# Сальто для ангела

Татьяна Гальская

Финалист конкурса "Нереальная Новелла-2020"

Верочка шла по мосту в сторону Парка культуры и радовалась тёплому встречному ветру. Мимо проносились автомобили, наматывая на колёса звуки большого города и катая на капотах солнечных зайчиков. По календарю наступила осень, а погода и настроение оставались летними.

Осень опоздала на самолёт, вспомнила своё недавнее возвращение из Турции Верочка. После первого курса института она два месяца работала аниматором в турецком отеле, где познакомилась с директором модельного агентства - красивой деловой женщиной, которая предложила ей сделать портфолио и ввести в штат. Вчера они созвонились и договорились о встрече.

Верочка посоветовалась с интернетом и добавила к облегающему платью высокие каблуки, распустила волосы и, воодушевленная увиденной красотой в зеркале бабушкиного шифоньера, полетела в агентство, думая о том, что если получит работу модели, о пересдаче анатомии в Медицинском можно не волноваться - значит не судьба ей стать доктором.

В детстве Верочка мечтала о профессии врача - хотелось быть похожей на свою бабушку, Елизавету Тимофеевну, которая всю войну прошла медицинской сестрой и была награждена медалями "За отвагу" и "Боевые заслуги". Бабушка заменила ей вечно работающую маму и отца, которого Верочка никогда не видела. Она часто брала внучку в больницу, где научила обрабатывать раны, ставить уколы и даже накладывать швы. Поэтому, когда одногруппники падали в обморок при виде учебных трупов, Верочка даже не морщилась. Их преподаватель, профессор Горянский, любил поорать на сползающих по стенке первокурсников, а за крутой нрав и запах перегара студенты прозвали его Горынычем. Именно Горыныч завалил Верочке зачёт по анатомии.

Вывеска модельного агентства "SALTO" выглянула из-за угла, а Верочкино красное платье отразилось в окнах старинного здания. Она остановилась перед входом, чтобы поправить растрепавшиеся от ветра волосы и подкрасить губы. Пока искала в сумочке помаду, мимо пробежала высокая худенькая девушка в джинсовом комбинезоне и скрылась за тяжелой входной дверью. Верочка поспешила войти следом.

В современном холле агентства гостей встречал ресепшн, больше похожий на космическую кухню. Кухня по производству моделей, подумала Верочка, называя цель своего визита администратору с короткими, ярко-розовыми кудряшками.

Вошедшая перед Верочкой незнакомка рассматривала стену с фотографиями "лучших работников производства". В ее осанке, в неспешных движениях тонких рук, перебирающих волнистые светло-рыжие пряди, и даже в посадке головы было что-то невероятно притягательное, а профиль с прямым носом, выразительными бровями и упрямым подбородком казался срисованным с какой-нибудь древнегреческой монеты.

Открылась дверь-невидимка и появилась Верина знакомая - директор агентства.

Верочка встрепенулась:

- Я Вера, мы вчера...

- Да-да, помню, - ответила ей директор, разглядывая девушку в комбинезоне. - Вот что, Вера, давайте перенесём нашу встречу... Я сама вам позвоню. Хорошо?

Она отвернулась от Верочки и сконцентрировалась на незнакомке.

- Сальтина Виктория Владимировна, директор. А вы?

- Мишель, - ответила ей девушка неожиданно глубоким голосом.

- Псевдоним? Нет? Очень красиво. - Директор указала рыжеволосой на дверь, из которой появилась минуту назад. - Проходите, пожалуйста! Сейчас все подпишем и начнём работать. У вас есть портфолио? Не страшно, сделаем.

Верочка растерялась - мечты рушились на глазах и все из-за какой-то желтоволосой анорексички с мужским подбородком. Почувствовав себя оскорбленной, она поспешила уйти, а чтобы не размазывать тушь, запретила себе плакать.

Модельная карьера растворялась в вечерних красках заката. Солнце пряталось за дома, и воздух становился по-осеннему прохладным. Верочка брела, не разбирая дороги, а желтые волосы конкурентки не выходили из головы, о чем-то напоминая. Верочка даже остановилась, когда поняла, о чем: у неё же цвет волос как у птенцов, что выводились у бабы Лизы в деревне! Где она взяла такую краску? Наверное, ее организм мутирует из-за постоянного голода.

