# Клятва Афродиты

Владимир Моисеевич Гурвич

Клятва Афродиты


Часть первая

## Глава 1


Анжелика опаздывала. Она почти кубарем скатилась с лестницы, выскочила из подъезда и изумленно остановилась. Обычно, дабы сократить путь, она бежала через пустырь, вдоль давно готовящегося к сносу почти древнего, как мир, трехэтажного дома. О том, что его должны были снести с поверхности земли, она слышала ровно столько времени, сколько жила по соседству. Но оно шло, а здание все так же зияло пустыми окнами, так как местные мальчишки уже давно выбили все стекла. Правда, буквально в последние дни по окрестности стали упорно распространяться слухи, что заброшенное строение, наконец, снесут. Причем, сделают это с помощью взрыва.

Анжелике стало тогда даже немного грустно, она так привыкла к этому старому дому, мимо которого проходила, как минимум, дважды в день - утром и вечером, что почувствовала жалость к приговоренному к смертной казни зданию. Она вдруг представила, что однажды утром выбежит из своего дома, а оно не будет стоять на своем месте. Ей тогда показалось, что нарушается тот миропорядок, который окружает ее которому она привыкла, из него выпадает одно и не такое уж малозначительное звено.

И вот сегодня, судя по всему, это событие должно было свершится. Весь пустырь перед приговоренным к сносу домом был оцеплен милицией, вокруг него суетились какие-то люди, они тянули кабель. Само собой, разумеется, набежало множество любопытствующих, которые с интересом наблюдали за происходящим. Их отгоняли подальше милиционеры, но они упорно возвращались на прежние позиции.

Анжелика тоже попыталась пробиться поближе, но ее грубо оттолкнул милиционер. У девушки тут же возникло желание ему ответить тем же, продемонстрировать, что она тоже кое-что умеет, но вовремя сдержалась. И даже почувствовала некоторую за себя гордость. Она знала, что природа наградила ее вспыльчивым характером, который уже неоднократно ввергал ее в совершенно ненужные конфликты.

Страж порядка, хотел было повторить свои действия, и оттолкнуть Анжелику еще дальше от эпицентра событий, но, посмотрев на нее, остановился на полпути. Он был совсем молодой парень, вряд ли старше ее.

- Пожалуйста, отойдите подальше, - вместо грубого толчка предупредительно произнес он.

Впрочем, оставаться и наблюдать за тем, как сносят дом, она все равно не собиралась, время на это у нее не оставалось ни минуты. В Финансовой академии, где она училась, с появлением в прошлом году нового ректора, начавшего изнурительную борьбу за дисциплину, были введены драконовские порядки; того, кто опаздывал четыре раза, лишали стипендии. А на ее лицевом счету уже значилось три подобных проступка. И четвертого она никак не могла допустить, так как для нее эти деньги, как бы ни малы они были, значили многое. Хозяин комнаты, которая она снимала, и так грозил ее выселить из-за задержки с оплатой. А где найти такое дешевое жилье, когда оно дорожает едва ли не еженедельно. А тут как назло еще придется делать круг, что отнимет такие драгоценные, почти в прямом смысле на вес золота, лишние минуты. Она-то рассчитывала время в пути, исходя из прежнего расстояния.

Она уже отбежала довольно далеко, как внезапно остановилась, обернулась и в последний раз посмотрела на дом, который через несколько часов должен был навсегда исчезнуть с лица земли.

- До свидания, домик, - негромко произнесла Анжелика. - Когда я вечером вернусь назад, тебя уже здесь не будет. Что делать, такова жизнь, ты честно выполнил свой долг и можешь исчезнуть со спокойно совестью. А вот мне еще только предстоит его выполнить, и я даже не знаю, в чем он состоит.

Анжелика взглянула на часы и охнула. Давно она так сильно не выбивалась из графика. Спасти ее может только отчаянный спринт.

Девушка бросилась бежать со всех ног. И, разумеется, удалясь от старого дома, она не знала, да и не могла знать, что этот день кардинально изменит всю ее жизнь и связана эта перемена будет с этим самым отжившим свой долгий век строением.


## Глава 2


Анжелика, зажатая со всех сторон такими же как и она бедолагами пассажирами, ехала в метро. Она почти не обращала на давку внимания, так как такая ситуация повторялась каждое утро в течение всех пяти лет. Она думала о том, что подходят к концу ее замечательные студенческие годы и совсем скоро выпускная сессия. Но вот что будет дальше, она даже приблизительно не представляла. Останется ли она в Москве, которую так полюбила и к которой уже привыкла за время учебы, или вернется к себе в родной город? А может ее жизнь потечет по третьему, совершенно неведомому варианту? Хотя какой может быть третий вариант? В нее влюбится безумно богатый арабский шейх, увезет в свой гарем в качестве четвертой, зато любимой жены.

Анжелика отлично сознавала, что ничего подобного не случится, потому что не случится никогда, но ей еще в детстве нравилось сочинять самые невероятные истории о своей жизни. Воображение у нее всегда было богатое, причем, иногда распалялось столь сильно, что пугало ее саму, так как предлагала такие варианты ее судьбы, что становилось немного не по себе.

Впрочем, Анжелика немного лукавила, что ее ближайшее будущее покрыто таким же мраком, как ночная долина. По крайней мере, что касается ее семейной жизни ясность, если не полная, но все же имеется. Скорей всего, как только они получат дипломы, Николай сделает ей предложение. И она вряд ли ему откажет. Их ужа давно связывают тесные отношения, сначала дружеские, плавно перешедшие в любовную связь. Год назад он уже предлагал соединить их судьбы брачными узами, но она, к некоторому своему удивлению, отказалась. Причем, удивилась не только она и не только, он, так как не сомневался, что Анжелика ответит согласием. Ведь абсолютно все к этому шло. Пришел в изумление весь курс, так как все учившиеся на нем парни давно смирились с тем, что самая красивая девушка академии принадлежит Николаю, а потому с некоторых пор больше совершали никаких поползновений попытать свое счастье.

Но что-то помешало тогда Анжелике принять предложение, какая-то неведомая сила остановила ее у последней черты. У нее возникло смутное ощущение, что надо подождать, что, может быть, ее поджидает совсем иная судьба. Ей вдруг стало страшно от того, что, дав согласие, она закроет для себя какой-то очень важный путь, превратит свою жизнь в скучную обыденность, не изведает того, что предназначено ей изведать. И дело заключалось даже не столько в самом претенденте на ее руку, а в ней самой, в глубоко скрытой подсознательной уверенности, что человек, который станет ее судьбой, еще не появился на ее горизонте.

Тогда, чтобы утешить Николая и чтобы успокоить растревоженный неожиданным отказом улей своей души, она почти поклялась, что выйдет за него замуж сразу же после окончания академии. И вот этот момент необратимо приближается.

Анжелика сама не понимала, что такое с ней сегодня происходит, почему так вдруг стало тревожно на душе. Разве она сама не хочет выйти замуж за Николая, лучше и вернее мужа во всей Вселенной просто не существует. Все подруги завидуют ей, такого парня: сильного, умного, преданного в нынешние времена найти почти невозможно. Да и будущее у него в отличие от ее будущего проглядывают гораздо отчетливей. После того, как он стал призером чемпионата страны по дзюдо, его пригласили кандидатом в сборную. И если его утвердят, он поедет на европейское, а затем не исключено и на мировое первенство. А это карьера, деньги, известность, прочное положение в обществе. Чего еще надо, чтобы встретить старость, как шутливо выражается Николай.

Поток пассажиров вынес ее из вагона и тем самым прервал другой поток - ее мыслей. Она почувствовала облегчение, так как чем дальше она погружалась в них, тем тревожней становилось на душе, чем запутанней выглядела ситуацию. Все вроде бы хорошо и все не так хорошо. Как выплыть из этого непонятного водоворота?

И все же как не спешила она к началу занятий, из-за задержки возле сносимого дома, она опоздала. Дежурный преподаватель взял ее студенческий билет, записал фамилию. Анжелика пыталась оправдаться, пустила в ход всю мощь своего обаяния, но ничего не помогло, он не меньше, чем она за свою стипендию, боялся за свое место в академии. Поникшая, она побрела в аудиторию. Что теперь делать она не представляла, денег заплатить за комнату в этом месяце она скорей всего не наскребет. А то, что высылала мама, ей не хватит, а больше она никак не может, ей самой в обрез. Коля тоже не поможет, у него с деньгами ничуть не лучше, его самому грозят выставить из общежития. Это когда он еще будет зарабатывать много, а пока тоже едва сводит концы с концами.

До чего же она ненавидит бедность. Сколько себя помнит, она преследовала ее, как настырный шмель. После того, как ее отец растворился в неизвестном направлении, мама так и не сумела вырваться из нищеты. Правда, вокруг нее вился целый рой мужчин, готовый предложить молодой красавице не только руку и сердце, но и свой кошелек. Но напуганная первым неудачным браком, она так и не сумела ни на ком остановиться, у всех она подозревала корысть и неискренность. Так и жили они вдвоем, едва сводя концы с концами. И намерение поступить именно в Финансовую академию родилось у Анжелики именно из-за желания научиться зарабатывать деньги в таком количестве, чтобы никогда не испытывать в них нужду. Но пока изучаемые ей науки в этом плане ощутимого результата не принесли.

Анжелика вошла в аудиторию, попросила разрешение занять места и, как обычно, села рядом с Николаем. Он сразу по ее виду понял: что-то произошло.

- Тебя застукали?

Анжелика кивнула головой.

- В четвертый раз?

Она снова подтвердила кивком.

- Плохо, - констатировал он.

Это было настолько очевидно, что она даже не стала на этот раз кивать головой. Она знала, что при всем своем огромном желании ее возлюбленный никак сейчас не сможет ей помочь, а, следовательно, она должна искать выход самостоятельно. Что же, придется придумать, как поступить. В конце концов, это далеко не в первый раз она попадает в такую патовую ситуацию. И пока всегда находился какой-нибудь выход. Она даже вывела для себя теорию: если не падать духом, то решение проблемы появляется как бы само собой, словно чья-то таинственная рука бросает ей спасательный круг. Вопрос в том, как не упасть духом до того момента, как он появится, иногда соблазн это сделать, настолько велик, что удержаться от него крайне трудно.

После занятий они поехали с Николаем на тренировку. В академии им так и не удалось по-настоящему обсудить возникшую ситуацию, однокурсники ни на минуту не оставляли их наедине. Да и график занятий был очень интенсивным. Но сейчас она вдруг поймала себя на том, что ей совсем не хочется вести этот разговор. Какой в нем смысл, если помочь ей все равно некому.

- Что ты собираешься делать? - спросил Николай.

- Не знаю, - постаралась придать своему голосу как можно больше беззаботности Анжелика. - Что-нибудь придумаю.

- Нам будет гораздо легче, если мы все горести будет делить пополам. Я заметил в последнее время, ты никогда не хочешь принять моей помощи, все вопросы пытаешься решать самостоятельно. Но это глупо, зачем усложнять себе жизнь.

В самом деле, зачем, подумала Анжелика. Но почему-то она уверена, что поступает абсолютно правильно. Иногда случаются моменты, когда жизнь надо именно усложнять.

- А давай прямо сейчас пойдем и подадим заявление в ЗАГС. И ты переедешь ко мне. Вот и решиться этот злополучный вопрос.

- А куда ты денешь Валеру?

- Попрошу куда-нибудь переехать, у него много друзей. Перекантуется. Если он друг, поймет.

- Нет, я так не хочу.

- Но почему? Ведь все уже решено. Разве не все равно когда это случится, сейчас или через пару месяцев?

- Мы с тобой обо всем договорились, зачем поднимать снова этот вопрос, - с досадой произнесла Анжелика. Она вдруг ясно почувствовала, что настойчивость Николая ее раздражает.

Николай огорченно посмотрел на нее.

- Мне иногда кажется, что я тебя не понимаю. Столько лет знаю, а вот какая-то часть тебя ускользает от меня.

"От меня - тоже" - , подумала она.

- Ты просто торопишься, хочешь, чтобы мы скорей бы поженились. Вот тебе и кажется, что я какая-то не такая.

- Да нет, - задумчиво проговорил Николай. - иногда мне кажется, что я тебе совершенно не понимаю. Хотя мы знакомы уже долго. Ты думаешь о чем-то своем, и меня не пускаешь в эти свои мысли.

- Ни о чем я не думаю и всегда рассказываю тебе о своих мыслях. Просто тебе не всегда они нравятся. Понимаешь, с тех пор, как я уехала из дома, то привыкла быть самостоятельной, самой принимать все решения. В первое время мне вообще было не с кем посоветоваться. А ты знаешь, что мне приходилось вести круговую оборону, не помню ни одного мужчину, кто бы спокойно прошел мимо меня.

- Кто же виноват, что Бог сделал тебя такой красивой.

- Никто, - вздохнула Анжелика, - да я никого и не виню. Но только это не так-то просто все выдерживать. Вот мне и хочется быть точно уверенной, что я вызываю интерес у человека не только потому, что ему нравится моя внешность. Я почему-то никогда не придавала ей большого значения. До некоторого возраста мне даже казалось, что все такие, как я, и я ничем не выделяюсь. В повседневной жизни я даже не задумываюсь об этом.

- Зато другие задумываются.

- Но что я могу поделать. Вот поэтому я и хочу, чтобы между нами не было бы никаких недоразумений, недомолвок.

- Но неужели ты считаешь, что меня привлекает только твоя великолепная внешность.

- Нет, но это нужно мне. Я должна быть уверена не только в тебе, но и в себе.

- Ты не уверена в своих чувствах? - воскликнул Николай.

Анжелика посмотрела на его статную высокую фигуру и едва слышно вздохнула. И почему именно этот разговор возник именно сегодня, когда она совсем не настроена на него. У нее слишком много иных забот.

- Я уверена в своих чувствах, но я не уверена, что сумею надолго их сохранить. Я должна на все сто процентов убедиться, что ты любишь меня не только за красивое лицо и стройную фигуру.

- И ты еще не убедилась? Ну, знаешь!.. - возмущенно проговорил молодой человек.

Анжелика поняла, что переборщила, и что вообще запуталась и в своих чувствах и в попытках их выразить словами. Пройдет совсем немного времени - и они поженятся. Таково неизбежное течение событий, противостоять которому она не в силах, да и не хочет. Но это случится не сейчас, а позднее. И она очень надеется, что к тому моменту будет гораздо более готова к таким переменам судьбы.

- Не сердись, - ласково дотронулась она до плеча Николая. - Вот увидишь. Все будет у нас хорошо. Просто каждый овощ надо есть тогда, когда он созреет. А если его есть даже немного не спелым, все равно будет не вкусно. И вообще, это вредно для организма. А нам осталось подождать еще совсем немного до того момента, когда можно будет его сорвать с грядки.

Они одновременно посмотрели друг на друга, и, не сговариваясь, потянулись друг к другу. Они поцеловались прямо на улице под взглядами любопытных прохожих. Но это их совершенно не смущало.

Они спустились в метро и больше на эту тему не разговаривали.

Приехав в спортивный клуб, они разделились, Николай отправился на мужскую половину, Анжелика - на женскую.

Она приняла душ, переоделась в кимоно и вышла в спортивный зал. Она села на скамейку и стала наблюдать за поединками мужчин. Ей очень нравился этот вид спорта, хотя заниматься им стала случайно. Вернее, не совсем случайно, так получилось, что необходимость и случайность совпали в едином порыве. С класса седьмого ей не стали давать проходу мальчишки, в том числе и гораздо старше ее. Особенно один, который почти не скрывал своих намерений. Он учился в десятом классе, отличался большой силой, и про него девчонки со смешанным ужасом и восторгом рассказывали, что он уже изнасиловал нескольких одноклассниц.

Заметив, что на клумбе расцвел очень красивый цветок, он решил непременно его сорвать. И почти открыто объявил Анжелике о своих намерениях. Его все так боялись, что никто не рисковал ее защищать. И вот тогда она случайно увидела объявление о том, что при местном Дворце культуры начинает работать секция женского дзюдо. И Анжелика с отчаяния решила записаться.

Руководителем секции оказался средних лет мужчина, невысокий и на вид не слишком сильный. Но почему-то у них почти сразу же возникли доверительные отношения. И однажды она, после того, как едва спаслась от преследующего ее насильника, поведала учителю о приведшей ее сюда истиной причине.

"Я научу тебя несколько приемам, - пообещал он. - Только придется провести дополнительные занятия. Иначе можем не успеть".

Невольно у нее возникли подозрения: а не хочет ли и он воспользоваться благоприятной ситуацией? Но выбора не было, и Анжелика согласилась.

На ее счастье таких намерений у учителя не было, зато он стал давать ей интенсивные дополнительные уроки. От природы Анжелика была щедро наделана ловкостью, гибкостью и хорошей реакцией, а потому быстро и легко усваивала азы новой для себя науки. За несколько занятий тренер научил ее использовать приемы, которые могли бы ей пригодится в случае нападения.

И это случай продемонстрировать новые обретенные навыки представился совсем скоро. Она возвращалась с тренировки вечером, фонарей в городе было очень мало, да и то их зажигали в основном по праздникам, а потому на улице полной госпоже чувствовала себя кромешная мгла. И когда из-за угла вынырнул ее враг, девочка не сразу поняла, что настал час испытания.

На улице не было ни души, убегать было тоже бессмысленно, так как парень бегал гораздо быстрей. Оставалось принять сражение.

Он не случайно подкараулил Анжелику в этом месте, судя по всему, готовился к нападению давно и тщательно. Неподалеку располагался чей-то сарай, дверь в который он заранее открыл, сломав для этого замок. Схватив девушку за руку, он грубо поволок ее туда.

В сарае лежало сено. Это было обычным делом, так как многие в их городе держали скотину. Особенно в этом районе, застроенном частными домами.

Парень втащил ее в сарай. Его лицо хищно улыбалось в предвкушение предстоящего удовольствия.

- Сама разденешься или тебе помочь? - предложил он ей на выбор два варианта.

Анжелика постаралась успокоиться, вспоминая наставления своего учителя. В ее ушах зазвучали его слова: "Преимущество всегда имеет тот, кто сохраняет спокойствие духа, страх парализует, делает беззащитным, даже того, кто умеет защищаться".

- Помоги мне, - соблазнительно улыбнулась Анжелика.

Парень, удивленный ее неожиданной покладистостью, недоверчиво посмотрел на нее, затем вдруг довольно загоготал.

- А ты, молодец, знаешь, что надо делать. А то некоторые дуры сопротивляются, кусаются, царапаются. А зачем? - Он подмигнул ей. - Сейчас мы с тобой словим большой кайф.

Он спокойно, по-хозяйски подошел к ней и провел рукой по только начавшейся формироваться груди.

Анжелика снова ему улыбнулась. Перед ее глазами промелькнула последняя тренировка, когда они с учителем отрабатывали этот прием.

Анжелика сделала шаг вперед, подсекла парню ногу и резко толкнула вперед. Тот упал, словно куль. Он лежал, вытаращив от изумления глаза.

- Ты чего? - спросил он.

- Вставай, - улыбнулась самой дружеской улыбкой ему Анжелика.

Она вдруг почувствовала уверенность в своих силах, этот крепкий парень, выше ее на целую голову больше не представлял для нее угрозы. Она протянула ему руку, помогая встать.

- Ты чего? - повторил он свой вопрос, снова оказавшись на ногах.

- Это такая игра, - пояснила Анжелика. - Ты разве не знаешь?

- А, тогда понятно, - с сомнением протянул он и снова потянулся к ее груди.

Анжелика перехватила его руку, легла на спину, уперлась ногой ему в грудь и что есть силы перекинула его через себя. Сделала все точно так, как учил ее тренер.

На этот раз парень, кажется, понял, что с ним уже не играют. Он быстро вскочил на ноги и, с перекошенным от ярости лицом, бросился на нее. Но Анжелика была готова к такому развитию событий, она сделала шаг в сторону, он пробежал мимо, но девушка успела подставить ногу, и насильник снова упал. Только на этот раз не очень удачно, так как разбил нос.

Боль и кровь усилили в нем ярость.

- Ты у меня сейчас, сучка, получишь за все! - в бешенстве закричал он.

Он бросился на девушку, но она, уверенная в своих силах, спокойно ждала нападения. Она ясно видела, насколько прав ее учитель, говоря о том, что преимущество имеет тот, кто сохраняет присутствие духа. Ее, охваченный яростью противник, почти не контролировал свои движения.

Парень размахнулся кулаком, метя ей в лицо. Анжелика поймала его руку, а затем резким движением завела ее ему за спину, проводя болевой прием. Тот снова завопил, но теперь уже не только от ярости, но и от боли. Но Анжелика не обратила на это ровно никакого внимания, ей ни капельки не было жалко этого негодяя. Она поймала его на бедро и бросила вперед. Парень в очередной раз шлепнулся на пол. Не будь он покрыт толстым слоем сена, без переломов ему бы в тот вечер не обойтись.

Парень лежал на сене и не поднимался. Его плечи вздрагивали от овладевшей им бессильной ярости. Несколько секунд Анжелика наблюдала за ним, не предпримет ли он очередной попытки нападения, но ему явно было не того.

- Пока, - бросила ему Анжелика и вышла из сарая.

Никогда еще она не чувствовала такой гордости, такой уверенности в собственных силах. На душе было необычно ясно и легко. Тот гнет страха, под прессом которого она жила все последнее время, исчез, растворился в ночном мраке. И теперь она ничего не боялась. Она поняла простую истину, что человек на самом деле гораздо сильней и защищенней, чем она это себе представляла до сих пор. Только надо всему учиться. И не только борьбе.

Анжелика наблюдала за поединком Николая со своим соперником. Она был рада, что в последнее время его спортивные дела пошли явно в гору. И как знать, может быть, он станет совсем скоро чемпионом Европы или даже мира. Все тренеры, у которых она занималась, тоже предрекали ей большое будущее, но для этого требовалось практическим отказаться от серьезной учебы и посвятить всю себя спорту. Она долго колебалась и все же выбрала учебу в академии. Защищать себя от насилия она уже научилась, теперь надо было освоить науку, как навсегда изгнать из жизни бедность и нужду. А вот пока на этом поприще ее успехи были несравненно скромней.

Тренер - Василий Юрьевич - сделал ей жест, призывая приступить к тренировке. Когда она только пришла на занятия в спортклуб, он сразу же положил на нее глаз. Пришлось дать отпор. Она даже хотела уйти, но он сумел смирить свою гордыню и упросил остаться, обещая, что ничего подобного больше не повториться. И сдержал свое обещание.

Однако теперь у них возник новый конфликт. Тренер хотел выставить ее на соревнования, Анжелика отказывалась. На носу были выпускные экзамены, и она хотела получить диплом с отличием. Больше всего ее сейчас волновал вопрос, где она будет работать после окончания академии, а не участие в первенстве страны. Она всегда доверяла своему чутью, а оно ей нашептывало, что это не ее путь. Вот только бы знать, какой ее. Год шел за годом, а она так и не могла отгадать эту загадку. Правда пока она училась, ее это волновало не очень сильно. Но сейчас, когда буквально через пару месяцев предстояло начать вольную жизнь, все резко менялось.

По тому, как посматривал на нее Василий Юрьевич, Анжелика догадывалась, что он и сегодня будет уговаривать ее принять участие в отборочном турнире. У них уже прошло несколько раундов подобных переговоров, и все они закончились ничем, стороны остались на прежних позициях. И сейчас она с тоской думала о неизбежном возобновлении этих бесплодных дискуссий. Анжелика давно уже поняла, что никто не может спокойно пройти мимо нее, все хотят как-то отметиться в ее жизни, любым способом удержать ее в своей орбите. Причем, многие об этом даже не догадываются, у них это желание автоматически срабатывает на подсознательном уровне. Но раз уж такая у нее судьба, то придется отбиваться.

В этот момент Николай эффектным приемом бросил соперника на лопатки и затем, навалившись на него, заставил капитулировать. Какой же он молодец, подумала Анжелика, если бы он начал заниматься не столь поздно, давно бы добился в спорте всего. Но он, как и она, из маленького городка, где нет настоящих спортклубов и хороших тренеров, способных дать своим ученикам путевку в большой спорт. Вот и приходится наверстывать упущенное. И не только в дзюдо.

После разминки начался поединок. Анжелики нравилась борьба, причем, гораздо больше, чем результат, удовольствие доставлял сам процесс. Обмануть соперницу, провести прием, заставить капитулировать, почувствовать свое превосходство - именно ради этого, хотя и не только ради этого, снова и снова выходила она на татами. Хотя учеба забирала с каждым курсом все больше времени, она все же не бросала свои занятия. Без них ей казалось, что чего-то не хватает. И она всегда с великой благодарностью вспоминала своего первому учителя, навсегда привившего ей любовь к единоборствам и показавший путь обретения большей устойчивости в жизни.

После тренировки Василий Юрьевич попросил Анжелику зайти к нему в кабинет. Это была небольшая комната с черным кожаным диваном. Заходя сюда, она невольно вспоминала ту единственную попытку овладеть ею, когда тренер, зазвав под каким-то предлогом ее сюда, после недолгих уговоров попытался повалить ее на это не слишком удобное для таких дел ложе. Теперь же вполне мирно они расположились на нем рядом.

- Я составляю список участников от нашего спортивного общества на отборочный турнир, - сообщил Василий Юрьевич. - Еще раз спрашиваю: вносить ли твое имя? У тебя хорошие шансы выйти в финал.

- Я уже говорила, что не стану участвовать, - негромко ответила она.

Тренер задумчиво посмотрел на нее.

- Ты понимаешь, что для тебя это последний шанс попасть в большой спорт, больше его не будет. Ты как раз в том возрасте, когда спортсмен либо добивается успеха, либо навсегда сходит с дистанции. Ты сейчас окончательно выбираешь, будешь ли в большом спорте или дорога в него окончательно для тебя закрывается.

- Я понимаю, но я уже решила. Спорт - это не для меня.

- А что для тебя?

- Еще не знаю. Но то, что способен мне дать спорт, мне не очень интересно.

- Мне жаль, я надеялся до последнего момента, что ты переменишь решение. Но ты понимаешь, что после летних каникул, тебе придется уйти из спортклуба. Не только я, но и его руководство ставило на тебя и теперь оно будет сильно недовольно. Потрачено не только время, но и немалые деньги.

- Я сожалею, что не оправдала ваших надежд, но это мое окончательное решение. Мне не хочется уходить, но если иного выхода нет, я уйду.

- Ладно, может быть, удастся уговорить тебя оставить, - пробормотал Василий Юрьевич, не смотря на нее. То, что никто не стал бы делать для других, делают для тебя. Иди.

У выхода из спортклуба ее поджидал Николай.

- Уговаривал? - спросил он.

- Да.

- Не уговорил?

- Нет.

- Жаль.

- Почему?

- Потому что если ты не будешь по-настоящему заниматься спортом, наши пути непременно разойдутся.

- Не обязательно, - возразила Анжелика.

- Может быть, - согласился Николай, но в его голосе не прозвучало уверенности.

- Пойми, спорт - это не для меня, - повторила она свой тезис.

Николай ничего не ответил, и несколько минут они молчали. Она чувствовал, что он недоволен ее решением.

- Поедем ко мне, - вдруг предложил он.

Анжелика быстро взглянула на Николая.

- А Валера?

- Он заявится только поздно вечером.

- Ты его об этом попросил?

Николай кивнул головой.

Анжелике сегодня не хотелось ехать к нему, ее волновали совсем другие чувства и желания, но она понимала, что ее отказ еще больше огорчит и обидит Николая.

- Хорошо, едим.

Она увидела, как мгновенно повеселел он.

Было уже поздно, когда она возвращалась домой. После занятий любовью тело было легким и бодрым, и она даже удивлялась тому, что не хотела ехать к Николаю. Сегодня он превзошел самого себя, и никак не желал ее отпускать. Да она бы с удовольствием осталась, даже несмотря на то, что вот-вот должен был появиться его сосед по комнате - Валерка. Такое уже случалось, когда они ночевали втроем. Валера, чтобы не слышать, чем они занимаются ночью, клал подушку на голову и спокойно засыпал. Но сегодня она должна была еще позаниматься, завтра ей предстояло сдать зачет. И хотя она была в целом уверенна в своих знаниях, рисковать не собиралась. Пусть часика два, но она обязательно посидит над книгами.

Она подошла к пустырю, на окраине которого еще утром стоял дом. Теперь на этом месте лежала лишь высокая груда строительного мусора, которого не успели еще вывести.

Анжелика остановилась, она снова почувствовала жалость к дому, столько лет стоял он на этом месте, и вот сегодня все для него закончилось. Так все и в жизни, сколько бы отношения между людьми не длились, однажды они завершатся. Почему-то она подумала о Николае.

Внезапно ее внимание привлекла находившаяся на пустыре машина. Анжелика неплохо разбиралась в марках и сразу определила, что это "BMW". Рядом с автомобилем стоял мужчина. Он смотрел на дом, вернее на то место, где еще утром он возвышался, и курил. Что-то странное показалось в его фигуре, хотя, что именно, она сказать не могла. Почему-то от этого человека на нее повеяло грустью.

Анжелика, сама не зная, почему стала наблюдать за ним. Мужчина подошел к груде строительного мусора, стал копаться в нем. Она знала, что когда еще стоял дом, его часто навещали бродяги и нищие в надежде найти какие-нибудь брошенные пожитки, оставшиеся от прежних жильцов. Но этот человек в дорогом модном костюме меньше всего походил на бомжа. Что же ему тут надо?

Внезапно появилась троица парней. Анжелика даже не заметила, с какой стороны они пришли. Но почему-то их вид, их развинченные походки сразу же вызвали у нее настороженность.

Этот район, если и был чем-то славен, то высоким уровнем преступности и хулиганства. Когда-то эта была пролетарская московская окраина, где селилась в основном голытьба. И приличный люд предпочитал сюда без особой нужды не хаживать. С тех пор прошло очень много лет, но тут по-прежнему проживала преимущественно беднота. И ватаги полуголодных, не знающих чем занять себя подростков, сбивались в многочисленные хищные стаи и наводили страх на окрестных жителей. Анжелика потому и поселилась здесь, что арендная плата из-за плохой репутацией района была едва ли не самой низкой в городе.

Она поняла: появление столь редкой в этих краях такой дорогой машины не могло пройти незамеченной местным хулиганьем. Ее охватило предчувствие, что предстоящая встреча двух миров миром не завершится.

На всякий случай она двинулась вслед за парнями. Те уже почти вплотную подошли к мужчине. Но тот то ли не замечал их приближение, то ли не обращал на них ни малейшего внимания.

- Эй, закурить не найдется? - произнес один из парней классическую фразу всех хулиганов.

Мужчина мельком взглянул на компанию и снова занялся прежним делом.

Такая реакция явно не понравилась компании. Было видно, как с каждой секундой нарастает в ней агрессия.

- Нас, кажется, не слышат. Это очень странно, - произнес тот же парень, скорей всего предводитель компании.

- Наверное, надо попросить по громче, - посоветовал другой. - Скорей всего он глухой.

- Ты так думаешь. Ладно, попробуем. - Парень почти в уху незнакомца вдруг закричал: - Эй, фраер, закурить не найдешь?

Но мужчина даже не вздрогнул, он вообще не сделал ни малейшего движения, словно бы и не слышал рядом с собой крика.

Анжелику все больше удивляло его поведения. Мужчина не мог не понимать, что происходит и чем это ему грозит. Но почему он тогда так странно себя ведет?

Она поспешила к нему на помощь.

- Ребята, оставьте человека в покое, - попросила она.

Это неожиданное вмешательство повергло всю компанию в настоящий шок.

- Что хочет эта цыпочка? - ни к кому конкретно не обращаюсь, произнес предводитель.

- Мне, кажется, она хочет поиметь сразу нас троих. И тонко намекает на это обстоятельство, - пояснил один из них.

- Желание дамы - закон для мужчин. Надо ее уважить. Вот только ей придется чуток подождать, пока мы разберемся с этим пижоном.

Мужчина, наконец, встал, но к удивлению Анжелике он смотрел не на откровенно угрожающую ему шпану, а на нее. Но при этом по-прежнему не только молчал, но не делал никаких попыток как-то защитить себя.

- Так ты угостишь этих отличных ребят сигареткой? - вновь поинтересовался предводитель.

И снова в ответ он ничего не услышал.

- У нас не любят таких невежливых, - произнес предводитель. - Придется, дать ему урок вежливости.

Как по команде парни приняли боевые стойки.

- Ребята, оставьте в покое человека, - вновь попросила Анжелика, ставя сумку на землю.

- Ты потерпи, мы тобой займемся чуть позже, зато получишь удовольствия сполна, - пообещал предводитель. - Вот только разберемся с этим пижоном.

Он было двинулся на мужчину, но на его пути вдруг выросла Анжелика.

- Да я вижу ты нетерпеливая. Я ж тебе сказал, малышка, постой в сторонке, твоя очередь придет попозже.

Он попытался отпихнуть девушку, но она схватила его за руку и вывернула назад.

- Ты что делаешь, очумела, отпусти, больно же.

Анжелика отпустила. Парень тут же попытался ударить ее, но она была готова к такому развитию событий, перехватив его руку, затем подсела под него и бросила через плечо.

Это стало сигналом к нападению на Анжелику двух других парней. Одного из них она вывела из строя точным ударом в пах, однако другой оказался более подготовленным. Он попытался зайти ей за спину, но Анжелика в самый последний момент резко повернулась к нему и упала на землю. Его нога просвистела над ее головой, она тут же вскочила, схватила его за ступню и резко толкнула вперед.

Все три противника лежали поверженными на земле. Анжелика уже была готова торжествовать, как в этот момент ожил предводитель. Из кармана он извлек нож и двинулся на девушку.

Анжелика ждала, когда он приблизится, затем сделала ложный выпад вперед. Это привело парня в растерянность, девушка изо всех сил ударила ногой по сжимающей руке нож. Он упал на строительный мусор, она же сев на одну ногу, другой подсекла агрессора под колено. Он рухнул, как подкошенный. Анжелика прыгнула ему на спину и завела руку назад.

- Отпусти! - заорал он.

- А ты уберешься вместе со своими подонками отсюда? - спросила Анжелика.

- Да.

- Тогда проваливайте.

Анжелика ослабила хватку, затем встала. Парней не надо было больше упрашивать, чтобы исчезнуть, им понадобилось всего несколько секунд.

Анжелика наконец обернулась к спасенному им мужчине. И только сейчас поняла, что пока она расправлялась с этой далеко не святой троицей, он ничего не предпринимал, дабы ей помочь, а наблюдал за всем происходящем, как футбольный болельщик за матчем, с трибуны.

Мужчина неожиданно стал ей аплодировать. Анжелика же почувствовала раздражение, он что считает, что только что присутствовал на спектакле или на показательном бое? А ведь ее могли по-настоящему убить. Что за странный тип?

- Это было великолепно, я получил истинное наслаждение, наблюдая за тем, как вы расправлялись с этими типами, - произнес он.

- Эти типы могли с вами сделать все, что угодно, - возразила Анжелика.

- Не думаю, я всегда хорошо умею оценивать противников, эти идиоты не представляли никакой опасности. И все же вы были великолепны. Вы занимаетесь борьбой?

- Да, - буркнула девушка. - А вам не кажется, что вы должны были мне помочь. А вдруг со мной что-нибудь случилось. Один из них полез на меня с ножом.

- Нет, не кажется. Я с первых секунд увидел, что вы справитесь одна. А один из моих принципов гласит: никогда не приходи на помощь тому, кто сам способен справиться с решением своего вопроса.

- И много у вас еще принципов?

- Не много, но кое-что в загашнике есть, - засмеялся мужчина. - Знаете, вы мне очень нравитесь. Таких красивые, как вы, встречаются так же редко, как полукилограммовые слитки золота. А я, поверьте, кое что понимаю в этих делах. Впрочем, я сознаю, что подобными заявлениями вас трудно удивить, убежден, что немало мужчин говорили вам то же самое. А вот деретесь вы недостаточно профессионально, тот парень с ножом будь он порасторопней, вполне мог бы вас проткнуть. Он слишком долго собирался с ударом.

- А если бы он собрался быстрей, вы бы тоже стояли и смотрели?

- Думаю, тогда бы я поступил на основе другого принципа: если человек нуждается в помощи, надо оказывать ее, не задумываясь.

- Если я вас правильно поняла, то я напрасно ввязалась в это дело, вы бы и сами за себя постояли, - произнесла Анжелика.

- Совершенно верно, когда я взглянул на этих, как вы их справедливо назвали, подонков, то никакой опасности для себя не увидел. Так, обычная шпана, обкуренная и опившаяся. Они и ударить, как следует, не в состоянии. Но все равно я вам очень благодарен за это восхитительное зрелище. Когда красивая девушка еще и такая смелая, это стоит того, чтобы посмотреть. Честно говоря, я бы с удовольствием повторил эту сцену. Как жаль, что она не снята на пленку.

- В самом деле, жаль, - пробормотала Анжелика, сбитая с толку этими несколько странными речами. Ничего подобного она не ожидала услышать, если быть честной, то надеялась, что спасенный ею мужчина припадет с глубокой благодарностью к ее стопам. А он, если и припадает, но как-то уж слишком необычно.

- Могу я узнать, как вас зовут? - вдруг спросил мужчина.

- Анжелика, - после небольшого колебания представилась она. - А вас?

- Игорь Евгеньевич.

- А можно узнать, что вы тут делали, да еще в такой час?

Несколько мгновений он молчал, словно раздумывая, стоит ли говорить на эту тему.

- Я родился в этом доме, - вдруг сказал он. - И здесь жили мои родители до самой смерти. Я знал, что он предназначен на снос - и все хотел прийти посмотреть на него в последний раз. Да все было некогда. И вот сейчас приехал. Ну а что от него осталось, вы видите.

- Его снесли сегодня утром, - сообщила Анжелика.

- Я знаю, опоздал всего на несколько часов. А такое ощущение, что на целую жизнь.

- Я вам сочувствую.

Мужчина неопределенно кивнул головой.

- Может, это и к лучшему, - вдруг сказал он, - сентиментальность мешает жить, уводит в сторону от основного пути. Хотя избавиться от нее бывает трудно.

- А нужно ли избавляться?

Мужчина с интересом посмотрел на нее.

- Любопытный у нас с вами завязывается разговор. Вы задали мне вопрос, над ответом на который я бьюсь уже не первый год. Как выясняется, труднее всего найти ответы на самые простые вопросы. А как у вас с этим?

- У меня с этим тоже большие трудности.

- Мною владеет чувство, что между нами много общего.

Анжелика благоразумно промолчала. Ей было трудно сейчас понять, какие чувства она испытывает. Возникшая в первые минуты неприязнь к этому человеку сменилось на что-то другое, но на что именно определить она не могла.

- Может быть, вас подвезти? - вдруг предложил Игорь Евгеньевич.

- Спасибо, но я живу вон в том доме, - показала она на дом.

- Когда-то здесь жили мои друзья, с кем я играл в детстве. Но их уже давно там нет. И все же жаль, что вас не надо подвозить. Знаете, Анжелика, мне очень хочется снова с вами встретиться. У меня на вас большие планы.

- Но мы с вами знакомы всего пятнадцать минут. Как вы можете так говорить.

- Какое имеет значение время, особенно с тех пор, как старик Эйнштейн доказал его относительность. На самом деле, мы оба понятия не имеем, как давно мы знакомы.

- Это очень удобный способ пригласить меня на свидание, - парировала Анжелика.

- Вы правы, но речь в данном случае идет не о свидание.

- Тогда о чем же?

- О реализации моих планов в отношении вас и самого себя.

- Я начинаю жалеть о том, что не прошла мимо этой небольшой стычки.

- Не жалейте, никто не знает, что сулит нам любая встреча. Не стоит пренебрегать шансом, который может больше никогда не представится.

- Это звучит почти как угроза.

- Давайте оставим эти бессмысленные препирательства. В любом случае с моей стороны вам ничего не угрожает. Я не насилую женщин.

- Хочется надеяться, - насмешливо произнесла Анжелика.

- В таком случае не вижу препятствий, почему бы вам не одарить меня своим телефоном.

В самом деле, таких препятствий нет, мысленно подвела черту под разговором Анжелика.

- Пожалуйста, можете записать, - пожала она плечами, словно бы говоря: я не очень-то и хочу, но раз вы настаиваете, то почему бы и не дать телефон.

- Говорите, я запомню.

Девушка продиктовала номер.

- А это мой номер телефона, - протянул он визитку.

Анжелика не глядя ее, положили в карман.

- До свидания, - попрощался мужчина, направляясь к автомобилю. - Очень рад знакомству. Почти не сомневаюсь, что скоро увидимся.

Он сел в машину и быстро уехал. Анжелика проводила взглядом автомобиль и заспешила к своему дому.

Когда она вошла в свою комнату, то первым делом достала визитку и прочла: "Вольпин Игорь Евгеньевич". И номер мобильного телефона. Ни должности, ни место работы указано не было.

Ну и ладно, ей-то какое дело, она не собирается ему звонить. Правда, это вовсе не означает, что если он позвонит ей сам, она не примет его приглашения куда-нибудь сходить. Впрочем, сейчас Анжелика была не намерена думать на эту тему, ее уже давно ждали учебники и конспекты.


## Глава 3


Вопрос о том, где достать денег, становился все острей даже не с каждым днем, а с каждой минутой, стремительный бег которых с неудержимой скоростью приближал ее к тому моменту, когда она обязана была платить за комнату. Ее хозяин, раздраженный жизненными неудачами сорокалетний мужчина, требовал от нее, чтобы она неукоснительно соблюдала график платежа. Анжелика прекрасно понимала. вы чем причина в такой неуступчивости, но ничего изменить не могла.

А все началось с того момента, когда Анжелика в поисках жилища заглянула по объявлению в этот осыпающийся дом. Увидев зашедшую в эти трущобы красавицу, хозяин комнаты онемел от изумления. И почти сразу предложил освободить ее от платы за предоставление определенного рода услуг. Анжелика с возмущением отказалась и уже было собралась навсегда покинуть эту коммунальную, пахнущую прокисшими щами квартиру и с дохлыми тараканами в коридоре квартиру, как он вдруг бросился к ней с предложением снять эту конуру столь дешево, что девушка не нашла в себе силы отказаться. Единственным условием, который он выставил, заключалась в том, что она не должна была приглашать и особенно оставлять на ночь мужчин. Анжелика легко согласилась, тем более в тот момент никого у нее не было. Затем, когда появился Николай, это обязательство стало ей мешать, но она ни разу не нарушила его. Она вообще не любила нарушать свои обещания, к тому же боялась, что соседка донесет на нее, и он откажет ей в этом пристанище. А за такую цену ей ни за что не найти другого, даже столь же мерзкого.

Но сейчас возникла вполне реальная угроза, когда она могла лишиться и этого уголка. Анжелика постоянно думала, что же ей делать, где раздобыть срочно денег? Время на поиски оставалось крайне мало, они ей понадобятся уже через пару дней.

Был один вариант, где можно было быстро их получить. Но испробовать его ей совсем не хотелось. Опять придется идти на поклон к этому противному мужику, который во время разговора будет бесстыдно раздевать ее глазами. Что она заколдованная, если практически все мужчины хотят с ней переспать. Некоторые девушки страдают из-за того, что никого не привлекают, а вот она - прямо по противоположной причине. И еще далеко не факт то, что это лучше.

Но иной возможности раздобыть денег она не видела, значит, придется все же идти туда. Но в таком случае не стоит откладывать, у нее тоже имеются свои принципы. Невольно она вспомнила своего нового знакомого. Вот у кого, без всякого сомнения, водятся дензнаки. Но, разумеется, просить она у него не собирается. И все же, чтобы он не говорил, он вел себя совсем не по-мужски, пока она расправлялась с этим хулиганьем, рискую своей молодой жизнью, он просто стоял и смотрел. Тоже мне зритель!

Анжелика вошла в модельное агентство "Модус Вивенди". Хотя бывала она тут не часто, но здесь ее знали. Сидевшая на ресепшн девушка, не дожидаясь того, что скажет Анжелика, опередила ее.

- Вам к Модесту Ильичу. Сейчас я доложу о том, что вы пришли.

Уже через минуту она входила в его кабинет.

Модесту Ильичу Шкелю было всего немного за тридцать, но он уже расплылся, как блин по тарелке. Вдобавок потерял добрую половину шевелюры, А потому его вид всегда вызывал у нее отторжение. Но ничего не поделаешь, жизнь заставляет иметь дело с неприятными людьми.

Модест Ильич уже не раз практически прямым текстом предлагал перейти ей на его содержание, обещая молочные реки и кисельные берега. Причем, она знала, что его словам вполне можно верить, так как ей было достоверно известно, что человек он богатый. Но лишь от одной мысли, что его потные руки с толстыми короткими пальцами будут касаться ее тела, ей становилось противно.

При виде Анжелики его глаза масленно заблестели, а лицо расплылось в широкой, словно степь, улыбке.

Он усадил ее в кресло, а сам сел напротив. Обычно, направляясь в агентство, Анжелика надевала короткую юбку, и сейчас Модест Ильич, словно примагниченный, не мог оторвать взора от ее длинных стройных ног. Хотя девушка в какой-то степени была солидарна с ним, зрелище, в самом деле, достойно восхищения.

- Чем могу быть полезным? - по-прежнему смотря не на ее лицо, а на ее ноги, поинтересовался хозяин агентства. Желание сочилось из него, как сок из перезрелой груши.

- Мне срочно нужна работа.

Модест Ильич тяжело задышал, словно только что одолел крутой подъем.

- Нет ничего, и в ближайшие дней десять ничего не будет. Сам удивляюсь, но вокруг какое-то затишье. Ни одного заказа на дефиле. Несем большие убытки. Если подождете, то, как только что-то появится, могу сразу же дать знать.

- У меня завтра платеж. Значит, деньги нужны сегодня или завтра в первой половине дня.

Модест Ильич огорченно развел руками. Затем пристально посмотрел на свою посетительницу.

- Таким, как вы, деньги всегда легко заработать. Только скажите.

- Мы уже с вами разговаривали на эту тему.

- Вольному волю, - снова развел он руками, но уже гораздо шире, словно говоря тем самым: в таком случае ничем помочь не могу. - Внезапно он встрепенулся, а по его губам, словно ядовитая змея, поползла улыбка. - Есть один заказ и вам за него заплатят столько, сколько вы еще ни разу не получали.

- Что за заказ? - встрепенулась в Анжелике надежда.

- Одна кинокомпания снимает небольшой фильм. Я читал сценарий, очень захватывающий. Им нужны актрисы.

- И что они должны делать?

- Да почти ничего, просто сниматься.

Только теперь до Анжелики дошел смысл предложения.

- Это порнография?

Модест Ильич с каким-то затаенным смыслом посмотрел на нее, затем усмехнулся.

