаживать Кларину руку. Девушка содрогнулась. Это было так похоже на те картины, которые некогда рисовала мать Рахили! Сумасшедший, способный ударить любимую, а затем ползать перед ней на коленях, слезно вымаливая прощение...


Алекс никогда раньше не причинял вреда парням Рахили. Он мог побить их после того, как они бросили черноволосую красавицу, заставив ее плакать или злиться. Пока же они вели себя хорошо, радуя девушку вниманием и лаской, он оставался в стороне. Но, видно, даже самые хорошо выдрессированные псы иногда срываются с цепи.

В двадцать два года Рахиль повстречала очень популярного гитариста не очень популярной рок-группы. Он и его товарищи время от времени выступают в клубах, после чего в кратчайшие сроки проматывают полученные деньги. Песни этих парней нельзя услышать по радио, а их клипы не появляются на телеэкранах. И все же среди любителей инди-рока у них водятся поклонники, а главное - поклонницы. Девушки вполне серьезно впадают в экстаз, когда гитарист Энди выходит на сцену, и швыряют ему свое нижнее белье. Безусловно, Рахили очень льстит, что такой парень почти каждый день целует и обнимает ее. Она, правда, не любит его музыку, да и прокуренные клубы не вызывают у нее приятных эмоций. Но, стоя среди истерящих фанаток, она ощущает себя особенной. "Для вас, дорогуши, - думает она, - Энди - только предмет эротических фантазий. А я по окончании концерта поеду к нему домой, и нас ждут секс, наркотики и рок-н-ролл."

Справедливости ради нужно заметить, что наркотики Рахиль не принимает. Ей просто очень нравится фраза.

Энди знает об Алексе и особых отношениях, установившихся между очаровательной брюнеткой и ее уродливым другом. Эти отношения его раздражают. Энди понимает, что Алекс любит Рахиль, и что Рахиль, сама того не осознавая, отвечает ему взаимностью. С Энди она только занимается сексом и говорит сентиментальную чепуху, а с Алексом у нее существует другая, духовная связь. Если бы только Моретти не был похож на отрицательного персонажа из комиксов, пострадавшего от руки героя, она уже давно вышла бы за него замуж.

Вечер субботы. Только что успешно отыгран концерт, и Энди настаивает на том, чтобы ехать к Рахили. Он знает, что она снимает квартиру вдвоем с Алексом, и хочет использовать совместные посиделки для серьезного разговора. Пока Энди встречается с Рахилью, уродец обязан держаться от нее подальше. Он должен это пообещать, иначе станет хромать на обе ноги.

-Может быть, мне уйти? - негромко спрашивает Алекс у подруги, когда она приходит домой в обществе небритого рокера.

-Не надо, - говорит Энди, хлопая его по плечу. - На этот раз мы пришли не трахаться, а просто выпить и приятно провести время.

Алекс заметно напрягается. Он всегда злится, если кто-то упоминает о половой жизни Рахили. Для него не секрет, что со своими парнями она не только целуется, но все же лучше об этом молчать. И Рахиль это знает. Рассказывая о том, как провела вечер, она прибегает к жесткой цензуре и обязательно вырезает пикантные моменты. Но не совсем понимает, что именно так на него действует. Он ревнует? Или ему неловко, потому что у самого никогда этого не было? Рахиль упрямо считает, что второе - верно. Иначе приходится думать, что Алекс ее любит, а она старается выбросить это из головы. Они ведь друзья, и ничего больше. Алекс уже давно не напоминал о своих чувствах, и Рахиль почти сумела о них забыть.

Энди выпивает немного больше, чем собирался, и начинает задавать Алексу неудобные вопросы. Как он познакомился с Рахилью? Кто его родители? Почему у него нет друзей мужского пола? Что вообще, мать его, у него с лицом?

-Заснул на раскаленной электрической плите, - отвечает Алекс с пугающим спокойствием. Энди гогочет, оценив шутку. Рахиль смущена. Она решает перевести дыхание и удаляется на кухню. К сожалению, оттуда все очень хорошо слышно...

-Эй, Фредди, ты в нее влюблен? - без обиняков спрашивает Энди. В разговорах с Рахилью он часто называет ее друга "Фредди", по имени обожженного маньяка из подросткового ужастика. Девушка и не подозревала, что он может использовать это обидное прозвище в беседе с самим Алексом.

-Меня зовут Алекс, - вкрадчиво напоминает тот. У него очень красивый голос. Рахиль трясет головой, чтобы прогнать эту странную мысль, вероятно, навеянную вином.

-Ну, Алекс. Какая разница. Ты в нее влюблен?

-Какое тебе до этого дело?

-Она моя девушка. Я не хочу, чтобы всякие уродцы спали с ней.

Алекс выдерживает короткую паузу.

-Я. Не. Сплю. С ней.

Каждое слово он выговаривает преувеличенно четко, словно Энди - слабоумный и не способен понять обычную речь.

-Уф! Какое облегчение. Я уж испугался, что у Рэйчел совсем плохо с головой. Ну, честное слово, девчонки всякие бывают. Она могла бы и решить, что с тобой забавно переспать. Она красотка, а ты уродец, каких поискать. Вроде как интригующий контраст. Моя кузина, кстати, короткое время встречалась с парнем, у которого не было одной ноги. Она мне потом говорила, что ее опьяняло чувство собственного превосходства. Вроде как он должен быть счастлив, что она, симпатичная и здоровая, снизошла до него. Но потом ей это все равно надоело и она его бросила, потому что... ну, на кой ей инвалид?.. Так ведь тот парень со стороны выглядел вполне сносно, никто бы не заметил, что он какой-то дефективный. А ты...

-А мое лицо трудно скрыть, правда? - усмехается Алекс. Рахиль прикусывает нижнюю губу и сосредоточенно смотрит на распахнутую дверь в прихожую, за которой, конечно, она не может видеть беседующих.

-А твое лицо бросается в глаза, - соглашается Энди, потягивая пиво из очередной бутылки. - Так что мне, честное слово, было бы противно...

Он не хочет заканчивать фразу и почему-то считает, что Алекс сделает это за него. Но Алекс молчит, глядя в неизвестную точку пространства прямо перед собой. Приходится продолжать самому.

-Мне было бы противно, если бы я узнал, что Рэйчел с тобой спала.

-Она со мной не спала. Ты такой тупой, что не понимаешь с первого раза? Мы с ней только друзья.

-Очень надеюсь, что это правда. И ей не пришло в голову переспать с уродом вроде тебя.

-Не пришло, успокойся. Она не настолько чокнутая.

Рахиль становится грустно, и она снова списывает все на вино.

-Нет, правда... - Энди хохочет и присасывается к бутылке с пивом, от которой отлипает только после ее окончательного опустошения.- А ведь я сочувствую тебе. Тяжело, наверное? С тебя ведь даже шлюхи просят двойную плату.

Алекс молчит, все сильнее сдавливая пальцами горлышко бутылки.

-Готов поспорить, ты даже не знаешь расценок! - смеется Энди. - Не связываешься даже с такими дамами? Боишься, что и они испугаются твоей рожи?

Рахиль не видит, что происходит в гостиной. Но она верно догадывается, что Энди задорно толкает Алекса.

-Ладно, я уже не злюсь. Скажи честно, сложно жить с такой мордой?

Тишина.

-Задам вопрос по-другому. За двадцать три года жизни хоть кто-то согласился с тобой переспать?

Алекс не отвечает. Рахиль понимает, что он глотает пиво из своей бутылки - всего третьей за этот вечер.

-Проехали. Не обижайся. Но знаешь... Я просто никак не возьму в толк, почему она с тобой дружит, если у вас нет таких отношений. Может быть, из жалости? - Энди пристально смотрит на Алекса, который все еще глядит неизвестно куда. - Точно, из жалости! Только я не подозревал, что у нее может возникнуть подобное чувство...

Раздается какой-то стук, за ним - треск, и все это неопределенное великолепие венчает истошный вопль Энди. Рахиль бросает полотенце для посуды, которое она теребила последние пять минут, и бежит в комнату. Алекс сидит верхом на Энди и методично бьет его по лицу, из-за чего на полу с каждой секундой оказывается все больше кровавых брызгов. Судя по всему, он намеревается выбить бессильному противнику пару зубов. Желательно - передних. Чтобы хоть до следующего визита к стоматологу он стал уродливее своего победителя...

Рахиль подбегает к Алексу и хватает его за руку. Он мгновенно останавливается и оборачивается к ней, пристыженный осознанием собственной вины. Алекс думает, что она станет ругать его, ударит, прогонит...

-Вали отсюда! - кричит Рахиль.

Алекс встает и плетется к двери.

-Стой, дурачок! - останавливает его Рахиль. - Энди, ты вали отсюда! И никогда больше не возвращайся, гад!

-Я? - Энди ошалело тычет указательным пальцем в свою грудь. - Я, что ли?

-Ты! - отвечает Рахиль. - Здесь есть еще один человек с таким именем?

Энди поднимается, вытирая текущую из носа и губы кровь о лежавшие на столе салфетки. Смотрит в зеркало и злобно шипит, понимая, что под глазами скоро проступят огромные синяки.

-Психи, - констатирует он. - Оба. Бешеный уродец и тупая шлюха.

Рахиль открывает рот, чтобы ответить, но тут же плотно сжимает губы. Ей нечего сказать этому человеку. И он хлопает дверью, бросив прощальную фразу:

-Ты была худшим, что произошло со мной в жизни.

И Рахиль, сама того не желая, начинает плакать. Не из-за ухода Энди - после всего, что он наговорил Алексу, она не хочет и слышать о нем. Она плачет из-за сложностей, которые так ненавидит. Ей нравится, когда жизнь проста, как таблица умножения. Так почему же на ее долю вечно выпадают логарифмы и интегралы?

Алекс думает, что причина слез - он. И уходит в свою комнату, где сидит до глубокой ночи. Рахиль уже готовиться ко сну, когда Алекс возвращается к ней. Он просит прощения прямо с порога.

-Прекрати, - отвечает Рахиль.

-Мне действительно очень жаль, - настаивает Алекс. - Я не хотел... Так вышло... Если можешь, прости...

-Я не буду тебя прощать, - строго замечает Рахиль. - Потому что ты ни в чем не виноват. Это Энди повел себя как последний козел.

Алекс подходит к сидящей на пуфике Рахили и привычно встает перед ней на колени. Когда он рядом, так легко ощущать себя прекрасной леди из прошлого, у которой есть свой верный рыцарь! Жаль, что теперь забрала не в моде.

-Значит, ты не в обиде? - улыбается Алекс, хватая правую руку Рахили. В его жесте нет ничего собственнического - это чистое выражение преданности.

-В обиде. На этого урода, который говорил тебе гадости.

Рахиль только теперь спохватывается, что сказала запрещенное ей самой слово. Мама с папой называют уродами всех, кто им чем-то насолил. Но Рахиль пообещала себе, что будет использовать другие ругательства. Потому что уродство Алекса - настоящее, а не приобретенное вследствие проступков.

Но Алекс не реагирует. Ему все равно. Он счастлив, что Рахиль на него не злится.

-Я больше никогда не буду так делать. Клянусь.

-Нет, делай так всегда. - Рахиль хмурится. - Ты должен защищать не только меня, но и себя, тем более, что твои кулаки это позволяют.

Алекс радостно целует ее руку. Он часто так делает, и Рахиль уже не видит в этом проявления особой привязанности. Но сейчас она понимает, как много любви он вкладывает в свой поцелуй. И ей почему-то не хочется поскорее выбросить это из головы. Она опускается на колени перед ним и заключает его в объятия. Алекса пробирает дрожь, однако сопротивляться он не намерен. Ему приятно и страшно одновременно, ведь если он будет немного решительнее, то сможет поцеловать пухлые губки Рахили... Но Алекс ничего не предпринимает. Он просто сидит рядом, и его ладони покоятся на спине любимой девушки. А Рахиль не станет целовать его первой. Ей хочется это сделать, но она глубоко уверена, что это принесет лишь проблемы. У нее точно не получится выдержать чужие насмешки. Пусть все остается так, как есть. Им хорошо друг с другом, пока они не переступают заветную границу...

