# Драконы. Обновление

Галина Дмитриевна Гончарова

Дорогие читатели, как Вы привыкли - отдельный файл на обновление. Обновлено 20.05.2024. Комментарии и оценки в общий файл, пожалуйста. С уважением и улыбкой. Галя и Муз.

Я довольно улыбнулась.

А вот так! Кстати...

- Надеюсь, семья не будет против? - пропела я невинным тоном.

- Я напишу отцу, - почти заскрипел зубами Матиас. - Я сообщу, что одобрил эту помолвку.

- Замечательно! - просиял эс Хавьер. - Прошу всех к столу, будем праздновать.

Матиаса перекосило еще больше.

- Я... не смогу... прошу прощения, у меня еще есть неотложные дела. Да.

Я с неподдельным уважением уставилась на Чавеза. Сделать такое с Матиасом?

Лииез развернулся - и почти вылетел за дверь. Кажется, ему что-то в этой программе не нравилось, ну и ладно! Меньше дури, больше места.

- Эс Чавез, вы его ногами били?

Орландо улыбнулся.

- Каэтана, - девушку он из рук так и не выпустил. - о таком спрашивать как-то и некорректно.

- Но любопытно же! - не выдержала я. - Эс Чавез, пожалуйста! Я же спать не буду!

Орландо оскалился так, что я поняла - это вам не мирный пушной зверек, а очень даже боевой песец. И отсутствие дракона на него никак не повлияет.

- Матиас Лиез, равно как и Маркус Лиез прежде всего ценят деньги. А я участвую деньгами и акциями в нескольких компаниях, и могу сделать судьбу Лиезов достаточно печальной.

Я кивнула.

Ну да. Самый болезненный пинок - не по яйцам, а по кошельку. И самый доходчивый тоже.

- Пахнет замечательно, - принюхался эс Чавез.

Мариса улыбнулась в ответ жениху.

- Прошу к столу?


***

Поздно вечером мы с Хавьером сидели на крыльце.

Пока можно.

Пока не начались занятия, пока все тихо и спокойно. Хавьер взял мою руку и перебирал пальцы. Мы молчали.

А о чем тут разговаривать? У Марисы все будет хорошо. Эс Чавез ушел провожать ее в общежитие с таким видом, словно ему вручили что-то очень драгоценное.

Мариса пока ему не до конца доверяет, но видно, что им хорошо вместе. А это главное.

- Каэтана, это были замечательные дни, - тихо произнес Хавьер.

- Были? - уловила я детали.

- Мне надо завтра вылетать к дочери. Хоронить там супругу, рассказывать обо всем...

Эс понурился. Да, и так бывает. И получит он там серьезные удары. И буудет от них оправляться очень, очень долго.

И прежде, чем я успела сообразить, мой язык ляпнул.

- Полетим вместе? Эс Хавьер?

Ответом мне был изумленный взгляд.

- Вместе? Каэтана...

- я понимаю, что мое присутствие на похоронах будет неуместно, - спокойно сказала я. - И в вашу семью не полезу. Но мы со Свартом и Виолой будем вас ждать неподалеку. К примеру. И вам будет спокойнее за друга.

Хавьер посмотрел на меня как-то очень уж пристально.

- Это из жалости, Каэтана?

Я качнула головой.

Вот уж что-что, а жалости эс Хавьер не вызывал. Ни на минуту.

Тигра жалеть не получается, даже когда он ранен. Даже когда едва ползет. Потому что знаешь - это большая, хищная и достаточно коварная кошка. И ты ей на один молочный зуб.

Так и эс Хавьер.

Ему может быть плохо. Но когда он оправится, он сожрет любого. Может быть, не меня. Но любого постороннего человека - точно. И даже сейчас он опасен. Просто так вышло, что я оказалась рядом. А нет? Он бы в жизни передо мной не раскрылся.

Просто так сложились карты.

- Нет. Это не жалость. Это желание помочь, поддержать, но не жалость.

- Тогда я согласен. Мне не нравится, когда меня жалеют.

- обещаю не вытирать вам нос, - не удержалась я. - Хотя вы за мной даже ночной горшок выносили.

