# Лягушка-квакушка

А И Фефилов

## Лягушка-квакушка


В одном большом болоте жила-была лягушка. Звали её Фрося. Лапки у неё были зелёные, а спинка лакированная. Все знакомые и подруги считали её необычайно красивой, умной и изобретательной.

Фрося откровенно наслаждалась жизнью. Известно, что век лягушачий не велик. По человеческим меркам - всего восемь, десять лет. А время, как говорится, летит незаметно. Жизнь у лягушек, вроде бы, безбедная. Всегда можно сытно покушать, комаров и мошек - целые полчища, лови не хочу. Природа на болоте благодатная, воздух насыщен привычными ароматами. Захочешь поквакать - квакай. Желаешь уединиться - ныряй на дно, забивайся в тину. В тёмные летние ночи можно послушать квак?лы друзей и подруг, или лягушек из соседнего близлежащего болота. Квакконцерты прекращались только ближе к осени, когда начинали дуть холодные ветры и болото покрывала черная рябь. Осока и камыши увядали и больше не радовали глаз. Лягушек тянуло ко сну.

Фросе-квакушке было очень скучно. Хотелось чего-то неизведанного, но она не знала чего. Сердце её билось чаще, чем обычно, но кровь становилась ещё холоднее, чем прежде. Фрося прислушивалась к шороху пожелтевших прибрежных кустарников и деревьев, к свисту крыльев пролетающих в небе птиц. Это были стаи уток, направляющихся в тёплые страны. Иногда утки садились на болото, чтобы покормиться и отдохнуть.

Фрося-квакушка прислушивалась к разговору уток. Она не боялась этих птиц, потому что знала, что они не будут её глотать, так как она для них слишком большая и может застрять у них в горле. Утки не рисковали - боялись подавиться крупной лягушкой.

Утки без устали крякали, склёвывали спелые семена водорослей, подгоняли друг друга, торопились, чтобы снова подняться на крыло. Из утиных разговоров Фрося узнала, что есть такие края, где светло и красиво, где можно вкусно покушать и повеселиться. Кроме того, там очень ценят умных особей всего животного мира. Услышав это, Фрося-квакушка поняла, чего она хотела. Да! Ей непременно нужно полететь в эти изумительные, богатые и интеллектуальные страны. Но как?

Нырнула Фрося в болотную муть, легла на дно и сосредоточилась. Думала, думала и придумала. Вынырнула, подплыла к самым толстым уткам, потому что они самые главные и умные. Она знала из собственного опыта, что старшие по положению никогда не суетятся, а тучное тело лучше питает голову. Достойное впечатление на неё производили только эти две большие утки - одна серая, а другая в полоску.

Увидев лягушку, крупные утки удивились её смелости. Фрося-квакушка поприветствовала их, и сразу же, без лишних кваков перешла к делу:

- Вы вольные и свободные птицы, везде полетали, многое повидали, а я вынуждена коротать свой лягушачий век в этом мутном, холодном болоте. Вы даже не представляете, как мне хочется поглядеть на мир с высоты птичьего полёта! А как я хочу увидеть дальние страны, в которых бок о бок, мирно и сытно живут самые умные твари на свете. В общем, я хотела бы полететь туда вместе с вами...

Жирные утки отрывисто закрякали и затряслись от хохота. Потом спросили:

- И как ты, болотная квакушка, себе это представляешь? Ха-кря, ха-кря!

Ты рождена для того, чтобы прыгать, а не летать!

- Вы ошибаетесь, уважаемые крякуши! Перемещаться по воздуху можно не только на крыльях. Это осуществимо, если мы полетим не по отдельности, а вместе. Вместе - это значит, что каждый летит не только сам за себя. Мы летим втроём, и... если вы не будете крякать, а я не стану квакать, у нас всё получится.

- Как это не крякать? - не поняли утки. - Мы не можем всё время молчать!

- Выслушайте меня, пожалуйста! Я призываю вас не крякать лишь во время полёта. А полетим мы следующим образом - вы возьмете концы прочного прутика в свои клювы, каждая за свой конец; я же цепляюсь губами и ртом за середину этого прутика, и...полетели!

