# Пв-18: Автостопом на небеса

Элисон Гросс

роуди* - "дорожный менеджер", специалист по подключению концертной аппаратуры.

___


В управлении лейтенанта не оказалось. Дежурный посоветовал позвонить по номеру... Я тут же повесил трубку и, опасаясь, что цифры вылетят из головы, снова завертел диск телефона.

Медисон Бун, четверть часа назад впечатленная было грозной бумагой с подписью прокурора, и думать забыла изображать из себя покорную судьбе страдалицу, заказала апельсиновый сок и теперь сквозь стекло аптечной витрины наслаждалась видом снующих по тротуару прохожих.

- Послушайте, Андерсен! Я не спрашиваю, какие у вас планы на сегодняшний день. Я вам приказываю: срочно, понимаете, срочно прибыть в "Палладиум Холл"! - Дребезжащая голосом лейтенанта Хартманна мембрана в телефонной трубке на мгновение затихла -- на том конце провода мой начальник набирал в легкие воздух, чтобы обратить его для меня в инструкции, приправленные угрозами и руганью.

- Но у меня уже есть приказ -- доставить в офис прокурора важного свидетеля по делу Джарвиса, - я попытался...

- К дьяволу вашего свидетеля! Вы думаете сам прокурор будет им заниматься? Не будет! А его помощники подождут. У нас убийство, и если репортеры, которых здесь уже целая стая, пронюхают... Если эти недоумки с диктофонами и фотоаппаратами успеют придумать и напечатать в газетах собственную версию преступления, то комиссар упечет меня в чайнатаун ловить малолетних хулиганов, а вы до конца службы будете регулировать движение. При мне только шестеро патрульных, и через час обещал приехать доктор. Если к этому времени...

Мод сидела за столиком, кривила свои красиво накрашенные губки над стаканом сока и очень похоже делала вид, что ее мой телефонный трёп с лейтенантом совершенно не интересует и не касается. Насколько мне известно, прокурор, что называется, хватался за соломинку, считая эту рыжую... м-м... красотку важным свидетелем. Однако для простого сержанта полиции нет ничего глупее, чем совать свой нос в дела, пахнущие большими деньгами, а возможно, и политикой. Мисс Бун тоже вряд ли желала своему напудренному носику такой участи, поэтому прокурор, скорее всего, так и останется ни с чем. Но это должно случиться чуть позже, а пока... И что мне с ней делать? В двух кварталах отсюда, на Керриган роад, семнадцатый участок. Как же фамилия их лейтенанта? Парсонс или Прескотт?

Я подсел к "важному свидетелю" и стал излагать свой план:

- Вот что, Мод, тут такое дело, к прокурору мы попозже заглянем, а пока давай прогуляемся до семнадцатого участка. Знаешь, где это?

- Скотти, - рыжая положила мне на рукав свои пальчики, - я знаю, где семнадцатый участок. Неприятное место! Откуда только они берут тех босяков, что обычно отираются у них в кутузке? Такая рвань, а воняют... Не надо в участок, очень тебя прошу!

- Милая моя, не заговаривай мне зубы. - Я убрал руку со стола.

Мод, насколько это возможно под слоем косметики, изобразила лицом послушную школьницу, отпрашивающуюся у родителей в кино в компании подружек.

- Возьмите меня с собой, мистер Андерсен. Обещаю, вам не придется пожалеть об этом своем поступке. Поверьте, я умею вести себя в приличном обществе, - сказала и потупила глаза. Неужели ей удалось поколебать мою решимость? На мгновение и совсем чуть-чуть? Нет, я не заметил. А она, похоже, да. И тут же нанесла удар, - "Палладиум Холл" -- это на другом конце города. Вы ведь без машины? Такси поймать не так просто, а я вас отвезу, моя тачка припаркована в квартале отсюда.


Сначала красная "альфа ромео" показалась мне чем-то вроде модной сумочки или стильной шляпки, уж больно хорошо машина подходила по цвету к туфлям на ногах своей хозяйки и сочеталась с черным атласным болеро на ее плечах. Однако, когда Мод выкатилась на Чарльстон авеню и принялась уверенно, один за другим, обгонять "бьики" и "олдсмобили", я сразу проникся уважением к этому игрушечному автомобильчику.

- Мистер Андерсен, а будет ли позволено вашему шоферу спросить, зачем мы направляемся в "Палладиум Холл"? - Девица на мгновение оторвала взгляд от дороги и взмахнула ресницами в мою сторону. - Какое преступление на этот раз предстоит расследовать сержанту из отдела по расследованию убийств?

- Ничего расследовать не придется. Преступник уже схвачен, осталось проследить за соблюдением формальностей и не дать журналистам повода раздуть из этой истории скандал.

- Скандал? Как интересно! - Мод посигналила пикапу, "заснувшему" на светофоре, несмотря на загоревшийся зеленый свет. - Значит, вы говорите, убили Алана Приста?

- Ничего такого я не говорил. С чего ты взяла? Алан Прист? Кто это?

- Ну как же, "Автостопом на небеса", "Ледяной дом", "Полчаса с тобой", вы что же даже радио не слушаете? Хотя сейчас его песни не так часто крутят. Вот, года три назад...

- Постой, Мод, почему ты решила, что Прист убит?

- Иначе и быть не может. Сегодня вечером он выступает в "Палладиуме", то есть это его концерт. Кого же еще могли убить? - Не успел я подумать о "поразительной женской логике", как мисс Бун пояснила свою мысль. - Если бы убили кого-то другого, то в газетах об этом напечатали не больше пяти строчек в разделе "криминальной хроники", и никакие репортеры не досаждали бы сейчас вашему боссу.


У служебного входа в компании парней в форме ошивался здоровенный детина. Щеки его поросли светлой щетиной, в зубах его была зажата зубочистка, а его патлам соломенного цвета свидания с расческой не иначе как были запрещены решением суда. Глянув на мой значок, тип, не вынимая изо рта зубочистки, пробурчал что-то вроде: "Шенон, менеджер Эла, пойдемте", и повел нас куда-то скупо освещенными коридорами.

Выяснилось, что лейтенант дожидаться нас не стал, забрал того парня, что стрелял в Приста и уехал в управление, по видимому, надеясь снять сливки на первом официальном допросе убийцы. Патрульных уже набралось аж восемь человек. Шестерых Хартманн расставил у всех входов и выходов с наказом: никого не пускать, а еще двое толклись рядом с комнатой отдыха, где был найден труп. Здесь же на диване сидел кругленький человек небольшого роста и комкал в руках обширный носовой платок.

- Альберт Ли Купер, продюсер мистера Приста... бывший продюсер, - представился он, поднимаясь на ноги и не становясь от того менее круглым.

- Скотт Андерсен, отдел расследования убийств. - Я показал свой жетон.

- А?.. - круглый продюсер вопросительно взглянул на Мод. Мне как-то не пришло в голову задуматься о том, как отрекомендовать свою спутницу, поэтому я тоже перевел взгляд на красотку, прикидывая...

- Медисон Бун, страховая инспекция. У меня нет такого красивого значка, как у мистера Андерсена, зато я не задаю столько ненужных вопросов, как он, - сухо улыбнулась моя подопечная.

- А разве Эл был застрахован? - Купер приподнял брови.

- Мы обязательно это выясним, а пока могу я узнать номер карты социального страхования погибшего?

- Да-да, если можете назвать номер карты, мы с мисс Бун будем вам благодарны. Только, пожалуйста, не трогайте ничего из вещей вашего... - Я решил вмешаться, а то Мод, увлекшись новой игрой, могла так заморочить голову свидетелям... - вашего артиста, - наконец, подобрал я слово. - И если не затруднит, я бы хотел попросить вас еще раз рассказать о произошедшем.

То, что все рапорты и протоколы придется составлять мне, было ясно как день. Поэтому, когда приехал док, я более или менее представлял себе картину преступления по рассказу продюсера и ребят, оставленных Хартманном охранять покойника.

Доктор, Эдвард Нихайосси, высокий и худой, с крупным носом и отвисшими, как у севшего на диету бульдога щеками, приехал позже обещанного срока. В ботинках на рифленой подошве, в пиджаке с обшитыми кожей локтями и с объемистым чемоданом док походил на бывалого путешественника.

- Медисон Бун, моя знакомая, - не стал я повторять ошибку, сразу представив рыжую вертихвостку.

- Очень приятно, - галантно наклонил голову док, наклонил ровно настолько, чтобы не демонстрировать наметившуюся на макушке плешь.

Все, о чем я узнал за десять минут до этого, мне пришлось выложить Эду десятью минутами спустя.

Алан Прист, знаменитый рок-музыкант и певец, тридцати двух лет от роду, застрелен из собственного пистолета, "браунинга-хай пауэр", одним выстрелом в лоб, в упор. Орудия преступления рядом с телом не найдено. Зато оружие при свидетелях было обнаружено у Барта Малоуни, помощника роуди*. Парня нашли в подсобном помещении, где он с пистолетом в руке валялся в отключке.

Выстрел никто не слышал, потому что в это время в зале опробовали подключение звуковой аппаратуры. Минут двадцать проверяли акустику на большой мощности, потом хотели позвать Приста, чтобы он дал добро, и, в конце концов, нашли того мертвым в комнате отдыха.

Врач скорой помощи кроме того, что зафиксировал смерть мистера Приста, определил тяжелое обострение эпилепсии и сумеречное расстройство сознания у парня с пистолетом, у этого самого Барта Малоуни. При себе у Малоуни никаких лекарств не нашли, но врач ему что-то такое вколол, и страдалец постепенно пришел в чувства. Лейтенанту Хартману с этого, увы, не обломилось. Малоуни не помнил ничего, что с ним произошло за последние час-полтора, ну, или утверждал, что не помнит.

- Да-да, - закивал док Нихайосси, - с эпилептиками такое иногда случается. Яркий прерывистый свет и громкие звуки могут провоцировать припадки. Мистер Купер, а вы были в курсе, что ваш работник страдает от эпилепсии?

- Я? Я! - Продюсер засопел, покраснел и, кажется, надулся до еще более круглого состояния. - Да если бы я знал, что он псих, то никогда бы не взял его на работу!

- Мистер Купер, было бы неправильно эпилепсию называть психическим заболеванием, впрочем, эта болезнь часто сопровождается подобными расстройствами, но... - Эд Нихайосси к этому моменту уже натянул на руки резиновые перчатки. Не закончив фразы, он подмигнул нам и вместе с чемоданом удалился в соседнюю комнату, чтобы поближе познакомиться со своим мертвым пациентом.


Следующие полчаса мы посвятили распитию кофе, который в какой-то варварской электрической кофеварке сварганил нам Шенон, тот самый неряха-менеджер, наконец-то, выплюнувший свою дурацкую зубочистку изо рта. Хотя вряд ли он хоть пальцем пошевелил, если бы не Мод, объявившая в пространство о своем желании выпить кофе властным и холодным тоном принцессы крови.

Закончив с трупом, док занялся пистолетом. Уже здесь, в нашем присутствии, может быть, потому что в нашей комнате было больше света, лившегося из широкого, лишенного штор окна. Через десять минут, оторвавшись от исследований, Эд окинул всех нас близоруким взглядом и в который раз спросил, не прикасался ли кто к оружию?

Его уверили, что после того, как преступник выпустил пистолет из рук, к "браунингу" никто даже пальцем...

- Хм. - Док стянул с руки перчатку и с видимым наслаждением почесал в затылке. - Сержант, можно вас на минуту?

Нихайосси поманил меня в комнату с трупом. Я подчинился. Мод, к моему удивлению, тоже шагнула следом. Док пожал плечами, а я... я даже не заметил ее, привык, наверно. К тому же вела она себя до этого момента, как и обещала, вполне прилично.

- Что-то не так с покойником? - Я кивнул на вытянувшийся в кресле труп певца.

- С покойником все замечательно, он мертв и умер от пули из этого пистолета.- Нихаосси ткнул пальцем в пластиковый пакет с "браунингом". - Единственное, могу заметить, что труп пока был еще жив, находился под кайфом. Похоже на ЛСД, точнее скажу, когда будут готовы тесты. А вот с пистолетом не все так просто. На нем нет никаких других пальчиков кроме как отпечатков Малоуни.

- И это вам кажется подозрительным?

- Немного. - Док вдруг обнаружил пятно у себя на рукаве, попытался его оттереть ладонью, не преуспел и продолжил, - но более подозрительным мне показалось то, что отпечатки -- только на рукоятке и спусковом крючке, а кожух затвора чистый. То есть вот отсюда, с рифленой поверхности, отпечатки не снимешь, но речь не о папиллярном рисунке, крышка затвора в самом деле чистая, никаких жировых следов. Очевидно, что пистолет недавно и тщательно протерли. И вряд ли это сделал сам Малоуни, причем уже после того, как снял оружие с предохранителя и взвел затвор.

- Вы хотите сказать, что и стрелял не он?

- Несомненно. - Нихайосси, соглашаясь, прикрыл глаза. - Мистера Приста застрелил кто-то другой, затем протер пистолет и вложил его в руку ничего не соображающему Малоуни.

- Ха! Доктор, браво, в самую точку! - Мод одобрительно улыбнулась эксперту и даже похлопала в ладоши. - А то я уже подумала, что мне одной кажется странным то, как ловко этот ненормальный парень в состоянии сомнамбулы провернул свой фокус с пистолетом.

- Ну, хорошо... - начал было я, но Нихайосси поднял указательный палец и, распушив хвост перед моей рыжей знакомой, обращаясь главным образом к ней, перебил меня:

- Однако это еще не все.

- Что вы говорите! - Чертова девчонка сделала круглые глаза, а док, надувшись словно индюк, продолжил:

При осмотре на спусковой скобе пистолета мною было обнаружено вот это, - доктор продемонстрировал какую-то стекляшку. Заметив недоумение на наших лицах, док снизошел до объяснения. - Здесь волокно шерстяной ткани сиреневого или темно-сиреневого цвета, предположительно ангора. Таким образом, есть серьезные основания считать, что убийца при стрельбе использовал шерстяные перчатки. К сожалению, это означает, что для выяснения личности стрелявшего нам не удастся использовать парафиновый тест.

- Отлично! Просто замечательно! Вот же!.. - Я сквозь зубы высказал свое отношение к случившемуся словами более всего подходящими по смыслу, но, увы, непечатными. Нихайосси смутился и украдкой глянул на Мод. Та, напротив, кажется, даже не расслышала сказанного, по крайней мере, не дрогнув ни одним мускулом лица, она продолжила рассматривать на стене афишу континентального тура Приста.

- Хм, но это же очевидные факты, и...

- Док, на момент преступления в здании было человек сорок. Кто угодно мог... Да если я сейчас позвоню Хартманну и доложу ему о ваших находках и выводах, представляю, что мне придется выслушать в ответ, - пояснил я свою не слишком приличную фразу. Мод, наконец, перевела взгляд на меня и рассеяно улыбнулась. Я оскалился. - Милая моя, а ты понимаешь, что к прокурору нам теперь до самого вечера не попасть? Может статься, что до завтрашнего вечера.

- Почему? Из-за того, что твой лейтенант арестовал не того парня? Ну, хорошо, позвонишь ты начальству и что скажешь? - Рыжая опять распахнула глаза теперь такие честные и наивные. - Разве мистер Нихайосси предоставил официальное заключение? Эд, процедура экспертизы -- это ведь серьезное дело, не так ли?

- Вообще-то... Да, конечно, мисс Бун права. Все, что я вам сказал... То есть, как вам будет угодно, но официальные документы я подготовлю только завтра.

- Нет, Скотти, если тебе так уж необходимо умаслить свою совесть, давай прямо сейчас поймаем убийцу.

- Поймаем убийцу? Прямо сейчас? - Я должен был прийти в бешенство, но отчего-то слова этой девчонки произвели на меня прямо противоположное действие. - Мод, мне показалось, или ты издеваешься надо мной?

- Мистер Андерсен, издеваться над полицией, мне такое и в голову не могло прийти, - очень серьезно произнесла рыжая. - На самом деле, если учесть, что на прошлой неделе мистер Прист еще находился в Чикаго... - Рыжая обернулась и ткнула пальчиком в афишу.

- Ясно, ты хочешь сказать, что в нашем городе Прист нажить себе врагов еще не успел.

- Да, именно так. К тому же, судя по всему, убийца -- не псих и не профессионал. Для первого -- он слишком расчетлив, а для второго -- неопытен.

- Другими словами, ты подозреваешь кого-то из этой его гастрольной команды?

Мод только повела плечом, дескать, подозревать -- не ее дело.


Справедливости ради стоит сказать, что резон в предложении моей рыжей "напарницы" был. Для начала... Начинать всегда следует с главного, а главный во всей этой шайке не иначе как продюсер, во всяком случае, среди оставшихся в живых.

Мистер Купер на время выступления получил в свое пользование отдельный кабинет в здании концертного зала. То есть, скорее всего, комнату он выделил себе сам из помещений того сектора, где разместилась вся дорожная команда Приста. Письменный стол, на нем - пишущая машинка и пепельница с окурками, рядом - стул, два потертых кресла, абсолютно пустые книжные полки.

- Эла жалко, да только рано или поздно... Уж такой это народ -- музыканты. А в дураках всегда остается продюсер.

- Что вы имеете в виду? - Я никак не мог устроиться, кожаное кресло оказалось страшно неудобным.

- Считаете меня циничным ублюдком? Верно. В моей профессии иначе нельзя. Прежде всего следует думать о выгоде для себя и для всей команды. А я вот, видите, ошибся. Другие, те, кто работал на Эла, по крайней мере, не вкладывали в него свои деньги. Теперь они могут говорить о его таланте, о бескорыстным стремлении... Ну, о чем там напишут газетчики, когда устанут копаться в нашем грязном белье.

- И что же, много вы потеряете на смерти вашего друга?

- Друга? Впрочем, да, уж меня-то можно смело записать в друзья. Много. Только в этом туре еще четырнадцать выступлений, в среднем - по десять тысяч долларов минус налоги. А еще, конец контракту с Уорнер Рекордс. Осенью у Эла должен был выйти новый альбом, а теперь...

- Вы говорите -- команда, а Малоуни, он ведь тоже был членом вашей команды.

- Я взял его на работу в прошлом месяце. С этим туром такая нервотрепка и суета, Кларк, наш роуди, один бы не управился.

- Ну, хорошо. - Я все-таки встал с кресла, опасаясь за свою поясницу. - Допустим. А кто еще в вашей команде? И где каждый из вас находился в момент выстрела?

Мистер Купер задумался, потом еще раз уточнил предполагаемое время убийства и, то и дело отвлекаясь, чтобы пожалеть себя, изложил мне свое виденье ситуации. Не придерешься, все по существу. Я собрался было спросить его о сиреневых перчатках, как в дверь постучали, и на пороге возникла Мод.

- Там приехали люди коронера. Мистер Андерсен, доктор уже оформил все необходимые бумаги, а я сказала, что вы не будете возражать, если тело наконец-то заберут отсюда. И, мистер Купер, - гостья обернулась к хозяину кабинета, - там, кажется, и вам следует что-то подписать.

Продюсер вздохнул, вновь вынул свой огромный платок, вытер пот со лба и не без труда поднялся из кресла.

- И что это за фокусы? - поинтересовался я у моей рыжей подопечной, когда Купер оставил нас одних.

- Никаких фокусов, все так и есть. Пришли парни в форме и с носилками, Эд вручил им какие-то свои заключения, а я подтвердила, что у отдела по расследованию убийств к трупу вопросов не имеется. - С этими словами Мод присела вполоборота ко мне на письменный стол и без стеснения выдвинула верхний ящик, достала какой-то счет, сунула его обратно, пошелестела бумагой, выудила из ящика аптекарский пузырек темного стекла. - Аминазин, - прочитала вслух название лекарства. - Интересно, от чего такие таблеточки помогают? Я слышала, покойный был под кайфом, когда его застрелили. Ни эти ли таблеточки он принимал?

- Нет, моя дорогая. Совсем наоборот. Аминазин используется как антидот при передозировке ЛСД. - Уж такие вещи я знал.

- О-о! Да, полезная штука. В шоубизнесе без такого средства не обойдешься.

- Ладно, хватит трепаться, говори, зачем ты выставила Купера?

- Ну-у, я знаю, кому принадлежат сиреневые перчатки.

- И все?

- Еще знаю, кто мог убить Приста, и кто его не убивал.


Оказывается, пока я возился с Купером, эта чертовка успела поболтать чуть ли не со всеми остальными подозреваемыми. В подозреваемых, если не считать Малоуни, числилось пятеро: продюсер Приста мистер Альберт Ли Купер, менеджер Ник Шенон, стилист Бетти Паркер, роуди Пол Кларк и двоюродный брат Приста Энтони Вудвард. Другим-прочим незаметно попасть в комнату Приста было проблематично.

Правда, Энтони Вудвард встречался с Пристом примерно за час-полтора до его гибели. На то, как и когда брат музыканта покинул "Палладиум" никто внимания не обратил, так что теоретически все это время Вудвард мог где-то дожидаться удобного момента и...

Пол Кларк, собственно, и занимался тестированием звуковой аппаратуры. Он находился на сцене вместе с техником концертного зала, а за сценой в этот момент наблюдал из своей кабинки местный звукорежиссер. Если Кларк и отлучался со сцены, то всего на пару минут.

Бетти Паркер все время, пока испытывали акустику и пока звук выстрела мог остаться незамеченным, дисциплинировано просидела в гримерке, дожидаясь Приста. Сперва к ней заглянул Кларк в поисках Шенона, а потом -- он же, но уже с выпученными глазами и красный от волнения.

Шенона перед тем продюсер отправил зачем-то в трейлер, на парковку, и менеджера в здании никто не видел все это время. Шенон объявился, когда Купер уже обнаружил труп и метался в полнейшей панике. В компании менеджера и стилиста, заразившихся той же паникой, продюсером был найден беспробудно спящий Малоуни с пистолетом в руке.

Так или иначе, весь этот расклад уже был известен, разве что визит брата Приста прежде избежал моего внимания.


- И что там с перча... - Не успел я спросить, как рыжая жестом фокусника... Черт! Я и не заметил... Она словно из воздуха выхватила тонкие шерстяные перчатки. Действительно, сиреневые.

- Вот. Они лежали в кармане пальто Бетти Паркер, а само пальто висело на вешалке в комнате отдыха, там, где прикончили Приста. Но...

Дверь распахнулась и в кабинет, страдая от одышки, вкатился Купер, следом вошел Нихайосси.

- Какого черта! Они уже уехали. Вы говорили...

- Мистер Купер, чем вы недовольны? - сухим, бесстрастным голосом оборвала Мод толстого продюсера. Я поморщился, впрочем, момент мне показался удачным.

- Мистер Купер, чьи это перчатки? - Я предъявил толстяку находку Мод, и мой вопрос прозвучал еще холоднее и тверже, чем предыдущая реплика моей "напарницы".

- Э... - Продюсер глянул на перчатки, вздрогнул, судорожно сглотнул. - Это перчатки Бетти. А что... В чем дело?

- У нас есть основания предполагать, что убийца застрелил мистера Приста, воспользовавшись именно этими перчатками, чтобы не оставить на оружии своих отпечатков пальцев. Бетти? Вы говорите о Бетти Паркер? Может быть, вам известно, каков мог быть мотив преступления?

- Но почему вы думаете? Кто вам сказал?.. - залепетал толстяк.

- Ну же! - Я вплотную придвинулся к побледневшему продюсеру.

- Она его ненавидела, - выдохнул Купер и осипшим голосом продолжил. - Два года назад Бетти залетела от Эла. Сделала аборт, а после чуть не покончила с собой. Я еле сумел замять скандал, дал денег на врачей, потом оплатил курс психологической реабилитации, а этому идиоту хоть бы хны. Когда все улеглось, я не мог оставить Бетти без гроша на улице и взял ее обратно на работу. Да... А оно вон как все повернулось.

Скрипнула дверь, и все обернулись на звук. Будь мы в кино, на пороге стояла бы мисс Паркер с гордо поднятой головой. Увы, это был Шенон, он нерешительно потоптался, не решаясь войти, кажется, хотел что-то спросить у Купера, но Мод перехватила его взгляд, улыбнулась и попросила сварить еще кофе. Можно только ей, потому что остальным не до кофе.

Когда верзила отправился исполнять поручение, я снова поднялся из кресла, в которое только что по забывчивости уселся.

- Эд, пожалуйста, разберись с этими перчатками. Что там положено с ними сделать? По крайней мере проверь, точно ли стреляли в них? Следы пороховых газов, как пить дать, должны были остаться.

- Одну минуточку, мистер Андерсен, если позволите, я уже провела одно исследование. - Мод ловко подхватила со стола перчатки, на какое-то мгновение опередив доктора. - Вот, смотрите. Перчатки женские, размер... s, скорее всего, а эта... - Рыжий эксперт положила на стол маленькую изящную левую перчатку и аккуратно накрыла ее правой. Стало ясно - правая перчатка больше, очевидно, что она растянута. - Ну как? Кстати, я ведь обмолвилась, что знаю, кто не убивал Приста. Если док отыщет на перчатке эти самые следы от пороха, то Бетти сможет оправдать самый никудышный адвокат.

- М-м, - промычал Купер, доктор присвистнул, а я скрипнул зубами.

- Кстати, мистер Купер, - рыжая фокусница продолжила свое цирковое представление, - не могли бы вы ради эксперимента надеть эту перчатку. Нет, не правую, другую.

Обалдевший толстяк послушно начал натягивать на сардельки пальцев правой руки уже растянутую перчатку, тут же, повинуясь команде, принялся ее снимать. И в этот момент на манеже появился Шенон с чашкой кофе в руке.

- Хватит! - гаркнул я, обращаясь к обнаглевшей девчонке, однако ближе всех ко мне как раз находился Шенон, он-то и принял на себя основную часть звукового удара. Чашка в его руке дрогнула, я отскочил, опасаясь за свои брюки, Мод, наоборот, бросилась к менеджеру спасать свой кофе, а док, не стал рисковать, оставаясь на пути рыжей молнии, и шагнул назад. Все в кабинете пришли в движение и тут же замерли, переводя дух, когда Шенону все же удался его эквилибр с кофейной парой.

- Спасибо, Ник, - как ни в чем не бывало, поблагодарила здоровяка Мод и приняла из его рук чудом уцелевшую чашку. - Вы что-то хотели сказать, а я погнала вас за кофе. Простите меня, пожалуйста!

- Да. Мистер Купер, я хотел вас спросить о билетах на Нью-Йоркское выступление, тех, которые...

- Билеты... - Продюсер скривился, как от зубной боли. - Сколько их там? Простите меня, - это уже мне. И снова Шенону, - Ник, найди кого-нибудь, кто напишет и срочно разошлет извинения... - Поглощенные проблемой члены команды мертвого музыканта вышли за дверь, и там, за дверью, Купер продолжил неразборчиво сокрушаться и отдавать распоряжения.


Наконец-то в кабинете воцарилось спокойствие. Мод со своей чашкой устроилась в кресле и, кажется, вполне комфортно, я вздохнул и с сомнением покосился на другое кресло. Док, наконец-то завладевший перчатками, сел за стол, вытащил из кармана замшевый футляр, а из него -- солидную лупу в латунной оправе, с таким прибором в руках обычно рисуют на картинках сыщика, идущего по следу. Я еще раз вздохнул и остался стоять посреди комнаты.

Голоса за дверью стихли, и в кабинет заглянул Купер, Шенон у него за спиной переминался с ноги на ногу.

- Сержант, извините, если у вас нет вопросов, то я бы хотел... - начал продюсер. Я собрался кивнуть, когда Нихайосси оторвался от созерцания картины на поверхности увеличительного стекла.

- Мистер Купер, будьте любезны, подскажите, мисс Паркер, это ведь ее перчатки? Да? Так вот, мисс Паркер курит?

Продюсер, недоумевая, глянул на эксперта, затем сообразил, что вопрос задан ему, кивнул и тут же замотал головой.

- Нет, доктор. Бетти не курит, ну, или я ее никогда не видел с сигаретой, это уж, как вам будет угодно.

- А вы? Вы курите?

- Нет. Не имею привычки. - Купер снова энергично мотнул головой.

- А-а... - Взгляд Нихайосси устремился куда-то поверх головы продюсера.

- Да, я курю, а что? - долетел из-за спины Купера неприветливый голос Шенона.

- А разрешите поинтересоваться, какую марку сигарет вы предпочитаете?

Менеджер протиснулся мимо своего патрона, шагнул к столу и принялся рыться в карманах, демонстрируя окружающим то потрепанную записную книжку, то бумажник, потом очередь дошла до пузырька с лекарством.

- Ник, разрешите? - Мод протянула руку, не потрудившись встать с кресла. Шенон безропотно отдал ей требуемый пузырек.

- Это?.. - Моя подопечная глазами изобразила неопределенный вопрос.

- Да, - смутившись, ответствовал Шенон. - Это для Эла, чтобы привести его в норму. За этими пилюлями я и таскался в трейлер. Все там перерыл, пока нашел.

- Ага, понятно, - милостиво кивнула Мод.

- Кх-х, - откашлялся Нихайосси, напоминая о себе.

- Вот, "Лаки Страйк". - Шенон наконец нащупал в кармане пачку сигарет, достал и протянул ее доктору.

- Нет. - Нихайосси разочарованно покачал головой. Шенон пожал плечами и сунул сигареты обратно в карман.

- А в чем дело, док? - Думаете, приятно чувствовать себя идиотом, не способным понять, о чем идет речь? А я ни черта не понимал.

- Ох, - спохватился наш штатный умник, - дело в том, что я осмотрел перчатку. Действительно, она сильно растянута, в остальном никаких повреждений нет, ткань чистая, единственное, что мне удалось обнаружить - несколько крошек табака. Вероятно, перчатку сунули в карман, где лежали сигареты... Причем, именно сигареты, об этом говорит характерная нарезка табачного листа. Однако цвет табака... Я бы сказал, что табак больше похож на сигарный, или такими же темными бывают некоторые трубочные табаки.

- А Прист - он курил? - обратился я к Шенону. Тот кивнул. Тогда уже я принялся пытать доктора, - так, может быть, это не табак, а какая-нибудь дурь?

- Нет, совершенно определенно это табак, но, видимо, условия ферментации листьев...

Купер, вдруг просветлившийся лицом, неожиданно бросился к мусорной корзине и принялся рьяно перебирать ее содержимое.

- Вот, - спустя короткое время, нарушил он общее ошеломленное молчание. В руке продюсер сжимал и без того помятую синюю пачку.

- Ну, конечно! "Житан"! - Воскликнул Нихайосси и театрально взмахнул руками. Представление продолжилось.


- Эд, значит, эта французская отрава, и есть те сигареты, которые убийца таскал с собой в кармане вместе с перчаткой? Так? - Я дождался кивка от дока и принялся за Купера. - Как вы понимаете, следующим будет вопрос: кто курил в вашем кабинете сигареты из этой пачки?

- Мистер Вудвард, - легко, легче, чем в случае с мисс Паркер, признался Купер.

- И он сегодня заезжал, чтобы поболтать со своим кузеном? Прист приходился ему двоюродным братом, я ведь ничего не путаю?

- Все верно.

- И что же, часто ли мистер Вудвард вот так вот, по-родственному, проведывал Приста?

- На моей памяти, за последние... Хотя нет, в прошлом году они виделись на праздновании юбилея отца мистера Приста. Отец Эла, Сэмуэль Прист, владелец Эй-Джи-Эйч Контрол, крупной компании, выпускающей какое-то электрическое оборудование, со штаб-квартирой в Нью-Йорке. Энтони Вудвард входит в совет директоров.

- И Вудвард специально прилетел из Нью-Йорка? - продолжаю я наседать на Купера. Тот лишь пожимает плечами. - И о чем же?..

- Нет, вы же сами понимаете, Эл был не в форме, и никакого разговора не было.

- А "Житан"? Вудвард заглянул к вам в кабинет, чтобы выкурить сигаретку? О чем вы говорили?

- Ни о чем таком мы не говорили. Вудвард обругал Эла, сказал, что дядя не понимает, к чему приведет его легкомыслие, ну и дальше в таком же духе.

- А сколько лет Сэмуэлю Присту?

- Я же говорил. Разве нет? В прошлом году стукнуло семьдесят пять.

Картина в общих чертах сложилась. Прист -- прямой наследник своего отца, Вудварду ничего не светит после смерти дядюшки.

- Мистер Купер, а Эл -- единственный сын Приста-старшего?

- Да, он остался один, его старшая сестра погибла в автокатастрофе пять лет назад. Простите, сержант, разрешите нам с Ником ненадолго вас покинуть. Столько дел... Если что, найти нас буде нетрудно.

Я кивком отпустил снова вспотевшего продюсера. Мод рассматривала что-то на дне кофейной чашки, а Нихайосси увлеченно возился с отпечатками пальцев на сигаретной пачке.


С уходом продюсера и менеджера тишина и покой в кабинет пришли ненадолго.

- Мистер Андерсен, - подала голос рыжая возмутительница спокойствия, - мне кажется, вы не задали свидетелю одного очень важного вопроса.

- Какого еще вопроса? - насторожился я.

- Вы не спросили, не идиот ли мистер Вудвард?

- Ф-ф-ф, - я только выпустил воздух из легких, пытаясь не взорваться.

- Вот смотрите, что получается: вы предполагаете, будто бы Вудвард после своего визита к Куперу где-то отсиделся, пусть даже в той же подсобке, где нашли Малоуни. Отсиделся до тех пор, пока так удачно не стали шуметь на сцене. Потом пробрался в комнату отдыха к своему невменяемому кузену, вытащил перчатку из кармана подвернувшегося пальто Бетти Паркер, взял пистолет Приста. Кстати, где взял? В комнате отдыха нет даже стола с ящиками, или Прист предпочитал расширять сознание, будучи вооруженным? Дальше Вудвард стреляет в родственника, хотя, наверно, мог бы относительно тихо того задушить. Потом все в той же перчатке и с пистолетом он отыскивает беднягу-Малоуни, затаскивает в подсобку, вкладывает "браунинг" тому в руку и после этого является назад, к трупу, на место преступления, только для того, чтобы вернуть перчатку. Вы на минуту представьте себе, что адвокат Вудварда начнет свою защиту с того, что представит справку от психиатра, о том, что его подзащитный, как говорится, находится в здравом уме и твердой памяти.


Я закрыл глаза и просидел так, с закрытыми глазами, минуту или две. Вы же не думаете, что в это время я представлял себе, как Вудвард слоняется с пистолетом в руке по коридорам "Палладиума"? Нет, я воображал себе другую картину.

- Дорогая моя, вот ты скажи, почему получается так, что как только ко мне в руки попадает стоящая улика, и у подозреваемого обнаруживается серьезный мотив для убийства, в этот самый момент ты устраиваешь здесь натуральный балаган и камня на камне не оставляешь от крепкой и логичной версии? - Я уже успокоился и, черт побери, смирился со своей ролью стороннего наблюдателя, никак не участвующего в следствии. Вы не представляете, чего мне это стоило! Вот только что я готов был заковать эту рыжую стерву в наручники и с кем-нибудь из парней отправить нахалку к бродягам за решетку ее "любимого" семнадцатого полицейского участка. Теперь... Теперь мне интересно, чем это все закончится.

- Скотт, когда-нибудь претенденты на место убийцы Приста обязательно закончатся, вот тогда... - прочитала мои мысли Мод. Однако было видно - сама она увлечена какой-то своей идеей. Рыжая исследовательница достала розоватую пилюлю из пузырька, отобранного у громилы-Шенона, покатала на ладони, зажала в кулак, легко выпорхнула из кресла. Потеснив Нихайосси, моя "напарница" добыла из недр стола точно такой же пузырек, осторожно кончиками пальцев отвинтила крышку и вытряхнула на ладонь вторую розовую горошину, совершенно такую же. Я со своего места в первом ряду внимательно следил за ее руками, как следит зритель за руками фокусника. И вдруг без выстрелов хлопушек, без фанфар и барабанной дроби Мод раскусила и тут же выплюнула одну из горошин, и тут же...

В одно мгновение я подскочил к девчонке, но она уже сунула в рот вторую пилюлю, выплюнула и встретила мое движение насмешливым взглядом.

- Скотт, незачем так волноваться, цианистый калий еще не додумались производить в виде драже. А насчет мотива...

- Да, вот именно, хотелось бы узнать, что насчет мотива? Или ты предлагаешь в первую очередь подозревать тех, у кого нет никакого мотива?

- Ребята, вам всегда не хватает одного шага. Давайте уж копать под того, кто больше всех потерял на смерти Приста. - Наглая девчонка положила раскушенные пилюли перед оторопевшим Нихайосси прямо на какой-то бланк, который уже был наполовину заполнен размашистым почерком доктора. - Док, а что такое этот аминазин, кому такие таблетки прописывают?

- Аминазин? - Док отвлекся от изучения следов злополучного препарата на официальном документе. - Аминазин -- это эффективный нейролептик. Средство имеет весьма широкое применение, его назначают при алкогольных психозах, при бессоннице вместе со снотворным, для снятия судорожного синдрома при столбняке...

- А при эпилепсии? - хитро прищурилась Мод.

- Да! Совершенно верно! - Доктор даже подскочил на стуле. - Конечно! Как же это я упустил! Его назначают больным эпилепсией при психотических расстройствах.

- Вот уж действительно, как там было в песне у бедняги Приста?

И средство это в раз не первый

Билетом послужит в последний путь. - Пропела Мод нарочито хриплым голосом, подражая ныне покойному певцу.

- Так, милая моя, давай-ка выкладывай все, что у тебя накопилось, а то...

- Не надо, Скотти! Ты же сейчас станешь меня пугать? Да? Я не испугаюсь и не обижусь, но обязательно сделаю вид, что обиделась... Эд, простите нас за эти нелепые препирательства, мы, наверное, ужасно вам надоели? - Мод неожиданно обратила свое внимание на смущенного доктора. Тот покраснел, будто его действительно застали с биноклем в руках, подглядывающим в соседские окна за семейным скандалом.

- Н-нет, мисс Бун, й-я не... Как я м-могу... - заикаясь, пролепетал Нихайосси. - Это вы меня извините. Мне нужно позвонить, - вдруг закончил свое короткое сбивчивое выступление док, встал и вышел из комнаты, видимо, даже не заметив белый телефонный аппарат на столе прямо перед собой.

- Выкладывать? - Голос Мод неуловимо изменился, мне даже показалось, что несносной девчонке, наконец-то, надоело играть со всеми нами. Она закрутила вокруг пальца золотой локон. - Почему бы и нет?

- Если я правильно понял намек, в убийстве ты подозреваешь мистера Купера. Так? - Мод усмехнулась, а я кивнул, принимая движение краешков ее губ за согласие. - Но зачем это ему?

- Это как раз проще простого. Если за концерт ему причиталось по десять тысяч долларов, то какую неустойку должен был оплачивать продюсер всякий раз, когда Прист не выходил на сцену? А с такими проблемами из-за наркоты... И еще контракт со звукозаписывающей компанией, и там речь уже о других суммах.

- Допустим, но к чему эти сложности со стрельбой? Купер легко мог устроить "передозировку", и никто бы его не заподозрил в убийстве.

- Нет, - моя напарница качнула рыжими кудрями. - Одно дело, когда рок-звезду застрелит маньяк, и совсем другое, если недавний кумир превратится в свихнувшегося и пускающего слюни идиота. И с юридической точки зрения, обстоятельствами непреодолимой силы не может считаться лишний сахарок или лишняя марка на языке недоумка. А как будут раскупать диск трагически погибшего певца! Часть треков наверняка уже записана, а остальное время звучания можно заполнить концертными записями. Очень может быть, что такой диск даже станет платиновым.

- Хорошо, принято. Как ты себе представляешь всю эту историю?

- Видимо, Купер решил покончить с Пристом, еще когда взял обратно на работу Бетти Паркер. Она, по мнению Купера, так ненавидела Приста, что могла решиться на самый безрассудный поступок. Однако Бетти оказалась несколько более уравновешенной особой. Тогда Куперу пришлось действовать самому. Зная в каких случаях используется аминазин, он берет на работу человека, у которого явные проблемы с психикой. Далее Купер подменяет лекарство Малоуни внешне похожими, но совершенно бесполезными пилюлями и ждет, когда у того случится приступ.

- Пока сходится. Это если пилюли, которые ты разгрызла, разные на вкус. Разные? - Я, прищурившись, глянул на рыжую. Та снова чуть приподняла краешки губ. - Окей, значит, если бы не въедливость нашего дока, план Купера мог сработать. А лекарство, что было при себе у Малоуни, которое и не лекарство вовсе, его Купер вытащил у парня из кармана, чтобы не оставлять следов?

- Да, возможно, следов на пузырьке Купер, и правда, не оставил. Хотя, стоило бы попросить доктора снять отпечатки пальцев с обоих пузырьков, на одном из них должны быть отпечатки пальцев Малоуни. Улика, конечно, косвенная...

- Это точно. - Я зажмурился, приложил ладони к своим потяжелевшим вискам и с силой потер их. Слишком зыбко. Строить обвинение, основываясь лишь на вероятной последовательности действий... И вдруг спохватился. - А табак? Откуда взялся табак, да еще тот самый?

- С табаком мы имеем... наверное, имеем еще одну косвенную улику. Вот, - Мод жестом экскурсовода указала на пепельницу. - Пусть Эд повнимательней глянет на перчатку. Думаю, он сможет обнаружить не только частицы табака, но и пепел. Когда Шенон принес кофе и едва не уронил мою чашку, в этот момент никому не было дела до Купера, стоящего у стола с перчаткой в руках.

- Еще одна косвенная улика, - промямлил я. - А что-нибудь посущественней у тебя есть на Купера? - В моем голосе не было отчаянья. Я сам до краев был наполнен отчаяньем, но в голосе... Нет. В этот вопрос я нацедил одну лишь насмешку, столько насмешки, сколько смог.

- Я думаю, попробовать прижать его все-таки можно, - промурлыкала плутовка и мягко улыбнулась, оценив мою жалкую попытку.


- Невероятно! - Нихайосси убрал лупу обратно в футляр. - Мисс Бун, совершенно так, как вы и предполагали, есть незначительные следы пепла, и одна из частиц табака заметно обуглена!

- Отлично, Эд, так и запишите в заключении. Хорошо? - Прервал я восторги дока, потому что в этот момент в дверь протиснулся Купер.

- Сержант, простите, понимаю, наверное, это не в вашей компетенции, но я все же хотел бы спросить, когда будет покончено с формальностями, и я смогу покинуть город? Дело в том, что мне, как можно скорей нужно встретиться с парнями из Уорнер Рекордс, это в Лос-Анжелесе. Голова идет кругом, и...- продюсер в который раз потянулся вытереть пот со лба своим, наверное, уже до нитки промокшим платком.

- Вы позволите? - Я забрал из руки ничего непонимающего Купера клетчатый лоскут величиной с наволочку. Расправил платок, показал его зрителям и осмотрел сам с одной, а затем и с другой стороны, на этот раз примерив на себя роль фокусника. - Док, посмотрите, пожалуйста, нет ли здесь следов оружейного масла? - Сказано это было для публики, два желтоватых пятнышка я и сам приметил. Публика же в лице совершенно взмокшего продюсера уставилась мне прямо в глаза, так что пришлось пояснить. - Рукой в тесной шерстяной перчатке взводить затвор ужасно неудобно. А потом стирать отпечатки пальцев с затвора, тоже неудобно. Другое дело -- протереть платком.


Темно-синее небо, опрокинутое над освещенной прожекторами громадой "Палладиум Холла", пока не могло похвастать обилием звезд. Впрочем, и на земле сегодня звезд поубавилось. Толпа на широких ступенях перед центральным входом концертного зала шумела и поблескивала редкими фотовспышками запоздалых корреспондентов.

- Мистер Андерсен, теперь-то вам уже ничто не помешает доставить бедную, голодную и уставшую девушку в офис прокурора?

Мы отыскали на парковке машину Мод, и хозяйка маленькой красной бестии уже завела двигатель. Я посмотрел на часы -- половина восьмого.

- Нет, мисс Бун, боюсь, у прокурора сегодня и так полно работы. - Я кивнул на смазанные сумерками и расстоянием фигурки людей на ступеньках "Палладиума". - Позвольте мне проводить вас к прокурору завтра утром, скажем, в девять часов. Окей? Это если только вам не требуется защита полиции штата, как важному свидетелю.

- Защита полиции? На ночь? Хм. Вы имеете в виду себя, сержант?

- Нет, лейтенанта Прескотта из семнадцатого участка, - буркнул я и порадовался темноте, позволившей мне скрыть отчаянно покрасневшие уши.

- Перкинса.

- Что?

- Лейтенанта зовут - Джек Перкинс, но об этом болване я и говорить не желаю. Хорошо, пусть будет в девять. - В темноте я не разглядел ее улыбку, заметил только руку. Заметил и осторожно пожал на прощание тонкие пальцы моей рыжей напарницы.