# Четыре партии в шатрандж: Часть вторая, главы 1 - 2

Райт Дамина

Ещё вчера избалованная принцесса Эсферета ночевала на шёлковых простынях, а сегодня она беглянка, и рядом с ней - только верная Мэриэн. У подруг есть цель, но сумеют ли они добраться до неё? И можно ли доверять жрецу богини смерти, даже если он спас тебя от смерти? Все ответы - и приключения - ждут впереди.

I


Эсфи не помнила, как она потеряла сознание. Последним, что отпечаталось в её памяти, были камни, они сыпались совсем близко, а она хотела их остановить, но у неё не вышло.

Очнулась она в сумерках. Было неудобно лежать на земле, болела голова, и Эсфи тихонько захныкала, но тут же прекратила. Где Мэриэн? Эсфи села, огляделась - и облегчённо вздохнула, различив знакомое рыжее пятно на земле. Протянула руку, коснулась волос Мэриэн:

- Вставай!

Мэриэн не откликалась.

Эсфи стало страшно. Она никак не могла понять, что это за тёмная стена позади неё, откуда взялась. А Мэриэн... она скоро придёт в себя. С ней не могло случиться ничего плохого, твердила себе Эсфи. Если бы она хоть на миг подумала иначе, то стала бы плакать, не в силах остановиться.

Поднявшись на ноги, Эсфи неуверенно побрела к "стене", дотронулась до неё пальцем. Камень. И там камень, и здесь. Так это же обвал, который она, Эсфи, сама устроила! Когда её дар пробудился, первым на пыльную землю рухнуло дерево, выдернутое с корнем, а следом и камни полетели...

Очнувшись от воспоминаний, Эсфи с ужасом подумала, что Амарель-то остался позади!

- Амарель! - Эсфи стукнула по камню. - Амарель!

Никто не ответил, и только эхо разнесло её крик по горам...

За спиной раздался слабый стон.

- Мэриэн! Живая! - Эсфи обернулась, отчаянно желая увидеть, всё ли с Мэриэн в порядке. Подойти? Спросить? Отчего-то не слушались ни ноги, ни язык.

- Я... сейчас, - с трудом произнесла Мэриэн. Кажется, она вставала. Да, она могла встать! От облегчения у Эсфи по щекам потекли слёзы.

- Эсфи? Ты... - начала Мэриэн.

- Я не ушиблась! - Эсфи вытерла глаза. - А ты?

- Почти цела. Может, шишка на голове останется, - Мэриэн подошла к ней. - Счастливо отделались! Когда твои камни повалили, меня по макушке стукнуло. А где... - Она оборвала себя, и стало тихо, если не считать далёкого рокотания горного потока на дне пропасти.

- Он остался там? - голос Мэриэн упал до шёпота.

У Эсфи не было слов - она кивнула, закрыла лицо руками, и слёзы полились опять. Бедный, бедный Амарель, эмегены, наверное, добрались до него, и всё из-за неё... Эсфи села на землю, обхватила колени руками и спрятала лицо, продолжая всхлипывать.

Мэриэн звала Амареля, пока не охрипла, а когда Эсфи уже устала плакать, она слышала, как Мэриэн пыталась перелезть через камни. И когда у неё не вышло, Мэриэн пыталась раскидать камни, ругаясь, как простолюдинка, а потом обессилела и замолчала.

- Это я... - Эсфи трясло, как в лихорадке. - Это я виновата...

Она вспомнила, как раньше швыряла камни, когда они с Мэриэн убегали от эмегенов, и была поражена мыслью: а что, если и тогда кто-то погиб? Пусть эмеген, пусть не человек, но мог погибнуть. А пока они с Мэриэн идут к волшебнику, сколько ещё несчастий случится?

Что-то подтолкнуло Эсфи встать. Она оглянулась на Мэриэн - та припала к камням, не двигалась и не пыталась заговорить. Эсфи не знала, что Мэриэн успела так привязаться к Амарелю, несмотря на Кальфандру и обман. Выходит, Эсфи и Мэриэн сделала несчастной.

Ещё несколько тихих шагов, и Эсфи остановилась на краю пропасти. Если она захочет, то бросится вниз - полетит, как птица. Будет больно, но потом она очнётся рядом с мамой...

- Ты что делаешь?! Отойди!

В голосе Мэриэн было столько испуга, что Эсфи вздрогнула.

- Мэриэн, так будет лучше!

- Кому будет лучше? Я сказала, отойди! - Судя по голосу, Мэриэн подобралась ближе.

