# Принцип Магнитского: Дети Химер (глава 2)

Марина Сергеевна Демашева

## Глава 2


Отдам должное, коллеги прибыли оперативно, будто на пожар. А пока они добирались, решил не мёрзнуть и не прозябать время даром. Обыскав ближайшую окрестность, усеянную всяким хламом, нашел алюминиевую миску с остатками крови. А также повторные следы сорокового размера (на такое у меня глаз намётан). С лёгкостью угадываю все меры шкалы: веса, длины, высоты, скорости..., без специализированных измерительных приборов. Проследить, куда именно направлялись рифленые оттиски на грязи, мне не удалось из-за асфальта. Что касательно других 'следов', надежда ещё не ретировалась. Когда криминалисты обрабатывали поверхность железного листа тальковым белым порошком, я уже знал, что шансов мало, так как отпечатки почти не остаются на оцинковке. Но если им всё-таки удастся найти, хоть частичку каких-нибудь изогнутых линий влаги и жира, у меня появится больше фактов. В архиве отпечатки хранятся не более десяти лет, а значит, в дактилоскопии они могут совпасть с пальчиками фигурантов прошлого девятилетнего дела. Больше всего меня интересовало, совпадут ли отпечатки с образцами Черчовича.

Неглубокую яму выкопали быстро, она оказалась сантиметров сорок, не больше. На её дне нас ждало нечто такое, что наводило ужас, но и дало выдохнуть с облегчением. К счастью это был не ребёнок. Это был козлёнок, которого кто-то одел в детский комбинезон и вскрыл грудину поперёк. Возможно, я нашел пропавшего с привоза козлёнка. Больные на голову дегенераты.

Аккуратно перевернув тушку на спину, коллега с досадой проворчал:

- Такой шашлык пропал.

Рана была не колотая, а резанная. Видимо для того, чтобы быстрее нацедить крови в миску для ритуала на капище, которое я видел в катакомбах.

- Не люблю козлиное мясо. Оно вонючее,- подхватил его напарник.

- С козлёнка не такое вонючее. Особенно если его замочить в уксусе.

Послушав коллег, сделал для себя умозаключение: эта работа высасывает из нас всё сочувствие, превращая в чёрствых моральных калек. Но иначе нельзя, иначе можно чокнуться. На всякий случай мы взяли образцы крови рисунка и животного, чтобы сравнить их.

За то, что зря потревожил ребят, мне никто взысканий не предъявлял. Каждый расценивал это по своему, но в основном с пониманием. Большинство бы на моём месте связало пропажу и свежую могилу. Но всё равно наш коллектив трудно назвать сплочённым. Порою мне казалось, что они ходят на работу лишь бы меня подкалывать. Я давно набил оскомину на их несуразных шуточках. Одну из таких услышал, когда они начали собирать манатки:

- Что с физиономией, Магнитский? Тебе ночью спать не давали?

- Вам мало сплетен про майора?

- Не увиливай от ответа, Магнитский.

- Не ваше свинячье дело.

- Не парься, мы в курсе, что ты по стопам своего шефа идёшь.

Услышав провокацию, я не стал сразу признаваться. Никогда не делаю поспешных выводов. Может они имеют в виду, что-то иное?

- Интимными делами майора я не интересуюсь. Потому будь любезен, поясни.

- Седина в бороду, бес в ребро? И не нужно говорить, что это не так. Твоя репутация бежит впереди тебя.

Я побеждено скупо улыбнулся. Опираться нет резона. Это был прямолинейный намёк.

- Как вы успели догадаться?

- Ты забыл? Мы же работаем в милиции,- прозвучал ответ без ответа.

- Ну, что тут скажешь. Я здоровый, крепкий мужчина. Почему бы и нет?

Удовлетворив их любопытство, я набрался наглости и попросил подкинуть меня к трейлеру. Терпеливо переждав насмешки коллег, я сам сел за руль. Добравшись к дачному участку, почувствовал себя выжатым лимоном. Сил оставалось только на ужин. Вечерял исключительно по режиму, так мой диктатор-отец приучил. Достав из шкафчика очередную пластиковую тарелку, вспомнил об Ире. Где она? Может, всё-таки обиделась, что я постоянно её филоню?


17 июля. Прошло двое суток после исчезновения Антона.


Ранним утром в дверь моего самопального дома на колёсах, кто-то громко потарабанил. И это точно была не Ирина, у нас с ней особый шифр стука.

Открыв дверцу, передо мной предстала молоденькая девушка. Я окинул её взглядом. Безупречные черты лица. Кошачий лукавый разрез глаз. Минимум косметики и милая улыбка. Ухоженные угольные локоны струились по изящным плечам, оттеняя загорелую кожу. Фигура - всё при ней. Одета в брючный костюм. На ногах резиновые сапожки (обуты по погоде). Вместо сумочки тканная широкая сумка, отороченная орнаментами, в такую с лёгкостью влезут бумаги формата А4. Даже если бы эта девица нацепила на себя базарную клетчатую сумку, та смотрелась бы на ней эстетично. В незваной гостье есть что-то магнетическое притягательное, в ней таится какая-то скрытая харизма. В такую куколку можно влюбиться с первого взгляда, но я не султан и пока занят.

- Доброе утро,- поприветствовала она хорошо поставленным соловьиным голосом, и лёгкая улыбка тронула её губы.

- Доброе, если вы настаиваете.

- Моё имя - Анна Мальцевская. Я журналистка газеты 'Из первых уст',- протараторила она, предоставив корочку для ознакомления.

- Уже интересно. Продолжайте,- ответил ей, сцедив зевоту в кулак.

- Я по поводу вчерашней пропажи ребёнка...

Пришлось гостью перебить, чтоб успеть переварить неожиданную информацию.

- Не думал, что это дело вызовет такой резонанс. Но вот что любопытно, мы не делали никаких официальных заявлений и пресс-релизов. Поэтому я задам вам встречный вопрос. А точнее два вопроса. Откуда у вас эта информация и как вы меня нашли?

