# Что скажет Сьюзен

Дмитрий Зотиков

Мистер Джим Петерсон в величайшем унынии сидел в своей каюте на нижней палубе круизного лайнера, вышедшего неделю назад из Глазго в Стамбул. Всю ночь ему, мелкому клерку из конторы по продаже подержанных автомобилей везло. Карта шла и перед ним на столе была уже гора фишек, как под самое утро внутренний голос посоветовал не останавливаться после десятки и шестерки и сделать прикуп. Пиковый туз показался Джиму черной меткой, выданной Билли Бонсу в таверне "Адмирал Бинбоу". Этот туз похоронил все надежды Джима не только на продолжении круиза, но и на жизнь после него. И, самое главное, что теперь скажет Сьюзен?

С Сьюзен на следующей неделе должна была состояться помолвка. А теперь не то что на кольцо, даже на приличный ресторан у Джима не была ни фунта стерлингов. Не делать же ему предложение в МакДоналдсе? Впрочем, и на МакДоналдс денег теперь тоже не было.

Оставался только один выход. Только один выход - достойный настоящего мужчины. Страховка. Страховой полис. В сотый раз Джим впивался в эту бумагу, пытаясь в ней найти выход из создавшегося положения. Но там было всего два приемлемых в этой ситуации случая: кораблекрушение и падение за борт.

Кораблекрушение. Выхватить у капитана штурвал и направить корабль на скалы. А там будь, что будет. Но при зрелом размышлении мистер Петерсон был вынужден отказаться от этого плана. Он довольно плохо представлял как ему попасть в капитанскую рубку и где потом искать скалы.

Оставалось падение за борт. Этот вариант оказался гораздо доступнее. В страховом полисе было указано, что в случае спасения Джиму полагалось целых 10 000 фунтов. А в случае полного утопления и не нахождения тела сумма возрастала в 10 раз. Второй вариант был, несомненно выгоднее, но зачем нужны деньги в аду? То, что он попадет именно в ад после вчерашней ночи, Джим даже не сомневался.

Впрочем, сумма в 10 000 его очень даже устраивала и Джим решился. Стояла теплая июльская ночь. Луна еще светила, но уже на горизонте заблестела полоска восходящего солнца. Джим вышел на палубу. Ему необходимо было найти человека, который обязательно увидит его случайное падение за борт и даст сигнал тревоги. Корабль тут же остановится, капитан прикажет спустить шлюпку... Джим примерно рассчитал, что в воде ему придется продержаться не больше 30-40 минут. Воде теплая, акул в этих широтах нет. Правда до ближайшего берега не меньше тридцати миль... "Но кто не рискует, тот не женится на Сьюзен. На этой грациозной продавщице из "Harrods". На нижней палубе не было не души и Джим по трапу пошел на самый верх. Там на носу стояли два джентльмена в смокингах и бабочках и курили гаванские сигары. Вероятно, эти господа присутствовали на ужине у капитана. На этот ужин приглашали пассажиров только из первого класса, в который Джим всю жизнь мечтал попасть, но пока ему не очень везло. А то что, сигары гаванские, причем из самых дорогих, Джим понял сразу. Он с детства обладал очень острым, почти звериным нюхом. Даже мог с закрытыми глазами отличить выхлоп "Rolls-Royce" от какого-то там "Volkswagen".

Джим покрутился перед этими джентльменами, чтобы они смогли хорошенько его разглядеть и запомнить. Те недовольно переглянулись, но ничего не сказали.

"Воспитание", - подумал Джим. - "Оксфорд или Итон". И представил, как те в панике бегают по кораблю и кричат: "Человек за бортом! SOS! SOS! Джим тихонько забрался на борт и стал балансировать на нем, делая вид, что разглядывает пролетавших мимо чаек. На самом деле он ожидал, когда же джентльмены обратят на него свое внимание. И вот наконец те прервали разговор и стали с интересом смотреть в сторону Джима. "Оп-ля-ля", - почему-то крикнул тот и шагнул за борт.

Прошло почти три минуты после этого и один джентльмен, затянувшись сигарой, сказал второму: "Жора, ты видел. Мужик сиганул за борт". Жора, поправив бабочку, ответил: "Это его проблемы, Василий. Зачем нам сейчас ненужные отношения с полицией? Еще скажут, что мы его туда столкнули. А если вспомнить, что нас разыскивает Интерпол... Пойдем лучше в каюту, выпьем по стаканчику. А тот, если повезет, выплывет. Мальта где-то тут не очень далеко". И они ушли.

А Джим Петерсон, качаясь на легких волнах Средиземного моря, задумчиво глядел на удаляющиеся огни круизного лайнера и размышлял про себя: "Интересно, что же теперь скажет Сьюзен"? Навеяно рассказами Р.Даля.