Эсфи распростёрла руки, словно и вправду была птицей, а это её крылья.

- Я прыгну. Попытайся только меня тронуть - и я прыгну!

- Ну, хорошо. Я тебя не трогаю, - Мэриэн заговорила мягко и печально.

- Амарель погиб из-за меня. Его убили эмегены! Или один из моих камней, - Эсфи сжала кулаки. - Я думала, я научилась вызывать дар, когда захочу!

- Ты не виновата, - убеждала её Мэриэн. - И ты научишься, обязательно научишься! Только не прыгай. Я дала слово твоей матери...

- Я лишила тебя друга, - губы Эсфи задрожали, она опустила руки и поёжилась - словно отталкивая её, со стороны пропасти подул холодный ветер. Становилось всё темнее.

- И хочешь сделать это ещё раз? - просто спросила Мэриэн.

Эсфи подумала и сделала шаг от пропасти. Мэриэн тут же оказалась рядом, сгребла Эсфи в охапку и потащила прочь, яростно приговаривая:

- Отшлёпать бы эту девчонку да по королевской заднице!

Наверное, сегодня у Эсфи был день неиссякаемых слёз.


Они спустились на равнину, втайне надеясь, что все эмегены остались позади, а дойти до Фаарне, столицы Гафарса, окажется легко. Мэриэн говорила только об этом, пока кормила Эсфи невкусными корешками и готовила для неё постель из травы. Эсфи молчала - и ела корешки, не капризничая, отчего Мэриэн снова насторожилась.

Ночью Эсфи лежала без сна и слушала ровное дыхание подруги. Мэриэн так устала, что не смогла бодрствовать, и, предчувствуя, что заснёт, взяла с Эсфи слово: не пытаться опять натворить глупостей. Эсфи пообещала - всё равно она теперь не сможет прыгнуть в пропасть. Испугается. Да и дойти не успеет - пока будет плестись, шурша травой и натыкаясь на ветви мирно растущих сосен, Мэриэн проснётся. И тогда уж наверняка отшлёпает.

Ночь была светлая. Ворочаясь без сна, Эсфи представила себе много-много сияющих точек на небе - звёзд. Наверное, это красиво. Горький комок подкатил к горлу - красиво, но она этого не увидит. Разве что, дар пробудится посреди ночи. Дар... Скорее его можно было назвать проклятьем! Амарель никогда не увидит звёздного неба, вот что хуже всего.

Мэриэн перевернулась во сне на другой бок и пробормотала:

- Друг... Не другом я его хотела назвать.

Эсфи догадалась, что именно снилось Мэриэн, почувствовала себя ещё хуже и заснула в слезах, когда ночь отступила, и небо уже начало розоветь.

Проснулась она оттого, что Мэриэн трясла её:

- Вставай! Вставай быстрее!

Эсфи вскочила, открыла глаза и тут же зажмурилась от яркого солнца. Мэриэн поддержала её за плечи.

- Что такое? Эмегены? - испуганно пискнула Эсфи, вцепившись в Мэриэн.

- Нет. Путешественники! Едут в Гафарса и могут взять нас с собой.

Путешественники! Эсфи мигом вообразила себе купеческий караван, как в сказке. Развевающиеся на ветру бороды и пёстрые одежды, взгляды людей, повидавших много чудес на свете... Эсфи так погрузилась в эту картинку, что не сразу расслышала слова Мэриэн, пока та вела её прочь:

- Надеюсь, что в повозке тебя не растрясёт и не станет тошнить, как на корабле...

Эсфи очнулась:

- В какой повозке?

- Запряжённой быками, - спокойно ответила Мэриэн, и Эсфи нахмурилась. Ей очень хотелось сказать, что она лучше пешком пойдёт, чем поедет на повозке, пересчитывая все камни и ухабы на дороге. Но Эсфи промолчала. Она ведь не принцесса, а беглянка, и давно пора с этим свыкнуться, как сделала Мэриэн. Эсфи понурила голову и смотрела себе под ноги, мысленно бунтуя и не желая ни с чем свыкаться. Как мир несправедлив!

Скоро они выбрались на дорогу.

- Это и есть Миана? - долетел до Эсфи звонкий детский голос, и она растерянно моргнула. Повозкой правила такая же маленькая девочка, как она сама?! Или ещё младше.

- Да, это моя сестра, - как ни в чём не бывало, подтвердила Мэриэн. Эсфи всё-таки не удержалась и сердито зашептала ей на ухо, когда Мэриэн подсаживала её в повозку:

- Ты сказала - путешественники! А там один ребё...

- Прошу прощения, - детский голос прозвучал со всей взрослой важностью. И как только услышала? - Я не ребёнок.

Кто-то закашлял басом, показывая, что "девочка" путешествовала не одна. Должно быть, этот мужчина и правил повозкой.

- А как тебя... вас зовут? - Эсфи стало неловко из-за своих слов.

- Тарджинья, - прозвенело в ответ, и Эсфи вдруг осознала, что с ней говорили на каком-то странном языке, а она всё поняла и даже отвечала на своём, афирском! Эсфи беспокойно заёрзала на месте. Мэриэн, сев рядом, взяла её за руку и успокаивающе шепнула:

- Всё будет хорошо, - и тут же наступило молчание - наверное, не только Эсфи вспомнила Амареля, и не только Эсфи пришлось проглотить непрошеный комок в горле.

- Устроились? Едем? - спросила Тарджинья.

- Едем, - решительно ответила Мэриэн. - Если надо, я помогу вам править повозкой.

Кажется, её совершенно не удивляло, что она понимала Тарджинью, а Тарджинья понимала её. Или Мэриэн просто не подавала виду. В любом случае, её спокойствие передалось Эсфи - если Мэриэн не хваталась за меч, значит, всё и вправду хорошо... пока.

- Мы тебя утомлять не будем. Ты нам ещё пригодишься, если из леса разбойники выскочат, - Тарджинья хихикнула, как если бы сказала что-то забавное. А Эсфи снова встревожилась - разбойники! Ещё этого не хватало.

- Верно, пригожусь, - согласилась Мэриэн с Тарджиньей, и они поехали. Повозку, как и опасалась Эсфи, трясло, и она то наваливалась на Мэриэн, то оказывалась у самого борта. Потом Мэриэн обхватила её за плечи, привлекла к себе, и, пожалуй, стало чуточку уютнее. Эсфи старалась ободрить себя: всё страшное позади, они едут к волшебнику, который научит её владеть своим даром, и она будет использовать его во благо. Эсфи зажмурилась и стала повторять про себя: верю, верю, верю. В детстве это ей помогало - поможет и теперь.


II


- Сиди и не шевелись, - велела Мэриэн перепуганной Эсфи. Та кивнула, пытаясь вытереть слёзы грязными ладошками, но только испачкалась ещё больше.

- Я не дам никому подойти, - Мэриэн отошла на пару шагов и взялась за лук. В колчане была всего одна стрела, но её хватит, чтобы остановить врага.

И Мэриэн знала, кто окажется врагом, ещё до того, как он подошёл ближе. Человек в чёрном плаще, с прикрывающим лицо капюшоном, неспешно шагал через поле. Мэриэн выхватила стрелу и наложила её на тетиву, стараясь не обращать внимания на то, как дрожали руки.

Спокойно. Прицелиться. Вот так.

Время растянулось, и Мэриэн казалось, что она долго, не меньше часа, готовилась стрелять.

Он остановился шагах в двадцати от неё, снял капюшон, и Мэриэн вздрогнула. Знала, но до конца не верила. Не хотела.

- Амарель... Ты же умер.

- Кальфандра воскресила меня, - он говорил так же медленно, как и двигался - и, кажется, его ничуть не тронули рыдания Эсфи.

- Зачем ты пришёл? - Мэриэн с удовольствием бросила бы лук и стрелы, но нет - она должна была стоять насмерть. Она ведь знала и то, что услышит:

- Чтобы наказать Избранную Ученицу. Она не выбрала веру, а значит, умрёт. Так гласит закон Кальфандры.

Эсфи заскулила, как раненая собачонка. Она была так подавлена, что не могла использовать свой дар. А ведь раньше Амарель сам прикрыл бы её своим телом от любого, кто попытался бы напасть...

- Неправда, - Мэриэн не сводила с него взгляда. - Ты же... ты привязался к ней!

Амарель был весь чёрно-белый: черная одежда, волосы, глаза, белое лицо и бескровные губы. Пусти стрелу, и кроваво-красный цвет нарушит это однообразие. Мэриэн расхохоталась, как безумная, и прицелилась ему в лоб:

- Не подходи!

Амарель не послушался, словно после воскрешения утратил все страхи. Оставалось только одно: выстрелить. Убить. Чтобы не возвращался...

Нет. Нет.

