# Послушная жена 2

Аноним Cofe

Делать ни в столовой, ни на кухне уже было нечего, и госпожа с Кимом разошлись по своим комнатам. Когда Ким поднимался к себе, то увидел сидящего на ступеньках лестницы мальчика.

- Ждешь сестру? - спросил он, садясь рядом с Юном, так звали брата ЮХа.

- Ага, - кивнул мальчик. - Хочу, чтобы она объяснила мне математику.

- Хочешь, объясню?

- Не-а, - мотнул головой Юн, посмотрев в сторону кабинета.

- Переживаешь?

Мальчик опять кивнул.

- Папа всегда так с сестрой, - вздохнул он. - Ничего ей не разрешает, даже учиться. Хочет, чтобы она все делала, как он велит. Уволил домработницу и служанок, сказал, что сестра все будет делать по дому сама. А сестра в ответ заявила, что тогда не станет ходить ни на какие приемы и рауты и принимать гостей, раз она просто прислуга.

- А почему он не стал ей ничего разрешать? - спросил, слушавший внимательно Ким.

- Он хотел, чтобы она работала в его компании, а она не захотела.

- Понятно, - Ким взъерошил мальчику волосы. - По-прежнему не хочешь, чтобы я объяснил домашнее задание?

Вернувшись к себе в комнату, Ким упал на кровать и, заложив руки под голову, принялся разглядывать потолок. Так вот как на самом деле обстоят дела - в этом семействе идет тихая война. Что значит противостоять боссу, он знал хорошо, но босс так и не смог привести дочь к покорности, сделать послушной. Более того, маленькая принцесса приняла вызов и неплохо справляется, противостоя отцу. Чью сторону примет он? Босса, который вчера в ресторане открыто попросил его о помощи или сторону своей малышки жены? А фигурка у нее, насколько он успел разглядеть, ничего. Ким встал и вышел. Тестя он застал в библиотеке, просматривающего бумаги. Правильно, компьютер ведь в кабинете, ставший карцером для ЮХа.

- У меня ноут, - сказал Ким. - Если хотите воспользоваться...

- Не надо, - буркнул тесть, бросая бумаги на стол, - все равно в голову ничего не лезет... Что за упрямый ребенок!

- Из-за чего вы так с ней? - не замедлил спросить Ким.

- Ким, - Мин Со снял очки, утомленно потер глаза, и сейчас как никогда походил на обеспокоенного, заботливого отца. - У ЮХа хваткий ум и воля. Говорят тыквенные стебли и дочь пойдут туда, куда их направят, но это не про ЮХа. Противостоять мне три года и гнуть свое, это, знаешь ли, дорогого стоит. Я видел ее своей наследницей, но она не соглашается ни в какую. Рассчитываю на тебя. Если будешь рядом с ней, в ваших руках Фоксэм выйдет на мировой уровень. Потому я и заговорил о медовом месяце. Вы должны сблизиться.

- Тогда позвольте мне сделать это самому, не вмешивайтесь.

Мин Со какое-то мгновение смотрел на него исподлобья, а Ким выжидающе. Нелегко было отцу передать прерогативу воспитывать и усмирять дочь, мужу.

- Ну, смотри, - ворчливо уступил он.

- Тогда отмените свое наказание. Она ведь даже не поела.

- Ох, дети... - прокряхтел босс и, опершись ладонями о подлокотники, поднял свое грузное тело с кресла. - Видел, что она устроила на свадьбе? Будешь с ней либеральничать и потакать, сам не заметишь, как пойдешь у нее на поводу, а она тебе живо на шею сядет.

- Я это учту.

- Вообще не понимаю, что ее держит, - уже в дверях все еще ворчал босс.

Наверное, только сейчас до него, как до отца стало доходить, что дочь уже не принадлежит ему и что кто-то другой имеет на нее больше прав, чем он. А Ким не обольщался на счет того, что легко отвоюет для себя ЮХа. Вернувшись в свою комнату, он то и дело подходил к дверям, надеясь услышать ее шаги. Не могло быть такого, чтобы отец не отпустил ее. Значит, либо она на кухне, либо у брата, помогает с домашним заданием. Наконец, он услышал их, легкие и быстрые, и вдруг не на шутку разволновался. Дверь рядом с его дверью хлопнула. Странное он испытывал чувство, то ли боязни, то ли нерешительности, так несвойственной ему. Какое-то время ушло на то, чтобы уговорить себя выйти, подойти к соседней двери и постучаться. ЮХа открыла сразу.

- Ты в порядке? - спросил он, хотя во рту от волнения пересохло, и он едва ворочал языком. Это был его первый добровольный контакт с собственной женой.

- Да, - кивнула она. - Спокойной ночи, - и захлопнула дверь.

Ким ходил по комнате кругами не в силах успокоиться и сосредоточиться на чем-то одном. Его мысли упорно возвращались к ЮХа, и ничто не могло его отвлечь от них. Он думал о том, как дать ей понять, что с его стороны все всерьез и надолго и что с ним следует считаться, но в голову лезли всякие глупости. Например, стоит ли ее кровать у смежной с его комнатой стены? Он даже подошел к ней и прижался ухом, пытаясь уловить за стеной хоть какое-то движение. Почему так тихо? Даже звука телевизора не слышно... Компьютер?

На следующий день, он вернулся с работы до обеда. У него уже был свой ключ, поэтому ЮХа просмотрела его и, выглянув из кухни, увидела только, как он быстро поднимается по лестнице в свою комнату из которой больше, кажется, так и не появлялся. Через какое-то время она уехала забирать Юна из школы, а когда вернулась, ворота особняка были распахнуты настежь, а во дворе стоял небольшой фургон из тех, что занимаются перевозками мебели. Из него в дом двое грузчиков в форменных комбинезонах вносили какие-то коробки. Ничего не понимающие ЮХа с братом прошли в дом бочком, чтобы не мешать грузчикам, втаскивавшим длинный короб в гостиную. Юха отправила Юна в его комнату, но ему пришлось задержаться, так как грузчики начали поднимать коробку вверх по лестнице. ЮХа поднялась за ними в комнату Кима, мальчишка не отставал. Ким, увидев ее, стоящую в открытых дверях, обрадовался. Обойдя коробки, которые распечатывали грузчики, сказал:

- Хорошо, что ты пришла. Собираюсь вынести из комнаты кое-какие вещи. Ты не против? Тогда скажи грузчикам, куда они могут их перенести и поставить.

Девушка нахмурилась. Ей не понравилось, что в доме распоряжаются без ее ведома. С другой стороны, она и сказать-то ничего не могла, Ким Бо не был здесь гостем.

- Вы должны были предупредить меня заранее, чтобы я...

- Ну, что ты, я сам управлюсь... Нет, нет... - быстро повернулся он к грузчикам. - Кровать трогать не надо, она останется.

ЮХа скрепя сердце указала грузчикам куда вынести кресла, банкетки, трюмо с зеркалом, а потом ушла на кухню кормить брата. Через какое-то время Ким Бо бегом спустился по лестнице, разговаривая по телефону. Судя по всему, он срочно понадобился на работе, так что нанятая им бригада грузчиков закончила сборку без него и прежде чем уехать, тщательно убрала за собой весь мусор и пустые коробки. ЮХа, вышедшая их проводить и закрыть за ними ворота, протянула бригадиру грузчиков несколько крупных купюр, она была благодарна, что они все за собой прибрали. Но бригадир, невысокий мужчина с широким лицом и громогласным голосом объявил, что ее муж уже обо всем позаботился, за все щедро заплатив. Попросив прощение за беспокойство, он уехал, увозя в грузовичке свою бригаду из пяти человек. Вечером Ким пришел домой точно к ужину. Он успел умыться, переодеться и спуститься в столовую. ЮХа поставила перед ним кальбитхан: ароматный бульон из говяжьих ребрышек с зеленым луком, рядом пиалу с паровым рисом и, пожелав всем приятного аппетита, села рядом с Кимом. Тесть читал газету, госпожа разговаривала с сыном и дочерью, и ужин прошел мирно. Перед тем как подать чай, ЮХа убрала со стола тарелки и вынесла из кухни поднос с чайником, кружками и блюдо оладьей с начинкой из грецких орехов. О свадебном путешествии больше не упоминалось и Ким, наверное, как и ЮХа, перевел дух.

- Замечательно, - шепнула дочери госпожа, вставая из-за стола.

По-видимому, хвалить ЮХа, домашним было запрещено.

- Все было очень вкусно, ЮХа, - поблагодарил её Ким, поднимаясь. - Никогда не ел ничего вкуснее.

Госпожа растеряно поглядела на мужа, а мальчишка, скрывая довольную улыбку, низко склонился над своей кружкой, утянув под стол несколько оладий. Босс укрывшись за своей газетой, сделал вид, что не слышал крамольной реплики зятя, сказанной во всеуслышание. Вскоре все разошлись по своим делам, а через какое-то время из комнаты Кима Бо раздались сотрясающие дом звуки тяжелого рока. Если кому они и мешали, то только соседствующей с Кимом ЮХа. До кабинета босса музыка доходила слабой волной ритма. Мин Со сидевший за компьютером поднял брови удивляясь тому, что это не совсем приятное буханье заметно взбадривает его. Госпожа разговаривала по телефону со своей одноклубницей, обсуждая предстоящее приглашение в клуб знаменитой До Ра. Это событие стоило того, чтобы не отвлекаться на какой-то грохот. Юн сидел в наушниках, сосредоточено ведя сражение между орками и эльфами, которых вооружил танками. Так что вся "прелесть" убойного рока досталась ЮХа. Через пятнадцать минут этой неистовой звуковой какофонии, в дверь Кима постучали, и он поспешил открыть ее. Перед ним, едва сдерживая гнев, стояла ЮХа. Ким подавил улыбку: так вот она какая, когда сердиться. Ким вопрошающим взглядом уставился на жену, когда она что-то отрывисто сказала, сердито сдвинув тонкие брови.

- Погоди, - поднял он руку, - сделаю потише.

И отойдя к музыкальному центру и беговой дорожке, которые и были приобретены им сегодня, бросил ей через плечо:

- Да ты заходи, не стой на пороге.

На полу лежали гантели, через которые он перешагнул. Ким был в бойцовке, что открывала его хорошо тренированные руки и плечи, сейчас влажные от пота. На его шее висело полотенце, а в комнате стоял запах разогретого мужеского тела. Он был босиком в широких тренировочных штанах завязанных тесемками на плоском животе. Такой вид безотказно действовал на девушек в тренажерном зале, где он постоянно занимался. Возле занятого им снаряда всегда оказывалась какая-нибудь девица, и хорошо, если она просто молча глазела, но некоторые заговаривали с ним, рассчитывая на дальнейшее знакомство, чем портили ему тренировку. Поэтому он был уверен, что ЮХа поумерив свое раздражение и смягчившись, может быть захочет просто поболтать с ним. Но она не только не вошла в комнату, а продолжала сердито выговаривать:

- ... что это такое! Неужели нельзя понять, что вы мешаете другим. Сделайте потише или занимайтесь в наушниках. И, вообще, в этом доме есть тренажерный зал и если вам так припекло заниматься после ужина, идите туда.

Ким с веселым интересом смотрел, как его жена ругается.

- Извини, - сказал он. - Я не подумал. Привык жить один... Но ты сказала здесь есть тренажерный зал, не покажешь?

Она смерила его негодующим взглядом с ног до головы и сердито бросила:

- Хорошо. Я позову вас, - и ушла к себе, хлопнув дверью.

"Yes!" - ликовал Ким. Кто бы сомневался, что это сработает. Но если она дала ему время привести себя в порядок, то пусть не надеется. Он отправится в тренажерный зал в таком виде как есть. Самое главное не показывать явную заинтересованность ею, он будет осматривать тренажеры и только тренажеры. Спросит ее, например, как действует тот или иной тренажер, попросит показать. На них она будет уязвима, а может она сделает неловкое движение, чем поможет ему физически сблизиться с ней. Словом важно, чтобы их руки, а потом и губы соприкоснулись, а дальше ему, возможно, не придется спать в одиночестве на своей огромной свадебной кровати со всеми этими кружевными рюшами на розовом атласе. В дверь постучали и Ким с неожиданно сильно забившимся сердцем, открыл ее, почти рванув на себя. Минуту другую он смотрел на ухмылявшегося Юна и на его чудный вопрос:

- Ты?

Мальчишка радостно дал столь же чудный ответ:

- Ага! - потом кивнув на дверь ЮХа, пояснил: - Сестра сказала мне показать вам тренажерный зал.

- Почему это должен делать ты, а не она?

Мальчик пожал плечами.

- Сказала, что ей некогда.

- Отмазывается, - язвительно заметил Ким.

- Точняк! - весело подтвердил Юн и спросил: - Ну что, пойдем? Или вам уже не интересно?

- Еще как интересно. Показывай.

Зал представлял собой комнату с велотренажером, шведской стенкой, боксерской грушей, штангами и доской для качания пресса.

- Раньше здесь папа занимался, сестра иногда приходит, особенно когда папа ее с женихами доставал, - рассказывал мальчик.

- Про женихов ты не мог бы рассказать поподробнее, - попросил Ким, наблюдая, как Юн ловко взбирается по лесенке шведской стенки и, схватившись за перекладину, повисает на ней.

- Ха! - воскликнул он, болтаясь на перекладине. - Вы бы видели, что она вытворяла, когда отец устраивал ей свидания вслепую. Вы-то вот не заметались, когда увидели ее на свадьбе, а некоторые чуть ли дверь не выносили, убегая из нашего дома.

- Отец знакомил ее здесь, дома?

- Ага! - руки мальчика начали соскальзывать, и Ким поддержал его, пока он с перекладины не перебрался обратно на лесенку.

- Знаете, как было весело! - продолжал с воодушевлением Юн. - У меня мировая сеструха! Потом отец кричал на нее, что она своими выкрутасами добилась лишь того, что о ней стали говорить как о чокнутой.

Мальчик слез со стенки и принялся лупить грушу, которую Ким на всякий случай придерживал.

- А с вами отец был осторожен. Когда вы пришли к нам познакомится с ЮХа, он запер ее в комнате, чтобы она чего-нибудь не выкинула. Потом они жестоко разругались. Отец тогда заявил, что она выйдет замуж только за вас и точка. И что он пойдет на все, чтобы ваша свадьба состоялась, и больше не потерпит ее штучек. Вот поэтому вы ей не нравитесь.

- А тебе я нравлюсь? - с надеждой спросил Ким.

Мальчишка, склонив голову на бок, задумчиво ударил по груше, та чуть дрогнула от удара маленького кулачка. По-видимому, ему не хотелось предавать сестру.

- А вам нравится наш тренажерный зал?

- Нормально, - ответил Ким засмеявшись.

- Ну и вы мне нормально... - серьезно ответил мальчишка.

Подчиненные Кима Бо, привыкшие, что их начальник все время задерживался допоздна, теперь каждый вечер с удивлением наблюдали, как он срывается с работы едва ли не раньше них, все время нервно поглядывая на часы. Понятно, что молодожен, но уже большинство в компании, если не все, знало, что из себя представляла его жена. Подступали с этим вопросом к Чон Са, но она холодно отвечала, что не вправе обсуждать личную жизнь своего начальства. А Ким панически боялся опоздать на ужин, потому что тогда весь вечер и следующий день не увидит своей жены. Все эти дни он не без интереса наблюдал за ней. Он всегда заставал ее либо у плиты на кухне, либо в столовой накрывающей стол. С ним она была неизменно вежлива и приветлива, но не более. Поговорить у них не получалось. После ужина ЮХа запиралась в своей комнате и больше оттуда не выходила. Один раз Ким все же сделал попытку проникнуть к ней. Через вечер после так удачно задуманного, но так и не состоявшегося свидания в тренажерном зале, Ким после ужина постучал в ее дверь.

- Прости, но не могла бы ты открыть мне, - тихо попросил он.

Она открыла, выдернула из уха наушник плеера и выжидающе уставилась на него.

- Голова болит, - пожаловался Ким, потирая лоб. - Нет ли у тебя таблетки? Можно я зайду? Что-то мне не хорошо... - попросил он.

Но она, нахмурившись, захлопнула дверь перед его носом. Пока он разглядывал неприступную твердыню двери, решая, что это все значит и как ему теперь быть, дверь вдруг открылась и девушка протянула ему упаковку болеутоляющих таблеток.

- ЮХа, можно с тобой поговорить? - начал, было, Ким, но дверь перед ним опять захлопнулась.

И тут он с недоумением начал подозревать, что, кажется, совсем неинтересен своей жене. Разумеется, он не стал мириться с подобным положением и с этого дня принялся расставлять едва приметные ловушки, а ЮХа обходить их. "Что ж, - думал он. - Если не удастся проникнуть в ее комнату явным путем, придется сделать это не явным". Приглашения от ЮХа он точно не дождется. Как-то он подгадал так, что поднимаясь следом за ней по лестнице, очутился возле ее двери одновременно с ней. Наверное, в пику отцу она закрывала дверь своей комнаты на ключ. Теперь он прислонился плечом к двери так, что открой ее ЮХа, он невольно ввалится в комнату.

- Может, нам все-таки поговорить о нас? - спросил он. - Так ведь дальше продолжаться не может, согласна?

ЮХа посмотрела на него, как бы невзначай навалившегося плечом на ее дверь и задумчиво спросила, держась за дверную ручку.

- Который сейчас час?

Несколько сбитый с толку, Ким ответил, мельком глянув на ручные часы.

- Сериал! - спохватилась она и, обойдя его, со всех ног кинулась вниз в гостиную.

Там быстро схватив пульт, включила экран домашнего кинотеатра. "А, так вот чем она занимается вечерами у себя в комнате! Смотрит сериалы!" - осенило Кима, который спустился в гостиную вслед за ней. Он этого так не оставит и если ему не удастся зайти в ее комнату, то он хотя бы поговорит с ней. Не будет же она его вечно игнорировать. Он по-хозяйски уселся на диване рядом с ней и, сложив руки на груди, начал смотреть какую-то мутную историю про невнятную любовь. Он понимал, что попусту теряет время, но речь шла о его будущей семейной жизни, а ради этого чего только не перетерпишь. Через несколько минут после начала серии Ким осторожно глянул на ЮХа. Ее глаза не отрывались от экрана, губы вздрагивали. Неужели серьезно переживает то, что происходит в этом сериальном дурдоме? Словно, почувствовав его взгляд, она повернулась и сердито посмотрела на него.

- А бабушка за кого? - тут же нашелся, застигнутый врасплох, Ким. - За внука? Или шпионит за ним в пользу его родителей?

Сейчас она взахлеб начнет разъяснять ему, что к чему, глядишь и разговорится.

- Зачем вам это? - недовольно спросила она. - Хотите сказать, что будете смотреть его и дальше?

"Вот это наезд!" - удивился про себя Ким, но вслух спросил:

- А у себя ты смотришь его по компьютеру? Может нам вместе собираться в гостиной на семейный просмотр?

Она пожала плечами и отвернулась, предпочитая смотреть на экран чем на него. Ким же наоборот предпочитал смотреть на нее чем на экран и вдруг понял, что ЮХа не смотрит этот дурацкий сериал, а бездумно уставившись на экран, думает о своем. Что за мысли бродят в этой хорошенькой головке, что ей совершенно плевать на благополучную семейную жизнь и на мужа? Сериал наконец-то закончился, ЮХа встала с дивана, направившись в свою комнату, но тут же обернулась на идущего за ней Кима. Тонкие брови сдвинулись, опять сердится. Ладно, пусть сердиться, лишь бы не гнала. Именно в этот момент им на глаза попался Юн. Мальчишка беспечно выходил из кухни, украдкой таща оттуда бутерброд и бутылку колы.

- Ну и куда ты собрался с этим пайком? - сложив руки на груди, встала перед ним сестра.

- Ну, нуна... - заканючил мальчишка, видя решительно плохое настроение ЮХа.

- У тебя и так не комната, а продовольственный склад. И я, кажется, тебе говорила, чтобы ты не наедался после девяти.

- А я...

- Ты уроки сделал?

- Ты же мне никак дроби не объяснишь.

- Хорошо, объясню тебе их сейчас.

-Ла-адно... пойду за тетрадкой.

- Нет уж! Что бы ты заперся у себя в комнате со всей этой отравой?

Поникший мальчишка подошел к дивану, вывалил то, что нес на пол и сел за журнальный столик. ЮХа вооружившись ручкой, которую достала из кармана джинс и небольшим отрывным листком, принялась объяснять ему дроби. Юн сопел, шмыгал носом, явно ничего не понимая. Ким стоял рядом и, сложив руки на груди, смотрел в исчерканный листочек. ЮХа задала наводящий вопрос, добиваясь, чтобы Юн, наконец, начал соображать.

- Смотри, простая задачка: 1% = 25 деталям, тебе нужно найти 25 %. Ну, не тупи, подумай.

Мальчик низко опустил голову, стараясь скрыть слезы, он так ничего не понял.

- ЮХа, - взял ее за плечи Ким, - давай я попробую.

Она встала с ковра, уступая ему место рядом с братом. Юн испугано смотрел на него, ожидая нового наезда на свои и так кипящие мозги.

- Играешь в квесты? - спросил его Ким, устраиваясь рядом.

Юн кивнул, шмыгнув носом.

- Смотри, в 25 локациях, есть по 25 мобов. Сколько мобов всего?

- 1375, - тут же выдал мальчишка.

Не выдержав, Ким рассмеялся. Мальчишка был смышленым, все схватывал на лету, и объяснять ему было не в тягость, но ЮХа потихоньку ушла. Вернувшись к себе в комнату, Ким прислушался. Из ее комнаты не было слышно ни звука. Он подошел к стене разделяющую их комнаты и прижался к ней лбом. Чем же таким ты занята, ЮХа?

На следующее утро выходного дня за завтраком госпожа была настолько взволнована, что отказалась от кофе. Она боялась опоздать в клуб где должна была состояться встреча со знаменитой До Ра, которой первые дамы клуба еще накануне послали приглашение. В этот клуб входили женщины из значимых, представительных, а главное состоятельных семей, но и это не было показателем того, чтобы можно было купить в нем членство. В него выборочно принимали тех женщин, чьи мужья влияли на политическую либо экономическую жизнь страны, словом, жен сильных мира сего. А потому популярная писательница, конечно же, будет польщена подобным приглашением. Госпожа была взбудоражена и возбуждена в предвкушении того, что увидит таинственную романистку, которой все это время удавалось оставаться инкогнито. Она рассчитывала не только получить от нее автограф, но и поговорить с ней.

- Не переживай так и не суетись, - сказал ей муж. - Она явится, все-таки приглашение от первых дам страны нельзя так просто проигнорировать, но твои ожидания могут не оправдаться.

- Мне бы твою уверенность, - заметно нервничала госпожа, пропустив мимо ушей последние слова мужа.

- А тут и сомневаться нечего. Ставлю три к одному, что эта авторитесса начнет просить у вас денег на раскрутку своего очередного чтива.

Ким усмехнулся, он был полностью согласен с тестем. Госпожа задумалась над подобным вариантом и, кажется, была не против финансово поддержать До Ра. Сам Ким, частенько проводивший выходные в офисе или на переговорах, назначенные на эти дни, на этот раз решительно освободил для себя воскресение. Он особо не представлял, что будет делать, но знал одно, что попытается хоть как-то сблизиться ЮХа. С этой мыслью он и проснулся в это воскресное утро, и началось оно многообещающе. Умываясь, он раздумывал, куда бы мог пригласить ЮХа и что еще любят домохозяйки кроме сериалов. По рассказам сослуживцев их жены, сплошь домохозяйки, бывают счастливы, когда мужья приглашают их хотя бы в кафе. Если так, то он пригласит ЮХа в самый дорогой ресторан. В дверь тихо постучали.

- Входите, - откликнулся он, зачесывая назад мокрые волосы.

Но когда через некоторое время опять деликатно постучали, Ким вышел из ванны и распахнул дверь своей комнаты. Перед ним стояла ЮХа в джинсах и голубой маечке.

- Доброе утро, - поклонилась она ему. - Могу я войти?

- Что? - переспросил Ким, плохо соображая в тот момент, точнее не веря тому, что только что услышал. Что она сейчас сказала? Что хочет войти к нему?

- Хорошо, - отступила ЮХа. - Я зайду позже.

- Нет... проходи, конечно, - посторонился он, вконец потерявшийся от того, что вот, он только что думал о ней, и вдруг она сама... а он не успел натянуть футболку, и был в одних широких спортивных штанах...

В следующую секунду Ким с выпрыгивающим из груди сердцем, смотрел, как она подходит к их брачной постели и сдернув покрывало, откидывает одеяло... Значит... вот так у них все произойдет... прямо сейчас... Во рту пересохло, в голове стоял сплошной туман, в ушах гудела кровь. Да что с ним такое? Сейчас не время терять контроль над собой. Что с ним вообще происходит? Возбуждение пришло мгновенно и с такой силой, что он не помнил себя. Например, как будучи только что у двери, он вдруг оказался рядом с постелью и ЮХа? Глядя на склонившуюся ЮХа, он бессвязно думал, что она его жена, и подошел вплотную. Так что, когда она выпрямилась и повернулась, держа кипу постельного белья, которое пыталась перехватить поудобнее, то натолкнулась на Кима. Розовый шелк и атлас скользили, падая из ее рук живописными складками. Поклонившись, она попыталась обойти его, но он заступил ей дорогу.

- Господин? - недоуменно посмотрела она на него поверх тюка белья.

- Так ты пришла сюда, чтобы поменять постель? - глухо спросил он, злясь на себя, на нее, на кучу тряпья, что была между ними.

- Ну да, - кивнула она и, показав глазами на дверь позади него, спросила: - Вы позволите?

Он не пошевелился, и она обошла его.

- Дочь хозяина огромного конгломерата, принцесса целой промышленной империи унижает себя, позволяя низвести до уровня служанки. Совсем нет самолюбия, что приходишь к мужчине менять постельное белье? - сквозь зубы цедил он, хлестая ее словами.

Она была уже у дверей, за ней розовым шлейфом тащилась соскользнувшая простыня. Прежде чем выйти, она остановилась, повернувшись к нему.

- Меня это не унижает, - сказала она. - А вот вас, по-видимому, оскорбляет быть мужем прислуги. Позорно, да? Думать о том, что ты заслуживаешь большего, наша глупость. Если считать, что работа, которую делаешь, унизительна, то она и будет унижать.

Она вышла, мягко прикрыв за собой дверь, а Ким стоял посреди комнаты и думал, что черта с два он теперь оставит ЮХа в покое.