Верочке вспомнилось одно лето у бабушки в деревне. Ближе к вечеру наседку с яйцами перенесли из сарая в дом. Когда вылупились два первых серо-желтых цыплёнка, книжные представления маленькой девочки о пушистых комочках рухнули. Верочка проверила, не сидят ли под курицей другие - жёлтые и красивые. Осторожно заглянув под наседку, увидела среди десятка целых яиц одно полуразрушенное. Из под лопнувшей скорлупы торчали сопливые перья и страшный клюв.

- Не трогай, Верочка! Видишь, повредилось. Курочка случайно помяла.

У внучки закапали слезы:

- Убери его, бабушка, выкинь!

- Что ты! Перевернём, пускай полежит ещё. К утру, глядишь, оправится...

- Оно плохое, не наше!

- А чьё же?

Позже, когда Верочка засыпала под бабушкины обещания, что утром она увидит пушистых цыплят, баба Лиза рассказала ей свою историю.

- Как бросить-то, внученька? В войну, знаешь, что было: несла я солдатика с поля. Он, поди, седьмым был, кого я в тот день вытащила... - Бабушкины глаза заблестели, и Верочка передумала засыпать. - Тяну его, а у него нога висит, в крови вся. И сам чёрный, - то ли в саже, то ли обгорел. Стонет громко. Я ему: терпи, мол, не брошу, не бойся. В лицо заглянула, - а солдатик-то чужой! Дым рассеялся, пригляделась - точно, фашист. И форма немецкая... Батюшки, там наши лежат, а я на себе немца... Он стонет, если брошу, - помрёт.

Бабушка замолчала.

- Ба, а ба! Что с фашистом потом было? - не выдержала Верочка.

- То и было: ногу зашили, спасли. А когда немцы наступали, оставили его. Спи, ангел мой, спи! Ох, не к добру я на ночь...

Утром Верочку разбудил писк под окном. Она выскочила во двор и увидела между кустами красных и розовых георгин коробку с чем-то желтым внутри.

- Цыплятушки! - догадалась Верочка.

Затаив дыхание, опустила руки в маленькое море желтых комочков. Пушистые создания норовили прыгнуть на неё, клюнуть небольно и подружиться.

- Бабушка! А где тот, из яйца поломанного?

- А вот он, Верочка, погляди! Я ему лапки подвязала, а то разъезжаются... Левая так и останется хроменькой.

- Пусть хроменький, но живой! Правда, ба?

- Правда ангел мой, правда. Нельзя одним сердцем и любить, и ненавидеть. Одно у нас сердце только - для любви!

Цып-цып-цып, ребятушки, цып-цып-цып, цыплятушки, - все лето пела Верочка.


- Цыпа-цыпа-цыпа! - Услышала она и остановилась. - Иди сюда, красавица, иди, птичка мой!

К Верочке приближались двое бородатых мужчин кавказской национальности.

Верочка сначала растерялась, а потом ответила:

- Я вам не птичка, я - доктор. Скоро ваших жен и детей лечить буду.

Мужчины поспешно замахали руками:

- Хорошо, хорошо! Мы только про здоровье узнать хотели, красавица...

- Не жалуюсь, - отрезала Верочка и поняла, что замёрзла.

Увидела через дорогу вывеску 'Шоколад&кофе', зашла в кафе с несколькими круглыми столиками у окна и заказала кофе с пирожным - теперь можно! - и стала гадать, кого бы ей попросить о помощи в пересдаче зачёта.

Её мобильный заиграл веселой мелодией - звонила одногруппница.

- Вера, куда после обеда свалила? На свиданку?

- Марго, какая свиданка? Анатомия на носу. Помоги лучше.

- Кто помоги? Я - помоги? Сама случайно сдала. Завтра придёшь на первую?

- Куда я денусь!

Допив кофе, Верочка засобиралась домой, но вдруг увидела на другой стороне улицы рыжеволосую девушку из агентства. Она двигалась по улице, высоко подняв голову, и выглядела яркой тропической бабочкой в средней полосе.

Верочка выскочила из кафе и побежала за ней. Замелькали мысли о провальных фотопробах и освободившейся вакансии. Догоняла из последних сил - ноги у Мишель были длинными, а Верочка не умела бегать на каблуках.

- Мишель, стойте! Подождите! - не смущаясь прохожих, закричала ей в спину Верочка.