- Я не могу, - Мэриэн швырнула оружие себе под ноги. Амарель встал напротив - и всё смотрел на неё. Сейчас он обнимет её, и от этой мысли стало жарко и странно. Мэриэн почудилась улыбка на лице Амареля - такая же ясная и искренняя, как прежде.

Всё будет забыто и...

Вспышка удара кинула Мэриэн на траву. Не чувствуя боли, вскочив на ноги, Мэриэн закричала, потому что Амарель занёс над Эсфи нож...

С этим криком Мэриэн и проснулась. Она жадно глотала воздух, как если бы вынырнула из речного потока, тянувшего её на дно. Кругом было тихо и темно, рядом в повозке спала Эсфи, на траве храпел кучер - его, как пояснила Тарджинья, звали Ирза. Погоди-ка, а где сама Тарджинья?

- Что тебе приснилось? - неожиданно прозвучал её голосок, и Мэриэн оглянулась. Тарджинья сидела на земле, скрестив ноги, как это делали в далёком Ихранджане. Она говорила, что родом оттуда, хотя, в отличие от смуглого и большеглазого Ирзы, походила на ихранджанку только широким белым платьем, испачкавшимся в пути. Кожа у Тарджиньи была светлая, волосы - светло-каштановые, и на солнце они отливали золотом, как заметила Мэриэн.

- Ничего, - хмуро ответила она. Тарджинья цокнула языком:

- А кто это - Амарель?

- Не твоё дело, - Мэриэн не хотелось грубо разговаривать с девчонкой, которая была всего-то лет на пять старше Эсфи, но любопытство Тарджиньи казалось невыносимым. А слышать имя Амареля от кого-то чужого - больно.

Когда-то Мэриэн не думала, что ей станет больно из-за мужчины, и все мужчины виделись ей одинаковыми. Даже если у них были самые лучшие намерения, ни один не считал Мэриэн таким же человеком, как он сам - лишь существом, созданным богами для мужских утех. С какой стати она решила, что Амарель - какой-то особенный?

А теперь сердце ныло и покоя не давало.

- Дело твоё, - согласилась Тарджинья. - Я просто спросила. Но ты так не кричи, Ирзу разбудишь, а он спросонья злой и за нож хватается, - Тарджинья подавила смешок.

Нож Ирзы был большим, разбойничьим, не то, что тонюсенькое лезвие, которым Амарель во сне хотел пронзить сердце Эсфи.

- Понимаю, - ответила Мэриэн, чтобы Тарджинья оставила её в покое. Глаза защипало, но Мэриэн не собиралась плакать, тем более, в присутствии любопытной девчонки. К счастью, Тарджинья скоро отошла в сторону и улеглась на траву. Наконец-то Мэриэн могла посидеть в тишине и спокойствии - пока Эсфи не начала вертеться и не задела её локтем. Мэриэн уложила девочку поудобнее и вгляделась в её лицо, бледное при тусклом лунном свете. Брови Эсфи были сведены вместе, и Мэриэн разгладила ей складку на лбу двумя пальцами.

С некоторых пор смотреть на Эсфи стало нелегко, и как бы Мэриэн ни твердила, что Эсфи ни в чём не виновата, это не помогало. А во сне Мэриэн не сумела заставить себя убить Амареля ради того, чтобы Эсфи осталась в живых.

И что теперь с этим делать, Мэриэн не знала.


- Я не хочу рыбу! - Знакомые интонации в голосе Эсфи напомнили Мэриэн о тех славных временах, когда принцесса тыкала двузубой вилкой в воздушный пирог и морщила носик.

- Ну вот, а Ирза ловил, старался! - развела руками Тарджинья. Она ела с большим аппетитом, и Мэриэн приподняла брови - ей показалось, что Тарджинья и костей-то не выплёвывала.

Ирза покосился на них и ничего не сказал - потому что не мог. Сначала Мэриэн и Эсфи полагали, что он просто молчит, а позже выяснилось, что у него обрублен язык. Обе задавались вопросом, что делали вместе такие разные люди, как Ирза и юная Тарджинья, и почему решили стать путешественниками. Но от Ирзы ответа не добьёшься, а Тарджинья, несмотря на собственное любопытство, не горела желанием пускаться в откровения.

Да и ладно. Они приедут в Фаарне, Мэриэн заплатит за поездку, как обещала, вот и всё. К чему лишние разговоры?

- В этой рыбе много костей, она мелкая и невкусная, - скривилась Эсфи. - И я вообще не люблю рыбу. Лучше голодная буду сидеть!

