# Жизнь номер 2. Глава 22

Таня Финн

## Глава 22. Нейтральная земля. Заброшенный военно-исследовательский комплекс


Везунчик не спал. Он не заметил, как сон перешёл в явь, но это было и неважно. Жизнь была прекрасна. Эта новая жизнь даже в сравнение не шла с той, что он вёл раньше. Ковылял на протезах, рвал задницу за еду и жильё. Унижался, просил пособия и работу в равнодушных кабинетах. Был никем.

Сейчас он наслаждался существованием. Каждой секундой бытия. Ничего у него не болело, ничто не могло помешать. Он парил в воздухе, он видел всё. Он проникал в потаённые уголки, куда никто не мог заглянуть, кроме него.

Он мог шевелить сотней манипуляторов. Что ему отрезанные ноги! Везунчик способен переместиться куда угодно за одно мгновение.

Только недавно он знатно повеселился. Это была игра, отличная весёлая игра. Везунчик теперь мог управлять машинками. После первого пробного раза, когда игрушечный трактор крутился, как неуклюжий щенок, мутант многому научился.

Он нашёл ещё немало таких игрушек. Они были разными, и таились в разных местах. Спрятанные, разрозненные, скрытые до поры. Прежний хозяин заботливо упаковал свои игрушки, разложил по схронам, где они ждали, когда о них вспомнят. Они ждали долго, хотя во сне время проходит незаметно.

Игра началась с края - там солдатики, выкрашенные в защитные цвета, побежали в атаку. Везунчик едва не пропустил всё веселье, но быстро включился в игру.

Ему не понравились эти солдатики. Они были наглые и злые. Они лезли во владения Везунчика. Их нужно было прогнать.

Благодетель, человек в лабораторном халате, был не против. Наоборот, он согласился, что солдатикам здесь не место. "Прогони их" - сказал он.

Везунчик посмотрел, что можно сделать, и нашёл. В зданиях цехов, куда заглянуть было раз плюнуть, и где мутант властвовал безраздельно, хранилось много забавных штук. Они лежали в контейнерах или совсем на виду - если не знать, что это. Бывший хозяин игрушек, которого теперь заменил мутант, оставил разобранный конструктор. Кусочки головоломки, которые можно было собрать. Детали, которые, если соединить их, составляли вместе отличные маленькие пушки.

Мутант смутно вспомнил, что когда-то, в прошлой жизни, он уже видел такие. Кажется, он даже стрелял из такой пушки.

Ему удалось собрать конструктор из кусочков головоломки. Это было сложно поначалу, но у Везунчика получилось. Зато потом вышел славный фейерверк.

Часть пушек пальнули через стену - там затаился достойный противник. У противника тоже были стрелялки, хотя и не такие хорошие, как у Везунчика. Стрелялки пришлось разбить - ведь они угрожали разрушить место для игры.

Ну, а солдатики, что вбежали в ворота, оказались лёгкой мишенью. Бац, бац - и нету солдатиков.

Он хотел ещё разогнать других людишек, что сидели по эту сторону - так, для острастки. Но благодетель не разрешил. Почему-то они ему оказались нужны. Мутант согласился - ведь они были свои, жили на его территории, и даже чем-то ему нравились. Он не мог вспомнить, почему, но они были лучше, чем те, за оградой.

И вот теперь он смотрел, как за периметром, что ограждал владения Везунчика, расплывается чёрный дым. Рыжие огоньки весело плясали на останках вражеской техники.

Мутант счастливо вздохнул - этот вздох отозвался гулким эхом по всему огромному телу базы - и прикрыл глаза.

***

- Погоди, не так...

- Да ладно, жить осталось два понедельника...

- Нет уж, или так, или никак!

- Ну, давай уже.

- Ох.

- Ааааооо, да!

В темноте тоннеля горели неярким ядовитым светом зелёные огоньки. Они пробегали по стене, ритмично пульсируя. Местная плесень вела свою, тихую подземную жизнь.

Химии плесневого света едва хватало, чтобы двое не столкнулись лбами на своей лежанке из старых изоляционных плит.

Какое-то время не было слышно ничего, кроме шумного дыхания и ритмичного скрипа изоляции.

Мерно подмигивали зелёные огоньки, волнами пробегая по стене. Раз, другой, третий... Скрип подстилки из изоляции, дыхание и постанывание странным образом звучали в унисон миганию света.

Когда волнам потеряли счёт, скрип засбоил и наконец прекратился.

- Закурить бы...

- Ты ж не куришь.

- Курила раньше.

- Чего бросила?

- Дрянь.

- А чего тогда курила?

- Не твоё дело.

Тролль Белая Смерть хмыкнул:

- Как трахаться, так моё, а как простой вопрос задать девушке, так не моё сразу...

- И чо?

- Да так. Тяжёлая ты, как моя жизнь...

- В каком месте тяжёлая? Вот здесь?

- Ах ты ж... ну ты и...

- Не задавай лишних вопросов.

- Лады. Ты чего такая злая, обидел кто по жизни? Или всё своего парня забыть не можешь?

- Нет у меня парня.

- А Норд Звер?

Послышался звонкий шлепок. Стук лёгких ног о бетонный пол. Пицца_с_Крысой выкрикнула:

- Не твоё дело, понял?! Он мой брат, ясно тебе? Не парень! Брат!

Басок тролля зарокотал успокоительно:

- Ладно, ладно, я понял. Брат, не парень. Брат. Успокойся.

Раздалось шуршание, Пицца собирала одёжки. Тролль попытался её остановить:

- Погоди, рано ещё.

- Пора. Мы патрулируем территорию, забыл?

- Да чего тут патрулировать, после бомбёжки даже крысы разбежались.

Он поднялся с лежанки, обхватил её и принялся поглаживать. Пицца вяло вырывалась. Он наклонился и прижал её крепче.

- Время есть, чего ты...

Она затихла, перестав вырываться, закрыла глаза и вздохнула. Его ладони бродили по её телу и опускались всё ниже.

Вдруг Пицца напряглась и подняла голову. Глаза её широко раскрылись.

- Подожди. Ты слышишь? Кто-то стонет.

- Правильно, продолжай, - пробормотал он, зарывшись лицом в её волосы. - Или это у тебя в животе от голода пищит?

Она оттолкнула его.

- Я слышала. Точно слышала!

Он не хотел её отпускать, и она толкнула ещё раз, сильнее.

- Давай фонарик.

- На свет сейчас вся местная фауна сбежится, - недовольно пробурчал он, но достал фонарик.

Она взяла оружие наизготовку и осторожно пошла по тоннелю, прижимаясь к стене.

Белая Смерть шёл позади, прикрывая с тыла.

Тоннели под базой до сих пор не были разведаны как следует. В некоторых путь перекрывали прочные стальные решётки. Некоторые загибались петлей и упирались сами в себя или кончались тупиком.

И во всех водилось разное зверьё, встречаться с которым ни у кого не было охоты.

За годы, прошедшие с Большого Песца, много воды утекло по канализационным трубам. С тех пор, как содрогнулись материки, и небо опустилось на землю, изменилось многое. Кто-то винил радиацию, кто-то климат. А некоторые вообще грешили на плотный туман, который теперь почти всюду заменял голубые небеса, и в котором каждый день вязло ленивое солнце. Говорили, что туман этот слишком густой, чтобы быть естественным. Здесь уже болтали всякое - от оголтелой мистики до бредовых теорий.

Твари, что обитали теперь повсюду, где только можно, теорий не слышали и газет не читали. Они просто были и были они похожи на порождения болезненной фантазии безумного экспериментатора, который решил поизвращаться над местным зверьём. В пищу они не годились - их мясо вкусом и запахом вызывало только отвращение.

Ходили слухи, что есть такие люди, которые охотятся на этих тварей и даже имеют с них доход. Но слухи слухами, а толком этих людей никто не видел и денег их в руках не держал.

Пицца добралась до камеры. Здесь тоннель раздваивался. В одну сторону уходил отрезок трубы и заканчивался тупиком. В конце тупика был колодец, и там наверх шла металлическая лесенка. Лесенка упиралась в массивный люк. Все знали, что сейчас люк намертво завален, и хода туда нет.

В другую сторону уходил тоннель подлиннее, и до сих пор никто не прошёл его до конца. Там водилось всякое, и оттуда регулярно слышались всякие звуки и прибегали здоровенные крысы размером с хорошую собаку.

- Да крыса там, - прошипел сквозь зубы Белая Смерть. - Не знаешь, как они пищать умеют? Пошли уже отсюда.

- Нет, подожди, - тоже шёпотом отозвалась Пицца. - Это не крыса, точно.

- Мля, тогда крысиная смерть, - нервно хохотнул тролль.

Девушка ступила в камеру коллектора и осторожно заглянула в правый, более длинный тоннель. Белая Смерть быстро посветил в левый, ничего там не увидел и двинулся за Пиццей.

- Стой, - девушка отшатнулась и замерла у стены. Указала стволом: - Вот оно!

Тролль посветил фонариком.

Впереди, в нескольких метрах от них, тоннель перегораживало нечто.

Тёмный клубок, косматый, с торчащими клочьями и углами, слабо шевелился и издавал странные звуки. Он был похож на огромное воронье гнездо, почти целиком перегородившее проход.

Белая Смерть прошипел с присвистом сквозь зубы и отшатнулся.

- Огнемёт надо! Устроили гнездо, твари...

Пицца не ответила, напряжённо всматриваясь вперёд.

- Слышишь, чего говорю? Валим отсюда. Потом вернусь, поджарим гадюшник.

Девушка, не отвечая, шагнула дальше, к "вороньему гнезду"

- Ты куда, дурёха! Стой!

Белая Смерть отодвинул Пиццу ладонью, прижал к стене.

- Сдурела? Их там целая кодла!

- Молчи! - рявкнула Пицца. - Слушай!

Прижимая её к стене, он задержал дыхание и прислушался.

Из глубины тёмной кучи послышался тихий звук. От него тролля продрало мурашками по позвоночнику.

- Это человек, - вдруг очень спокойно произнесла Пицца.

Она подняла свой лёгкий автомат, тщательно прицелилась, и дала несколько расчётливых очередей.

Вспышки огня осветили бетонные стены тоннеля.


Послышался истошный визг. Тёмный комок гнезда зашевелился. От него отваливались клочья бурой темноты. Клочья оборачивались уродливыми крысами и разбегались в стороны. Некоторые крысы, оскалив острые белые зубы, бросились на источник опасности.

Белая Смерть, не желая тратить патроны, приканчивал зверюг с одного-двух ударов.

Пицца, не обращая внимания на мечущихся тварей, подступила ближе к гнезду и наклонилась над ним. За её спиной тролль разбрасывал визжащих, извивающихся крыс.

Девушка всмотрелась в глубину шевелящегося тёмного клубка. Луч фонарика высветил спутанные клубки проводов, комки шерсти, переплетённые тела хвостатых зверьков. Свернувшись в позе эмбриона, в центре гнезда лежал человек. Его тело почти полностью было покрыто слабо попискивающими, розовыми крысами. Они прижимались к человеку, лежали рядом, закрыв глаза и посапывая в сладком сне. Мешанина слежавшейся шерсти, обрывков изоляции, мотки проводов, розовые крысята - открывали только фрагменты человеческого тела.

- Сюда, скорее! - обернувшись к троллю, крикнула Пицца. - Хватит развлекаться!

Белая Смерть шмякнул о стену последнюю зверюгу, подошёл и стал рядом.

- Ёкарный бабай!

- Помоги. Надо достать её, - Пицца опустилась на корточки и стала осторожно распутывать клубок проводов.

- Погоди, здесь кусачки надо.

- Сейчас.

Они выбросили из гнезда попискивающих розовых крысят и крыс побольше. Те разевали пасти с маленькими острыми зубками и пытались кусаться. Тролль отшвыривал их к стене.

Распутали или разрезали мотки разномастных проводов. Пицца с содроганием увидела, что несколько проволочек впились в тело и торчат из кожи, набухшей и потемневшей в этих местах. Она осторожно вытянула металлические нити.

Человек тихо простонал и пошевелился. Они отбросили последние ошмётки шерсти и изоляции.

Пицца охнула. Белая Смерть выругался.

- Это Фурия! Чёрт, это точно она!

Елена, казалось, спала. Её лицо, осунувшееся, с закрытыми глазами, под которыми темнели круги, выглядело спокойным. Над бровью багровел свежий шрам с остатками запекшейся крови. Девушка была практически обнажена, если не считать комбинезона из "лягушачьей кожи". Полупрозрачный комбинезон в полутьме тоннеля отливал зеленью. Оттого тело казалось неестественно бледным.

Она простонала и проговорила что-то невнятное, когда тролль поднял её на руки.

- Что, что? - спросила Пицца, вслушиваясь в её слова. - Что - "не надо"?

Белая Смерть пинком отшвырнул с дороги дохлого крысёныша. Уложил тело девушки на плечо, бросил коротко: Ходу! - и пошагал к выходу из тоннеля.

Пицца, напоследок оглянувшись на разорённое гнездо, поспешила за ним.