А далее я получил тщательно сформулированный ответ на поставленный вопрос:

- Отвечу по порядку. К нам в офис обратились родители пропавшего мальчика. Осмелюсь предположить, что вам не нужно уточнять, насколько они влиятельны. Но на всякий случай уточню, что они на короткой ноге с моим главным редактором, который и назначил меня на этот репортаж, так как я обладаю хорошими ресурсами и целой группой осведомителей. И что тут скрывать, я лучшая в своём деле. Без лишней скромности заявляю, что я дотошная к деталям и вижу то, что не замечают другие. Наш совместный дедуктивный инстинкт, плюс мои ресурсы, равно положительный результат. А нашла я вас по слухам выше упомянутых осведомителей. Также от них я знаю, что вы с алкоголем в завязке уже девять лет. У вас частенько болит левая нога. И вы неисправимый бабник.

- Что уж тут поделаешь, я без ума от женского пола и быстро поддаюсь женским чарам.

- Надеюсь, на меня это не распространяется?

- Увы. Я ценю профессионализм и не путаю его с временным увлечением. К слову, перейдём к делу. Почему я? И почему не на рабочем месте?

- Я знаю, что вы ведёте это дело, и я к вам обращаюсь не официально. Для официоза слишком много бюрократии. К тому же, как у следователя, у вас больше опыта, чем у Маргариты Максимовны.

- А...

Теперь она меня перебила:

- А на следующие вопросы, которые вы планируете мне озвучить, я отвечу сразу. Для начала я объясню вам свою выгоду. Во-первых, мне надоело дышать бумажной пылью и я решила развеется. Во-вторых, я знаю, что вы зашли в тупик ещё девять лет назад. Материала, с гулькин нос. Но для меня нет ничего невозможного.

Я не спешил с ответом.

- А с чего вы взяли, что это дело связано с тем, что произошло девять лет назад?

- Связала не я, а мой редактор. Он так давно в журналистике, что помнит все громкие дела.

- Просто поверьте на слово. Если мы за девять лет не накопали, то и вам не удастся. Это как ловить туман с помощью сачка.

- Рано или поздно похититель совершит ошибку. Все совершают ошибки.

- Вы Анастасия думали, что я вот так просто соглашусь на ваши манипуляции?

- Умный бы человек согласился. Ведь когда ты попал в яму, каждый, кто предложит тебе руку помощи автоматически станет союзником.

- Извините, но я давно разучился принимать помощь,- ответил ей и захлопнул дверь перед носом.

И всё же эта самоуверенная особа крикнула через приоткрытое окошко:

- Не буду вас стеснять, подожду на улице. Пейте ваш любимый кофе без сахара, а затем возьмите меня с собой на один пробный день и, клянусь, вы не пожалеете.

После такого ураганного знакомства я быстренько состряпал кое-какой анализ этой Анны Мальцевской. Она явно нуждается в творческом самовыражении личности. Её главное достижение - собственный триумф. Очевидно, что Анна испытывает потребность общения вне дома. Излишне прямолинейна и чересчур разборчива. Не любит играть второстепенную роль. В суммирующий ряд её качеств вошли пять пунктов. Первое - она имеет со мной сходные интересы. Обычно такие люди, многосторонне развиты и ведут многогранную жизнь. Второе - она порою очень льстива, и это придаёт ей вес в профессии журналиста (если нужно расположить человека к себе). Третье - она обладает неиссякаемой жизненной энергией и силой. Четвертое - она точно понимает, чего хочет. И пятое - у неё прекрасно подвешен язык, а вперемешку с изобретательностью, это становится настоящим оружием.

Кажется, всё перечислил.

После трёх чашек кофе и массажа зубов щёткой, я выглянул в окно. Вот же заноза. Там всё ещё стояла эта назойливая бестия, что прицепилась ко мне, точно как банный лист. Пришлось отправиться на работу вместе с ней.

- То, что я взял вас с собой ничего не обозначает. Дам шанс на один день, если я увижу ваш хвалёный обещанный потенциал, то соглашусь на дальнейшее взаимодействие. Порукам?

- Порукам,- легко согласилась Анна и тут же сделала первую ошибку,- Расскажите о себе.

- А что, осведомители не всё рассказали?

- Только в общих чертах.

- Уж если нам придется вместе работать, то предупреждаю - никаких личных тем. Общаемся исключительно про рабочие моменты. Я личную жизнь ни с кем не обсуждаю. Порукам?

- Порукам,- побеждено ответила Анна.


Выписав Анне пропуск на один день, я зашел вместе с ней. Паспорта у неё с собой не было, пришлось довольствоваться рабочим удостоверением журналиста. А добравшись до кабинета, там мне сразу (как опоздавшему) навесили какого-то темпераментного слащавого иностранца с безупречно белыми зубами и широкими черными бровями. У него вместо паспорта были только права на вождение (европейского образца). На документе было напечатано: Joseph Hirsh. (Отчество у них не заведено). Он что-то щебетал на непонятном мне языке, размахивая ладошками. Язык был похож на помесь французского с немецким. К его сожалению никто в отделе не смог ничего разобрать, кроме имени.

На помощь поспела та самая шустрая Анна.

- Это люксембургский.

- Ты что, полиглот?

- Не совсем. Просто мои корни из Люксембурга. По сути это немецкий язык, но с особым французским диалектом и акцентом.

- Может ты и переведёшь его претензии?

- Я постараюсь, но мой люксембургский, где-то на уровне пятого класса.

Чтобы обойтись без Анны, мне нужен был словарь и уйма времени. Но у меня не было ни того ни другого. Пришлось принять помощь. Вскоре к нам присоединились все кому не лень, всем было интересно, на что же жаловался громкий турист. Вся работа в отделе на время допроса была парализована. Как принять его, так все заняты, а как послушать, так и время нашлось. Зато сам Джозеф был польщён чрезмерным вниманием.

Вскоре выяснилось, Анна слишком скромна, она досконально знала перевод. Слова иностранца были насыщенны эмоциями и явно несли в себе негативный характер. В какой-то момент он даже выразил стыд. Так как я учил в школе английский, то смог опознать лишь одно вразумительное слово - документы.

Целых пять минут с недоумением следил за тем, как ручка журналистки скользит по бумаге. Обычно я всё фиксирую. Появилось чувство, будто это Анна здесь следователь. Хоть обычно и записываю допросы в блокнот по старинке, а всё же в кабинете всегда дополнительно включался диктофон, из-за того, что можно упустить интонацию в голосе, а она многое значит.

Из краткого пересказа журналистки, мы узнали следующее. Мужчину звали Джозеф Хирш, и он утверждал, что знает кое-что про того, кто похитил детей девять лет назад.

После его взрывных слов мой мир снова перевернулся. Даже Марго опешила, по-другому не скажешь. Но что в его понятии 'кое-что'? И почему он объявился именно сейчас? Странно, с такой бурной интонацией обычно жалуются на что-то, а не свидетельствуют. Кто бы понимал этих люксембуржцев?

Далее мне пришлось усадить Анну за стол. Я любезно попросил её отложить свой блокнот и запомнить протокол собственной рукой переведёнными показаниями Джозефа (в том числе и его фактический адрес проживания).

Заявление гласило, что у похитителя имеется снайперское ружьё с оптическим прицелом и японский внедорожник. А ещё он живёт где-то в пределах района съемного дома Джозефа, но в частном коттедже, ближе к южному лесу кооператива 'Мавка'. Джозеф сообщил об этом только сейчас, так как его виза и загранпаспорт на тот момент заканчивались, и в тот день он опаздывал на последний рейс. А теперь, когда вернулся, вспомнил об этом инциденте и решил, что это будет важно. Ему очень стыдно за свой поступок, и готов всё исправить.

Затем Анна на родном языке туриста, объяснила ему, что нужно поставить подпись. Джозеф чиркнул закарлючку и мерно встал. Высокопарно кивнув головой, он удовлетворённо покинул кабинет, поцеловав руку Анны напоследок.

От такой своевременной помощи, я наконец-то поддался и согласился вести с навязчивой корреспонденткой взаимное расследование. Но при условии, что её материал выйдет не позже, чем мы поймаем похитителя. Анна с лёгкостью и без возражений согласилась. Она прям излучала какую-то неиссякаемую любовь к своей профессии. Жуть.

- Предлагаю ещё раз поговорить с родными пропавших детей, если они за девять лет никуда не переехали. Адреса я уже пробила,- похвасталась Анна, тщательно пытаясь скрыть свою улыбку торжества.

Я разделял её ход мыслей, и поэтому поддержал. Перед глазами сразу же возникла схема действий. Чтобы рационально использовать время, решил, что сперва объеду адреса Анны, а закончу маршрут вдоль коттеджей южного леса в кооперативе 'Мавка', на которые указал иностранец. Там придется заглянуть в каждый дом.


По старым адресам в Одессе, из пяти человек, остались жить только двое. Один из них проживал именно у южной лесопосадки кооператива 'Мавка'. Именно в тех краях, куда нам подсказал обратить внимание Джозеф. На первый взгляд подозрительное совпадение. Ну не стал же родитель похищенного ребёнка красть собственное дитя сам у себя, а потом об этом заявлять?

Ближе всего находилась мать одного из первых пропавших мальчиков - Ольга Бужинская. Она жила в спальном районе. Полукруглый многоквартирный дом нашелся сразу. Консьержки в подъезде не было, что позволило нам с Анной беспрепятственно подняться на пятый этаж.

Звонок не работал, пришлось постучать. Дверь открыла исстрадавшаяся женщина в меланхолическом состоянии. Как оказалось, мы пришли вовремя, Бужинская собиралась выйти на улицу, чтобы оплатить квитанции за коммунальные услуги. Она выглядело опрятно, но в старой одежде, которую носили ещё наши бабушки. В роли единственного украшения выступали янтарные бусы. Я извинился за внезапный визит и меня пригласили войти. Вслед за мной зашла Анна. Предупредив хозяйку, что девушка со мной, она ничего не имела против. Квартира была полупустая, ни магнитофона, ни телевизора, ни радио. Абсолютно никаких принадлежностей, что обычно в быту несут развлекательный характер. Ремонт не делался (как минимум) около десяти лет. Складывалось впечатление, будто жизнь женщины остановилась после исчезновения сына, и она навсегда застряла в 91-ом.

Бужинская меня вспомнила. Сразу она поникла ещё сильнее, думая, что мы принесли ей дурную весть, но потом мы объяснили, что всего лишь хотим узнать - не видела ли она человека с теми приметами, о которых рассказал Джозеф.

- Нет. Даже приблизительно никого знакомого на внедорожнике с ружьем.

- А в катакомбы с одноклассниками он не ходил? Может на спор с друзьями?

- Нет!- вспылила Бужинская, восприняв вопрос в штыки,- Какие там друзья. Ребята над ним лишь злорадно насмехались.

- По какой причине?

Выждав пару секунд, она искренне удивляясь, почему я задал ей этот риторический вопрос.

- А разве с вашим мальчиком было иначе? Наше общество отвергает тех, кто не такой как они. А дети бывают очень жестоки.

- Это вы о полноте?

Она посмотрела на меня блестящими от слез глазами и углубилась в подробности:

- Я помню, как он жаловался на насмешки и издёвки. Мои жалобы никто не слышал. Ни учителя, ни директор, ни ГОРОНО. Больше заступиться было некому. Муж погиб в Чечне, прислали в цинковом гробу. И зачем его туда только нелёгкая понесла...

Теперь поник и я. Только сейчас задумался, что совсем не рассуждал о чувствах своего полнотелого сына. Если Нестор не жаловался, это не значило, что над ним не издевались. Может он просто решил умолчать об этом и не расстраивать меня.

- ...Одноклассники придумывали ему обидные прозвища в школе. Я их все помню наизусть: пузырь, пухлый, жиртрест, свиноферма, кабанина... А разве он виноват, что у него гормональный сбой? Когда родился мой малыш, акушеры положили его мне на грудь. В тот момент я почувствовала, что он не дышал, словно это была какая-то игрушечная кукла. Затем он самостоятельно совершил первый вдох и заплакал. Услышав плач, я решила для себя, если ребёнка не будет, то и меня не будет. Потому надежда что он ещё где-то жив крепко поддерживает меня на этом свете.