Утки пришли в восторг:

- Какая ты умница! Это ты сама придумала?

Фрося-квакушка горделиво ответила:

- Конечно, сама! Мы летим втроём молча. Вы не крякаете, я не квакаю. В этом залог успеха нашего совместного полёта.

- Гениально!

Утки посовещались и сообщили о своём согласии:

- Хоть это и накладно и потребует от нас дополнительной нагрузки, но мы возьмём тебя с собой и ты увидишь сверху много интересного!

Первая серая утка разоткровенничалась:

- Мы приземлимся сначала на моей родине, в Апорве, там очень чистые озёра со множеством маленьких рыбок. Там добрые люди, они кормят нас вкусными хлебными корочками и зерном прямо из своих рук.

Вторая полосатая утка предложила полететь сразу на её родину, в далёкую Акирему, которая, по её мнению, выглядит ещё краше, а люди там намного добрее, потому что очень сытые и тучные. Кроме того, осенью они уток не отстреливают, как это периодически делают в Апорве.

Серая утка возмутилась:

- Это глубокое заблуждение! Апорвенцы уток уже давно не отстреливают. Если кто-то это и незаконно делает, то это наглые акиремцы, которые разгуливают по Апорве как по своей земле и позволяют себе то, что не могут себе позволить у себя дома апорвенцы.

Фрося надула свои горловые мешки и, громко квакая, призвала раскрякавшихся уток больше не ссорится. Утки утихомирились и все начали готовиться к полёту. Путь был дальний, нужно было ещё основательно подкрепиться. Лягушка Фрося радовалась и думала про себя, какая она умная, как превосходно она всё продумала. Но она, конечно, немного волновалась - ей предстоял всё же первый настоящий перелет по воздуху. Нельзя сказать, что она не была знакома с чувством полёта. Ей часто приходилось довольно высоко и ловко прыгать во время ловли комаров и мошек. Но это были кратковременные прыжковые полёты, которые неизменно завершались довольно неприятным плюхом в воду.

Лягушка Фрося созвала своих подруг, рассказала им, что улетает в дальние края - сначала в Апорву, а затем в Акирему. Подруги пожелали ей счастливого путешествия, а в душе, восхищаясь её смелым решением, немножко завидовали ей.

Первый взлёт был не лёгким и не согласованным. Утки по началу перетягивали концы прута, каждая в свою сторону. Лягушка испытала сильную болтанку и даже подумала не прервать ли ей полёт, пока ещё не поздно и утки не набрали высоту. Но потом утки приспособились, стали махать крыльями более слаженно и болтанка прекратилась. Когда набрали полную высоту, у Фроси-квакушки захватило дух. По мере того, как утки набирали скорость, тело её быстро охлаждалось и кожа покрывалась мелкими пупырышками. Но ей было не впервой привыкать к холоду. Она уже пережила две холодные зимы и довольно удачно. Помимо всего прочего, она и по своей природе никогда не была теплокровной.

Когда Фрося смотрела сверху вниз, ей казалось, что утки не летят, а зависли в воздухе, хлопая крыльями. Внизу же двигается им навстречу земля с множеством деревьев, озёр и каких-то не знакомых ей сооружений. По ночам утки садились на водоёмы отдыхать и кормиться. Фрося расспрашивала их о том, над какими причудливыми краями и странами они пролетали. Утки рассказывали ей про горы, степи, деревни, города и много других интересных историй. От них она, например, узнала , что есть в мире такие лягушки, которые меняют свой окрас и приспосабливаются к среде обитания - становятся незаметными, сливаются по цвету с деревьями и водорослями. Фрося представляла себе, как она усилием воли меняет цвет своей кожи и становится недосягаемой для врагов - аистов, водяных крыс и ястребов.

Во время отдыха лягушка Фрося тоже подкреплялась - набивала себе желудок разными мизгирями, жучками. Правда, эта пища не была для неё привычной, но комаров и мошек на заграничных водоёмах было мало.