- Язва.

- На том стоим.

Ответом мне была улыбка.

- Я поговорю с Орландо. И мы вылетаем послезавтра утром.

- Эммм... эс Чавез пока не в курсе наших особенностей.

- А признаваться вы ему не собираетесь?

- Ну...

- Эсса Лиез собирается за него замуж. Ничего, что в приданое идет драконица?

- Абсолютно. Жених все равно тут работает.

Хавьер фыркнул.

- Каэтана, ваши игры в жуткую тайну проходили, пока вас было два-три человека. Пока не начались занятия. Пока не были посвящены посторонние - столько. А сейчас... сейчас речь идет только о времени, через которое вы попадетесь. И лучше признаться самим, да еще и получить за это какие-то преференции, чем попасться, как воришке, за кражей сладостей из буфета.

- Хавьер!

- ты же меня поняла?

Поняла. Но все равно обидно.

- Хорошо. Я поговорю завтра утром с девочками.

- а я с Орландо. Нет, говорить я ему ничего не буду, такое лчше предъявлять по факту. Но завтра вы ему покажетесь?

- Да.

- Договорились. Идем спать, Каэтана?

Я кивнула.

Да, сспааааать...

Завтра будет нелегкий день.


***

- Каэтана, я сказала Орландо, что у меня есть секрет, который я пока не могу ему раскрыть. И узнав его, он может получить назад свой браслет и свое слово.

- И что?

- Он спросил у меня только одну вещь.

- Какую? - мне стало интересно. Мы сидели у Марисы в комнате, и ждали девочек, а подруга щебетала, словно весенний скворец, довольная и счастливая.

- он спросил, не измена ли это родине?

- а ты?

- Я сказала, что никогда не изменяла родине. И что это не касается мужчин - я даже ни с кем не целовалась.

- Серьезно?

Мариса кивнула.

- Вполне. Это же Академия, ты сама понимаешь. Дошло бы до Ферреров, а если бы Хулиан разорвал помолвку из-за моего легкомысленного поведения, отец бы мне голову оторвал.

- Тьфу. Радуйся, что не связалась с этими Феррерами.

- Радуюсь.

- Недостаточно. Я тебе точно говорю, если там есть психически больные, там и кровь плохая. Не дай Даннара, вылезло бы в твоих детях иили внуках. Даже с Хулианом.

- А и так могло быть?

Я кивнула.

- Еще как могло.

Не знают тут про генетику, но я и сама все это знаю достаточно условно. Так что...

Рассказывать не буду. Просто - порченная кровь во всей семье. И точка.

В дверь постучали. Явились девушки.


***

Сдерживаться и щадить чьи-то чувства я не собиралась. И честно обрисовала ситуацию.

Так и так, есть эс Чавез. Мариса за него замуж собирается.

И есь мы все. И я предлагаю довериться ректору.

Нет, не потому, что Мариса им будет вертеть, как пожелает. Тут как бы он еще помолвку не расторг.

Потому, что число посвященных в наш секрет катастрофически растет. И разоблачение - дело времени. Недолгого.

Девочки переглянулись. Подумали.

- Каэтана, ты уверена? - Олинда смотрела мне прямо в глаза.

- Не уверена, - так же честно сказала я. - Понимаешь, моя бы воля, я молчала. И долго, и серьезно. Но... нам никто не даст этого времени. Нас девять человек. Думаешь, нас не заметят у драконов? Не увидят наших вылетов? Не сложат два и два? Наше отсутствие и появление новых драконариев? А если кто-то еще последует за нами? То есть нашему примеру?

Ярина мрачно кивнула.

- Я не ожидала, что так получится. И Майя.

- Вот. А в Академии не одна эсса. Как только люди поймут.... Тут как бы дракониц на части не разорвали.

- Ну, это уж ты преувеличиваешь.

Я махнула рукой.

- Эс Чавез, если захочет, сможет нас пока прикрывать. Если пожелает.

- А если нет?

- тогда лучше все прояснить сразу. И улететь отсюда, пока мы еще можем.

- Куда нам лететь? - тихо спросила Мариса.