И лишь утром Рахиль вспоминает слова матери, произнесенные лет пять назад. "Не надо с ним дружить, - умоляла Любовь. - Он так легко может избить постороннего человека в порыве ярости... Думаешь, он никогда не поднимет руку на тебя?"


Рахиль всегда верила, что Алекс не опасен для нее, даже если она будет бесцеремонно его оскорблять. Но Клара теперь знала, что никак не защищена от гнева этого человека.


## Глава 26.


Максимилиан вернулся в коридор перед кабинетом Императора, временно ставший центром событий мировой важности. Слуги Талврина не спешили уходить, хотя на их лицах отражалось замешательство. Лео все так же легко держал оборону, и вызволить Его Величество из-под этого невидимого колпака было невозможно. Агата даже перестала целиться бывшего жениха - он все равно не был настолько глуп, чтобы пытаться убежать. Она лишь поигрывала оружием, чтобы Талврин не забыл о своем положении заложника.

Что касается Ильи, то он уже очнулся и сидел на полу по-турецки, с улыбкой наблюдая за быстрой сменой выражений лица Императора.

-Вот и ты, - констатировал Талврин, с презрением глядя на вернувшегося Максимилиана. Презирать этого человека - единственное, что ему теперь оставалось. Он понимал, что бой проигран, хотя и не верил в это до конца. Ведь целую тысячу лет никто не мог лишить его могущества, а теперь какая-то заурядная девчонка в одно мгновение положила конец всему.

-Выпусти его, - попросил Максимилиан, обращаясь к Лео. - Мне нужно поговорить с этим павлином с глазу на глаз.

Лео кивнул и опустил руку. По невидимой стене, словно по воде в ветреную погоду, прошла заметная рябь, которая вскоре исчезла.

Препятствия больше не было, однако слуги Императора оставались сторонними наблюдателями. Они даже не открыли огонь, к чему сразу приготовился Лео.

-Ты нашел Клару? - спросил Талврин, уже зная ответ.

Максимилиан вытянул вперед руку и разжал кулак. На его ладони сверкнуло чудесными камнями ожерелье. В ту же секунду из-за угла показался Альфред и, широко улыбнувшись, жестом поприветствовал бывшего господина. Талврин зарычал и, не обращая внимания на опасность, бросился к Максимилиану. Он был уверен, что сейчас вспыхнет, как спичка, или будет отброшен в другой конец коридора. Но ничего этого не произошло. Максимилиан встретил его вполне нормальным человеческим скручиванием рук за спиной.

-Я не хотел брать Силу до того, как разделаюсь с тобой, но так вышло, - спокойно сообщил он. Император громко пыхтел, стараясь вырваться: без своих удивительных способностей он был намного слабее Максимилиана. А подчиненные не спешили ему на помощь, интуитивно догадавшись, что выступать против победителя чревато какими-то страшными последствиями. Они не были лично преданы своему повелителю всей душой, а лишь преклонялись перед его могуществом. Теперь, жалкий и поверженный, он не вызывал у них прежнего восхищения. Жертвовать ради него жизнью не собирался никто. Многие из них даже попятились, когда Альфред с почти доброжелательным видом пошел в их сторону. Они знали, что это существо может одним прикосновением отбирать жизни, и желали оставаться на безопасном расстоянии от него.

-Почему не хотел? - удивился Илья.

-Потому что гораздо интереснее сражаться, когда ни у одного противника нет особых преимуществ. Или я не прав? - Максимилиан отпустил Императора, но лишь затем, чтобы с вальяжным видом сломать ему нос. Талврин с громким стоном упал на ковер. Он совсем не умел драться. Когда-то, еще до кражи драгоценностей своего господина, ему нередко доставалось от других слуг. И женская половина челяди его за это недолюбливала. Что же за мужчина, которого так легко уложить на обе лопатки? За это Талврин с самого детства ненавидел прекрасный пол и мечтал, что однажды заставит всех уважать себя. Но годы шли, а чуда не происходило. Когда он женился (в преклонном по тем временам возрасте), его поколачивала даже супруга - дородная рыжая крестьянка. Соседи об этом знали и поднимали забитого муженька на смех при каждом удобном случае. Талврин с грустью смотрел на двоих маленьких сыновей и представлял, что лет через десять они тоже смогут вить из отца веревки... Все изменилось с тех пор, как Талврин решился на кражу. Он думал продать драгоценности богатого землевладельца - а вышло так, что тысячу лет берег пять из них, как зеницу ока. За это время он отвык от позорных поражений, с которыми так часто сталкивался, будучи обычным бедняком из Уэльса. Но теперь все возвращалось на свои места. Кровь не останавливалась, боль не утихала, страх не отпускал. А какой-то самодовольный наглец явно без особых усилий выбивал из него дух.

-Я думал, что будет веселее, - разочарованно протянул Максимилиан, хватая Талврина за шиворот и заставляя его подняться. После трех ударов ногой в живот это оказалось не так-то просто.

-Максимилиан, разве тебе никогда не говорили, что лежачего не бьют? - нахмурилась Агата.

Талврин посмотрел на нее с непередаваемым отвращением. Не зря в любой сложной ситуации говорят: ищите женщину. Они, эти прекрасные обманщицы, вечный корень зла. И чем обольстительнее женщина, тем ужаснее зло, причиной которого она становится.

-Говорили, - ответил Максимилиан, нанося Талврину удар в челюсть. Император снова грохнулся на пол. Теперь он уже не стонал, а скулил. - Но он сам не без удовольствия надавал мне пинков всего несколько часов назад. Так что заслужил. Не спорь.

-Что ж, ты прав. - Она вздохнула и строго посмотрела на толпу зрителей, которые уже не размышляли, бросаться в бой или нет. - А вы, молодые люди! Почему вы застыли, как истуканы? Сейчас хороший момент для того, чтобы решить, кого поддерживать. Можно поддержать победителя. Это будет разумно. А можно проявить чудеса верности и снискать себе славу благородных идиотов, поддержав свергнутого тирана.

-Меня еще... не свергли, - с трудом произнес Талврин, делая неудачную попытку самостоятельно подняться с пола. Максимилиан присел рядом с ним на корточки и несколько раз укоризненно цокнул языком.

-Не свергли? Ну, так это - лишь дело времени. Илья, - он обратился к Стражу, который все еще не рисковал принимать вертикальное положение. - Пусть Кира дает сигнал.

-Есть, - улыбнулся Илья. - Уже передал ей.


Клара сидела на диване рядом с Марком и вспоминала далекое прошлое, когда в гостиную влетела Кира. Это оторвало девушку от печальных размышлений и вернуло к реальности. Какая там ревность Марка, если совсем рядом творится история! Клара вскочила с дивана и побежала навстречу Кире. Сестры обнялись, обе счастливые оттого, что видят друг друга целыми и невредимыми.

-Пострадал, дурилка? - спросила Кира, увидев Марка. - А я ж тебе говорила, чтоб не совал свой нос в наши дела...

Кира хотела продолжать, но неожиданно замолчала. Клару насторожило ее сосредоточенное выражение лица.

-Что-то не так? - спросила она.

-Наоборот, все так, как надо! Кажется, Талврин все-таки накрылся медным тазом!

С этими словами Кира подлетела к окну, распахнула его и, подняв обе руки вверх, послала в небеса сверкающий золотистый шар. Клара, наблюдавшая за ее действиями, не сдержала улыбки.

-Какая красота, - восторженно произнесла она.

-Не думай, что это просто предмет декора, - нравоучительным тоном заметила Кира. - Такого в моем арсенале нет, только все самое полезное. Вот эта штука, по идее, должна отпугивать темные сущности-шпионы в радиусе... В каком-то радиусе. Беда в том, что она очень заметная, и если заставить ее парить над моей головой по городу, я привлеку внимание всех прохожих. Которые запомнят меня лучше любой темной сущности и доложат кому надо.

Золотистый шар завис прямо над дворцом Его Величества, заставив темные сущности пуститься в бегство. Но это было не самое главное, что произошло из-за его появления. Как только яркое подобие солнца поднялось над городом, мучительное ожидание тысяч революционеров подошло к концу. И они высыпали из своих укрытий, чтобы в первую очередь напасть на учреждения государственной власти. Эти люди принялись громить полицейские участки, суды, дома приближенных Императора. То же самое началось еще в шестидесяти городах мира, куда известие о свершившемся перевороте было передано за считанные секунды. Революционеры в других странах уже были наслышаны об Избранной, способной наконец освободить мир от тирана. Получив сигнал к наступлению, они поняли, что гнев Талврина им больше не страшен. Теперь осталось лишь расправиться с его армией, готовой дезертировать, и полицией, более верной, но не столь многочисленной...


Через три часа дворец стал резиденцией организаторов кровавой неразберихи, которые не спешили представать перед народом. Точнее, не спешил Максимилиан, хотя Кира убеждала его в необходимости как можно скорее показать себя людям.

-Они должны увидеть истекающего кровью, побитого Талврина, и тебя, с его способностями! - кричала она. Вся компания занимала одну из немногих комнат без окон - столовую на третьем этаже, которой пользовались крайне редко. Максимилиан сидел во главе стола, задумчиво потирая двумя пальцами правый висок, и почти не реагировал на громогласные рассуждения Киры. Альфред стоял за его спиной, скрестив руки на груди. Агата ходила по комнате взад-вперед и при этом ухитрялась выглядеть спокойной, как каменное изваяние. Лео сидел справа от Максимилиана, сложив руки на коленях, и, по своему обыкновению, безуспешно делал вид, что понимает русский язык. Илья наблюдал за Максимилианом, очевидно, оценивая каждое его слово и действие с точки зрения бывалого повелителя. А Клара сидела рядом с Марком и старалась сосредоточиться именно на своем соседе. Ничего не получалось. Ее взгляд был прикован к Максимилиану, который казался во много раз умнее, сильнее, величественнее Марка. "Разве я - одна из тех глупых девчонок, что ведутся на статус победителя? - возмущенно спрашивала себя Клара. - Не может этого быть! Мне важна душа человека. И еще неизвестно, есть ли она у искусственно созданных людей."

Но следовало признать, что Максимилиан никогда не производил впечатления искусственного создания. В нем было так много человеческого, что для Клары его лабораторное происхождение было пустыми словами. Все хорошее, доброе, странное, порочное, гадкое - все, что в нем было, казалось исключительно естественным. И это завораживало, манило, ослепляло. Максимилиан был удивительной, яркой личностью, но даже самые поразительные его качества она легко могла объяснить и встретить в характерах других людей, может быть, правда, не в таком ошеломляющем сочетании. Разве искусственные создания не должны быть простыми, чтобы наиболее эффективно выполнять возложенные на них задачи? Функцией Максимилиана была война, он сам говорил об этом. Но в нем было так много черт, не подходящих идеальному солдату! Так много противоречий! Он тяготился своей вечной жизнью и не отказывался от ее наслаждений, он умел влюблять в себя самых разных женщин и едва ли мог полюбить сам, он привык властвовать над бескрайними пространствами и бесчисленными существами, но без труда разыгрывал преданного раба... Разве мог столь сложный человек оказаться изобретением ученого, пусть и гениального? Клару не сразу удалось в это поверить. Встречаясь с Максимилианом, она даже придумала для себя альтернативную теорию его происхождения. Максимилиан был обычным человеком, над которым Александр Моретти ставил эксперименты. В результате его кропотливой работы подопытный превратился в живое оружие. Из-за этого он забыл историю собственной жизни и настоящее имя, начав пользоваться тем, которое дал ему Александр Моретти. Это был очень приятный для Клары вариант. Однако Марк поставил на нем крест, рассказав, что создал Максимилиана полностью, вырастив в лаборатории. Клара надеялась, что это поможет ей презирать подлеца, но ошиблась. Она продолжала любить его. Даже осознавая, что он не был рожден, как все нормальные люди, не ходил в школу, не ругался с родителями из-за музыкальных пристрастий, не дрался с хулиганами, не замирал перед первым поцелуем с одноклассницей, не попадал на пересдачу в институте... "Пусть он и ненастоящий, - признавала Клара, - зато он особенный. Алекс постарался на славу, разрабатывая его характер."

-Подождем телевидения, - ответил Максимилиан, хмурясь. Клара не услышала его слов из-за размышлений о преимуществах искусственных людей, но кивнула. Ей не хотелось показывать, что она отвлекается от столь серьезных проблем на разбор собственных чувств. - Все должны увидеть, что Талврин уже совсем не смахивает на великого правителя.

-Уверена, телевидение уже на месте! - воскликнула Кира, ударив кулаком по столу.

-Наверняка, - согласился Максимилиан. - Но лучше все-таки выдержать паузу. Для более эффектного появления. Народ должен немного помучиться в неизвестности.

-Они и так мучаются! Перед дворцом - толпа, которая не берет его приступом только потому, что ты окружил его стеной огня!

-А это красиво смотрится, ты не находишь?

Кира запыхтела и составила Агате компанию в курсировании по столовой.

Марк сжал руку Клары, пытаясь таким образом обратить на себя ее внимание. Девушка с чувством стыда оторвалась от разглядывания лица Максимилиана, который, к счастью, смотрел совсем в другую сторону.

-Что такое? - спросила Клара шепотом.

-Просто хочу, чтобы ты иногда оборачивалась ко мне, - ласково ответил Марк.

Щеки Клары залила краска. Попробуй не ревновать ее, бессовестную, когда она любуется Максимилианом и даже скрыть это не в состоянии!

-Кстати, я думаю, что тебе надо переодеться, - заметила Агата, остановившись. Кира ее примеру не последовала и на всех парах пронеслась мимо застывшей блондинки.

-Мне? - Максимилиан указал на себя.

-Ну не мне же. Кто победитель? Ты. А как выглядишь? Как проигравший!

Максимилиан опустил взгляд на свой костюм. Рубашка, жилетка, брюки - все было пропитано засохшей кровью. Пиджак, висевший на спинке стула, смотрелся не лучше.

-Я выгляжу, как победитель, которому его победа досталась с большим трудом, - возразил Максимилиан. По его тону Клара поняла, что он шутит. Шутит с Агатой. А Агата, в свою очередь, общается с ним, как с близким мужчиной. "Милый, ну где ты достал эту футболку, она же линялая и мятая... Дай хоть выглажу ее, а то стыдно в таком виде собаку выгуливать!" Практически семейная сцена! "Чтобы не думать о нем, - сказала себе Клара, - я должна вспоминать об их отношениях. Это средство - посильнее искусственного происхождения!"

-Ты считаешь, что народ проникнется к тебе большим уважением, если ты предстанешь перед ним в драной и перепачканной одежде?

Агата улыбалась. Клара чувствовала себя неловко, а ее сердце сдавливала боль.

-Твоя взяла. - Максимилиан вышел из-за стола. - Пойду рыться в тряпках Талврина. Надеюсь, его брюки не будут мне слишком коротки.

-Здесь не только его одежда, - сказала Агата, хватая Максимилиана под руку. - Я мигом найду что-то подходящее.

И они оставили товарищей по государственному перевороту. Клара призвала на помощь всю свою выдержку, чтобы сохранять непринужденное выражение лица. Агата сейчас поможет ему переодеться! И он наверняка не попросит ее выйти за дверь, потому что никакого понятия о стыде у него нет! Да и чего стыдиться, когда они уже видели друг друга обнаженными... Страшно подумать, сколько раз это происходило...

-Ты о чем-то задумалась? - спросил Марк, с нежностью проводя пальцами по Клариным волосам.

-Ни о чем, - быстро ответила девушка. - Ну, может быть, только о том, как странно все сложилось. Я, бедная девчонка из простой семьи, положила конец тысячелетнему могуществу Талврина... Тут есть чем гордиться, правда?

Сейчас, из-за мыслей о близких отношениях Максимилиана и Агаты, Кларе казалось, что гордиться ей нечем. Она была далека от такого, и впервые за долгое время думала, что это недостаток. Ей очень хотелось, чтобы Марк похвалил ее. И он оправдал самые смелые ожидания.

-Не просто гордиться, солнце мое. Это достойно восхищения. И для меня огромная честь - любить такое удивительное и великое создание, как ты.

Марк взял правую руку Клары в свою и поднес ее к губам. Он сделал это красиво, будто герой романтического фильма. Клара смутно понимала, что этот жест очень сильно изменился с прошлой жизни, но ее измученное за вечер сознание отказывалось давать четкие определения. А дело было в том, что Марк не ставил себя ниже Клары. Целуя руки Рахили, Алекс выражал покорность. Теперь это исчезло. Марк делал это как пылкий любовник с устаревшими представлениями о ласках, а не как преданный слуга.


Максимилиан довольно быстро отыскал подходящий ему по размеру костюм. Правда, рыться в шкафах Императора он не стал, а вместо этого спустился в темницу, куда согнал всю охрану дворца, выбрал мужчину нужного телосложения и потребовал его одежду.

-Хотел добавить еще про мотоцикл, - признался он Агате, - но тут никто не оценил бы эту шутку.

Одевшись, Максимилиан вернулся на первый этаж. Там, на кухне, был заперт Талврин. Время, проведенное в заточении, стало для него самым мучительным за много веков. Он понимал, что его ждет неминуемая смерть, и решил избежать позорной казни с помощью суицида. Но, бродя по кухне и разглядывая половники-сковордки-ножи, он осознавал, что не сумеет сделать роковой шаг в бездну. Если бы Талврин принадлежал к числу аристократов, он, вероятно, и применил бы какой-нибудь столовый прибор не по назначению. Однако его никогда не учили ценить честь до абсурда высоко, зато жизнь была ему очень дорога. Поэтому даже сейчас он лелеял призрачную надежду на спасение. Ведь у него были верные сторонники, никогда не сомневавшиеся в его мудрости и справедливости. Они не могли все разом переметнуться на сторону повстанцев. Значит, была вероятность, что они заступятся за обожаемого повелителя! Впрочем, из собственного опыта Талврин знал, как мало шансов на победу у целой армии, выступившей против обладателя силы камней. Однако Максимилиан мог еще заменить казнь на тюремное заключение. Да, конечно! Ведь ему нужно было противопоставить себя кровавому диктатору, который не дрогнув уничтожал целые города. Лучший способ доказать свое превосходство над ним - это проявить милосердие, уважение к правам человека или каким-то другим модным понятиям современности. Объявив себя новым Императором, Максимилиан обязан был судить предыдущего и приговорить его к пожизненной каторге... Думая так, Талврин бросал уже стиснутый в руке нож и продолжал бродить по кухне. Но потом вспоминал, что при узурпации власти логичнее избавиться от прежнего правителя, чтобы не давать его сторонникам надежду на возвращение старого режима. "Стало быть, убьет на месте, как только откроет дверь! Или сожжет заживо при толпе народа!" - говорил себе Талврин. И все начиналось заново...

Когда Максимилиан вошел на кухню, Талврин в очередной раз всей душой надеялся на спасение. Заметив раба-предателя, он замер и постарался испепелить его гневным взглядом. На Максимилиана это произвело неожиданное впечатление - он весело рассмеялся и даже захлопал в ладоши.

-Вот это моська, Ваше Величество!

-Он такие по десять раз в день строит, - скучающе отозвалась Агата, которая тоже появилась на пороге кухни.

-Вы собираетесь убить меня, да? - как можно более невозмутимо произнес Талврин. Но при этом, сам того не замечая, попятился.

-Нет, - ответил Максимилиан будничным тоном, как будто речь шла вовсе не о жизни человека. - Я не буду тебя убивать. Зачем?

У Талврина сразу стало легче на душе. Он был прав! Максимилиан оказался достаточно глуп, чтобы ради хорошей репутации сохранить жизнь свергнутому тирану!

-Не будешь? - удивилась Агата. - Но ведь...

Максимилиан поднес палец к губам и лукаво улыбнулся ей.

-Не спорь со старшими. Я убивать Талврина не собираюсь.

Император был так счастлив услышать о своем помиловании, что даже не обратил внимания на то, как Максимилиан выделил местоимение "я". Агата же обо всем догадалась и понимающе кивнула.

-На выход, дорогой, - с издевкой произнесла она, обращаясь к Талврину. Тот не двинулся с места, и Максимилиан, быстро подойдя к нему, схватил его за воротник рубашки. Талврин, еще не окончательно отвыкший от своей всесильности, попробовал оттолкнуть Максимилиана. И за это получил резкий удар по лицу, в результате которого потерял два верхних передних зуба.

-Не надо выпендриваться, Ваше Величество, - спокойно попросил Максимилиан, снова хватая ноющего Императора за воротник и заставляя его подняться на ноги. - Вы не в том положении, чтобы это делать.

И он потащил Императора за собой. Талврин, спотыкавшийся едва ли не на каждом шагу, представлял собой невероятно жалкое зрелище. В таком виде он, появившись перед народом, рассеял бы остатки сомнений в своей вновь обретенной слабости.


Клара была шокирована, когда Максимилиан привел Талврина к своим товарищам в столовую. Поразительным было не столько то, каким предстал перед ней Император, сколько мощь, исходившая от Максимилиана. Это была не та сила безнаказанности, которую прежде излучал Талврин. Это была уверенность человека, закаленного в жестоких боях и одержавшего много трудных побед. Неожиданно для себя самой Клара сравнила Максимилиана с еще одним известным ей полководцем - Аргусом. "Наверное, - вдруг подумала она, - Аргус был так же спокоен и прекрасен, обрекая на гибель предводителей вражеских войск... Стоп, как это "прекрасен"? - Она с трудом удержалась от того, чтобы дать себе затрещину. - Опять я восхищаюсь им! Пора прекращать это неблагодарное занятие!"

-Пойдем, - сказал Максимилиан, устремляя глубокий взгляд на Клару. Девушка хотела посмотреть куда-нибудь мимо его темных, словно пропасть, глаз, но заставила себя выдержать эту зрительную встречу. У нее получилось, хотя сердце замерло на несколько долгих мгновений. - Ты должна выйти вместе с нами. Слух об Избранной облетел всю планету, и народ хочет тебя видеть.

Клара бы предпочла, чтобы кто-то другой - например, Агата - выдал себя за нее. Но все Логово уже знало, как она выглядит, и появление самозванки создало бы ненужные проблемы. Приходилось смириться с окончанием жизни простой обывательницы. "Сторонники Талврина будут меня преследовать, достанут из-под земли, жестоко убьют и закопают в неизвестном месте, не оставив там опознавательных знаков," - грустно заключила девушка. Но вслух твердо сказала:

-Конечно. Я иду.

-Не бойся, - улыбнулась ей Кира. - Когда все закончится, мы свалим вон к нему. Я уже договорилась. - И она указала на Лео, который, не понимая ее слов, нахмурился. Впрочем, если бы он знал русский язык, его спокойствие было бы нарушено еще сильнее: он понятия не имел, что пригласил сестер Лазаревых в гости.

Клара поблагодарила Лео и отправилась вслед за Максимилианом, который тащил слабо упирающегося Талврина. Она не видела, каким странным взглядом провожал ее Марк. И это было к лучшему, иначе бы ее бросило в дрожь от его холодной сосредоточенности. А дрожащая Избранная - это, определенно, плохой символ революции.


Максимилиан вывел Талврина на большой балкон второго этажа, с белоснежными колоннами и причудливой мозаикой на полу. Талврин изредка использовал его, чтобы поприветствовать народ, так как между этой частью дворца и площадью была лишь узкая полоска сада с искусственным прудом. Сейчас сразу за прудом стояла высокая огненная стена, которую не могли уничтожить ни вода, ни песок. Но как только Максимилиан вышел на балкон, в этой стене словно открылись врата, образовав достаточно широкое безопасное пространство. В образовавшийся проход хлынули горожане, которые уже не первый час ожидали на площади и даже в саду. Несколько офицеров армии хотели спасти Его Величество и выстрелили в человека, державшего его за шиворот. Пули застыли в воздухе. Максимилиан взял одну из них, посмотрел с наигранным интересом и швырнул на вечнозеленый газон. Все, кто бросились на осаду дворца, замерли. Теперь они начинали верить слухам о том, что Талврин не просто потерял свою силу, но проиграл ее кому-то другому.

Вперед выступили несколько вооруженных революционеров. Подняв винтовки, они прицелились в замедлившийся людской поток.

-Вы хоть знаете, кого собираетесь спасать? - крикнула одна из них. Это была Жанна. Несмотря на то, что ее основным занятием была магия, она не брезговала и огнестрельным оружием. - Знаете о преступлениях этого человека?

-Если попробуете его спасти, мы будем стрелять, - предупредил товарищ Жанны.

Кто-то из полицейских открыл огонь по революционерам, но все пули снова застыли на полпути и лениво шлепнулись в траву.

-Они под моей защитой, - заявил Максимилиан. Его голос прозвучал громко и на удивление ясно, но при этом не крикливо. Толпа стала шуметь в два раза тише. - А я, - он чуть заметно улыбнулся, - теперь обладаю той силой, что еще несколько часов назад принадлежала Талврину.

В доказательство своих слов Максимилиан выставил вперед руку, и прямо над его ладонью вспыхнуло яркое пламя. Теперь ни у кого не оставалось сомнений в том, что огненная стена и застывающие в воздухе пули - его работа. Но Максимилиан не остановился на достигнутом и отшвырнул подальше два военных вертолета, которые зависли над дворцом.

-Это сделала Избранная! - заорали в толпе. - Вон та девушка передала ему силу Талврина!

Клара стояла не впереди, а у самой двери в комнату. Тем не менее, свет полыхающего повсюду огня не оставлял на балконе по-настоящему темного пространства. Как только раздалось слово "девушка", все взоры устремились на затаившуюся Клару. В самом деле, перепутать ее с кем-то другим было сложно: на балконе находились только две женщины, и одну из них большинство москвичей знали по имени.

Клара выступила вперед. Она не знала, что делать или говорить, а пристальное внимание такого количества людей вообще путало все ее мысли. Но Талврин сам сделал самое главное - подтвердил ее причастность к случившемуся:

-Ах ты сволочь! - истошно завопил он по-английски, извиваясь и почти выскальзывая из захваченной Максимилианом рубашки. - Если бы я знал, что все так обернется, я бы сразу убил тебя!

Не все понимали английский, но некоторые люди услужливо перевели крик души Его Величества.

-Убил бы? - переспросил Максимилиан по-русски. Его голос прокатился над толпой, как раскат грома. - О да, это на тебя похоже. Человеческая жизнь для тебя ничего не значит. Ты ведь только недавно сжег целый город в Южной Америке за то, что он решил избавиться от твоей власти! Сколько миллионов человек погибло в том аду? Девять, десять?

По толпе пронесся ропот, похожий на следующий за громом ливень. Многие слышали о том, что в Южной Америке образовалось самостоятельное государство, которое оказалось нежизнеспособно; его столица погибла по вине отчаявшегося президента-пироманьяка. Однако вполголоса передавались и другие предположения. Их суть мало чем отличалась от обвинения, высказанного Максимилианом на балконе дворца.

Агата немедленно перевела бывшему жениху слова победителя. Талврин разразился истеричным смехом.

-И вы думаете, что этот человек будет обращаться с вами по-другому! - воскликнул он. - Идиоты! Любой правитель должен быть жестким, иначе он потеряет все свои владения! Этот человек будет точно так же сжигать города, если их жители захотят независимости! Но я любил свой народ и всегда давал ему шанс одуматься, а он станет без колебаний уничтожать каждого, кто посмеет нелестно о нем отозваться!

Агата быстро перевела тираду Талврина. Клара отметила про себя, что ее голос звучит почти так же внушительно, как голос Максимилиана.

Толпа снова загудела. Кто-то кричал, что не хочет нового и не пойми откуда взявшегося тирана. Кто-то требовал немедленной казни убийцы. Кто-то просто выражал свое удивление по поводу того, что Талврин мог так жестоко поступить с повстанцами.

-Я буду уничтожать? - со смехом повторил Максимилиан и, ударив Талврина кулаком в живот, схватил его за достаточно длинные для этого волосы. - Ты, наверное, считаешь, что я займу твое место? Ошибаешься. Я уйду из этого мира, и никто здесь больше обо мне не услышит. Эти люди сами решат, как они будут жить и кто ими будет править.

Толпа притихла. Видя стену огня и окровавленного Талврина, все думали, что одного Императора теперь просто сменит другой, что придется подстраиваться под его требования и прихоти. Но тот, кто забрал Силу, отказывался от трона. Выходило, что отныне людей не ждали ни постоянная слежка, ни наказания за инакомыслие, ни жесткая политическая цензура? Больше не нужно было воспевать Императора, платить ему огромные налоги, передавать большую часть своего наследства? И теперь развитие отдельных частей планеты могло не зависеть от пристрастий Императора, который, к примеру, топил всю Азию в нищете, помогая процветать любимой Европе?

-Я даже тебя не буду убивать, - сказал Максимилиан, обращаясь скорее к народу, чем к самому Талврину. - Пускай твои подданные решают, что с тобой делать.

С этими словами Максимилиан вышвырнул Талврина с балкона, легко перекинув его через ограждение. Талврин упал на газон за спинами вооруженных революционеров. Они расступились, подпуская к нему людей. В то же время исчезла и огненная стена, окружавшая дворец. Клара в ужасе подалась вперед, когда, обгоняя верных подданных, к Талврину бросились вооруженные чем попало ненавистники. Максимилиан схватил ее за руку и, ничего не говоря, увел в комнату. Это была музыкальная гостиная, где красовались прекрасные инструменты и несколько рядов удобных кресел для зрителей.

-Они же растерзают его! - закричала Клара, пытаясь вырваться. Она не знала, зачем хочет вернуться на балкон. Но мысль о том, что где-то рядом убивают человека, мешала ей спокойно оставаться в стороне.

-Если растерзают - значит, он это заслужил, - сказал Максимилиан. - Разве нет? Ты ведь уже наслышана обо всех его преступлениях, которые он так старался скрыть. - Клара продолжала в панике тянуться к балкону, и Максимилиан прижал ее к своей груди. - Сто миллионов убитых. Только подумай, Клара. Сто миллионов. И это - минимум, самые осторожные оценки. Ты ведь тоже это читала? - Клара читала и даже слышала еще более внушительные цифры, но ничего не могла ответить. Из-за открытой двери на балкон раздавалась жуткая смесь голосов, и девушке казалось, что она ясно различает предсмертные крики Талврина и всех, кто осмелился за него заступиться. - Теперь он больше никого не убьет, не бросит за решетку... Кстати, скоро будут выпущены все политические заключенные. Как думаешь, сколько их будет? Если свободу наконец увидят несколько миллионов человек, твоя совесть успокоится?

Клара зажмурилась и закрыла уши ладонями. Максимилиан продолжал сжимать ее в своих объятиях.

-Уходим отсюда, - сказала Агата, трогая Максимилиана за плечо. - С минуты на минуту они все-таки осадят дворец и постараются, чтобы от него камня на камне не осталось.

-Ты права, - согласился Максимилиан и решительным шагом покинул гостиную, все еще обнимая Клару за плечи.


## Глава 27.


Революционеры во всех уголках планеты образовали свои временные правительства, которым следовало решить будущее подведомственных территорий. Благодаря наличию административного деления планеты на подобие "стран", вопрос о границах государств оказался не самым острым. Куда больше споров вызывала форма правления, потому что последние триста лет мир знал только абсолютную монархию, а все научные работы о других видах политического устройства попадали в категорию запрещенной литературы. Из-за этого Максимилиан, хоть и не афишируя свое участие в такой работе, помогал временным правительствам советами. Агата везде сопровождала его, как прежде всюду следовала за Талврином. Клара не видела их обоих с того момента, как, через сутки после гибели Талврина, Жанна освободила виновников этой гибели от колдовской клятвы. А с тех пор прошло почти полтора месяца.

Гражданская война как таковая, к удивлению всех участников переворота, не началась. Большинство из тех, кого Талврин самонадеянно считал своими сторонниками, были просто безразличны к государственному строю. Но у таких людей зачастую были пропавшие без вести знакомые или родственники. Когда же те, изможденные, вернулись из мест заключения и поведали о своей тяжелой судьбе, Талврин из вполне терпимого правителя превратился в чудовище, которому "так и надо". Еще более кардинально поменялось мнение тех, чьи близкие наконец были признаны казненными за свои политические взгляды, по ложному доносу или из-за личной неприязни Императора. Кроме того, голодающим регионам немедленно была оказана весьма ощутимая помощь. Так число тех, кто мог бы сожалеть о Талврине, уменьшилось еще вдвое.

Тем не менее, почти по всей планете царил тотальный бардак. И Клара ощутила это на себе, потому что Избранная стала предметом охоты. Кто-то хотел убить ее за свержение привычного тирана и разрушение устоев, а кто-то - одарить своей пламенной любовью. И тех, и других Клара боялась, а потому из дома одна не выходила. Чаще всего ее спутником был Марк, который, как ей казалось, мало походил на охрану. Правда, однажды ему выпал шанс доказать, что и он может постоять за Принцессу не хуже Адли или Камари. Когда Марк и Клара прогуливались по заснеженному скверу, их заметили двое головорезов из числа тех, кто уже скучал по временам Империи. Они узнали Клару по единственной четкой фотографии, выложенной в интернете. Несмотря на то, что был полдень, эти парни бросились к ней с намерением отомстить за Его Величество. Но Марк поколотил обоих с той же легкостью, с какой полшколы некогда поколачивало Илью. Теперь Клара могла быть спокойна. Это против Максимилиана Марк не мог выстоять и минуты. Обычных же людей он играючи укладывал на обе лопатки.


Все эти полтора месяца Марк отчаянно старался загладить свою вину перед Кларой. Конечно, потрясающих романтических свиданий в условиях повсеместного беспорядка он устраивать не мог. Но это не стало для него препятствием. Марк ухитрялся даже из времяпрепровождения в четырех стенах делать нечто особенное. Он пел под гитару, читал стихи собственного сочинения, в которых превозносились внутренние качества Клары... и Рахили.

-А вот это стихотворение я написал, когда мне было девятнадцать, - сказал он, в очередной раз сидя у Клары в спальне. Клара без колебания пускала его в эту комнату, потому что Марк все еще не переходил границ дозволенного. Поэтому, сидя с ним рядом на своей кровати, она не опасалась, что Марк неожиданно сорвет с нее одежду. "Ведь у нас у обоих нет никакого опыта, - объясняла себе Клара целомудренность их свиданий. - Он же сам говорит, что был мне всегда верен. Этак мы еще не скоро дойдем до постели... Тем лучше. Не уверена, что мне сейчас это нужно." Она не хотела думать о том, что с Максимилианом забывала о своей хваленой скромности и готова была поддаться искушению. Которого, кстати, в присутствии Марка и вовсе не бывало.

-В девятнадцать? - переспросила Клара, нахмурившись. - То есть будучи...

-...Алексом Моретти, - с улыбкой закончил Марк. - Строго говоря, я и сейчас Алекс Моретти.

-Разумеется, - ответила Клара, немного покраснев. С недавнего времени она стала замечать, что подсознательно отделяет Алекса из прошлой жизни от того, с которым встречается теперь. Это было естественно: он прожил много лет, о которых она почти ничего не знала, изменился. Но ей почему-то казалось, что Алекс просто не оправдал ее надежд, не смог соответствовать идеалу из воспоминаний. И это лишь усиливало ее чувство вины перед ним. Чего она ждала? Что все будет, как в сказке? Она полюбила его уродливым бедняком, а счастлива будет с прекрасным принцем? До чего же она глупа и наивна! Вот Марк повел себя куда достойнее, хотя у него были веские причины разочароваться. Ведь его сексапильная красавица превратилась в заурядную скромницу...

-Тебе понравилось? - спросил Марк, возвращая Клару к мыслям о стихотворении. Оно, как и остальные его произведения, ей не понравилось. И от этого девушке было очень стыдно. Стих посвящался ей, в нем умело описывались чувства безнадежно влюбленного юноши. А она позволяла себе думать, что в нем слишком много самоуничижения. Гадкого, вызывающего отвращение. И оно казалось тем более отталкивающим, что передавалось через великолепные громоздкие метафоры. Кларе было противно и больно думать, что по ночам Алекс с каким-то мазохистским удовольствием красочно описывал свои страдания.

-Мне очень понравилось, - солгала она, не заметив, как увлажнились ее глаза. Это были готовые пролиться слезы жалости.

-Ты плачешь? - встрепенулся Марк.

Клара моргнула, и с ресниц действительно сорвались слезинки. Клара подняла руку, чтобы вытереть их, но Марк опередил ее, осушив эти слезы нежными поцелуями.

-Мне просто немного грустно, - сказала она, тронутая его поступком. - Грустно оттого, что мы могли бы быть счастливы еще в прошлой жизни. И нам не понадобилась бы эта.

-А я ни о чем не жалею, - проникновенным полушепотом ответил Марк. - Ты все равно родилась бы снова. Но если бы не прошлые несчастья, толкнувшие меня на отчаянный шаг, в этот раз ты осталась бы без меня. А я счастлив, что смог быть рядом с тобой в двух жизнях подряд. Ведь ты тоже счастлива, что мы снова вместе, правда?

Клара, ничего не говоря, поцеловала Марка в губы. Как она могла сказать, что предпочитала ему уродливого парнишку из снов, от которого его отличало что-то неуловимое, но бесконечно важное? И, главное, что им обоим она предпочитала наглого клона с завораживающей демонической красотой и невероятно сложным характером?


Марк, как и следовало ожидать, не спешил знакомить избранницу со своими родителями. В супругах Турьевых он просто не видел своих ближайших родственников. Кроме того, как догадывалась Клара, Марк вообще не испытывал потребности приводить любимую в отчий дом - насколько она помнила, отношения Алекса с матерью всегда были очень далеки от идеальных. Однако Марфа и Матвей сами вышли на Кларин след. Они стали замечать, что их сын часто и подолгу отсутствует дома в нерабочее время, а возвращаясь, отказывается давать вразумительные объяснения. Он, с их точки зрения, вообще изменился до неузнаваемости. Такое на их памяти происходило лишь однажды, когда Марк влюбился.

-Наверное, он с девушкой гуляет, - замогильным голосом произнесла как-то вечером Марфа.

Матвей нахмурился, встал из-за обеденного стола и прошелся по маленькой кухне, глядя себе под ноги.

-Наверное, ты права.

Марфа всплеснула руками и стала охать. Матвей вернулся за стол и принялся сосредоточенно потягивать сладкий чай.

-Но ведь этого следовало ожидать... - пробормотала Марфа, наохавшись вдоволь. - Он уже большой мальчик...

-Надо узнать, что это за девица такая, - заключил Матвей. - Если она хорошая, добрая, скромная - почему бы и не дать им свое благословение? Но только чтоб обязательно женились. А не развратничали почем зря. Сейчас девушки знаешь какие? Молодым людям их даже уговаривать не нужно - сами на шею вешаются, на все готовые.

-Кошмар, кошмар! - запричитала Марфа, качая головой. - Что же это за времена такие! Ты прав, надо срочно выяснить, кто она такая! И поговорить с ней с глазу на глаз!

Так супруги Турьевы решили начать слежку за Кларой. Сначала им было довольно сложно это делать, потому что они не представляли, как выглядит возлюбленная их сына, и не знали, где он может проводить с ней время. Но потом Матвей заметил Марка, совершенно спокойно целующего Клару в ста метрах от своего дома. Настоящий Марк никогда бы так не поступил из опасения, что родители могут увидеть его и отчитать за распутство. Матвей, не знавший о подмене, счел такое поведение доказательством полного помешательства ребенка на почве большой любви. Он, как истинный частный детектив, незаметно проследовал за парой до самого дома Клары. А на следующий день девушку прямо у подъезда ждала Марфа. Клара опешила от ее оценивающего взгляда и даже запнулась, здороваясь с незнакомой женщиной. "Может быть, она знает, что я Избранная, - догадалась девушка. - И хочет либо поблагодарить меня, либо вцепиться мне в волосы." К счастью, за спиной Клары стояла ее младшая сестра, в обществе которой бояться было нечего.

-Я мама Марка, - с достоинством представилась Марфа, наконец прервав напряженное молчание. Кира подавилась беззвучным смехом. - Я знаю, что ты с ним встречаешься. Хотелось бы с тобой познакомиться.

Клара неуверенно улыбнулась в ответ. Она тоже не видела в этой чересчур заботливой мамочке родственницу Алекса. Его мать была распущенной дочерью итальянских эмигрантов, которая уже девять с лишним веков покоилась в далекой земле.

-Как тебя зовут? - спросила Марфа.

-Клара Лазарева.

Марфа прищурилась.

-А не хочешь зайти к нам на чай, пока сына нет дома? Подождешь его, побеседуешь со мной и папой Марка.

-С удовольствием, - сказала Клара.

-Я вас провожу, - вызвалась Кира. - Сейчас на улицах очень опасно - кругом мародеры. А я все-таки полицейская.

Марфа и Матвей почти три часа допрашивали Клару. Кто ее родители? Кем она работает? Чем увлекается? Серьезно ли настроена по отношению к Марку? Давно ли они встречаются? Как начали общаться? Клара подошла к беседе очень ответственно - врала со знанием дела, уверенно и доброжелательно.

-Мы знакомы очень давно, - с улыбкой сказала она. - Марк был репетитором у моей младшей сестры. Но мы долго не виделись и снова встретились на моем дне рождения, который был восемнадцатого августа. В тот день мы поняли, что нравимся друг другу, и с тех пор всегда вместе. Я очень люблю вашего сына и мечтаю стать ему хорошей женой. Если, конечно, он сам этого захочет.

Марфа прикинула в уме, что с момента первого свидания прошло уже четыре месяца. Как утверждал Матвей, многие современные девушки соблазняли молодых людей гораздо раньше. Ей захотелось узнать, есть ли у Клары моральные принципы, и она попросила мужа выйти из кухни. Тот понимающе удалился, но остался у двери, чтобы подслушать женский разговор.

-Не подумай ничего плохого, Клара, - грозно произнесла Марфа, - но я мать, и мне просто необходимо знать подобные вещи. Сейчас много нехороших девушек, которые совершенно не соображают, как надо себя вести. Вопрос, конечно, очень деликатный, но... у вас с Маркушей что-нибудь было?

Клара, сама того не заметив, покраснела. Она вспомнила похожий случай из прошлой жизни. Рахиль угораздило встречаться с парнем, родители которого опекали его, словно грудного ребенка, и придерживались более чем устаревших взглядов на отношения полов. Она точно так же сидела на кухне перед его матерью и с самым невинным выражением лица восклицала: "Нет, что вы! Мы ведь только пять недель вместе! Я не из таких девушек!" Рахиль, конечно, в ответ на этот вопрос бессовестно врала. У Клары такой необходимости не возникло.

-Вы... об этом, да? - заплетающимся языком и все больше краснея, пробормотала Клара. - Нет, мы... ничего такого не было...

Марфа, считавшая себя великим знатоком психологии, была недовольна. По Клариному смущению она заключила, что девушка лжет.

-А с кем ты встречалась до Марка? - продолжила Марфа.

-Ни с кем, - тут же выпалила Клара, возбудив в душе собеседницы еще больше подозрений.

Неизвестно, чем бы все кончилось, если бы в этот момент Марк не вернулся домой. Он увидел отца, прилипшего к двери на кухню, и сразу обо всем догадался. Не церемонясь, Марк отогнал Матвея, прошел на кухню, взял Клару за руку и грозно спросил у матери, чем она занимается.

-Общаюсь с твоей... подругой, - сказала Марфа, изрядно перепугавшись. Она никогда не слышала, чтобы сын так с ней разговаривал.

-Допрашиваешь, надо полагать, - усмехнулся Марк. - Если очень хотелось, надо было спросить сначала меня, а не шпионить за Кларой! Не думаю, что она сама сюда пришла. Это низко.

-Все в порядке, Марк, - попробовала успокоить его Клара. - У тебя замечательные родители, мы хорошо с ними пообщались. И нет ничего удивительного в том, что они за тебя волнуются.

-Вот именно, Маркуша, - с вызовом произнесла Марфа. - Мы волнуемся, нам небезразлична твоя судьба!

-А вы знаете, что благодаря своей неуемной заботе вы с отцом вырастили ничтожество? - весьма спокойно поинтересовался Марк. - Ничтожество, которое никто не уважает и над которым смеются даже его ученики? Я сам слышал, как два девятиклассника шутили: "Марка, наверное, до сих пор мама с ложечки кормит! И штанишки ему расстегивает, когда он в туалет идет!"

Клара крепко сжала плечо Марка, мысленно умоляя его остыть. Марк послушался, тем более, что он и не был по-настоящему взбешен.

-Извините его, пожалуйста, - улыбнулась Клара. - Он просто устал после работы и... и немного удивлен тем, что встретил меня здесь.

Сказав это, Клара увела Марка во двор. Там, на морозном воздухе, он окончательно пришел в себя и попросил у нее прощения.

-Попросишь прощения у этой женщины, - ответила Клара. Она все понимала: ему неприятно было слышать каждый день такие насмешки. Алекса никогда не называли жалким. Он был для этого слишком самостоятелен и физически силен. Но это все равно не было поводом для того, чтобы ругать совершенно чужих людей.

-Как скажешь, - согласился Марк, обнимая Клару. - Хочешь, я прямо сейчас извинюсь?

-Хочу.

Марк вернулся домой, крепко держа руку Клары в своей. Он извинился перед родителями за свою вспышку гнева и заверил их в том, что на самом деле очень благодарен им за любовь и теплоту. А под занавес сообщил, что собирается в скором времени жениться на Кларе, и при ошарашенных свидетелях сделал ей предложение. Клара была шокирована больше всех присутствующих. Как много лет она мечтала о том, чтобы выйти замуж за Алекса! Но теперь, когда он предлагал ей свою руку и сердце, она колебалась. У нее не было уверенности в том, что связать с ним свою жизнь - хорошая идея. "Нет, все это глупости, - сказала она себе, поразмыслив. - Нужно согласиться. Ведь он любит меня, а я всегда любила его. Пройдет немного времени, и у меня получится забыть Максимилиана. Он уходит в свой мир и никогда не вернется. Нельзя бросать Алекса ради того, кто обманул меня и кого я, скорее всего, больше не увижу."

-Согласна, - ответила Клара. Ее голос дрогнул, но все списали это на радостное волнение.


Марк проводил Клару до подъезда, а не до самой спальни, как обычно. Она сама настояла на этом, сказав, что ей нужно побыть наедине со своими мыслями.

-Хорошо, - ласково прошептал он, отпуская ее руку. - А я пойду успокаивать родителей Марка. До свидания, моя прекрасная невеста.

-Пока, мой... любимый жених.

Марк ушел, несколько раз обернувшись и помахав Кларе рукой. Девушка оставалась на крыльце, пока он не скрылся за соседним домом. Затем, тяжело вздохнув, она открыла дверь и вошла в полутьму подъезда. "Что же у меня за судьба такая? - спрашивала она себя, медленно поднимаясь по лестнице. - Почему, когда мечта осуществилась, я чувствую себя растерянной и почти несчастной?"

-Ты возвращаешься от Марка? - раздался в ночной тишине низкий голос с иностранным акцентом. Клара вздрогнула и подняла голову. На лестнице, прислонившись спиной к стене, стоял Максимилиан. На нем было серое кашемировое пальто с черным норковым воротником, а его губы изгибались в знакомой притягательной улыбке. Сердце Клары замерло. Этот человек, стоящий на несколько ступенек выше, казался в тусклом свете далекой лампочки чем-то вроде миража. Но этот мираж был для нее самым красивым и желанным во всем мире. Нет, во всех существующих мирах.

-Конечно, от Марка, - ответила Клара, стараясь ничем не выдавать своего волнения. - Откуда еще я могу возвращаться в такой поздний час?

Максимилиан начал спускаться. Сердце Клары ожило и стало биться слишком часто, чтобы это можно было вынести.

-Как ты? Я давно ничего о тебе не слышала, - поинтересовалась она, чтобы разрядить обстановку.

-Нормально. Могу сказать с уверенностью: ваши революционеры очень хорошо подготовились, и скоро везде наведут порядок. Они хорошие ребята, на них можно положиться.

Максимилиан оказался совсем близко - теперь он стоял на той же ступеньке, что и Клара. Девушка подняла взгляд к нарисованной на стене рожице, но игнорировать Максимилиана не могла. Это оказалось выше ее сил. Сейчас хотелось только отключить здравый смысл, попрощаться с гордостью, совладать со смущением и прижаться к груди этого мужчины.

-Я очень рада, что все так сложилось, - ответила Клара, почти не слыша собственного голоса. - А когда ты уходишь?

-К себе? Наверное, завтра. Думаю, дальше они справятся без меня.

-Вот оно что...

Это был конец. Он уходил так далеко, что можно было думать, будто он и вовсе исчез. Это поможет считать отношения с ним только сном. Да и его самого - всего лишь фантазией.

-Пойдешь со мной?

Клара вздрогнула. Она не ожидала, что, получив отказ, он снова предложит ей это.

-Я ведь уже говорила, что не пойду, - напомнила Клара, переводя взгляд на его лицо. Она просто не могла смотреть в другую сторону, осознавая, что он уходит навсегда. Ей нужно было запомнить каждую черту, мимику, жесты и голос любимого. Клара ужасно боялась, что все это сотрется из ее памяти, как только он покинет этот мир.

-Ну, я надеялся, что ты передумала.

Он поднял руку в черной кожаной перчатке и коснулся большим пальцем Клариной щеки. У девушки едва не подкосились ноги.

-Зачем я там тебе? - спросила она чуть слышно. - Агата - воин, и ясно, почему ты берешь ее с собой. Но я - просто слабая девчонка... А, ты хочешь, чтобы я отняла Силу у твоего врага?

-Нет. - Максимилиан наклонился, и теперь Клара ощущала его дыхание на своем лице. - Ты мне нравишься, и я просто хочу быть с тобой. Не могу обещать, что мы станем образцовой семейной парой, заведем детишек и будем каждые выходные выбираться на природу. Но обещаю, что ты не пожалеешь о времени, проведенном со мной.

Клара чувствовала, что куда больше пожалеет о браке с Марком, но думала, что доверять Максимилиану - непозволительно.

-Не пожалею? Вряд ли. Я не хочу делить тебя с другими женщинами.

-Не придется. - Максимилиан стянул с Клариной головы белую вязаную шапочку и коснулся губами ее непокрытой головы. - Обещаю, что больше не стану тебе изменять. Пока мы вместе, я не буду смотреть на других женщин.

Сердце Клары уже верило этим словам, но ум отказывался следовать его примеру.

-Почему? Ты ведь не любишь меня.

-Зато ты меня любишь. Ты сама это сказала у Талврина в кабинете, зная, что я все слышу и понимаю.

-Да, я люблю тебя. Только как мы можем быть вместе, если ты не испытываешь ко мне того же? - Максимилиан хотел возразить, но Клара перебила его: - Ты вообще можешь полюбить?

Она уже догадывалась, каким будет ответ, и все же он причинил ей боль.

-Нет, я не могу, - грустно усмехнувшись, сказал Максимилиан. - Я пытался, но у меня ничего не выходило. Я не способен на то чувство, которое ты и большинство остальных людей называют любовью. Но способен на другие, которые позволят мне сделать тебя счастливой. Если не на всю жизнь, то хотя бы на время, пока мы оба... нет, пока ты не решишь, что пора положить этому конец.

-Это... в этом виноват Александр Моретти, да? - спросила Клара. - Это он создал тебя таким?

Максимилиан коротко кивнул.

-Да, можно сказать и так.

Клара закрыла лицо руками. Любимый человек не отвечал ей взаимностью, и все из-за того, что Алекс создавал его как идеального солдата, а не любовника или семьянина! Ее судьба действительно любила жестокие шутки.

Максимилиан нежно взял Клару за оба запястья и отнял ее ладони от лица. Потом, посмотрев в печальные глаза девушки, он поцеловал ее. Клара освободила руки и прильнула к нему. Она должна была запомнить вкус его губ, тепло его тела...

-А теперь уходи, - попросила она, когда все-таки нашла в себе силы отстраниться.

-Я не хочу уходить без тебя.

-А я не хочу - нет, не могу - идти с тобой. Так нельзя. Мы слишком разные.

-Но и с Марком вы друг другу не подходите. Он плохой человек.

Клара покачала головой.

-Не надо о нем судить. Ты совсем его не знаешь.

-Как будто мне надо знать придурка вроде него.

-Не смей так говорить о мое женихе!

-Так ты выходишь за него замуж? - Максимилиан в искреннем удивлении поднял брови. - Поздравляю. Хотя не уверен, что надо поздравлять. Может быть, лучше принести свои соболезнования?

-Уходи, - повторила Клара.

Максимилиан еще раз обнял ее и быстрым шагом направился к двери во двор.

-До свидания, - громко сказал он, обернувшись.

-Прощай, - ответила Клара.

Дверь захлопнулась. Клара села на ступеньку и горько, но беззвучно заплакала.


## Глава 28.


Навсегда расставаться с близкими - невыносимо тяжело. Наверное, если бы девять веков назад Алекс Моретти знал, что видит любимую в последний раз, он не смог бы отпустить ее на обреченный самолет. Но он не знал этого. И был счастлив.

До посадки оставалось каких-то тридцать минут. Алекс и Рахиль пили кофе с пончиками в кафе аэропорта и улыбались друг другу. Они шли к этому двадцать лет, и наконец все встало на свои места. Они оба еще были совсем молоды, и впереди у них оставалось много лет разделенной любви. Алекс благодарил судьбу за то, что она так скоро преподнесла ему этот подарок. Ведь он был готов заключить Рахиль в свои объятия и через много лет, после неудачного брака, с детьми от другого мужчины. А она пришла к нему теперь, в свои цветущие двадцать пять. Жизнь только начиналась. И Алекс собирался сделать ее для Рахили настолько прекрасной, настолько это возможно. Упорным трудом и любовью он компенсирует то, что родился в бедной и неполной семье. Никто не станет говорить, что Рахиль связалась с голодранцем и тем самым испортила себе жизнь.

Впрочем, оставалась еще одна проблема. Рахиль, которая не привыкла скрывать свои чувства даже на публике, взяла Алекса за руку и подалась к нему. Сидевшие справа девушки тоже, по всей видимости, не умели сдерживать эмоции. Они бесстыдно округлили глаза и зашептались. Из всей беседы он разобрал только "она извращенка, что ли?", и этого оказалось более чем достаточно. Ощущая неловкость, смешанную с обидой, он поднял правую руку, как будто чтобы подпереть ей щеку. Этот жест уже давно стал для него привычным и выглядел вполне естественно. Правда, Рахиль этим сложно было обмануть - она слишком хорошо знала Алекса. Бросив презрительный взгляд в сторону шушукающихся девушек, она взяла Алекса за поднятую руку и заставила положить ее на стол.

-Хватит обращать на них внимание, - строго сказала Рахиль. - Эти девчонки наверняка завидуют, потому что сами одинокие или встречаются с придурками. Увидели, что кто-то счастлив, и начинают говорить про него гадости, чтобы самих себя успокоить. Разве не знаешь? А вон про ту пару, - она указала на двоих афроамериканцев, ворковавших поодаль, - вон про ту пару они скажут, что парень очень толстый. Просто чтобы не так обидно было, что с ними никто не нежничает.

Алекс понимал, что теория Рахили шита белыми нитками, но был благодарен ей.

-И все-таки... Я думаю, нам нужно поговорить об этом.

-О чем тут говорить? - Рахиль развела руками и сделала глоток остывающего кофе.

-О людях. Ты выдержишь их насмешки? А смеяться будут, потому что... ну, не принято, чтобы красивые и популярные девушки встречались с теми, на кого и смотреть-то неприятно.

Рахиль нахмурилась.

-Ты видел себя в зеркале?

Алекс опешил.

-К сожалению, да. Время от времени приходится туда заглядывать.

-Тогда ты должен понимать, что ничего из ряда вон выходящего собой не представляешь. - Она открыла сумочку, большую, как это было модно в последнее время, и вынула оттуда пудреницу. В пудренице имелось небольшое зеркальце, которое она и протянула Алексу. Тот в растерянности уставился на свое отражение, казавшееся ему таким же ужасным, как и всегда. - Смотри. Лицо как лицо. Ну, со шрамами. И что тут такого? Тебе далеко до персонажа из фильма ужасов. Ты нормально выглядишь. А для меня... для меня ты выглядишь вообще лучше всех.

Алекс немного разозлился и поспешно захлопнул пудреницу.

-Если бы это было так, ты бы давно начала со мной встречаться.

-Ах, вот как? - Рахиль тоже вспыхнула. - Но ведь то, что мы не были парой все это время, - только твоя вина!

-Почему же, хотелось бы знать?

Рахиль поморщилась - вспоминать об этом было трудно, и все-таки следовало обсудить прошлые недоразумения прямо сейчас. Чтобы Алекс сказал наконец, когда именно он полюбил Рахиль и почему сначала предпочел ей вредную одноклассницу.

-Да ведь одиннадцать лет назад ты позвал меня в кино только потому, что тебя несколько раз отшила Джейн Палмер!

-Кто-кто? - в неподдельном удивлении переспросил Алекс.

-Джейн Палмер! Ты уже забыл свою первую любовь?

Алекс неуверенно засмеялся.

-Какую еще первую любовь? Я всегда любил только тебя, глупенькая.

-Ну, не ври. Я сама слышала, как Джейн рассказывает о твоих приставаниях. Ее подруга все подтвердила. Именно из-за этого я не пришла в кино, кстати. Я была в тебя влюблена, а ты, выходит, подкатывал к моему злейшему врагу? Сам ведь знал прекрасно, как часто она мне пакостит. И все равно втрескался в нее и предлагал встречаться. Потом, конечно, это забылось, и я видела, как ты стал ко мне относиться... Но было уже поздно. Я потеряла голову...

Алекс снова рассмеялся - теперь уже громко. На его глазах выступили слезы, но не от хохота, а от боли. Одиннадцать лет страданий, мучительного ожидания, тайных надежд оказались результатом коварства одной девочки и обидчивости другой. Это было так глупо, нелепо... В тот момент Алекс больше всего на свете хотел повернуть время вспять. Чтобы заставить Рахиль рассказать о подслушанном разговоре и объяснить ей, как мало в нем было правды. Но в следующее мгновение Алекс понял, что тогда все было бы иначе. Рахили требовалось прийти к этим отношениям именно таким тернистым путем, чтобы понять, как сильно она их желала. Иначе она просто ушла бы от Алекса, не выдержав насмешек и осуждения. Теперь же Рахиль осознавала, на что идет, и подготовилась ко всем последствиям своего решения. А сам Алекс научился за эти годы терпению. И понял, как много значит для него Рахиль, насколько тяжело ему придется, если ее не будет рядом. Это потерянное время было им нужно, чтобы отныне они уже не теряли ни секунды.

Перестав смеяться, Алекс широко улыбнулся и взял Рахиль за обе руки.

-Тебе стоило рассказать мне об этом еще тогда. Потому что это вранье, моя принцесса. Ни слова правды. У Джейн Палмер не было парня, что, впрочем, естественно для девочки четырнадцати лет. Но у тебя был я, и все знали, что со дня на день мы переквалифицируемся из друзей во влюбленную пару. Джейн завидовала. И ей надо было убедить одноклассниц в том, что я тебя не люблю. А люблю ее. Хотя, если честно, я уже забыл, как она выглядела, но помню, что мне в ней ничего не нравилось. Ты же сама только что объясняла мне особенности женской психологии. Но если ты так хорошо в ней разбираешься, почему сама не пользуешься собственными знаниями?

Рахиль открыла рот, но слова не сразу слетели с ее губ.

-Это правда? - наконец выдавила она.

Алекс кивнул.

-Ты никогда не ухлестывал за Джейн Палмер?

-Ты бы заметила это. Мы же везде были вместе... Нет, я никуда ее не приглашал. Для меня всегда существовала только ты. С того самого момента, как пришла ко мне домой извиняться за трусливый побег после нашей первой встречи.

По щекам Рахили побежали крупные слезинки. Тушь, видимо, была водостойкой, потому что они не испортили макияж. Девушка, скорее всего, догадывалась, что ей придется плакать - либо от горя, либо от счастья.

Алекс взял салфетку и аккуратными прикосновениями промокнул влажные ручейки на щеках девушки. Это было волшебное чувство - он имел полное право трогать ее. А все остальные мужчины мира теперь должны были посторониться.

-Не плачь, - тихо произнес Алекс. - Ничего страшного.

-Но мы все это время могли быть вместе, - повторила Рахиль его мысли. - А из-за моей глупости... и моего самолюбия... ведь мы могли сразу обо всем поговорить!

-Значит, так было нужно, - ответил Алекс. - Чтобы мы сильнее берегли то, что у нас есть. Скажи, если бы ты не перевстречалась с двумя десятками симпатичных идиотов, то как бы смогла ценить такого замечательного, но не слишком привлекательного парня?

Рахиль улыбнулась. В ее теплых карих глазах легко читалась бесконечная благодарность и светилась долго скрываемая любовь. Да, она искренне любила его, и сейчас Алекс был уверен в этом как никогда прежде.

-Мы наверстаем упущенное, - твердо сказала Рахиль, когда слезы окончательно высохли. - Обязательно.

-Конечно, - согласился Алекс. - У нас впереди целая жизнь.

-Даже две, - напомнила Рахиль. Когда Алекс непонимающе сдвинул брови, она охотно и радостно, как ребенок, выпалила: - Ты что, забыл? Одиннадцать лет назад гадалка сказала нам, что у нас очень крепкая связь и мы будем вместе даже в следующей жизни!

-А, вот ты о чем, - протянул Алекс, вспоминая слова ясновидящей. - Не думал, что ты об этом помнишь. Это же просто чушь.

-Но я в нее верю, - капризно возразила Рахиль. - В реинкарнациях, по-моему, нет ничего удивительного. Индусы же в них не сомневаются. Кстати, иногда я представляю себе нашу будущую жизнь. Какими мы будем? Вот если бы я стала толстая и страшная, ты бы меня все равно полюбил?

-Ты можешь стать толстой хоть в этой жизни, - усмехнулся Алекс. - Мое отношение к тебе от этого не изменится.

-Но я не собираюсь толстеть в этой! Разве только... немножко. После рождения детей.

Сердце Алекса дрогнуло. Она ведь говорила об их общих детях?

Рахиль взглянула на часы на своем запястье и охнула.

-Посадка вот-вот начнется! - воскликнула она, вскакивая из-за стола. Алекс последовал ее примеру. - Проводишь меня?

-Я бы проводил тебя до самого самолета, но меня не пустят.

Рахиль, не стесняясь посторонних, прижалась к Алексу и поцеловала его. Сначала он остолбенел от неожиданности и несколько мгновений никак не реагировал. Но Рахиль не отстранялась, и Алекс неловко ответил на поцелуй. Его сердце почти выпрыгивало из груди.

-Пока, - прошептала Рахиль, отступая назад. - Вернусь через пару дней. Жди меня.

-Я умею ждать, - произнес Алекс, ласково погладив Рахиль по пушистым черным волосам. Она подарила ему еще одну согревающую улыбку и ушла.

Ушла навсегда. А он этого еще не знал.


Алекс вернулся за столик, где сидел вместе с Рахилью, и заказал еще кофе. Вспоминая прошедшую ночь, он заметил неподалеку слоняющегося без дела привлекательного блондина. Это был Скотт. Поймав на себе пылающий взгляд Алекса, Скотт ответил ему пугающей полуулыбкой и взмахом руки.

Алекс бросил недопитый кофе и помчался к бывшему жениху Рахили.

-Ты здесь? Прилетел за ней? - прорычал Алекс, хватая Скотта за воротник светло-серой рубашки.

-Прилетел тем же рейсом, - спокойно ответил тот. - А ты бы лучше воздержался от насилия. Здесь много людей, охраны и камер видеонаблюдения. Да и зачем тебе со мной драться? Рахиль - твоя, а больше, насколько я понимаю, тебе ничего и не нужно.

-Неплохо бы тебе башку оторвать, - сказал Алекс, не отпуская наглеца. - Ты ударил Рахиль.

-А разве у вас не принято бить женщин, которые изменяют своим мужчинам?

-"У нас"? Где это - "у нас"? В Нью-Джерси?

-Да, в Нью-Джерси, - вяло согласился Скотт. - Ну же, убери руки, маленький уродливый ублюдок.

Алекс разжал пальцы, лишь когда увидел охранника, спешащего к месту возможной потасовки.

-Я проиграл, признаю, - вздохнул Скотт. - Но только в этот раз. У меня в запасе есть еще попытки... по крайней мере, одна - точно.

Он загадочно улыбнулся и оставил Алекса одного. Тот, повертев пальцем у виска, отправился к выходу из здания аэропорта.


Вскоре произошло падение самолета. Но Алекс узнал о нем уже дома, из выпуска новостей. Когда диктор заявила, что выживших нет, у Алекса подкосились ноги. Он упал на пол, не в силах встать или хотя бы пошевелиться. Из телевизора доносились какие-то звуки, однако Алекс уже не мог ничего разобрать. В его мозгу словно раскаленным ножом кто-то раз за разом выводил лишь одно слово: "умерла". Рахили больше не было. А он зачем-то продолжал жить...

Алекс лежал на полу перед работающим телевизором несколько часов, не ощущая хода времени и не понимая, где находится. Он даже не плакал - слезы потекли позже, когда Алекс наконец пришел в себя. Сейчас же его будто оставили в спящем режиме, как компьютер, - глаза были открыты, но он ничего не видел и не осознавал. Такое ужасное состояние прервал девятый по счету звонок от матери Рахили. Алекс сел на полу, удивленный и растерянный, словно только что разбуженный от долгого крепкого сна. Он огляделся и поднял надрывающийся мобильный телефон, который, падая на пол, случайно смахнул со стола. Надо было ответить, но Алекс просто выключил аппарат. И сказал в пустоту:

-Я подожду, Рахиль. Сколько надо, столько и подожду. Когда ты там собираешься переродиться?..


Прошло больше девяти веков, и они наконец снова были вместе. И хотя между ними снова встали препятствия, Клара готова была со временем все их устранить. Отправляясь на празднование Нового года в компании Марка и его многочисленной родни, девушка уже свято верила в их совместное светлое будущее. За две недели она охладела к Максимилиану Эдвардсу и теперь была почти счастлива. А ум настойчиво убеждал ее, что и это "почти" со временем отпадет.

Забыть Максимилиана было, конечно, непросто. Первые несколько дней после того, как он покинул этот мир, Клара плохо спала и постоянно вспоминала все то хорошее, что у них было. "Пойдешь со мной?" - спросил он ее перед тем, как уйти. Клара отказалась, твердо веря, что поступает правильно. Но теперь она проклинала собственную глупую гордость и желала вернуться в ту ночь, чтобы принять навсегда упущенное предложение. И пускай она потом осталась бы одна, с разбитым сердцем и погибшими надеждами - это казалось ей в сто раз заманчивее, чем прожить лишенную тревог жизнь без Максимилиана. "Трусиха! - ругала она себя. - Счастье, пусть и недолгое, было так близко, а я испугалась последствий!"

На помощь Кларе пришел Илья. Как-то вечером он и сестры Лазаревы сидели на кухне их квартиры, вспоминая прошлую жизнь. Неожиданно Клара поняла, что один весьма важный вопрос все это время оставался без внимания.

-А где же Скотт? - выпалила она, чуть не подпрыгнув на месте. - Скотт, который еще и Аргус?

-Ах, этот... - задумчиво протянула Кира, поднимая взгляд к потолку. - Честно говоря, я как-то о нем забыла. Ну вот вообще.

-Мы все забыли, - сказала Клара. - А это нехорошо. Он должен был переродиться вместе с нами, да?

-Вроде бы, - ответила Кира неуверенно. - Если честно, я не помню. Вообще про Аргуса почти ничего не помню. Только мордашку. Симпатичный был, зараза.

-В любом случае, он должен быть где-то поблизости, правильно? - Клара продолжала взволнованно строить догадки. - Если он переродился, то это - кто-то из наших знакомых... Но Скотта я не знала, увидела впервые в свой день рождения. - Клара помолчала, вспоминая во всех подробностях знакомство со Скоттом. - Знаете, он как-то странно себя вел...

-Это уже интересно, - отозвался Илья. - Что именно было странным в его поведении?

-Ах, забыла, что никто из вас его не видел, - пробормотала Клара. Илья сказал ей, что остался в России и умер, будучи учеником пятого класса. - Он казался гостем из другого мира...

-А заодно из далекого прошлого, - добавил Илья. - Он, наверное, шугался привычных нам вещей, которых, скажем, не было сто лет назад, использовал смешные устаревшие выражения, говорил на незнакомых языках?

-Точно! - Клара подняла указательный палец вверх, будто заставляя всех присутствующих заострить внимание на услышанном. - Еще мне иногда казалось, что он сошел со страниц старинного романа. Такие красивые ухаживания - именно по-старинному красивые...

-В общем он не переродился, - торжественным тоном заметил Илья. - Иначе либо нашел бы тебя намного раньше, либо не стал бы искать вообще. Вы с Кирой - не Хасана и Камари, вы абсолютно другие девушки с другими характерами. А я - далеко не Адли. Сами понимаете, новый Аргус вполне мог оказаться глубоко религиозным юношей, хиппи, талантливым художником или кем угодно еще, чьи жизненные цели в корне отличались бы от стремлений Аргуса. Он мог, в конце концов, лишь смутно помнить прошлую жизнь, как мы с вами. Но Скотт уверенно соблазнял Рахиль и вел себя при этом так, будто не привык к современным реалиям.

-Кстати, - воскликнула Клара, - его родители, с которыми я виделась только один раз, говорили, что он очень сильно изменился. Эти слова были сказаны как похвала, и я, конечно, не придала им значения...

-А ведь ясно, что до твоего дня рождения Скотт был совершенно другим человеком, - заключила Кира. - То есть настоящим Скоттом.

-Получается, он не переродился, - сказал Илья. - Просто его душа переселилась в тело умершего мужчины, которому суждено было встретиться с Принцессой. Таким образом сохранилась вся его память. Думаю, Камари использовала этот вариант, потому что в ситуации Аргуса он был наиболее подходящим.

-Очень похоже на то, что сделал с собой Алекс Моретти, - вставила Кира.

-Именно, - кивнул Илья. - Почти то же самое.

-Но я... - Клару бросило в дрожь. - Я знаю лишь одного человека, который погиб в мой день рождения. Это и есть Марк Турьев...

-А вот и нет, - зловеще улыбнулся Илья. - Найдется по крайней мере еще один человек, который наверняка погиб восемнадцатого августа.

-Да их куча, - фыркнула Кира. - Каждый день умирает много народу. В одной только Москве...

-Нет, есть один такой человек, которого все мы знаем. Он с самого начала положил глаз на камни, в которых заключена Сила, и очень умело сближался с Принцессой. Только возлюбленный из прошлой жизни помешал ему...

-Нет! - закричала Клара, вскочив со стула. - Нет, этого не может быть! Он совсем не такой, как Скотт! У них нет ничего общего!

-Это же ясно, как день, - сухо ответил Илья. - Поняв, что в прошлой жизни не сумел тебя завоевать, он сменил тактику. И на этот раз понравился тебе больше, не так ли?

-Нет! - еще громче выкрикнула Клара. Ей казалось, что сердце перестало биться у нее в груди. - С чего ты вообще взял, что он погиб в мой день рождения?

-Его же сверг бывший товарищ, - ответила Кира. В голосе девушки звучало сожаление, но она не могла не согласиться с Ильей. - Наверняка он попробовал устранить своего предшественника. И, боюсь, устранил.

-Да, он ранил его тем клином, который я обезвредила! - Клара едва не задыхалась. - Тот, кто сверг Максима, действительно пытался убить его! И убил бы, если бы я не пришла на помощь!

-Глупости, - покачал головой Илья. - Думаешь, он оставил бы Максимилиана медленно умирать с отравленным клином в теле, давая ему хоть и слабую, но все-таки оправдавшуюся надежду на спасение? Нет, вряд ли. Думаю, он использовал что-то кроме Силы камней. Например, пустил пулю в лоб.

Клара какое-то время молчала, переводя испуганный взгляд с Киры на Илью. Их предположение звучало для нее, как смертный приговор.

-Но он ведь отпустил меня, - ухватилась за еще одну соломинку Клара. - Отпустил, когда узнал, что у меня есть другой.