Анна один раз отчётливо шмыгнула носом. На её глазах подступили слёзы.

- Простите, я эмпат, и бываю слишком эмоциональна,- оправдалась журналистка.

Не ожидал, что Анна окажется такой сентиментальной, мне она сразу показалась кремнем.

- У вас ещё есть бесполезные вопросы?- поинтересовалась Бужинская.

Этот допрос явно стал злить хозяйку. В голосе почувствовалось некое раздражение. Затем она спрятала зарубцевавшиеся порезы на запястье и очень-очень тихо спросила:

- Скажите следователь Магнитский - вы когда-нибудь представляли, как бы выглядел ваш сын, если бы вы его сейчас встретили?- спросила Бужинская глухим от слёз голосом и пристально заглянула в мои глаза.

Выйдя из глубокой задумчивости, я ответил:

- Естественно. Очень часто.

- А теперь уходите и не возвращайтесь, пока не найдёте моего мальчика. Господь свидетель, если бы вы не были в том же положении, я бы расцарапала вам лицо.

- Кажется нам пора,- вовремя подметила Анна, не желая проверить, чем всё может обернуться.

Ничего не ответив, мы вышли за дверь, которую громко захлопнули за нашими спинами.

Что ж, безпродуктивный опрос, но кое-что для себя вынес - я был никудышным отцом. Может быть, следующий человек из нашего списка знает больше? Настала очередь Ёргена Майера. Он был отцом единственного ребёнка, который от всех кардинально отличался. Ведь шестым пропавшим ребёнком была девочка. На тот момент ей было почти тринадцать лет, и она не была склонна к полноте. Почему её связали с остальными? Потому что перед пропажей, возле неё видели Черчовича. А когда Мишу оправдали, дело девочки так и осталось подшито к пропавшим мальчикам.


- Что вы знаете о Ёргене Майере?- неожиданно поинтересовалась Анна, пока я заводил трейлер.

- Помню его отчётливо. Если хотите, могу о нём дать афористичный портрет?

- Хочу. Очень хочу,- проявив нетерпение, протараторила Анна.

- Немец по национальности. Работал химиком в крупной фармацевтической компании. Прагматичный и рассудительный в отношении собственного обогащения. Про таких говорят: 'это только бизнес ничего личного'. Но всегда готов стать крепостью для своих близких. А ещё он лишенный самоиронии.

Справа промелькнул указатель посёлка. Пока я отвлёкся на знак, Анне пришло сообщение на пейджер.

- Дорогое удовольствие в наше время.

- Угу,- промугикала Анна, увлечённая чтением сообщения, а дочитав его, попросила остановить мой чудо микроавтобус.

- Что-то приключилось?

- Нет-нет. Но мне срочно нужно вернуться в свой офис. Высадите меня, пожалуйста, здесь,- выказывая беспокойство, попросила Анна.

- Я могу отвести обратно. Мне не сложно.

- Не надо. Наше общее дело не терпит. Расследование, прежде всего. Просто остановите на обочине.

- Не вопрос.

Я припарковался в дорожный карман, и Анна сразу же перешла на противоположную сторону, чтобы поймать попутку. Ну и ладно, мне не привыкать работать в одиночку.


Вскоре за поворотом показались уединённые крыши первых домов, разбросанных поодаль друг от друга. Утопая в зелени, все кровли выделялись тремя основными цветами дорогой металлочерепицы: красный, синий, и коричневый. Почему 'Мавка'? Этим названием кооператив был обязан живописному бору, что будто возник из самой сказки, и небольшой длинной реке, перерезающей лес пополам на две ровные части. Здесь живёт солидный контингент, элита города, вершки общества.

Обособленный дом Ёргена было не трудно найти. Особняк сразу же бросался в глаза за несколько сот метров. Трёхэтажную постройку (не считая цокольного этажа) опоясывал балкон-терраса с колонами-кариатидами поперёк второго этажа. Вся эта буржуазия шикарно вписывалась в лесной интерьер и речной извилистый ландшафт. Я бы пожил здесь на пенсии. Небось он на досуге рыбу ловит прямо из балкона.

Хозяин встретил меня свысока, а точнее с того самого нестандартного балкона. Погасив дымящуюся сигару, он махнул, чтоб я вошел. Ворота были не закрыты. Сразу при входе я заметил в вольере неаполитанского мастиффа на высоких лапах, который не спускал с меня глаз, как и я с него. Я люблю собак, но боюсь до потери пульса, особенно когда вижу, как с их острых клыков скапывает вязкая слюна.

Ёрген Майер изрядно поменялся. Теперь он старик с когда-то черными волосами, которые частично стали седым оттенком. Седина суверенно преобладала на лице. Она была даже на бровях. А ему всего-то сорок шесть. В отличие от Бужинской, он был поприветливее и по-хозяйски провёл сразу в гостиную. Сложилось впечатление, что Ёрген обращался ко мне, словно к старому другу. В гостиной я увидел: высокие потолки, толстые ковролины с высоким ворсом; широкую лестницу, ведущую на остальные этажи; и даже лифт, хоть и на одного человека. Просторная комната была обставлена функциональной изысканной мебелью и всевозможной новой техникой, предназначенной для максимального комфорта и уюта (такой ещё даже нет на рынках). Мысленно прикинул, сколько бы мне пришлось выпахивать, чтоб купить, хотя бы один видеоплеер на компьютерных дисках. Интерьер дома соответствовал экстерьеру и отличался индивидуальностью владельца, несущей отпечаток его состоятельной личности.

- Приветствую вас товарищ Магнитский. Простите, забыл ваше имя.

- Мартин.

- Точно. Мартин. Ну, проходите в мою скромную обитель. Может чаю или чего-то покрепче?- от его глаз лучиками разбежались морщинки.

- Нет спасибо, я на службе.

- Вы по делу или мимо проезжали?- вместо меня продолжал спрашивать Ёрген.

- Проезжал мимо, но я к вам с вопросами.

- Если их не слишком много я с удовольствием на них отвечу,- любезно ответил хозяин особняка.

Всего лишь два. Первый вопрос - есть ли у вас внедорожник?

- Да. Ниссан Терано 90-ого года выпуска. Надёжная машинка.

- Из салона брали?

- Естественно,- произнёс Ёрген, будто что-то само собой разумеющейся.

- Можно на неё посмотреть?

- Не сегодня. Она на техосмотре. Приходите завтра, если хотите на неё взглянуть. А могу ли я ответно спросить - почему вас заинтересовал мой автомобиль?

Он явно хитрит, но я не стану его полошить.

- Это не по вашему делу. У меня ориентиры на одного стрелка с внедорожником из этих краёв. Кстати, у вас есть ружьё?

- Конечно, мой дед, царство ему небесное, был заядлым охотником.

Ёрген без возражений добровольно спустил со второго этажа охотничье двуствольное ружьё (вертикалку) со второго этажа и продемонстрировал на вытянутых руках. От стволов пахло свежим порохом.

- Вот. Смотрите на моё бесполезное наследство. Оружейный сейф на кодовом замке привинчен к полу, как и полагается. Участковый приходит для проверки регулярно, каждый год. Все взносы сплачиваются вовремя. Документы в полном порядке.

- А вы не пошли по стопам деда?

Морщинки у глаз Ёргена разгладились.

- Почему вы спрашиваете?

- Я не специалист, но либо вы никогда не чистили оружие, либо недавно ним пользовались.

- Что вы, Мартин. Удивительная природа наградила меня всем кроме меткости.

Он увильнул, так и не ответив конкретно - охотится он или нет. Но переспрашивать было нетактично.

- А где охотился ваш дедушка?

- Не знаю. Точно не здесь. В нашем лесу только зайцы ошиваются. Да и охотиться здесь запрещено.

- Вы упомянули про кодовый замок. Комбинацию шифра ещё кто-то знает кроме вас?

- Я одинок. Мне не с кем делиться такой ответственной информацией.

- А у других ваших соседей имеются внедорожники и ружьё?

- Внедорожники почти у всех, а вот насчёт ружья сомневаюсь.

Мысленно пробежавшись по всем вопросам, которые планировал задать, я не нашел ни одного ускользнувшего от меня.

- Что ж, не смею вас больше задерживать.

- Всегда вам рад, Мартин.

Когда я покидал 'президентскую виллу', у меня внезапно заболело колено. Такого раньше не случалось. Обычно оно тревожит лишь при определенной нагрузке. Ёрген заметил это и дал совет:

- Не оттягивайте с операцией. Если бы моему бывшему коллеге своевременно не вылечили ногу, он бы остался на всю жизнь инвалидом. Чем дольше вы затягиваете, тем тяжелее оперировать. Если решитесь, у меня есть на примете хороший хирург.

- Спасибо, я подумаю.

Затем со своего ракурса, я обратил внимание на семейные фотографии.

- Это вы, на фоне убитых слонов?

- Да. Индия. Когда-то ездил в отпуск,- с каким-то вожделением произнёс Ёрген.

- А можно не скромный вопрос?

- В зависимости, насколько он не скромный. Но мне скрывать нечего. Спрашивайте.

- А на что вы всё это время живёте? Вы не числитесь ни на одной фирме или предприятии.

- Всё очень просто. На дивиденды. Когда-то вложил кругленькую суму, а теперь мне капают солидные проценты.

- А это на фото слева ваша дочь и жена?

Мой вопрос огорчил Ёргена, нагнав на него ностальгические мысли.

- Да. Прекрасный день в аквапарке. Как рас перед исчезновением Терезы. Моей маленькой девочки.

У меня на миг сжалось сердце. После случая с пропажей Нестора в аквапарке, это место ассоциируются у меня с чем-то ненавистным.

- Простите, я никогда не интересовался, как именно не стало вашей жены?

- Её не стало прямо перед исчезновением Терезы. Несчастный случай. Но ей не довелось пережить потерю нашего ребёнка, как мне. А я потерял обоих за один треклятый год.

- Соболезную вам.

- Может вам это покажется смешным, но я даже обращался за помощью к экстрасенсам, но никаких результатов это не дало. Вокруг одни шарлатаны, зарабатывающие на человеческой трагедии. Я думаю, вы меня понимаете, что время не лечит, оно лишь учит жить с этой болью.

- Ещё раз простите, что напрасно потревожил. Но такая у нас служба.

Пришлось уйти ни с чем. Трудно уличить человека во лжи, когда его черты лица почти не меняются. Либо Майеру нечего скрывать, либо по нему плачет Одесский академический театр. Не став ничего уточнять по автомобилю, я решил, что сам смогу проверить данные в ГАИ по адресу и фамилии.


*****


После опроса соседей Ёргена, направился в 'офис', через поликлинику. Я не планировал посетить больницу, но моя нога стала нестерпимо агонизировать. Паникёром себя не считаю, просто знаю, что вовремя предоставленная помощь подымает эффективность выздоровления на добрых пятьдесят процентов.

Поликлиника сегодня была услужливо переполнена, очередь растянулась до самой регистратуры. Пришлось помаячить удостоверением, чтоб пройти без ожидания. Так сказать - воспользовался служебным полномочием. Возражать никто не стал. Но я был слишком ограничен во времени. Тем более я здесь не официально. Если Марго узнает, что я сную по врачам, не сносить мне премии в конце месяца.

Обстановка внутри учреждения разительно отличалась от фасада с отваливающимися плитками (какому 'гению' пришло в голову обклеивать наружные стены тем, что со временем отпадает?) В сравнении с унылой 'обложкой', больничные коридоры были отремонтированы на славу. Прям образец для подражания. В коридорах даже теперь не было типичного запаха лекарств. Скорее всего, эта невиданная 'щедрость' не от государства, а от благодарных меценатов.