- пока - в Эстормах. А дальше будет видно. Главное не дать себя уничтожить физически, да и дракониц тоже стоит поберечь.

- Понятно. Каэтана, тогда... сегодня?

- Да. Девочки, берем с собой вещи, переодеваемся в пещерах - и я скажу, когда надо будет вылетать. Хорошо?

- Хорошо, - кивнула Севилла. - Мне кажется, ты права, Каэ. Тайну должен хранить один человек, иначе она быстро станет известна миру.

- Нас намного больше.

- И я о том же. Пошла я за одеждой. Твою захватить?

- Да, пожалуйста.

Полетная одежда хранилась у нас в одной комнате. В моей, если что.

Хранилась, висела в шкафу, сушилась. Двери в душевую я не запирала, и девочки могли пройти ко мне в любой момент. А вот шкаф мы запирали, и ключи носили с собой.

Не просто так.

Наши комнаты убирают, нашу одежду стирают... проще спрятать все важное в одном месте, чем по всем углам. И целее будет, и меньше шансов что найдут.

- Фати, сходим вместе?

- Да, давай.

Я поежилась.

Сегодня решится многое. Очень многое. И сегодня будет наш первый бой. Только уже не в воздухе, а на земле. Только от этого не менее страшно.

Можно выиграть войну, но проиграть мир. Кому-то - можно. Нам нельзя. И потому мне вдвое страшно...


***

- Каэтана, ты уверена?

- Вполне.

Драконицы выходили из пещеры. Медленно строились в линию, сначала Виола, потом Эстанс, за ней Медея, остальные по трое в ряд...

Я не видела, кто именно стоит за мной.

Зато отлично видела, кто стоит впереди.

Эс Хавьер и эс Орландо Чавез. Стоят, смотрят... я махнула рукой.

- Девочки, звено - вверх!

Мы взлетали по трое, медленно, не торопясь, чтобы не опозориться. Потом эс Хавьер свистнул в свисток, и первое звено - три человека - начали снижаться.

Взмах рукой.

Мы втроем поливаем огнем площадку - и снова вверх.

И вторая тройка за нами.

И третья....

Вверх и вниз. И снова вверх, и кругами над площадкой, и еще раз полить ее огнем.

И - спуститься.

- ...и чего ты мне это показываешь? Что я - драконов не видел?

- драконов ты видел. А вот всадников...

- И что в них нового?

Я спрыгнула с Виолы. Ноги подкашивались, но я нашла в себе силы стоять ровно. А потом, когда эсы подошли вплотную, медленно сняла капюшон с головы. И стянула балаклаву.

Эс Чавез поперхнулся воздухом.

Хавьер молчал.

Орландо выдал что-то, напоминающее малый боцманский загиб.

Рядом сняла шапочку Мариса.

Малый загиб плавно перешел в большой разгиб.

Одна за другой, мы снимали балаклавы.

- Девять штук?! Хавьер, скажи мне, что я сплю! - Орландо почти стонал. - ЗА ЧТО!?

Хавьер только плечами пожал.

А что тут скажешь? Крепись, дружище, их ВСЕГО девять? Так и одной было бы много!

- Мариса!?

Вопль был такой, словно эс Чавез обнаружил, что ему последние тридцать лет изменяют. И все шестеро детей у его жены от разных мужчин.

Мариса рядом со мной развела руками.

- Простите, эс Чавез. Я же говорила, что у меня есть тайна... и не моя. Я готова вернуть вам ваше слово.

Орландо ответил непечатно. Но на возвращении слова не настаивал.

- И что мне теперь с вами делать?

Я посмотрела на Хавьера.

- Эс?

- Предлагаю пойти, выпить и все как следует обсудить.

На мой взгляд - отличное предложение.


***

Эс Чавез сидел за столом и злобно жевал отбивные. Уже третью по счету.

- Каэтана, вам легко говорить. А как я должен доложить об этом его величеству?

- К примеру, сказать, что драконариев стало больше. И побережья будут прикрыты более надежно.

- Хммм...

- Сейчас нас девять человек. Но ведь и другие эссы будут стараться двигаться в том же направлении. Рано или поздно, так или иначе...