-В прошлой жизни он свыкся с мыслью о том, что найти камни вообще невозможно, - сказал Илья. - И был, разумеется, в отчаянии. А тут появилась возможность завладеть хотя бы пятью. Лучше, так сказать, синица в руках...

-Но он взял лишь четыре! - Клара продолжала оспаривать неприятную для нее версию.

-И это было разумно. Он заслужил наше - и твое! - доверие. А четырех камней ему, наверное, хватит, чтобы вернуть... то есть отобрать трон Максимилиана. Который сам по себе стоит десятка камней. Чем не успех? Более того, он знает, что ты полюбила его. Когда будет освобождена Сила всех камней, кроме того, который сейчас у Киры, Максимилиан может вернуться. Заставит тебя вновь воспылать к себе страстью, а затем отнимет у бедной жрицы ее сокровище. И превратится в нового Царя Сину, будь он неладен. Да, у него вполне может быть именно такой план.

-Вот еще что. Мы ведь не раз говорили о том, как мало он похож на правителя, - вспомнила Кира. - Возможно, настоящий Максимилиан вел себя более достойно.

Клара испытывала лишь одно желание - умчаться прочь от сестры и Ильи, доказывающих свою правоту. Каждое их слово будто загоняло в ее сердце маленький кинжал.

-Вы не знаете, но он... раздумывал над тем, чтобы убить себя, - прошептала Клара. Она собиралась унести эту тайну с собой в могилу, однако теперь решила использовать ее как весомый аргумент в споре. - Когда мы ночевали у Ильи, он приставил дуло пистолета к своему виску и несколько секунд ждал. Я боялась, что Максимилиан выстрелит, но он, к счастью, не стал этого делать. Зачем Аргусу кончать жизнь самоубийством? Только не говорите, что он тогда не знал о возможности освободить всю Силу. Знал, и сам рассказывал о путешествиях между мирами! А мы упомянули о том, что у Талврина уже есть пять осколков...

-Может быть, он догадывался, что ты на него смотришь? - предположила Кира. - Понял, что ты жалостливая, и решил покорить тебя своей страшной душевной болью. Получилось ведь?

-Хорошо, пусть так. Но ведь он занял тело человека, жившего в другом мире! Это глупо, не так ли? Аргус хотел встречаться с перевоплощениями Хасаны и соблазнять их, а в теле Максимилиана мог вообще никогда не увидеть меня!

-Оно и верно... - начала Кира. Илья тут же перебил ее:

-Но он увидел. Дело в том, что Камари, проводя свой обряд, не просто ставила условия. Она обращалась к Основе и просила ее о чем-то. Основа разумна - по-своему, конечно. И она знает больше нас. Основа вполне могла переселить душу Аргуса в тело человека, которому суждено в скором времени повстречать Принцессу. А из рассказов Лео я понял, что он собирался, в случае государственного переворота, увести свергнутого императора в мир Принцессы. Поскольку Кира телепатически общалась с его ныне покойным наставником, Лео тоже слышал, что здесь есть камни. Его целью было помочь Максимилиану стать достаточно сильным, чтобы победить своего соперника. Но он не знал, что ведет Аргуса прямо к Хасане.

Клара упала обратно на стул и закрыла лицо руками. Этот разговор вымотал ее сильнее, чем целый день работы в популярном кафе, куда она недавно устроилась.

-Не переживай, - участливо сказала ей Кира. - Ну, попалась на его удочку. Я ведь тоже попалась, когда была Камари. Но теперь-то ты с Алексом и скоро забудешь этого гада...

-Ваша версия притянута за уши! - выпалила Клара, неожиданно подняв голову. - Так можно каждого второго обвинять в том, что он Аргус!

И все же с тех пор Клара уже не могла думать о Максимилиане с прежней теплотой. Вспоминая то, как была счастлива с ним, она невольно сравнивала его со Скоттом, и ей становилось противно. Если Максимилиан был только Максимилианом, то он соблазнял Клару из прихоти, испытывая к ней легкую симпатию. Любовь к нему после измены и расставания казалась вполне понятной слабостью. Но если он был Аргусом, то им руководило корыстное желание обеспечить себе власть над Вселенной. И тогда продолжать любить его было непростительной глупостью.


Супруги Турьевы организовали встречу Нового года на даче своих родственников. Туда убрались не только члены интеллигентского клана, но и близкие Клары, в том числе Илья Павенко. Лариса не хотела отпускать его на всю ночь, но ее уговорил жених - стоматолог Данилин. В итоге Лариса ограничилась тем, что пару часов наставляла сына: "Много не пей, в сомнительных конкурсах не участвуй, спать ложись пораньше."

Дом на даче был таким большим, что занимал большую часть участка. По всей видимости, тут не выращивали традиционные картофель-капусту-огурцы, а только ухаживали за немногочисленными цветами. Зато в доме вполне могла круглый год жить большая семья. Здесь имелось все: от ванны до гостевой спальни. Хозяева - брат Матвея и его жена - гордо сообщили, что построили все это великолепие сами, потратив на это относительно мало средств и очень много времени. Не меньше гордились они праздничным столом, поставленным в гостиной. Он был огромным и ломился от самых разных, хотя и привычных для русского человека блюд.

-Нужно было пригласить меня пораньше, - смущенно произнесла Клара, разглядывая аппетитные угощения. - Я бы помогла.

-Мы уже знаем, как хорошо ты готовишь, - улыбнулась Марфа. С недавних пор она сменила гнев на милость и прониклась к избраннице сына симпатией. В конце концов, девушка оказалась скромной, вежливой и, несмотря на отсутствие высшего образования, довольно эрудированной. Это выгодно отличало ее от большинства сверстниц, распущенных и глупых. Да и готовила она действительно прекрасно, что для жены ее сына было одним из важнейших достоинств.

-Клара у меня во всем хороша, - ласково заметил Марк, обняв ее за талию и поцеловав в щеку. По личной просьбе невесты он вел себя в присутствии консервативных родителей более сдержанно. "Мне неловко перед ними, - объяснила свое пожелание Клара. - Они считают тебя своим ребенком, и им неприятно видеть, как этот ребенок страстно целует какую-то пигалицу."

-Да, надо признать, - хитро подмигнул сыну Матвей. - У тебя губа не дура - ты весь в меня.

Матвей вообще счел Клару хорошенькой девушкой, женственной и обаятельной. Поэтому мысленно, а иногда и вслух, любил похвалить сына за отличный выбор.

-Вот у кого губа не дура, так это у тебя, - тихо промурлыкала Вера, обнимая Илью. - У тебя в этом помещении - самый лучший вкус.

Илья усмехнулся.

-Следует ли понимать твои слова так, что у тебя-то вкус не очень хороший?

-Не знаю, - ответила Вера. - Красота, как любит говорить Клара, - в глазах смотрящего.

-И тебе все во мне нравится?

-Да. Кроме...

-Кроме чего?

-Кроме... волос.

Илья нахмурился и поправил очки.

-Цвет?

-Длина.

-Тебе нравится, когда волосы покороче?

-Ну, да. У парня не должны быть слишком длинные волосы. А твои - почти такие же, как у меня! Это... странно.

Илья огляделся и, увидев что-то, направился к серванту. Открыв его дверцы, он взял с одной из полок канцелярские ножницы и под ошеломленные вскрики всех сестер Лазаревых отрезал свой низкий хвост. Укороченные волосы непослушными прядями обрамили веселое лицо Ильи.

-Браво, - протянула Кира. - Верочка, ты мастер уговаривать людей на радикальную смену прически.

Она имела в виду другой случай, имевший место полтора года назад. Тогда Вера гуляла всю ночь со старшими парнями и вернулась лишь под утро, еще немного пьяная. Сестры начали ее отчитывать, в ответ на что услышали подробный рассказ обо всех своих недостатках. Вина Киры заключалась в том, что она неженственна, поэтому не нравится нормальным парням и вынуждена встречаться с худшими из них. А Клара, естественно, грешила тем, что отродясь не грешила. В ее возрасте, по мнению Веры, это было хуже, чем тридцать килограмм лишнего веса или покрытая прыщами кожа. "Кого ты ждешь-то? - кричала Вера. - Сказочного принца? Да если хочешь знать, его нет! И вообще - никого ты на самом деле не ждешь, а просто тухнешь в одиночестве, потому что никто не считает тебя привлекательной!" Клара не сдержала слез и в тот же вечер пошла к знакомой парикмахерше, которая за чисто символическую плату отстригла ее длинные волосы. "Захотелось что-то в себе изменить,"- промямлила она позже. "Тебе очень идет, - без колебаний соврала Кира. - Такой свежий образ."

-Очень хорошо, - с жутким акцентом сказал Илье Лео, показывая большой палец. Проводив Максимилиана, Альфреда и Агату в другой мир, он вернулся сюда. И уже две недели проживал в квартире сестер Лазаревых на правах не то друга семьи, не то без пяти минут парня Киры. Кстати говоря, Кира возлагала большие надежды на предстоящую новогоднюю ночь. Она решила пойти напролом и завоевать своего ледяного возлюбленного.

-Я тоже считаю, что мне так больше идет, - улыбнулся Илья, бросив беглый взгляд на висящее сбоку зеркало.

-Это так мило! - пискнула Вера, захлопав в ладоши. - Ты постригся ради меня!

И она вновь повисла на Илье, который не мог обнять ее в ответ, потому что в одной руке держал ножницы, а в другой - отрезанные волосы.

-Прошу всех к столу! - пропела хозяйка дома. Никто не стал медлить с выполнением этой просьбы, и вскоре гости уже вовсю уплетали вкусное угощение.

По телевизору показывали праздничный концерт. Хотя по всему миру было неспокойно, шоу-бизнес продолжал исправно функционировать, радуя народ новыми песнями, фильмами и телепередачами. Вот и сейчас известные артисты поздравляли страну с наступающим Новым годом, уверяя ее в том, что вместе со старым календарем будут выброшены и все проблемы.

-И у нас начнется новая жизнь, госпожа Турьева, - прошептал Марк на ухо Кларе. Свадьба была назначена на двадцать первое января, так что до нее оставалось всего три недели. Клара уже была в салоне и померила несколько платьев, но пока не решила, в каком из них отправится в ЗАГС. Это немного беспокоило ее: из-за невысокого роста и подростковой худобы любой наряд пришлось бы отдавать в ателье для подгонки под фигуру, так что медлить с приготовлениями не следовало. Но Вера мешала ей сделать выбор, отметая платья одно за другим: то недостаточно модное, а то - просто некрасивое. "Этак она у нас замуж выходить будет в джинсах," - пробормотала однажды Кира, которую выбор одежды всегда утомлял. "Помолчи, - ответила ей Вера. - Я хочу, чтобы Клара выглядела на свадьбе, как настоящая принцесса." "Она ж и есть Принцесса, - устало напомнила ей Кира. - Самая-самая настоящая. В любых тряпках."

На экране появился циферблат. Стрелка часов двигалась к двенадцати, и гости стали громко отсчитывать секунды до наступления Нового года. Когда оставалось всего десять секунд, Марк и Лео открыли шампанское и принялись под радостные возгласы разливать его по бокалам. На всех лицах расцвели счастливые улыбки. В ту ночь каждый поверил, что новый год приготовил одни лишь приятные сюрпризы.

По традиции, следовало выпить шампанское, пока часы бьют двенадцать - тогда загаданное при этом желание должно было непременно исполниться. Поднося к губам наполненный бокал, Клара мысленно произнесла: "Хочу, чтобы мы с Алексом были счастливы." И у нее получилось допить шампанское именно в тот момент, когда прозвучал двенадцатый удар.

-Что ты загадала? - тихо спросил Марк, наклонившись к ней.

-Не скажу, иначе не сбудется, - ответила Клара. - Но ты и так знаешь, что это было.

Марк не сдержался и поцеловал Клару в губы. Вера дернула Илью за рукав пуловера, намекая на то, что хочет присоединиться к сестре; Илья намек понял и выполнил ее пожелание.

-Ну, давай и мы туда же, - сказала Кира, приподнимаясь на цыпочках и целуя оторопевшего Лео.

-Молодежь, что с них взять, - снисходительно произнес Матвей Турьев и, недолго подумав, чмокнул свою супругу.

А за окном слышался веселый смех соседей, выбежавших на улицу, чтобы взрывать петарды, играть в снежки и просто дышать свежим зимним воздухом.