Иногда Фрося-квакушка видела внизу людей, которые показывали пальцами в сторону летящих уток и кричали:

- Смотрите, смотрите! Утки несут лягушку. Надо же! Вот чудеса. Умные птицы! Как здорово придумали.

Эти возгласы страшно нервировали Фросю. Ей так и хотелось крикнуть:

- "Ква! Это я, ква, придумала. Это моя идея, ква!"

Но Фрося понимала, если она квакнет, то тут же полетит на землю вверх тормашками и погибнет. От этой мысли она ещё сильнее сжимала свой беззубый рот, обижаясь на людскую несправедливость.

- "Почему у этих людей всё не так, как у лягушек? Восхищаются теми, кто идею осуществляет, а не теми, кто её придумал?".

Прошло несколько дней. Впечатлений от перелёта у лягушки было много. Но утки уставали и всё чаще садились отдыхать. Во время кормёжки серая и полосатая утки редко разговаривали между собой, а лягушка Фрося не хотела раздражать их своими расспросами.

Однажды серая утка сообщила, что скоро они прилетят на её большую родину Апорву. Полосатая утка сначала молчала, а потом вдруг заявила, что у неё что-то нет особого желания общаться с апорвенцами. Она поведала, что в Апорве все реки черные и чем-то отравленные, а кормиться людскими подачками она не намерена. Лучше взять курс на юго-запад и лететь в направлении Акиремы, приземляясь на отдых на известных ей островах.

Серая утка высказала мнение, что острова находятся на очень больших расстояниях друг от друга и, если они не приземляться в Апорве и не накопят достаточно жиру, у них не хватит сил долететь до Акиремы.

Разногласие между утками озадачило лягушку. Она даже подумала, не предложить ли уткам, устроить отдых в каком-нибудь другом краю, но вовремя сообразила, что если ссорятся двое, третьему не нужно вмешиваться, иначе двое объединятся против него. Не хватало ещё, чтобы утки сбросили её в какое-нибудь протухшее болото и оставили там навсегда.

Не придя к единому мнению, утки полетели дальше. Каждая из них думала по-своему, но мысли их в чём-то совпадали:

- "Мы что, нанялись что ли тащить эту болотную лягушонку с собой в наши благодатные края? Чего она там потеряла? Не жилось ей на своей болотине? Путешественница... Кому нужен её лягушачий интеллект!".

- "Понаплодилось этого жабьего отродья на наших водоёмах слишком много - и зелёные, и коричневые и ядовитые красные и даже чёрные... Отъелись - в горло не лезут. Квакают как у себя дома. Отстраивают свои лягушатники, права качают. Как удалось этой бесхвостой твари вбить нам в голову дурную затею, чтобы тащить её с собой! Возомнила о себе не весть что... Умница она, видите ли, болотный гений..."

Когда утки взмыли в высоту и пролетели какое-то расстояние, лягушка заметила их напряжение и ей стало не просто страшно, а даже очень страшно. Вскоре худшие ожидания Фроси-квакушки оправдались. Не зря говорят в лягушачьем обществе - чего боишься и ждешь, то и получишь. Вдруг утки громко крякнули и одновременно выпустили прут из клювов, как будто сговорились. Совместный полёт получил своё непредусмотренное завершение. Фрося почувствовала, как она стремительно падает вниз. Свободное падение к земле сопровождалось болью во всём теле. Плотные потоки воздуха били ей в глаза и грудь. Земля стремительно летела ей навстречу. Что делать?!

Фрося напрягла весь свой болотный интеллект, и... решение пришло неожиданно, само собой. Она разжала губы широко раскрыла рот и почувствовала, как стала быстро надуваться. Вскоре она заметила, что скорость её падения уменьшилась и потоками воздуха её стало относить куда-то в сторону. Но глаза её выкатились, а горловые мешки и живот надулись до такого предела, что с минуты на минуту могли лопнуть. Фрося понимала, что так продолжаться долго не может, распирающий её изнутри воздух должен выйти через какое-то отверстие наружу. Она выпустила воздух из горловых мешков и ей стало немного легче. Потом с большим усилием воли приоткрыла отверстие, находящееся на противоположной стороне рта, и стала регулировать количество воздуха в своём животе. В состоянии свободного падения она парила еще долгое время. Наконец она увидела чёткие очертания земли и, постепенно выпуская из себя воздух, пошла на снижение.