Узнав мой род деятельности, мордатый краснощёкий врач с густыми бровями провёл меня без очереди и на рентген. Нацепив свинцовую защиты на интимную зону, аппарат совершил два снимка - левой части таза и левого колена. Через полчаса эскулап с важным видом рассматривал негатив с костями. Его глаза не скрывали беспокойство.

Как и ожидалось, хирург, с профессиональным сочувствием, назвал для меня неподъемную сумму. Знал, что это дорого, но не настолько же. Может, после евроремонта они возомнили себя евробольницей? Как оказалось, кроме миниска мне ещё нужно было заменять тазобедренный сустав на искусственный. Запустить это дело, равносильно тому, что стать калекой. В отдельных случаях, пациентам отрезали всю ногу. А на убожескую зарплату следователя тут сильно не разгуляешься. Если продам трейлер, придется жить на вокзале и запоминать, когда мусоровоз вытряхивает баки.

Когда я покидал цитадель Гиппократа, то решил заглянуть на первом этаже в государственную аптеку и узнать про таблетки, которые визуально запомнил в ванной Черчовичей.

Фармацевтом оказалась привлекательная симпатичная шатенка лет тридцати с длинным чубчиком, достающим до ресниц. Естественно, я не смог удержаться от флирта. Это происходит где-то на подсознательном уровне. Я не хотел ни с кем знакомиться, но бес в ребре подсказывал, что мне пригодятся такие полезные знакомства.

Нарисовав барбитураты на бумаге, их приблизительный размер, фигуру и цвет, застенчивая аптекарша мне поведала медовым голосом, что такие таблетки дефицит, который можно приобрести лишь по рецепту. А ещё она меня твёрдо заверила, что это точно что-то однозначно седативное.

- Спасибо моя хорошая, я твой должник и готов вернуть долг в любой удобный для тебя момент.

Её тонкие губы дрогнули в лёгкой улыбке. Но потом она отвлеклась на голос позади меня. Весьма знакомый женский голос.

- Вы или покупайте, или не задерживайте очередь.

Повернув голову, я встретился глазами с Ириной, которая взглядом прожигала меня насквозь. Это отбило всякую охоту продолжать флиртовать.

- У вас есть цитрамон?- спросив сквозь меня, Ира гордо приосанилась.

Фармацевтка рассеяно кивнула.

Ира обошла меня, будто я тень, став перед кассой. Надо же было встретить её сейчас. Хоть у нас и свободные отношения, но всё равно чувствовалось какое-то напряжение или обида. Так как Ирина была настроена пессимистично, не стал ничего объяснять, а просто тихо ушел. Всё равно я бы лишь усугубил своё невыгодное положение.


После обеда отправился в отдел, где рассказал Марго, что объездил родителей пропавших детей. За это вместо похвалы, я получил 'по шапке'.

- С чего ты решил, что можешь прыгать через голову?! Впредь прошу тебя, все дальнейшие действия согласовывать со мной!

Нравоучительный тон Марго меня изрядно удивил. Она выглядела сейчас краснее обычного. Щёки налились багровым оттенком за считанные секунды. Зачастую Марго всегда была сдержанной и не теряла головы, но сегодня я впервые видел её в гневе.

- Ладно-ладно. Чего так горячиться.

Осознав свою неправоту, Марго на три секунды закрыла глаза, глубоко выдохнула, и извинилась.

- Прости Мартин. На меня давят со всех сторон. Просто это громкое дело сейчас приоритетнее всего. В такие моменты я не завидую нашему бедному майору и даже ему от души сочувствую. Кстати он просил регулярно информировать его о ходе расследования.

Багровость на щеках стала сходить, поэтому я поверил в искренность сказанных ею слов.

Внезапно на стационарный телефон в кабинете начальника поступил звонок. На правах заместителя Марго взяла трубку, внимательно что-то выслушала и сменила лицо с раздраженного на удивлённое.

- Что-то приключилось?

- По отпечаткам на оцинковке нашли частичные соответствия. Но они не совпадают, ни с одним образцом из тех, что имелись в нашей базе.

- А откуда тогда у нас его пальчики в базе?

- За мелкую кражу в 99-ом. И ещё одна статья за мелкие телесные. Отделался административкой из-за содержания малолетнего сына.

- Либо он наконец-то совершил ошибку. Либо он сказочный гоминид. А наш предполагаемый клиент точно не был глуп.

- А может теперь удача улыбнулась нам? Везения на всех маньяков планеты не хватает.

Через несколько часов подозреваемый был схвачен на заправке и доставлен на допрос. И тогда всплыл третий вариант 'либо', почему нам легко и быстро удалось его поймать.

Перед нами сидел некий Кульчин. Обычный дядька с неопрятной растрёпанной бородой, усы щёточка, короткие волосы. Но вскоре его 'обычность' канула, и он начал проявлять апломб с первой минуты.

- Долго же вы меня искали,- голос, произносивший эти слова, звучал самодовольно.

Заметив, что Марго собирается возразить он продолжил бахвалиться:

- Я думал вы смышлёнее,- с насмешкой прокомментировал своё задержание патлатый скулистый дядька, на лице которого наигранно проступала ненависть ко всему живому.

Вопреки его не маленькому росту, размер обуви выглядел как минимум сорокового размера. Он хоть и делал вид, что всё идёт по его плану, но частое дыхание, глотание слюны и ежесекундное моргание выдавало скрытую нервозность. Словами солгать можно, но не телом. Вряд ли это наш похититель. А когда обратил внимание, как он часто теребил кольцо, я решил первым вступить в 'полемику'. Ведь это значило, что семья ему важна. С такими упырями у меня разговор короткий.

- Если это правда вы, то где сейчас ребёнок?- спросил у подозреваемого пытаясь уличить его во лжи.

- Позабавлялся и выбросил в море.

- Зачем?

- Чтоб его там 'сожрали' рыбки.

- Где именно вы сбросили тело последнего мальчика?- сухо спросила Марго.