- Ну, это как посмотреть, можно как на порнографию, а можно как на искусство, только очень обнаженное, - хмыкнул он. - Зато ребята платят хорошо. Ну а вы, не сомневаясь, получите больше остальных. Как только они вас увидят... - Он едва не причмокнул. - Вы даже близко не представляете, какие бабки вы могли бы загребать, если бы использовали свою внешность. Зачем вам ваш институт, потом эта смешная зарплата. Что вы будете от этого иметь? Смешно сказать. Вы же сокровище. Всего за пару часиков съемок положите в свой карман пару тысяч баксов. Если бы я обладал такой внешностью, то не сомневался бы и секунды. Но на мои телесы никто не захочет смотреть, даже если я буду приплачивать за каждую минуту просмотра. - Он вдруг захохотал. - Подумайте, мой ангел.

Анжелика задумалась. А что если, в самом деле, попробовать заработать немного денег таким способом. Подумаешь сняться обнаженной перед камерой. Сама эта ситуация ее смущала мала. Другое дело, что ей решительно не нравилось это предложение, хотя сами мотивы отторжения были не до конца ясны. Просто она чувствовала, что у нее не лежит к такому способу зарабатыванию денег душа. А к ее сигналам она всегда прислушивалась очень бдительно, по опыту зная, что она всегда указывает верно, что надо делать, а что делать не следует. И все же предложение этого толстяка являлось заманчивым, где еще она получит такую сумму за столь короткий срок.

- Я подумаю, - сказала Анжелика. - Когда нужно дать окончательный ответ?

Она увидела, как мгновенно оживился ее собеседник, он явно не ожидал услышать от нее таких обнадеживающих слов.

- Завтра и нужно сказать. Они попросили меня подобрать кандидатуры, я уже отобрал. Желающих сняться голыми невероятно много. Мне даже иногда кажется, что больше, чем в одежде. И что привлекает это людей, не пойму. Но вы, мой ангел, само собой идете в не общей очереди. У таких как вы нет конкурентов.

Анжелика поднялась с кресла.

- Я вам сообщу завтра о своем решении. Но мне нужен будет аванс.

- Они платят только после окончания съемочного дня. - Он немного помолчал. - Впрочем, для вас выбьем аванс, я обещаю.

Анжелика вернулась домой, целиком поглощенная одной лишь мыслью: сниматься или не сниматься? Аргументы "за, тут же перебивались аргументами "против" и ей никак не удавалось подвести какой-то окончательный баланс. Конечно, приняв предложение, она поступит не лучшим образом, но разве лучше будет, если останется без крыши над головой. В конце концов, если кому-то нравится лицезреть ее обнаженное тело, то почему бы не доставит такое маленькое удовольствие. Ею от этого не убудет. Зато она получит главное: хотя бы на время финансовую самостоятельность. Так надоело считать копейки, отказывать себе во всем, питаться какими-то дешевыми субпродуктами. А если она получит деньги, можно с Николаем отправится в какой-нибудь роскошный ресторан впервые за долгий срок по-настоящему поесть. А то она уж и забыла как это бывает.

Анжелика вдруг встрепенулась. Он же непременно поинтересуется, откуда у нее такие деньги? И что она ответит? Скажет правду? Нет, ни за что на свете, в некоторых вопросах он не по-современному щепетилен и даже целомудрен. И ее всегда привлекала в нем эта черта. На такого человека можно положиться, он не разменяет тебя на любую другую. Но, оказывается, это качество может вызывать и неудобства.

И все же Анжелика постепенно склонялась к мысли согласиться на съемки. Сейчас, когда до цели рукой подать, нельзя допустить, чтобы какая-то непредвиденная помеха помешала бы ей получить диплом, который откроет дверь совсем в другой мир. Ну а то, что было до этого, пусть и останется в прошлом. В жизни каждого человека иногда появляются страницы, о которых ему не слишком приятно вспоминать и которые хочется, как можно скорей перевернуть. Но это не означает, что их не нужно писать, наоборот, подчас такие моменты оказывают человеку неоценимую услугу. Просто так уж складывается ситуация, когда приходится идти на компромисс с собой. С этой мыслью она и заснула. И все же даже во сне ощущала какой-то дискомфорт, словно совесть продолжала ее щипать и покалывать и в таком состоянии.

Проснулась Анжелика в плохом настроении. Хотя спала она не меньше обычного, но ее не покидало ощущение, что она не выспалась. Но зато она больше не сомневалась в том, что будет сниматься в этом мерзком фильме. А то, что он мерзкий, она нисколько не сомневалась, в какое еще иное предприятие может втравить ее этот отвратительный толстый Шкель.

С плохим настроением она приехала и в Академию. Анжелике всегда нравилось учиться, у нее была врожденная жажда знаний, но сегодня она сидела безучастная на лекциях и почти не слушала преподавателей. Расположивший рядом Николай удивленно поглядывал на нее, не понимая, что происходит.

- Что с тобой? - наконец не выдержал он.

Она внимательно посмотрела на него. А если ему все рассказать? Нет, это останется ее тайной.

- Плохо себя чувствую, знаешь, с женщинами это иногда случается.

- А, - протянул Николай и недоверчиво поглядел на нее. Интуиция подсказывала ему; что-то тут не так.

После занятий она сразу же позвонила Шкелю. Тот и не скрывал, что рад ее звонку.

- Приезжайте немедленно, иначе будет поздно, съемки вот-вот начнутся. Они хотели снимать другую девушку, но я уговорил их подождать. Чего не сделаешь ради такой красавицы, как вы, - вздохнул он.

Ее уже ждали в агентстве. Едва она вошла, как ей на встречу, даже не вышел, а выбежал сам Шкель. На ее памяти такого еще не случалось. Он жадно схвати девушку за руку, словно опасаясь, что она передумает и уйдет. Почувствовав прикосновение к себе его жирной кожи, она едва не вырвала ладонь - так стало ей неприятно.

- Сейчас я вас представлю режиссеру. Делаете все, что он говорит, и тогда заработаете хорошие бабки. Да и на будущее сгодится.

Ну, уж нет, никакого будущего не будет, это только в первый и последний раз. А там получит диплом, найдет работу и постарается, как можно реже вспоминать об этом проклятом дне.

Они вошли в кабинет Шкеля. С кресла поднялся молодой парень, высокий, с красивым, но чересчур наглым лицом. Он молча смотрел на Анжелику, его взгляд, словно зонд, исследовал буквально каждый сантиметр ее тела.

Ей стало неприятно, но, идя сюда, она решила вытерпеть все. Ради своего будущего, которым не желала рисковать.

- Беру! - вдруг произнес режиссер. Он протянул руку Шкелю. - Спасибо, за мной не пропадет.

Шкель расцвел в широкой, как разлившаяся река, улыбке.

- Я же говорил, а вы не верили.

- Твоя взяла. - Режиссер похлопал его по пузу. Затем обернулся к девушке.

- Вы готовы? - Она кивнула головой. - Тогда едем.

На улице их ждала новенькая иномарка.

- Садитесь, пожалуйста, - галантно распахнул перед Анжеликой дверцу режиссер.

Пока он не сделал ей ничего плохого, но она чувствовала по отношению к нему глубокое нерасположение. Он был из тех, за кого она ни при каких обстоятельствах не вышла бы замуж, какие бы заманчивые перспективы ей не рисовались бы. По этому верному признаку, Анжелика почти всегда безошибочно определяла свое восприятие человека.

- Давай знакомиться, - предложил Артур, когда машина отъехала от стоянки. Он сидел рядом с ней на заднем сиденье и откровенно плотоядно смотрел на нее, как смотрит удав на кролика. - Я думал это толстяк врет, а ты еще красивей, чем он говорил.

Внезапно он вплотную придвинулся к ней, и Анжелика своим бедром почувствовала прикосновение его бедра. Она взглянула на Артура, и у нее возникло полное ощущение, что он готов наброситься на нее. Она, насколько это позволяла машина, отодвинулась.

- Делай все, что я тебе скажу, и не пожалеешь, девочка, - развязно произнес он.

Анжелика промолчала. Не совершила ли она ошибку? От этого Артура так просто не отделаться, судя по всему, он не привык, чтобы ему отказывали. Особенно девочки, которые поставляет агентство.

- Ты всегда такая молчаливая? - спросил Артур, не дождавшись ее реакции на свои слова.

Анжелика покосилась на него.

- Почти.

- А что в этом есть свой смак, - неожиданно засмеялся Артур. - Мне это даже нравится. На этом даже можно построить сцену. - Он взял ее за подбородок и повернул лицо девушке к себе. Анжелике пришлось сжать зубы, дабы не взорваться. - Это будет лучший кадр, их тех, что я заснял. Хочешь, я тебя сделаю звездой?

- Порнозвездой? - уточнила Анжелика.

Артур внимательно посмотрел на нее.

- А есть разница?

- Для кого как.

- А для тебя?

- Есть, - неохотно ответила Анжелика. Ей совсем не хотелось начинать дискуссию с этим наглым типом, который всего на каких-то несколько лет старше ее.

- Глупости! - убежденно произнес Артур. - Звезда зажигается в зависимости от того, сколько ей платят. Разве ты не хочешь много получать? С твоей внешностью это не так уж и сложно. Я могу помочь тебе сделать головокружительную карьеру. У тебя будет столько денег, что тебе при всем твоем желании не потратить их за всю жизнь. Даже если ты доживешь до столетнего юбилея, - хмыкнул он. - Хотя я тебе этого не советую.

Интересно, скольким девушкам он говорил те же самые слова, что говорит ей сейчас, подумала Анжелика. И скольким из них сломал этот златоуст судьбу?

- Так чего ты мне скажешь?

- Я хочу один раз сняться и на этом покончить с карьерой порнозвезды, - ответила она.

По виду молодого человека Анжелика поняла, что этот ее ответ пришелся ему явно не по душе. Впрочем, продолжение разговора помешало то, что они приехали.

Они находились в усадьбе с красивым двухэтажным домом. Неподалеку сверкало на солнце голубое зеркало бассейна. Всю оставшуюся территорию занимал парк. Тут даже воздух был другой, совсем не такой, как в городе: свежий, пахнущий зеленью растущих вокруг деревьев.

- Как тебе нравится это "дворянское гнездо"? - спросил подошедший к ней режиссер.

- Нравится, - не стала скрывать Анжелика.

- Будешь следовать моим советам, у тебя будет еще лучше, - пообещал Артур.

- Я к этому не стремлюсь.

Артур хотел что-то сказать, но, посмотрев на нее, промолчал.

- Ладно, время -деньги, - после короткой паузы. - произнес он. - Пора приступать к съемкам, Сейчас я тебе объясню, что надо делать. Все на самом деле очень просто, Ты справишься, - усмехнулся он.

При всей своей неприязни к этому самодовольному индюку, как мысленно стала называть Анжелика Артура, она не могла не отметить, что объяснял он все толково и наглядно. Она быстро схватила суть его требований. Впрочем, они были и не слишком сложны. Ей под музыку предстояло медленно, артистично, эротично сбрасывать с себя одежды, демонстрируя во всей своей соблазнительной красе обнаженные части своего тела.

Из дома появились оператор, осветители, гример, костюмер, который дал ей для переодевания одежду.

Никакой раздевалки тут предусмотрено не было, и Анжелике пришлось исполнить первый, причем, незапланированный стриптиз. Стараясь ни на кого не смотреть, встав ко всем спиной, она быстро переоделась. Затем повернулась к окружающим и тут же встретилась с взглядом Артура, который поднял большой палей вверх, оценивая ее фигуру.

- Начинаем, мотор! - громко сказал Артур. - Музыку. Пошла, - приказал он Анжелике.

Чем никогда не страдала Анжелика, так это излишней стеснительностью. С самого начала она решила вести себя так, как будто бы никого нет. Если кто-то очень хочет на нее пялиться, пусть пялится, ей до этого нет никакого дела. Она сейчас не живой человек, а манекен, которого то раздевают, то одевают.

И все же нельзя было сказать, что она чувствовала перед камерой себя комфортно. То и дело она наталкивалась на горящие глаза Артура, блеск которых возрастал в строго арифметической прогрессии по мере того, как она освобождалась от очередной вещи.

Внезапно она вдруг почувствовала, что ей даже нравится это занятие. В школе она занималась в драмкружке, и его руководитель не раз уверял, что у нее большое артистическое дарование. Правда, Анжелика в этом сильно сомневалась, и призвание быть артисткой не ощущала, потому-то и подалась совсем в другую сферу. И все же какая-то артистическая струна все же жила в ней и периодически начинала издавать звуки. Вот и сейчас она почувствовала нечто вроде прилива вдохновения. Ей просто хотелось сделать все как можно красивей, художественней, изящней.

- Стоп, снято, - закричал Артур. - Маленький перерывчик и продолжим работу. - Он подошел к ней. - У тебя здорово получается. С некоторыми из вас знаешь сколько приходится возиться - и все равно им до тебя далеко. А ты с первого же раза. - Он приблизился к ней и почти зашептал в ухо. - Я тебя обещаю сделать звездой и сделаю. Держишь за меня.

Анжелика сочла благоразумным ничего не отвечать. Ее интересовало лишь одно: когда она получит обещанные деньги?

Они поменяли мизансцену. Теперь она должна была разоблачаться в воде. Ей принесли бикини, и она прыгнула в воду.

Вода оказалась совсем не такой теплой, как она ожидала. Майское солнце грело еще не столь жарко, а бассейн был без подогрева. Но она решила стойко выдержать и это испытание. Ее не отпускало ощущение, что оно сегодня далеко не последнее и даже не самое трудное.

Они уже работали часа три. Менялись интерьеры, музыкальное сопровождение, одежда. Анжелика уже давно сбилась со счета, сколько раз она ее одевала и снимала. Возникший было интерес к этому действу, давно пропал, сменившись на усталое безразличие. И теперь она лишь хотела, чтобы все это как можно быстрей бы закончилось. Но Артур казался неутомимым, он придумывал все новые и новые мизансцены, заставлял ее всякий раз раздеваться по-новому, проявляя неистощимое изобретательство. Даже его сотрудники с удивлением посматривали на него. Их явно удивляло поведение шефа.

Солнечный ясный день погас, и землю с каждой минутой все плотнее, словно покрывалом, окутывали сумерки. Продолжать съемки стало невозможно.

- На сегодня все, - прозвучало долгожданное объявление Артура. Все облегченно вздохнули.

Анжелика быстро облачилась в свою одежду. До этого момента она и не представляла, что это может доставить такое большое удовольствие. Затем поискала глазами Артура. Он разговаривал с кем-то из съемочной группы, и, казалось, не обращал на нее ни малейшего внимания. Но у нее всегда было развито чутье, и оно ей подсказывало, что на самом деле он ни на мгновение не выпускает ее из поля зрения.

Долго он еще будет болтать, ей надо как можно скорей попасть домой. Завтра важный зачет, а она из-за этих проклятых съемок совершенно к нему не подготовилась. Ей срочно нужно садиться за учебники.

Но Артур продолжал все так же беззаботно болтать, упорно делая вид, что не замечет ее. Она решила, что нет смысла ждать, когда он вспомнит или сделает вид, что вспомнит о ней, и подошла к нему сама.

- Артур, - позвала она его.

Он повернулся к ней.

- А наша новая звезда.

- Мне надо как можно скорей попасть домой.

Артур внимательно посмотрел на нее.

- Пойдем в дом.

Идти в дом ей совершенно не хотелось, но выбора у нее не было. Они направились к нему по тропинке. И пока шли, оба молчали.

Они вошли в дом, прошли через анфиладу комнат, пока Артур неожиданно не остановился в одной из них. Сделал он это так резко, что Анжелика едва не налетела на него.

- Ты прекрасно работала, - сказал он, как-то странно улыбаясь. Впрочем, она уж заметила, что у него на лице вообще не появлялась нормальная улыбка.

- Спасибо, - поблагодарила она. - Я бы хотела получить заработанное.

- Не волнуйся, получишь, - пообещал режиссер. - Только сперва надо выполнить все пункты контракта.

- Какого контракта. Никакого контракта мы не заключали.

- Зато я заключил его со Шкелем. Он разве тебе ничего не сказал?

Анжелика чувствовала, как с каждой минутой усиливается у нее тревога.

- Нет, ни о каком контракте он мне не говорил.

- Это не мое дело, можешь претензии предъявлять к нему. А деньги получишь сразу, как выполнишь все условия договора.

- И какие же условия?

- А ты разве не догадываешься?

Он подошел вплотную к ней и обнял за плечи. Анжелика резко отстранилась.

- Мы так не договаривались.

- Именно так мы и договаривались. Думаешь, иначе получила бы эту работу. Слушай, девочка, ты получишь массу удовольствия. Еще ни одна от Артура не уходил не удовлетворенной. Пойдем в ту комнату, знаешь, какая там кроватка. Просто царская. Цари именно на такой этим делом и занимались.

Артур по-хозяйски схватил девушку за руку. Но она вырвала ее.

- Отдавай деньги, а то...

- А то что? - засмеялся Артур.

Анжелика промолчала. Она обдумывала, что же ей делать в этой не простой ситуации.

Лицо Артура вдруг исказилось.

- Говорю, пойдем. Я тебя хочу уже целых пять часов. Я еще никого так не хотел.

- Это твои проблемы. Мне нужны только деньги.

- Ошибаешься, это наши проблемы. - Он снова схватил ее за руку, только на этот раз так грубо, что ей даже стало больно. - Иди или пожалеешь.

Но так как Анжелика не выказывала никакого намерения сдвинуться с места, Артур резко дернул ее на себя.

То, что произошло дальше, Анжелика уже не контролировала, по крайней мере, секунду назад она вовсе не собиралась поступать подобным образом. Но годы тренировки взяли свое, и на агрессию она среагировала практически автоматически. Она вывернула ему руку и одновременно подсекла ногой. Артур с грохотом повалился на пол из старинного паркета.

Ему понадобилось несколько мгновения, чтобы прийти в себя и не столько от боли, сколько от изумления.

- Ты что с ума сошла? Да знаешь, сучка, что я с тобой сделаю.

Он встал и попытался ударить ее по лицу. Но она увернулась, перехватила руку и зажала ее, полностью лишив его всякого маневра.

- Отпусти, - прохрипел он.

- Деньги заплатишь?

- Заплачу.

Анжелика отпустила обидчика. Внезапно Артур бросился к выходу из комнаты, вопя по пути: "Охрана. Сюда!"

Анжелика видела эту охрану, она состояла всего из трех, но зато высоких и сильных парней. Если они на нее набросятся, у нее нет уверенности, что ей удастся с ними справиться.

Вслед за Артуром она выскочила из комнаты. Промчавшись, только в обратном направлении, через ту же анфиладу, выбежала из дома.

Ей на встречу бежали охранники. Тот, кто находился впереди, попытался ее поймать, но она увернулась и еще успела его подсечь. Он со всего размаха уткнулся носом в землю.

Зато двое других, выстроившись в линию, развели руки, перекрыв тем самым проход. Дом располагался на небольшом возвышении, к которому вела лестница, на ней как раз сейчас и разыгрывалась эта драматическая сцена. Анжелика посмотрела по сторонам. До земли было никак не меньше метра три. Немного высоковато. Но выбора все равно нет, придется прыгать. Она подбежала к краю и бросилась вниз.

Приземлилась она на гравий. Если бы не умение падать, у нее были бы все шансы сломать руку или ногу. Но за этот прыжок любой бы тренер поставил ей высшую отметку, она лишь прокатилась по земле и через пару мгновений уже стояла на ногах. Теперь следовало как можно скорей выбраться из этой западни.

Анжелика мчалась к выходу из усадьбы. За своей спиной она слышала топот погони, но она была достаточно далеко. Наконец показались ворота. Только бы они не были заперты, взмолилась она. И, судя по всему, Бог услышал ее, так как оказались открыты. Она миновала их и, не сбавляя темпа, побежала дальше.

Она сбавила скорость лишь минут через двадцать. Прислушалась, но никто за ней больше не гнался. Она остановилась. Силы были на исходе. Анжелика села прямо на дороге. Если она хотя бы не немного не отдохнет, то просто упадет.

Анжелика брела по дороге уже никак не меньше полчаса. Стемнело, вокруг не было ни души, ни машины, даже вдали не горело ни одного огонька. Она не представляла, где находится, сколько придется ей идти до города. На машине они ехали недолго, но пешком этот путь может продолжиться всю ночь. Ей захотелось плакать. Как просто и нагло ее обманули; и этот жирный боров Шкель, и этот наглый до предела Артур. Она потратила целый день на эту унизительную съемку, а результат нулевой. Где ей взять деньги для уплаты за комнату, она не представляет.

Ее охватило страстное желание отомстить и тому и другому. Неужели их поступок останется безнаказанным? Она стала перебирать способы мщения, убеждаясь, что они ей все не подвластны. Но должен же быть такой вариант, который устроит ее. Если не теперь, но потом.

Только через час она увидела огни приближающейся машины. Она подняла руку, и автомобиль остановился. Когда она увидела, что за рулем - молодой парень, то решила не ехать с ним, хотя, как выяснилось, что он тоже направлялся в Москву и даже был готов за соответствующую плату подбросить ее прямо к дому. Но ее вдруг охватил сильный страх; а если и ему взбредет в голову мысль наброситься на нее. Сил же отбиваться уже не осталось. Такой измученной, она себя не чувствовала еще никогда. Но если она не поедет с ним, то придется брести по этой дороге до самого утра.

На ее счастье поездка оказалась благополучной, парень не только не приставал к ней, но даже не допекал расспросами о том, что она делала на этой глухой дороге в столь поздний час. Но зато когда он остановил машину возле ее дома, Анжелике пришлось расстаться с последними деньгами. Теперь ее кошелек был так же пуст, как зимний пляж.

Она пришла домой, не раздеваясь, повалилась на кровать и стала тихо плакать. Никогда она еще не чувствовала себя такой несчастной.


## Глава 4


Анжелика проснулась, взглянула на часы и похолодела. Она опоздала на зачет. Впервые за все годы учебы она бездарно проспала. Что же теперь будет, ведь ее могут не допустить до экзамена. Надо теперь упрашивать преподавателя принять зачет у нее отдельно от всех. А если он не согласится? Он имеет все права сделать это. Но тогда она просто не получит диплом - и все ее титанические пятилетние усилия окажутся тщетными.

А такое вполне может случиться, с преподавателем, которые принимает зачет, у нее сложились далеко не самые лучшие отношения. И все по той же причине. Это был мужчина средних лет, весьма противный внешне, но известный всей Академии своим пристрастием к женскому полу. И, как только ее увидел, сразу же стал оказывать повышенные знаки внимания. Пришлось поставить его на место. И с тех пор он затаил обиду. Правда, ему хватало ума открыто ее не показывать, но срытое недоброжелательство с его стороны Анжелика ощущала постоянно. И сейчас она почти не сомневалась, что он не упустит столь счастливый шанс отыграться за ее неуступчивость.

В отчаянии Анжелика даже несколько раз ударила кулаком по подушке. Ну что за череда несчастий, словно лавина с гор, обрушилась на нее в последние дни. И все началось со сносимого дома. Из-за него она опоздала, а дальше события как бы покатились сами собой. А ведь до этого момента все так шло хорошо, оставалось совсем немного до конечной цели. И вот теперь все грозит обвалиться.

Она лежала на кровати и глотала слезы, не знаю, что предпринять. Отправляться в Академию бесполезно, сегодня все равно ничего не изменишь. А больше ей идти некуда и не к кому. Ей всегда нравилось быть самостоятельной, самой справляться с любыми сложностями. Но сейчас она чувствовала отчаяние оттого, что во всем мире нет ни одного человека, к которому она могла бы обратиться за советом, помощью и даже за сочувствием. Конечно, есть Николай, но в этой ситуации от него не может быть никакой пользы. Чем он способен ей помочь? Он сам находится на грани вылета, из-за своих спортивных дел мало внимания уделяет учебе, и ректорат давно уже точит на него нож.

Анжелика продолжала лежать на кровати и от жалости к себе плакать. Обычно всегда очень энергичная и инициативная, ею вдруг овладело не свойственная апатия, убивающая в зародыше все попытки найти выход из положения. Ее не покидало ощущение, что жизнь для нее на этом закончилось, все, на что она надеялась, обрушилось и ей остается только... Но вот что ей только остается, она никак не могла определить, почему-то дальше мысль то ли не желала, но ли не могла никак проникнуть.

Сколько прошло времени, Анжелика не знала, да и не пыталась определить. Она даже не надолго забылось сном, но когда пробудилась, все прежние горести разом, как собравшиеся вместе враги, вновь напомнили о себе.

В коридоре, где находился телефон, раздался звонок. Но она даже не пошевелилась, чтобы встать. Да если звонят ей, все равно никто ей не в состоянии помочь. А девять из десяти шансов, что это Николай. Но сейчас ни видеть, ни говорить с ним она не хочет.

Она услышала, как к телефону подошла соседка. Это была еще бодрая старушка, отношения с которой у Анжелики не заладились с первого же дня. Хотя ничего плохого девушка ей не сделала. Просто та невзлюбила сразу же квартирантку. И с тех пор все их общение сводилось лишь к тому, что они звали друг друга к телефону.

- Эй, - соседка никогда не называла ее по имени, - это тебя.

Анжелика вышла в коридор.

- Я слушаю, - сказала она в трубку.

- Здравствуйте, моя спасительница.

Голос в трубке показался ей знакомым, но она была слишком расстроена, дабы сразу его узнать.

- Кто говорит?

- Я же сказал: спасенный вами человек.

Только сейчас она поняла.

- Игорь Евгеньевич! - Она вдруг, сама не зная, почему-то обрадовалась.

- Это действительно я, - засмеялся голос в трубке. - Как вы поживаете?

Анжелика вдруг почувствовала растерянность. Не жаловаться же практически незнакомому человеку.

- Ничего, все в порядке. - Но произнесла она эти слова непривычно вяло.

- Мне очень хочется с вами встретится, - вдруг произнес Вольпин .

- Зачем? - задала она не самый умный в своей жизни вопрос.

- Зачем мужчина хочет увидеть красивую девушку. На эту тему написаны сотни, вернее тысячи книг. Вряд ли я могу добавить к ним что-то стоящее.

- Я согласна. А когда?

- Как можно скорей. Лучше всего сегодня.

- Сегодня я как раз свободна.

- Вот и замечательно. Если я подъеду в шесть часов. Вам это устроит?

А сколько сейчас, подумала Анжелика. У нее сегодня полностью нарушена связь со временем. А ей надо еще привести себя в порядок.

- Лучше в семь, - на всякий случай сказал она.

- Лишний час ожидания - это непросто, но просьба женщины - закон для мужчины. Буду у вас ровно в семь. Когда подъеду, то позвоню. До встречи.

Анжелика бросилась в комнату и первым делом посмотрела на часы. Оказалось, что всего лишь три. То есть до встречи еще долго и можно, не торопясь, готовить себя к ней. Она села на кровать и вдруг с удивлением обнаружила, что у нее учащенно бьется сердце. Неужели эта аритмия вызвана предстоящим свиданием? Но для этого нет никаких оснований.

Она решила, что ближайшие два часа проведет за учебниками. Один зачет она сорвала, но впереди ее ждут другие. И вообще, что-то она уж слишком сильно запаниковала. Попадала она и в не такие переделки и пока благополучно выходила из них. Может быть, и на этот раз найдется какое-то решение, которое поможет ей справиться и с этой напастью.

Однако занятия на этот раз давались ей с трудом. И виновата в этом была не столько предстоящая встреча, а ее требующий полноценной пищи желудок. Но в холодильнике было почти пусто, а приобрести продукты не на что. Если она не раздобудет в самое ближайшее время денег, ее не только выгонят из комнаты, но она вдобавок протянет ноги от голода. Пожалуй, только сейчас до нее до конца дошло, в какое отчаянное положение она угодила.

В шесть часов она решительно отложила учебники. Приняла душ, затем стала выбирать вечерний наряд. После этого пришел черед для наложения грима. Несколько раз она безжалостно его стирала, недовольная полученным результатом, и начала создания образа сначала. Анжелика поймала себя на том, что еще ни разу в жизни так тщательно не готовилась к свиданию.

Без десяти семь она была готова. Теперь оставалось дождаться звонка.

Звонок прозвенел ровно в семь часов. Ни минутой раньше, ни минутой позже. На этот раз Анжелика тут же вскочила и помчалась в коридор, опережая вышедшую из своей комнаты соседку.

- Я подъехал, - сообщил Вольпин .

- Хорошо, спускаюсь, - Анжелика постаралась, чтобы ее голос прозвучал как можно спокойней и безучастней.

Он стоял возле машины с открытой дверцей. Одет он был в костюм с галстуком. Почему-то Анжелика подумала, что в таком виде можно идти прямо под венец.

- Прошу вас, садитесь.

Он взял ее за руку и помог сесть в машину. Это было их первое касание друг друга. Анжелике понравилось ощущение его кожи.

Они ехали по вечернему городу. Анжелика не спрашивала, куда он ее везет, а он ей не говорил, куда они направляются. Они вообще почти не разговаривали, хотя сидели рядом. Лишь иногда обменивались взглядами, словно присматривались друг к другу.

- Почему вы молчите? - первой не выдержала Анжелика.

- Вы так красивы, что хочется просто любоваться вами. Боюсь, что вы скажете что-нибудь не то, и очарование вашей красотой исчезнет. Лучше не рисковать.

- Но тогда, может быть, стоит провести в молчание весь вечер.

- Вообще, это не плохой вариант. Но, думаю, что он вряд ли удастся. К сожалению, мы непременно разговоримся.

Анжелика посмотрела на него, не зная, как воспринимать его слова: всерьез или в шутку. Если в шутку, то следует признать, что юмор у него весьма своеобразный. Если же всерьез, то, пожалуй, есть все основания обидеться. И тогда, как она должна поступить?

Едва начавшийся разговор, прервался. Анжелика почувствовала разочарование. Не так она себе представляла эту встречу. Но хорошо, раз он боится, что если она начнет говорить, это развеет ее очарование, она будет молчать, пока он сам не начнет разговор.

Она откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. Кажется, и сегодняшний день принесет только огорчения.

Так в молчании они проехали еще минут пятнадцать. Внезапно машина остановилась. Анжелика открыла глаза и огляделась. Они находились возле небольшого особняка и со сверкающей надписью "ресторан". Она вздохнула с некоторым облегчением; по крайней мере, появился шанс хотя бы поесть. А в ее положение это совсем немало.

Они вошли в ресторан, и им на встречу выбежал официант.

- Здравствуйте, Игорь Евгеньевич, рады вас видеть. Ваш столик вон там у окна. Я вас провожу.

Хотя официант разговаривал с Волиным, смотрел он при этом на Анжелику. Вернее, пожирал ее глазами.

- Спасибо, Геннадий. Как ваши дела?

- Спасибо, все в порядке.

Официант проводил их до столика с надписью: "Заказан". Спутник Анжелики отодвинул стул, помог ей сесть, затем занял места напротив. Все это время Геннадий стоял неподвижно, не спуская глаз с девушки.

Как только они уселись, он протянул каждому меню.

- Что-нибудь принести для начала? - осведомился он.

- Вам что-нибудь принести? - спросил ее Вольпин .

Мяса и побольше, хотелось сказать Анжелике. Ее просто всю переворачивало от голода. Но она решила, что в данном случае будет лучше, если она продемонстрирует хорошие манеры.

- Пожалуйста, сок. Любой. - Ей, в самом деле было сейчас абсолютно все равно. Главное хоть чем-нибудь заполнить желудок.

- Два сока, - сделал заказ Вольпин .

- Сейчас все будет исполнено, - услужливо отозвался официант. - Позвольте вам сказать, у вас очень красивая спутница, - вдруг не удержался он.

- Мне это тоже известно, - отозвался Вольпин и улыбнулся Анжелике.

Анжелике этот обмен замечаниями не очень понравился. Они говорят про нее, как про куклу. Как будто бы она ничего не видит и не слышит. За кого ее принял этот официант? За проститутку или в лучшем случае за содержанку? Но она никогда не будет ни той, ни другой. Невольно на память ей сова пришло то, как вел себя Вольпин в момент их знакомства. Он тогда с интересом наблюдал за тем, как сражается она с местной шпаной, словно бы все это его не касалось. Вот и сейчас он ведет себя столь же отстранено, как будто все, что тут происходит, его так же мало касается. Это черта его характера или такую линию поведения он избрал по отношению к ней?

- Судя по отношению к вам официанта, вы тут завсегдатай? - спросила Анжелика, чувствуя, как их молчание действует на нее угнетающе.

- В общем, да, но это не означает, что я бываю здесь часто. У меня для этого слишком мало времени. Просто тут очень ценят клиентов и заботятся о том, чтобы им было хорошо. Поэтому я и выбрал это место. Надеюсь, вам оно тоже нравится.

- Да, здесь приятно. Только сок долго не несут, - не выдержала Анжелика.

Вольпин пристально посмотрел на нее.

- Потому что его выжимают. Но мне кажется, вы голодны. В таком случае скорей смотрите меню. Здесь обслуживают быстро.

Анжелику не надо было просить дважды, она открыла меню и пробежала по его строчкам. Невольно ее взгляд останавливался на ценах, по ее представлению они тут были просто запредельными.

Ее спутник тоже открыл свой экземпляр меню, но больше он смотрел на девушку, чем изучал такой длинный, что казался нескончаемым, перечень блюд.

Анжелика закрыла меню и положила его на стол.

- Вы выбрали? - спросил он.

- Да. - Ей было все равно, что есть, лишь бы есть. А потому она остановилась на первом, что попалось на глаза.

- Хорошо, сейчас закажем.

И, словно услышав этот короткий диалог, перед ними, как из-под земли, появился официант. Он поставил перед каждым по бокалу с соком и, достав блокнот, выжидающе посмотрел на них.

Анжелика продиктовала свой заказ, Вольпин - свой.

Давно еще еда не доставлял ей такого блаженства. Она буквально физически чувствовала, как оживают все клетки ее тела. Сила и уверенность возвращалась к ней с каждым съеденным кусочком. Она пыталась контролировать себя, дабы не показать свою сотрапезнику степень своего голода, но, кажется, ей это плохо удавалось. По крайней мере, несколько раз она поймала его удивленный взгляд.

Наконец, насытившись, она откинулась на спинку стула, отпивая маленькими глоточками из бокала с соком.

Она посмотрела на Вольпин а, который сидел с задумчивым видом, и лениво ковырял вилкой в тарелке.

- Вы странно себя ведете, - проговорила Анжелика. - Ни о чем меня не спрашиваете, ничего сами не рассказываете.

- Я уже вам говорил: мне нравится вами просто любоваться. Если мы начнем беседовать, наш разговор незаметно для нас скатится на банальности, и очарование вашей невероятной красоты поблекнет. А мне бы этого не хотелось. Знаете, на картине одного средневекового художника написано: "Молчи или говори то, что лучше молчания". Вы можете сейчас сказать что-нибудь, что будет лучше молчания?

Анжелика уже не в первый раз почувствовала раздражение. Да что он себе позволяет, да за кого он ее принимает? Еще тогда, когда они познакомились, он вел себя возмутительно, пальцем не шевельнул, чтобы ей помочь. Тогда он тоже любовался ею? Любовался, как она расправляется с этими подонками? И теперь продолжает туже линию. Но она не топ модель и уж тем более не девочка с панели, она без пяти минут дипломированный финансист. И очень вероятно, что диплом она получит красный. На миг Анжелика вспомнила о сегодняшней истории с зачетом, но она почти тут же уплыла из памяти. Сейчас ее занимали совсем другие истории.

- Да могу сказать, - с вызовом произнесла она.

- Тогда с удовольствием вас послушаю, - улыбнулся он.

- Я считаю, то, как вы вели себя во время нашей первой встрече, недостойно настоящего мужчины.

- Что вы имеете в виду? - довольно сухо проговорил он.

- Вы ничего не сделали для того, чтобы мне помочь справиться с ними.

- Я уже вам говорил, что, увидев, как вы расправляетесь с ними, понял, что мое участие в этом благородном деле не требуется. Ни для вас, ни для меня эти противники не представляли никакой опасности.

- В этом никогда нельзя быть уверенным. В таких делах может случиться все, что угодно. Если, как вы уверяете, могли легко справиться с ними, то просто обязаны были вмешаться и помочь мне.

Вольпин замолчал не меньше, чем на три минуты.

- Насколько я могу судить, вы не верите, что я мог легко одолеть этих глупых парней и спрятался за вашей спиной. Иными словами, вы обвиняете меня в трусости.

Анжелика ничего не ответила, но это явно был тот случай, когда молчание красноречивей всяких слов.

- Что же, пожалуй, вы в чем-то правы. И в таком случае я должен либо признать свою вину в недостойном мужчины поведении, либо как-то перед вами оправдаться. - Он задумался. - Я предпочитаю второй вариант. Я хочу доказать вам, что для меня справиться с ними не представляло трудности. Но нам придется уехать отсюда. Вы чего-нибудь еще хотите?

Анжелика хотела еще многого, например, ананасов, которые видела в меню и которые ужасно любила. Но она была заинтригована. Каким образом он будет отстаивать в ее глазах свою репутацию?

- Я готова уехать отсюда.

- Прекрасно. - Он поднял руку, призывая официанта. Тот подбежал немедленно. - Рассчитайте нас.

- Вы уже уходите? - огорченно спросил официант. Но эти слова явно относились только к Анжелике. .

- Да. Как выяснилось, у нас есть срочное дело.

- Приходите еще.

- Непременно, Геннадий.

Анжелика подумала, что он сейчас даст ему на чай, но Вольпин скрупулезно рассчитался по счету.

- Пойдемте, - сказал он Анжелике.

Они вышли из ресторана и сели в машину. По уже устоявшейся привычке, Анжелика не стала спрашивать, куда они едут, а он не стал объяснять.

Впрочем, путь их оказался недолгим. Они остановились вокруг какого-то здания. В отличие от ресторана в нем не светилось ни одного огонька.

Вольпин вышел из автомобиля, Анжелика последовала за ним. Они подошел к двери, и Вольпин надавил на кнопку звонка.

Дверь отворилась не сразу. Из-за нее выглянуло заспанное мужское лицо.

- Это вы, Игорь Евгеньевич? - удивленно протянуло оно. - Так поздно.

- Да, решил немного позаниматься.

- Проходите.

Дверь широко распахнулось.

Они вошли во внутрь. Вспыхнул свет, и Анжелика с удивлением осмотрелась вокруг. С виду здания было довольно неказистым, но здесь ее окружали изысканные интерьеры.

- Чем вы будете заниматься? - поинтересовался местный служащий.

- Приготовь нам два костюма для борьбы и проводи девушку в душ, - приказал Вольпин . - Я даю вам на все про все полчаса, - сказал он Анжелике.

Анжелика с наслаждением принимала душ. Она уже догадывалась о способе отстаивания своего мужского достоинства, который выбрал Волин. И предвкушала свой реванш. Посмотрим, чья возьмет? Она сделает все, что от нее зависит, дабы доказать, что он вел себя тогда неправильно.

В кабинку душу постучал служащий.

- Игорь Евгеньевич, просит вас на татами, - прокричал он.

- Скоро выйду, - тоже прокричала она. На самом же деле она решила не торопиться. Пусть подождет.

Вольпин , облаченный в кимоно, уже ждал ее на татами. Анжелика, так же уже одетая для поединка, вступила на ковер и встала напротив него. Одновременно оба поклонились друг другу.

- Я предлагаю вести борьбу без правил, - произнес он. - В жизни они соблюдаются очень редко. Кто это делает, тот обычно проигрывает.

- Я согласна, - ответила девушка.

- Тогда не будем терять время, начинаем.

- У меня тоже есть одно предложение, - сказала Анжелика, - никакого снисхождения и жалости.

- Согласен.

Оба приняли боевую стойку. Анжелика решила первой совершить нападение. Внезапно она сделала несколько быстрых шагов вперед, присела и попыталась одной ногой подцепить его ноги. Но он вовремя подпрыгнул, и атака, оказалась безрезультативной.

Вольпин попытался воспользоваться тем, что Анжелика находилась внизу и прыгнул на нее. Но она откатилась в сторону , и он пролетел вперед. Анжелика оказалась за его спиной и попыталась воспользоваться выпавшим шансом. Она схватила его за плечи, делая попытку перекинуть соперника через грудь. Но он обхватил ее за талию, в свою стараясь кинуть ее через бедро. Теперь уже ей пришлось спешно вырываться из его крепких объятий.

Оба снова оказались на расстояние друг от друга. Каждый выискивал благоприятный момент для атаки. Анжелике показалось, что он на мгновение расслабился, с громким криком она устремилась вперед, метя ногой ему в голову. Но оказалось, что с его стороны это был всего лишь трюк, он нырнул под ее ногу, обхватил за талию и постарался повалить. В самой последний момент девушке удалось сгруппироваться, она схватила его за кимоно, потянула его на себя, и, упав на спину, перебросила через голову.

Вольпин , совершив кувырок, мгновенно вскочил на ноги. И тут Анжелика сделала непростительную ошибку. Обрадовавшись, что прошел прием, она слишком откровенно пошла в атаку, забыв об обороне. Ему удалось поймать ее руку. Дальше все произошло настолько быстро, что она уже ничего не могла сделать, он положил ее на плечо и перебросил через себя. Не давая ни секунду на ответные действия, перевел ее руку на болевой прием.

У Анжелики выступили слезы, но не столько от боли, сколько от досады. С ее опытом она не должна была так глупо попасться.

- Я полагаю, что на этом мы можем закончить, - услышала она его спокойный голос.

Хотя ответа не последовала, он отпустил ее руку, а сам сел на татами. С его лба стекал пот.

- Надеюсь, теперь у вас больше нет сомнений, - сказал он.

Анжелика поднялась с татами.

- Нет, - призналась она. - Я беру свои слова обратно. Прошу меня извинить.

- Наоборот, я рад, что так получилось, благодаря этому мы с вами провели замечательный вечер. Гораздо лучший, чем если бы все это время просидели в этом скучном ресторане. Зато теперь каждый знает, на что способен другой, по крайней мере, в вопросах самозащиты. Мне кажется, это весьма важно. А вы как думаете?

- Я думаю, что важно. Я пойду приму душ.

- Я - тоже. Встречаемся через пятнадцать минут.

Анжелика с наслаждением подставляло тело под струи теплой воды, которые словно бы смывали горечь поражения. Она сама не знала, но ей почему-то сделалось вдруг очень хорошо. Хотя все неприятности, которыми столь щедро был наполнен этот день, никуда не исчезли, но вдруг перестали так сильно давить на нее.

Внезапно у нее возникла одна мысль. Сначала она ее напрочь отвергла, но она возвращалась снова и снова до тех пор, пока не стала казаться Анжелике не такой уж и абсурдной. И все же она не была уверена, что осуществит ее.

Она вышла из раздевалки. В коридоре ее уже поджидал Вольпин , который встретил ее пристальным взглядом.

- А вы выглядите сейчас лучше, чем когда сели в мою машину. Вы показались мне тогда немного расстроенной.

Анжелика посмотрела на него, но сказать про свои беды не решилась. Может быть, чуть позже, пообещала она себе.

- Здесь есть небольшой буфет, нас обещали напоить чаем и даже покормить, - сказал Вольпин . - Вы как?

- Я - за.

- Отлично. Идемте.

Буфет действительно оказался небольшим, но, как и все здесь, очень красиво обустроенным. Служащий подал им чай.

- Я не знал, что вы придете, кроме сосисок другой еды нет.

Не сговариваясь, Вольпин и Анжелика рассмеялись. Потом она часто будет вспоминать эти сосиски, не потому что они были вкусные, а потому, что она никогда не могла отделаться от ощущения, что они стали поворотным пунктом в их отношениях. Хотя ничего серьезного тогда не случилось.

Вольпин вопросительно взглянул на девушку.

- Вы будете сосиски?

Несмотря на то, что Анжелика совсем недавно обильно ужинала в ресторане, у нее внезапно пробудился сильный аппетит. Она кивнула головой.

- Буду.

- Тогда каждому по две сосиски.

- По три, - скорректировала Анжелика.

Они снова одновременно рассмеялись.

Служащий пошел выполнять заказ.

- Что это за удивительное заведение? - спросила девушка.

- Спортивный клуб "Гермес".

- Почему "Гермес"? Разве он был спортсменом.

- Нет, но он покровитель бизнесменов, а здесь в основном занимается именно такая публика. Это закрытый клуб, принимают по рекомендациям.

- Выходит, за вас кто-то поручился?

- Выходит так, некоторым я все же внушаю доверие.

- Я о вас ничего не знаю, не знаю, чем вы занимаетесь?

- А мне кажется, что у вас есть кое-какая информация. Человек, мужчина, к тому же спортсмен-любитель. Вам этого мало?

- Хотелось бы все же знать по больше.

- Но я о вас тоже ничего не знаю. Чем вы занимаетесь, когда не спасаете почтенных джентльменов от хулиганья?

- Учусь в Финансовой Академии.

- Вот как? - удивился он. - Никогда бы не подумал.

- А что бы подумали?

- Что вы мечтаете быть артисткой и учитесь в каком-нибудь театральном училище.

- В этом мнение вы не оригинальны, мне об этом все говорят.

- Это я очень даже хорошо понимаю. И неужели вы не хотите быть артисткой?

Анжелика невольно вспомнила свой вчерашний опыт на этом поприще. Ее даже передернуло.

- Ни капельки. Я хочу научиться зарабатывать деньги.

- Странное желание у такой красавицы, как вы.

- И, тем не менее, это так.

Вольпин вдруг задумался.

- А знаете, это даже может быть очень интересным. - Произнеся эту фразу, он снова погрузился в молчание.

Служащий клуба принес сосиски. Анжелика набросилась на них. То были самые вкусные сосиски в ее жизни. По крайней мере, так ей в тот момент показалось.

- У вас редкое имя - Анжелика. Почему вас так назвали? - вдруг спросил он.

- Моя мама была влюблена в романы об Анжелике. Вот в честь нее меня и назвали. В детстве мне приходилось из-за моего имени очень не сладко. В нашем городке я была единственной девочкой, которую так звали. И меня часто дразнили, причем, почему-то особенно девчонки. Некоторые просто не давили прохода. Не знаю, может быть, они завидовали моему имени. Очередь мальчиков пришла позже.

- Представляю, с вашим именем и внешностью, какие у вас были проблемы.

- Боюсь, что вы не совсем представляете. Когда по телевизору в очередной раз показывали фильм про Анжелику, вся школа начинала ходить ходуном, меня задирали на каждом шагу. Однажды моя учительница подошла ко мне и посоветовала не приходить в школу пару дней, пока не утихнет ажиотаж.

- И вы не пришли? - с интересом спросил Волин.

- Пришла. Сначала я, в самом деле, не хотел приходить, но в последний момент что-то со мной случилось, я почувствовала, что не могу оставаться дома, это будет проявлением слабости. В этом было что-то унизительное. Хотя тогда я вряд ли все это понимала, просто какая-то сила погнала меня в школу. Я тогда инстинктивно ощутила, что это не мой путь - уходить от опасности, а есть какой-то другой, более мне внутренне присущей.

- И вы его нашли?

Анжелика задумалась.

- Вряд ли так можно сказать. Но во мне рано созрела решимость научиться отставить свою независимость. И когда я прочла на заборе объявление, что идет набор в секцию дзюдо, в том числе и девочек, я сразу же пошла туда.

- И как помогло?

- Еще как! Я знаю, в каких ситуациях я могу за себя постоять, и это помогает мне чувствовать себя гораздо уверенней.

- Вы понимаете, что мужчины всегда будут к вам относиться агрессивно, ваша внешность пробуждает в нас не лучшие, а скорей худшие эмоции, неудержимое желание завладеть такой красавицей. Тот, кто сказал, что красота спасет мир, на самом деле плохо представлял, как в действительности обстоят дела.

- Я понимаю, но что я могу сделать. Но я намерена защищаться. - Анжелика замолчала и посмотрела на своего собеседника. - А у вас я пробуждаю те же желания?

- Разумеется, я же мужчина. Причем, весьма страстный. Или вы считаете, что мне очень нравится есть тут с вами сосиски, на самом деле, мне хочется наброситься на вас.

- Что же вас удерживает? Опасение получить отпор?

- Вовсе нет.

- Тогда что же?

- Скажем воспитание, способность сдерживать свои самые грубые желания. А так же виды на вас.

- Вы имеете на меня виды? - удивилась девушка.

- Может быть, пока я еще доподлинно не знаю. Я только в самом начале процесса, как вы сказали, созревания.

- А мое мнение вас при этом мне интересует?

- В общем, нет. Вернее не интересует в том смысле, что мне оно известно.

- Вы читаете мысли?

- Иногда они бывают слишком понятны. Вы тоже имеете на меня виды. Хотя ни вы, ни я пока точно не знаем, какие эти виды. Но, думаю, такое положение продлится не долго.

- Вам не кажется, что вы уж слишком самоуверенны.

- Не кажется, я никогда не бываю самоуверенным, но стараюсь всегда быть уверенным. Уверенность основывается на знание своих сил и возможностей, самоуверенность на самомнение о них. Я же имею привычку всегда все проверять. Только после этого я становлюсь в чем-то уверенным. Иногда это отнимает даже слишком много времени и хочется все сделать быстрее. Но затем всякий раз раскаиваюсь в такой поспешности. Любое дело надо доводить до конца, только в этом случае можно получить максимальный результат.

- Вы говорите прямо, как преподаватели в нашей Академии.

- Для меня это комплимент. Между прочим, я сам ее кончил, только давно, десять лет назад. Это был первый ее выпуск. И меня многому там научили.

Почему-то новость о том, что они однокашники, взволновала Анжелику. Ей почудилось в этом какой-то знак. Хотя и не совсем по смыслу понятный.

Анжелика посмотрела на часы и едва не ахнула, уже было далеко за полночь. А она и не заметила, как быстро пролетело время. И если она завтра опоздает в Академию, ей будет уже совсем плохо, ее могут просто не допустить до экзаменов.

- Мне надо срочно домой.

- Хорошо, я вас отвезу. Пойдемте.

Они вышли на улицу. Там, в самом деле, полной хозяйкой являлась ночь. Прохожих уже не было, лишь редкие машины, разрывая плотный покров темноты лезвиями света, пущенных из фар, с шумом проносились мимо.

Пока они ехали к дому Анжелики, в ее голове ни на мгновение не останавливаясь, крутилась одна мысль: как же попросить у него денег. Другого источника у нее на примете нет. И тут случилось то, чем иначе как вмешательством Всевышнего, она определить не могла, он сам завел нужный ей разговор.

- А на что вы живете, Анжелика? - неожиданно спросил Вольпин .

Она даже вздрогнула от неожиданности.

- На стипендию, а так же на то, что присылает мне мама. Но в последнее время у нее возникли кое-какие финансовые трудности, и она ничего не посылает. А стипендию меня совсем недавно лишили за опоздания.

Вольпин посмотрел на нее.

- То есть выходит вы сейчас на полной мели, - не то спрашивая, не то утверждая, произнес он.

Она молча кивнула головой.

- Финансиста такая ситуация всегда плохо характеризует.

- Я знаю, - вздохнула она, - и пыталась заработать деньги. Но ничего не вышло. Все хотят от меня то, что я им вовсе не намерена давать.

Вольпин снова поглядел на свою спутницу. По его виду можно было предположить, что он о чем-то размышлял.

- Я дам вам деньги. В долг, - как о чем-то решенном и не допускающем возражений, произнес он. - Вы мне напишите расписку. Вас устраивает такой вариант?

- Да, - проговорила Анжелика.

Он кивнул головой, и больше до конца пути они не разговаривали. Впрочем, ехать им оставалось меньше десяти минут. Он остановил автомобиль в том месте, откуда началось их это странное путешествие.

- Вы не возражаете, если я на пару минут поднимусь к вам? - спросил он.

- Пожалуйста.

Ей было стыдно от убогости своего жилища, но отказать ему в этой просьбе она не осмелилась.

Вместе они поднялись по лестнице. Анжелика открыла дверь, и они оказались в квартире. Она зажгла свет.

Он несколько секунд внимательно разглядывал всю эту мерзость запустения: рваные обои, полусгнившие полы, потолок с осыпавшей штукатуркой. Затем она вела его в свою комнату.

- Ну как? - не без вызова поинтересовалась его впечатлением Анжелика.

- Ужасно, но жить можно. Я жил в худших условиях. - Он достал кошелек, пересчитал деньги, затем протянул их девушке. - Пересчитайте и вы и пишите расписку. Укажите дату возврата, я вам даю деньги на месяц.

Анжелика пересчитала и села писать свою первую в жизни долговое обязательство. Затем отдала его Вольпин у. Тот спрятал ее в карман.

- Спокойной ночи, - пожелал он. - И не опаздывайте на занятия.

Он улыбнулся ей и вышел из комнаты.


## Глава 5


На следующий день, когда Анжелика приехала в Академию, то быстро убедилась, что ее дела обстоят весьма печально. Мало того, что не приход на сдачу зачета без уважительной причины являлся уже серьезным проступком, о чем ей со всей определенностью заявил декан. Но эту проблему еще было можно как-то урегулировать. Но без зачета ее не могли допустить к экзаменам. А тут как раз нашла коса на камень.

Преподаватель, к которому она направилась договариваться о сдаче зачета в другой день, смотрел на нее настолько красноречиво, что не оставалось ни малейших сомнений, на каких условий он готов принимать его. Даже если она не ответит ни на один вопрос и не произнесет ни единого слова, она преодолеет этот риф без проблем. Конечно, в том случае если согласится на его условия.

Улыбка преподавателя с каждой минутой становилось все более наглой. Он явно был уверен, что Анжелика в его руках, и он может диктовать ей любые условия. Он и стал диктовать, заявив, что в силу большой загруженности может принять у нее зачет сегодня вечером, если она придет к нему домой.

У Анжелики непроизвольно сжались кулаки. Ей стоило немалого труда удержаться от того, чтобы не ударить преподавателя по его гнусной физиономии. Но приходилось смирять гордыню и сдерживать идущие от души порывы. Но вот что делать в этой ситуации, она не представляла. Хотя и мысли уступить его наглым домогательствам, она не допускала. Одно дело позировать обнаженной перед кинокамерой, другое дело ложиться в постель ради получения подписи в зачетки.

- Так мне вас ждать сегодня? - с надеждой спросил преподаватель. В предвкушение предстоящего удовольствия его глаза сверкали, как сигнальные огни.

Несколько мгновений они молча боролись взглядами.

- Я сегодня вечером не могу, я занята, я буду спать со своим женихом, - отрезала Анжелика.

И сразу же увидела, как по лицу преподавателя, словно огромное насекомое, поползла краснота. Улыбка мгновенно испарилась с губ.

- Как хотите, - сухо произнес он. - Но другого времени принимать у вас зачет, у меня не будет. Вы хорошо обдумали последствия своего поступка?

- Да, очень хорошо. - Она повернулась и ушла.

На самом деле, она была в таком состоянии, когда просто не могла ни о чем думать, голова заволоклась каким-то туманом, который к тому же застилал и глаза. Она брела по коридору, почти ничего не видя вокруг себя. Ощущение надвигающейся катастрофы не покидало ее ни на мгновение. Пять лет напряженной учебы - и все впустую из-за одного пропуска занятия. Кто ее возьмет на работу без диплома? Разве только курьером.

Она вдруг наткнулась на какое-то препятствие. Анжелика подняла глаза и увидела, что ее голова уткнулась в грудь Николаю.

- Что с тобой, ты бредешь, как слепая?

Вместо ответа Анжелика неожиданно разрыдалась. Это было столь непривычно для нее, что Николай в первые секунды не поверил своим глазам. Он видел ее плачущей в первый раз.

Так как Анжелика не отвечала, а продолжала плакать, он отвел ее в сторону, чтобы никто бы их не видел.

- Говори, что произошло?

Обычно она старалась сама решать свои проблемы, не навязывая их даже самым близким людям, но сейчас ей было не до собственных принципов. Глотая слезы, она поведала Николаю о только что состоявшемся разговоре.

- Вот гнус! - дал он ему определение. - Мне этот тип никогда не нравился. Всегда на тебя смотрел сальными глазенками. - Он замолчал, о чем-то задумавшись. - Ему так этот фокус не пройдет, он за него заплатит.

- Что ты задумал? - встревожено спросила Анжелика.

- Ничего особенного, просто этого гада надо проучить. Чтобы в следующий раз не приставал никому с такими предложениями. И вообще...

- Но даже если ты его накажешь, это мне не поможет, - резонно возразила Анжелика.

- Как знать. А вдруг поможет. Такие типы обычно очень трусливы. Не волнуйся, все наладится. Поставит он тебе зачет. Да еще извинится, что не сделал этого сразу.

Хотя Анжелика отдавала себе отчет, что слова своего друга не стоит принимать всерьез, так как она не представляла, чем он может помочь в этой ситуации, но, как ни странно, они немного ее успокоили. По крайней мере, она перестала плакать, а в душе, даже вопреки здравому смыслу, появилась какая-то слабая надежда. Но просуществовала она недолго. Анжелика внимательно посмотрела на решительное лицо молодого человека, и ей стало тревожно. Но уже не за себя, а за него.

- Что ты задумал? Я прошу тебя, ничего не предпринимай.

- Не волнуйся, все будет нормально. Каждый получит по заслугам. Ты идешь сейчас на лекцию?

- Да, конечно, - ответила Анжелика. Больше она не может себе позволить ни минуты опоздания.

Обычно Николай старался после занятий проводить ее, если не до дома, то, по крайней мере, до ближайшей станции метро или затащить в свою комнату. Но на этот раз он вдруг словно сквозь землю провалился. Она ждала его на их месте в фойе, возле книжного киоска. Но его все не было и не было. Простояв в одиночестве минут пятнадцать, она решила отправиться домой одна.

Такого прецедента за все время их отношений еще не возникало, если он не мог ее проводить, то всегда предупреждал об этом заранее. Анжелику не покидало тревожная уверенность в том, что все это отнюдь не случайно, что его отсутствие как-то связано с ее признанием о том, какую плату требовал за сдачу зачета преподаватель и словами Николая, что ему так просто это не пройдет. Она корила себя за то, что рассказала эту историю Николаю. Вот уж кто никогда не отличался большим здравым смыслом и сдержанностью, эмоции часто брали у него вверх над доводами рассудка. И сейчас она очень боялась, что он совершит какой-нибудь необдуманный поступок.

Так и не дождавшись Николая, она побрела домой. Ее не покидало предчувствие, что в самые ближайшие дни, если не часы случится нечто непоправимое. Выйдет приказ о том, что она не допускается до сдачи государственных экзаменов, или она узнает, что Николай... Но дальше мысль начинала пробуксовывать. И без того все складывается хуже некуда.

Она приехала домой и, быстро пообедав, села за учебники. Она точно не знала, пригодятся ли теперь ее занятия, но все равно решила, что будет заниматься. Назло всем этим мерзким людишкам.

Она надеялась, что Николай позвонит и объяснит причины своего отсутствия и расскажет, чем он сейчас занят. Но телефон, как партизан на допросе, молчал весь день. Ожил он только уже тогда, когда Анжелика погасила свет и легла спать. И как раз этот момент в коридоре раздался звонок.

Она вскочила с кровати и, не одеваясь, бросилась в коридор. Но вместо столь знакомого голоса Николая в трубке раздался абсолютно незнакомый мужской голос.

- Гражданка Оболенская?

- Да, это я, - ответила Анжелика, почему-то холодея.

- С вами говорит капитан Малахов. Я звоню вам по поручению Николая Омельченко.

- Что случилось?

- Он задержан за хулиганское нападение с тяжкими последствиями.

- Этого не может быть!

- Как не может, если он задержан нарядом милиции с поличным. Есть все необходимые показания.

- Я хочу увидеть его! - решительно произнесла Анжелика. - Где он находится?

Она интуитивно почувствовала, что ее телефонный собеседник пребывает в нерешительности.

- Это мой жених, я должна его видеть, узнать, что же случилось?

- Ну, хорошо, приезжайте. Пока он находится в нашем отделении милиции. Скорей всего завтра его переведут в изолятор временного содержания.

- Где ваше отделение?

Милиционер продиктовал адрес. Боже мой, это же на другом конце Москвы! Она туда доберется в лучшем случае через часа полтора. Как раз к середине ночи.

Она бросилась в свою комнату и стала поспешно одеваться. Затем выбежала из дома.

Метро еще работало, перевозя последних пассажиров. Она плюхнулась на сиденье и закрыла глаза. Ну что за напасти навалилась на нее в самые последние дни. Причем, одна за другой, словно бы сговорились. Теперь вот что-то ужасное натворил Николай. К ней пришла вдруг странная мысль: она всем приносит несчастья. Не только себе самой, но и тем, кто ее окружает, кто ее любит. Вот теперь что-то случилось и с Николаем. У нее не было сомнений, что сегодняшнее происшествие как-то связано с ней.

Она выскочила из метро и стала спрашивать, как ей добраться до отделения милиции. Такой вопрос в первом часу ночи вызывал настороженность, и она ловила на себе подозрительные взгляды. Наконец одна женщина объяснила, что надо еще ехать семь остановок на автобусе. Но в такой поздний час они уже не ходят.

Рядом со станцией метро находилась стоянка такси. На ней поджидала пассажиров всего одна машина. Анжелика назвала адрес. Таксист - довольно молодой мужчина, высокий и с вида крепкий внимательно разглядывал девушку. И у Анжелики возникло опасение, что добром эта поездка не кончиться. Уж слишком долго и пристально смотрел мужчина на нее. Но выбора не было, ловить на дороге попутку в такой час можно до утра.

Таксист назвал свой тариф. Иначе как грабежом это сумму назвать было невозможно.

- Я согласна, поехали, - не раздумывая, ответила Анжелика.

Таксист вновь пристально взглянул на пассажирку, и у Анжелики закралось подозрение: уж не за проститутку ли он ее принимает?

Они поехали. Шофер то и дело поглядывал на свою пассажирку, лишь усиливая у Анжелики тревогу.

- Я тут рядом живу, - вдруг сообщил он.

Анжелика ничего не ответила.

- Ты чего молчишь, или не понимаешь, о чем я говорю. Заскочим на полчаса. А потом я отвезу тебя бесплатно в любое место. Хоть на Дальний Восток, - хмыкнул он.

- Отвезите меня за деньги туда, куда я прошу.

- Ты чего не понимаешь, обычно твои собратки по профессии куда сговорчивей, всегда используют шанс прокатиться бесплатно.

Анжелика снова решила, что лучше всего в такой ситуации отмолчаться. Но подобное развитие событий таксиста никак не устраивало. Он вдруг резко затормозил.

- Видишь вон то окно, на третьем этаже, это мое, - показал он. - Выходи, сделаем остановку, а потом поедем дальше по нашему маршруту.

- Я вас прошу, не надо. У меня очень срочное дело, - взмолилась Анжелика. Ну что за роковое невезение, теперь придется разбираться с этим ловеласом на колесах.

- Давай, мы быстро, ты не пожалеешь. Все уходили довольные.

Таксист первым выбрался из машины. Ей ничего не оставалось делать, как последовать за ним. Но дальше она не пошла.

- Ты чего? - удивился мужчина. - Вроде же обо всем договорились.

- Не совсем. Поехали, куда я сказала.

Строптивость девушки вывела таксиста из себя. Он грубо схватил ее за локоть и попытался столкнуть Анжелику с места.

Удар ее ноги пришелся ему в пах, а подсечкой она повалила его лицом прямо на грязный асфальт.

Чтобы прийти в себя мужчине, понадобилось несколько минут. Он тяжело встал, из разбитого носа обильно сочилась кровь.

- Слушай, да ты выходит из ментуры! - осенило таксиста. - Так бы сразу и сказала. Я же принял тебя за другую. Прости, ошибочка вышла.

- Поехали скорей, мне некогда, - не стала опровергать его догадку она.

Таксист покорно сел за руль. Через десять минут он высадил ее у дверей отделения милиции и тут же дал газ. Анжелике показалось, что он выкрикнул в ее адрес не то угрозу, не то ругательство. Но из-за работающего мотора она не была уверенна в этом. Впрочем, ей было абсолютно на это наплевать.

Она вошла в отделение милиции и обратилась сидевшему за стеклянной перегородкой дежурному.

- Мне звонил капитан Малахов по поводу задержанного Николая Омельченко.

- Малахов - это я.

- Милиционер так пристально разглядывал ее, что у девушки возникли опасения, как бы не повторилась в новом варианте история таксистом. Только в этот раз отбиться ей будет гораздо тяжелей.

- Он не обманул, вы в самом деле настоящая красавица, Вам только в кино сниматься, - неожиданно восхищенно проговорил капитан.

И он туда же, устало подумала она. Однако у нее отлегло от сердца. По опыту она знала: кто вот так искренне восхищается ее красотой, тот не опасен, по крайней мере, прибегать к насилию не станет.

- Могу я поговорить с Николаем Омельченко? - спросила она.

- Да, конечно, сейчас мы его приведем. Посидите вот там, - указал он на стулья.

Анжелика с волнением ждала появление Николая. Еще никогда они не встречались в такой обстановке. И все же что все-таки в последнее время происходит в ее жизни, уже не в первый раз задалась она вопросом? Такой удивительной череды неблагоприятных событий еще никогда у нее не было. Ее вдруг охватила непонятно откуда взявшаяся уверенность в том, что ее ждут большие перемены. Иначе, зачем нужно посылать ей все эти многочисленные испытания.

Но все эти мысли оказались, словно мощным потопом, мгновенно смыты, едва она увидела Николая. Ей стало страшно. Все его лицо представляло из себя один большой кровоподтек, под глазами синяки, нос раздулся от удара, на подбородке рваная рана.

Анжелика вскочила и бросилась к нему.

- Что с тобой они сделали?

- Ничего особенного, просто немного побили, - не без усилий усмехнулся разбитыми губами молодой человек.

- За что?

Николай пожал плечами.

- Спроси у них.

- Ты можешь объяснить, что все-таки случилось, я ничего не понимаю.

- А тебе и не надо ничего понимать. Это касается только меня.

- Это не так, это касается нас обоих. Мы вместе.

Николай как-то странно взглянул на нее.

- Ты уверена?

- Да, - даже излишне твердо произнесла девушка.

Он о чем-то задумался.

- Я все равно узнаю, они расскажут, - кивнула в сторону конвоира Анжелика, который с большим интересом, как за увлекательным фильмом, наблюдал за сценой свидания. - Прошу тебя, расскажи все, как было.

- Я встретил этого гада и решил его немного проучить, - неохотно проговорил Николай.

- Какого гада?

- Твоего преподавателя, что не поставил тебе зачет. Я же обещал, что урегулирую проблему.

- И что было дальше?

- Я попытался его вразумить вполне интеллигентно, но он ничего не хотел слушать. Вместо этого стал тебя оскорблять.

- Что он сказал?

- Это не важно. .

- Я тебя очень прошу, говори все, что было. Не пропускай ничего.

- Сказал, что ты проститутка, спишь ради отметок со всеми преподаватели, что, дескать, они сами ему рассказывали во всех подробностях, как это было. И пока ты не удовлетворишь его, он ни за что зачет тебе не поставит.

- В самом деле, гад! - не сдержалась она.

- Вот я и схватил его за воротник и пару раз приложил. А он как закричит на всю улицу: грабят, убивают. И, как на грех, мимо проезжала патрульная машина с фараонами, они услышали крики и бросились ему на помощь. Вот тогда меня и отдубасили.

- Было больно?

Николай пожал плечами. О Том, что было больно, можно было и не спрашивать, вид Николая свидетельствовал это более чем красноречиво. Анжелику же вдруг пронзило острое чувство вины. Он пострадал из-за нее, из-за того, что по глупости вместо того, чтобы бежать на учебу, как маленькая девочка, засмотрелась на дом и опоздала. И после этого все и покатилось, цепляя одно за другим.

Анжелика провела рукой по его лицу и тут же ее отдернула, так как Николай сморщился от боли.

- Извини, я не хотела.

- Это я виноват, что из-за меня в такой поздний час ты поперлась на другой конец Москвы.

- Не говори глупости. За кого ты меня принимаешь?

Николай как-то обреченно махнул рукой.

- Теперь мне отсюда долго не выбраться. Капитан, что тебе звонил, кстати, неплохой парень, популярно объяснил, что мне светит самое малость года три, а то и больше. Этот гад накатал на меня заявление в прокуратуру, он там написал, что я пытался его ограбить.

- Но это же ложь! - возмущенно воскликнула Анжелика.

- А как доказать. Полно свидетелей; и прохожие, и менты, что меня повязали. Они тоже мне клеют сопротивление милиции. В общем, все против меня.

- Надо нанять хорошего адвоката, он тебя вытащит.

- Не смеши, адвокаты стоят бешеных денег. Где мы их возьмем?

Николай говорил правду, взять их было действительно негде.

- Я что-нибудь придумаю, - не слишком уверенно пробормотала Анжелика.

Николай снисходительно посмотрел на нее.

- Жаль, что теперь на чемпионат не попаду. Как раз все только начиналось. А там и Европа... - Он грустно вздохнул.

Открылась дверь из из-за нее показался капитал Малахов.

- Все, вам пора расставаться. - Уведите арестованного, - приказал он милиционеру.

Анжелика хотела попросить подождать еще пару минут, но неожиданно для себя промолчала. О чем, в сущности, еще говорить, итак, все ясно. Только травить душу.

Николай бросил на нее прощальный взгляд и исчез за массивными, обитыми железными листами, дверьми. Анжелика никогда не сидела в камере, но представить обстановку в ней не составляло большого труда. Невольно ее передернуло. Она сделает все возможное, а если надо и невозможное, дабы вызволить его из заточения.

- Я вас провожу, - обратился к ней капитан.

Анжелика кивнула головой и в его сопровождение направилась к выходу.

Внезапно она остановилась.

- Николая, в самом деле, могут посадить в тюрьму? - спросила она.

- К сожалению, да, против него есть серьезные показания. В том числе сопротивление работникам милиции. Одному он сильно разбил лицо и вывихнул руку.

- Он мне ничего об этом не сказал. Но это же... - Она не решилась закончить мысль, так пугающе она звучала. - Что же делать?

- Искать хорошего адвоката, - посоветовал Малахов. - Всякое случается, и из гораздо более серьезных переделок выручали.

Я это знаю и без тебя, ты бы лучше сказал, где раздобыть на него деньги, мысленно ответила она.

- Вы доберетесь до дома? - спросил милиционер.

Денег на такси у нее должно хватить, мысленно прикинула Анжелика.

- Да, спасибо за помощь.

Она подала ему руку, которую он с удовольствием пожал, и вышла на улицу. Она довольно долго брела по ночному городу, даже не пытаясь поймать машину. Она представляла сидящего в камере Николая и слизывала с губ соленые слезы.


## Глава 6


Анжелика никак не могла заснуть, мысли были такие тревожные, что отгоняли сон, как злая собака воров. И только под самое утром она ненадолго задремала, но вскоре какая-то сила заставила ее вскочить с постели. Это был страх, что она опоздает в Академию.

К ее удивлению, несмотря на то, что она почти всю ночь провела с открытыми глазами, ей совсем не хотелось спать. Дела обстояли так мерзко, что прогоняли даже сон.

Она сидела на лекциях, на семинарах, но при этом была целиком отрешена оттого, что там происходило. Все ее мысли были целиком поглощены одним, вернее двумя вопросами: где найти деньги, чтобы нанять хорошего адвоката для Николая, и каким образом пересдать зачет и тем самым получить пропуск для сдачи госэкзаменов.

Но решения ни первой, ни второй проблемы не находились. Анжелика перебрала в голове все возможные, а так же невозможные способы добывания денег, но ни один не сулил ничего хорошего. Она хорошо представляла, какой гонорар за свои услуги требуют хорошие защитники, а плохих нанимать нет смысла, ночью этот капитан Малахов предельно ясно обрисовал ей картину того, что грозит Николаю за его дурацкую выходку.

Внезапно к Анжелике пришло решение: если нет иного выхода, то она выйдет на панель. Ради Николая можно пойти и не на такое. Ей даже стало немного легче; по крайней мере, появилась хоть какая-то определенность. Но совсем не надолго. Как заправский экономист, она стала делать подсчеты. И пришла в ужас. Зная столичные цены на подобные услуги, она легко посчитала: чтобы набрать нужную сумму, ей придется, как минимум, выходить на этот древнейший промысел каждый день в течение пяти месяцев. Нет, такого психологического и физического прессинга она ни за что не выдержит. Да и где гарантия, что за это время Николая не осудят?

Не меньшую головную боль вызывал другой вопрос: как добиться разрешения сдавать экзамены? Каким образом это сделать, она тоже не представляла.

Анжелика вернулась домой и сразу же бросилась на кровать, зарылась лицом в подушку. Ей хотелось хотя бы на время забыться, так крепко заснять, чтобы ничто не могло бы прервать ее сна.

У Анжелики исчезло ощущение времени, она понятие не имела, как долго лежала на своей кровати. Никогда в жизни она еще не оказывалась в столь безнадежной ситуации. Вдобавок, у нее почти закончились те деньги, что одолжил ей Вольпин . Вчера ночью она слишком много разъезжала на такси. И что с того, что делала это отнюдь не из желания пошиковать, а по причине безвыходности, купюрам на это абсолютно наплевать, они уплывают из кармана так же быстро.

Уж не первый раз в ее голове всплывала фамилия Волина. Но она пыталась выгнать ее из своего сознания. Какое отношение имеет этот практически незнакомый человек к ее проблемам. Но чем сильней развертывалась перед ее мысленным взором вся грандиозная панорама ее несчастий, чем настойчивей и чаще она возвращалась к мысли о нем. Он единственный человек из всех, кого она знает, кто может дать ей деньги. Она же готова заплатить за них своим телом. В конце концов, это не такая уж высокая цена за спасение Николая.

Но ей понадобилось еще не меньше часа, прежде чем она приняла окончательное решение. Она нашла визитку Волина, вышла в коридор и стала набирать номер его мобильного телефона.

Ответил он быстро. Вместе с его голосом до нее донесся шум работающего двигателя. Скорей всего он в машине.

- Игорь Евгеньевич, это я Анжелика,

- Анжелика? - Голос Вольпина выражал вызванное удивление ее звонком. - Я рад, что вы позвонили.

- Мне надо с вами поговорить. Это очень важно.

- Это срочно?

- Более чем.

Несколько мгновения Анжелика слышала лишь звук работающего мотора.

- Хорошо, я приеду, - присоединился к нему голос Волина. - Только попозже, сейчас у меня важное свидание. А потом заскочу сразу к вам.

- Я буду с нетерпением ждать.

Анжелика снова вернулась на свою кровать, которая вдруг превратилась в ложу скорби. Она уже жалела о своем звонке. Она поступила опрометчиво, она не имеет никакого права вмешивать его в свои дела. И что он о ней подумает, когда она ему предложит такую сделку? Впрочем, особенно гадать не приходится, итак, все предельно ясно.

- Ну и пусть! - громко воскликнул она, охваченная какая-то странной ненавистью к себе. Пусть думает, что угодно, пусть презирает ее. Какое ей, в сущности, до этого дело. Чужой человек, и если даже попользуется ее телом, ей все равно. Зато она спасет от тюрьмы Николая. А он ее настоящий друг, готовый ради нее на любой поступок, на любую жертву. И целью его вызволения должны быть подчинены все ее помыслы и действия.

Внезапно она припомнила сказанные им только что слова о том, что он приедет к ней после свидания. Когда он их произнес, почему-то она сразу подумала, что он имеет в виду деловую встречу. Но ничего подобного он не сказал, это уже выдумала она сама. Он произнес слово "свидание", это она помнит не хуже, чем дату своего дня рождения. А оно имеет совсем другой, отнюдь не деловой смысл.

Анжелика с удивлением поймала себя на том, что испытывает нечто весьма похожее на ревность. Ко всем ее невзгодам, только этой не хватает. Это просто глупо, она даже не знает, женат ли он, есть ли у него дети?

Но чувство не проходило, более того, успешно отражало все попытки девушки прогнать его. Анжеликой завладело полное ощущение, что оно заняла прочные позиции в ее душе и не намерено сходить с них.

Анжелике нравилось анализировать свои мысли, чувства, поступки, докапываться до причин их совершения или появления. Но сегодня ей было совсем не до игры в самоанализ, в душе царил такой хаос, что она подсознательно понимала, что ничего путного из таких попыток не получится. Для этого нужно внутреннее спокойствие, способность отдалиться от самой себя. Сейчас же она была полностью этого лишена. Самые разноречивые ощущения буквально распирали девушку, не позволяя ни на чем сосредоточиться.

В таких борениях с само собой прошло не менее трех часов. Сперва она прислушивалась к каждой проезжающей мимо ее окон машины в надежде, что это Волин. Но затем, отчаявшись, перестала обращать на внешние шумы внимания. С каждой минутой Анжелика все прочнее укоренялась в уверенности, что он ее обманул и вовсе не собирается ее навещать. Увлекся своей красоткой и забыл обо всем.

Ее разбудил громкий и настойчивый стук в дверь. Анжелика вскочила с кровати и бросилась открывать.

Стучала соседка. Она с презрением посмотрела на девушку.

- К тебе пришли, - сказала она, кивая на стоявшего за ее спиной Волина.

Анжелика почувствовала смущение. На соседку ей было глубоко наплевать, но она представила свой заспанный вид, в котором предстала перед гостем, и ей стало неприятно. Что подумает он о ней?

- Можно войти? - осведомился Волин.

- Конечно, - спохватилась Анжелика, только сейчас поняв, что слишком долго держит в дверях своего гостя.

Они вошли в ее комнату.

- Садитесь, - показала девушка на стул. Сама же села на кровать.

Она вдруг осознала, что не представляет, как сказать ему о своих затруднениях. О таких вещах просят близких друзей или на худой конец хороших знакомых. А перед ней сидит совсем чужой человек.

Пауза неприлично затягивалась, но не один из участников этой немой сцены по разным причинам не прерывал ее.

- О чем вы хотели со мной поговорить? - первым не выдержал Волин.

- Я не знаю, - тихо промолвила Анжелика.

- Вы не знаете, о чем хотите со мной переговорить? - удивленно переспросил он.

- Нет, о чем хочу говорить, я знаю. - Но вместо того, чтобы продолжить, Анжелика замолчала.

За нее досказал Волин.

- Вам неудобно говорить со мной на эти темы.

- Да, - призналась она. - Мы же почти незнакомы.

- Тем не менее, вы же обратились ко мне.

Анжелика, подтверждая, кивнула головой.

- Больше мне не кому.

Вольпин на несколько мгновений задумался.

- Давайте с вами решим так: вы будете разговаривать со мной, как с человеком, которого вы хорошо знаете и которому доверяете. А там посмотрим, что из этого получится. Договорились. В любом случае вы ничего не теряете.

- Я попробую. - И что она, в самом деле, так смущается, он прав, оттого, что он узнает про ее проблемы, ее не убудет. А вдруг он ей поможет, и Николай скоро выйдет из тюрьмы. И ради этого стоит многим рискнуть и многим пожертвовать.

- Понимаете, один человек из-за меня угодил за решетку. И ему грозит серьезный срок. И я не представляю, как его вытащить оттуда. У меня для этого нет ни нужных знакомых и ни денег.

- Это все?

- Не совсем. У меня возникли серьезные проблемы в Академии, меня могут не допустить к государственным экзаменам. С этого все и началось.

Вольпин хлопнул себя по колену.

- Давайте все по порядку, чтобы я хотя бы немного что-то понял. Итак, ваши неприятности начались с того, что вас могут не допустить к сдаче экзаменов, и вы останетесь без диплома. С чем это связано?

- Я все расскажу. - Девушка стала излагать последовательность событий: Она начала с того, как она задержалась возле сносимого дома, и опоздала в Академию, за что ее лишили стипендии. Потом она перешла к истории сдаче зачета. Правда, причину того, почему она не сумела попасть в тот день в институт, она упустила, просто сказав, что в ту ночь слишком поздно пришла домой. Затем ее рассказ перешел на связанные с Николаем перипетии. Изложив обстоятельства последней ночи, она замолчала и в ожидание ответной реакции посмотрела на Волина.

- Николай, ваш друг? - после короткого молчания спросил он.

- Да, - негромко подтвердила она.

- Как вы намерены ему помочь?

- Ему требуется хороший адвокат. Но он стоит очень дорого, а у меня нет таких денег. И помочь мне некому. Кроме вас.

- То есть, вы хотите, чтобы я дал бы денег на адвоката?

Анжелика отвела глаза в сторону.

- Я вам заплачу. Я согласна выполнить любую вашу просьбу.

Вольпин одарил ее своим долгим взглядом.

- Это крайне приятно слышать, что вы готовы выполнить любую мою просьбу. Я непременно воспользуюсь такой счастливой возможностью. Но вы уверены, что даже хороший адвокат сумеет вытащить из тюрьмы вашего дружка.

- Я на это надеюсь.

- Если я правильно понял, он что-то сломал милиционеру. Это сильно ухудшает его положение. Если бы он сломал, к примеру, ногу обычному гражданину, то я почти уверен, что его бы можно было бы спасти от тюрьмы. Мы же имеем ситуацию гораздо хуже. Я не уверен, что даже очень хороший адвокат выиграет дело.

- И все же я хотела бы попробовать. Вдруг получится.

- Поверьте, вдруг ничего не случается. Все требует подготовительной работы. Хорошо, я согласен, мы наймем адвоката. Ну а уж что из этого выйдет, не обессудьте.

- Спасибо. - От переполнявших ее чувств, у Анжелики даже выступили слезы.

Вольпин внимательно посмотрел на нее.

- Но есть еще одна проблема, нужно, чтобы вас допустил бы к экзаменам.

- Это уже не важно, главное помочь Николаю!

- Одно другому не мешает. Это как раз мне сделать легче, проректор Академии мой хороший знакомый. Я думаю, мы урегулируем этот вопрос. Что касается адвоката, то завтра ваш друг его уже будет иметь. - Он посмотрел на часы. - Мы с вами засиделись, уже пошел второй час ночи.

- Я - готова выполнить то, что обещала, - произнесла Анжелика.

Вольпин встал, она тоже поднялась.

- Меня очень радует, что вы готовы выполнять свои обещания. Я в вас не ошибся. - К сожалению, мне надо идти, уже поздно, а завтра рано вставать. Почему-то в последние дни навалилось много дел. - Он двинулся к выходу. Анжелика не очень уверенно, последовала за ним.

Он остановился на пороге.

- Мы с вами обо всем договорились, готовьтесь к экзаменам и завтра же адвокат свяжется с вами. Ну а вы дали обещание выполнить любую мою просьбу. Прошу, не забывайте об этом. Спокойной ночи, Анжелика.

- Спокойной ночи, Игорь Евгеньевич, - немного растерянно проговорила девушка. Анжелике было трудно поверить, что все это ей не снится.


## Глава 7


Первая мысль стряхнувшего ночной покров сознания: этого не может быть, потому что не может быть никогда. Анжелика вскочила с кровати, в памяти помимо ее воли начал прокручиваться ночной разговор с Волиным. Неужели он действительно сдержит свое обещание? Такого в жизни просто не бывает, потому что не бывает никогда. Или невероятно редко, раз в тысячу лет. Но не может же быть, чтобы этот раз наступил бы как раз сегодня.

И приехав в Академию, она все время ждала, что сейчас что-то случится. Но ничего не происходило, все шло совершенно, как обычно. Она сидела на занятиях, слушала преподавателей, ее спрашивали, она отвечала. И даже заработала пятерку. Но, если раньше девушка всегда неподдельно радовалась такой отметки, то теперь она не вызвала у нее никаких эмоций. Чтобы она не получила, ее все равно не допустят к экзаменам. И даже странно, что еще никто ее об этом не известил.

Из Академии никуда не заезжая, она поехала домой. Она села заниматься, но ее внимание постоянно отвлекалось, так как она прислушивалась к тому, не раздастся ли в коридоре телефонный звонок. Но он снова молчал. День сменился вечером, а по-прежнему никто не звонил.

Ей стало грустно, вот и закончилась сказка. Только конец в ней, увы, не самый благополучный. Вчера ночью она почему-то была уверена, что Вольпин сдержит свое обещание, что он из той редкой породы людей, которые не бросают слова на ветер. Но она ошиблась, он, как все. А ее, пусть и небольшой жизненный опыт, однозначно свидетельствует об одном: этот мир населен людьми, не вызывающие к себе доверия.

Звонок прозвенел в тот момент, когда она перестала его ждать. Хотя он мог быть предназначен соседке; в это время нередко звонил ее живший в другом городе сын. Анжелика вдруг почувствовала, что у нее учащенно колотится сердце.

Но спринтерский забег к аппарату выиграла соседка. Она взяла трубку, затем ее лицо недовольно сморщилось.

- Это тебя, - сказала она.

- С вами говорит адвокат Боровой Виктор Давидович. Я звоню вам по поручению Игоря Евгеньевича. Мне бы хотелось с вами переговорить.

- Пожалуйста, я готова в любой момент.

- Я бы хотел сейчас. Я нахожусь недалеко от вас. Могу я к вам зайти.

Анжелика посмотрела на откровенно слушающую разговор соседку.

- Да, заходите, я вас жду.

Анжелике вдруг захотелось показать язык соседки. Но у нее все же хватило сил сдержаться. Вместо этого она вернулась в свою комнату.

Адвокат позвонил в дверь минут через десять. Он, в самом деле, был не далеко.

На этот раз Анжелика опередила соседку и открыла ему сама. Затем провела к себе.

Адвокат средних лет мужчина, представлял из себя образец ухоженного человека. От всего его облика, начиная с аккуратной прически, продолжая великолепно сшитым и, без всякого сомнения, ужасно дорогим костюмом и, кончая, почти до зеркального блеска начищенными черными штиблетами веяло возведенным в принцип благополучием.

Он критически осмотрел комнату, где оказался. Анжелике даже показалось, что на его лице промелькнуло нечто вроде брезгливости. Впрочем, оно почти со световой скоростью приняло вежливое выражение.

- Можно присесть? - первое, что спросил адвокат.

- Да, конечно, - спохватилась девушка. - Садитесь, пожалуйста.

Но так как в комнате был всего один стул, заваленный книгами и конспектами, сначала ей пришлось освободить его от них.

Адвокат сел.

- Меня попросил заняться вашим делом, вернее, делом вашего друга Игорь Евгеньевич, - произнес он. - Сегодня я встречался с ним в изоляторе временного содержания. Вы, наверное, еще не знаете, что его туда перевели утром.

- Нет, - подтвердила Анжелика.

- К сожалению, наша встреча прошла мало плодотворно.

- Почему?

Боровой бросил на нее странный взгляд.

- Почти все время ваш знакомый допытывался у меня, кто его нанял и сколько я беру за ведение дела? Честно говоря, я испытывал некоторое затруднение с ответом.

- И что вы сказали? - не без волнения спросила Анжелика.

Теперь он бросил на нее откровенно испытывающий взгляд.

- Как мне советовал Игорь Евгеньевич, я отвечал, что наняли меня вы. А сумму гонорара у меня нет обычая разглашать.

- Вы правильно поступили.

- Может быть, хотя не совсем уверен. У меня создалось впечатление, что ваш друг не вполне остался удовлетворен моими словами. Мне кажется, вам бы стоило его каким-либо образом в этом убедить. Иначе это серьезно затруднит защиту. Почему-то для него этот вопрос имеет первостепенное значение. Даже более первостепенное, чем собственное освобождение.

- Я постараюсь его убедить. А что с его делом? - нетерпеливо спросила Анжелика.

- Должен буду вас огорчить, дело оказалось сложней, чем я предполагал. Ему инкриминируется оказание сопротивление работникам органов правопорядка. Один из милиционеров пострадал весьма сильно, у него перелом ноги, и он лежит в больнице. Это серьезное преступление. Сломай он ногу какому-нибудь обычному гражданину, я бы не сомневался в успехе. Получил бы условно или на худой конец небольшой срок. Здесь же может все обернуться хуже, даже если удастся смягчить наказание - это будет успех. Вам следует быть готовой к худшему.

- Что же делать? - растерянно пробормотала девушка.

Адвокат уже не первый раз пристально взглянул на нее.

- Будем стараться, пока дело не завершено, оно не проиграно. Но есть предел любым возможностям. Многое зависит от вас, ваш друг должен неукоснительно следовать моим рекомендациям. Пока же такого желания он не выказывает.

- Но как мне его увидеть, наверное, свидание добиться не просто.

- Этот вопрос я беру на себя, я вам устрою встречу в любой день, когда пожелаете.

- Завтра! - вырвалось у Анжелике.

Боровой едва заметно улыбнулся.

- Завтра, значит завтра. Только во второй половине. Раньше не успею. Я вам буду звонить. - Он вдруг полез в карман и достал изящный сотовой телефон. - Это вам подарок от Игоря Евгеньевича, так будет удобней с вами связываться. Вы же можете звонить, куда и сколько пожелаете. Все оплачено на месяц вперед. - Он положил аппарат на стол. - Было очень приятно познакомиться с такой очаровательной девушкой. Игорь Евгеньевич говорил, что вы необыкновенно хороши. Но реальность превзошла все мои ожидания.

Ей показалось, что адвокат напоследок хотел что-то еще добавить, но он лишь бросил на нее восхищенный взгляд и быстро направился к выходу.

- Всего вам доброго. Да чуть не забыл, Игорь Евгеньевич просил передать вам привет. Он сожалеет, что не может встретиться с вами завтра, он очень занят. Но при первой возможности сделает это.

Весь следующий день Анжелика снова ждала звонка. Так как в Академии мобильные телефоны звонили беспрерывно, она то и дело выхватывала трубку, проверяя, не ее ли подает сигнал. Но он зазвенел лишь тогда, когда девушка возвращалась домой. Звонил Боровой. Анжелика на мгновение почувствовала разочарование, она бы предпочла услышать сейчас другой голос.

- Будьте через час в Бутырской тюрьме. Сейчас ваш друг содержится там. Обо всем договорено. Обратитесь к дежурному, и вам предоставят свидание.

- Спасибо, - поблагодарила Анжелика., - я еду.

- Пожалуйста, постарайтесь уговорить его не делать глупостей и выполнять все мои рекомендации. В противном случае я ни за что не отвечаю. Впервые сталкиваюсь с клиентом, который сознательно ухудшает свое положение. Вы поняли?

- Да. Я сделаю, что могу.

- Иногда нужно сделать и то, что не можешь, - вдруг засмеялся Боровой.

Анжелика еще никогда не была в тюрьме. И если и видела это учреждение, то только на расстоянии. И сейчас она испытывала то ли робость, то ли неуверенность.

Она назвала свою фамилию вышедшему к ней офицеру, И сразу увидела, что она ему известно. Тот попросил ее следовать за ним.

Пройдя все необходимые формальности, она очутилась в небольшом помещение с минимальным набором мебели: столом и несколькими стульями. Ее попросили подождать.

Никогда она с таким волнением не ждала встречи с Николаем. Ни когда шла к нему на первое свидание, ни когда он привел ее в свою комнату, став первым в ее жизни мужчиной. И дело заключалось не только в том, что эта встреча происходила в такой, необычной обстановке, но были еще и другие обстоятельства, вносившие в нее особые элементы. Но о них она сейчас предпочитала не думать.

Она с первого взгляда поняла, что это уже не тот Николай, которого она так хорошо знала. В нем появилось что-то новое, что вызывало у нее настороженность.

Она полагала, что он обрадуется ее приходу, но Николай угрюмо посмотрел на нее, а вместо приветствия лишь слегка кивнул головой. Он сел на стул напротив нее, но смотрел куда-то в сторону. А Анжелика вдруг с ужасом осознала, что не представляет, с чего начинать разговор.

- Коля, как ты тут? - спросила она, понимая, это крайне неудачное начало. Но ничего другого не пришло ей в голову.

- Ничего, обвыкаю, - усмехнулся он. Многие тут по году и даже больше сидят. И ничего, не умерли. Жить можно везде.

- Ты не будешь так долго сидеть, тебя постараются освободить отсюда как можно скорей.

- Это каким же образом?

- С тобой же разговаривал адвокат. Это очень хороший адвокат. Он говорит, что добиться оправдательного приговора трудно, но можно. Только надо обязательно слушать его во всем.

Анжелика заметила, как изменился Николай, какая-то туча набежала на его и так хмурое лицо.

- Ты говоришь об этом борове Боровом?

- Ну, конечно, о нем, о ком же еще?

Пожалуй, впервые за свидание Николай посмотрел ей в глаза.

- Я слышал об этом адвокате, его довольно часто показывают по ящику. Это очень дорогой адвокат. Он берет гонорары больше чем вся наша стипендия за все годы учебы. Как ты его могла нанять? Ты внезапно разбогатела?

Анжелика замялась. Она не знала, как отвечать на этот вопрос. Она инстинктивно ощущала, что правда может привести к печальным последствиям, а если будет лгать, то он не поверит. И тогда будет еще хуже. Она решила попробовать обойти эту щекотливую тему.

- Коля, ну какое это сейчас имеет значение. Главное, выйти тебе из этих ужасных стен. А потом я тебя все расскажу.

- Нет, я хочу знать все прямо сейчас. Иначе я напишу официальное заявление об отказе от его услуг. Ты меня знаешь, я это сделаю.

Анжелика его знала и потому почувствовала себя загнанной в угол.

- Хорошо, я объясню тебе, - упавшим голосом проговорила она. У нее крепло предчувствие, что добром эта встреча не завершится. - Я попросила нанять этого адвоката одного своего знакомого.

- Вот как! - встрепенулся Николай, - до сего момента даже не представлял, что у тебя есть такие богатые знакомые.

- Мы познакомились всего несколько дней назад.

- Несколько дней назад! - изумился Николай. - И что же у вас произошло за эти несколько дней, что он по первому твоему слову выложил столько бабок за этого адвокатишку?

- В том-то и дело, что ничего не произошло, - с отчаянием воскликнула девушка. - Мы один раз сходили в ресторан. И все.

- Ты хочешь, чтобы я поверил бы в эту сказку. Ты сходила с ним в ресторан, там вы чинно пообедали. И разошлись. А затем ты звонишь ему и просишь нанять для своего дружка жутко дорогого адвоката.

- Но у нас действительно ничего не было. Вернее, не было того, о чем ты думаешь.

- А что же тогда было?

- Из ресторана мы отправились в один спортивный клуб и там провели схватку. Он тоже занимается борьбой. - Анжелика чуть не плакала, она сознавала, что ее слова выглядит гораздо неправдоподобней, чем любая придуманная ею ложь. Но что же ей делать, коли все так и было.

- Ты что издеваешься надо мной. Ты думаешь, что мне можно на уши вешать любую лапшу. От счастья, что за мое дело взялся такой известный адвокат, я буду делать вид, что верю этим басням. Я не желаю больше разговаривать.

- Подожди! Я тебе все расскажу с самого начала. Я не виновата, что так все и было.

Анжелика поведала всю историю от начала и до конца. Николай слушал ее внимательно, и у нее затеплилась надежда, что на этот раз он все воспримет более спокойно. Но ее надежды быстро развеялись, как дым. Она не подумала о том, что теперь возникла другая опасность. Он почти поверил всему, что она рассказала, зато быстро учуял, что этот человек вызывает у Анжелики повышенный интерес.

- И что хочет этот спасенный от тебя? - подозрительно смотря на нее, спросил Николай.

- Я не знаю, что он хочет, он ничего не говорил о своих желаниях. Разве только что ему нравится смотреть на меня. Но ты же знаешь, не ему одному.

- Но те другие не дают тебе денег на адвокатов и вообще ни на что не дают. А этот взял и выложил кругленькую сумму. Он что такой богач или меценат?

- Я даже не знаю, чем он занимается. Но, наверное, он не беден. Но какое это имеет сейчас значение. Главное - это ты.

- А вот в этом я далеко не уверен, - усмехнулся Николай. - Я знаю тебя, ты ни к кому не обращаешься за помощью. А тут вдруг звонишь почти незнакомому человеку. Вас связывает нечто большее.

- Да, ничего нас не связывает! - с досадой воскликнула Анжелика. - Она почувствовала усталость и раздражение. Ну что он за человек, когда дом горит, надо стараться как можно скорей выбежать из него, а не долго и дотошно выяснять, почему возник пожар. Это можно сделать и потом, когда он потушен.

Анжелика вдруг поймала на себе пристальный взгляд Николая и, сама не зная почему, покраснела.

- Все, с меня хватит! - внезапно решительно встал Николай. - Если этот адвокат еще раз придет сюда, я напишу официальное заявление об отказе от его услуг. И ты сюда тоже не ходи. Я сам сюда попал, сам буду и выпутываться.

- Но это же глупо! - воскликнула Анжелика.

Николай молча повернулся и пошел к дверям. У самого выхода он на секунду остановился, бросил на девушку взгляд и вышел.

Анжелика закрыла лицо руками. У нее было ощущение, что она только что потеряла нечто очень для себя дорогое.


## Глава 8


Весь вечер Анжелика ждала звонка. Но никто не звонил: ни адвокат, ни тот, кто его нанял. Все словно бы забыли об ее существовании. То ли по этой причине, то ли по другой, но давно ей так не было грустно и одиноко. В последние дни у нее было достаточно поводов для самых горьких переживаний, но до сего момента она не ощущала себя всеми заброшенной и покинутой. Но сейчас это ощущение навалилось всей своей тяжестью, и девушке хотелось плакать навзрыд.

Она думала о Николае, о том, как сейчас сидит он в камере в окружении уголовников. Это зрелище заставляло сжиматься ее сердце. Она думала и том, что теперь с ним будет. Если он сдержит свою угрозу - а она, зная его характер, в этом мало сомневалась - и откажется от адвоката, то уже ничего не помешает упечь его на долгий срок. И тогда она окончательно останется одна, в чужом городе, без денег, без диплома. Куда ей в таком случае податься? Не на панель же. С отчаяния она недавно едва не отправилась ловить там счастье.

Правда, был еще один вариант: вернуться в родной город. Но Анжелика даже не хотела думать о нем. После пяти лет столичной жизни, вновь погрузиться по колено в тамошнюю уличную грязь и всем своим телом и душой - в не в менее омерзительную тамошнюю скуку. Нет, назад дороги у нее нет. Но и вперед она ее что-то тоже не видит. Знакомые и друзья и даже мама часто упрекали ее за слишком большую независимость характера. Но оказывается еще хуже, когда до тебя никому нет дела.

В таком подавленном расположение духа она и уснула.

В Академии все только и говорили об аресте Николая. Ни для кого не было секретом, что Анжелика его подруга, а потому все расспросы обращались к ней. Ей же меньше всего хотелось говорить на эту тему, но желающие разузнать подробности не унимались. В конце концов, это всеобщее любопытство так надоело, что девушка решила уйти с занятий раньше времени. Это было чревато новыми негативными последствиями, но ей уже было все равно. Одним проступком больше, одним меньше, какая разница, все равно уже ничего изменить нельзя.

Она уже направилась к выходу, как внезапно ее кто-то окликнул. Она обернулась и к своему изумлению увидела, что ее пытается догнать тот самый преподаватель, из-за которого все и началось. Но вот уж с кем ей хотелось общаться меньше всего на свете, так это с ним. Но он не отставал. А так как Анжелика ускорила шаги, то чтобы его догнать, ему пришлось перейти на бег.

Преподаватель был явно смущен. Он как-то робко посматривал на девушку, словно желающий признаться в любви юноша.

- Я должен вам кое-что сказать, - проговорил он, стараясь не смотреть ей в лицо. - Я хочу перед вами извиниться. Я был не прав.

Анжелика не верили своим ушам. Что могло произойти с этим человеком? И внезапно ее словно бы озарило: это Вольпин каким-то образом сумел воздействовать на него. По своей инициативе этот слизняк ни за что не сделал бы ничего подобного.

Анжелика внимательно посмотрела на него, но ничего не ответила.

- Я хотел бы вам предложить сдать зачет, - медленно проговорил он. Было заметно, что каждое произнесенное слово давалось ему с большим трудом, как человеку только что научившемуся говорить.

- Когда?

Преподаватель зачем-то огляделся вокруг. Но по близости никого не было, все находились на занятиях.

- Можно прямо сейчас. Пойдемте в любую свободную аудиторию, там и я приму зачет.

- Хорошо, пойдемте. - Анжелика произнесла фразу таким тоном, словно бы делала ему величайшее одолжение.

- Я знаю, где есть свободная аудитория, - сказал преподаватель.

Он направился по коридору, Анжелика последовала за ним. Они зашли в свободный кабинет. Преподаватель тщательно закрыл дверь.

- Давайте вашу зачетную книжку, - попросил он.

- А ответ?

- Не надо отвечать, я и так знаю, что вы хорошо подготовлены, - пробормотал преподаватель, смотря в пол. При этом его щеки сделали пунцовыми.

Анжелика пожала плечами и протянула зачетку. Она бы предпочла честно ответить, но, учитывая все сопутствующие обстоятельства, она вполне заслужила получить зачет таким вот образом. Правда, преподаватель прав, она действительно хорошо знала предмет.

Он поставил подпись в зачетке и возвратил ее владелице. После этого, ни секунды не мешкая, покинул аудиторию, оставив Анжелику одну. Девушка посмотрела на его росчерк и улыбнулась. "Спасибо, Игорь Евгеньевич", - прошептала она.


## Глава 9


Из Академии она отправилась на тренировку. Едва ли не впервые она ехала одна, без Николая. Радость от получения зачета быстро померкла, и сейчас у девушки сжималось сердце. Она вдруг почувствовала, как не хватает рядом с ней его сильного и надежного плеча. Только теперь она поняла, насколько ей было спокойней в этом мире, когда он был с нею. Теперь же, когда его отделяют от нее толстые стены с прорезанными в них зарешеченными окнами, ее охватило ощущение своей полной беззащитности.

Это была самая грустная и неудачная тренировка в ее жизни. У нее совершенно ничего не получалось, не проходил ни один прием. Как будто бы она забыла все, чему ее учили на протяжении многих лет. В конце она проиграла поединок начинающей спортсменке. Хотя в обычной ситуации ей бы хватило трех минут, чтобы одержать победу.

Тренер то и дело как-то странно поглядывал на нее и вопреки своему обыкновению не делал замечаний. Хотя обычно он не щадил тех, кто плохо тренировался, и они получали по полной программе.

После тренировке он жестом попросил Анжелику зайти в его кабинет.

- Ты сегодня ужасно тренировалась, - сказал Василий Юрьевич. - Я тебя такой еще ни разу не видел.

- Я тоже себя такой еще не видела, - согласилась девушка.

Тренер задумчиво посмотрел на нее.

- Я знаю, что случилось с Николаем, - проговорил он. - Я так на него надеялся. У него могло бы быть хорошее будущее.

- Я пыталась ему помочь, но он не желает принимать мою помощь.

Василий Юрьевич, словно соглашаясь с позицией Николая, кивнул головой.

- Меня это не очень удивляет.

- Почему?

- Из-за тебя пострадают еще много мужчин. Ты приносишь нашему брату несчастья. Любить тебя - счастье, а не любить тебя - счастье вдвойне.

- Что же мне делать?

- Ничего, это неизбежно, как дождь осенью. Так и живи.

- Мне его очень жалко. Я не знаю, что мне делать с этим чувством.

- Это пройдет. Я наблюдал за вами: ты не любишь его.

- Люблю, - почему-то упрямо, словно убеждая в этом саму себя, произнесла Анжелика.

- Скоро ты сама поймешь. Приходи на следующую тренировку собранной. Иначе я буду вынужден тебя отчислить. У нас сейчас строго. Начальство требует, чтобы от каждого была бы отдача. А из-за тебя мы лишились лучшего дзюдоиста. Для нас это большая потеря.

- Я постараюсь.

Анжелика вышла из спортклуба, размышляя над словами тренера. Она никогда не считала себя роковой женщиной, наоборот, была уверена, что это именно она страдает от домогательств мужчин. Но теперь она задумалась над своим влиянием на них. Будь она совсем другой, то непременно бы возрадовалась, получив от природы в свои руки оружие такой страшной поражающей силы. Но ей-то известно лучше чем кому-либо, что на самом деле она хотела использовать ее всего лишь раз для того, чтобы найти того единственного, с которым и будет счастлива. Ее никогда не привлекало коллекционирование представителей сильной половины человечества, наоборот, она всегда была крайне избирательна. Внутренний голос подсказывал ей, что не стоит разбрасываться, это не принесет никакого удовлетворения, а только длинную череду разочарований. Она на Николая обратила внимание потому, что почувствовала в нем наличие какого-то внутреннего стержня, чего не было у других многочисленных претендентов на получение приза ее благосклонности. В нем же ощущалась цельность натуры. И, как показала жизнь, не ошиблась. Хотя, как теперь она убедилась, слишком уж большая цельность может приносить не только пользу, но и вред.

Но вот действительно ли она любила его или прав тренер, настоящее чувство к ней еще не пришло? Хотя ей очень жалко Николая, и она готова на любые жертвы ради вызволения его, но какой-то страшной пустоты от его отсутствия не ощущает. Да, ей не хватает его, но это скорей нарушение привычного образа жизни, чем переживание невосполнимой потери. На самом деле, ее переполняют какие-то новые чувства, о природе которых она лишь смутно догадывается. Да и то далеко не уверенна, что до конца правильно понимает себя.

Анжелика вернулась домой, села за учебники. Но краем сознания постоянно прислушивалась, не раздастся ли звонок.

И он зазвенел, правда это был звонок в дверь. Анжелика, как вихрь, сорвалась с места и бросилась открывать. На пороге стоял Боровой.

- Здравствуйте, извините, что я без звонка, но важное дело заставило забыть о приличиях.

- Что вы, я рада, проходите.

Они прошли в комнату.

Боровой, не спрашивая разрешения, сел на стул.

- Плохи наши дела, ваш друг написал в прокуратуру заявление об отказе от помощи адвокатов. К сожалению, в этой ситуации я ничем не могу ему помочь.

- Он меня предупреждал об этом. Я старалась его переубедить, но у меня ничего не получилось.

- Да, увы, каждый сам выбирает свою судьбу. Впрочем, я его понимаю.

Почему-то последняя произнесенная адвокатом фраза не понравилась Анжелике, и она невольно насторожилась. Боровой же вдруг оглядел комнату.

- Такая прекрасная девушка, как вы, просто не имеет права жить в таких ужасных условиях, - вдруг заявил он. - Его взгляд остановился на Анжелике. - Да бог с этим вашим Николаем, хочет сидеть в тюрьме, пусть сидит. Кому что нравится. Вам же нужно думать о своей жизни. Только она должна иметь для вас значение. Послушайте, Анжелика, я очень обеспеченный человек, мог сказать, что я по настоящему богатый. Ну, зачем вам пребывать в этих кошмарных интерьерах. Достаточно одного вашего слово - и все мгновенно изменится. Как в той самой сказке по старуху и золотую рыбку. Я готов для вас стать той самой золотой рыбкой. Уже завтра вы сможете поселиться в прекрасных апартаментах. Соглашайтесь! У вас будет все, что только можно вообразить.

- А что от меня потребуется взамен? - поинтересовалась Анжелика.

- Мне кажется, вы вполне взрослый человек, дабы возникла бы необходимость объяснять вам такие вещи.

- То есть стать вашей наложницей.

- Но почему наложницей. Возлюбленной, моей музой. Такая красавица, как вы, одухотворяет человека только одним своим присутствием.

- А у вас есть жена, дети?

- Все как положено. Но причем тут это? Вы совсем из другого мира.

Анжелика задумалась.

- А если я сообщу об этом крайне лестном для меня предложении Игорю Евгеньевичу?

Она увидела, как на лицо адвоката легла тень беспокойства.

- Мне кажется, мы с вами интеллигентные люди и понимаем, что такие вещи должны оставаться между нами.

- Хорошо, они останутся между нами при условии, если вы немедленно покинете мою комнату.

Боровой встал.

- Вы пожалеете о своем решении. - Он кивнул ей головой и вышел.

Анжелика осталась одна. Почему не звонит Волин, подумала она. Неужели ему не интересно, как обстоят у нее дела.


## Глава 10


Несколько последующих дней прошли в каком-то странном оцепенении. Все было вроде как обычно и все же совсем не так. Рядом не было Николая, но к ее стыду она быстро к этому привыкла. У нее возникло странное ощущение, что так было всегда, и те почти четыре года, что связали их вместе, как бы на самом деле и не существовали. Или существовали в какой-то другой ее жизни, которая скрылась за горизонтом и уже больше никогда не вернется.

Она, правда, накупила продуктов для передачи Николаю. Но ее не взяли, заявив, что подследственный заранее предупредил, что не будет принимать никаких передач. Пришлось ей есть купленное самой. И впервые она вдруг почувствовала какую-то враждебность к нему. Все, что он делал, было как-то нелепо и глупо. Сперва эта никому не нужная стычка с преподавателем, теперь проявление его бессмысленной гордыни. Он сам без всяких на то причин роет себе яму, хотя можно было выбраться из этой ситуации с небольшими потерями. А теперь ему скорей всего присудят приличный срок. И он будет считать, что во всем виновата она. Но ведь она-то ни о чем его не просила, как только Николай угодил в беду, бросилась ему вызволять из нее. Но вместо тепла благодарности, он обдал ее холодом презрения.

Нет, так нельзя, нельзя все доводить до абсурда, нельзя губить себя, подаваясь власти неконтролируемых эмоций. В конце концов, это просто неумно, и у нее нет желания считать себя виноватой, упрекать себя в эгоизме. Она и сейчас готова сделать все возможное, чтобы Николай вновь оказался бы на свободе. Но если он этого не хочет, то и она не в состоянии ему помочь.

И все же Анжелика ощущала, что полного душевного спокойствия достичь никак не могла, что-то сверебило ее внутри, не позволяло целиком принять все эти аргументы, что побрасывало ее сознание. За их плотным частоколом скрывалась еще какая-то правда, понять которую до конца она никак не могла. Почему-то ей хотелось поделиться своими сомнениями с Волиным; девушку не покидало ощущение, что он не только ее поймет, но и поможет справиться с тем, с чем справиться самостоятельно ей никак не удавалось.

Со всем этим жужжащим роем внутренних переживаний, она поехала в Академию. И первым делом увидела там студентов, столпившихся возле стенда с объявлениями. На нем висели списки, допущенных к государственным экзаменам. Анжелика быстро нашла свою фамилию.

Она почувствовала огромную радость. Экзаменов девушка не очень боялась и нисколько не сомневалась, что преодолеет эту последнюю преграду, закрывающую ей вход в новую жизнь. Но уже совсем скоро она получит новенький, пахнущей кожей, диплом. И все сразу будет по-другому, появятся новые люди. Она вдруг ясно ощутила, как сильно надоело ей период студенчества. Конечно, это чудесная пора, но все должно завершаться своевременно. А она, Анжелика, уже созрела для того, чтобы перейти в новую стадию. И до сих пор все, что происходило, не более чем подготовка к ней. Если быть до конца честной, ей чертовски надоело это неполноценное существование. Она чувствует внутри большие силы, и все теперь зависит от того, сумеет ли найти достойное поле для их применения. Анжеликой охватило вдруг такое сильное нетерпение, что она не знала, что с ним делать. Ей вдруг захотелось немедленно куда-то бежать, чем-то заняться. Вот только куда, вот только чем?

Вольпин позвонил тогда, когда она уже почти перестала ждать звонка. Было поздно, почти двенадцать, и она легла спать. Но, заслышав телефонную трель, влекомая предчувствием, прямо в ночной рубашке помчалась в коридор.

- Здравствуйте, Анжелика, я вас не разбудил.

- Нет. - У нее вдруг пересохло в горле.

- Все равно извините, что так поздно. Очень много было дел, а сейчас, кажется, немного их разгреб. И очень захотелось вас увидеть. Что если нам закатиться в ночной клуб?

Анжелике было рано вставить, завтра ее ждал очередной зачет, но она ответила:

- Я согласна.

- Тогда я буду у вас через пятнадцать минут. А вы пока готовьтесь.

Так как нарядов у Анжелики было совсем немного, долго выбирать ей, что одеть из своей коллекции одежды, не пришлось. Она посмотрела на себя в зеркало и грустно вздохнула. Да, в таком виде в хороший ночной клуб могут и не пустить. Но ничего другого она придумать не может.

Она вышла на улицу. Днем было по-летнему тепло, а вот к ночи город навестила прохлада. Девушка поежилась. Но так как ничего приличного, чтобы накинуть на плечи, у нее не было, придется померзнуть.

Из темноты вынырнули два светлячка машинных фар. И через несколько секунд автомобиль остановился возле нее.

Вольпин вышел из салона. И сразу же оценил обстановку.

- Да вы же замерзнете. - Он мягко обнял ее за плечи. - Быстрей прыгайте в машину.

Анжелика охотно выполнила этот приказ. Он тоже сел в машину и включил печку.

- Сейчас согреетесь, - пообещал он. - Тут не печка, а настоящая ядерная установка.

В самом деле, уже через несколько секунд стало даже не тепло, а жарко. Они ехали по ночному городу, но Анжелике показалось, что делали это как-то несколько странно, автомобиль двигался только вперед, никуда не сворачивая.

Девушка еще подождала некоторое время, но их маршрут оставался прежним.

- А куда мы все-таки едим? - наконец осмелилась спросить она.

Вольпин повернул лицо к ней.

- А знаете, не знаю. Никак не могу придумать, куда вас везти? В ночной клуб что-то расхотелось, желания, там слишком много народу и шуму, а мне хочется побыть с вами наедине. Как же я не подумал, вы же скорей всего голодны.

- Я, в самом деле, чего-нибудь съела бы, - призналась Анжелика.

- С моей стороны это не простительная ошибка. Я так погрузился в свои мысли, что совсем перестал думать о вас. Вот парадокс: думаю о вас, а про вас совсем не думаю. Знаете, тот, кто укажет как изгнать из человеческой души эгоизм, будет более велик, чем Христос, Магам мед и Будда вместе взятые. Они все указывали путь наверх, только забыли про одного коварного зверька, живущего в каждом из нас и который сильней, чем все их проповеди. Вы согласны со мной?

- Согласна. Только бы все же хотелось знать, куда мы держим путь.

Вольпин вдруг рассмеялся.

- Мне очень нравится в вас эта черта, вы никогда не забываете о том, что любую ситуацию надо держать под контролем. Знаете, в вашей дальнейшей жизни она очень даже пригодится.

- Вам известна моя дальнейшая жизнь? - удивилась девушка.

- В общих чертах, да.

- Вы знаете то, чего не знаю я. Я не представляю, ,что будет со мной уже через месяц. Вам не кажется, что это слишком смело даже для вас?

- Не кажется. Я уже вам имел честь говорить, что стараюсь никогда не проявлять самоуверенность, но по возможности быть уверенным. Я в эти дни о многом размышлял и у меня оформился план вашей дальнейшей жизни.

- Если память мне не изменяет, на данный момент у вас нет никаких прав на нее.

- На данный момент нет, - согласился Волин.

Несколько секунд Анжелика тщетно ждала продолжения, но Вольпин не только молчал, но даже не смотрел на нее.

- И все же куда мы едем?

- Я придумал, ко мне домой. Я, кстати, хорошо готовлю, так что вы не останетесь голодной.

- Это меня радует, - иронично отозвалась Анжелика.

Теперь машина развернулась и помчалась в обратном направлении. Анжелика же откинулась на мягкую спинку сиденья. Хотя бы в одно вопросе появилась хоть какая-то определенность.

Зато теперь ее мучило любопытство, она хотела скорей посмотреть на то, как он живет. Воображение почему-то рисовало большой замок, какие в большом количестве, как грибы после дождя, выросли в ближайшем Подмосковье. Но через минут двадцать пять они остановились возле довольно обычного, хотя и приятного на вид многоэтажного дома. Таких в последнее время в городе строилось немало, в них в основном селились люди среднего достатка. И Анжелика невольно почувствовала разочарование. И дело заключалось не в количестве денег на счету ее спутника, а в том, что возникшая в ее голове красивая сказка, в реальности оказалась не такой уж красивой.

- Мы приехали, - объявил Волин. - Пойдемте за мной.

Они вошли в подъезд, поднялись по лифту. Затем Вольпин открыл ключом дверь и впустил в квартиру девушку.

Квартира оказалась совсем небольшой. Вернее, она была большой, а по сравнению с ее комнаткой даже огромной. Но она ничем не напоминало хором, которые демонстрировались в кинофильмах про богатых людей. Даже нигде не было видно лестницы, ведущей на второй этаж. Она снова почувствовала разочарование.

Кажется, он уловил настроение Анжелики.

- Я вижу, что вы не в восторге от моего скромного жилища. Но я живу тут один, и мне вполне хватает простора. Я не люблю излишества ни в чем. Пожалуй, вам стоит это запомнить. А теперь, извините, я пойду выполнять свое обещание и приготовлю что-нибудь нам поесть. Я ж предлагаю пока сесть вам вон на тот диван, он очень удобный и мягкий. Вы сможете на нем хорошо отдохнуть.

Анжелика пожала плечами и села на диван, в самом деле, удобный и мягкий. Она признавалась себе, что немного обескуражена таким приемом.

Пока Вольпин готовил ужин, Анжелика осматривалась вокруг и размышляла над его словами и поведением. Он вел себя с ней как-то странно, даже немножко по-хозяйски, как будто бы имел на нее какие-то права. Конечно, он ей кое в чем помог, и она ему благодарна. Но это совсем не означает, что она обязана расстилаться перед ним по земле, позволять ему делать все, что он пожелает. Она согласна строить отношения, причем, любые отношения, но только н равных.

Придя к такому решению, Анжелика немного успокоилась, по крайней мере, теперь она может чувствовать себя уверенней. Она знает, как себя вести.

В комнату вошел Волин, катя перед собой тележку установленную бутылками и тарелками. Анжелика почувствовала такой сильный голод, что мигом забыла обо всем.

- Ешьте, - понял он ее состояние. - А потом выпьем за встречу и за что-нибудь еще за что пожелаем.

Чувствуя неловкость, Анжелика взяла с тарелки бутерброд с икрой. Какое же великое наслаждение может приносить еда, особенно если ты изголодалась. Волин, как и в первый раз в ресторане, задумчиво наблюдал за ней, но сам почти ничего не ел.

- Мне кажется, вам приходится трудно одной, - вдруг нарушил молчание Волин.

Анжелика от удивления даже на пару секунд прекратила жевать.

- Конечно, трудно, я же из бедной семьи. А из бедной семьи пробиваться наверх было трудно во все времена. Не я первая, не я последняя.

- Но при этом вы не хотите воспользоваться тем преимуществом, которое дает вам ваша внешность?

- Нет, я давно решила не пользоваться этим оружием. Я должна пробивать себе дорогу с помощью других своих качеств.

- Позвольте спросить: чем же?

- Тем, что я могу делать после того, как получу диплом.

- Но я могу описать вашу перспективу. Вы поступите в какой-нибудь банк или финансовую кампанию на должность мелкого клерка со скромным жалованием. Но очень скоро на вас обратит внимание президент или вице-президент и захочет установить с вами неформальные отношения. Ваши действия?

- Если этот человек не будет мне нравиться, я ни за что не соглашусь. Даже если он мне будет сулить златые горы.

- Но это почти автоматически означает увольнение. Я знаю этот контингент, в своей массе - это достаточно ограниченные и заносчивые люди. Они полагают, что деньги дают им индульгенцию на любые поступки. Особенно в отношении тех, кто ими не обладают.

- Если меня уволят, значит, уволят. Устроюсь в другое место.

- Девять шансов из десяти, что там повторится та же самая история. И что же вы будете делать в этом случае? Снова увольняться? И так до бесконечности?

Анжелика почувствовала замешательство. О такой перспективе она как-то не задумалась. Но зато теперь ясно понимала, что она представляет весьма большую вероятность.

- Что же в таком случае мне делать?

- Не знаю, я не могу решать за вас. Другое дело, что есть несколько моделей поведения. Вы можете менять места работы, пока не найдете то, где сумеете прижиться. Можете встретить президента или вице-президента, который вам все же понравится. И третий вариант: в конце концов, вы уступите давлению обстоятельств.

- Этого не будет! - убежденно воскликнула Анжелика. - Я это могла сделать уже давно. Возможностей было предостаточно.

Волин, не соглашаясь, отрицательно покачал головой.

- Я не сомневаюсь, что возможностей хватало, но до сих пор вы жили надеждой, что диплом вам даст пропуск в другой мир, куда вы так желаете попасть. Но когда вы убедитесь, что от вас требуют не только демонстрации ваших знаний и способностей, но и нечто совсем иное, то однажды вы можете надломиться. Конечно, если к тому времени не пересмотрите свои взгляды на некоторые вещи.

- Этого не будет, - повторила Анжелика.

- Так многие считают до того момента, когда сталкиваются с реальностью. А это стена. Поверьте, я наблюдал такую моральную ломку у многих. Впрочем, вам это скорей всего не грозит. Я вас освобожу от этой дилеммы. Всегда ли нужно подвергать себя столь серьезным испытаниям - вот вопрос, на который я никогда не мог найти ответа? Но ваша дальнейшая жизнь будет избавлена от подобных коллизий.

- Я не понимаю, почему мне предоставляется такая привилегия?

- Я так решил. Я вижу вас совсем в другой роли. Вы должны царствовать, украшать собой все, куда ступает ваша божественная нога. Предлагаю выпить за это.

- Подождите. - Анжелика вдруг охватило негодование. С какой стати этот человек распоряжается ее судьбой, никто таких полномочий ему не вручал. - Подождите, - повторила она, - вам не кажется, что вы слишком много берете на себя. Я сама буду решать, что мне делать.

- Зачем осложнять себе жизнь, Я вам предлагаю союз. Я освобожу вас от обременительной необходимости пробивать себе путь сквозь терни к звездам. Знали бы вы, сколько людей тратят весь свой нерастраченный запас сил на его преодоление. А в результате они и ни к чему не приходят и остаются без оных. Зачем вам повторять их судьбу. В вас говорит сейчас юношеский задор, но он совсем скоро погаснет. И вы оцените сполна те удобства, что я вам предлагаю.

- Большое спасибо за заботу, но у меня есть правило: я стараюсь не попадать ни в чью зависимость. И для вас не собираюсь делать исключения. Поэтому прошу меня извинить, но судя по всему дальше нам не по пути. Я разгадала вас: вы любите властвовать, навязывать всем свою волю. А я всегда этому противлюсь. Давайте, как разумные люди, не доводить дело до конфликта и мирно и тихо разойдемся. Спасибо вам за вечер, он был превосходным. Но на этом можно его завершить.

Анжелика встала и направилась к выходу. Вольпин пошел вслед за ней, не делая попытки ее остановить.

У дверей девушка на мгновение остановилась.

- Мне было приятно с вами познакомиться. Жаль, что знакомство оказалось не долгим.

- Как знать, - проговорил Вольпин . - Я вас довезу до дома.

Анжелика решительно замотала головой.

- Не беспокойтесь, я доберусь сама. И деньги вам отдам во время, как указано в расписке.

Она решительно вышла из квартиры.

Волин, улыбаясь, провожал ее взглядом до тех пор, пока подъехавший лифт окончательно не увез девушку от него.


## Глава 11


Анжелика сдавала госэкзамены. Она сидела с утра до вечера за учебниками, подчас забывая обо всем на свете. Кроме одного, поставленной перед собой цели - непременно получить красный диплом. В ее сознание стойко жило убеждение, что его наличие непременно откроет перед ней все двери. Правда последний разговор с Волиным существенно поколебал в ней эту уверенность, но она, словно назойливую кошку, отбрасывала эту мысль от себя. Все равно пользы от нее сейчас никакой, зато она расхолаживает ее стремление добиться максимального результата.

Анжелика чувствовала бы себя вполне довольной, так как экзамены она сдавала более чем успешно, если бы не одна проблема: у нее стремительно испарялись деньги. И это происходило, несмотря на введенный ею режим строжайшей экономии буквально на всем. К тому же совсем близко подходил срок возвращения долга Волину. И хотя он ни разу не напомнил ей о нем, как, впрочем, и о себе, вернуть взятую сумму и в точно указанный срок она считала делом чести.

Тем более, что едва она вспоминала их последний разговор, то тут же закипала от благородного возмущения. Он разговаривал с ней, как со своей содержанкой, не спрашивал ее мнения о том, хочет ли она того же, чего желает и он. Он явно считает, что раз он ей помог преодолеть зачетный барьер, одолжил деньги, то она обязана расстилаться у его ног, выполнять все его желания. Но он этого никогда не дождется, она лучше будет голодать, чем пойдет ему на поклон. Она-то надеялась, что они будут строить отношения на равных. Но раз он не хочет этого, значит, ничего не будет. И осталась лишь последняя фаза: рассчитаться с ним - и можно будет забыть об этом человеке до конца своих дней.

Однако все эти совершенно справедливые размышления ни коим образом не помогали найти деньги. А ждать их было просто не откуда. Мама по телефону сообщила ей горестную весть о том, что ее сократили на работе. И пока она не отыщет нового места, никаких возможностей ей что-то высылать, у нее нет. Стипендию Анжелике тоже не вернули, что на деле означало, что у нее не осталось ни одного источника дохода. О подработке не могло быть и речи, каждая минута должна быть потрачена на подготовку к экзаменам.

Ночью, во сне Анжелику мучило ощущение надвигающейся катастрофы. И когда она проснулась, то первым делом потянулась к кошельку и пересчитала наличность. Как бы она не экономила, но сегодня она уж точно закончится. А значит с завтрашнего дня даже тот скудный рацион, который был у нее все последнее время, станет для нее непозволительной роскошью. Но не может же она питаться святым духом. И это тогда, когда ей особенно нужны сила и энергия.

Анжелика позавтракала чаем с самой дешевой, какую она только обнаружила на прилавке рядом расположенного магазина колбасой. Чем ее напичкали производители этого продукта, понять было абсолютно невозможно. Одно было ясно: пахло она чем угодно, только не мясом.

Девушка с отвращением глотала эти почти несъедобные кусочки. Затем по привычке села за учебник, но тут же отложила его. Пока она не раздобудет денег, продолжать занятия бессмысленно. На экзамене вместо ответа с ней случится голодный обморок.

Но где взять эти миллион раз проклятые деньги? Проект снова обратиться к Волину, даже не рассматривался. Тут было все давно решено. Оставался единственный источник спасения: она должна каким-то образом заставить отдать ее деньги этого мерзкого Артура. Она их честно заработала и вовсе не намерена дарить их ему.

Но как их получить? Анжелика ясно осознавала, с какими опасностями и трудностями сопряжено данное предприятие. Ей даже не известно, где этот порноделец обитает? Сообщить его адрес ей может только Модест Ильич. Значит, надо идти к нему.

Но еще некоторое время Анжелика оставалась сидеть за столом, обдумывая план предстоящей операции. Ясно, как день, что на ее вопрос, владелец агентства либо не ответит, либо соврет. В таком случае придется идти одновременно на хитрость и на риск. Другого выхода нет, пока у нее еще из-за недоедания не иссякли силы, нужно действовать. Потом будет поздно.

Анжелика из потайного места извлекла газовый пистолет. Года два назад его подарил Николай для защиты от нападения. Но она так ни раз его не использовала. Может быть, сейчас пригодится.

Пистолет выглядел совсем как боевой, и Анжелика спрятала его в сумочку. Пожалуй, только в этот момент она по-настоящему осознала, как сильно рискует. Этот Артур после того, как она ускользнула от него, жаждет мести. И постарается по максимуму воспользоваться своим шансом.

Анжелика вошла в хорошо знакомое ей помещение агентства.

- Мне нужно срочно видеть Модеста Ильича, - сказала она девушке на ресепшн. Та знала, что эта посетительница идет по особому графику, и не стала предлагать ей посидеть и подождать, а сразу же позвонила своему шефу.

Модест Ильич весь лучился от восторга. Так и казалось, что он сейчас запляшет вокруг нее или упадет перед ней на колени.

- Чему обязан вашему визиту? К сожалению, не могу льстить себя надеждой, что вы пришли потому, что хотели меня видеть.

По крайней мере, в некотором чувстве реальности этому толстяку не откажешь, подумала Анжелика. А потому нет смысла лукавить.

- Я хочу видеть Артура.

- Артура? - Шкель явно был обескуражен. А я-то полагал, что вы не захотите никогда его больше видеть. Мне рассказывали, как вы убегали от них, - вдруг хихикнул Модест Ильич. - До сих пор сожалению, что не присутствовал при сей замечательной сцене. В кино такое не часто увидишь.

- Я про кино и пришла поговорить.

- Я весь во внимание, мое золотце.

Всякий раз, когда он произносил это словосочетание, у Анжелики возникало желание запустить в него чем-нибудь тяжелым. Но вместо этого она улыбнулась своей обольстительной улыбкой.

- Я хочу уладить с ним наше недоразумение и еще раз сняться в фильме.

Анжелике показалось, что это жирное чудовище посмотрело на нее даже с некоторым сочувствием.

- Что, совсем на мели?

- Да, на мели, - не стала она скрывать. - Мне нужно видеть его сегодня. Прошу, свяжитесь с ним прямо сейчас.

Хозяин агентства задумчиво посмотрел на нее.

- А что я буду иметь с этого? - резонно поинтересовался он.

- А что вы хотите.

Он плотоядно посмотрел на девушку и даже облизал языком губу.

- Ты знаешь.

Анжелика сделала вид, что колеблется.

- Если поможете мне, я согласна. Но только тогда, когда кончу с ним все дела.

Это обещание буквально в миг преобразовало Модеста Ильича. От его снисходительной медлительности не осталось и следа, он едва не подпрыгнул. Его массивное тело, словно танк, сорвалось с места и полетело к телефону. Но перед тем, как набрать номер, он пристально посмотрел на нее.

- Но если, мое золотко, обманешь... - Он сделал красноречиво-угрожающий жест.

- Обещаю.

Анжелика считала, что не имеет по отношению к этому отвратительному человека каких-то моральных обязательств. А потому может говорить ему все, что угодно. Он этого вполне заслужил.

- Артур, - у меня для тебя замечательный сюрприз, - кричал в трубку Модест Ильич. По-видимому, его собеседник находился далеко. - Знаешь, кто сидит напротив меня. Не поверишь. Наша красавица из всех раскрасавиц - Анжелика. А знаешь, чего она хочет? Почти ничего. Всего лишь она слезно просит сняться снова в твоем замечательном, высокохудожественном фильме, который однажды получит Оскар. - Довольный своим остроумием, он захихикал.

Несколько минут Шкель слушал Артура. По лицу хозяина агентства невозможно было понять, что ему говорит его невидимый собеседник.

- Я понял, - вдруг произнес он, разъединился и посмотрел на девушку.

- Он очень недоволен твоим поведением. Но готов поработать с тобой еще раз, но только при условии, если ты будешь выполнять все его распоряжения. Понимаешь. Абсолютно все. - Модест Ильич красноречиво посмотрел на Анжелику. Его явно интересовала реакция девушки.

- Хорошо, пусть будет так. Что дальше?

- А ты изменилась, - заметил он, даже не без некоторой доли грусти. - От кого от кого, а вот от тебя не ожидал.

- Обстоятельства заставляют, - мрачно отозвалась Анжелика. Это была первая, почти искренне произнесенная за весь их разговор фраза. Неожиданно ей вдруг стало тревожно: на какие еще далеко не самые праведные поступки толкнет ее жизнь.

- Хорошо, что ты это поняла. Артур сказал, чтобы доставили твою драгоценную особу к нему на машине. Так сейчас и сделаем. Наш шофер тебя отвезет. И не забывай про свое обещание, надеюсь, детка, ты его выполнишь совсем скоро. Это будет настоящая сказка.

Если сказка, то уж очень страшная, мысленно уточнила Анжелика.

Анжелика весело болтала с шофером. Им оказался молодой симпатичный парень по имени Алексей. Он ей нравился, так как казался скромным и ненавязчивым. В нее же он влюбился, как только ее увидел. И она решила этим воспользоваться, хотя одновременно чувствовала, как скребут на душе кошки. По отношению к нему она не имела права так поступать, он не сделал ей ничего плохого. Но ей в этом опасном деле нужен союзник, одна она может не справиться. И если он будет на ее стороне, на один шанс у нее появляется больше.

Поэтому она не просто оживленно болтала с ним, а делала все возможное, чтобы он за не столь уж длинный путь влюбился бы в нее как можно сильней. Анжелика видела, что с этой задачей она справляется на отлично.

Они пересекли городскую черту, и теперь дорогу с обеих сторон обступал густой лес. Анжелике эти места показались знакомыми. Уж не едут ли они снова в ту усадьбу, где проходили их съемки в первый раз.

Так оно и оказалось, автомобиль въехал в те самые железные ворота, через которые она бежала от своих преследователей. Тем лучше, по крайней мере, она знает эту усадьбу, а значит, ей будет легче скрыться.

Алексей затормозил.

- Приехали! - с огромным сожалением сообщил он.

Анжелика улыбнулась своей одной из самых обольстительных улыбок.

- Что ты будешь делать дальше? - спросила она.

- Шеф сказал, что я сразу же возвращался.

- А если я тебя попрошу немного задержаться. - Она заметила на лице шофера сомнения. - Мало ли что может случиться в дороге, шина прокололась, мотор перегрелся. Приедешь позже на час.

- А ты разве не собираешься тут оставаться? - удивленно спросил Алексей.

Момент был щекотливый.

- Еще не знаю, может, и останусь, а может, нет. Поэтому я и прошу немного подождать. Мы должны прийти к соглашению, только тогда я здесь задержусь. Понятно?

- Понятно, - ответил он, но по его лицу было заметно, что он так ничего не понял.

Анжелика вместо объяснений решила использовать несравненно более мощное оружие. Она поцеловала молодого человека в щеку. И увидела, как мгновенно он зарделся.

- Хорошо, я подожду, - сказал он.

- И прошу, не выходи из машины. Когда я приду, мы должны уехать немедленно.

- Хорошо, - уже без малейших признаков сомнений ответил он. Им явно овладели совсем другие чувства.

Анжелика вышла из машины и направилась в сторону дома. Внизу, на том же месте проходили съемки. Какая-то девушка как раз в этот момент снимала с себя последний атрибут одежды.

Анжелика внимательно рассмотрела ее, она не показалось ей очень привлекательной. Да и фигура, несмотря на молодость, была несколько дрябловатой. Вот что значит не заниматься регулярно спортом.

- А прибыла! - К ней стремительно приближался Артур. Выражение его лицо не обещало ничего хорошего. Он остановился в метре от нее. - И чего ты хочешь, недотрога?

- Мне очень нужны деньги. Я хочу получить за ту съемку и готова сниматься еще.

Артур пристально разглядывал ее, словно не доверяя словам Анжелики. Хотя скорей всего так оно и было.

- Раз заработала, то заплачу непременно. Я свои обязательства всегда выполняю. Только и ты кое-что осталась мне должной. - Артур прищурился. - А с этим у нас как?

Анжелика посмотрела ему прямо в глаза.

- Нет проблем.

- Да я вижу, ты поумнела. Всегда отрадно замечать такие перемены в людях, - ухмыльнулся он. - Что же тебя на это сподобило?

- Жизнь.

- Это верно, жить всегда учит уму разуму. Пойдем в дом. Или ты полагаешь, что я все деньги ношу с собой?

- Пойдем, - пожала плечами Анжелика, как бы говоря: не вижу в этом ничего ужасного.

Артур все еще не до конца верил в столь разительную метаморфозу, он окинул ее недоверчивым взглядом. Он явно колебался, желание боролось в нем с осторожностью, с боязнью подвоха. Анжелика, хорошо понимая, какие сражаются на поле его души чувства, терпеливо ждала, что же все-таки победит: осторожность или похоть? При этом она молчала, боясь опрометчивым словом склонить чащу весом не в свою пользу.

- Ладно, пойдем, - решился, наконец, Артур. Соблазн оказался сильней, и Анжелика мысленно поздравила себя с тем, что не ошиблась в своих предположениях.

- Объявляю перерыв на час! - громко произнес он.

Артур зашагал к дому, Анжелика последовала за ним. Она опасалась, что он прикажет обыскать ее сумочку, и тогда найдут газовый пистолет. Но Артур все же не представлял степень ее коварства.

Они вошли в знакомый ей дом. Анжелика старалась запомнить каждый поворот, все это ей пригодится при отступлении.

Артур внезапно остановился.

- Ты, в самом деле, хочешь получить свои денежки? - усмехнулся он.

- Да.

- Но путь к ним пролегает через одну комнатку. Мы тогда до нее так и не дошли. Вот она. - Он отворил дверь. - Проходи, недотрога.

Кажется, она получила у него это прозвище, отметила Анжелика и шагнула за порог.

Это была спальня, приятно обставленная. У окна располагалась большая застеленная кровать.

Артур последовал за ней и закрыл дверь на замок.

- Надеюсь, ты понимаешь, что от тебя надо. Запомни некоторые вещи: я терпеть не могу, когда девицы изображают экстаз. Я режиссер и такие вещи чую сразу же. У меня это мгновенно отбивает всякое желание. Мне нравится, когда женщина получает настоящее удовольствие. Вот тогда это в кайф. Так что для тебя путь к деньгам лежит через оргазм. Сумеешь получить его, а желательно несколько раз, я с тобой тут же расплачусь. Ну а если пойму, что притворяешься, уж не обессудь, останешься при своих интересах. Ну, как?

- Я согласна.

- Молодец. Ты, я вижу, зря время не теряла, развивалась в правильном направлении. - Артур коротко рассмеялся. - Чего стоишь, раздевайся.

- Я сейчас. Только кое что из сумочки достану, для предохранения.

- Это правильно, - одобрил Артур. - Хотя у меня тут этого добра до чертиков. На любой вкус.

- Я привыкла к своим, так надежней.

Анжелика быстро достала пистолет и навела его на Артура.

- Теперь твоя очередь выбирать, либо ты отдаешь мне мои деньги, либо я прострелю твое самое дорогое место.

Артур мгновенно побледнел.

- Черт! Знал же, что такой сучке, как ты, нельзя доверять. Польстился, дурак!

- Это ты потом будешь выяснять. А сейчас гони деньги.

- Тебе не выбраться на этот раз отсюда, - покачал головой Артур. - Дважды такие фокусы не проходят. Тогда тебя спасла темнота, а сейчас день.

- Это мое дело выбраться отсюда, а твое - вернуть мне деньги. Или ты их отдаешь, или я стреляю. - Для пущей убедительности Анжелика навела пистолет на то место, которое обещала отстрелить.

- Идиотка! Он же выстрелит.

- Разумеется. Для того я и пришла: либо получить деньги, либо поквитаться с тобой. Я обиды не прощаю. В общем, я считаю до пяти. А потом пеняй только на себя. Раз, два, три...

- Постой! - закричал Артур. - Деньги в другой комнате. Пойдем туда.

- Только без глупостей. - Анжелика почти вплотную приблизилась к нему и приставила дуло пистолета к его виску. - Шагом марш! - скомандовала она.

Они вышли в коридор и проследовали в другую комнату. К счастью для Анжелики никто им не встретился.

Артур подошел к сейфу, достал из кармана ключ, отпер дверь, достал деньги, пересчитал их и протянул своему конвоиру.

- Положи их на стол, а сам от него отойди, - приказала Анжелика.

- Зря ты так поступаешь, я такие вещи не забываю.

- А я и не прошу забывать. Может, в следующий раз так вести себя не будешь.

Она подошла к столу, взяла деньги, положила их в карман. Затем приблизилась к Артуру и известным ей приемам вырубила его. В себя приходить он будет самое меньшее минуты две. Это значит, что у нее именно столько есть времени в запасе.

Анжелика побежала к выходу из дома. Но путь на свободу ей преграждали двое охранников. Скорей всего, Артур, не доверяя ей, сделал им знак, который он не заметила, встать у дверей.

Один из двоих охранников бросился ей на встречу. В руке девушка по-прежнему сжимала пистолет. Они сошлись почти вплотную, и Анжелика выстрелила из него.

Струя газа ударила мужчине прямо в лицо. Он тут же схватился за горло. Но второй охранник находился на некотором удалении, и газовая атака его почти не затронула. Он бросился под ноги девушке, и Анжелика, споткнувшись об него, упала.

Но годы тренировки помогли ей и на этот раз. Охранник попытался прижать ее к земле, но Анжелика уперлась ему в грудь ногой, и что есть силы выпрямила колено. Мужчина отлетел на несколько метров.

Анжелика вскочила и бросилась вниз по террасе. Все, словно дубль при киносъемке, точно повторялось, как и в первый раз. Она мчалась по аллее, слыша за собой топот ног.

Впереди себя Анжелика увидела поджидающий ее автомобиль. Она ускорила бег, использовав весь оставшийся у нее запас сил. Рванув ручку дверцы машины, она крикнула: "Заводи!".

На ее счастье, Алексей не стал задавать вопросы, что происходит, и от кого она удирает, ограничившись только быстрым изумленным взглядом, и за одно мгновение завел машину. Она сорвалась с места и помчалась в направление ворот.

Анжелика хотела попросить шофера жать на газ, что есть силы, но не смогла, дыхание у нее было столь учащенным, что все слова терялись где-то в горле. Впрочем, Алексей и без ее просьб сумел правильно оценить положение и гнал машину на предельной скорости.

Они вылетели за пределы усадьбы. Анжелика обернулась назад и радостью убедилась, что их никто не преследует. Кажется, ее афера удалась, а, если быть честной, когда она ее затевала, то сама в это верила с трудом. Если бы не отчаянное положение, ни за что бы не решилась ни на чего подобного. Даже страшно представить, чтобы они бы сделали с ней, если бы схватили.

Анжелика посмотрела на Алексея. Ей, в самом деле, захотелось его расцеловать, без него у нее бы вряд ли что получилось. Может, его послал ей Бог?

- Можешь сбавить скорость, нас никто не преследует, - сказала она. - А то еще разобьемся.

- Я так ничего и не понял, что случилось, - признался он.

Анжелика решила, что он заслужил узнать правду.

- Этот гад, Артур, не заплатил мне деньги за прошлую съемку, он требовал, чтобы я переспала с ним, тогда он обещал рассчитаться со мной. Пришлось силой отнять у него деньги.

Алексей с восхищением посмотрел на нее. У Анжелике вдруг возникло ощущение, что он готов сделать ей предложение прямо сейчас. Никогда ее победа не было столь стремительной и полной.

- Я даже не знал, что существуют такие девушки, как ты, - признался он. - Пока работаю у этого толстяка водилой, много их перевидал. Ни одна на тебя не похожа.

Анжелика прикоснулась губами к его щеке.

- Ты даже не представляешь, как ты сегодня мне помог.


## Глава 12


Так совпало, что последний экзамен проходил одновременно с судебным процессом над Николаем. Анжелика специально первой вошла в аудиторию, чтобы успеть в суд.

Она ужасно волновалась, все предыдущие экзамены она сдала на "отлично". И этот был не трудней других, она была уверена в своей подготовке. Но из-за суда над Николаем она чувствовала себя расстроенной и потому никак не могла сосредоточиться. Мысли путались в голове, она-то думала о том, что происходит на процессе, то пыталась сконцентрировать свое внимание на ответах на билеты. И все же до конца ей это так и не удалось, вопрос был совсем не сложный, но она неожиданно для себя запуталась. И по лицу преподавателя поняла, что пятерки ей на этот раз не видать.

Анжелика вышла из аудитории, с трудом удерживая слезы. Сокурсники бросились к ней с расспросами, но она не стала ничего говорить, пробилась сквозь их плотную толпу и побежала к выходу.

Процесс был в разгаре. К ее удивлению народа в зале заседания собралось довольно много. Чтобы не привлекать к себе внимания, она не стала проходить вперед, а села на заднюю скамью. И только затем посмотрела на Николая.

Он сидел, как закоренелый преступник, в железной клетке. Анжелика заметила, как настойчиво шарят его глаза по залу. Внезапно их взгляды встретились, и она а увидела, как тут же изменилось выражение его лица. Все это время он искал ее, поняла она.

Несколько секунд они смотрели друг на друга, затем Николай отвел взгляд и низко опустил голову. И до самого окончания суда больше на нее так и не взглянул.

Анжелика же с большим волнением прислушивалась к каждому произнесенному в этих стенах слову. В последнее время она была слишком занята подготовкой к выпускным экзаменам, и Николай невольно отодвинулся в ее мыслях куда-то на периферию. Не то, что она совсем о нем не думала, наоборот, вспоминала его часто, но как-то поверхностно, мимоходом, словно бы выполняла какой-то обязательный, но давно утративший смысл обряд. Поток собственных дел и переживаний все дальше удалял ее от него. Но сейчас все прежнее мощной волной нахлынуло на нее, воспоминания о проведенных вместе днях без всяких ее усилий одни за другим стали всплывать в ее голове, при этом больно ранили сердце. Ее охватило сильнейше чувство своей вины. Чтобы она не воображала, как бы себя не успокаивала, а факт остается фактом: это из-за нее он находится в этой железной клетке. Из-за нее он отказался от адвоката. Правда, на процессе его интересы представлял незнакомый ей защитник. Она внимательно вслушивалась в его речь и быстро убедилась, что пользы от нее вряд ли будет. Он всем своим видом демонстрировал, насколько ему все безразлично, ронял дежурные фразы, которые никак не могли никого пронять. Николай совершил роковую ошибку, что не воспользовался услугами этого Борового, он, конечно, сволочь, но, судя по всему, дело свое знает хорошо. Да и обладает большими связями.

Через два часа довольно вялого процесса судья и два народных заседателя удались для вынесения приговора. Анжелика не спускала глаз с подсудимого, но Николай смотрел куда угодно, но только не на нее. Ей хотелось к нему подойти, ободрить, но такое его поведение сдерживало ее порыв. Она опасалась, что он может просто ее оскорбить.

Появилась судья и заседатели. Все мгновенно затихли. Анжелика внезапно услышала, как стучит ее сердце.

Анжелика слушала равнодушный голос судьи, словно пономарь, читающей приговор. Внезапно она сделала эффектную паузу перед объявлением наказания, накалив и так напряженную атмосферу в зале. Затем объявила вердикт. Анжелика не сдержалась и громко ахнула, обратив на себя всеобщее внимание. Пять лет лишения свободы в отбывание в лагерях усиленного режима.

Уже не думая ни о чем, Анжелика устремилась к Николаю. Он стоял бледный, но спокойный. Казалось, что объявление приговора не произвело на него никакого впечатления.

- Коля, Коленька! - закричала она.

Он посмотрел на нее и отвернулся. Но она решила быть настойчивой.

- Коля, я найму адвоката, и мы обжалуем приговор.

На этот раз он повернул в ее сторону голову.

- Я тебе запрещаю это делать, Слышишь? Никаких апелляций я подавать не буду. И забудь навсегда обо мне. Я не нуждаюсь в твоей заботе. Уведите меня скорей, - попросил он конвоиров.

Однако те не спешили выполнять его просьбу, вместо этого они с явным восхищением рассматривали удивительно красивую девушку.

- Это из-за нее? - спросил один из них. - Из-за такой можно, - с уважением посмотрел он на Николая. - Ну, иди.

Николая вывели из металлической клетки, и повели в сторону двери. Анжелика, не отрываясь, смотрела ему в след в надежде, что он все же обернется и пошлет ей прощальный взгляд. Но Николай так и не обернулся, словно еще раз подчеркивая, что навсегда отрезал ее от себя.

Дверь за ним захлопнулась, Анжелика без сил опустилась на скамью. Она вдруг необычайно ясно осознала: завершился целый этап ее жизни. И с этого момента начинается новый, о котором ей еще ничего неизвестно.


Часть вторая


## Глава 1


Актовый зал был забит до отказа: вручали дипломы. Сперва тем, кто закончил курс на одни пятерки. Анжелика смотрела на этих счастливцев и чуть не плакала: она тоже могла бы быть среди них, она заслуживала это по праву. Если бы не эта досадная заминка во время последнего экзамена. Сдавай его она не в тот день, когда был суд над Николаем, ничего бы такого не произошло.

Анжелика услышала, как ректор назвал ее фамилию. Она встала и направилась к сцене. Получив синенькие корочки, грустно посмотрела на них: не о таком цвете она мечтала.

Однако больше ее беспокоило другое: что она будет делать дальше? С этим вопросом была полная неясность. Как оказалось, без связей и знакомств найти приличную работу почти невозможно. А если она не сумеет никуда устроиться в ближайшую максимум неделю, прощай столица и здравствуй свой маленький родной город. Ей придется возвращаться туда, так как у нее нет денег на дальнейшее пребывание в Москве. Даже на дорогу скорей всего придется занимать у друзей.

Все последнее время она надеялась, что ей поступят интересные предложения. Представители разных фирм разговаривали с выпускниками, предлагали работу. Ей - тоже. Но места были такие плохие, что она даже не помышляла, чтобы занять их. Не для того она училась, чтобы стать каким-нибудь бухгалтером или клерком в малюсенькой фирме, откуда ей, как из глубокой пропасти, никогда не выбраться.

Может быть, она бы в конце концов и согласилась с таким развитием событий, если не знала, что некоторых ее сокурсников действительно обещали взять на хорошие должности с хорошим окладом. И ей было до слез обидно; разве она не одна из самых лучших студентов на потоке. Но почему в таком случае она никому не нужна? Что за рок ее преследует, в чем она провинилась? Она всегда старалась быть честной сама с собой и другими, не обманывала, ну почти не обманывала преподавателей, всегда приходила на помощь товарищам по учебе. Она знала: хотя ей многие завидовали, но и многие ее любили, причем, даже те, кто завидовали. И вдруг она оказалась никому не нужной. А ведь она успешно закончила один из самых престижных вузов страны, многие его выпускники занимали высокие должности и в бизнесе, и в государственных структурах. И только для нее нет ни одного приличного места.

В глубине души Анжелика сознавала, что сильно преувеличивает степень своей отверженности, далеко не все их тех, кто закончили курс вместе с ней, получили выгодные предложения, более того, таких было совсем немного. Но невольно она сравнивали себя с теми, кому повезло. И на этом фоне ее положение выглядело неприглядным.

Она решила подождать ровно четыре дня. Именно на такой срок у нее хватало денег, если, конечно, их сильно экономить. Правда оставался еще неприкосновенный запас, те средства, что она отложила для возврата долга Волину. Но их она поклялась не трогать ни при каких обстоятельствах и израсходовать строго по назначению. Правда, как она отдаст эти деньги ему, Анжелика не знала; он не подавал о себе вестей, она тоже решила, что не станет ему звонить. Она обязалась вернуть долг и готова это сделать в любой момент. А если он не идет за ним, то это его дело.

Анжелика маялась от скуки, одиночества и бесплодного ожидания. Все внезапно покинули ее. Сокурсники были заняты устройством своих личных дел, у нее же никаких дел не было. Она часами лежал у себя в комнате, и читала книги. Читать она всегда очень любила и могла это делать долгими часами. А в последнее время ей было не до любимого занятия. Но сейчас даже оно не могло скрасить ее досуг. Ее вдруг охватила злость; если она никому не нужна, то и ей никто не нужен. И она с радостью покинет этот не принявший ее мир.

Заканчивался третий день ее добровольного затворничества. Анжеликой овладела непривычная и не свойственная ей апатия. Книг она больше не читала, они валялись на полу. Она же просто лежала и смотрела в потолок. Хотя до установленного ею срока оставался еще целый день, для нее все было кончено. Нет смысла больше ждать, завтра утром она отправится на вокзал и купит билет на вечерний поезд. Затем ночь в дороге и рано утром она высадится на знакомый перрон родного ей города. И на этом все ее мечты о необыкновенной, насыщенной событиями жизнью завершатся. Бессмысленно грезить об этом, шагая чуть ли не по колено в грязи в сопровождение собачьего лая и кудахтанья кур. Она столь живо вообразила эту картину возвращения, что неожиданно для себя разрыдалась.

Она так ушла в рыдании, что не сразу услышала стук в свою дверь. Анжелика приподняла голову от подушки: нет, ей не почудилось, в самом деле, стучат.

Она открыла дверь и увидела соседку.

- Ты чего оглохла, я уже две минуты стучу, тебя к телефону, - недовольно проговорила она.

Анжелика подошла к телефону.

- Анжелика Витальевна, - раздался в трубке приятный молодой баритон.

- Да, это я, - подтвердила она.

- С вами говорит менеджер по персоналу банка "Доверие". Я уполномочен вам сделать предложение по поводу вашего трудоустройства. Разумеется, если оно не запоздало.

- Нет, не запоздало, - поспешно проговорила девушка. Она услышала, как громко заколотилось сердце.

- В таком случае хочу предложить вам приехать завтра в десять часов в наш офис. Записывайте адрес.

- Я запомню.

Приятный баритон продиктовал адрес.

- Извините, я забыл представиться, меня зовут Александр Чичстяков.

- Я обязательно приеду, - заверила Анжелика.

- В таком случае буду вас встречать у входа. До завтра.

Анжелика повесила трубку и к большой своей неожиданности почувствовала, что от волнения ее перестали держать ноги. Под удивленным взглядом внимательно слушавшей разговор соседки она опустилась на корточки. Но ей было совершенно плевать на нее. Кажется, фортуна начинает поворачиваться в ее сторону. Только бы теперь ее не спугнуть.

Она плохо спала, несколько раз пробуждалась, смотрела на часы: не пора ли вставать. Но стрелки показывали, что всего лишь середина ночи. Она не надолго засыпала, затем все повторялось вновь.

Заснула она под утро и действительно едва не проспала. Анжелика вскочила с кровати. Бросила взгляд на часы и в ужасе закричала. Она никак не успевала к десяти часам. Неужели все пропало, только-только она воспрянула духом - и теперь снова придется погружаться в глубокое, как океанская впадина, уныние.

Анжелика не стала ни завтракать, ни краситься, ни причесываться. Лишь мельком взглянула на себя в зеркало и ужаснулась. Такой кошмарной своей физиономии она еще ни разу не видела. Волосы всколочены, глаза красные от недосыпа, выражение лица испуганное, словно на нее напали бандиты. Когда они увидит ее в таком виде, то ни за что не возьмут на работу. По крайней мере, на месте этого Александра она бы отправила эту неряшливую девицу куда подальше.

Но думать на эту темы было некогда. Она скатилась по лестнице, выбежала на улицу и помчалась к метро. Конечно, можно было бы на последние деньги взять такси, но это вряд ли ускорит ее продвижение по городу, сейчас самое время пробок.

Пока она ехала, то попыталась хоть чуточку привести себя в порядок. Она бежала по переходу с одной станции на другую и старалась хотя бы немного пригладить волосы. Но в этом деле она не слишком преуспела, они, словно специально, именно в это утро не желали принимать нужную форму.

Как бы она не спешила, она все же опоздала на целых пятнадцать минут. Анжелика вошла в офис банка в полной уверенности, что ее уже никто не ждет. Этот день был явно не счастливый и ничего хорошего принести ей не может. Именно сегодня будут окончательно похоронены все ее надежды.

- Анжелика Витальевна! - услышала она рядом с собой чем-то возглас.

Она повернула на голос голову и увидела приятного молодого человека, одетого в безукоризненный костюм.

- Я, Александр Чистяков, - представился он.

- Извините, я опоздала, - пролепетала она.

- Ничего страшного, таким, как вы, можно опаздывать, - несколько загадочно произнес он. - Вот ваш пропуск и следуйте за мной.

Они миновали охрану и оказались в банке.

- С вами хочет побеседовать президент банка, - сообщил Чистяков. - Обычно он не разговаривает с претендентами на рядовые должности, но для вас он сделал исключение.

- Почему? - спросила Анжелика.

- Этого я не знаю. Но могу догадываться, - красноречиво посмотрел он на девушку. При этом он покраснел.

Какой милый юноша, подумала Анжелика и тоже неожиданно для себя зарделась, хотя обычно пропускала мимо ушей подобные комплименты, так как давно привыкла к ним. Да и волновали ее сейчас совсем другие вещи.

Они поднялись на лифте, причем, Анжелика от волнения даже не заметила на какой этаж. Чистяков привел ее в пустую комнату, где кроме стола и стульев больше ничего не было.

- Это переговорная, - пояснил ее гид по банку. - Посидите здесь, президент скоро придет. А моя миссия на данном этапе завершена. Вы можете налить себе чая или кофе и есть все, что тут находится, - показал он на расставленные на столе вазы с печеньем и конфетами.

Анжелика осталась одна. Она чувствовала, как от сильного волнения даже немного дрожит. Несколько секунд она стояла неподвижно, затем села на мягкий стул. Хотя с утра девушка ничего не ела, но чувствовала, что в рот все равно ничего не полезет. По крайней мере, до тех пор, пока не завершится встреча.

Прошло минут десять, а никто не появлялся. А не забыли ли о ней, вдруг возникла у нее мысль. Сколько времени предстоит ей еще тут сидеть? Час, два, до конца дня?

Прошло еще минут десять, а в переговорную по-прежнему никто не заходил. Волнение ожидания сменилось на раздражение. Может, есть смысл выйти отсюда и пойти поискать этого Александра. Конечно, она не знает, где он сидит, но кто-нибудь укажет ей дорогу. Если в ближайшее время никто не появится, она так и сделает.

Однако ближайшее время растягивалось. В спешке Анжелика забыла надеть часы, и не знала, как долго она тут находится. Нет, не случайно этот день начался столь неудачно, скорей всего, он так же и закончится. Анжелика решительно встала. С нее хватит, больше ждать она не намерена. Она уходит. Не судьба, значит, не судьба.

Анжелика уже открыла дверь, чтобы выйти, как внезапно довольно больно столкнулась с входящим в переговорную человеком. Оба, держась за лоб, остановились, как вкопанные. Впрочем, в следующую секунду, девушка позабыла о боли, ее поглотили другие чувства. Перед ней стоял Вольпин .

- Это вы? - изумленно проговорила она.

- А это вы. Узнаю вас, - засмеялся Волин.

- Значит, это вы президент банка?

- Каюсь. Надеюсь, вы меня не будет слишком строго осуждать за это. - Вольпин по-прежнему улыбался. - Садитесь, Анжелика. Нам предстоит серьезный разговор.

- Если о работе у вас, то я отказываюсь говорить. Или вы думаете, что я ничего не понимаю. Если вы хотите говорить о моем долге, то деньги у меня есть. Я могу возвратить его сегодня.

- О долге? - переспросил Вольпин . - Ах да, в самом деле, вы мне должны гигантскую сумму. Но давайте перенесем этот крайне интересный разговор на какой-нибудь другой раз. - Внезапно он на мгновение задумался. - Хотя то, что вы готовы отдать долг, характеризует вас очень положительно. Я рад, что не ошибся в вас.

- А вот я ошиблась! - решительно заявила девушка.

Вольпин улыбнулся.

- Давайте с вами все же присядем и все обсудим. - Он мягко, но решительно взял ее за локоть и усадил в кресло.

Анжелика, не без некоторого сопротивления, уступила. Однако это вовсе не означало капитуляцию, наоборот, она сделала это только для того, чтобы было бы удобней принять бой.

- Во-первых, хочу извиниться за то, что заставил вас ждать. Но был очень важный посетитель, и я не мог ничего сделать. Но все это время сидел, как на углях. А во-вторых, хочу вам предложить работу в своем банке.

- Исключено!

- Могу я спросить: почему?

- Потому что вас интересует совсем не моя работа, а нечто иное.

- А у вас характер даже еще более тяжелый, чем я предполагал. - Анжелика не разобрала, сказал ли он это осуждающе или одобрительно.

- Какой есть, другого нет и не будет.

- Это уж как у всех. Но хочу вам сказать, что мне подходит ваш характер. Тот участок работы, какой я собираюсь вам поручить, как раз его и требует.

- Сожалею, что нарушила ваши планы.

- Послушайте, Анжелика, неужели вы, в самом деле, полагаете, что я хочу вас заманить в банк, преследуя ту цель, на которую вы столь прозрачно только что намекнули. Открою вам небольшой секрет. Прежде чем принять это решение, я консультировался с некоторыми вашими преподавателями. Могу назвать всех по фамильно. Мне известно то печальное недоразумение, из-за которого вы лишились красного диплома. Между прочим, проректор очень об этом сожалеет, он полагает, что вы достойны его больше других. Я давно намеревался укрепить свой банк молодыми кадрами. И хочу вам предложить работу в кредитном департаменте, а это самый ответственный департамент в банке. Сотрудник, место которого я, надеюсь, вы все же займете, совершил непростительную ошибку. В результат чего мы понесли потери в размере 4 миллионов долларов. Пришлось его уволить. Если вас это устроит, могу вам клятвенно обещать: если вы сделаете такую же оплошность, вас постигнет та же судьба. Но если вам повезет и ничего подобного с вами не случится, там вы научитесь азам финансовой науки. И где бы вы затем не будете работать, эта школа вам обязательно сослужит хорошую службу. Что касается прежних наших отношений, то предлагаю начать писать их с чистого листа. Я был не прав в своем поведении, приношу свои извинения.

Анжелика чувствовала растерянность, она явно не ожидала ни подобного предложения, ни его покаяния. И не знала, что ответить.

- Я вижу вы в некотором затруднении. - сказал Волин. - Давайте поступим так: вы подумаете до завтра и приедете сюда в это время. А заодно и вернете долг. - Анжелике показалось, что на мгновение на его лице снова промелькнула улыбка. - Нет возражений?

- Нет, - ответила Анжелика.

- В таком случае сейчас вас проводят.

Она вернулась к себе домой. Сомнений в своем ответе у нее не было никаких, она не пойдет работать к Волину. Она не верит ни одному его слову, ни единому обещанию. Она уже убедилась, что с этим человеком иметь дело опасно. А только что она уверилась в том, что он отнюдь не оставил своих намерений, а решил их добиваться обходным путем. До чего же он хитрый, как ловко сумел ее к себе заманить, стал прельщать заманчивым предложением. Понял, что лобовой атакой ее не возьмешь. А когда она станет сотрудницей банка, то окажется в полной от него зависимости. И сопротивляться ей будет гораздо сложней.

Анжелика легла лицом на подушку. Ей вдруг стало очень грустно. Тяжело отказываться от своих надежд и желаний, особенно тогда, когда появляется возможность их реализации. Но ничего не поделаешь, она не может в этом вопросе идти на компромисс. Он с самого начала повел себя слишком нагло и самоуверенно, не ставил ее абсолютно ни во что. Она для него не более чем красивая игрушка, кукла, которую приятно посадить рядом с собой. Но она на эту роль не согласна и никогда не согласится. А, следовательно, все решено окончательно и не о чем больше думать. Она отказывается от этого лестного предложения.

Прошел час. Анжелика продолжала лежать на кровати. Мысли носились в ее голове, как растревоженные птицы. А, собственно, почему она настроена столь категорично? Конечно, это еще тот тип, с ним надо обязательно держать ухо востро. Но из этого совсем не следует, что она непременно должна отказываться от этого предложения. Во-первых, он обещал к ней относиться исключительно в зависимости от того, как она будет работать. И если даже он не сдержит своего слова, она сумеет поставить его на место. В крайнем случаи ее выгонят из банка, но тогда она со спокойной совестью вернется домой. Все равно ей сейчас придется это делать. Ничего страшного не случится, если ее возвращение произойдет немного попозже. А, кроме того, всегда есть шанс, что он выполнит то, что обещал. И, во-вторых, она ничего не теряет, потому что у нее сейчас ничего нет. Зато хотя бы немного заработает денег и приедет на Родину не с пустыми руками, а поможет маме. У нее сейчас самое тяжелое время, когда приходится искать новую работу. А в таком небольшом городе даже плохую работу найти сложно. И если она, Анжелика, снова окажется в их маленькой квартирке, им будет трудно прожить на такие микроскопические доходы. Но таким образом выходит, что она соглашается?

Еще через час Анжелика решила, что будет лучше, если она откажется; ничего путного из этой затеи все равно не выйдет. Но уже через полчаса переменила решение.

Так продолжалось почти весь день. Анжелика чувствовала себя усталой, как никогда. Она и не подозревала, как сильно изматывают внутренние распри, когда одна половинка твоей личности принимает одно решение, а другая - его вскоре отменяет. И когда настало время спать, она заснула почти мгновенно. И не пробуждалась всю ночь.

Сон пошел ей на пользу. Когда Анжелика проснулась, никакие сомнения больше не будоражили ее душу. Наоборот, она была непривычно за последние дни спокойна.

Анжелика все делала не спеша. Не торопясь, умылась, позавтракала, стала тщательно приводить себя в порядок. Затем долго разглядывала себя в зеркало, словно боясь, не слишком ли она изменилась за ночь. Своим отображением осталась довольна, на нее с зеркальной поверхности смотрела красивая, знающая себе цену молодая женщина.

- Все только начинается, они еще увидят, чего она стоит, - сказала сама себе Анжелика. И улыбнулась. Ее вдруг охватило предчувствие чего-то важного и счастливого, что ждет ее впереди. И она знала по опыту, что обычно это ощущение ее не обманывало.

На этот раз она не опоздала, вошла в двери банка ровно в десять часов. Александр ее уже ждал. Он явно обрадовался ее появлению, это отразилось на его лице.

Несколько мгновений он пристально разглядывал ее. Обновленный внешний вид девушки явно произвел на него такое неизгладимое впечатление, что он не удержался, чтобы не сказать:

- Вы сегодня выглядите замечательно, Анжелика. - Судя по тому, как мягко прозвучало в его устах ее имя, ему доставляло удовольствие его произносить.

- Я сегодня не боялась опоздать, - призналась Анжелика.

Александр улыбнулся.

- Вы приняли решение?

- Да, я буду работать в вашем банке.

Лицо молодого человека озарилась радостной улыбкой.

- Вы правильно сделали, у нас вам будет хорошо.

- Вы уверены?

Александр с некоторым удивлением взглянула на нее

- А почему вы сомневаетесь?

- Так, на всякий случай, - не стала вдаваться в детали Анжелика. - Обычно все зависит от руководителя, - бросила она пробный камень.

- Вы правы, но Игорь Евгеньевич очень хороший руководитель, хотя и очень требовательный. Мне с ним хорошо работать. Но не все с ним уживаются. У него свои критерии.

- Интересно, какие?

- Поймете со временем. Он, кстати, нас ждет. Пойдемте.

Александр, как и вчера, вручил ей пропуск, они прошли через охраняемый барьер, отделяющий банк от всей территории страны.

На этот раз Вольпин решил принять Анжелику в своем кабинете. Она поняла это, когда увидела на двери приемной крупную табличку: "Президент банка Вольпин Игорь Евгеньевич".

Александр ввел ее в приемную и подошел к секретарши, что-то ей тихо сказал. Та так же тихо ответила.

- Игорь Евгеньевич примет вас через минуту, - сообщил Александр Анжелике.

Эту минута она потратила на то, чтобы как следует разглядеть секретаршу. Это была молодая женщина, чуть постарше Анжелике и, как не без некоторого неудовольствия отметила она, красивая.

Интересно, какие у них отношения, неожиданно для себя подумала Анжелика. И почувствовала, что сердится. Какое ей до этого дело, большие начальники для того и заводят красивых секретарш, чтобы спать с ними. Если это как раз тот случай, то тем лучше, значит, не станет приставить к ней.

Анжелика в первый раз вошла в кабинет Вольпина и с интересом стала рассматривать его. Он был не очень большой, но обставлен с большим вкусом. Она мысленно одобрила все, что тут находилось. Разве это не в полной мере относилась к хозяину этих деловых апартаментов. Впрочем, призналась она себе, что не знает, как к нему относиться. А потому лучше всего никак не относиться, а держаться от него по возможности подальше. Приняв такое мудрое решение, она почувствовала себя несколько уверенней.

- Здравствуйте, Анжелика. Вы сегодня выглядите просто превосходно. Это обнадеживает, если женщина столь много внимания уделила своей внешности, значит, она приняла положительное решение. Садитесь, - показал он на кресло за низким журнальным столиком. Сам он сел напротив нее. - Так я прав?

- Да, я решила принять ваше предложение.

- Великолепно! Вы не пожалеете об этом. Это место как раз для вашего характера. Там нужно проявлять инициативу, подкрепленную хорошими знаниями и большой настойчивостью . Все это в вас имеется в избытке. - Вольпин улыбнулся. - Не достает лишь опыта. Но с вашими способностями вам хватит год, дабы сделаться классным специалистом.

- Откуда вам известно про мои способности?

- Я говорил вам, что собирал о вас информацию. Не могу же я принимать человека, как кота в мешке. И, кроме того, мне посчастливилось немного вас узнать.

- Но у меня тоже есть условие.

- Да, это интересно. Слушаю вас.

- Я хочу, чтобы наши прежние отношения никак не повлияли на мою работу. Как будто бы их и не было.

Несколько мгновений Вольпин внимательно разглядывал свою собеседницу. Затем улыбнулся. Анжелика заметила: он всегда улыбался перед тем, как сказать нечто важное.

- Только так оно и может быть. Можете быть уверенными, что я вас буду оценивать исключительно в зависимости от ваших достижений в работе. Если я отступлю от этого принципа, это плохо для меня кончится. Когда бизнес смешивают с личным, это никогда не приводит ни к чему хорошему. Так что не беспокойтесь.

- В таком случае у меня нет больше вопросов. Вернее, есть один: когда приступать?

- Когда пожелаете? Можете прямо завтра.

- Так я и сделаю. - Анжелика полезла в сумочку и достала конверт. - Я возвращаю вам мой долг. А вы мне должны отдать расписку.

Вольпин взял конверт, несколько секунд поддержал его в руке, затем в очередной раз улыбнулся. Он встал, подошел к спрятанному в стене сейфу, отворил его, достал листок.

- Возьмите, - протянул он Анжелике расписку.

Она взяла ее, пробежала глазами по тексту и спрятала листок в сумочке.

- Вас сейчас встретит Александр , он вам расскажет обо всех условиях, на которых мы вас принимаем. Три месяца у нас испытательный срок. А завтра приступайте к работе.

Анжелика кивнула головой.

- До свидания.

Вольпин протянул ей руку, она подала свою и почувствовала крепкое рукопожатие. В его ладони была заключена немалая сила. Анжелика в этом вопросе разбиралась очень хорошо.


## Глава 2


С каждым днем Анжелику все сильнее охватывали паника и отчаяние. С ужасом быстро выяснилось, что от всего того, что она знала, чему ее так долго и настойчиво обучали, крайне мало толку. Все то, что она освоила за годы учебы, не то, что было совсем не нужно, но эти знания почти никак не помогали ей в работе. Тут все было бы вроде так, как ее учили, и в тоже время совсем по- другому. У нее возникало ощущение, что она находится в незнакомом лесу и как выйти из него не представляет. Она-то была уверена, что быстро со всем освоится, для этого у нее есть весь необходимый багаж и покажет всем, как надо работать и чего стоит этот новый молодой специалист. Но теперь она ясно понимала, что все обстоит с точностью до наоборот, у нее нет ни малейших представлений, что и как она должна делать.

И при этом никто не помышлял ей помогать, дать совет, обучить нужным действиям. Все в департаменте были по горло заняты своей работой. Причем, она даже не могла их ни в чем упрекнуть, так ни у кого не было ни свободной минутки. В этом банке царил дух напряженного труда, некоторые сотрудники вынуждены были использовать для него обеденный перерыв.

По началу Анжелика надеялась, что, хотя бы руководитель департамента объяснит ей, что надо делать, как выполнять работу. Но очень быстро ей пришлось отказаться от этих надежд. Эмиль Александрович Котляр, уже пожилой мужчина почти не замечал ее присутствия. И Анжелика не исключала, что может быть как раз из-за своего возраста. По крайней мере, никакого повышенного внимания новой сотруднице не оказывал. Он лишь давал задание, говорил о сроках его выполнения - и больше не смотрел в ее сторону. Это обстоятельство помимо всего прочего даже немного обижало ее по-женски, она привыкла, что мужчины всегда помнят о ней и стараются всегда каким-либо образом привлечь к себе ее внимание.

Впрочем, очень скоро она забыла об этих маленьких огорчениях, так как ей стало совсем не до того. Приближался срок окончания первого поручения, а она никак не могла продвинуться вперед ни на шаг. Причем, она отдавала себе отчет в том, что задание-то было в общем не сложное - проанализировать экономические показатели одного предприятия за последние несколько лет и дать свое заключение об его кредитоспособности. Будь она все еще студенткой, без труда справилось с этой задачкой. Но здесь она никак не могла ни в чем разобраться, все было крайне запутано, одни цифры то ли на самом деле противоречили друг друга, то ли она не могла их правильно сопоставить. Она сидела, не отрываясь от своего письменного стола, с испугом ожидая того момента, когда Котляр потребует отчитаться о проделанной работе. Вот тогда и наступит страшная минута ее позора.

Все свободное от работы время Анжелика напряженно размышляла о том, что же ей делать? И все больше склонялась к выводу, что наилучшим решением станет ее увольнение. Она переоценила свои силы и знания, она не готова к ответственной самостоятельной работе. А помогать ей никто не желает. И они правы, все получают деньги за то, что они делают сами, и возиться с ней бесплатно никто не намерен.

Она должна наконец решиться, пойти на прием к Валину и сказать ему, что уходит. Анжелика проработала в банке уже две недели, но за это время они не общались. Несколько раз она сталкивались с ним в коридоре, они здоровались и расходились, как в море корабли, продолжая движение по своим курсам. Честно говоря, она полагала, что он будет каким-то образом наводить с ней контакты и даже кое что заготовила в ответ. Но никаких инициатив на этот счет он не проявлял.

Зато она сблизилась с Александром. Разумеется, он был по уши в нее влюблен и иногда бросал на нее такие проникновенные взгляды, что у нее даже что-то екало внутри. Увы, дальше еканья в ней ничего не происходило, кроме дружеских, никаких иных чувств она к нему не питала. Зато она использовала его, как ценного источника информации о том, что происходит в банке и о населяющих его людях. Чаще всего они говорили о Волине. Не то, что Анжелика наводила молодого человека на эту тему, она возникала, словно из воздуха, как-то сама про себе.

Александр однозначно восхищался Волиным и хотел во всем на него походить. Он даже записался в секцию по боевым искусствам, чтобы научиться себя защищать. А, по словам Александра, этот принцип исповедовал президент банка, он считал, что если человек не способен себя защитить, значит, он не способен быть по-настоящему самостоятельным и ответственным.

Анжелика могла бы кое-что поведать о том, какую тактику защиты исповедует этот человек, но предпочитала в такие минуты слушать, а не говорить.

Александр чувствовал, что у Анжелики не все в порядке на работе и пытался вызвать ее на откровенность, но девушка стеснялась признаться ему в своих неудачах.

Однажды он осмелился и пригласил ее посидеть в кафе. Она согласилась, ей захотелось хотя бы не надолго отвлечься от своих проблем.

Они отыскали относительно недорогое, но вполне уютное кафе. Анжелика получила первую зарплату и чувствовала себя почти такой же богатой, как Ротшильд. А, может быть, и богаче. Наконец-то она может зажить, хотя и скромно, но все же вполне по-человечески. Правда, радость сильно портила мысль о том, что такой счастливый период в ее жизни скорей всего продлится не долго, до того момента, как ей прикажут доложить о выполнении задания. И вместо отчета придется положить заявление на стол. Она удивлялась тому, что пока никто не требует от нее предоставить результаты своего напряженного, но, увы, малоплодотворного труда. Но это лишь означает, что этот момент совсем близко.

Они сели и заказали ужин. Им быстро принесли еду. Анжелика заметила, что Александр удивлен, что она попросила так много еды. Знал бы он, как скудно питалась она все эти годы, тогда бы не стал поражаться.

- Знаешь, я никак не могу до конца тебя понять, - признался он.

- Что тебе не понятно во мне? - немного заинтригованная, спросила Анжелика.

- Ты какая-то не такая, как все. Все вроде бы ясно и в тоже время не совсем.

- Просто я привыкла рассчитывать только на себя, - пожала плечами девушка. - В этом мое отличие от других. Мне пришлось начать это делать рано.

- Это все из-за твоей красоты? - спросил Александр, краснея, как цветок мака.

- Не только, хотя во многом и из-за нее. Просто мне не на кого было опереться, отец с нами не жил, а мама очень хорошая, но и очень слабая женщина. Она живет в постоянно страхе, что останется без средств к существованию, что ее выселят из квартиры, что непременно случится еще какое-нибудь несчастье. Она сильно боится жизни.

- Она такая же красивая?

- Почти такая же, - улыбнулась Анжелика. - Но это ей нисколько не помогло, Вокруг всегда крутилось много мужчин, но, обжегшись на отце, она боялась довериться еще кому-то. Ей было спокойней оставаться одной. Она рассуждала, что хотя это и тяжело, зато хуже не станет.

- Странная логика. Но так в жизни ничего не добьешься.

- А она и не стремится ничего добиваться, она просто всегда хотела жить и ничего не бояться. Больше ей ничего не надо.

- Но ты же не такая.

- Не такая, - согласилась Анжелика. - Мне хочется достигнуть многого. Только не уверена, что получится.

- А я уверен! - горячо возразил Антон.

Анжелика задумчиво посмотрела на него. Он нравился ей, он был честный, искренний, преданный. С ним хорошо и надежно. У него, в ее глазах, был лишь один недостаток, он был герой не ее романа. Обычно она это чувствовала с первых минут общения с человеком. И еще ни разу чутье ее не подводило. Вот и сейчас у нее не было на счет Александра никаких сомнений. А жаль.

Но сейчас она думала о другом, ей очень хотелось поделиться с ним возникшими у нее на работе трудностями. Она просто устала носить целыми днями, как тяжелую ношу, это в себе. Да и вдруг он даст дельный совет.

- Почему ты так думаешь? - поинтересовалась Анжелика.

- Ты не можешь не преуспеть, - убежденно произнес Антон. - Ты не только очень красивая, но и очень целеустремленная. И к тому же способная. Я видел твой диплом.

- Диплом, как оказалось, мало что значит, - вздохнула девушка. - Можно как угодно хорошо учиться, а придешь на работу, а там все по-другому.

Александр пристально взглянул на нее.

- У тебя возникли проблемы?

Анжелика кивнула головой.

- У меня ничего не получается, - призналась она. - Я как проклятая сижу уже почти две недели над одним отчетом и не могу в нем разобраться. Там все не так, как нас учили. И никто не приходит мне на помощь, на меня просто не обращают внимания, как будто меня нет в отделе.

- А ты сама не спрашивала совета?

- Нет. Я не могу на это решиться. Что-то мешает.

- Я понимаю, - сказал Александр. Он вдруг положил свою ладонь на ее ладонь. И Анжелика отметила, что этот жест совсем не взволновал ее. - Странно, обычно у нас внимательно относятся к новичкам. Игорь Евгеньевич, всегда назначает над ними кого-нибудь шефствовать. Ничего не понимаю, почему тебя никто не вводит в курс дела.

"А я теперь, кажется, понимаю, - подумала Анжелика. Он сделал это специально, это тонкая месть с его стороны. Он хочет, чтобы я провалилась. И тогда он с позором выставит меня из банка. И доведет это до сведения всех. После чего меня уже никто не возьмет на приличное место. Теперь становится понятным его замысел. Какая же я дура, что согласилась на его предложение".

- О чем ты думаешь? - спросил Антон.

- О том, какая я дура.

- Ты не дура. Ты самая умная девушка, из всех, с которыми я общался. Ты знаешь больше, чем они вместе взятые.

- А толку-то что. Это никак не помогает мне в работе. Я, наверное, уволюсь.

- Нет! - даже излишне горячо воскликнул Александр. - Вот увидишь, все наладится. Хочешь, я поговорю с Волиным.

- Нет. Во-первых, это мое дело, а во-вторых, тебе может не поздоровиться. Ему не понравится, что ты лезешь не в свое дело.

Вздох Александра подтвердил правильность предположения Анжелики.

- Все равно, я с ним поговорю, - упрямо произнес он.

- Я тебе запрещаю. Не хватало только, чтобы у тебя возникли бы из-за меня неприятности. Я себе этого никогда не прощу.

Александр вдруг как-то странно посмотрел на девушку.

- Значит, я тебе не безразличен?

- Конечно, не безразличен, - не очень охотно отозвалась Анжелика, понимая, что каждый из них вкладывает в это слово разный смысл. - Ты мой друг.

- И только?

- И только. Но разве этого мало?

Хотя в кафе царил интимный полумрак, но Анжелика заметила, как изменилось выражение лица у молодого человека. Ей стало жалко его, но ничего другого сказать ему она не могла.

- Ну и ладно, это не имеет никакого значения, - вдруг с мрачной решимостью проговорил он. - Я все равно буду относиться к тебе так, как сейчас отношусь, в независимости от того, как относишься ко мне ты.

- Я очень ценю твое расположение, - как можно мягче произнесла она и слегка коснулась его руки. Она почувствовала, как вздрогнула он от ее прикосновения. В отличие от нее ее касания тела Александра вызывает в нем даже слишком бурную реакцию.

Несколько мгновений они молчали.

- Я хочу, чтобы ты знала, что можешь рассчитывать всегда на мою помощь, - вдруг произнес Александр. - Чтобы не случилось.

- Я тебе очень благодарна и ценю твое ко мне отношение.

- Я тебя очень прошу, не увольняйся.

- Я подумаю. Я еще твердо ничего не решила.

Она должна сделать все возможное, чтобы разрушить дьявольский план Волина, вдруг подумала вне контекста разговора Анжелика. Она вовсе не желает отдавать ему себя на съедение.

- Если ты уволишься, мне будет сильно тебя не доставать, - произнес Александр, опустив низко голову и краснея.

Почему-то Анжелика невольно вспомнила о Николае. Нет, она совсем не желает, чтобы Александр повторил бы его судьба. Вот только может ли она этому воспрепятствовать?

- Мне тоже будет тебя не хватать, вот поэтому я пока не уволюсь, - улыбнулась Анжелика.


## Глава 3


К концу второй недели Анжелика вдруг осознала, что начинает разбираться в отчете. Цифры, которые еще вчера совершенно не стыковались друг с другом, внезапно приобрели определенную гармонию. Она, наконец, стала видеть, какие тайны они скрывают, какие процессы отражают. Она даже обнаружила ряд мелких ошибок, которые, впрочем, мало влияли на общий результат. Теперь она была готова написать заключение и сделать свои выводы.

Анжелика по очереди посмотрела на всех сидящих в комнате сотрудников, но никто не обращал на нее внимание. Она задержала свой взгляд на руководителе департамента, тот поднял голову и тоже взглянул на нее. Анжелике показалось, что на его лице промелькнуло странное выражение, но оно держалось одно мгновение, он тут же отвел глаза.

Анжелика вышла в пустой коридор и прислонилась к стене. Ей хотелось громко смеяться, но она позволила себе лишь счастливую улыбку. Она победила в независимости от того, специально ли ее загнали в ловушку или нет, но она сумела выбраться из нее. Кроме того, за эти две недели она освоила материала едва ли не больше, чем за год учебы в академии. И теперь все дальнейшее ей уже не так страшно. Хотя еще очень много предстоит узнать.

Внезапно она услышала чьи-то шаги, и через мгновение появился силуэт мужчины. Девушка узнала его. Это был вице-президент банка Эдуард Петрович Зернин. Она лишь разу два видели его мельком. Александр на ее вопрос о нем пояснил, что он редко бывает в банке, а в основном находится где-нибудь за рубежом, так как отвечает за контакты с иностранными партнерами.

Анжелика полагала, что вице-президент банка просто пройдет мимо нее, но он неожиданно остановился рядом с ней.

Несколько секунд он рассматривал девушка.

- Кажется, вы наша новая сотрудница, - сказал Зернин, - Анжелика Оболенская. Я не ошибся?

- Нет, это, в самом деле, я.

- А я вице-президент банка Зернин Эдуард Петрович.

- Я знаю,

- Вот как, - улыбнулся он. - Это приятно, когда о тебе известно таким красивым сотрудникам, как вы. Не хотите ли пройти в мой кабинет, - вдруг предложил он.

Анжелика почувствовала замешательство. Шестое чувство подсказывало ей, что не следует принимать приглашение. Почему не следует, она не очень ясно представляла, ничего особенного в нем не заключалось. Начальник приглашает подчиненную к себе в кабинет для более близкого знакомства. Правда, этот начальник руководит совсем другим направлением деятельности банка, к которому Анжелика не имеет никакого отношения. Но мало ли что бывает, в конечном итоге все в этом мире взаимосвязано.

И все-таки подсознание настойчиво посылало ей сигналы, что лучше бы под каким-нибудь благовидным предлогом отказаться от этого не то приглашения, не то просьбы. Но, как на зло, никакой предлог на ум не приходил.

- Хорошо, пойдемте.

Чтобы попасть в кабинет к вице-президенту, им пришлось пройти через долинный коридор, подняться на лифте. За это время им на встречу попалась не меньше дюжины сотрудников и почти все бросила на эту пару удивленные взгляды.

- Садитесь, Анжелика Витальевна. Или можно просто Анжелика? - спросил Зернин, когда они оказались в его кабинете.

- Можно просто Анжелика.

- Хотите что-нибудь выпить: чай, кофе? А может быть, "Мартель"?

- Нет, спасибо, - отказалась Анжелика.

Зернину вряд ли было больше тридцати лет, стройную, среднего роста фигура плотно, без единой складки облегал очень дорогой, великолепно сшитый костюм. Лицо было приятным, даже красивым. Бросалось в глаза, что этот человек знал о своей привлекательной внешности и всемерно культивировал ее.

Зернин, наклонясь вперед, внимательно смотрел на Анжелику. Их разделял всего лишь узенький журнальный столик, и девушки стало немного не по себе. В этой мизансцене сквозила какая-то двусмысленность.

Кажется, он тоже уловил это, так как внезапно откинулся на спинку кресла.

- Пока я странствовал по миру, в нашем саду расцвела прекрасная роза, - вдруг засмеялся он. - Если, не ошибаясь, участок, на котором взошло это великолепное растение, департамент кредитования.

- Да, я там работаю, - подтвердила Анжелика.

- Вам там нравится?

- Пока точно трудно сказать, все только начинается.

- Мне кажется, такой девушки, как вы, там будет не слишком интересно, там много кропотливой работы.

- Я знаю, но я этого не боюсь.

- Одно дело не бояться, а другое дело получать от работы удовольствие. Согласитесь, это разные субстанции.

- Соглашусь. Но я надеюсь, что мне скоро эта работа понравится. Как только войду в курс дела.

- Мне симпатичен ваш подход к работе, - внезапно по-английски проговорил Зернин. - Сейчас такое встречается не часто.

Анжелика на курсе была одной из лучших студентов по этому предмету, английскому она уделяла много времени и делала это с удовольствием. И сейчас не могла не отметить отличное знание языка Зерниным.

- Я всегда стараюсь выполнять порученную мне работу добросовестно, - тоже по-английски ответила она. - В противном случае лучше вообще ничего не делать.

- Хорошо, - одобрил вице-президент, уже по-русски - немного с произношением есть проблемы. Но это легко устраняется практикой. - Он о чем-то задумался. - А если я предложу вам перейти в свое подразделение референтом. Будете заниматься нашими иностранными партнерами, ездить за границу. Как вам такая перспектива?

Если бы Зернин сделал это предложение еще вчера, Анжелика, почти не раздумывая, согласилась бы. Ею владело отчаяние, и это был тот спасательный круг, который помог бы остаться на плаву. Но сегодня все кардинально переменилась, она взяла первую высоту, и это придавало ей уверенность в своих силах. Становиться же референтом у Зернина, заниматься увеселением иностранных гостей, угождать их желаниям ее совершенно не привлекало. Даже если это будет сопровождаться заграничными поездками. Чему она научится на такой работе? Любезно улыбаться? Но это она и сейчас умеет.

- Спасибо, но Игорь Евгеньевич поручил мне этот участок, я хочу продолжить работать на нем.

Зернин не счел нужным скрывать свое удивление ее отказом.

- А вам известно, Анжелика, что за это место идет, можно сказать, кровавая борьба, следующий раз такая вакансия может быть свободной весьма не скоро.

- Я понимаю, но я бы хотела продолжить начатое, - упрямо повторила она.

- Знаете, вы мне нравитесь сейчас еще больше, чем в тот момент, когда я вас увидел впервые. Надо долго искать девушку в вашем возрасте, которая бы так решительно отказалась бы от такого заманчивого предложения.

Анжелика сочла в данной ситуации самым оптимальным - это промолчать.

- Ну, хорошо, - сказал Зернин, - будем считать, что наше знакомство состоялось. Хотя результат его мог бы быть другим. Но, надеюсь, на этом наше сотрудничество продолжится. Если у вас возникнут какие-нибудь проблемы, то обращайтесь прямо ко мне. - Зернин протянул ей визитную карточку. - Здесь мои прямые телефоны, минуя секретаршу.

- Хорошо, Эдуард Петрович.

Анжелика встала. То же самое сделал и Зернин.

- Очень рад был познакомиться, - сказал вице-президент.

- Я - тоже, - ответила Анжелика, но на самом деле она с облегчением направилась к выходу из его кабинета.

Разговор с Зерниным оставил у нее странное впечатление. Она не могла отделаться от ощущения двусмысленности всего того, что говорил вице-президент. Впрочем, размышляла на эту тему она совсем недолго, ей не терпелось как можно скорее представить руководителю департамента плоды своего долгого и кропотливого труда. Она вернулась на свое рабочее место и стала быстро набирать текст на компьютере.

Она так долго, словно ребенка, его вынашивала, что казалось, что слова сами появлялись на мониторе без ее участия. Чтобы подвести итоги напряженного двухнедельного труда, ей понадобилось всего меньше часа. Закончив писать пояснительную записку, она внимательно перечитала ее, стараясь сделать не только смысл, но и стиль безукоризненным. После чего счастливо улыбнулась; она вдруг ясно почувствовала, что больше ничего ее не страшит, отныне она справится и с гораздо более сложными испытаниями, потому что поверила в свои силы.

Впервые за все это время Анжелика направилась к начальнику департамента.

- Я закончила анализ, - сказала она, кладя перед ним на стол несколько листиков.

Котляр внимательно и, как ей показалось, немного недоверчиво посмотрел на нее.

- Хорошо, я ознакомлюсь, - сказал он.

- А что делать мне сейчас?

На его губах появилась улыбка.

- Пока ничего, отдыхайте. Хотите, можете даже уйти домой. А я пока подумаю, какое дать вам завтра задание.

У Анжелики, как только ее приняли на работу в банк, возникло намерение найти себе другое, более комфортабельное пристанище. Зарплата позволяла совершить такой переезд. И она решила, что полученное в подарок свободное время потратит на поиск нового пристанища. Тем более она уже отметила для себя в газете несколько объявлений.

Целый день она ездила по адресам, выбирая наиболее пригодную, как по цене, так и по условиям проживания жилище. Она твердо решила: никаких комнат, только отдельную квартиру. Хватит с нее соседей, она нахлебалась этой прелестью до сыта. Она хочет быть хозяйкой в своем доме, ну пусть не в своем, а в том, который снимает. Правда, аренда отдельной квартиры была для нее дорогим удовольствием, практически придется отдавать половину того, что она получает. Зато будет чувствовать себя совсем по другому.

Анжелика вдруг пронзило острое желание иметь в этом городе свою квартиру. Такие мысли, конечно, к ней приходили и раньше, но всерьез она к ним не относилась - уж больно нереальной представлялась подобная перспектива. Сейчас же все было по иному, она не будет чувствовать себя полноценным человеком, органичной частицей этого огромного организма под названием Москва до тех пор, пока не обзаведется только ей принадлежащим жильем. Но когда это еще случится, если случится вообще, сказать трудно. Пройдет еще столько лет, прежде чем ее желание воплотится в жизнь. Разумеется, ей отлично известно, что существуют самые разные способы ускорению достижения этой цели, иногородние студентки в академии говорили об этом без конца. Но не один из них ей не подходит, она никогда не выйдет замуж только для того, чтобы стать владельцем чужой жилой площади.

Домой Анжелика вернулась поздно, валясь с ног от усталости, но очень довольная проведенным днем. Она нашла то, что искала: маленькую, уютненькую квартирку, при этом относительно недорого. К тому же хозяева приятные интеллигентные люди. Что тоже весьма немаловажно, она немало натерпелась от владельца нынешней ее конуры.

Она уже хотела тихо шмыгнуть в свою комнату, как внезапно замерла на полпути. Ее остановили доносящиеся голоса с кухни. Соседку и так почти никто не навещал, а уж в такой поздний час это просто исключается. И что самое странное, не только голос соседки, но и второй мужской голос показался ей знакомым.

Она заглянула на кухню и едва не обомлела от неожиданности: за столом сидели соседка и Волин. Они мирно, даже весело разговаривали и пили чай с прикуску с сахаром. Если бы Анжелика увидела на месте президента банка архангела Гавриила, то удивилась бы куда меньше.

Вольпин и соседка увидели Анжелика почти одновременно.

- А к тебе гости, - непривычно доброжелательно произнесла соседка. - Игорь Евгеньевич, уже как два часа дожидается.

- Я не дожидался два часа, я два часа провел в приятной беседе, - поправил Волин. - Здравствуйте, Анжелика. Мне кажется, вы немного устали и не расположены принимать гостей. С вашего позволения я зайду в другой раз.

- Мы с Игорем Евгеньевич, в самом деле, провели чудные часы, я давно с таким удовольствием ни с кем не общалась, - радостно сообщила соседка.

Анжелика, все еще не совсем придя в себя от изумления, переводила взгляд с одного на другого.

- Что вы, проходите, Игорь Евгеньевич, я рада вас видеть, - спохватилась девушка. Какие ею владели истинные чувства, она не знала сама.

Вольпин склонился перед соседкой и поцеловал ей старческую морщинистую руку.

- Рад нашему знакомству, - сказал он.

Вслед за Анжеликой, Вольпин вошел в ее комнату.

- Садитесь, - пригласила она. Анжелика вдруг очень отчетливо осознала, что не знает, как себя с ним вести. Раньше она тоже это плохо представляла, но все же было значительно легче, так как они были на равных. Или почти на равных. Сейчас же перед ней сидел ее начальник, босс, как говорила в банке. И эта сцена выглядела немного странно, если даже не сюреалистично.

- У вас весьма милая соседка, - проговорил Вольпин . - Мы беседовали в основном об ее молодости, это было интересно и поучительно. Просто поразительно, до чего сильно отличается жизнь каждого поколения. И еще много говорили о вас. Сперва она отзывалась весьма недоброжелательно, но затем я сумел ее убедить, что она не права, что вы находитесь в трудном положении. Одна, в чужом, можно даже сказать, враждебном городе. И она согласилась, что вам, действительно не легко и что, если разобраться, то вы хорошая девушка.

- Спасибо, что вы восстановили мою репутацию реноме в ее глазах, это крайне важное событие в моей жизни, - не сдержала насмешки Анжелика. - Правда, немного поздно, я намерена съехать из этих хором.

- Это не имеет значение, всегда надо оставлять о себе хорошую память. Это одна из главных заповедей банкира. Между прочим, приносит неплохие дивиденды.

- Вы следуете этой заповеди?

- Разумеется. Причем, по возможности всегда и везде. И вам советую. Я понимаю, что у многих людей хочется оставить о себе как раз самую плохую память, перед расставанием высказать им все, что о них думаешь. Старайтесь это делать лишь в крайних случаях, когда не сказать все равно что замарать себя в чем-то грязном или неприличном. Я сегодня прочитал ваш отчет, - совершенно неожиданно сменил тему Волин.

Буквально все, до последней клетки, в Анжелике замерло. Неужели он пришел для того, чтобы ей сказать...

- Мне он понравился, толковый документ. Вы молодец.

Анжелике показалось, что теперь после остановки внутри нее радостно завибрировали все клетки ее тела.

- Я рада, что мне удалось хорошо выполнить работу. Для меня она оказалась трудной.

- Я знаю. - Вольпин на несколько мгновений замолчал, потом улыбнулся хорошо знакомой ей улыбкой. - Это был специально подготовленный нашими специалистами отчет. Нечто вроде теста. Они специально запутали там все, что только можно запутать.

Теперь, словно бы что-то оборвалось внутри у нее.

- Так это был не настоящий отчет, а тест.

- Да, и вы с ним хорошо справились. Поздравляю. Это удавалось далеко не всем. А если точнее, мало кому.

До этого момента Анжелика стояла. Теперь же она села на кровать и заплакала. Две недели она провела в страшных переживаниях, о чем только не думала, даже о самоубийстве. А, как только что выяснилось, это была всего лишь проверка. Кто-то сознательно все запутал, а она, как последняя дура, пыталась разобраться в этой абракадабре.

У нее само собой сжались кулаки. Вольпин заметил этот ее жест.

- Уж не хотите ли вы опять со мной драться?

- Хочу, - подтвердила она.

- Я к вашим услугам. Можно здесь, можно снова отправиться в клуб. Каким будет ваше решение?

Но Анжелика лишь неподвижно продолжала сидеть на кровати.

- Послушайте, Анжелика, - вдруг непривычно мягко проговорил Волин, - я вам не советую обижаться. Мне хотелось знать, на что вы способны. И теперь знаю.

- И на что?

- На многое. По крайней мере, на то, что я планирую для вас. Вы можете, конечно, не согласиться с моими планами. Вы девушка очень самостоятельная и независимая. И все же я бы вам предложил следовать тем путем, который я наметил для вас.

- А я могу я все же узнать, что это за замечательный путь и в какие светлые дали он меня приведет?

- Разумеется, вы не только можете, но должны узнать. Но только в свое время. А сейчас разрешите откланяться. Я сказал вам все, что хотел сказать. - Вольпин встал. - Спокойной ночи. Надеюсь, ваша новая среда обитания будут гораздо комфортабельней этой. Разрешите сделать вам подарок в качестве небольшой компенсации за подвергнутое испытание. - Он достал из кармана и положил на стол какой-то конверт.

Первым импульсом Анжелики было отвергнуть этот дар, но она, сама не зная почему, промолчала.

Вольпин вышел из комнаты, она пошла его провожать. Из своей двери выглянула соседка.

- До свидания, - попрощался с ней он.

- Приходите еще, - явно искренне пригласила соседка.

- Увы, меня приглашают сюда не все, - улыбаясь, посмотрел он на Анжелику.

- А вы ко мне приходите.

- А, пожалуй, я так и сделаю. - Он вдруг засмеялся.

Вольпин вышел из квартиры, Анжелика же вернулась в свою комнату. Она раскрыла конверт. В нем лежало удостоверение. Это был членский билет спортивного клуба "Меркурий", выписанный на ее имя. Тут же находилась и короткая записка. "Обратитесь к тренеру Арсену Гаджиеву. Он вас многому научит. Он о вас знает".

Несколько секунд, она, словно не зная, что с ним делать, вертела записку в руках, затем аккуратно положила ее и членский билет на стол. Странно, отметила она, когда она пришла домой, то очень хотела спать. А сейчас сна нет ни в одном глазу.


## Глава 4


На следующий день все, как по взмаху волшебной палочки, переменилось. Руководитель департамента сам подошел к ней и не только дал новое задание, но вызвался консультировать ее по всем вопросам. А их у нее оказалось много. Но Котляр оказался способным и терпеливым педагогом, он очень доходчиво и подробно, не жалея своего времени, все объяснял, и Анжелика с радостью убеждалась, что за короткий срок сумеет освоить выбранную профессию. И даже полученные в академии знания были совсем не лишними, помогали быстрей разбираться в новом для нее материале.

Она так увлеклась работой, что почти забыла обо всем остальном. Она приходила домой, и снова садились за бумаги. Ей даже не хотелось никуда иди, ни с кем встречаться; то, чем она занималась, было интересней всех этих пустых и мимолетных развлечений. Единственным исключением в этом правиле стал спортклуб. Она отправилась туда через два дня после того, как Вольпин нанес ей неожиданный ночной визит. Все это время она раздумывала, следует ли принимать этот подарок и что он означает? Ее не покидало смутное ощущение того, что он сделан отнюдь не случайно, и Вольпин чего-то постоянно добивается, куда-то ее все время направляет. В его действиях проглядывала определенная логическая закономерность, он сознательно создает ситуации, в которых она должна проявлять свои лучшие качества. Это напоминает беспрерывную проверку, такое чувство, что она то и дело сдает экзамен.

И все же она решила не пренебрегать этим даром. Если Вольпин хочет, она, по крайней мере, пока не видит оснований, чтобы уклоняться от того пути, на который он ее направляет. Ей он нравится. А что будет дальше, посмотрим, сойти с него, как спрыгнуть с трамвая, она сможет в любой момент.

В членском билете было расписание, в какие дни и в какие часы у нее занятия. И после работы она поехала в спортивный клуб.

Она показала удостоверение, и охранник беспрепятственно ее пропустил. Пока она шла в указанном им направлении, Анжелике, к ее удивлению, никто не встретился.

В спортивном зале сидел человек. При виде ее он встал.

- Я ищу Арсена Гаджиев, - сказал она.

- Это я. А вы Анжелика. Я вас жду.

Он встал. Анжлика посмотрела на него снизу вверх. Перед ней стоял гигант, выше ее почти на две головы и шире в плечах на половину. Он его фигуры исходила почти зримая эманация огромной силы и мощи.

- Я буду вас тренировать, - сообщил он. - Мне поставлена задача - обучить вас искусству восточных единоборств.

О том, кто поставил столь важную и ответственную задачу, Анжелика спрашивать не стала, сомнений на сей счет у нее не было никаких.

- Я кандидат в мастера спорта по дзюдо, - сообщила девушка. - Я выиграла несколько соревнований.

- Мне это известно, - пренебрежительно произнес гигант. - То, что в вас заложена основа, это пригодится. Но я вас буду учить совсем другому. Начинаем прямо сейчас...

Такой тренировки у Анжелика еще не было. Перед Арсеном она чувствовала себя совершенно беззащитной. Он мог делать с ней все, что хотел. А она не могла противопоставить этому абсолютно ничего. Анжелике стало так обидно, что будь ситуация иной, она бы немного пороняла слез. Она-то всегда гордилась своим умением защитить себя, отстоять свою честь и достоинство. Но впервые за многие годы осознала, насколько эфемерна и иллюзорна эта ее уверенность.

Вышла она из спортивного клуба с твердым решением никогда больше сюда не возвращаться. С нее достаточно и одной тренировки. Но через два дня пришла в точно указанное в расписание время. Если в первое занятие, ею владело растерянность и отчаяние, то сейчас она хотела только одного: научиться тому, чем столь искусно владел ее тренер.

После второй тренировки Арсен задержал ее на несколько минут.

- Ты молодец, тобой сегодня владел другой дух. В тот раз тобою владело растерянность и подавленность, а сейчас в тебе проснулась здоровая злость. Постарайся во время следующего занятия злость заменить на стремление перенять то, чего тебе преподают. Сумеешь?

- Я постараюсь.

Арсен улыбнулся.

- Запомни, если хочешь стать сильной, всегда выходить победителем из любых положений, старайся все негативные чувства и эмоции переплавлять в позитивные. Злость - в упорство, ненависть - в силу, гнев - в уверенность. Тогда тебе будет несравненно легче управлять собой. А это главное в нашем деле, контролировать самого себя. Отрицательные эмоции ослабляют, делают уязвимым, положительные - усиливают, превращают собственное тело в неприступную крепость. Запомни крепко одну вещь: если желаешь обезоружить противника, парализовать его волю, ты должна внутри себя стать абсолютно спокойной, безмятежной. Если сумеешь, это сразу устраняет у твоего врага агрессию. Твоя же агрессия увеличивает его агрессию ровно настолько, насколько сильна она в тебе. Поэтому борись с ней, как со злейшим недругом; если твоя агрессию передается тому, с кем ведешь свою борьбу, то это означает, что на самом деле ты ее ведешь сама с собой. А это вверх глупости. Именно по этой причине люди и погибают.

- Это очень трудно. У меня так никогда не получится. У меня в таких ситуациях эмоции льются через край.

- Получится, - уверенно проговорил Арсен. - Я заметил, ты упорная. И главное умеешь тренироваться. Ты быстро всему обучаешься. Я научу тебя, как это делать.

Анжелика вдруг решилась на вопрос, который, как угорь на сковородке, вертелся у нее на языке с того момента, как Арсен начал этот неожиданный монолог.

- Вам это Вольпин приказал меня обучать этим премудростям?

Арсен хитро прищурившись, смотрел на нее.

- А так ли это важно, важен результат. А если и он, так что?

- Ничего. Я согласна, обучайте.

- Это будет не просто.

- Я понимаю, но я готова.

Теперь он уже без всякой насмешки, а наоборот. очень серьезно взглянул на нее.

- Ты должна стать другим человеком.

- Пожалуй, как раз этого я больше всего и хочу, - задумчиво проговорила девушка. - Я никогда не нравилась сама себе.

- Вот увидишь, однажды понравишься, - заверил Арсен. Он вдруг сделал резкое движение, его огромный и тяжелый, как кувалда, кулак пролетел в каком-то сантиметре от ее носа.

Анжелика отшатнулась. Арсен покачал головой.

- Когда ты в такой ситуации останешься невозмутимой, ты понравишься себе.

- Скорей бы! - вздохнула Анжелика.

- В этом деле нельзя торопиться. Торопливостью все испортишь. Это произойдет только тогда, когда произойдет. И ни днем раньше. На сегодня все.


## Глава 5


Дождь начался сразу после обеда и не прекращался ни на минуту. Анжелика то и дело бросала в окно грустные взгляды, надежды на то, что он выльет весь свой запас воды к моменту окончания рабочего дня, таяла с каждой минутой. Проблема же заключалась в том, что у нее накануне сломался зонтик. И теперь ей предстояло до станции метро идти целых два квартала под холодным душем.

Анжелике вообще почему-то в последние дни было грустно. Хотя причин для этого вроде бы не было. На работе все шло замечательно, она уже вполне освоилась со своими обязанностями и выполняла свои обязанности ничуть не хуже старожилов департамента. И все же какая-то причина навевала не нее подобное настроение. Может, дело заключалось в том, что природа все настойчивей двигалась к осени. Изумрудный покров деревьев все больше сменялся за багряно-золотисный, а теплый ветер передавал эстафету своему холодному собрату.

Перед самым выходом с работы дождь усилился. Но выбора не было, придется нырять в эту холодную купель. Анжелика сделала шаг вперед ,и ее самые худшие опасения оправдались в тот же миг. Струи воды, словно бы только того и ждали, устремились за ее воротник.

- Анжелика Витальевна, - вдруг услышала она.

Она обернулась на зов и заметила рядом припаркованную черную машину. Приоткрыв дверцу, ей махал рукой мужчина. Она не сразу признала в нем Зернина.

Хотя дождь хлестал немилосердно, она не была уверенна, что ей следует садиться в эту машину. Она не первый год жила на свете, чтобы не понимать: так просто из-за сострадания к ее промокшему состоянию, вице-президент не стал бы приглашать укрыться от непогоды в свой автомобиль. Но и не ответить на этот зов она тоже не решалась.

Несколько мгновений она стояла в нерешительности. Но справиться с проблемой помог ей дождь, он вдруг пошел еще сильней. И Анжелика, спасаясь от холодных струй, буквально помчалась к машине.

Она почти впрыгнула в автомобиль, Зернин тут же захлопнул дверцу. И почти сразу же отъехал.

Видимость была минимальной, но это не смущало вице-президента, он не только уверенно вел машину, но еще и посматривал на свою спутницу.

- Вы совершенно промокли. Никогда не выходите из дома, не прослушав прогноз погоды. Это можно где-нибудь на Гаваях, где чуть ли не круглый год светит солнце, а у нас каждый день природа приносит нам сюрпризы.

- Сегодня я слушала прогноз, но у меня сломался зонтик. А купить новый - не успела.

- У меня тоже нет зонтика, вместо него я использую машину. Я считаю, что это удобней. А вы как думаете?

- Точно так же.

- Тогда почему бы вам не купить машину?

- У меня нет нужной суммы для такой покупки. .

Зернин покосился девушку.

- Но для такой, как вы, это как раз не проблема. Вам достаточно сказать одно волшебное слово - и нужная сумма будет лежать вот в этой миленькой сумочке.

- Так легко, - насмешливо произнесла Анжелика. - Вот только я не знаю этого самого волшебного слова.

- А вот в это я никогда не поверю. Неужели вы не раз его не произносили?

- Скажите, а куда мы едем? - спросила Анжелика.

- Куда? - Зернин сделал вид, что задумался. - А почему бы нам с вами не поужинать? В этом городе столько славных местечек, где можно с огромной приятностью провести пару часов. А вы, наверное, голодны. В нашей столовой кормят отвратительно. Я там ел всего один раз, и мне хватило это на всю жизнь.

- Я привыкла. В студенческой столовой кормили еще хуже.

- Знаете, Анжелика, плохое никогда не надо оправдывать еще более худшим. К этой дурной привычки можно привыкнуть. И тогда вряд ли человека ждет впереди что-то хорошее. Если мне понравилось какое-то место, я стараюсь отыскать еще более привлекательное. И нахожу. Так едем?

Несколько секунд Анжелика раздумывала над предложением. Не то, что оно казалось ей заманчивым, но ее вдруг разобрало любопытство: она нисколечко не сомневалось, что Зернин все заранее подстроил. И явно имеет какой-то по отношению к ней план. И ей хотелось узнать, что намерен он предложить?

- Хорошо, едемте.

Она заметила, как промелькнула довольная улыбка на лице Зернина.

- Вот увидите, Анжелика, это будет очень приятный вечер, - пообещал он.

Из-за плотной пелены дождя Анжелика не могла разглядеть, куда же они направляются. А потому быстро оставила эти попытки. Она просто откинулась на мягкую спинку кресла, наслаждаясь теплом и сухостью. Мысль о том, что она могла бы сейчас идти под этим водопадом, вызывала у нее дрожь.

Они подъехали к какому-то зданию, Анжелика испугалась, что придется сейчас выходить и бежать до дверей под беспощадными потоками воды. Но вместо этого, машина скатилась по пандусу вниз и въехала в подземную стоянку.

Зернин остановил автомобиль, вышел из него, отворил дверцу и помог Анжелике выбраться из машины. Затем подвел ее к лифту, который бесшумно и необычайно мягко, поднял их наверх.

Они оказались в изысканно оформленном зале с фонтаном посередине. Анжелика заметила, что в воде плавают рыбки.

К ним подошел метрдотель.

- Я вас провожу к столику, - обратился он к ним. Судя по тому, как он посмотрел на Зернина, он его хорошо знал.

На столе стояла надпись: "Зарезервирован". Значит, она не ошиблась, все было продумано заранее. Что ж, тем интересней.

- Присаживайтесь, Анжелика. - пригласил Зернин. - Не правда ли тут приятно?

- Правда. А как называется это местечко, Эдуард Петрович?

- Давайте договоримся, зовите меня Эдуардом. Так нам будет обоим удобней.

Анжелика не была в этом уверена, но возражать не стала. Впрочем, она чувствовала, что ей не так-то легко будет называть его по имени. Она не могла отделаться от ощущения, что их разделяет большое расстояние. И будет разделять всегда.

Она смотрела на вице-президента. Как всегда, он был одет очень элегантно. И вообще, он в самом деле, был очень привлекательный мужчина. К тому же скорей всего весьма состоятельный. Какая девушка не мечтает провести вечер в такой компании. А вот мечтает ли она, Анжелика?

- Это местечко называется клуб "Миллионер", - улыбнулся Зернин. - Так что сами понимаете, кого сюда пускают.

Анжелика оглядела зал, в котором расположилось не более двадцати человек.

- Значит, все они миллионеры? И вы в том числе?

- Могу вас заверить, что деньги для этих господ не имеют того значения, которое придают им большинство людей. Им деньги нужны не для выживания, а для достижения своих целей. Я, конечно, не такой богатый, как они, но когда-нибудь их обязательно догоню. Вот увидите, - со значением посмотрел Зернин на девушку.

- Я не сомневаюсь.

Анжелика ждала, что сейчас к ним, как обычно, подойдет официант и примет заказ. Официант действительно подошел и стал расставлять на столе блюда.

- Я взял на себя смелость заранее составить меню, - проговорил Зернин. - И постарался учесть ваши вкусы.

- Вам известны мои вкусы? - удивилась Анжелика.

- В столовой вы всегда берете рыбу.

- В самом деле, обожаю рыбу.

- Вот увидит, вы останетесь довольными.

Анжелика оглядела сервированный стол и отметила про себя: она действительно вполне может быть довольной.

- Я не ошибся? - спросил вице-президент.

- Нет.

- Уверяю вас, Анжелика, вы можете быть уверенны во мне и в любых других вопросах. Попробуйте вот этого вина, оно очень вкусное.

Зернин взял бутылку и разлил вино по рюмкам. Анжелика сделал глоток; вино, как и обещал вице-президент, было превосходным.

- Ну, как?

- Очень вкусно.

- Вот видите, я всегда говорю то, что есть.

- Вы никогда не обманываете?

Зернин на мгновение замялся, но эта заминка не ускользнула от внимания Анжелике.

- А зачем?

- Причин для этого всегда достаточно.

- Вы правы, но, по крайней мере, с вами мне хочется быть откровенным.

- Почему вы считаете меня исключением из правила?

Зернин улыбнулся.

- Потому что вы, Анжелика, и есть исключение из всех существующих в мире правил. Давайте выпьем за вас, за исключение.

Анжелика не стала возражать. Вино было таким вкусным, что хотелось его пить и пить. Да и тост был приятным. Они чокнулись и выпили.

- Ешьте, вы же голодны.

Анжелика стала с удовольствием есть. Такую еду даже при нынешних своих доходах она вряд ли могла себе позволить. Внезапно она подняла голову от тарелки и увидела, что Зернин внимательно наблюдает за ней.

- А вы почему не едите? - спросила она.

- Смотрю на вас. В банке, к сожалению, такой возможности у меня почти не бывает. Знаете, Анжелика, - начал было Зернин, но вдруг остановился. - Давайте еще раз выпьем. - Не спрашивая разрешения, он налил ей вина. - Я хочу выпить на этот раз за нас.

Тост показался девушки весьма двусмысленным, но вслух Анжелика ничего не сказала. Они выпили.

- Знаете, Анжелика, - продолжил вице-президент, - вы, в самом деле, удивительная девушка. Другой такой в нашем банке нет. И, скорей всего, не только в нашем банке. О вас очень хорошего мнения, вы работаете совсем недолго, но руководитель вашего департамента считает вас одним из лучших сотрудников. Вы все схватываете на лету. И Игорь Евгеньевич, тоже вас хвалит. И где он вас только нашел?

- А что говорит Игорь Евгеньевич? - живо спросила Анжелика.

- То, что вы одно из самых перспективных приобретений банка за последнее время.

- И все? - немного разочарованно произнесла Анжелика.

- По крайней мере, я слышал только эти слова. А вам этого мало? - немного удивленно взглянул на нее Зернин.

- Да нет, я рада, - постаралась, как можно бесстрастней пожать плечами она.

- И где он только вас откопал? - повторил свой вопрос Зернин.

Ему ничего не известно о наших прежних отношениях, отметила девушка.

- Места надо знать, - засмеялась Анжелика.

- Это верно. Всегда полезно знать места, где произрастают такие красавицы. - Зернин откинулся на спинку стула. - Я не сомневаюсь, что мы с вами современные люди и можем говорить совершенно откровенно, безо всяких околичностей. Я убежден, что этот мир состоит из одних деловых предложений. Все остальное не что иное, как их камуфляж. Людям почему-то часто бывает неудобно выказывать откровенно свои истинные намерения. Вот они делают бесконечные круги, как самолет вокруг аэропорта, пока не сожжет все топливо.

- Так какое же вы хотите сделать мне деловое предложение?

- Давайте еще раз выпьем.

- Это входит в непременный атрибут делового предложения?

Зернин засмеялся.

- У вас редчайшее сочетание: красоты и чувства юмора. Это делает вас еще более привлекательной. - Он разлил вино. - Этот бокал я хочу выпить только за вас.

- Так какое же деловое предложение? - напомнила Анжелика, поставив пустую рюмку на стол. Ею вдруг овладело сильное любопытство. Вот только одно смущало: вино оказалось не только вкусным, но и крепким. Еще несколько минут назад голова была совершенно ясная, теперь там царил какой-то густой туман, сквозь пелену которого едва проступали слабые контуры мыслей.

- Я предлагаю вам сделку. Я поселяю вас в уютной двухкомнатной квартире, предоставляю в ваше полное распоряжение автомобиль.

- Какой марки? - вдруг спросила Анжелика.

- А какую вы предпочитаете? - немного удивленный такой прагматичностью поинтересовался вице-президент.

- "Пежо". - Она назвала первую марку машины, которая пришла на ум. Ее сейчас волновали совсем другие вопросы.

- "Пежо", так "Пежо", - согласился Зернин. - Нет проблем. Мы с вами заключаем договор на три года, заверенный у нотариуса. Через три года и квартира, и машина переходит в полную вашу собственность. Кроме того, я буду всячески содействовать вашему продвижению по службе.

- То есть, вы меня покупаете?

- Это как посмотреть. Можно, конечно, мое предложение расценить и таким образом. А можно посмотреть как на взаимовыгодную сделку. А она всегда предполагает, что каждая сторона получает то, что хочет.

Мысли по-прежнему плохо подчинялись Анжелике, они как-то странно исчезали в самый нужный момент, словно бы играли с ней в прятки. Но она постаралась все же придать им хоть в какое-то стройное направление. А почему бы и нет? Она получит сразу то, чего так жаждет. И не надо долго ждать, все упадет к ее ногам почти мгновенно. К тому же Зернин вполне приятный мужчина. Нельзя сказать, что он ей сильно нравился, но он умеет подать себя в лучшем виде, как искусный повар приготовленное им блюдо. И к тому же не только четко знает, чего хочет, но и идет к цели самым прямым путем. А ей всегда импонировало это качество.

- И когда я могу получить квартиру, машину?

- Квартира вас уже ждет. А что касается машины, то в салон можно поехать хоть завтра. Хотите посмотреть ваши апартаменты?

- Почему бы и нет.

- Если вы наелись, то тогда поедемте.

- Я готова.

Они вышли из ресторана, сели в машину.

- Это недалеко, в центре, - пояснил Зернин.

Ей показалось, что его голос как-то возбужденно вибрировал.

Квартира, в самом деле, оказалась расположенной неподалеку. Они въехали в небольшой переулок и остановились возле многоэтажного дома.

Зернин открыл вверь, пропустил вперед Анжелику.

- Смотрите, вот ваши апартаменты.

Анжелика решила совершить экскурсию по квартире. Она ей понравилась с первого взгляда. Просторная, очень приятно обставленная, с отличным видом из окна. Самое настоящее гнездышко. О таком она мечтала всегда.

- Нравится?

- Очень, - честно призналась она.

- Вы можете остаться здесь прямо сегодня.

Она обернулась к Зернину.

- Правда?

- Разумеется, правда. А через три года она станет вашей собственностью. Вы даже не заметите, как они пролетят. Так вы согласны?

Анжелика смотрела на Зернина и молчала. Но мысленно она уже почти сказала "да".

Кажется, он уловил это не сказанное слово.

- Я сделаю все, чтобы тебе было бы хорошо, - вдруг перешел он на ты. - Это будут наши самые замечательные годы. Ты такая красивая, что в это даже трудно поверить.

Внезапно он быстро сделал шаг вперед, обнял девушку, и она почувствовала на своих губах его горячие, нетерпеливые губы. Неужели это уже начнется прямо сейчас, ударила ее мысль.

- Пойдем в ту комнату, там кровать, - услышала она его страстный шепот.

Повинуясь какой-то неведомой силе, Анжелика последовала за ним. Он привел ее в спальню с широкой кроватью. Под его нетерпеливыми, но умелыми пальцами пуговицы на ее одежде быстро сдавали свои позиции.

Она почувствовала, как его руки пробрались к ее груди. И это оказалось сигналом, который пробудил усыпленное сознание.

- Нет, я не согласна! - воскликнула она.

Но Зернин уже не мог остановиться, он продолжал лихорадочно ее раздевать.

- Я прошу, не надо, - проговорила она.

- Ну что ты, днем раньше, днем позже. Ты не представляешь, какое желание ты во мне возбуждаешь.

Зернин попытался уложить ее на кровать. В Анжелике автоматически сработал отлаженный многолетними тренировками механизм. Она бросила вице-президента через бедро на ложе любви и, не оглядываясь, помчалась к выходу.

## Глава 6


Что же с ней произошло, и почему она так поступила, думала Анжелика, лежа в кромешной тьме на своей кровати. Вполне приятный, неглупый мужчина предложил ей практически все, о чем она только мечтала. А она вместо того, чтобы все это принять с благодарностью, взяла и бросила его приемом на кровать. Иногда легче разобраться в чужих поступках, нежели в собственных.

Она вдруг поймала себя на том, что ей хочется поговорить с Волиным. Не о том, что произошло сегодня вечером, а совсем о другом. О чем, она представляла смутно. Да это было и не столь важно. Интересно, если бы он предложил ей такое, как бы она в этом случае поступила?

Не найдя ответа на вопрос, Анжелика заснула.

Утром, придя на работу, ее вызвал к себе Котляр.

- Мы хотим вам дать ответственное задание. Это поручение Игоря Евгеньевича, - со значением произнес он. - К нам поступила заявка на получение кредита от одной компании. Это очень перспективный, но и новаторский проект. А как всякий новаторский проект он содержит серьезные риски. В общем надо разобраться, насколько для нас безопасно влезать в это дело.

- А сколько просит компания?

Несколько секунд Котляр молчал, словно решал, стоит ли озвучивать эту цифру.

- Сумма немалая, речь идет о десяти миллионов долларов. Для нашего банка это солидные деньги. Поэтому ошибки быть не может.

- Я постараюсь, - заверила Анжелика. - Когда приступать?

- Скоро. Клиент обещал приехать в банк через пару часов. А пока внимательно ознакомьтесь с документами. И не спешите делать выводы. Ваша задача раздобывать как можно больше дополнительной информации. Важны любые сведения, вплоть до личной жизни заемщика. Иногда такие факты и определяют наше окончательное решение. Если человек не чистоплотен в своей личной жизни, то есть большая вероятность, что он не честен и в бизнесе. В жизни все взаимоувязано. Эту мысль очень любит повторять Игорь Евгеньевич. А вам советую ее помнить постоянно. - Котляр протянул ей папку. - Здесь пока все, чем мы располагаем на сегодня. Вы должны мне ее вернуть в несколько раз толще.

Анжелика погрузилась в чтение документов. Компания называлась: "Новый путь", Ее владельцем и генеральным директором в одном лице являлся некто Глеб Константинович Черкасов.

Ей сразу же понравилась его идея, к тому же изложенная ясным и доступным стилем. Речь шла о создание большого медицинского центра. Но от всех других подобных центров он имел одно существенное отличие: он предлагал услуги домашних врачей. За определенную абонентскую плату врач как бы прикреплялся к семье, члены которого могли консультироваться у него в любое время дня и ночи. Сам же центр был необходим для проведения комплексного исследования больного самой современной аппаратурой по самым новейшим методикам.

Анжелика живо представила потенциал этой затеи. И ей показалась идея весьма удачной. Люди испытывают потребность не просто в случайных врачах, который нет до них дела, а именно в семейных врачах, которые бы не только досконально знали все о человеке, но и становились бы близкими его друзьями. Именно установление таких отношений и предлагает новый проект.

Невольно она вспомнила своего врача в том в городе, в котором она когда-то жила. Анна Михайловна - так звали ее - на своем участке знала буквально всех и с каждым у нее устанавливался тесный личный контакт. Анжелика помнила, как советовалась с ней ее мать не столько даже по медицинским, сколько по самым разным житейским вопросам, в том числе касающихся воспитания своей дочери.

И хотя идея ей понравилась, она решила не торопиться с выводами. Появится сам ее автор, она с ним поговорит. И тогда кое-что прояснится. Личное впечатление всегда многое дает.

Черкасов понравился ей сразу уже хотя бы уж тем, что напоминал Николая. Такое же атлетическое сложение, такой же высокий рост и такое же приятное открытое лицо.

Они поздоровались, и с этого момента Черкасов не сводил своих синих глаз с девушки.

- Вот значит, от кого зависит моя судьба, - сказал он, улыбаясь.

- Это не совсем так, - скромно поправила его Анжелика. - Я лишь буду готовить предварительные материалы. А решение примут другие. А потому Глеб Константинович, у меня к вам есть вопросы.

- Можно просто Глеб, Анжелика Витальевна.

- Можно просто Анжелика.

Они посмотрели друг на друга и улыбнулись.

Анжелика стала расспрашивать о различных сторонах проекта. Его автор с готовностью давал подробные и понятные разъяснения. Девушка уже поняла, что особенностью этого человека является ясность мыслей и четкость их изложения. Тем лучше, будет легче работать. И все же она решила не торопиться с выводами. На кону не только 10 миллионов денег банка, но и собственная репутация, от которой напрямую зависит ее будущее.

- Это все крайне интересно. Но я бы хотела во всем убедиться собственными глазами. Вы понимаете, речь идет о большой сумме. И, прежде всего, нужно посмотреть само здание, что там надо сделать.

- Я отлично вас понимаю, Анжелика, - охотно согласился Черкасов. - Готов показать вам все, что можно, и даже то, что нельзя, - засмеялся он. - Знаете, у меня есть одна особенность, терпеть не могу терять времени. Для жизни его отпущено так мало. А хочется и успеть много сделать и еще жизнью насладиться. А иначе что делать еще на этом свете. Вы не согласны со мной?

- Согласна. Я бы могла сказать про себя тоже самое.

- Здорово! - откровенно обрадовался Черкасов. - Я так редко встречаю единомышленников. Большинство людей воспринимают жизнь, как бесконечную рутину, в которой надо урвать для себе небольшой кусочек и есть его в одиночку. Я называю таких людей гиенами. Они мечтают лишь об одном: чтобы кто-то завалил быка, а они бы полакомились его остатками. А я считаю, что человек должен быть хищником, но не в том смысле, чтобы жрать всех подряд, кто попадается на пути, а в том, что не ждать, когда кто-то сделает все за тебя, а самому выходить на охоту за удачей. Только тогда и жизнь становится интересной и добиться многого можно.

Анжелика вдруг почувствовала волнение, она поняла, что этот человек ей нравится. Они знакомы менее часа, а она уже испытывает по отношение к нему нечто глубоко родственное, словно их связывают длительное знакомство. Он думает точно так же, как и она. Как будто он каким-то таинственным образом проник в ее голову и читает там мысли.

- В таком случае не будем терять времени. Поехали, - встала Анжелика.

Она подошла к Котляра и сказала о своем желании самолично убедиться в реальности планов их потенциального заемщика. Руководитель департамента одобрил ее намерение.

Вместе с Черкасовым они вышли из здания банка. Тот подвел ее к черному "BMW".

- Люблю красивые машины, - пояснил он. - Они напоминают мне красивых женщин, таких, как вы, - посмотрел он на свою спутницу.

Анжелика почувствовала, что краснеет, что случалось с ней в таких случаях крайне редко.

- Глеб, а почему к вам пришла именно эта идея, вы же не врач по образованию? - спросила Анжелика, когда они уже отъехали от банка и влились в плотный поток из разноцветного металла.

Несколько секунд он медлил с ответом. Затем как-то печально посмотрел на девушку.

- Я вам расскажу. Эта мысль пришла ко мне довольно давно, но все не было возможности ее претворить в жизнь. Все время мешали другие дела. А теперь я решил, что пришла пора. Когда у нас начался весь этот бардак, и все устои жизни стали лететь к чертям, то вдруг оказалось, что этот процесс в полной мере затронул и медицину. Я был здоров, как бык, и понятие не имел, что творится в этой сфере. Я тогда пробовал заниматься бизнесом, мотался по разным городам и домой заглядывал редко и не надолго. И вот однажды в один из таких визитов, обнаружил, что мама недомогает. Я очень любил свою маму, она была замечательным человеком. Мой отец бросил ее, когда я был совсем маленьким и больше не показывался. Я и понятие не имею, где он, жив ли? Ну да бог с ним, не о нем речь. Я, разумеется, встревожился. Вызвал врача. Тот осмотрел мать и сказал, что нужно дополнительное исследование. Деньги у меня были, хотя не ахти какие большие. Я дал этому эскулапу довольно приличную сумму и попросил позаботиться о больной. Самому же мне до зарезу нужно было уезжать, иначе сорвалась бы крупная сделка. Но я подумал, что мама важней всех сделок вместе взятых. И решил остаться. Но перед этим я, как последний дурак, рассказал матери о своих срочных делах. И когда объявил ей, что никуда не уеду, она бурно запротестовала. Мы чуть не поскандалили. И все же настояла, чтобы я отправился бы по своим делам.

Если бы я хорошо не заплатил врачу, я бы все равно не уехал. Но я понадеялся, что, получив деньги, он их отработает. Я был слишком наивным. Я задержался, так как там возникли осложнения, которые пришлось долго улаживать. Я почти каждый день звонил домой, и мать меня успокаивала, что все в порядке, а доктор периодически к ней заглядывает. Все это длилось до того момента, как я получил телеграмму, в которой меня извещали, что мама умерла. Я сел на самолет в тот же вечер и прилетел.

Потом я разузнал, что врач и не думала к ней приходить, она даже ни разу не позвонила. А один мой знакомый профессор мне разъяснил, что ее вполне можно было спасти, находись бы она под постоянным медицинским наблюдением. И кто знает, может быть, жила бы до сих пор. Не так уж тяжело она была больна, с таким заболеванием живут годы. Вот тогда я и понял, что самая страшная язва в нашей медицине - это равнодушие. Врачам глубоко наплевать на своих пациентов. И надо что-то делать, дабы его преодолевать. Вот тогда у меня и зародилась такая мысль.

Анжелика почувствовала волнение. Она даже пожалела о том, что решила все проверить. Вряд ли человек пережив такое испытание, встанет на путь обмана.

- Вы думаете, это реально побороть равнодушие именно таким образом, как хотите вы?

- Должен же быть какой-то выход из положения. Нужно найти способ совместить материальную заинтересованность с желанием врача помочь своим пациентам. И, кроме того, я уверен, это не плохой бизнес. В этом городе миллионы людей лишены нормального медицинского обслуживания, а по всей стране - таких десятки миллионов. Бесплатная медицина - это настоящая профанация, а платная - им не доступна. Я же предлагаю промежуточный вариант. Вот увидите, через несколько лет эта услуга станет невероятно популярной. - Черкасов взглянул на Анжелику. - Мы приехали.

Они остановились возле пятиэтажного здания. Это был классический недострой. Коробка была возведена полностью, но внутри царила зияющая пустота. Судя по внешнему виду строения, в таком состоянии она находилось не один год.

- И когда этот архитектурный шедевр построили? - спросила Анжелика.

- Пятнадцать лет назад, - огорошил он ее ответом. - Здесь должен был находиться какой-то секретный институт. Но к тому моменту, как построили эту коробку, стране стало не до секретов, - усмехнулся Черкасов. - Как вы знаете из документов, я беру это здание в аренду с правом выкупа на двадцать лет. Хотите осмотреть, что там внутри?

- Да.

- Тогда вперед.

Но попасть внутрь оказалось не так-то просто, так как со всех сторон их окружало огромное море грязи. И ноги буквально утопали в ней. А на Анжелике были надеты легкие туфельки. Черкасов заметил, в какую нелегкую ситуацию попала девушка.

- Вы утонете в этой грязи, - заметил он.

- Да, - согласилась она. - Что же делать? Я должна туда попасть.

- У меня есть рационализаторское предложение: я вас перенесу.

Несколько секунд они смотрели друг на друга.

- Не возражаю против вашего рационализаторского предложения, - спокойно скакала Анжелика.

Когда Черкасов поднял ее на руки, она сразу же почувствовала, какие они сильные. Он легко нес ее, мягко прижимая к себе. Их лица были так близки, что она ощущала на своих щеках его немного прерывистое дыхание.

- Полоса препятствий преодолена. - доложил он, аккуратно, словно ценную статуэтку, ставя Анжелику на землю. - Вот смотрите, на что должны пойти деньги вашего банка.

Они бродили внутри здания. Вид полнейшего запустения наводил на девушку тоску. Какой большой труд был затрачен людьми, чтобы все это построить. И как оказалось, все напрасно, он за столько лет он так и не был востребован. И если они не предоставят кредит, строение будет оставаться в таком же виде, пока однажды не рухнет совсем. А, судя по всему, ждать этого осталось не так уж долго.

- Здесь должен располагаться современный диагностический центр, - пояснил Черкасов. - Теперь все зависит от вас.

- Всегда очень грустно смотреть на то, как бессмысленно разрушается человеческий труд, - грустно сказала девушка. - Можно себе представить, как строители каждый день приходили сюда, отрабатывали целую смену. А зачем все оказалось не нужным. Если бы я была бы на месте кого-нибудь из них, то чувствовала себя бы обманутой.

- Вы все точно подметили. Когда я впервые пришел сюда, то испытывал нечто похожее. Мне в моей жизни не раз приходилось попадать в такую ситуацию, когда все, что делал, шло прахом. И было до боли жалко потраченных напрасно усилий. И сейчас очень не хочется, чтобы все повторилось бы. Над этим проектом я напряженно работаю уж год, составил бизнес-план, уже наполовину сформировал коллектив. Люди только ждут, когда все здесь будет готово. Разработал всю технологию. Поверьте, я из-за этого даже не женился.

- Как это? - заинтересованно спросила Анжелика.

Черкасов усмехнулся.

- Очень даже просто. Я встречался с одной женщиной, и мы уже решили пожениться. Но затем я увлекся этим проектом и ушел в него с головой. У меня не стало хватать времени, чтобы уделять внимание своей невесте. Она обиделась и ушла от меня, решив, что с таким типом лучше не связываться. Я ведь трудоголик; если вижу перед собой цель, то все забываю, как больной амнезией.

- А мне нравятся трудоголики, - сказала Анжелика.

Они одновременно взглянули друг на друга.

- А почему бы нам не поужинать в приятном местечке, - вдруг предложил Черкасов. - Тем более, у вас, наверное, будет еще много вопросов ко мне по проекту.

- Да, - подтвердила Анжелика, - надо выяснить еще много деталей.

- Но вовсе не обязательно их выяснять среди этого запустения, по мне это лучше сделать в более комфортных условиях.

- Я не возражаю.

- Остается выяснить, когда?

Анжелика задумалась. Не поступает ли она опрометчиво. Все не так просто, как представляется на первый взгляд. В любом случае с потенциальным клиентом желательно держаться на некотором расстоянии.

- Позвоните мне завтра, тогда и решим.

Ей показалось, что в глазах Черкасова отразилось разочарование. Но он ничего не сказал.

- Замечательно. Завтра я вам звоню. Вы готовьте вопросы, а я поищу достойный для ответа на них интерьер. Нет возражения против такого разделения труда?

- Нет, - засмеялась Анжелика. - А теперь, если можно, отвезите меня назад в банк.

Анжелика вернулась домой в каком-то странном, несколько замутненном состоянии. Мысли ее блуждали где-то далеко от того места, где находилось ее тело, они необычно легко перемещались и в пространстве и во времени. Но где бы они не путешествовали, в конечном итоге все равно непременно возвращались к Черкасову. Это постоянство было столь очевидным, что она просто не могла не признаться себе, что, кажется, немного влюблена. Причем, слово "немного" скорее служило не столько для характеристики ее чувств, сколько для ее успокоения. Но в любом случае, все произошло столь неожиданно и стремительно, что Анжелика чувствовала скорей даже не смущение, а какую-то неясную тревогу. Уж слишком она легко поддалась чарам этого бизнесмена, о котором ей в сущности ничего не известно, кроме того немногого, что он ей рассказал.

Почему-то до сих пор она была уверена, что надежна защищена от таких скороспелых чувств. Они всегда вызревали в ней долго, не просто, в противоборстве с другими пластами ее души. А тут она, словно мороженое, растаяло за считанные минуты.

Она для того и попросила перенести их встречу на другой день, дабы немножко прийти в себя, остановить развитие болезни. Это особенно опасно еще и по тому, что ей необходимо вынести объективное решение, которое, как рафинированное масло должно быть очищено от всех примесей личных чувств. И сейчас она опасалась, что она не сумеет это сделать. Уж слишком сильно на нее мысли и решения влияло обаяние ее нового знакомого.

С собой она прихватила предоставленные Черкасовым в банк документы. Она хотела дома их внимательно еще раз просмотреть. Слишком большая на ней лежит ответственность, которая только усиливается оттого, что в дело вмешались ее личные чувства.

Хотя на изучение документов она затратила почти все время до сна, но ничего нового не выудила. Расчеты, приложенный пакет необходимых справок все это не давало оснований для сомнений в обоснованности проекта и подлинности всех предоставленных бумаг. Анжелика почему-то со вздохом сложила всю. эту кипу листков в сумку и отправилась спать со странным чувством, состоящим из смеси тревоги и радости. Она не могла дать себе до конца отчета, что ее тревожит и что вызывает радость. Зато не было сомнений, что именно эти два чувства превалировали над всеми остальными.

С первой же минуты рабочего дня Анжелика ждала звонка. И Черкасов не заставил делать ее слишком долго, он позвонил еще до обеда.

- Как вы поживаете, Анжелика?

- Изучаю ваши документы.

- Много нарыли компромата?

- Пока ничего, но я не теряю надежды, - в тон ему ответила девушка.

- Желаю вам успеха в этом деле. А как мое предложение по поводу того, чтобы побеседовать в приятной обстановке?

- Возражений не появилось.

- Тогда я заеду за вами сразу после работы.

- Хорошо.

Черкасов разъединился, а Анжелика пожалела, что не попросила его подождать его где-нибудь в другом месте, а не рядом с банком. Ей почему-то не хотелось, чтобы кто-либо увидел, как она садится в его машину. И хотя в этом нет ничего предосудительного, но все же совсем не обязательно, чтобы с все знали, с кем она проведет этот вечер.

Анжелика вышла из банка и сразу же заметила автомобиль Черкасова. Она было двинулась к нему, как неожиданно рядом с ней возник Вольпин . Она даже не заметила, откуда он появился. Почему-то так получалось, что все последние дни они не виделись, хотя и проводили много времени в одном здание. И сейчас ей меньше всего хотелось встретить именно его.

- Хотите я вас подвезу, - предложил Волин. - У меня есть к вам небольшой разговор.

Анжелика аж похолодела, до чего же все так неудачно совпало. И надо же было ему сделать это предложение именно сегодня, когда ее ждет другой. Все предыдущие дни она была по вечерам абсолютно свободна, даже не знала, чем себя занять. И с большим удовольствием прокатилась бы с ним. А теперь придется ему отказать. И как он это воспримет?

- Извините, Игорь Евгеньевич, но сегодня я занята. В любой другой день с удовольствием.

Вольпин посмотрел на нее, затем перевел взгляд на вылезшего из машин Черкасова. Вся эта мизансцена прочитывалась и без слов.

Вольпин молча направился к своей машине. Анжелика проводила его взглядом.

- Вы готовы? - спросил ее подошедший Черкасов.

- Да, я готова.

Она вдруг подумала, что в любом случае не стоит портить себе вечер, который может оказаться весьма приятным. А со всеми неприятностями она будет разбираться потом.

- Куда вы меня везете? - спросила Анжелика, когда они довольно далеко удались от банка.

- Мне почему-то кажется, что вы любитель потанцевать.

- Да, - призналась девушка, - причем, большой любитель. В школе я даже была солисткой нашего танцевального ансамбля. Только танцую почему-то редко.

- А почему?

- Никто не приглашает.

- Вас никто не приглашает. В это трудно поверить.

- И тем не менее.

- Тогда сегодня у нас есть возможность натанцеваться от души. Я знаю один диско-бар, там играет отличный ансамбль, и к тому же неплохо кормят. И публика вполне приличная, всякую шпану туда не пускают. Так что совместим приятное с полезным.

- Совместим, - согласилась Анжелика. - И, кроме того, у меня набралось пару вопросов по проекту.

- Тем лучше. Совместим приятное с полезным и с необходимым. Об этом можно только мечтать.

Бар ей понравился, здесь, в самом деле, было все так, как говорил Черкасов. Играл хороший ансамбль, официант предложил им разнообразное меню. И, несмотря на то, что практически все посетители, относились к молодежной части общества, вели себя вполне прилично.

Ее сразу же подхватила царящая тут атмосфера беззаботного веселья. Анжелику неудержимо потянуло влиться в круг танцующих.

- Глеб, пойдемте танцевать.

- С огромным удовольствием.

Глеб оказался прекрасным партнером, она это оценила сразу. Он великолепно владел своим большим и сильным телом, которое удивительно точно двигалась в ритме музыки. И это еще сильнее увеличило влечение к нему Анжелики. Она ясно ощутила, что если он предложит ей сегодня переспать, у нее вряд ли хватит сил ответить отказом.

Но через минуту она забыла обо всем, безудержная стихия танца овладела ее полностью. Она чувствовала, как ее душа и тело сливаются с музыкой, становятся с ней неразрывно целыми. И невольно к ней все настойчивей стала приходить на ум мысль: а не слишком ли уж серьезную и замкнутую жизнь ведет она в последнее время, и не настал ли момент развеяться. Она посмотрела на танцующего рядом не менее самозабвенно, чем она, Черкасова. Может быть, для того он ей и послан, чтобы она, наконец, бы смогла понять эту простую истину.

Уставшие, но счастливые они вернулись за свой столик. Анжелика выпила целый бокал холодного напитка.

- А знаете, из вас бы получился отличный танцор, - заметил Черкасов. - Вы уверены, что правильно выбрали профессию?

- Из вас бы тоже получился хороший танцор. Вы уверены, что правильно выбрали поприще жизни? вопросом на вопрос ответила она.

- О, да, вполне уверен. Для меня это не более чем небольшая разрядка. Танцы меня по-настоящему не интересуют. . Меня влечет совсем другое.

- И что именно? - с интересом спросила она.

- Как вам объяснить. Если я стал бы танцором, то оказался бы в вечной зависимости. От композиторов, от оркестра, от постановщика, от зрителей, от импресарио. Не знаю, поймете ли вы меня, но бизнес дает ощущение самостоятельности, у меня такое чувство, что я сам творю собственный мир. И могу его делать таким, каким хочется именно мне, а не кому-то другому. Я хозяин самого себя.

Анжелика уже не в первый раз во время разговора с Черкасовым почувствовала волнение.

- Именно по этой причине я тоже выбрала для себя эту профессию. Мне тоже всегда хотелось быть самостоятельной, ни от кого не зависеть. Только пока мне еще далеко до достижения этой цели.

Черкасов посмотрел на нее.

- Просто удивительно, как мы с вами похожи. Давайте за это и выпьем.

Анжелика, соглашаясь, кивнула головой.

Они выпили. Анжелика поймала себя на том, что ей необычайно легко. Она вспомнила, что совсем недавно почти вот так же сидела в ресторане с Зерниным и без конца мучалась одним и тем же вопросом: что ей делать? Сейчас же он перед ней не возникал, события сами несли ее, словно ветер парусное судно, по своим волнам, и она с радостью отдавалась этому движению.

- Может быть, перейдем на "ты", - предложил Черкасов.

- С удовольствием.

Она вдруг поймала его пристальный взгляд. И улыбнулась в ответ.

- Мне хочется о вас многое узнать, - вдруг сказал Черкасов.

- Зачем? - спросила она, отлично зная ответ.

- Потому что вы мне очень нравитесь. И не потому, что вы необычайно красивая, я много встречал красивых женщин. Но вы совсем не похожи на них; для них красота была словно ценная вещь, которую они желают, как можно дороже продать. Я их не осуждаю, потому что по большому счету ничем другим они и не обладают. А ты совсем другая, когда я общаюсь с тобой, то чувствую, что красота не имеет никакого значения. Ты как бы отдельно от нее, а она сама по себе. Мне интересна ты сама. Я ценю людей, которые стремятся что-то значить в этом мире, потому что хотят развивать собственную личность, чего-то достичь в жизни благодаря собственным усилиям, а не потому, что им нечто даровала природа. Я сам такой и всегда радуюсь, когда встречаю похожих на себя людей. Только это случается не часто. И очень рад, что мне на этот раз повезло.

То, что говорил Черкасов, вызывало у Анжелика самый живой отклик. Именно такому отношению к себе она всегда стремилась, тщетно искала его у тех, кто претендовал на ее благосклонность. И, пожалуй, лишь Николай в какой-то небольшой степени соответствовал этому требованию. Но его рядом уже нет. Да теперь она окончательно убедилась, что у них никогда бы ничего не вышло. Ей нужен другой человек. И, может быть, именно он сейчас сидит напротив нее.

Она посмотрела на Черкасова, его лицо, освещенное мерцающими бликами светомузыки, казалось ежесекундно меняло свое выражение.

- Ты мне тоже нравишься, - призналась Анжелика. - Иначе я бы ни за что не приняла твое предложение прийти сюда. В каком-то смысле оно против правил, я все же занимаюсь твоим делом.

- Я знаю, - улыбнулся Черкасов. - Но ведь когда-то это должно было случиться.

- Что случиться? - спросила Анжелика, чувствуя, как замирает у нее все в груди.

- Что ты встретишь человека, который тебя околдует, с которым тебе будет хорошо.

- Я боюсь.

- Чего ты боишься?

- На это не так просто ответить - Анжелика задумалась: как ему объяснить, чтобы и не обидеть и ненароком не оттолкнуть от себя? Понимаешь, я опасаюсь мужчин. Но не потому что я они вызывает во мне чувство опасности, но я хорошо представляю, что они испытывают, когда видят меня. И кто вольно, кто невольно начинает меня обманывать, пытается казаться совсем не тем, кем является на самом деле. И далеко не всегда можно сразу во всем разобраться. И мне бывает страшно, что я могу поддаться обману и совершить роковую ошибку.

Настал черед задуматься Черкасову.

- Я понимаю тебя, даже считаю, что ты во многом права. Когда мужчина видит такую, как ты, он, даже если и не желает, все равно становится невольным обманщиком. Уж больно ценный приз. А потому я не собираюсь ничего тебе доказывать, ту - умница, сама смотри, думай, анализируй. Глупо было бы скрывать, что я тебя хочу затащить в постель. Другое дело, что этим мои желания не ограничиваются. Но об этом можно будет судить только через некоторое время.

- Спасибо, я ценю твою искренность. Пожалуй, ты первый, кто так правдиво объявил о своих намерениях. И при этом не предложил мне заключить сделку. - Анжелика вспомнила Зернина.

- Я всегда считаю, что прямой путь - самый короткий.

- Давай пока оставим эту тему, - предложила Анжелика. - Я хочу спросить о проекте.

- Спрашивай.

- Мне кажется, твои расчеты окупаемости уж слишком оптимистичны. На мой взгляд, ты указал нереальные сроки.

Черкасов кивнул головой.

- Я полагал, что этот пункт может вызвать недоверие. Но у меня есть опросы жителей о том, насколько они заинтересованы в таких услугах. И ответы очень обнадеживающие. Более того, я считаю, что окупить деньги можно даже еще быстрей. Вот увидишь, как только люди узнают о том, что начал работать наш центр, начнется бум. В нашей замечательной стране медицина едва ли не самое слабое место. Не случайно же, что смерть так всех и косит. Знаешь, мне что-то сегодня не хочется говорить на эти темы. Пойдем лучше снова танцевать.

У Анжелики возражений не нашлось.

Они вышли из бара далеко за полночь. После жаркой атмосферы заведения, ночь показалась особенно прохладной. Невольно Анжелика поежилась. Ее спутник обнял девушку за плечи.

- Так теплей? - спросил он.

- Теплей.

Прижавшись друг к другу, они направились к автомобилю.

Они сели в салон, и не сразу же потянулись друг к другу. Соприкосновение с его губами вызвала у Анжелики теплую волну желания. Она ощущала его опытность и одновременно страстность, и это не только не отталкивало ее, но вызывало еще большее стремление слиться с ним в едином порыве.

Она не знала, сколько прошло время, прежде чем они насытились поцелуями. Анжелика, пытаясь успокоить разгоряченное тело, откинулась на мягкую спинку кресла.

- Куда тебя везти? - спросил он.

- Домой. Уже поздно, а мне завтра на работу.

Они ехали молча. Черкасов отыскал в эфире радиостанцию, передающую нежные и красивые мелодии, а девушка, закрыв глаза, погрузилась в бездонное море музыки. Анжелика вдруг поняла, что никакие слова неспособны лучше передать ее состояние, чем она.

- Кажется, мы приехали, - объявил вдруг Черкасов.

Анжелика словно очнулась. Она посмотрела в окно; в самом деле машина стояла возле ее дома.

- Да, мы действительно приехали, - подтвердила она.

- Я поступлю так, как ты скажешь, - проговорил он.

- Тогда пойдем со мной, - спокойно произнесла она.

Анжелика открыла квартира, впустила вперед Черкасова, затем зашла сама. Они оказались в кромешной тьме, но света она зажигать не стала. Вместо этого взяла его за руку и повела в комнату. Там обняла за шею своего гостя и прильнула к его губам.

Внезапно он легко оторвал ее от земли, и она оказалась на его руках.

- Не вижу, где у тебя кровать? - спросил он.

Анжелика засмеялась.

- За твоей спиной.


## Глава 7


Анжелики было трудно сохранять спокойствие, эмоции, словно лава из вулкана, так и рвались наружу. И все же внешне она выглядела вполне обычно.

Они расстались утром, проведя почти целиком бессонную ночь. Сколько раз за это время они занимались любовью, она сбилась со счета. Глеб был просто неутомим. Анжелика, пережив целую серию могучих взрывов оргазма, несмотря на то, что спала мало, чувствовала себя бодрой и свежей.

Они договорились встретиться вечером после работы. И Анжелика ловила себя на том, что все время хочет посмотреть на часы, чтобы узнать, как долго ей еще ждать свидания.

Правда, по мере того, как продолжался рабочий день, постепенно ею завладевали другие мысли и заботы Нужно было написать заключение о целесообразности предоставления кредита. Она пришла на работу с уверенностью, что сделает это быстро и отдаст все документы руководителю департамента. Никаких сомнений по поводу этого проекта у нее не было.

Но прошло уже довольно много времени, а она все медлила. Ею вдруг овладела нерешительность, хотя истоки этого чувства были для нее неясны. Разве у нее есть какие-то сомнения по поводу чистоты намерений Глеба? В таком случае, что же ее останавливает?

Анжелика в какой уж раз перебирала документы. Ее взгляд уткнулся в договор аренды недостроя, который в скором времени благодаря деньгам банка должен превратиться в современный медицинский центр. Все было оформлено в точном соответствии с установленной законом процедурой. С тех пор как она начала работать в банке, видела немало таких документов.

Она вдруг вспомнила, что ее сокурсница Настя теперь работает в городском фонде имущества. Буквально неделю назад они случайно столкнулись на улице, немного поболтали и обменялись телефонами. Они всегда симпатизировали друг другу. Для того, чтобы окончательно снять с души груз сомнений, она сделает последнюю проверку. И если все будет нормально, в чем она нисколечко не сомневается, то с легким сердцем напишет заключение.

Она набрала телефон Насти. Та обрадовалась ее звонку. У Анжелики возникло ощущение, что она скучает на своей работе. Немного поболтав на произвольные темы, она изложила свою просьбу.

- Я проверю, это не сложно, как раз в этом отделе его начальник положил на меня глаз и добивается моей благосклонности. Так что он расшибется в лепешку, но сделает все быстро. Я тебя сразу же позвоню, как получу результаты, - пообещала подруга.

Анжелика почувствовала облегчение. Ну вот, еще предстоит подождать совсем немного, и все станет окончательно ясно. Она напишет заключение и с легким сердцем отправится на свидание.

Анжелика сидела за столом, но мысли ее витали далеко от этого скучного места. В ее воображение одна за другой, как кадры на пленке, вспыхивали эпизоды прошедшей ночи. Ей вдруг стало так жарко, что она вышла в коридор, чтобы немного остыть.

Настя позвонила перед самым обедом. Анжелика уже хотела идти в столовую, но чуть-чуть задержалась. И в этот миг раздался звонок.

С первых же мгновений разговора Анжелика ощутила тревогу, так как голос подруги звучал чересчур взволнованно.

- Договор об арене на сорок девять лет действительно подписан с Черкасовым Глебом Константиновичем, только ему пятьдесят пять лет. А сколько твоему?

- Тридцать четыре, - упавшим голосом произнесла Анжелика. - А не может ли быть у вас ошибки?

- Я спрашивала, мой воздыхатель сказал, что это исключено. Все данные тщательно выверяются в присутствие другой стороны. Ты огорчена? - что-то почувствовала Настя.

- Да, - не стала скрывать Анжелика. - Я не понимаю, что происходит.

- Мой воздыхатель мне сказал, что бывают случае мошенничества. Они уже с этим сталкивались. Все сходится, кроме какого-нибудь одного пункта. Проверь еще раз все тщательно.

- Обязательно, - заверила Анжелика.

Что же делать? заметалась мысль. Как могло возникнуть такое несоответствие? Надо немедленно выяснить у Глеба?

Она позвонила на его мобильный телефон. Он откликнулся сразу.

- Анжелика, это ты? - узнал он ее голос. - Мы расстались совсем недавно, а я уже соскучился. К чему бы это? - засмеялся он.

- Нам надо срочно встретиться.

- Что-то случилось?

- Не по телефону.

- Ну, хорошо, я сейчас направляюсь в здание медцентра. Кое-что надо уточнить в смете строительства. Приезжай туда.

- Да, я еду.

Анжелика устремилась к Котляру.

- Эмиль Александрович, мне надо срочно встретиться со своим клиентом Черкасовым. Возникли новые моменты, которые я бы хотела уточнить.

- Хорошо, отправляйтесь. - Начальник департамента внимательно посмотрел на свою сотрудницу. - С вами все в порядке, у вас взволнованный вид?

- Все в порядке. До свидания.

- До свидания.

Анжелика буквально бросилась к выходу. Котляр задумчиво посмотрел ей вслед, затем, немного помедлив, снял трубку телефона.

Анжелика поймала такси. Ехать на общественном транспорте ей было не под силу, она хотела встретиться с Глебом как можно скорей. Но, как всегда в таких случаях, машина то и дело застревали в пробках, и она с трудом сдерживалась, чтобы не накричать на ни в чем не повинного водителя.

Наконец показался недострой. Вчерашняя лужа, через которую переносил ее Глеб, разлилась уже настоящим озером. Но Анжелика, почти не обращая внимание на образовавшийся тут водоем, направилась прямо через него. Ее ноги мгновенно промокли, но она почти не замечала этого.

Она вошла во внутрь здания. Глеба она не увидела.

- Глеб! - закричала Анжелика.

- Я здесь, - откуда-то совсем близко отозвался он и появился из-за колонны. Он внимательно посмотрел на девушку. - Что-то случилось, дорогая, у тебя очень встревоженный вид.

Анжелике пришлось проглотить закупоривший горло комочек.

- Я кое-что обнаружила.

Ей показалось, что на его лице промелькнул испуг. Она почувствовала, как что-то мгновенно оборвалось в ней, интуиция подсказывало ей, что ее худшие опасения вот-вот подтвердятся.

Глеб быстро справился с собой и улыбнулся широкой, столь подкупившей ее улыбкой.

- Что ты могла такое страшное обнаружить?

- Не соответствие в договоре аренды. Она выдана Черкасову Глебу Константиновичу.

- Это ваш покорный слуга. - Он церемонно поклонился. - Если ты помнишь, так меня зовут. Что же тебя так удивило?

- Этому Черкасову пятьдесят пять лет, а тебе пока тридцать четыре.

Несколько секунд он молчал.

- Откуда ты выкопала про возраст?

- Позвонила в городской фонд имущества, там у меня работает подруга.

- Теперь понятно. Что же ты хочешь?

- Услышать от тебя объяснения.

- Ты права, я не Черкасов. Слушай, Анжелика, после того, что произошло этой ночью, хотел с тобой обо всем поговорить. Только чуть позже.

- То есть, после того, как я порекомендую кредитному комитету выдать тебе кредит. И где ты будешь на следующий день с этими деньгами? В самолете, увозящем тебя в далекие края?

- А, по-моему, не такой уж и плохой вариант. Только с некоторых пор у меня изменились планы. Я хочу на самолет взять два билета. - Он приблизился вплотную к девушке и попытался взять ее за руку. Но она не позволила. - Послушай, Анжелика, давай размышлять спокойно. Если мы доведем это дело до конца, то совсем скоро в наших руках будут большие деньги. С ними можно устроиться где угодно. Неужели такой красавице и умнице, как ты, хочется всю жизнь просидеть в каком-то затхлом банке. Да с нашими способностями, имея деньги, такие дела можно закрутить. У меня есть отличные идеи. Ты мне чертовски нравишься, я еще не встречал ни одной женщины, которая бы годилась тебе в подметки. Вместе мы такое сотворим. Ты узнаешь, что такое настоящее, а не это скучное серое счастье. Ночью ты убедилась, сколько я тебе могу его дать.

- Нет, Глеб, этот вариант у тебя не пройдет, - почти спокойно сказала она. - Такие вещи я не прощаю. Ты нагло решил воспользоваться моими чувствами. И, кроме того, я не предам тех, кто мне доверяют. Я всю жизнь стала бы себя презирать.

- Это глупо. Поверь, счастье все спишет. А мы будем с тобой необыкновенно счастливы. Мы созданы друг для друга. Ты ведь это понимаешь не хуже меня.

- Я действительно так думала еще два часа назад. Но после твоих слов поняла, что это всего лишь самообман. На самом деле, у нас нет ничего общего. Ты намеревался мошенническим путем у банка выманить большую сумму денег. Мне придется тебя задержать и сдать куда следует.

Его приятное, открытое, столь понравившееся ей лицо вдруг перекосила гримаса ненависти.

- По твоей вине я не получу кредит у вашего поганого банка, но уж сдать меня ментам тебе никогда не удастся. Я не собираюсь садиться на нары, да будет тебе известно, дорогая моя, что я на них уже свое отсидел. И больше повторять этот опыт не желаю.

- Ах, вот как! - воскликнула Анжелика. - Так значит ты еще к тому же уголовник. - Ей вдруг стало до боли обидно за себя, так глупо, так безрассудно она попалась на закинутую удочку этого проходимца. До чего ж она еще наивная и легковерная. Но он за это дорого заплатит.

- Я тебе предлагаю, пойдем в милицию добровольно, - сказала она, отлично понимая, что он ни за что на это не согласится.

Черкасов рассмеялся.

- А может, ты мне предложишь тут удавиться. Давай расстанемся по хорошему. Унесем друг о друге приятные воспоминания.

Анжелика покачала головой.

- Нет, приятных воспоминаний уже не получится. Так что нет смысла нам просто так расходиться.

Ей показалось, что в его глазах промелькнула растерянность. Он явно не ожидал, что она проявит такое упрямство. Но эти колебания длились недолго, он решительно двинулся на нее.

- Уйди с дороги. Прошу тебя.

- Нет!

Он на секунду остановился.

- Ты сама так захотела. Я хотел, чтобы мы расстались бы без эксцессов.

Он подошел почти вплотную с намерением отодвинуть ее с пути. А так как Анжелика пребывала в полной неподвижности, он попытался схватить ее за плечи и оттолкнуть.

То, что произошло дальше, он никак не ожидал. Анжелика вытянула вперед ногу, толкнула его на нее, и он, споткнувшись об ее колено, оказался на земле.

Несколько мгновений он изумленно взирал на нее.

- Ах, вот оно что, - насмешливо проговорил он, - мы тут стоим не просто так, мы владеем приемами.

Он медленно встал, не спеша, отряхнулся. Весь его вид выражал полную расслабленность.

Все изменилось за один миг. Его кулак, описав дугу, устремился прямо в ее лицо. Но Анжелика ожидала именно такого развития событий, она убрала вниз голову, перехватила руку и попыталась перекинуть его через плечо. Но Черкасов успел вовремя увернуться и совершенно неожиданно оказался у нее за спиной. Он схватил ее за горло и стал душить.

Анжелика понимала, что в запасе у нее считанные секунды, затем она почувствует удушье и обессилит. Она что есть силы дернулась и с полразворота ударила ему пяткой в пах.

Он взвыл, но, преодолевая боль, прыгнул на нее. Каким-то чудом ей удалось увернуться в самое последнее мгновение. Но он все же задел ее, и она упала. Он попытался прижать ее к земле, но Анжелика уперлась ногой ему в грудь, оттолкнула его от себя.

- Ну, хорошо, теперь пеняй на себя! - крикнул Черкасов.

С пола он поднял толстый железный прут. Анжелика буквально вся похолодела. Если он ударит им по ее голове, она расколется как орех.

Черкасов с громким воинственным криком бросился на нее. Анжелике ничего не оставалось, как ударится в бега. Она шестым чувством, так как думать ни о чем было некогда, осознала, что впервые ее жизнь повисла на волоске. И надо ее спасать по-настоящему.

Они находились на первом этаже недостроя. Выход на улицу, держа в руках страшный прут, перекрывал Черкасов. Оставалось только бежать по лестнице вверх.

Анжелика бросилась к ней, не будучи уверена, что она не обвалится под тяжестью ее тела. Черкасов устремился за девушкой. Их разделяло всего несколько метров. Он с силой опустил прут, и железяка стукнулась о бетон, выбив из него целый дождем крошек, всего в каких-то тридцати от нее сантиметров.

Анжелика вбежала на второй этаж и с ужасом убедилась, что ведущей на третий этаж лестнице не существует, она обвалилась. Девушка вспомнила, что еще вчера, когда они поднимались по ней, она подозрительно шаталась. И вот результат того восхождения. Но в результате она, Анжелика, оказалась в мышеловке.

Черкасов тоже поднялся на второй этаж. Он посмотрел на обвалившуюся лестницу, и на его губах расплылась довольная улыбка.

- Попалась птичка. Лететь больше некуда. Так ты по-прежнему хочешь меня сдать?

Он стал медленно приближаться к ней, выставив вперед прут.

- Мое начальство знает, где и с кем я нахожусь, - выкрикнула Анжелика.

- Плевать. Пока тебя тут найдут, я буду уже далеко, под другим именем и фамилией. Я не хочу причинить тебе зла, но ты сама во всем виновата, не даешь мне выбора.

Он находился уже совсем близко, еще один шаг - и прут безжалостно вонзится в ее голову. И она ничего не может сделать.

Анжелика ни на мгновение не спускала с него глаз, следя за малейшим его движением. Тот тоже не отрывал от ее взгляда.

- Прости, но так надо, - вдруг сказал он, и что есть силы опустил прут на ее голову.

Анжелика уловила момент удара и отпрыгнула в сторону. Прут опустился рядом с ней.

- Вот как мы еще умеем, - вдруг засмеялся Черкасов. - Ты права, это была только репетиция. У нас есть немного времени, поиграем в кошки мышки.

Он снова двинулся к ней. Анжелика вдруг поняла, что совершила большую, если не роковую ошибку, она укрылась в углу. И теперь он отрезал ей пути бегства. Она даже не сможет увернуться от удара.

- Я прошу тебя, не делай этого. - Эти слова мольбы вылетели из нее помимо ее воли, она не хотела их произносить, но и не произнести их не могла.

- Рад бы, да не могу. Ты из тех, кого нельзя оставлять в живых, ты слишком опасна. Я тебе уже говорил, что ты очень необычная девушка, у тебя совсем другая логика поведения, чем у большинства людей. А твои действия лишили меня доверия к тебе. Как ты говоришь, так и сделаешь. А потому ты сама не оставила у меня выбора.

Их разделял всего один шаг, после которого промахнуться было уже невозможно. Она видела его глаза, удивительно, но они были точно такие же, как и в ту ночь, когда они занимались любовью. Ей тогда казалось, что они наполнены нежностью, теперь же она понимает, что на самом деле, кроме пустоты, в них ничего нет.

- Руки вверх! - раздался вдруг чей-то голос.

Они оба посмотрели в эту сторону. Сразу несколько милиционеров бросились к Черкасову. Тот было дернулся, но затем замер на месте: теперь в мышеловке оказался он.

Анжелика же почувствовала, как у нее дрожат колени, причем, так сильно, что она еле стоит на ногах. Она было хотела прислониться к стене, но вместо этого последним усилием воли внезапно выпрямилась; она увидела, как направляется к ней Волин.

Но последнее движение отняло у Анжлики остаток сил, внезапно все поплыло у нее перед глазами. Она наклонилась вперед и упала бы, если бы в этот момент ее не перехватил Волин. Она повисла на его руках без сознания.


## Глава 8


Анжелика очнулась в машине. Она сидела, вернее лежала на заднем сиденье. Несколько секунд ей понадобилось для того, чтобы понять, что происходит. Затем она приподнялась и увидела сидевшего за рулем Волина. Их взгляды встретились в зеркале заднего вида.

- Как вы себя чувствуете? - спросил он.

- Еще точно не знаю. Сейчас попробую определить. Кажется, ничего, - сказала она через несколько секунд. - А что со мной было?

- Ничего особенного, если не считать, что вы потеряли сознание.

- А куда мы едем? - поинтересовалась Анжелика.

- Если вы не возражаете, то ко мне домой.

- Зачем?

- Чтобы вы окончательно пришли бы в себя. Не везти же вас в таком виде в банк.

- А у меня плохой вид?

Вольпин вдруг расхохотался.

- Для человека, который почти полчаса находился без сознания, следует признать, что вы выглядите просто замечательно. И все же давайте не будем рисковать и поедем ко мне.

Анжелика сочла за благо больше не возражать. И оставшийся путь они проехали в молчании.

Вольпин остановил машину возле своего дома, помог Анжелике выбраться из нее. Вступив на твердую почву, она с радостью почувствовала, что вполне уверенно стоит на ногах. Но от предложенной им руки не отказалась.

- Может быть, вы хотите прилечь? - спросил Волин, когда они оказались в его квартире.

- Нет. Вполне будет достаточным, если я сяду.

Анжелика опустилась в мягкое и удобное кресло.

- Отдыхайте, - сказал Волин, - а я сейчас вернусь.

Отсутствовал он минут десять. Все это время Анжелика почти неподвижно сидела в кресле, наслаждаясь уютом и комфортом. О том же, что произошло менее часа назад, думать совершенно не хотелось. Потом она непременно тщательно проанализирует эти события, но сейчас ни сил, ни желания делать это у нее не было никакого.

Вольпин вкатил тележку, на которой стояла пузатая бутылка и закуски. Он разлил коньяк по бокалам и протянул один Анжелике.

- Глотните, на мой взгляд, это лучшее средство от стресса.

Анжелика покорно выпила коньяк. Затем посмотрела на Волина. Все то время, что она находилось у него, ее мучил один и тот же вопрос.

- Вы теперь меня уволите? - спросил она.

Вольпин взглянул на девушку и сел с бокалом в руке напротив.

- А как вы считаете, я должен поступить?

- Уволить, - твердо, как приговор, произнесла она.

- Почему?

- Я нарушила деловую этику. Я вступила в личные отношения с клиентом и тем самым едва не нанесла банку большой ущерб. И вообще, я, как выяснилось, большая дура. Меня провели, словно маленького ребенка.

- Да, - согласился Волин, - натворили вы многое. - Знаете, я подумаю над вашим предложением. Мне оно кажется довольно интересным.

- Подумайте, - обреченно произнесла Анжелика. - А как вы там оказались? - вдруг встрепенулась она.

- Ваш начальник сообщил мне, куда вы поехали? Должен сказать, что вам очень повезло. Как раз в этот момент пришла информация о вашем друге. У меня в милиции в больших чинах работает хороший знакомый, и я его попросил на всякий случай проверить, что это за фрукт. Оказался, весьма ядовитым.

- Но почему вы его заподозрили?

Вольпин пожал плечами.

- Есть вещи, которые сложно объяснить. Когда я увидел, что он ждет вас после работы, у меня сработал предохранительный клапан. Понимаете, когда речь идет о таких больших деньгах, просто так подобные вещи не происходят. Даже если речь идет о столь прекрасной особе, как вы. Вот я решил по своим каналам разузнать о нем как можно больше.

- И что же вам сообщили? - напряглась Анжелика.

- На ваше и наше счастье его, признаю, очень приятное лицо, есть в картотеке милиции. Его настоящее имя Александр Беглов, это довольно известный и искусный мошенник, очень изобретательный. Это здание было действительно отдано в аренду некому Глебу Черкасову, но по каким-то причинам он так не стал ничего с ним делать. Беглов же, узнав об этом, то ли выкрал, то ли подделал паспорт и договор. А как вы его разоблачили?

- Я попросила подтверждения в фонде имущества договора аренды. Там не совпали даты рождения.

- Вы должны были сказать об этом не ему, а мне.

- Я знаю, - вздохнула Анжелика, - но я не могла.

- Я понимаю. Как вы себя чувствуете?

- Уже хорошо. Ваше лекарство подействовало. Но что будет со мной?

Вольпин улыбнулся.

- Мне кажется, что с вами все, что можно, уже произошло. Пусть некоторое время ничего не происходит. Если, конечно, такой скучный вариант вас устраивает.

- Устраивает.

- Тогда будем считать инцидент исчерпанным. Мне важно, чтобы вы сделали необходимые выводы.

Анжелика о чем-то задумалась.

- А ведь меня едва не убили. - Ее вдруг передернуло. - Если бы не вы...

- Оставим это, Анжелика. Я сделал то, что должен был сделать. И будем считать, что я оплатил тот свой долг. Я бы хотел, чтобы мы установили более тесные отношения.

Анжелика посмотрела на него.

- И вам не помешает...

- Давайте будем считать эту историю завершившейся во всех ее аспектах. Мало ли что было у каждого в прошлом. Важно то, каким он из него вышел в настоящее и будущее. Я уверен, что этот урок пойдет для вас впрок.


## Глава 9


В следующий вечер Анжелика направилась к Арсену, несмотря на то, что по графику у нее не было тренировки. Она была позавчера. Но Анжелика пропустила ее из-за свидания с лже Черкасовым. Вернее, она была так поглощена мыслями о нем, что даже не вспомнила о ней и не предупредила тренера, что не придет. И теперь она шла к нему с ощущением своей вины. Но ей было жизненно необходимо поговорить с ним, слишком многое ее мучило сейчас.

Арсен был занят с другим учеником. Когда она появилась в зале, он лишь бросил на девушку беглый взгляд и больше не обращал на нее ни малейшего внимания, словно бы ее тут и не было. Она же покорно пристроилась в уголочке и молча смотрела на то, что происходит на ковре. Тренировка была в самом начале, и Анжелика поняла, что ей придется сидеть тут долго. Но она была согласна и на такой вариант.

Наконец тренировка завершилась, и тренер и его ученик ушли принимать душ. Прошло еще довольно много времени, и по всем параметрам водные процедуры должны были закончиться давно. Но Арсен все не появлялся.

Анжелика поняла: он так и не появится. Он показывает ей, что это она виновата и, следовательно, должна идти к нему сама. Если вообще, он ее еще ждет.

Арсен находился в тренерской. Он сидел и ничего не делал. Когда Анжелика вошла в комнату, то он даже не повернул в ее сторону голову.

Анжелика остановилась на некотором расстоянии от него.

- Арсен, я виновата, простите меня. Я забыла вас предупредить.

Тренер медленно повернул голову в ее сторону.

- Если человек забывает предупредить другого человека, значит, он его не уважает. Он думает только о себе.

- В тот вечер так оно и было, - призналась Анжелика. - Бывают минуты, когда забываешь обо всем и обо всех. Но я вас уважаю. И мне очень нужна ваша помощь. Мне плохо, я недостойная вас ученица.

Теперь Арсен повернулся к ней всем телом.

- Мне известно, что произошло.

- Вам рассказал Волин?

- Да. Теперь расскажи ты.

- Все, чему вы меня учили, я не сумела воспринять. Я оказалась перед ним совершенно беззащитной. Мною владел только жуткий страх. Были минуты, когда я полностью теряла контроль над собой. Я презираю саму себя.

Арсен покачал головой.

- Бессмысленно презирать себя, презрение к себе - удел слабых. Когда ты презираешь себя, то на самом деле себе потворствуешь. Тот, кто презирает себя, никогда не преодолеть собственную слабость.

Анжелика удивленно взглянула на тренера. То, что он ей сказал, было для нее неожиданно. В таком ключе она не думала о себе и о том, что с ней сейчас происходило.

- Что же делать? - растеряно пробормотала она.

- Переодевайся и иди на ковер, - приказал Арсен. - Надеюсь, ты взяла с собой форму?

- Да.

Такой тяжелой тренировки у нее еще не было. И через много лет, возвращаюсь в памяти к ней, она удивлялась, как сумела выдержать эти нагрузки, это на грани жестокого обращения с собой.

- Ты готова к бою? - спросил ее Арсен после разминки.

- Да, - не слишком уверенно ответила она. После того, что случилось вчера, она уже не знала, к чему она готова, а к чему нет. Ее уверенность в знании самой себя было сильно поколеблено, и она пребывала на просторах какого-то зыбкого пространства, где уже не существует ничего прочного и ясного.

- Предупреждаю, это будет не тренировочный, а настоящий бой. Может быть, очень больно. У тебя еще есть возможность отказаться.

- Я согласна.

- Хорошо. Начинаем.

Арсен приблизился к ней. Анжелика настороженно следила за каждым его движением. И все же пропустила момент, когда его нога резко оторвалась от пола и устремилась прямо к ее подбородку.

Удар был такой силы, что она отлетела на несколько метров. Анжелика почувствовала, как почти мгновенно омертвела скула. Ей захотелось немедленно броситься в ответную в атаку, но усилием воли подавила этот импульс. Для того ее соперник и нанес такой удар, чтобы у нее он бы и возник. На память ей пришло поучение Арсена: следует не просто атаковать противника, а атаковать таким образом, чтобы у него возникли бы такие эмоции, которые сделают его безрассудным, а значит уязвимым.

Дабы окончательно прийти в себя, Анжелика держалась на расстояние от Арсена, стараясь не подпускать его к себе. Но она знала многие его повадки и потому была уверенна, что он ищет момент для нападения. Но как бы она не была бдительна, снова пропустила момент атаки, настолько произошло все быстро. Арсен внезапно нырнул вниз, подкатился под ее ноги и резким ударом стопы буквально подкосил ее, как серп сноп. Анжелика кулем упала на татами. Несколько секунд она была абсолютно беззащитна, и если бы тренер захотел он мог бы сделать с ней все, что угодно. Но он спокойно отошел в сторону, дожидаясь, когда она поднимется.

Анжелика окончательно поняла, что пассивная тактика боя обрекает ее на полное поражение. Нужно идти в наступление, но не безоглядно, а искать свой шанс для результативной атаки.

Выставив вперед ногу, она сделала несколько шагов вперед, пытаясь одновременно достать его лицо стопой. Но Арсен всякий раз невозмутимо уклонялся. Внезапно ей показалось, что он на какой-то миг потерял равновесие. Не воспользоваться таким шансом было бы просто непростительно.

Анжелика сделала быстрый выпад вперед и что есть силы выбросила ногу в сторону Арсена. И поняла, что угодила в ловушку. Арсен поймал ее стопу и заломил назад.

Боль была такой острой, что она закричала. Арсен же спокойно толкнул ее вперед, и она снова распласталась на ковре.

Анжелика знала за собой черту: если проигрывала, то самолюбие начинало брыкаться столь сильно, что она теряла всякое душевное равновесие. Несмотря на боль в ноге, она буквально прыгнула на тренера и получила удар кулаком в живот. Дыхание сперлось, она села на ковер, жадно глотая ртом воздух. И тут же получила еще один удар в плечо. Она упала, не пытаясь больше подняться. Поражение было полное.

Анжелика лежала на татами почти в полной прострации. Слезы застилали ее глаза прочнее любой повязки, и она ничего не видела вокруг себя. Она вдруг почувствовала себя маленькой и беззащитной, как девочка, которая потерялась в толпе. Это был полный крах, крах легенды о самой себе, которую она некогда сочинила и которую столь бережно оберегала от любых сомнений и покушений на правдивость. Но оказывается все это не более чем самообман, наивный, как ложь ребенка. А на самом деле, она всего лишь глупая, самонадеянная девица, которая лишь пригодна на то, чтобы быть игрушкой в чужих руках. И не важно происходит ли это в реальной жизни или во время тренировочного боя - результат повсюду один.

- Анжелика, у вас ничего не болит? - вдруг услышала она рядом с собой голос. Но это был не голос Арсена.

Не без труда, она подняла голову, смахнула с ресниц слезы и увидела, что рядом с ней присел на корточки Волин. Уж лучше бы она продолжала лежать, не замечая, что творится вокруг. Выходит, он все это время наблюдал за поединком и был свидетелем ее позора. Такого она не переживет.

Анжелика снова заплакала. Ей было стыдно, но сдержать слезы она не могла, они сочились из глаз абсолютно непроизвольно.

- Не плачьте, - мягко произнес Вольпин, - вы отлично держались.

Это была ложь во спасение, и от этого Анжелике стало еще горше. Она не сможет больше никогда смотреть ему в глаза.

- Вставайте, а я вам помогу, - предложил он.

- Я сама.

Она встала, огляделась и к своему удивлению не обнаружила Арсена.

- А где Арсен?

- - Не знаю, наверное, в тренерской. Или ушел домой. Сегодня он свое дело сделал. - На губах Вольпина промелькнула едва заметная улыбка. - Собирайтесь, а я вас подожду.

Они молча ехали по вечернему городу. Анжелика почему-то старалась не смотреть на Вольпина. Обычно она не испытывала большого смущения при общении с ним, но сейчас все было как-то по-другому. Она чувствовала какую-то детскую застенчивость. Происходило что-то странное, она ловила себя на том, что потеряла ту нить, на которую все последние дни нанизывались происходящие события. Вот и сейчас она не знала, почему он вдруг пришел на тренировку, куда и зачем везет ее сейчас, что будет дальше? Хотя интуиция подсказывала ей, что на этом сегодняшние события еще не завершились и что-то должно еще произойти.

Они остановились возле дома. Анжелика узнала его; здесь жил Волин. Не дожидаясь его приглашения, вышла из автомобиля. И сразу же невольно поежилась, так как на улице оказалось очень холодно.

- Холодно, - участливо спросил Волин, подходя к ней.

- Да. А я легко оделась.

- Сегодня ночью обещали сильное похолодание? Вы разве не слышали?

- Нет. Мне было не до погоды.

- Это я могу понять, - улыбнулся Волин. - Пойдемте в дом.

В квартире было уютно и тепло, так как негромко урча работал кондиционер, который согревал воздух.

Вольпин первым делом налил ей коньяк.

- Это вас согреет, - протянул он ей бокал.

Она выпила одним глотком.

- Ну, как?

- Кажется, лучше, - не уверенно произнесла она.

Вольпин сел напротив нее.

- Хотите есть?

- Нет. - Она посмотрела на него. - Хочу.

- Тогда ждите. А чтобы было не скучно, послушайте музыку. Это мая любимая мелодия.

Вольпин скрылся на кухне. Пробыл он там довольно долго. Анжелика вспомнила, что однажды эта сцена уже игралась. Все в жизни повторяется, и, может быть, в этом и заключается счастье, когда ты знаешь, что будет сегодня, завтра, послезавтра...

Она откинулась на спинку кресла. Из музыкального центра лилась красивая и знакомая мелодия, но она никак не могла вспомнить, что это за музыка. Впрочем, ее это волновало сейчас в самую последнюю очередь. Анжелике было очень хорошо в этой квартире. Тут царил тот самый уют, которого ей не хватало всю жизнь. В ее отчем доме правила бал едва замаскированная бедность, потом, когда она стала жить на съемных квартирах, то о нем вообще речи не могло быть, хотя она и пыталась в меру своих сил и возможностей его воссоздать. А она всегда подсознательно стремилась к именно такой милой, мягкой домашней обстановке.

Вернулся Волин, толкая впереди себя сервировочный столик. У Анжелики сразу же потекли слюнки, он был весь заполнен деликатесами.

- Это же настоящий пир! - воскликнула она.

- Почему бы и не попировать, если есть повод.

- Повод? - удивилась Анжелика.

- Конечно. Вы прошли через такое серьезное испытание.

- Если бы я действительно прошла, - с горечью проговорила девушка. - Я провалилась.

- Зачастую по горячим следам не всегда можно понять: прошел ли человек испытание или нет? Это становится ясным через некоторое время. Иногда через весьма отдаленное.

- Не знаю, не уверенна, - с сомнением произнесла она. - Мне кажется, я потерпела сокрушительное поражение. Такого со мной еще не случалось.

- Вы обескуражены?

- Очень.

- Но чем конкретно?

Этот вопрос заставил Анжелику задуматься.

- Понимаете, я в своем воображении создала собственный образ, которым очень дорожила. Без него я чувствовала себя, словно без одежды на празднике. И вот он безжалостно рассыпался, подобно карточному домику. И я не знаю, что делать, не понимаю, кто я есть на самом деле.

- В психологии это называется потерей самоиндификации. Знаете, Анжелика, я рад, что это случилось.

- Почему? - удивилась девушка.

- Потому что вы лишились иллюзий, которые представляли для вас серьезную опасность. У вас было искаженное представление об истинных пределах ваших возможностей, у вас были ложные представления о своих взаимоотношениях с окружающим миром. Так что этот крах был неизбежен. Вопрос стоял лишь о времени. И чем раньше бы он произошел, тем менее болезненным он бы стал. Так что лучше, чем плакать, благодарите судьбу. Это полезное событие произошло в самом начале вашей карьеры. Это обнадеживает.

- Обнадеживает? - не пыталась Анжелика скрыть своего изумления.

- Именно. Теперь я за вас гораздо больше спокоен. И теперь вы мне гораздо больше подходите.

- Подхожу? - не совсем понимая, что он имеет в виду, переспросила Анжелика.

- Да, подходите, - подтвердил Волин. - Я хочу, чтобы вы стали бы моей женой.

- Женой? - Анжелика почувствовала, как перегородил большой комок в горле поток слов. И она лишь могла смотреть на Волина.

- Вы мне очень понравились с первой же встречи. Я сразу почувствовал, что вы необычная девушка. Всю жизнь я искал именно такую.

- Вы говорите это серьезно, - наконец прорезался у нее голос.

Вольпин вдруг рассмеялся.

- А вы полагаете, что я вас затягиваю в очередную ловушку? - Он внимательно посмотрел на нее. - Мне хочется, чтобы вы родили мне двух детей, таких же прекрасных, как вы сами: мальчика и девочку. Причем, именно в таком порядке.

- Я рожу, - выдавила из себя Анжелика. - Но ведь вы знаете, что у меня было с ним...

- Нет смысла обсуждать эту тему. Мы не были с вами помолвлены, и вы не были обязаны хранить мне верность. Я и сейчас этого не прошу, я лишь хочу одного: чтобы между нами никогда не было бы обмана. Жизнь много раз доказывала мне одну истину: правда, как бы она не была горька, в конечном итоге всегда лучше лжи, даже с чисто практической стороны. Хлопот потом меньше. Это в равной степени относится и к бизнесу и к личной жизни.

- Я согласна.

- Кажется, мы обо всем договорились, - сказал совершенно обыденным голосом Волин, как будто бы речь шла о каком-то незначительном поручении, и посмотрел на часы. - Между прочим, уже двенадцать часов. У вас усталый вид. Идите-ка спать. И мне и вам завтра, как обычно, на работу. А вы знаете, я сам не опаздываю и опозданий сотрудников не терплю. - А вечером обговорим детали подготовки к свадьбе. Хотите что-нибудь сказать?

- Зачем, ведь все уже сказано. - Она вдруг поймала себя на том, что ей очень нравится эта новая интонация. - Ах, да, совсем забыла, вы мне тоже понравились в первую встречу. Только я долго себе в этом не признавалась.

- Это я заметил, - улыбнулся Вольпин. - Спокойной ночи.

- Спокойной ночи.


Часть третья


## Глава 1


Маленький остров быстро приближался. Она уже видела невысокие горы, которые спускались к морю, и пляж с людьми.

Анежелика чувствовала волнение. Сейчас она увидит мужа. Хотя они расстались всего каких-то десять дней назад, но она успела за это время соскучиться.

Прочему-то перед ее мысленным взором проплыли все эти пять лет. Может, потому, что за весь этот период это первый их полноценный совместный отдых. До этого момента им было не до него.

Анжелика вдруг почувствовала одновременно и гордость и удовлетворение. В самом деле, все, о чем она когда-то мечтала, исполнилось. У нее свой прекрасный дом и двое великолепных детей. Они даже родились в том порядке, в каком заказывал муж: сначала мальчик, потом девочка. Ей нравится ее работа, и главное - она безумно влюблена в супруга. А если к этому прибавить, что им предстоит три недели отдыха в окружении зеленых гор, голубого неба и аквамаринового море, то что еще надо для того, чтобы быть счастливой и не мечтать ни о чем другом.

Катер причалил к пирсу. Капитан любезно помог Анжелике сойти на берег. По тому, как он восхищенно смотрел на нее, легко было понять, какие эмоции он испытывал при виде этой иностранке. Но никакими внешними действиями он никак не проявлял их, и Анжелика поблагодарила его за сдержанность своей ослепительной улыбкой. Далеко не все ее знакомые, да и незнакомые мужчины способны были на ее так хорошо владеть собой.

Она сразу же увидела Вольпина. На золотистом фоне полуденного солнца, и лазуревом фоне моря его фигура, одетая во все белое, выделялось особенно ярко. Анжелика улыбнулась, она знала об этом пристрастие мужа к светлой одежде. Но тут же,, забыв обо всем, устремилась к нему. Они обнялись и соединились в поцелуе. Затем он отошел на один шаг, чтобы лучше ее разглядеть.

- Ты выглядишь просто непостижимо. Такой прекрасной я тебя еще не видел. Как будто бы ты искупалась в водах волшебного источника.

- Так оно и есть, - счастливо засмеялась Анжелика. - Только это родник - твоя любовь, дорогой.

Он обнял жену за плечи.

- Пойдем, я покажу тебе наше скромное пристанище.

- Оно далеко?

- Близко. Но силами на всякий случай следует запастись.

Анжелика подозрительно взглянула на мужа, она знала, что он любитель подобных сюрпризов.

Их путь шел через небольшую рыбацкую деревню. К своему удивлению она обнаружила, что с мужем то и дело раскланиваются местные жители.

- Откуда они тебя знают?

- Я с ними познакомился, в основном в местной харчевне. И даже несколько раз ходил с рыбаками на рыбалку. Мне очень понравилось. Если перестану быть банкиром, стану рыбаком, поселюсь здесь. Как тебе такая перспектива?

- Вполне. А я стану рыбачкой. Буду стоять на берегу и ждать твоего возвращения. А потом чистить рыбу. И от меня будет ею пахнуть на весь дом. А тебе как такая перспектива?

- Вполне. Кстати, наш ждет обед из пойманной мною рыбы.

- А я как раз проголодалась.

- Как дела дома? Как дети?

- Замечательно. Все время спрашивают, где их папа? Два часа назад я разговаривала с гувернанткой, она уверяет, что абсолютно все в порядке.

- А в банке? Что Зернин?

- В банке все тоже нормально. Ну а Зернин ходит по банку с таким видом, что он здесь уже главный, а не всего лишь исполняет обязанности президента на время твоего отпуска.

- Что поделать, приходится мириться с недостатками своих сотрудников ради того, чтобы пользоваться их достоинствами. А в качестве моего первого зама он на своем месте.

- О, да, но хорошо если бы он на нем оставался всегда.

- Мне до сих пор казалось, что у вас вполне хорошие отношения.

- Да, хорошие, он, в самом деле, не раз доказывал, что на него можно положиться, по крайней мере в деловых вопросах, - сказала Анжелика. - Но иногда мне становится рядом с ним как-то беспокойно, я никогда точно не знаю, что у него на уме. И это... - Она не закончила фразы, так как стала растерянно озираться. Они вышли за пределы деревни и сейчас стояли у подножья весьма крутой горы. Никаких домов по близости она не обнаружила. - Куда же нам дальше идти? Где же дом? - спросила она.

- Дом? - сделал удивленно лицо Вольпин . - В самом деле, а где же он? - Он тоже стал озираться. - Ах, вспомнил! - Увы, вынужден тебя немножко огорчить, дом на горе. Придется подняться на нее. А вот и тропинка.

- Подниматься в гору, по такой жаре! - возмущенно воскликнула Анжелика. - Да я ни за что не осилю подъем.

- Осилишь, - уверенно произнес Вольпин. - Осталось всего несколько рывков - и мы у цели.

Анжелика покорно вздохнула. Ничего не поделаешь, придется ползти на эту проклятую гору. А она так мечтала укрыться где-нибудь в тени от этого беспощадного садистского солнца, которое, как адовой огонь, выжигает все вокруг.

Она покорно стала подниматься вверх. Подъем оказался действительно крутым, тропинка была устлана маленькими камешками, на которые то и дело наступали ее каблуки. Уже несколько раз Анжелика едва удерживалась на ногах. Невольно воображение нарисовала ей картину, как будет она, словно куль, катиться вниз, обдирая тело об острые камни и кусты.

Она обернулась назад; муж спокойно шагал за ней, не делая никаких попыток ей помочь. Но она и не ждала от него помощи; она слишком хорошо знала его священный принцип: никогда не помогать в том, с чем человек способен справиться самостоятельно. Сперва у Анжелики подобное поведение самого близкого ей человека вызывало недоумение, переходящее в раздражение и возмущение. Но постепенно она прониклась к нему благодарностью за эти уроки, ибо обнаружила, что, в самом деле, она вполне может справляться со многими задачами самостоятельно, без постороннего содействия. И это позволяло часто добиваться успеха там, где она первоначально была уверенна, что ей ни за что его не достичь. И сейчас она решил, что во что бы то ни стало, без лишних стонов совершит это незапланированное восхождение на гору.

Анжелика поднималась выше и выше, а тропинка все не кончалась. Казалось, что она уходит в бесконечность. Пот покрывал все тело, временами она чувствовала, что вот-вот упадет. В другое бы время она бы без большого труда одолела этот подъем, но сегодня выдался на редкость тяжелый день. Она встала очень рано, отвезла детей на дачу, затем помчалась в аэропорт. Несколько часов утомительного полета. После приземления долгий путь к морю, прогулка на катере. И как апофеоз - это дурацкое восхождение.

Ее вдруг охватило сильное раздражение. Ну почему необходимо постоянно подвергать ее всевозможным испытаниям, ведь он знает, как она утомлена. Можно было бы хотя бы ради их встречи сделать исключение.

Но она ничем не выразила своего недовольства, даже не обернулась в его сторону. Вместо этого сжала губы и продолжала карабкаться вверх. Больше всего ей сейчас хотелось две противоположные вещи: сесть прямо на эти камни и лечь в ванну, смыть с себя этот противный липкий пот.

Усталость была такой тяжелой, что лишала ощущение времени. Как долго продолжался этот путь, Анжелика уже не могла определить. Ее ощущения атрофировались, она шла и шла, ничего не замечая вокруг.

Внезапно она почувствовала, как что-то изменилось, Анжелика подняла голову и обнаружила, что находится на довольно большой площадке. Прямо перед ней находился дом. Он напоминал те дома, что она видела внизу в рыбацкой деревне, только был значительно больше, в два этажа.

- Вот это и есть здесь наш дом, - сказал Вольпин , поравнявшись с ней.

Без сил Анжелика повисла на муже.

- Я хочу принять ванну.

- Сейчас скажу Анне, чтобы нагревала воду.

- Здесь нет горячей воды? - От возмущения Анжелика чуть не упала.

- Где же ее взять на такой высоте, - усмехнулся он.

- Зачем же я тогда сюда поднялась. Чтобы жить без горячей воды?

- Ты поднялась сюда для того, чтобы увидеть вот это. Посмотри вниз.

Анжелика взглянула в указанном направлении и оцепенела от восхищения. Ей открывался завораживающий вид. На всем пространстве, куда доставал взгляд, простиралась разноцветная, как палитра художника, равнина моря. Мириады солнечных бликов отражались от ее поверхности. У подножья горы белели дома рыбачкой деревни, которые с такой высоты казались почти игрушечными.

- Ну, как?

- Изумительно. Ты прав, я не зря претерпела столько мук.

Анна оказалась приятной женщиной средних лет немного говорившей по-английски. По крайней мере, в тех пределах, чтобы понять, что вновь прибывшей надо срочно приготовить в ванну.

Анжелика лежала в теплой воде, наслаждаясь тем, как очищается кожа от впитавшейся в нее пота и грязи. Она еще раз убедилась, насколько прав муж. Он своими действиями или точнее бездействием позволил ей сейчас переживать приятные минуты победы. Она гордится собой, что одолела этот тяжелый подъем, хотя сколько раз за время пути ее атаковало искушение остановиться, потребовать, чтобы он помогал бы ей идти. Или вообще, заставить его снять дом в долине.

Закутавшись в легкий халат, она бродила по дому. Он нравился ей своей простотой, если даже не примитивизмом. Неоштукатуренные стены, грубая тяжелая деревянная мебель. Здесь не было даже электричества, по крайней мере, она не заметила ни одного светильника, ни одной люстры. Как будто бы она попала в прошлое, в эпоху, когда люди ничего не ведали ни об искусственном освещение, ни о телевизоре, ни о телефоне, ни об Интернете. Она оценила затею мужа; в самом деле, совсем не так уж и плохо погрузиться в стародавние времена, забыв хотя бы ненадолго об этой столь привычной суете, называемой современной цивилизацией. Когда между двумя людьми существует такое мощное притяжение любви, зачем нужна вся эта атрибутика века, вдруг подумала она.

Анжелика села на стул. Из кухни доносились голоса мужа и Анны, они совместными усилиями готовили обед. Он и тут не изменил своему любимому хобби - кулинарии.

Она вдруг почувствовала сильное волнение, которые вызвали в ней предстоящие дни. Наконец-то произошло то, о чем она мечтала все последние годы: они целиком посвятят это время друг другу. Здесь в этом уединенном, расположенном на большой высоте, небольшом каменном выступе, они отметят великий праздник их любви. Как будто бы сама судьба подарила им его, вознесся над миром, над убивающим все бесконечным потоком обыденности. Там, дома, где проходит основная их жизнь, бесчисленное количество дел и обязанностей мешает им по-настоящему погрузиться в этот неиссякаемый источник блаженства. Здесь же они наконец-то освобождены от всего случайного и лишнего, ничего больше не препятствует им окунуться с головой в бездонный океан своих чувств, без остатка раствориться друг в друге, соединиться в такое же неразрывное и вечное единство, которое вот уже столько миллиардов лет связывает солнце и море.

Почему-то сегодня она то и дело мысленно возвращается в прошлое. Эти пять лет пролетели настолько стремительно, что она их почти не заметила. Ей было не до фиксации времени, обычно это происходит тогда, когда жизнь человека пуста, как высохший колодец или течет крайне медленно, как ход каравана по пустыни. Ее же жизнь была до краев наполнена любовью к мужу, потом к этой любви присоединилась не менее страстная и обжигающая любовь к их детям. И одновременно за эти годы она успела многое узнать и научиться в своей профессии, далеко продвинуться по служебной лестнице. И отнюдь не благодаря тому, что президент банка был по совместительству и ее мужем; даже ее недоброжелатели признавали, что это продвижение вполне заслуженно. Да и зная характер супруга, Анжелика была уверенна, что он бы никогда не дал бы ей новую должность, если бы она не заслуживала ее своим трудом и знаниями. Он всегда проводил четкую грань между личными и служебными делами. По началу такие странные отношения у Анжелики вызывали недоумение и даже несогласие. И лишь постепенно она научилась постигать мудрость такого подхода. Но чтобы это понять и принять, ей пришлось многое изменить в самой себе. Хотя, как показал сегодняшний подъем, далеко еще не все ей удалось в этом направлении сделать.

После обеда, сопровождаемые понимающим и вполне доброжелательным взглядом Анны, они поднялись на вверх, где находилась их спальня. И едва захлопнулась дверь, они оказались в объятиях друг друга. Сконденсированное за время разлуки желание, сейчас бурно фонтанировало в них. Они раздевали друг друга, прерывая это занятие лишь на короткие, но страстные поцелуи. И, наконец, обнаженные повалились на застеленную грубым одеялом постель.

Все эти пять лет они много занимались любовью, их взаимное тяготение со временем не только не ослабевало, но, наоборот, нарастало по экспоненте, становилось более утонченным, изысканным, но при этом не происходило ни насыщения, ни привыкание, превращающие секс всего лишь в один из семейных обрядов, которыми так наполнена жизнь. Это было счастье обретения другу друга, бесконечная упоительная по красоте и яркости впечатлений мелодия, которую выводили их тела. И то, что было до этого у Анжелики с другими мужчинами, на самом деле являлось лишь слабой тенью того, что дарил ей миг слияния с мужем, когда душа отделялась от тела и улетала в неземные дали.

Они не выходили из комнаты до самого вечера. Казалось, в мире нет силы, способной их оторвать друг от друга, насытить нектаром взаимной любовью. Словно бы энергия всего космоса в этот день работала исключительно на них одних, вновь и вновь подпитывая собой их силы, которые казались неисчерпаемыми, и насыщало тела желанием, которое казалось бесконечным.

Вольпин поцеловал лежащую без сил Анжелику, взял со стола часы и весело хмыкнул.

- Ты знаешь, что мы обретаемся тут уже пять часов.

- Так мало, - расслабленно отозвалась Анжелика. - Мне вообще отсюда не хочется выходить.

- И все ж придется, - улыбнулся Волин. - Иначе Анна подумает, что мы сексуальные маньяки. А она женщина строгих правил.

- Ну и пусть, я далеко от дома, мне тут не надо печься о своей репутации. Я могу походить здесь и с подмоченной репутацией.

- Ну а еда. Мы потратили столько сил. Нам надо их восполнить. Иначе нам не хватит их на следующий сеанс любви.

- Еда - в отличие от всех остальных - это серьезный аргумент. - Она, в самом деле, почувствовала, что проголодалась.

Ужин состоял из еды греческого крестьянина. Козий сыр, молоко, фаршированный перец. Эта простая пища вдруг вызвала у Анжелики просто зверский аппетит. И она исчезла со стола буквально за считанные минуты.

Анна с улыбкой смотрела не нее и иногда покачивала головой. Что это означало, было не совсем понятно, но Анжелика явно нравилась ей.

- Пойдем купаться, - предложил Волин, после ужина.

- И затем опять подниматься на гору?

- На самом деле, это не так уж и трудно. Просто надо немного привыкнуть. В первый раз мне тоже было тяжело. А теперь ничего, даже нравится.

Они спустились вниз, к морю.

- Я знаю прекрасное место, - сообщил Вольпин. - Там превосходный пляж и совсем безлюдно, даже днем. А сейчас уж точно никого нет.

Они обогнули скалу и в самом деле оказались в небольшой, зажатой между горами, бухточке. Прямо по ее середине пролегала лунная дорожка.

- Здесь можно купаться обнаженными, - сказал Вольпин и стал раздеваться. Анжелика последовала его примеру.

Держа друг друга за руки, они вошли в воду. Впрочем, то была не вода, а самое настоящее парное молоко. Анжелика даже вскрикнула от восторга, так были приятны прикосновения теплого моря.

Они не вылезали из воды не меньше часа. Плавали, играли, целовались. Даже попробовали заняться любовью, но сочли, что не овладели достаточными навыками для того, чтобы это делать в водной стихии.

Наконец они вышли на берег. Дул слабый ветерок, и Вольпин накинул на плечи Анжелики полотенце. Сам же растянулся рядом с ней.

Обнаженный, он лежал на спине и смотрел в небо, усыпанное бисером бесчисленных звезд.

- Как ты думаешь, где там может находиться Бог? неожиданно спросил он.

Анжелика тоже подняла голову.

- Не знаю, мне кажется, в любом месте. Для него это не имеет значение.

- А что если он находится совсем рядом, за нашей спиной и подглядывает за нами?

- Разве мы занимаемся чем-то постыдным?

Но к своему удивлению Анжелика не дождалась ответа. Она вдруг почувствовала смутную тревогу. Почему муж вдруг завел разговор о Боге? До сих пор они ни разу не обсуждали этот предмет, молча соглашаясь с тем, что каждый самостоятельно устанавливает с Ним отношения.

- Я думаю, наша общая беда в том, что мы редко вспоминаем о Нем в своей жизни. Как будто бы Он и мы совершенно по отдельности. Но это же не так, мы с Ним едины.

- Что ты хочешь, когда нам вспоминать, - возразила Анжелика. - У нас же совершенно нет времени. И, кроме того, не надо о Нем вспоминать, лучше о Нем не забывать. И тогда все само собой встает на свои места.

- И каким же образом ты о Нем не забываешь?

- Я стараюсь не делать того, чтобы бы Ему не понравилось. Мне кажется, этого вполне достаточно для таких, как мы. Альтернатива очевидна: либо человек посвящает Ему всего себя, уходит из мира в монастырь, либо он просто старается жить так, чтобы ему не было бы стыдно за свои поступки. - Анжелика сделала короткую паузу. - Либо...

- Что либо? -

Анжелике показалось, что последний вопрос мужа прозвучал как-то слишком напряженно.

- Либо человек вообще не обращает на него внимания и для него грань между злом и добром становится невидимой. И незаметно для себя он превращается в дьявола.

Вольпин приподнялся на локте и заглянул в лицо жены.

- Ты думаешь, что все так и происходит?

- Мне так кажется. Обычно человек не замечает, как происходят в нем такие перемены, все это вызревает постепенно, он переходит границу не сразу, а шаг за шагом. И часто ему кажется, что он в любую минуту может повернуть назад, вернуться на исходные рубежи. Но это не так, нельзя безнаказанно идти в одном направлении и полагать, что идешь совсем в другом. Так в жизни не бывает. Никогда нельзя вернутся в то место, откуда уже ушел. Это иллюзия, которой подвержены очень многие. И она-то их и подводит.

- Откуда у тебя появились такие мысли? - вдруг взволнованно спросил Вольпин .

- Честно говоря, не знаю, - немного растерянно ответила Анжелика. - Раньше я не задумывалась над всем этим. Но, наверное, эти мысли во мне зрели. А, может быть, мне подсказал их Господь, ты же сказал, что он, возможно, сейчас за нашей спиной. Вот и шепчет их мне. Но у меня такое ощущение, что ты чем-то взволнован.

Но Анжелика тщетно ждала ответа, муж молчал.

- Пойдем домой, завтра я хочу тебя свозить в одно замечательное место, - проговорил он.

- Надеюсь, нам не придется снова лазить по горам.

- Не беспокойся, мы поедем туда на машине, это находится на противоположном конце острова. Идти пешком туда пришлось бы почти целый день.

- Хотя бы это радует, - засмеялась Анжелика и обняла мужа. И все же тревога полностью не ушла, она затаилась в каких-то отдаленных уголках подсознания.

Забраться на гору отдохнувшему, получившему от ночного купания мощный заряд энергии телу, оказалось не так уж и сложно. И дорога на этот раз показалось не слишком уж длинной, а подъем не такой крутой. Анжелика, в какой уже раз за совместную с ним жизнь, мысленно поблагодарила муж за преподанный урок. Сколько раз она убеждалась, что преграда, которая при первом на нее взгляде представляется непреодолимой, в дальнейшем оказывается не такой уж и трудно. Он много раз убеждал ее в необходимости именно такого подхода к любой проблеме, но Анжелике было не так то просто принять такой взгляд на вещи. Сколько раз она приходила в отчаяние от масштабности той задачи , которую ей предстояло решить. И лишь глубоко погрузившись в новое дело, убеждалась, что оно вполне ей по силам. Надо лишь только как следует напрячься, забыть о жалости к себе.

Утром, после простого или, как окрестила его Анжелика "крестьянского" завтрака, они спустились в деревню. Здесь к ее удивлению оказался пункт проката автомобилей. Правда, все машины были очень старые, некоторые модели вполне могли бы претендовать на место в музее. Они выбрали машину поновей, зато у нее был очень помятый вид. Было видно, что она имеет богатую и бурную биографию попаданию в аварии, о чем наглядно свидетельствовали многочисленные вмятины и царапины практически на всех ее частых. .

Анжелика даже было страшновато садится в нее, она почти не сомневалась в том, что вряд ли эту рухлядь можно завести. Но к ее удивлению "рухлядь" легко тронулась с места и покатила по дороге, словно королева, оставляя за собой длинные шлейфы пыли.

Дорога несколько раз разветвлялась, но Вольпин уверенно продолжал ехать в нужном направлении. Значит, он уже путешествовал по этому маршруту, поняла Анжелика.

- Ты там уже был? - спросила она, дабы проверить свою догадку.

- Был, - коротко ответил он.

Вольпин был необычно сосредоточен, словно бы они ехали не на экскурсию, а на важную встречу. И это удивляло ее, она не понимала истоки такого его настроения. Так все замечательно, такие яркие вокруг краски, им так хорошо вдвоем, а на лице мужа вместо радости чуть ли не угрюмость. Но Анжелика решила ни о чем его не допытывать, а терпеливо ждать развития событий. Она знала: если муж так себя ведет, значит, на то есть какие-то веские основания. Он никогда ничего не делает просто по настроению, его поведение всегда жестко обосновано.

На место они прибыли часа через два. Они выехали утром, когда было еще не так жарко. Сейчас же зной буквально все выжигал вокруг, и у Анжелики от этого пекла даже немного кружилась голова. Все же она дитя Севера и не привыкла к такой температуре, к такому ослепительному солнцу, к такому почти неправдоподобному контрасту ярких красок.

Они вышли из машины.

- Дальше немного придется пройти пешком. Но это не далеко, - пояснил муж.

Они прошли с полкилометра. Анжелика начала немного уставать, Не из-за ходьбы, а из-за жары.

- Вот это место, - вдруг объявил Волин.

Анжелика стала озираться вокруг, но ничего необычного вокруг не увидела. Рядом лежали какие-то камни, обломки колон. Судя по всему, они находились на месте древнего сооружения, но по тому, что осталось от него, судить о том, что возвышалось когда-то на этом месте, было абсолютно невозможным.

- Что это? - спросила она.

- Один из самых известных храмов Древней Греции, храм богини Афродиты. Ему почти три тысячи лет.

- Это заметно, - сказала Анжелика, обводя глазами окрестности.

- Ты не понимаешь. - вдруг даже немного сердито проговорил Волин, - это же твой храм. Ты та самая Афродита.

- У меня в роду нет греческих корней.

- Это неважно. Но эта твоя богиня. Ты так же прекрасна, как и она. Когда ты приехала сюда, я тебя даже в первое мгновение не узнал.

- Разве я так изменилась?

- Ты не изменилась, ты вошла в самую сердцевину своей красоты. Никогда ты еще не была столь прекрасна. Я тебя специально привез сюда, в храм богини красоты и любви. Наша любовь - это тоже храм, только не рукотворный. Вчера я вдруг остро, до боли осознал, как же глубоко, как сильно тебя люблю. Это случилось в первое же мгновение, едва я тебя увидел. Но все это время я поднимался на высоту своей любви. Она была вверху, а я - внизу, она парила в поднебесье, а я ползал, словно червь, по земле. Но благодаря этой великой любви я начал постепенно подниматься. Это было возвышение над самим собой. Только такая любовь, которая приводит к подобному итогу, и есть настоящая, . Только ради нее стоит отдать все. Даже может быть и жизнь. Потому что она дороже жизни без любви.

Анжелика вдруг испытала сильное волнение. Но оно было вызвано не только словами мужа, но и тем, что он вообще их произносил. До сих пор из его уст ничего подобного она не слышала. Более того, он был всегда сдержан в выражении своих чувств. Она знала характерную его черту: он глубоко чувствовал, но старался особенно не демонстрировать свои переживания, не навязывать их окружающим, даже ей - самому близкому ему человеку. И то, что он сейчас вдруг заговорил об очень сокровенном, радовало ее, но одновременно и вызывало тревогу. Если его прорвало, это произошло не случайно, И уж без всякого сомнения это случилось не под влиянием осмотра развалин древнего храма богини любви.

- Я тоже тебя очень люблю, не представляю, как бы сложилась моя жизнь, не встреть я тебя. Мне кажется, ничего бы хорошего в ней не случилось бы.

- Наша встреча не случайна, она предначерчена свыше, - очень серьезно произнес Вольпин .

- Может быть, и так, но какая по большому счету для нас разница. Для нас важно только то, что мы встретились.

Он посмотрел на нее долгим взглядом.

- У людей и богов разные жизни, - задумчиво произнес он, - но иногда их что-то соединяет вместе. Наша жизнь соединена с Афродитой. Я хочу, чтобы мы дали бы клятву, клятву Афродиты. Ты согласна?

- Согласна. Но что за клятва?

- Клятва, что мы никогда, ни при каких обстоятельствах не усомнимся, ни предадим свою любовь, что для нас она высшая и по сути дела единственная ценность.

- А наши дети? - быстро спросила Анжелика.

- Они являются частью нашей любви.

- Клянусь в храме прекрасной Афродиты и ее именем беречь всеми своими силами самую главную ценность в моей жизни - мою любовь к тебе.

- Я тоже в этом клянусь, - присоединил к клятве жены свою клятву Вольпин .

Анжелика смотрела на мужа, ожидая от него объяснения, зачем ему понадобилось все это действо. Но он молчал, лишь задумчиво смотрел на развалины.

- Поедем назад, - вдруг сказал он. - Все главное уже произошло.

Анжелика не знала, что все-таки произошло, но она почти не сомневалась: что-то произошло действительно очень важное. Она слишком хорошо знала мужа, знала, что он никогда ничего не делает без серьезных на то оснований. И если он вдруг заговорил столь непривычным для него языком, если взял с нее эту клятву, это не спроста.

Они ехали назад по той же дороге, их окружал тот же самый пейзаж, вокруг сияли те же самые краски. Но она ощущала, как что-то неумолимо изменилось вокруг, словно померк сияющий вокруг свет. Какая-то тяжесть откуда-то сверху навалилась на нее и давила на плечи. Она пыталась расслабиться, но невидимый груз не отпускал ее, мешая наслаждаться таким прекрасным миром. Но при этом она не собиралась ни о чем расспрашивать мужа; за годы их совместной жизни он ее приучил к тому, что если он чего-то ей не говорит, следовательно, еще не пришло время. Но как только оно наступит, она непременно все узнает. Так бывало неоднократно за эти пять лет. И она была уверенна, что так случится и на этот раз. Надо только набраться терпения и подождать.

Иногда ей казалось, что муж уже готов поделиться с ней своими проблемами. В его глазах внезапно появлялось странное выражение. Если бы она хорошо его не знала, то посчитала, что он бессловесно просит ее о помощи. Но такого просто не могло случиться по определению, ей был отлично известен его неукоснительный принцип: каждый должен делиться с другим, особенно с близким человеком, только своим счастьем, а несчастье, неприятности носить при себе, справляться с ними самостоятельно.


## Глава 2


Анжилика не слышала звонка, так как была на улице. Она вошла в комнату и невольно остановилась: муж разговаривал по телефону. Однако его удивил не сам этот факт, а то, каким тоном он это делал. За все пять лет совместной жизни она ни разу не слышала, чтобы он на кого-то повысил голос. Сейчас же он почти кричал:

- Вы не можете это сделать, вы обязаны обо всем отчитаться. То, что вы хотите совершить, незаконно. И я это вам не позволю.

Он стоял спиной к жене и не замечал ее присутствия.

Выслушав ответ, он снова закричал в трубку:

- Вы понимаете, чем это пахнет? Я никогда не давал своего согласия на такие действия. Вы обманули мое доверие!

Вольпин замолчал, выслушивая ответ.

- Я вас предупреждаю, это плохо все кончится.

Он положил трубку в карман, повернулся и заметил жену. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

- Игорь, что происходит?

Тот молчал, словно не слыша вопроса. Но она знала, что он его отлично слышал.

- Я должен вернуться в Москву, - сказал он.

- Возвращайся, - пожала она плечами и направилась к выходу из дома.

- Подожди, - догнал его голос в самых дверях.

Она остановилась и обернулась. Такого выражения лица Анжелика у него еще не видела. Оно было одновременно виноватым, печальным и сердитым. У нее вдруг защемило сердце. За годы их супружества она испытывала к мужу самые разные чувства: любовь, восхищение, зависть, восторг, смущение. Но ни разу - жалость. И сейчас впервые Анжелика почувствовала, как прокладывает она дорогу к ее сердцу.

- Что-то случилось? - участливо спросила она.

Несколько мгновений он молчал.

- Я тебе давно хотел обо всем рассказать, но всякий раз меня что-то останавливало. Может быть, я опасался, что лишусь в твоих глазах ореола непогрешимости. Я же знаю, что ты считаешь меня таковым.

- Но так оно и есть! - горячо воскликнула молодая женщина.

Вольпин грустно улыбнулся и покачал головой.

- Если хорошо покопаться, то даже римский папа вряд ли сохранит этот статус. А уж что говорить о нас грешных.

- Так что же все-таки случилось? - нетерпеливо спросила Анжелика.

Муж задумчиво посмотрел на нее.

- Давай спустимся к морю, там мне будет легче тебе все рассказать.

Они молча спустились в долину и направились к морю. На пляже не было никого. Вольпин сел на большой валун, Анжелика пристроилась в его ногах.

- Все началось немногим более года назад, когда мне позвонил Юрий Шаклеин.

- Шаклеин, - наморщила лоб Анжелика. - никогда не слышала от тебя эту фамилию.

- Это не удивительно. Мы с ним учились на одном курсе в Финансовой Академии. Не могу сказать, что были большими друзьями, скорей даже наоборот, он мне никогда особенно не нравился. И после учебы мы ни разу не пересекались, даже по телефонным проводам. Поэтому я был сильно удивлен его звонку.

- И что же он хотел от тебя?

- Сперва, он стал расспрашивать о моей жизни. Удивительно было в нашем разговоре другое; как оказалось, он очень даже неплохо был информирован о моих делах, включая личных. Он поздравил меня с тем, что у меня жена необыкновенная красавица. Оказывается, ему было хорошо известно о твоем существовании.

- Откуда?

- Этого я до сих пор не знаю, хотя предположить источник информации в свете последующих событий не так уж и сложно. После положенных в таком случае формальностей он приступил к деловой части беседы. Шаклеин сообщил мне, что недавно назначен на должность заместителя министра внутренних дел. Он курирует в министерстве борьббу с финансовыми преступлениями. Я был, честно говоря, удивлен таким его возвышением, хотя еще в Академии он проявлял завидное упорство в достижении своих целей. Но затем он удивил меня еще больше, он объяснил, что по его рекомендации в моем банке хочет открыть счет некий инвестиционный фонд: "Капитал плюс". На мой вопрос: почему именно в моем банке, последовал ответ: мой банк известен своей надежностью и честностью. Не скрою, что подобная оценка со стороны столь высокопоставленного лица была весьма приятна. Я задал ему по поводу фонда ряд дежурных вопросов и получил ряд дежурных ответов.

Честно говоря, мне не все понравилось во время этой беседы, точнее, меня насторожили некоторые его интонации. Они придавали его словам какую-то двусмысленность. Причем, у меня создалось впечатление, что это происходило вопреки его желанию. Он просто не контролировал полностью свой голос. А ты знаешь, как я щепетилен в подобных делах.

- Лучше чем кто-либо, - вставила Анжелика.

- В других условиях, руководствуясь интуицией, не исключено, что я бы отказался от столь лестного предложения. Но ты помнишь, какая ситуация сложилась в банке в тот период. Нам не вернули несколько достаточно крупных кредитов, а наши инвестиции в ценные бумаги из-за падения рынка оказались не столь доходными. Чтобы поддержать ликвидность, нужды были новые финансовые вливания. И предложение Шаклеина оказалось более чем кстати. И я дал согласие. И буквально на следующий день пришел президент этого фонда и открыл счет, положив в наш банк солидную сумму. Как тут быть не довольным, - усмехнулся Волин.

- Но пока я не понимаю, что ужасного в этой истории, - заметила Анжелика.

- Ужасное в ней, к большому сожалению, все. Сначала, в самом деле, все шло вроде бы нормально, деньги на счет приходили, деньги со счета уходили. Но ты знаешь, как сейчас щепетильно относятся к проблеме отмывания капитала. Помнишь, как нас строго проверяло соответствующее ведомство?

- Но они ничего же не обнаружили.

- Они ничего не обнаружили, а вот я кое-что обнаружил. Перед тем, как должна была состояться та самая проверка, я решил проверить некоторые счета. В том числе и этого фонда "Капитал плюс". И что-то мне почти сразу же не понравилось. Я опытный банкир, у меня сильно развита интуиция. И вот она мне настойчиво подсказывала, что дело тут нечистое. Уж больно часто большие суммы приходили и уходили. В том числе и за границу. Такой активный и богатый фонд должен был греметь по стране, реализовывать какие-то крупные проекты. Иначе на что же расходуются деньги. Но ничего подобного я не слышал. Я даже залез в Интернет, чтобы попробовать найти информацию. И знаешь, что я там нашел?

- Там не было ни одного упоминания об этом фонде, - предположила Анжелика.

- Умница. Именно ни одного. Как будто бы он не существовал, хотя счет шел на десятки миллионов долларов. И я не мог не задать себе закономерный вопрос: откуда приходят эти деньги и куда они уходят, словно привидения, не оставляя при этом никаких следов?

- И что ты предпринял?

- Расследование. Есть такое частное сыскное бюро, о котором почти никто не знает, потому что сильно законспирировано, так как работает только с очень солидными клиентами. Они занимаются как раз выяснением происхождением подозрительных денег. Разумеется, речь идет только о крупных и сверхкрупных суммах. О нем мне под большим секретом рассказал один мой клиент. Я ему помог выпутаться из одной неприятной истории, в которую он угодил по глупости, связавшись с сомнительными дельцами. Вот туда я и обратился. Расследование заняло целый год и стоило мне кучу денег. Зато я узнал много интересного, хотя далеко не все. Но, что мне стало известно, повергло меня просто в шок.

- Что же ты узнал? - нетерпеливо спросила Анжелика.

Вольпин молчал, он сидел неподвижно, словно статуя, и смотрел на море.

- Я все думал: говорить тебе или не говорить? И долго ничего не мог решить. И сейчас не знаю, должен ли я это посвящать тебя в эту историю. Тот, кто владеет информацией об этом деле, подвергает себя большой опасности. Именно это обстоятельство останавливало меня все это время.

- Но я уже многое знаю, бессмысленно что-то еще скрывать от меня. И я твоя жена, я хочу разделить с тобой не только счастливые минуты, но и все опасности.

Вольпин посмотрел на Анжелику.

- Пока ты еще не знаешь самого главного, а, следовательно, тебе ничего не грозит. Но как только тебе станет известно то, что известно мне, это будет означать, что ты перешла эту грань.

- Хочешь ты того или нет, но я все равно перейду эту грань! - решительно произнесла Анжелика.

Он вздохнул.

- Я почти всегда был уверен в собственных поступках, а вот сейчас едва ли не впервые испытываю огромные сомнения. Ведь у нас есть еще и дети.

- Дети тут ни при чем. Неужели мы не сумеем их защитить.

- Только в том случае, если сумеем защитить себя.

- Я прошу тебя, - взмолилась она, - я должна знать все.

- Да, ты, наверное, права, - безрадостно проговорил Волин. - Хорошо, пусть будет по-твоему. Так что же установил я благодаря собственному расследованию и расследованию сыскного бюро? Свести эти два материала оказалось на удивление не сложно, так как они почти идеально дополняли друг друга. Шаклеин является казначеем влиятельных коррупционных кругов в высших эшелонах власти. Те деньги, которые поступают в этом самый фонд, это отчисления за различные услуги очень высокопоставленным должностным лицам. А уже оттуда они переводятся на индивидуальные счета этих лиц в самых разных странах.

- Но за что именно платят этим людям деньги?

- Да за все, что угодно, - подал плечами Вольпин. - Если помнишь, в прошлом году много говорилось о повышении экспортных пошлин на нефть. Правительство приняло решение, а премьер все его не подписывал. В прессе сильно удивлялись по поводу такой медлительности.

- Я действительно помню эту историю. И я тоже удивлялась. Ведь за каждый день промедления бюджет терял большие суммы.

- А на самом деле все было предельно просто, как ты сказала, каждый день промедления приносил нашим нефтяным баронам десятки миллионов дополнительной прибыли. Ровно через месяц после того, как премьер все же подписал документ, в фонд поступила весьма крупная сумма. Удалось проследить ее происхождение, она была перечислена, разумеется, через подставные фирмы, одной из самых крупных наших нефтяных компаний. Затем эти деньги через какое-то время ушли в один из иностранных банков. И таких историй хоть отбавляй.

- Это все?

- Если бы. Все обстоит еще гораздо хуже. Дело в том, что, как я подозреваю, Шаклеина на каком-то этапе стала не удовлетворять его роль, и он решил сделаться настоящим серым кардиналом всего государства, поставить под свой контроль очень большие финансовые потоки. По имеющейся у меня информации, ему удалось выйти на определенные преступные круги и каким-то образом взять под свою опеку так же и значительную часть их финансовых поступлений. По моим предположениям, это знаменательное событие случилось примерно полгода назад. Именно тогда обороты фонда существенно возросли. Судя по всему, речь идет о наркомафии. И когда я понял, что за деньги проходят через мой банк, крышей для каких грязных дел он превратился, я потребовал от Шаклеина прекратить все операции. Он стал одновременно все отрицать и уговаривать меня не поднимать шумихи. Видела бы ты его в этот момент, это было удивительное зрелище, этот разговор я не забуду никогда. Одним предложением он подтверждал мои предположения, а следующим - все начисто отвергал.

- Но, почему бы не заявить, куда следует о том, что происходит?

- Это, значит, подписать себе смертный приговор. Или ты полагаешь, что от спецслужб никто в этом деле не участвует? Я точно знаю, что они действуют под их крышей. Пока я молчу, я в относительной безопасности. Но терпеть все это на своей территории я не намерен. Я всегда занимался честным бизнесом, даже тогда, когда все занимались бесчестным.

- Но что ты намерен делать? С кем ты говорил по телефону?

- С Шаклеиным. Он не хочет уходить из моего банка, так как он пользуется хорошей репутацией. И неожиданный уход из него привлечет внимание к этому фонду. И на Западе, и у нас. А он этого боится пуще всего. Но я все равно его заставлю это сделать. Причем, немедленно. Я надеялся, что он сам так поступит, потому я и уехал в надежде, что это случится. Но теперь я понял, что он просто так на это не пойдет. И у меня нет иного выхода, кроме как заставить его.

- А если он все ж не согласится? - предположила Анжелика.

- Не знаю, но я найду способ его принудить. Для этого завтра и лечу.

- Но это очень опасно, я поеду с тобой!

- Нет, ты пока останешься здесь, сейчас не время нам вместе появляться в Москве. И, кроме того, не так это и опасно. Дело в том, что я обладаю информацией, которая способна меня защитить. А суть ее в том, что директор фонда с недавних пор затеял свою игру. И стал незаметно переводить часть денег на какие-то другие счета. Я полагаю, что это созданные им подставные фирмы. Я это обнаружил и попытался проследить за перемещением денег. Но оказалось, что это сделать совсем не просто, они все время перемещаются с одного счета на другой. Так что я потерял их следы. А суммы не такие уж и маленькие. И все же мне удалось многое узнать об его махинациях. И сейчас я один обладаю знанием того, что происходит в этом так называемом инвестиционном фонде. Без меня моего старому приятелю и тем, кто стоит за ним, практически невозможно выяснить, куда утекают средства. А ведь ему надо отчитываться за них перед своими хозяевами. И совсем скоро они обнаружит недостачу. Я сообщу ему о несанкционированных переводах, но больше говорить ничего не стану. Чтобы все разузнать, они будут вынуждены меня оберегать. Информация многих губит, но она же и защищает. Все зависит от того, как ею воспользоваться. В данном случае сработает второй вариант.

- Ты затеял опасную игру, - с сомнением произнесла Анжелика.

- У меня нет выбора, Я сам втянул себя в нее. Всю жизнь я старался не принимать решения под воздействием жадности, корысти, злости, ненависти, так как отлично понимал, что они никогда не будут верными и приведут только к неприятностям. И вот один раз я не устоял. И получил за это сполна. Теперь мой долг исправить положение. Не беспокойся, я выкручусь.

- И все же я поеду с тобой. Вдвоем нам будет легче.

- Нет, - твердо проговорил Волин, - я не собираюсь подвергать тебя риску. И, пожалуйста, не спорь, это решено.

Анжелика молчала, она знала, что, когда он так говорит, ничто не изменит его решения.

Неожиданно он накрыл своей ладонью его ладонь.

- Я уверен, что все будет хорошо. Но на всякий случай я принял кое-какие меры предосторожности. - Из кармана Вольпин достал два очень маленьких аппарата. - Это телефоны, они настроены на одну волну. Нажимаешь вот на эту единственную кнопочку и соединяешься. Возьми одни из них и все время держи его при себе. Кто знает, может пригодиться. И еще, я для тебя составил папку документов. Она здесь, в моих вещах. Ты найдешь в ней много интересного. Тебе придется самой решать, как распорядиться всем этим богатством. И еще, я подготовил приказ: в случае если я не сумею по каким-то причинам исполнять обязанности президента банка, то им становишься ты.

- Ты с ума сошел, я не справлюсь!

- Справишься. Если бы я не был бы в этом уверен, никогда бы не издал такой приказ. Я так же подготовил завещание, по которому ты наследуешь весь пакет акций нашего банка. И еще я сделал одну вещь. Я понимаю, что ты этм моим поступком будешь недовольна, но, поверь, это необходимо, это ради безопасности наших детей. Вчера я позвонил нашей гувернатке и велел ей немедленно купить путевку на Кипр на месяц. Она мне сообщила, что они вылетают туда завтра. И прошу тебя, пока им не звони, Ипо звонку легко вычислить изх местонахождение. Я прекрасно сознаю, что тебе будет тяжело не знать, как дела у наших детей. Но это необходимо. