# Морская Раковина и Духовник

Максимилиан Гюбрис

Вот нечто из этой, мной публикуемой теперь 5ти-актовой драмы, которая получилась несколько иной, чем то ожидалось в ранее-сочинённом одноимённом либретто - "...Опыт говорит нам, что магическим эффектом, путём трансмиссии грёз, ему невозможно было создать в женщине синтетическое чувство, и тогда, распрощавшись со своей мечтой о взаимной любви, он овладел временем влеченья в подчиняемом предмете своего обожания. В том, однако, ему суждено было узнать о том, что обретённое вслед сему время обладания предметом женского естества нисколько не избавляет его от ответственности пред той же всё, неподвластной рассудку, силой враждующих чувств..."

/ В мыслях о неизбежном признании

драмы и игры в актёрах и в актрисах,

на публике и на сцене, при жизни и по смерти,

в текущих днях и в будущих воспоминаниях /


МОРСКАЯ РАКОВИНА И ДУХОВНИК


Сюрреалистическая драма-фантасмагория в 5ти Действиях

______ с элементами сценической постановки _____

( соч. по мотивам одноимённого киносценария г-на дьявола А. Арто )

..................................

[ http://www.youtube.com/watch?v=mYAo-dwZSrs ]


Полный текст публикуется по ссылке: - https://ridero.ru/books/izbrannoe_poeziya_dramaturgiya/


__________ ___________


Действующие Лица:


1. Пастор - молодой ещё человек деликатной внешности, искренних чувств, в возрасте 30 -40 лет;

2. Дама - молодая красивая женщина, примерно того же возраста, женщина манеры и светского шарма;

3. Генерал; - { - одно и то же

4. Епископ; - { лицо - ...............волевой, мужественный образ пожилого господина, преисполненного ещё видной физической силы, собственного достоинства и чести;

5. Тень - фантастическое существо, универсальный характер, собеседник и импровизатор;

6. Вторые Действ.Лица: - танцующие тени, голоса, прислуга, гости бала и рабочие.


Краткие рекомендации к постановке:


1. В процессе чтения этой драмы, Читатель заметит те разницы состояния Дамы в ряду метаморфоз, каковые будут случаться с этим женским характером по мере преображения свойств волшебной раковины в черты характера живой, невымышленной женщины. В этом смысле, интонационность в выражении характера роли имеет наиболее важное значение. Это так, что в сценах "первой исповеди Дамы" её тон и манеры не выражают собой никакой (!) её куртуазности и возможной, к тем минутам, кокотливости или даже вульгарности, как это могло бы казаться в отдельном случае читательского и режиссёрского видения. Напротив, её тон исполнен всего того чувства, что есть чувство сострадания к самой себе и к тому, о ком она непосредственно говорит, - но в том, как она раскрывает некие свои интимные тайны, она нисколько не имеет целью произвести какое-либо намеренное впечатление на исповедника, не собираясь нисколько его, тем самым, искусить. Симпатизирует ли она ему впоследствии, в том или ином случае, хочет ли она его или отвергает - это выясняется уже из общего хода драмы.

2. Тень, как это было отмечено, среди действ. лиц, есть характер универсальный, и таковой он ещё и в том, как подражает подчас выражению того или иного героя из треугольника центральной интриги, - как в экспрессии, так и интонационно. Конечно же, первая (но вовсе не абсолютная (!), ибо изначально Тень - это самостный характер) подобийность в нём - это отдельные черты именно Пастора, которые в том или ином ситуационном контексте проявляются в репризах Тени, однако по ходу драмы можно будет заметить, что в раздвоенном сюрпространстве сюжета, Тень подчас принимается воспроизводить своим жестом и экспрессией нечто из черт в действиях также и Генерала, также точно и Дамы. Думается, что эффект двойственности и зеркальности в ситуации, поистине Льюисовой, /М.Г.Льюис "Монах", была одной из любимых книг А.Арто, и психо-художественные методы и приёмы из этой книги нашли своё воплощение в его оригинальной "Морской Раковине"; мне ж, при сочинении этой драмы, вспоминался особливо также и Э.Т.А. Гофман с его "Эликсирами Сатаны"/ ситуации "подмены мест ролевых слагаемых" в драме, - как в отношении героев, так и в отношении образов, - для Читателя вполне ясен. К тому, как раз, в характере Тени и распознаются все вышеозначенные странности и тонкости. Это, однако, вовсе не ожидает по себе дисконтекстуализирующего подхода к обыгрыванию соответствующих сцен в постановке.

3. Образы сценической массовой хореографии являются, в своём роде, трансфигурациями идеи того как раз "бала", который в течении драмы вершится как среди танцующих теней, так и среди живых общающихся людей. Это, однако, вовсе не означает то, что все они только и делают, как разве что извечно танцуют один только вальс. Тем не менее, трансфигуральный подтекст в таких сценах относится к самой атмосфере безвременного бального существования, в каком на разных уровнях эмоции проявляет себя игра теней и их хозяев.

4. Я нахожу необходимым использование в постановке, наравне с методом "реабелитируемого классически-натурального жеста", также и метода "гипертрофированных жестов", то что столь особенно было завещано прежде Театру раннего Кинематографа, и то, что ныне я с перспективой вижу успешно-возвращающимся на подмостки сегодняшнего классического Театра Драмы. Ко всем же заповедям сюрреалистической и нео-модернистической школ, я, всё ж таки, считаю уместным использовать сегодня вновь псевдо-естественный артистический жест, как то, что в контексте тематического смысла избранной сцены может аж и с новой художественной силой выразить всю непредвиденную парадоксальность жизни души внутри человеческого тела. - Нет, в моём представлении, это не рисуется вовсе, как шаг только к цирку "сатиры соца и сенсуса", поскольку и в самой постановке сенсуалистического вопроса драмы я изначально выбираю позицию такую, чтоб заведомо не пытаться усматривать в этом ничего сатирического или смешного.

5. К концу сих коротких рекомендаций, и к началу основного текста драмы, стоит добавить ещё, пожалуй, то, что некоторые из образов и театральных эффектов в действиях могут представляться в чём-то трудно-исполнимыми для постановки на сцене, и таковых решение остаётся прежде всего за Режиссёром, к чему, с моей стороны, будет лишь единственное особое предложение о задействовании в постановке труппы иллюзионистов, что, конечно же, стало бы безусловным успехом, если не потенциально новым, в целом мире, Театром. Однако, коль скоро сам я пока-что практической возможности к постановке такого рода Действа, увы, ещё не имею, - то с тем и ограничиваюсь пока лишь одними лестными пожеланиями. Итак:

................................. Основной текст драмы.......................................


ПЕРВОЕ ДЕЙСТВИЕ.


СЦЕНА 1. Комната Пастора. Тёмная дымчатая атмосфера. Пастор сидит за столом, который уставлен всевозможными колбами и склянками; атмосфера царства алхимика; - Пастор занимается своими тайными опытами.


ПАСТОР: Моя греза - вот уж, моё приобретенье теперь;

Та редка форма - долгое томленье ума, она

Отныне станет впредь повиноваться мне; -

Подвластна моему заклятью и рецепту,

Она пребудет в свойствах эликсира,.. дальня жизнь,..

И эликсиру содержать отсель всю силу во себе

Сей тайной власти над другой душою. И я,

Проведший время в постижении сего, я - мастер

Ныне всех преображений, когда-либо понятных

Телу той души...Коль бог, раз, в сон прикрыл глаза,

Уму ль зрить вечно в темноту нам данной жизни?

Но, нет! - На то моя греза, чтоб заклинанна жизнь

Себя явила б и в ослепшем теле. -


О, Претворение! Все эти стопы редких книг,

Что изучал я, сокровенным знаньем разбавляя

Те часы, когда в проклятьи гнал свои мечтания, -

Они - свидетели урока ремесла, где я - в тебе, суть, действо.

Моя греза - ...её желание ко мне - пребудет даль

И станет жить чудесно в возлюбленных чертах,

В глазах и в мыслях, в органах Той, кто лестно

Сделалась исповедальною судьбою мне. Се волшебство! -


- /Он достаёт Волшебную Раковину; из неё слышится дальнее пение. / -


Раствор, что настоян был на моей крови, готов;

В волшебной раковине моря, что добыта мной,

Теперь произвести последний опыт, а после

Сохранить искомую эссенцию в святом сосуде. -

Я говорю: "в святом"...Я вечно обладать хочу тобою...


ГОЛОС из РАКОВИНЫ: Пастор, милый пастор,

Наполни меня своим смыслом;

Наполни меня собою,

Пустой заклятую форму.


ПАСТОР: Сей час! О, в обладаньи вечном - продолжение

Его; - ещё лишь несколько минут, и я - как тот

Уже, кто... - Но...

/ Откладывает Раковину, сокрывает её. /


...Всегда сопутствующий образ

Произведенью сей грезы мне часто зрится.

Пугающ он, сродне фантому нежеланных снов;

Того я должен не пустить в пространство опыта; -

Он - призрак, мёртв собою...^Ах, вот, снова - шорох,

Шёпот, странный вздох...

/ Оставляет стол, оглядывает комнату, подходит к двери, осторожно приоткрывает её. /


...Никто ж здесь... -

/ В быстро открываемой двери ему является видение повешенного Генерала. /

Пастор быстро закрывает дверь обратно. /


...Ах, нет. - Никого. -

Проделки только тени, ветра, мыши...Что ж..., - теперь!

О, сколь, должно быть, странно будет наблюдать

Потом преображение судьбы, волшебный мутабор...

Отсель мне совершить то, что не смел ещё другой

Найтись решиться.

/ Он возвращается к столу; вновь достаёт Раковину. /


ГОЛОС из РАКОВИНЫ: Наполни меня собою,

Наполни меня, мастер, любовью.


ПАСТОР: Теперь соль^ю из склянок части все состава; -

Всё - в раковину волшебства; ингредиенты

Тайных чувств смешаю меж собой, и стану

Ждать, когда раствор произведёт реакцию.

Вот, так!

Теперь уж вскоре результат сего

Мне истинно даст то, что отняла мораль. Да! -

То, чем пастору преступно обладать, - уму

Свободнейших искусств иметь в достатке.


...Сейчас соль^ю, а после, очевидно, должно будет

Уничтожить склянки эти...Дым, вот, шепчет мне...


/ Неожиданно за его спиной открывается дверь. За ней - снова Генерал. Он

снимает веревку с шеи: - он утишно крадётся, он - вот, уже у стола,

и теперь стоит за спиной не замечающего его Пастора. /


ГЕНЕРАЛ: Ты ли и вправду смел, волшебник?

Способен зрить мой образ в темноте?

Ты мне отдашь всё то, должно что быть моим, - что не сокроешь.


ПАСТОР: О, нет! Ты вновь! Тебя же нет, ты - только тень!

Ты тянешь руки к раковине счастья?! Прочь, прочь!

О, не посмеешь взять...


ГЕНЕРАЛ: ...Вот, уж в моих руках!

ПАСТОР: О, как же!

/ Генерал отнимает из безвольных рук Пастора волшебную раковину . /


ГЕНЕРАЛ: Круг времени и чувств - сам рок;

Так обернусь вокруг себя, а ты

Смотреть лишь станешь на вершенье ритуала;

Ты мог бы расколоться здесь напополам; -

Смотри же!

ПАСТОР: О, нет, не смей!

ГЕНЕРАЛ: (Ха-Ха!) Сия вещица...

ПАСТОР: Жизнь вся! -

ГЕНЕРАЛ: - Как всё, имеет двойственную цену!

ПАСТОР: Нет же!

/ Генерал торжественно оборачивается вокруг себя, держа в руках раковину;

он вынимает свою саблю и ударом раскалывает сокровище.

(?) Его смех.

Пастор от страха прячется под стол. /


ПАСТОР: Безумна тень, явленье зла! Ты ^отнял..,

Ты...О, капли эликсира счастий на полу,

Сокровище, моё сокровище любви... О, ужас!

Будь же проклято зловещее присутствие твоё,

Вор. Монстр...

Как смеешь ты не рухнуть наземь

Враз? - Вот, удаляешься теперь с ухмылкой...

Как дурно - во глазах моих темнится вид,

Всё расплывается, всё...тонет где-то дальше...

О, мир расколотого счастья - сей страшный миг.

/ Генерал изчез в двери. Пастор в помрачении. /


СЦЕНА 2. Продолжение, чрез некоторое время. - Пастор лежит на полу. - (Рука под сутаной; - духовно-эротический стыд. )


ПАСТОР: Безволие, твой образ сколь отвратен Чувству.

Здесь тело, злом повержено в презрении к себе,

В слезах, в одеждах осквернённых полом...Мой,

Кажется, вдруг организм - совсем-совсем иной,

Как будто я какого-то иного вдруг строенья тут. -

О, что я?


ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: ...Снисходительный мастер, снисходительный к грехам исповедник.


ПАСТОР: И кошки, и собаки плачут в грех, -

Я слышал, как старуха говорила этак. -

Утрачен атрибут магического совершенства; -

Так, остаётся...что ж?...постигнуть свой удел

В сакральности животных свойств в злой мере?...

Я, вот, как собака, ведь, - слух, глаз и память

О тех даль шагах...Фигура четырёх лап тут,

Не своя душа...

Ауу-ууу! Ау-ааауууу!


ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: ...Вы знаете, я буду ожидать вас, мой друг, только вас. Не смейте, не смейте меня отвергнуть.


ПАСТОР: Сей голос, прочимой любви, Природой

Данный естеству и низкой, пусть, души

К переживанью правд о произволе бога,

Нас всех обрекшего... - Аминь!...Но вслед сему

Мне только в стыд вдруг превратится?! - Вот уж,

Слепой природной властью дв^ижим остов -

Моё здесь тело, лишено сил во хребте, -

Не хочет встать, но движется...Как будто

То, как нечто...изменение в уме...

Мне ль страшно видеть, выползти в дверь?...

/ Пастор на четвереньках - пред ним оставленная открытой дверь. /


ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: ...Я буду раскрывать вам тайны себя, и вы станете меня учить новым свойствам...


ПАСТОР: ...Мне, в образе сих внове-сообщенных черт

Прокрасться в мир там не святого дня,

Средь проявлений городской всей жизни,

По следу в грех зовущего видения...

/ В открытой двери Пастору видится смутное видение Дамы.

Он по-собачьи, на четвереньках, было устремляется к ней. /


ДАМА: О, воспримите, воспримите меня, прошу вас. Я состою из всего того, что делает мир, шум, я - ничуть не другое.


ПАСТОР: Я ль слышу голоса? Я ль вижу, вот...

ЭХО ПАСТОРА: Аууу-уууу....

/ Приходят шумы Города.

Дальние авто, подсмех, шаги, движение.

Явление движущихся (безмолвных) Теней и звучащих (невидимых) Голосов; -

Пастор в образе собаки. /

***в иной версии постановки, этот фрагмент может быть преобразован

в полную, отдельную Сцену (метод "театрального путешествия") ***


ГОЛОСА ЛЮДА:

1) Каков плут? Погляди, как несётся.

2) И правда. Уж не Пастор ли его зовут? Шустрый пёс по имени господин Пастор.


ГОЛОСА ПАРЫ:

1) Ах, он, точно собака, этот человек.

2) Но, друг мой, все, ведь, влюбляются когда-то...


ГОЛОСА ДРУЗЕЙ:

1) Как хочется свободной жизни, как...

2) ...О нет, об этом знает только один наш Пастор, увы...

3) Прямо, как тот анекдот: "Доброе утро, господин Пастор; добрый вечер, уважаемый Пастор; - Чёрт вас раздери надвое, Пастор!" ( смех)


ГОЛОСА ПОДРУГ:

1) Скоро, ведь, бал у Генеральши! Вы, кстати, знаете, что она зачем-то зачастила к нему на исповедь?

2) К нему - это к кому? Ко псу? Господи, откуда этот нос?(пасторское лаянье у ног)

1) Негодница, вам бы всё лишь только смеяться...

3) ...И жизнь сама - её лишь райский трюк. (смех)

1) ...Вы видели, какой у них теперь экипаж? Генерал и его Дама пренебрегают модернистическим авто и ездят отныне только в экипаже.

3) Ах, вот ведь, там...глядите!

/ Приближающийся вдали экипаж. Лай. Лошадиное ржание.

Дальне, в просвете двери, вновь видится образ Генерала.

Светом озарено опять, Видение Дамы послушно воле

Генерала и присоединяется к нему. - Генерал властно

обнимает Даму за талию, и они плавно изчезают вместе с Тенями. /


ГОЛОСА МАЛЬЧИКА и его ОТЦА:

1) Папа, это правда, что собаки умеют говорить по-человечьи?

2) ...А иногда даже в обедню, сынок. Они-то уж точно знают, кто истинный вор...

ЭХО ПАСТОРА: Ааауууу--уу!


ПАСТОР: ...О, там, куда влекут глаза и уши,

Там, естество моё должно принять где

Образ лучший свой, призн^анное грезой

Скраденной, - там вижу снова я...тебя!

Ты, ведь, не просто мне ко злу явился:

Тебя теперь я должен разыскать. - Там

Мне исход судеб иной подыщется,

Где власть твоя сама раскроет правду

О слепом во смерть безвластьи.

...И, кажется, я...

Да, я знаю будто, где найти тебя.


ДАЛЬНИЙ ГОЛОС ДАМЫ: ...Вы, ведь, замечаете...каждый раз, когда я оставляю...когда выхожу из коляски...вы замечаете по моему лицу..., мой добрый...

ДАЛЬНИЙ ГОЛОС ГЕНЕРАЛА: Не волнуйтесь, дитя моё. Пойдёмте.

/ В дальнем ржании лошадей слышатся церковные звуки. (орган?)

Пастор, громко дыша по-собачьи, изчезает в двери. /

........................... ..............................

Конец Первого Действия.


ВТОРОЕ ДЕЙСТВИЕ.


СЦЕНА 1 (и единственная): Чрез время. Церковная зала; католическая исповедальная кабинка. Пастор тайком наблюдает явление пары Генерала и Дамы, занимающих кабинку. Пастор прячется за колонной.


ПАСТОР: О, по следам Греха, сколь странно этак,

В церковь снова приведён. Но, впрочем, нет -

Не странно, - страшно чуть. О, Зло, фантом

Разбившейся Грезы, о, где ж тебе ещё и быть,

Как вдруг не там, где плод моих желаний.

Ах! Вот, по воле скраденного счастья,

Ты - рядом с истинной душой признанья,

И, увы, не я! Магическим эффектом

Ты на моём вдруг месте: подменил час,

Вседоволен..., - мне ж содрогнуться; - слаб я...

Впрочем,...тут,...вот, уж на двух опять ногах,

И, значит,... -


ГОЛОСА В СТОРОНЕ:

1)...Куда подевался пёс, этот чёрт...Был бы он кошкой...Псу ж нельзя в церкви.

2) Оставь...Нету ж, не видно нигде...(Пойдём...) Блаженные часы...


ПАСТОР: (за колонной): - ...существует, значит, дух

Во мне сильнее, чем дух жалких страхов.

В стен^ах таких...Я...тут затаюсь пока...

( чрез паузу )


ДАМА: ...Вы, должно быть, порицаете меня, - вы, безусловно, вправе, мой друг...

ГЕНЕРАЛ: Когда-то небо порицало землю, но после изошло слезами. Я знаю, вашему ангелу это - сколь угодный вопрос...Любовь в вас, милая моя Дама.

ДАМА: Я не могу более не признаваться себе и вам...

ГЕНЕРАЛ: Вы - точно чудесная морская раковина, дитя моё, вы столь натуральны, столь неподдельны собою.

ДАМА: Мой преданный духовник.

ГЕНЕРАЛ: Моя признательная Дама-душа.


ПАСТОР: Но как же?! Сам себе, глазам своим не верю! -

Она не может различить, что рядом с ней там

Нет духовника: не отличает от ^него

^Меня! Какая мука быть чужою мыслью,

Быть чужим достатком.

Он называет её

Раковиной! О, вор, о, порождение Зла!


ДАМА: Это - как жертвенность, и я искушаюсь...

ГЕНЕРАЛ: Вы искушаемы, и вы - жертвенны; - о, в том вы ж, таки, нисколько не мстите.

ДАМА: Разве мстительно тело, мой мастер? Я исповедую его, как вы исповедуете...мою здесь преданность, верность. Знаете, я в звучании мыслей слышу вдруг..."долг", и я раскрываюсь, и...эта жертвенная маленькая часть моего естества...вы понимаете меня? Она создаёт образы.

ГЕНЕРАЛ: Да. И пред ликом ангелов и Христа когда-то возникали раскрытые женские бёдра...и груди..

ДАМА: Ах...Смущение, стыд, безумная чувственность этого...Она, маленькая животная странность, внезапно создаёт образ в моём уме, но потом я оказываюсь в городе, и я встречаю... - и это...среди живых,...и тех, с кем я даже никогда не была знакома. И это...оно проявляет себя... - там вдруг фигура, видение. Но те другие, кто рядом, они,...они ищут во мне...искупления. Как если бы в тех же словах, в тех же смыслах...

ГЕНЕРАЛ: Этак, вы снова здесь.

ДАМА: ...И оставленный там - всегда несчастен, и он наблюдает меня глазами мужа.


ПАСТОР: Я знаю, всё ж не утеряю этот смысл в ней.

Я чувствую, что должен взять здесь всё обратно...


ДАМА: (прод.; её некоторое смущение): - Это, знаете, это - как наваждение, милый мастер. Это так, как если б вдруг за колонной был некто сейчас, странный образ, и верный и хищный, несчастный и красивый, как наслажденный грех, и...тогда это так, как... - я здесь, вот, касаюсь себя, мой друг...

/ по другую сторону исповедальной кабинки, она касается себя в эротике ног. /

ГЕНЕРАЛ: ...Дама - раковина моря; прекрасный в вас грех.