- А законы? Акты?

- все уже есть и уже было.

Рассказ о том, почему драконицы и эссы перестали искать и выбирать, я решила придержать на потом. Не все сразу.

Орландо печально вздохнул.

Я поставила перед ним тарелку с безе и подвинула кофейник.

- Давно вы уже.... Драконарии?

- Полгода, наверное. Но с химерами мы уже сцепиться успели. Мы не боимся, - заверила я.

- Слов у меня нет. Ладно, Каэтана. Давайте пока сделаем так. Я попробую прощупать почву, а вы пока потренируетесь.

- Вместе со всеми?

- Нет. Отдельным звеном. Хавьер, кого им можно назначить?

Хавьер подумал немного, а потом коварно улыбнулся.

- Эс Эдгардо Молина. Справится.

- Это который с Марисой? - нахмурился Орландо.

- да не было у него ничего и никогда с Марисой, - отмахнулась я. - Просто он оказался посвящен в наш секрет, вот и пришлось бедолаге молчать. А мы, чтобы пробираться к драконам, пустили слух... ну сами подумайте, эс Чавез, в кого бы народ поверил? В Марису и Эдгардо - или в меня и Эдгардо?

Орландо только вздохнул.

- Ладно. Пусть. Командиром десятка, я так понимаю, все равно будет Каэтана?

- Никого другого девочки не примут.

- Вот и пусть. А у вас хватит ума, чтобы прислушиваться к Эдгардо и делать все, что он скажет. Тренироваться, взлетать, садиться, атаковать по команде... те же команды - понятно?

Я кивнула.

- Вполне. Сделаем. Только он сейчас на каникулах.

- Вот приедет - и займется.

Я кивнула.

- Мы будем слушаться. Эс ректор, мы правда не хотели. Оно само как-то так получилось, что Виола меня выбрала. Ну и... результат.

Орландо горестно вздохнул.

- Ладно. Еще дней двадцать есть, как раз Хавьер успеешь и слетать, и вернуться, и девушки пока...

- Каэтана летит со мной.

- Отлично, - судя по голову ректора, ничего хорошего в этом не было. - твои родные будут счастливы.

- мне плевать, - огрызнулся Хавьер. - Как деньги у меня брать, так все нормально, а как про уважение вспомнить, так визг начинается. Перебьются!

Я хмыкнула. Да, так часто бывает. Но кто ж уважает кошелек? Уважают капкан, который может дать тебе по пальцам.

- Каэтана?

Мариса пришла как нельзя более вовремя. Я ухватила Хавьера за руку.

- Нам срочно надо выйти, поговорить о поездке. Вы не возражаете?

Никто не возражал. И уже закрывая за собой дверь, я услышала.

- Орландо, я могу вернуть тебе браслет.

- Даже и не надейся...

Почему-то мне кажется, что у нас будет эсса Мариса Чавез.

Оно и неплохо. Орландо достаточно умен,, чтобы оценить, какое сокровище ему досталось, достаточно богат, чтобы ее содержать, опять же профессия подходящая. И папочку Марисы он построить сможет. Это сложнее будет, чем с Матиасом, но Орландо справится. Я даже не сомневаюсь.

Дверь закрылась, и я поглядела на Хавьера.

- Думаешь, сладится?

- Уверен. Я Орландо сколько лет знаю... он мог бы решить проблему другими методами. И не жениться. А тут... пусть у них все будет хорошо.

Я тихонько улыбнулась.

Вот это мне и понравилось в Хавьере.

Он не злой, не завистливый, не подлый.

Пусть у них все будет хорошо. Не сложилось у меня - пусть у них все сложится. Это же здорово...

Пусть все будет хорошо.


Интерлюдия 1

Не было сейчас на свете человека, грустнее Матиаса Лиеза.

Все, ВСЕ было плохо.

Вот и можно бы придумать, чтобы хуже, а некуда! Привыкнув шантажировать и пакостничать сам, Матиас впервые оказался на месте шантажируемого, и ему это ожидаемо не понравилось. А все остальное?

Ладно еще эс Чавез выкрутил бедному Матиасу руки, почти в буквальном смысле.