А Мэриэн уже начинала надеяться, что капризы закончились - куда там! Подавив раздражение, Мэриэн забрала жареную рыбину у Эсфи и принялась за неё сама. Эсфи обиженно надулась. Неужели, как раньше, всё затевалось только для того, чтобы её уговаривали?

- А хочешь, я расскажу тебе историю про эту рыбу, почему она такая маленькая? - вмешалась Тарджинья.

Эсфи кивнула, и Тарджинья затараторила, словно ей не терпелось поделиться рассказом:

- Однажды, много лет тому назад, когда моря были единым океаном, а посредине стоял огромный остров, рыбы были такие, что одной из них хватило бы на пропитание целой деревне...

Мэриэн молча ела рыбу, сама чуть не глотая мелкие косточки. Надо признаться, эта рыбина сыровата. Вот та, половину которой съела Тарджинья - пожарена на славу. Мэриэн криво усмехнулась: ловил Ирза, жарили они оба, но у него получилось лучше - скорее всего, он не размышлял о посторонних вещах.

Почему Тарджинья доверяла чужому мужчине, Мэриэн не знала, но сама она не доверяла никому. И Тарджинье с Ирзой сказала, что при ней денег не было, зато в Фаарне Эсферету ждала родня. Кошель был надёжно спрятан на теле у Мэриэн, меч всегда у неё, но осторожность не помешает, и ради безопасности Эсфи можно и солгать.

- ...И тогда рыба стала ещё меньше, и тем проще ей было проплыть к сокровищам, а за те сокровища волшебник посулил превратить её в водяную деву...

- Волшебник! - оживилась Эсфи. - Мы тоже к одному волшебнику едем.

Мэриэн от неожиданности подавилась. Сунула в рот твердокаменный сухарик из тех, что Ирза таскал с собой в мешке, и, наконец, смогла проглотить рыбью косточку.

- А что за волшебник? И что вы будете делать у него в гостях? - с интересом спросила Тарджинья.

- Ну... он наш друг... - промямлила Эсфи.

Ох уж эта её болтовня! Мэриэн помнила, как сердитая Эсфи проговорилась Амарелю, что она - наследная принцесса Афирилэнд, а вовсе не обыкновенная девчонка по имени Миана.

- Я бы дослушала историю той рыбы, - Мэриэн посмотрела на Тарджинью. Та мило улыбнулась, но в золотисто-карих глазах её плясали озорные огоньки - мол, доберусь я до ваших тайн, как бы ты ни пыталась их скрыть!

Мэриэн ответила усмешкой. Она подозревала, что с этой Тарджиньей что-то неладно, но опасности не чувствовала. Ни от девчонки, ни от Ирзы, который уже покончил со своей рыбой и ковырял в зубах. Мэриэн вспомнила про зубочистку - и на миг прикрыла глаза, потому что мир потускнел, а лицо Амареля, протягивавшего веточку, представилось ей, как живое.

На сей раз, звонкий голосок Тарджиньи был спасением:

- ...И рыба указала волшебнику путь к сокровищам, но он обманул её и не сделал водяной девой. Так и осталась рыба маленькой...

- А какая мораль у этой сказки? - перебила Эсфи.

- Мораль? - Тарджинья как будто озадачилась.

- Ну да. У каждой истории есть мораль: нельзя брать чужое, нельзя кому-то делать плохо, нельзя грабить, - важно объяснила Эсфи. - А тут волшебник обманул и даже не поплатился за это. Глупая сказка!

Мэриэн невольно улыбнулась.

- Почему же, - Тарджинья не растерялась, - мораль есть! Не доверяй подозрительным незнакомцам - вот она.

Торжествующе закончив свою речь, Тарджинья сорвалась с места и побежала к реке - воды попить. Ирза пошёл следом.

Эсфи подождала, пока они удалятся, и тихонько шепнула Мэриэн на ухо:

- А как ты думаешь, Тарджинья может оказаться одной из дэйя?

- Почему ты так решила? - Мэриэн всё-таки вынула свою зубочистку и поводила ею во рту. Привкус был горьким.

- Потому что мы с ней на разных языках говорим. И... и ничего!

Мэриэн медленно повернулась к Эсфи и сжала её руку:

- Ты о чём?

- А ты разве этого не заметила?! - Эсфи в волнении повысила голос. - Никто больше не хочет воды попить? - беззаботно крикнула издали Тарджинья. - И Эсфи... половина моей рыбки - твоя!