/ Пауза. Орган(?) /

ГРОМКОЕ ДЫХАНИЕ ПАСТОРА ЗА КОЛОННОЙ И ЭХО ЕГО.


ДАМА И САКРАЛЬНАЯ ЭЛЕГАНТНАЯ ЧУВСТВЕННОСТЬ ЕЁ.

ЭХО: Сокровище моря, прекрасный, отпущен в вас, грех.


ГЕНЕРАЛ: (тактично): Вы...


ПАСТОР: О, что он сотворяет с ней, с Душою Чувства!

Двойник, губитель чистоты!


ГЕНЕРАЛ: (чрез паузу): ...Вы...вы когда-нибудь были откровенны с ним? Нежный ангел, вы пытались?

ДАМА: Я...да...Я пыталась как-то. Религиозное сострадание в эросе - ах, редкость. - Он, конечно же, знает, что я не могу больше справляться с желанием, - он знает, что я никогда не перестану хотеть другого. Он...


ПАСТОР: Ах, неужели! Сей здесь станет вдруг касаться

Так её и бёдер, и грудей, и с нею будет?

Слову вслед, и, - как сие уж там не в первый раз, -

Он торжествует вновь постыдную победу?!


ДАМА: ...Он знает, как это знаете вы.

ГЕНЕРАЛ: Так же, как знаете и вы в себе, что не престанете возвращаться. - От всякого, кто станет потом искать обладания вами.

ДАМА: Возвращаться к вам.

ГЕНЕРАЛ: Так же, как после возвращаться к нему.

ДАМА: ...Милый мастер, как вдруг хочется изчезнуть. Куда-то, далеко отсюда - в море нежной лазури, мой друг, уплыть на корабле на какой-нибудь бриллиантовый остров, остров морских поющих раковин и коралловых замков...

ГЕНЕРАЛ: И там думать снова видеть его...

ДАМА: И там, думать снова быть с вами, мой друг.


ПАСТОР: О, тело и безумие его. - И страшно,

И неконтролируемо зло!...


ДАМА: Я знаю, вам это нравится. - Такая правда обо мне. - Я вас люблю за это.


ПАСТОР: ...О, нет! Нет боле сил для несуществованья!

Коль чародей я, - тень моя осквернена там

Сколько раз; - маньяк в тени обманных счастий

Если, - грех мой должен низложить коварство

Двойственного лжелица! - Избавлюсь от тебя

Перед её улыбкой. - Теперь, когда меня

Ты не заметишь даже в мысли, - палач сколь быстр!

/ Пастор обнаруживает себя и утишно подкрадывается к не замечающей его паре. /


ПАСТОР: Тобою прочимо любви-убийство...Призрак,

Осквернивший тайну грёз - погибни!

/ Пастор бросается на Генерала, и обеими руками душит его. /


ДАМА: Ах, что это! Откуда эта тень на вас! Deus!


ПАСТОР: Не вырвешься, не избежишь!

ГЕНЕРАЛ: Безумье, отпусти!

ДАМА: Тень человека с длинными руками...

ГЕНЕРАЛ: Ах, пусти же!

ПАСТОР: Сгинь, зло!

ДАМА: Вы... Mon Deus, другое уж лицо!


ГЕНЕРАЛ: /всё более душим/: Тебе не победить меня, так знай! - Что смерть мне?


ПАСТОР: Вор! Оборотень чувств!...Сей ворот сюртука, ах!! -

Сюртук всей лже-морали, лжелюбви, - удавка

Для тебя! Тут нет уж места более твоей игре.


ГЕНЕРАЛ: Ты сам погибнешь...Вновь в себе меня узнаешь...

ПАСТОР: Так, вот тебе!

/ Пастор преисполняется большей силой

и вытаскивает Генерала за горло из кабинки; оборачиваясь вокруг себя,

Пастор продолжает душить Генерала ; - звуки, издаваемые ими,

превращаются в эхо; - свет меркнет, и фигуры превращаются в теней. /


ГОЛОС ТЕНИ: О, вальс греха;

И двое, и одно.

Коварный миг, коварно зло;

Что живо, то уже давно мертво,

И мир - лишь зыбкое видение.


/ Всё фатальное теней..../

.................................. ..........................................

Остальная, и большая, часть текста, по ссылке: - https://ridero.ru/books/izbrannoe_poeziya_dramaturgiya/


(03.08.2011 - 04.10.2011 - Москва)