Ну... было у Матиаса несколько нарушений. И что?

Кто не был молодым, кто не шалил?

Но угрожать - вот так?

Орландо бить балбеса не стал. Приволок к себе в кабинет, и вежливо, с доброй людоедской улыбочкой, разъяснил, что с ним будет дальше.

А дальше... будет скандал.

Вылетишь ты из Академии, да не просто так, а с воплями: 'мужеложец'. Не нравится? А плевать.

Вам этого еще не хватало до кучи? Так будет! Лиезы уже едва не породнились с сумасшедшим, вот ему сестру отдать можно, а мне - нельзя? Ах, там ты лично для себя получал что-то хорошее, а тут не получишь. Пинка, например, не получишь. Из Академии не вылетишь...

Не боишься исключения?

Ну и прекрасно, завтра же подаю его величеству личное прошение, в котором объясняю, что таким среди нормальных людей не место.

Поэтому сейчас ты напишешь отцу. И Марисе скажешь, что ее брак одобряешь.

А еще твоему отцу напишу я. Кое-что о тех транспортных компаниях, услугами которых он пользуется. Лиезы, конечно, богаты, но вы - выскочки и нувориши. А старые связи кое-что еще значат в этом мире, равно, как и старые семьи. Поэтому я найду, чем вас прижать.

Вы у меня разоритесь в три года, может, и раньше. И ваши дружки это одобрят. Еще и рвать вас на части помогут, чтобы им тоже куски мяса достались!

Матиас посмотрел в глаза эса Чавеза, и понял - не шутит.

Связей у ректора хватит, влияния и характера - тоже. Этот не будет угрожать просто так, этот будет рвать в клочья. И Матиас сдался.

Правда...

- А Каэтана?!

- Это тем более не твоя забота.

- Я и она... она мне невеста! Почти!

- Почти - не считается. И не рассчитывай.

- Эс Чавез, при всем уважении...

- Она тебе согласие дала?

- Н-нет. Но это...

- Вот и отлично. Даст согласие - поговорим. Не даст - перебьешься. И не лезь к ней со своими глупостями.

- Сводите ее с этим... вашим ублюдком?! - выплюнул Матиас.

Орландо посмотрел на него с брезгливостью, как на плевок на дорогом паркете.

- Ублюдок в Академии только один. И это не Хавьер. Сейчас пишешь письмо, потом идем вместе к Марисе. И упаси тебя Даннара испортить мне праздник или ей - настроение. Я тебе оторву все, что только можно.

Матиас понял. И сделал, как приказали. Но сейчас...

Где, ГДЕ справедливость!?

Нельзя же так! Поймите, все должно быть совсем иначе.

Матиас же всегда получал, что пожелает! Самые дорогие игрушки, самых красивых женщин, он всегда и везде был первым. А сейчас - что?!

Сейчас его просто унижают, оскорбляют... разве можно это оставить просто так?

Никогда!

Он отомстит! Матиас не знал, как именно, но обязательно отомстит!


Интерлюдия 2

- Величайший...

Невысокий мужчина простерся перед принцем Баязетом. Тот поднял брови.

- Санджар? Что случилось, почему ты попросил об аудиенции. Ты нашел решение задачи?

- Да, величайший. Твой покорный слуга исполнил повеление своего господина.

- Замечательно. Слушаю, - заинтересовался принц.

Все же, как ни крути, Санджар - гений. А что еще приятнее, он гений, не отягощенный разными глупостями вроде чести, совести, сострадания - зачем? Это очень ненужные в науке качества.

Только чистый разум.

Только холодное жестокое равнодушие, которое подобно отточенному клинку препарирует все, что попадает на стол.

Только так. И видимо, есть результат?

- Величайший, твой раб долго размышлял, считал, проводил опыты. И выяснил, что химеры ползут на силу боли и смерти.

- Боли и смерти?

- Только человеческой, величайший

- Так... и?

- Химеры поползут на близкую смерть, мучительную смерть, несколько смертей...

Баязет особенно не задумался. Рабская жизнь в Санторине дешева.

- Хорошо. Санджар, ты проведешь этот эксперимент при мне. И если все так, как ты говоришь, я щедро вознагражу тебя.

- Служение тебе, величайший - уже честь для меня.

Баязет кивнул.

Кто бы в этом попробовал сомневаться? Конечно, честь. Даже то, что он позволил этому слизняку приблизиться - уже счастье для такого, как Санджар.

- готовься. В ближайшие несколько дней ты мне все продемонстрируешь... что тебе для этого нужно?

Санджар задумался.

- Величайший... несколько рабов или преступников, чья жизнь не имеет ценности. И наверное, корабль, на котором мы будем все это делать.

- корабль?

- Я могу пытать недостойных на суше, но тогда с химерами придется сражаться нам. А еще могут прилететь эти мерзсссские чешуйчатые ящерицы.

К драконам у Санджара был свой счет. А как они смели не сдохнуть, когда он их травил? Он столько сил влдожил, столько умения, а они - выжили?!

Сволочи!

- а на корабле?

- Химеры передвигаются достаточно медленно, мы сможем от них уйти. Опять же, мы сможем прекратить мучения подопытных, скинуть их на поживу химерам, и также уйти от них. Как только появятся дозоры.

Баязет задумчиво кивнул.

- да, пожалуй.

Санджар довольно улыбнулся.

Да, он проводил опыты с мелкими химерами, которые для него поймали рабы. И когда один из рабв повредил ногу, химеры оживились.

Санджар подумал, и приказал связать раба и пытать.

И химеры поползли к несчастному.

Это наполняло ученого гордостью за себя.

Никто, вот никто другой не додумался, а он смог! Он сделал! Он сообразил, что нужно, и придумал, как это воплотить. Теперь все проверить - и драконы обречены. Так ведь можно химер и спустить на драконов, и привести их в обиталище этих гадких чешуйчатых тварей...

Надо делать!

Санджар как-то даже не сильно задумывался, почему или зачем. Просто драконы один раз попрали его научную теорию, уронили его авторитет перед принцем, и потому достойны казни.

Ах, по этой теории драконы должны были умереть?

И что?

Где драконы, а где - наука? Во имя чистой науки можно все! Предавать, продавать, обрекать на смерть всех этих чешуйчатых тварей... да и людей, пожалуй, тоже.

Что такое человек?

Да ерунда!

Секунда - и нет его, однодневка, бабочка-поденка.

А наука? Знания?

Они вечны и бесконечны. Они великолепны и восхитительны. И ради них можно - все!

Любые жертвы.

Впрочем, себя в качестве этой самой жертвы Санджар не рассматривал, даже наоборот. Если его убьют, кто будет двигать науку? Это будет страшная потеря...

Просто ужасная!

Хорошо еще, есть его высочество Баязет, который готов финансировать науку в лице Санджара. А мораль или аморальность поставленных задач Санджара не волновала.

Мораль?

Он вообще не знал такого слова.

Только наука!

Только знания...


## Глава 13


Полет - самое прекрасное, что может быть в мире.

Когда вы с драконом сливаетесь воедино, и он рассекает облака, ловя особо наглые белые пуховые комки раскрытой пастью, когда дурачась, он падает вниз и взмывает вверх, когда и смех, и слезы, и счастье - пронизывающее каждую твою клеточку.

Радость и упоение.

Вдохновение и восторг...

Настоящее чудо.

Полет заставляет забыть даже о его цели. А цель-то печальна...

Эс Хавьер летит неподалеку, на Сварте. И я знаю, дракон транслирует Виоле, а та мне, что эс думает о плохом. О том, как его встретят.

О том, что ему скажет дочь.

Своего ребенка эс любит. Жаль только, что это не взаимно. Или взаимно, но... кто ж его знает? Иногда люди и любят друг друга, но не понимают, не слышат, не могут сказать что-то важное... вот не дано - и все.

Как у него с дочерью, я не знала. Но не удивлюсь, если не слишком хорошо.

Хавьер же постоянно пропадал с драконами, девочка оставалась на попечение мамы - и что она слышала?

Не любит, не понимает, изменяет... и это еще не весь список. Наверняка. Поэтому встреча может быть неприятной.

И сам городок Эрдоран мне не понравился.

Вроде бы тихий, мирный, утопает в зелени, тут явно какие-то сады, но что-то царапает.

Или это просто предчувствие?

Нам тут будут не рады? Виола, ты что думаешь?

- Вот это и думаю. Сварт тоже говорит, нам тут будут не рады.

- Почему?

- потому что эта Наталия, она копия матери. Не очень умная и скандальная.

- Хммммм...

- Хавьер жаловался Сварту. Сварт запомнил. Люди иногда не запоминают, а вот драконы помнят все. Вообще все...

- Серьезно?

- Конечно. Я помню даже, как я из яйца вылупилась. Кстати, еще один плюс от связи с человеком - вы более легковесные. Нам сложнее...

Я кивнула.

Я примерно понимала. Люди по сравнению с драконами - однодневки. Но легкие, веселые, человек проще воспринимает мир, не так сильно принимает его к сердцу... знай я физику - точно бы сказала что-то про резисторы и транзисторы. Что-то я такое слышала.

Но - не помнила. Так что...

- Виола, поговори, пожалуйста, со Свартом? Хавьер жаловаться не будет, но Сварт же постоянно с ним на связи, как и ты со мной?

- Да.

- они тоже друг друга чувствуют. Сварт может сказать тебе, ты - мне.

- и ты вмешаешься. Хорошо, я поговорю со Свартом.

Так себе план, честно говоря. Но намного лучше, чем вовсе уж ничего.


***

Мы приземлились на окраине Эрдорана. Хавьер посмотрел на Сварта, на Виолу, но ящеры решительно замотали головами.

Они просто не собирались оставлять нас с посторонними людьми.

Они готовы не показываться никому на глаза, они готовы залечь вот в этом симпатичном саду, но улетать до завтра?

Нет!

Они должны быть рядом. Ну... хотя бы так, чтобы вот взять и долететь. Минут за пять.

- Каэтана...

Эс Хавьер посмотрел на меня, но и тут понимания не дождался.

- Моя б воля - они бы вообще за оградой легли. Так что пусть.

Ответом мне был тяжкий вздох.

- Ладно. Идем.

В знак траура у Хавьера была пурпурная лента на рукаве. У меня, кстати, тоже. Шапочку я не снимала, капюшон был низко надвинут. Солнышко припекало и по спине текли противные струйки пота, но лучше так, чем показаться женщиной и нарваться на глупые обвинения.

Да, у нас ничего нет.

И кто в это поверит? Истеричная дурочка, замороченная собственной матерью? Да еще в такой ситуации, считай, у гроба этой самой матери? Гроб, кстати, стоял у ограды. То есть катафалк, сам гроб точно в доме.

Нереально.

Лучше я побуду существом неопределенного пола. Юношей. Потому что девушек-драконариев тут не помнят. И помолчу.

Мы с Хавьером так и договорились. Кивки, односложные ответы и вообще - лучше за меня будет говорить он. За нас двоих.

Домик Натали мне тоже не понравился.

Он красивый, беленый, он ухоженный, но - слишком. Ни трещинки, ни вмятинки, грядочки по линеечке выстроены, сорняки пинцетом прополоты, все металлическое начищено, все пылинки не то, что выметены - их с лупой выловили и выкинули.

Жуть жуткая.

Это дом беременной женщины?

Это дом женщины, у которой умерла мать?

Это дом человека, который всю жизнь будет стремиться к идеалу. Перфекцииониста. Более того, перфекциониста, который загонит всех в попытках достичь совершенства. Я таких знаю.

Люди либо могут здраво оценивать свои силы, либо не могут. В первом случае человек мечтает о совершенстве, но понимает - сил нет, здоровье не железное, нервы не чугунные. Вздохнет, да и придумает, как лучше извернуться.

Во втором случае человек начинает изводить и себя, и других.

Пытается проглотить больше, чем может откусить, а потом начинается: ах, я ради вас все тут делаю, а вы не цените! Ах, я свое здоровье подорвала, а вы неблагодарные...

Это я видела. Только вот намекнуть подруге, что НЕ НУЖНА ее мужу идеально вылизанная квартира у меня не получалось. И она каждый выходной ползала с тряпкой, пока сама не стала на нее похожа. А муж - муж в это время ходил налево. И идеально приготовленная еда, кстати, ему не была нужна. Каюсь, у меня иногда что-то не получалось. Но я пожимала плечами, и мы с Димкой это ели. И даже придумывали, как спасти блюдо.

А Лелька, так звали подругу, бежала, все выливала в помойку и потом долго рыдала. У нее ведь не получилось - идеально!

А тут вот... получилось?

Или нет?

Мужчину, который открыл нам калитку, Хавьер явно знал.

- Тадео? Как ваши дела?

- Ох, эс Хавьер... уже третий день плохо. Натали страдает.

И в чем это выражается? В усиленной прополке грядок?

- Она почти ничего не ест, ни на кого не смотрит, не разговаривает, горюет о матери. Может, вы сможете ее утешить?

Я бы сильно не обольщалась, но Хавьер пожал зятю руку и шагнул во двор. А там и в дом, где на кушетке в гостиной лежала молодая и симпатичная женщина.

Внешне - копия эссы Магали. Только моложе лет на двадцать. А так те же волосы, глаза, даже истеричные складки у рта - те же.

- ТЫ!!!

И чего было так визжать? Если б не капюшон, мне бы этот визг пробил голову насквозь и умчался в пространство. А девица вскочила с кушетки.

- Отец! КАК ТЫ МОГ!?

Истерика атаковала. Вот просто - атаковала. Билась в комнате, накатывала волнами, накрывала, словно цунами.

На эса Хавьера лавиной сыпались обвинения.

Смысл был в том, что мать его любила, обожала, всю жизнь ему отдала - два раза. А он!!!

Неблагодарный!

Непонимающий!

Человек, который не оценил самого важного, что было у него в жизни - чистой и искренней любви, и теперь всю жизнь об этом сожалеть будет. И после смерти тоже. Сожалеть...

- Каэтана! Ему плохо. Сварт говорит - беда!

Виола дозвалась меня с легкостью. И я тут же вступила в бой. Благо, оглядеться успела.

Подхватила со столика флакон с нюхательными солями и ловко сунула в нос Натали. Та подавилась отвратительным запахом и закашлялась. А я еще и подножку ей подставила, так, чтобы девица с размаху приземлилась попой на кушетку.

Та скрипнула.

Натали ахнула от боли в отбитой попе. А вот так тебя! Будешь тут рот открывать!

Хавьер посмотрел на меня с удивлением, и я тут же воспользовалась шансом.

- Виола, скажи Сварту - пусть не подается! Спорим, у него сейчас денег попросят. Или какое обещание выдурить попытаются! Это бездарный спектакль!

- Передала.

- Не верит?

- Нет.

- Грррррр!

Но рычи, не рычи, а Натали уже оттолкнула мою руку и опять перешла в наступление!

- Отец, нам надо серьезно поговорить.

- Говори, - разрешил эс Хавьер. - Или у тебя есть секреты от мужа?

Секретов не было. Или дама не рискнула в этом признаться.

- отец, я понимаю, что ты никогда не любил нас с матерью!

Ну вот, началось.

- она была всего лишь средством для получения титула, она не оправдала твоих надежд, и я тоже. И я всю жизнь мучилась своей виной, равно, как и мать. Именно это, наверняка, и свело ее в могилу...

Конечно-конечно.

Все остальное - гнусные инсинуации. И убила она себя сама потому, что это хорошо и нормально. Вот не люблю психиатров, но иногда ей-ей, поверишь, что у нас нет здоровых. Есть недообследованные! Которые кажутся нормальными, а потом как схватятся за ножик, да как пойдут резать...

- Сварт сказал Хавьеру, что его жена была больна. Сама по себе.

А вот это передавать было не обязательно. Но - сама виновата, думаю тут не пойми о чем! А тут уже целый концерт разворачивается.

- Отец, я хочу, чтобы ты сходил с нами в храм.

- Зачем?

- И принес клятву, что больше не женишься.