- Если хочешь чтобы я 'базарил', то расстегни свой лифчик и покажи мне свои холмики. Тогда я вас даже отведу туда,- с безумной улыбкой процедил подозреваемый, что часто смотрел по сторонам.

Марго на удивление сдержалась, не ответив грубостью на грубость. Но больше всего меня смутило не это. Если Кульчин маньяк-педофил, то почему его интересует обнаженная грудь взрослой женщины?

- Ты в курсе, что на зоне делают с педофилами?- тихонько спросил у него, но так, чтобы он отчётливо услышал каждое слово.

- На самом деле, так мне нашептал люцифер,- обмолвился Кульчин.

- Но вы сказали 'позабавлялся'?

- Забавляться можно по-разному. Вы меня не правильно истолковали,- оправдался Кульчин, и это дало мне понять, что за свою безопасность ему боязно.

- А что вы сделали с детьми, которых украли девять лет назад?

- Тоже утопил их. Разве не ясно?!

Кульчин почесал нос, а это был явный признак вранья. В чём здесь подоплёка? Складывалось впечатление, будто он сам дал себя поймать.

- Очень удобно. И не придерешься,- проницательно ответил ему и снова спросил,- Какой смысл был убивать козленка, напяливать на тушку комбинезон и закапывать на свалке?

- А кто сказал, что я не могу принести в жертву животное? Люцифер срочно потребовал жертву, и я её ему предоставил.

- Как потребовал? Телеграмму прислал по почте или письмо голубями?

- Маленькие мальчики, конечно, ценнее, но на безрыбье и рак рыба. Комбинезон не планировал надевать, а когда случайно на него наткнулся на свалке, то подумал, что так будет поэффектнее.

- Всё. Хватит. Сознался и ладно,- вступила в игру Марго, включив облегченный тон.

Если бы я смотрел на себя со стороны, то увидел бы, как вытянулось моё лицо от удивления.

- Ты серьезно? Он же искажает факты и лжет, как дышит,- я категорически возразил.

- Ладно. Где Антон?

- Кто?- с пренебрежением спросил Кульчин, продолжая бросать взгляд на углы комнаты.

- Почему вы постоянно рассматриваете кабинет? Ищете скрытые камеры?- спросил у арестованного, отведя внимание на себя.

- Нет, конечно. Просто я всегда представлял себе кабинет для допросов иначе.

- И как же?

Интонация его повышенного голоса снова стала размеренной.

- Я думал он без окон и с большой затемнённой витриной.

- Вы, наверное, фильмов пересмотрели?

- Мне надоела эта пустая болтовня. Либо отведите меня в камеру, либо в 'парашу', я хочу помочиться.

Мы с Марго переглянулись и вышли из кабинета для обсуждения.

- Ты же догадалась, что он обычный псих? И кажется, он под каким-то препаратом. Нужно заставить его сдать анализы.

- Я буду с тобой предельно откровенна, мне уже всё равно, виноват он или нет. Давай закроем это дело и выдохнем с облегчением.

Моё лицо повторно вытянулось.

- Пустим дело на самотёк? Я очень надеюсь, что ты шутишь?

- Господи, Магнитский, только давай без вот этого всего. Не надо сейчас проявлять упрямый норов. Хоть раз отступись от своего принципа.

- А настоящий преступник совершит ещё одну кражу ребёнка?

- Это будет лишь временная ширма для общественности. Я дам тебе добро на продолжение расследования пока не вернётся майор из отпуска. Пойми же меня. Ведь не на тебя давят со всех сторон...

- Не продолжай. Я сделаю видимость, что ты просто неудачно меня разыграла.

После моего ответа, Марго лишь закатила глаза, но не стала продолжать.

Когда мы вернулись в кабинет, наш подозреваемый стоял себе мирно, расставив ноги на ширине плеч, и тихонько справлял нужду прямо в углу. Воздух в маловентилируемом кабинете насытился характерным аммиачным запахом, видимо у него почки барахлят. Кульчин устроил эту сценку намеренно, чтобы мы поверили в его надменность. Но я же его насквозь вижу. Этот скрытный тип обычный демонстратор.

- А вот и анализы,- саркастично произнесла оторопевшая Марго.

- Очень показательно. Молодец. Пусть на это посмотрит ваша жена и сын.

Подозреваемый резко застегнул молнию, слегка обмочив штанину. Он так сильно побледнел, что с лёгкостью мог бы слиться со стеной. Затем, будто с претензией, громко вопросил:

- Вы же сказали, что здесь нет камер?

Камер действительно не было, но Кульчину об этом знать совсем не обязательно. Демонстративно выключив диктофон на одну минуту, я продолжил говорить без формальностей:

- Ты думаешь, что только тебе можно лгать? Признавайся мразь, зачем ты лжешь?!

В этот раз подозреваемый осклабился.

- Скверные слова меня не злят, так что не провоцируйте зря.

- Задам тебе последний вопрос. Ты знаешь, что сделают с твоей семьей родители тех детей, которых ты убил?- задал ему провокационный вопрос и добавил для правдоподобности,- Твой адрес я им лично сообщу.

Естественно я блефовал. Подозреваемый поменялся в лице. Теперь ему было не так уж и весело.

- Ты утопил всех десятерых?- резко спросил у него не дав времени на то, чтобы отойти от предыдущего существенного вопроса.

- Да. Всех-всех-всех!- на секунду сорвавшись, повысил голос Кульчин.

- Вот ты и попался. Жертв было восемь, с учётом убитого и последнего похищенного мальчика.

У Кульчина в промежутках между вопросом и ответом появились короткие паузы. На мои вопросы он никак не рассчитывал, и не репетировал на них ответы.

- Я это знал просто...

- Просто что?

Марго прикрыла рукой глаза и разочарованно пошатала головой.

- Просто я сразу не расслышал количество. А может вы, не обо всех знаете?

- Так может, или не может?- я не прекращал давить на него, - Теперь ответь мне, какой туфель спал с ноги пропавшего, если ты его выкрал?

Я резко замолчал, уступив слово Кульчину.

- Я не помню, какой туфель. Правый. Возможно левый,- сразу же поправился он,- Какая 'нафиг' разница?

- Во-первых, это был кед, а не туфель. А во-вторых, он был правый,- не поверил я.

Ровным счётом это ничего не меняло. Он действительно мог не помнить. Но как по мне Кульчин очередной подражатель.

А далее пришло время для контраргумента:

- И не нужно думать, что я как милиционер не имею право на разглашение. Ведь я сообщу всем родителям пропавших детей эту желанную информацию после рабочего дня, как отец, у которого тоже похитили ребёнка. А если ты нам соврал, то за дачу ложных показаний, ты всё-таки останешься на нашем крючке, а вот прославиться тебе вряд ли удастся.

Я видел, Кульчин вскипел, но его гнев так и не вырвался, отразившись лишь на миг в зрачках, которые на секунду расширились.

- Напугал ежа голой 'жопой',- он продолжал делать вид, что всё под контролем.

- Такие как ты ставят славу впереди, перечёркивая всё своё дальнейшее существование. Ты так сильно хочешь запечатлеться в истории, что наплевал даже на собственную семью. В голове не укладывается, что ты хотел обрести славу, как известные маньяки.

- Как ни крути, а о них таки вспоминают,- вмешалась Марго.

- В качестве примера безумия.

- И всё же.

Переведя взгляд на Кульчина, я закончил бесполезный допрос.

- Что ж. Посидишь тут до утра и подышишь собственными испражнениями, может, опомнишься. А завтра я привезу человека, который видел тебя девять лет назад.

Прежде чем увели Кульчина, я успел додумать ответ - Он тебя точно опознает и разоблачит.

Дежурный изъял у арестованного ремень, шнурки, документы и оставил в 'одиночной камере'. Мерзавец совсем не возражал, будто он добился того, чего так сильно хотел.


Вечером в трейлере лег спать пораньше в свою 'одиночную камеру', чтобы не ходить завтра как зомби. Но несмотря на сильную истощённость, так и не смог сразу уснуть. Скорее всего, Ирина всё-таки всерьез обиделась? Черт меня дернул флиртовать с той миленькой фармацевткой.

Чуть позже проснулся посреди ночи. Одна неуловимая мысль не давала себя поймать - зачем он занял для себя невыигрышную позицию? До сих пор не верю в происходящее. Этот мутный тип, конечно, всех озадачил. Обычно я вытягиваю обвинения, а сегодня пришлось его опровергать. Но всё же, Кульчин не равнодушен к семье, как бы он это не скрывал. Значит как запасной вариант попробую наведаться к его жене.


18 июля. Прошло трое суток после исчезновения Антона.


Утром началось не с кофе, в дверь громко постучала Анна, которая ходила ко мне, будто на работу. Я поведал ей о том, что у нас появился подозреваемый, который сам сознался во всех смертных грехах. Но даже она скептически отнеслась к такому признанию и поддержала идею с очной ставкой Кульчина и Джозефа.

Заправив автомобиль, мы с Анной отправились в путь за иностранцем, чтобы доставить его для опознания. Я взял её с собой, так как больше никого не знал, кто бы свободно владел люксембургским языком. У меня вдруг возник вопрос - зачем Джозефу ехать в Одессу и жить здесь? Тем более в такие холодные мокрые дни. Если у него хватило денег снять дорогущий коттедж, то почему он не купил домик где-то на тёплом Кипре? И что его связывает с этим кооперативом?


За непринужденным безмолвием мы и не заметили, как подъехали к роскошным хоромам Джозефа. Он открыл нам дверь в махровом халате и сходу с идиотской улыбкой поцеловал ручку Анне, засыпая её всяческими вычурными люксембургскими выражениями. Я бы определил его настроение как 'поднесённое'.

Из-за небольшой мряки, нас пригласили в коридор для беседы. Анна что-то с ним мило переговорила, и улыбчивый Джозеф сразу же вышел из дому при полном параде с зонтом в руке. Значит, он был готов добровольно опознать подозреваемого Кульчина.

На улице подул резкий ветер, и зонт иностранца вывернуло спицами наружу. Я не знал люксембургский язык, но определённо догадался, что Джозеф грязно выругался. Глянув на пасмурное небо, наш свидетель решил вернуться за запасным зонтом, что находился на втором этаже. Вдогонку Джозефу, моя спутница что-то выкрикнула на непонятном для меня языке. Когда я спросил, что именно она ему сказала, Анна перевела:

- Вернувшись, посмотрите в зеркало, такая у нас в Украине примета.

В этот миг я немедленно пожалел, что позволил иностранцу вернуться. Как только Джозеф поднялся на второй этаж, тишина разорвалась на мелкие песчинки. Прозвучал эхообразный хлопок, и треск разбитого стекла, что полетело вовнутрь комнаты. От неожиданности Анна дернулась, едва удержавшись от вскрика, и мы вместе повернули головы на звук. Быстро осмыслив, что произошло, я рванул на второй этаж, стараясь не думать о худшем. Анна отважилась бежать за мной.

Прямо при нас, держась за окровавленную шею, Джозеф лежал по центру комнаты среди осколков стекла. На шок времени не было. Мельком выглянув в окно, я пригнулся на всякий случай и приказал Анне сделать тоже самое. Оконный проём был обращён в сторону леса. Склонившись над потерпевшим, я увидел его расширенные зрачки, что всё ещё подрагивали.

- Быстро! Подай мне чистое полотенце с ванны!- крикнул Анне, вспомнив правила первой медицинской помощи,- Если найдёшь аптечку, тащи её сюда!

Экстренность Джозефу не помогла, рана пришлась на наружную ярёмную вену. Слишком быстро кровь покидала тело. Мы потеряли ценное время пока бежали по высоким ступеням спиральной лестницы. Ведь эти секунды стали решающими.

Ладонь Джозефа в последний раз конвульсионно сжалась в попытках придавить страшную рану, и медленно опустилась. Тело замертво распласталось на персидском ковре с новым 'красным орнаментом'. Кожа на шее больше не отдавала ритм пульса. Джозеф скончался. Обстоятельства снова изменились.