***

Ашиль де Жарье, владелец небольшого ресторана был приятно удивлён, когда в бачок с лягушками, который его работники тащили на кухню, откуда-то сверху плюхнулась крупная лягушка. Чудеса да и только! Де Жарье поспешил за работниками и решил собственноручно разделать свалившуюся с неба чудо-лягушку. Не каждый день такой ценный деликатесный продукт падает с небес. Какие славные, налитые лапки! Не успела Фрося прийти в сознание как её отрезанные задние ножки уже жарились в специальной сковороде. Оставшуюся часть Фроси бросили в специальную машину, и вместе с другими тушками безногих лягушек перемололи на мельчайшие кусочки на корм скоту.

У этой сказки печальный конец, но она наводит читателя на очень поучительные мысли.

- Если ты сидишь в своём болоте и оно тебя в целом устраивает - ты сыт, доволен и наслаждаешься осознанием того, что ты умен, у тебя есть признание близких тебе по духу тварей того же рода и вида, зачем искать приключения на собственные конечности в чужих краях, где ты по большому счёту никому не нужен, даже если ты интеллектуал.

- Не доверяйся случайным попутчикам, не вызывай у них зависть, если не хочешь чтобы тебя кинули и ты почувствовал на собственной шкуре, что такое свободное падение. Падение, хоть оно и свободное, это не планирующий полёт, а резкое снижение сверху вниз под действием собственной тяжести. Помни, ты - не пушинка, и земля - не пух.

- Если ты обыкновенная квакша, квакай на своём болоте, сколько можется, и если тебе уж так хочется - слушай как идет дождь и раздаётся эхо в лесу и включай своё воображение - как там у них в дальних странах пригоже и сытно, справедливо и непредвзято. И если можешь, верь! С верой в чужое благополучие, ты скоро станешь блаженной!

- Не болото красит лягушку, а лягушка болото. Но это не означает, что, сидя в болоте, нужно менять свой окрас по каждому поводу и при каждом поветрии. Болото от этого не станет красивее, а смена цвета общему делу не поможет. Конечно, для врагов можно стать незаметным, но не всю же жизнь прятаться от них! Лучше окрашиваться в такие цвета, которые отпугивают врага, например, в ядовитый жёлтый, или в ярко красный, воинствующий цвет.

- Мудрость не в том, что ты сможешь высоко взлететь с помощью других на чужих крыльях, мудрость в том, как удачно ты сможешь приземлиться или упасть без посторонней помощи, если высоко взлетишь.

- Не доверяйся случайным попутчикам, не вызывай у них зависть, если не хочешь чтобы тебя кинули и ты почувствовал на собственной шкуре, что такое свободное падение. Падение, хоть оно и свободное, это не планирующий полёт, а резкое снижение сверху вниз под действием собственной тяжести. Помни, ты - не пушинка, и земля - не пух.

- Если ты обыкновенная квакша, квакай на своём болоте, сколько можется, и если тебе уж так хочется - слушай как идет дождь и раздаётся эхо в лесу и включай своё воображение - как там у них в дальних странах пригоже и сытно, справедливо и непредвзято. И если можешь, верь! С верой в чужое благополучие, ты скоро станешь блаженной!

- Не болото красит лягушку, а лягушка болото. Но это не означает, что, сидя в болоте, нужно менять свой окрас по каждому поводу и при каждом поветрии. Болото от этого не станет красивее, а смена цвета общему делу не поможет. Конечно, для врагов можно стать незаметным, но не всю же жизнь прятаться от них! Лучше окрашиваться в такие цвета, которые отпугивают врага, например, в ядовитый жёлтый, или в ярко красный, воинствующий цвет.

- Мудрость не в том, что ты сможешь высоко взлететь с помощью других на чужих крыльях, мудрость в том, как удачно ты сможешь приземлиться или упасть без посторонней помощи, если высоко взлетишь.