Бабочка остановилась и огляделась:

- Я нужен?

"Нужен?" Иностранка? - удивилась Верочка и спросила:

- Говорите по-русски?

- Понимать хорошо, говорить плохо. Я из Америка. Мой бабушка русский! - Ответила девушка с легким акцентом.

- Прекрасно, - обрадовалась Верочка. - Я знаю английский.

- Русский, пожалуйста. Я хотеть практика. - Мишель тряхнула копной золотистых волос, а проходивший мимо мужчина выронил телефон.

- Давай-ка лучше в кафе? - предложила Верочка.

Когда сели за столик, Мишель рассказала, почему не стала фотографироваться для портфолио. Ей не понравился офис, они слишком давить! Хотеть делать все фото сегодня в нескольких образ, а завтра хотеть послать работать. А она не хотеть. Еще фотограф, Семеон, шептать ей про друзья и апартамент на Чистый пруд с бассейн.

Верочка смеялась:

- Ты никогда не работала моделью, Мишель? Не может быть!

Но Мишель только равнодушно пожимала плечами.

Верочка допытывалась:

- Что ты делаешь в Москве? Надолго? Что значит, как получится? Ты учишься-работаешь? Нет? Людям помогаешь? - Верочка не понимала. - По больницам ходишь? Ах, ты волонтёр... Зачем? Я говорю, для чего тебе это? Себя ищешь, ясно... А родители твои знают? Ах, они не против. Ясненько. Все понятно с тобой, говорю!

Мутная какая-то иностранка, подумала Верочка. Двадцать лет, и ни чем не занимается, по больницам ходит... Хотя у них вроде принято - себя искать.

- Где ты живешь? В гостинице? - спохватилась Верочка, когда город окунулся в вечерние сумерки.

- Можно гостиница. Я утром только приехать. Есть хотель с панорама?

- Есть, конечно, а деньги у тебя есть?

- Нет, - ответила Мишель. - Карточка.

- Много денег на карточке?

Мишель снова пожала плечами.

- Знаешь, а пошли ко мне, - предложила Верочка, и сама себе удивилась. - Я живу на двадцать пятом, это не центр, конечно, но панорама - закачаешься!

Мишель согласилась:

- Пойдём. Я твоя мама знакомить.

- С мамой? А откуда ты знаешь, что я живу с мамой?

- У всех мама. Разве нет?

- Твой русский! - засмеялась Верочка. - Ты хочешь сказать, что в России принято жить с родителями?

- Да. Я хотеть так сказать. - Мишель встала. - Ходим?

И быстро направилась к выходу, развернув себе вослед все мужские головы.


- Проходи-проходи, не стесняйся, - Верочка включила свет в прихожей квартиры и достала тапочки. - Мама, у нас гости!

Из кухни вышла мама Верочки.

- Мама, это Мишель из Америки, но у нее бабушка русская, - на всякий случай уточнила Верочка.

- Елена Васильевна, очень рада.

- Мишель волонтёр. Познакомились в модельном... Я тебе потом расскажу. Мишель в гостиницу не успела, можно у нас переночует?

- Конечно, будьте как дома, Мишель. Вера, надо бы что-то к чаю...

- Я не хотеть есть, - среагировала Мишель. - Спасибо!

Елена Васильевна всплеснула руками:

- Да как же! Вы же вся светитесь.

- Все мам, мы только из кафе. Я Мишель в бабушкину комнату положу. Ты не против?

У Веры Васильевны заблестели глаза.

- Конечно! Там чисто, я убиралась недавно. Знаете, Мишель, бабушка Верочки умерла три года назад, а я все ещё не могу спокойно...

- Мам, что Мишель подумает? - Верочка открыла дверь в комнату. - Давай, скидывай вещи и приходи на кухню.

Пока Верочка готовила чай, Елена Васильевна ее расспрашивала:

- Твоя турецкая знакомая хорошую зарплату предложила?

- Мам, меня пока не взяли.

- Верочка, как же ты учебу с работой совмещать будешь? Ты же не собираешься бросать институт ради карьеры модели? - Елена Васильевна разволновалась. - Твоя бабушка бы этого не пережила.

- Она уже не узнает.

- Что ты говоришь!

- Мам, давай не сейчас... О, вот и Мишель! Проходи, я чай заварила.


Утром американка попросила Верочку сопроводить её в больницу, в которой лежала старинная знакомая её русской бабушки. Верочка решила помочь в добром деле, а раз уж прогуливает, заехать в еще одно модельное агентство.

Верочка сидела в больничном коридоре и ждала, пока Мишель завершит свой визит. В палату ненадолго зашла медсестра, а затем вышла, не закрыв за собой дверь, и Верочка увидела, что Мишель сидит у кровати пожилой женщины с пышной седой прической и что-то ей рассказывает, а та плачет и не сводит с нее глаз.

Что она делает, неодобрительно подумала Верочка, старушке нельзя волноваться, капельницами вся утыкана, так и до повторного инфаркта недалеко.

Старушка, словно услышав ее мысли, посмотрела из глубины своей палаты и заулыбалась.

Наконец вышла Мишель:

- Можем ходить.

На улице американка сообщила, что у неё появилось свободное время, и предложила Верочке погулять по городу.

- Ладно, только сначала заедем в агентство? Я быстро, но ты подождешь меня на улице.

Мишель улыбнулась:

- Ты очень красивый. Я ждать улица.

Единственный сотрудник агентства, мужчина с несимметричным лицом, очень не понравился Верочке. На все вопросы 'о политике агентства' отвечал расплывчато. Зато сразу предложил работу по сопровождению богатых клиентов на вечерние мероприятия.

Верочка вышла, хлопнув дверью, жалея потраченного времени, и в тайне надеясь, что Мишель куда-нибудь делась. Она, конечно, ни в чем не виновата, но...

- Девушки, вы - богини! - услышала Верочка восторженный мужской голос, подойдя к американке.

Перед ними упал на колени молодой человек лет тридцати в сером костюме и крокодиловых ботинках.

- Ослепнуть можно! Сжальтесь над бедным прохожим, - зажмурился он и застонал.

Позади него на проезжей части дороги остановился чёрный внедорожник. Водитель несколько раз просигналил серому костюму, но тот отмахнулся и остался коленопреклоненным.

Вокруг них стали собираться любопытные.

- Мы спешим. - Верочка схватила Мишель за руку и рванула в сторону.

- Девушки, я же с чистыми намерениями! - бросился за ними прозревший.

- Вадим, нам пора! - голосил в унисон с гудком машины водитель внедорожника, тормозя движение на узкой дороге. - Мы их третий раз динамим! Поехали, а?!

- Какой у вас ответственный водитель. Послушайтесь его, езжайте, куда надо! - Верочка ускорила шаг, а Мишель вдруг разучилась быстро ходить.

- Девушки, давайте, я вас накормлю. Вон вы какие...

Мишель остановилась.

- Я хотеть есть! - Выдала она, посмотрев в глаза серому костюму.

Тот схватился за сердце, а Верочка поняла, что теперь от него так просто не отделаться.

- Свалилась же на мою голову, зараза иностранная!

Через минуту они все вместе ехали в ресторан на машине Вадима. Вадим сидел на переднем сиденье, развернувшись к девушкам, и не сводил с Мишель восторженных глаз.

- Вы из модельного? Таких красивых даже на конкурсах красоты не часто увидишь!

- А вы ещё и на конкурсы красоты ходите? - не удержалась Верочка.

- Раньше, сейчас работы много, - покосился он на водителя. - Так вы давно моделями работаете?

- Да не модели мы, - разозлилась Верочка. - Я учусь на втором курсе медицинского, Мишель из Америки, она вообще волонтёр, - замолчала Верочка, заметив в зеркале удивленный взгляд водителя.

- Но вы же хотите? - не унимался Вадим. - Если есть проблемы, я могу устроить...

Верочка досадливо отвернулась. Ей захотелось оказаться у себя дома вместе с Мишель, поговорить с ней, узнать, как в Америке люди живут, какие у них новости, проблемы...

- Приехали, - прервал её мечты водитель.

- Паркуйся и к нам, - сказал ему Вадим.

- Какой вы демократичный хозяин, - гундосила Верочка, поднимаясь по лестнице ресторана. - Водителя с собой за стол сажаете.

- Вера, Артём не водитель, он помощник. Временно за рулём, потому что настоящий водитель попал в нехорошую ситуацию - наехал на пешехода. Не волнуйтесь, Мишель, пешеход в порядке, а вот права у водителя отобрали.


Мишель сидела за столом и ковырялась вилкой в экзотическом салате. За ее спиной в золотых клетках щебетали канарейки, а по стенам вились яркие тропические лианы.

Только бабочек не хватает, думала Верочка, неодобрительно посматривая на американку: сама сказала, что голодная, а сейчас спит над тарелкой.

- Мишель, - затянул Вадим. - Вам не нравится салат?

- Все супер, - отозвалась Мишель и склонилась над мелкими синими цветочками. - Они пахнуть!

Она засмеялась низким волнующим голосом, и Вадим побледнел. Он ничего не ел, все время рассказывал о себе. Девушки успели узнать, что ему тридцать лет, что у него есть недвижимость в Греции и квартира в центре Москвы, что он занимается ресторанным бизнесом и очень любит горные лыжи.

Верочка переглядывалась с Артёмом. Она не стеснялась и кушала с аппетитом. Артём не отставал - обаяние Мишель на него не действовало.

- Вы такой голодный, - заметила Верочка.

- Есть немного, - Артём перестал жевать. - Вчера не ужинал - вечером институт, а утром не успел позавтракать.

- С таким-то хозяином это немудрено, - покачала головой Верочка. - Бедный вы, бедный...

Артём вдруг надулся и стал похож на обиженного ёжика - короткие русые волосы торчали во все стороны.

Верочке не хотелось проводить весь вечер в ресторане с болтливым Вадимом и его скучным водителем, и поэтому она предложила покатать их на машине и показать достопримечательности.

Вадим с радостью согласился, забыв про свои дела.

Вечером, когда американка готовилась ко сну, Верочка, сидя на кухне, поведала маме о своих планах в модельном бизнесе.

- Вера, я не могу в это поверить!

- Мама, мне тяжело в медицинском...

- Не ищи лёгких путей. Это ни к чему хорошему не приводит.

- А горбатиться восемь лет с ординатурой, чтобы потом копейки получать?

- Вспомни, сколько раз твою бабушку врачи спасали.

- Так это какие врачи? Которые образование сто лет назад получали. Ты же знаешь, что в моём институте экзамены за деньги сдаются? Мне зачёт не поставили, потому что я на него скидываться отказалась, хотела сама - по-честному... И не маши на меня руками!

Елена Васильевна схватилась за голову.

- Вера, я не хочу, чтобы ты бездарно провела свою жизнь.

- Мам, а я не хочу загнуться сначала от учебы, а потом от отсутствия денег. Ты своими переводами всю жизнь себе угробила.

Елена Васильевна поднялась из-за стола:

- Человечество выживает идеями, а не красивыми фотографиями размалеванных девиц.

- Мам, я же не завтра институт бросаю... Давай не будем ругаться. Не берут меня в модели, не переживай. Я для них обыкновенная. Сдам я этот зачёт, обещаю тебе, сдам!

Поздно вечером к Верочке постучалась Мишель.

- Могу ходить?

- Ходи, я не сплю, - ответила Верочка и включила над головой светильник.

- Я бронировать билет в Америка, лететь завтра.

- Так скоро? Мы же с тобой толком и не поговорили...

- Я все сделать. Мне пора.

- Вадим знает? - хихикнула Верочка.

- Он везти меня утром аэропорт. Ты не можешь.

Верочка удивилась:

- Я и правда не смогу, мне в деканат надо, если хочу зачёт пересдать.

- Правильно, - сказала Мишель. - Надо быть врач. Это настоящий дело!

Мишель сидела на фоне ночного окна. После насыщенного дня и ополоумевшего ухажёра американка была на удивление красива и безмятежна. Как ей это удаётся?

Верочке стало тоскливо.

- Мишель, ты же не пропадёшь насовсем?


Утром у Верочкиного подъезда стоял знакомый внедорожник, и огромный букет алых роз с ногами Вадима. Вера была впечатлена букетом, а Мишель даже бровью не повела.

Вадим светился.

- У меня есть виза, я прилечу на следующей неделе! - вместо приветствия выложил он свои козыри и покраснел, как мальчишка.

Верочка заметила, что сидевший за рулём Артём неодобрительно покачал головой.

Мишель прошла мимо букета:

- Не надо. Они умирать.

Вадим растерялся, а Верочка прошептала: "Иностранка!" и забрала букет себе.

Дома она поставила цветы в бабушкиной комнате. Заглянувшая в комнату мама расплакалась.


Через два месяца, когда выпал первый снег, Верочка шла домой из института, и увидела у своего подъезда Артёма. Он стоял с букетом и переминался с ноги на ногу.

- Ой, а кто это здесь топчется? - Верочка была так удивлена, что не понимала, приятно ей его видеть или нет. - Хозяин прислал цветы для Мишель?

Артём неопределенно покачал головой.

- Но я не знаю, где она, - продолжила Верочка. - Наверное, дома, в Америке, купается себе в океане или читает Джейн Остин кому-нибудь в хосписе. Ее телефон не отвечает. Вадим летал в Америку?

- Летал, но не нашёл...

- И он решил, что я знаю, где Мишель, и поэтому прислал вас?

- Вера, Вадим ни при чём. - Артем протянул цветы Верочке. - Я пришел к тебе, - сказал он осипшим от волнения и мороза голосом.

Верочка заметила, что глаза у Артема серого цвета.


Через три года у них родилась Лиза. Верочка окончила институт без академического отпуска - Елена Васильевна помогала с ребёнком - и поступила в ординатуру. Артём после юридического нашёл работу по специальности. Он во всем поддерживал жену, и Верочка не представляла, как могла бы прожить без мужа.


На втором году ординатуры в кардиологическом отделении городской больницы Верочка в составе коллег совершала утренний врачебный обход. В последней палате они задержались у спящей восьмидесятилетней женщины, поступившей вчера со вторым инфарктом. Врачи, обговорив дополнительные назначения, оставили пациентку отдыхать, а Верочка узнала в пожилой женщине ту самую подружку русской бабушки Мишель, которую они когда-то навещали.

Американка уехала и растворилась. Прошло шесть лет, а она ни разу не позвонила. Верочка немного обижалась, но надеялась еще увидеться.

Она осторожно склонилась над старушкой - вдруг обозналась?

Пациентка открыла глаза.

- Спите-спите, - спохватилась Верочка. - Я ординатор, Вера Михайловна. Как себя чувствуете?

- Спасибо, доктор, хорошо! В дорогу собираюсь, - улыбалась больная.

- Рано вам домой. - Верочка заглянула в медицинскую карту пациентки.

- Николай мой заждался...

- Подождёт Николай, ничего страшного, - пробормотала Вера, перечитывая диагноз.

- Он меня не дома ждёт, а на том свете, - закатила глаза старушка.

Верочка нахмурилась: ей только сентиментальных рассказов не хватало в начале рабочего дня.

- Вы не сердитесь, доктор, - подобралась пациентка. - Я к своему Николаю один раз уже собиралась, да он мне тогда лечиться велел. А сейчас вот молчит - ждёт, значит.

Глаза старушки сияли, как у девочки.

- Конечно, конечно. - Верочка склонилась над женщиной, помогая расположиться поудобнее.

- А я вас узнала, - посветлела лицом старушка. - Вы же в коридоре сидели, когда мне ангел весточку от Николая приносил.

- Я вас тоже помню, - устало отозвалась Верочка. - Мы с внучкой вашей американской подружки приходили, Мишель ее звали. У вас случайно ее номер телефона не сохранился? Я бы сообщила, что вы в больнице.

- Что вы, доктор, это же ангел был. - Старушка озадаченно смотрела на Верочку. - Нету у меня никакой подружки в Америке. Вы что, ангела от человека отличить не можете?

- Нас этому в медицинском не учили, - только и смогла ответить ей Верочка.

Старушка смотрела ясными глазами:

- Помню, бабушка за вас переживала очень. Вы послушались её совета?

- Какая бабушка? - замерла Верочка.

- Ну как же, мне ангел рассказывал, что ваша бабушка его попросила, от какой-то ошибки вас отговорить. Вот ангел вас и уберёг.

- Как это?

Старушка смотрела на Верочку снисходительно и ласково, как на ребёнка.

У Верочки закружилась голова. Она торопливо вышла из палаты, остановилась у приоткрытого окна и расплакалась. Попробовала собраться с мыслями и все сопоставить: что-то вспоминала, что-то додумывала, а потом так ясно все поняла и приняла, что сразу успокоилась.

- Вам плохо, Вера Михайловна? Воды? - подбежала к ней медсестра.

- Нет, мне хорошо, я в порядке, - Верочка подняла заплаканные глаза на небо. - Теперь точно - в порядке...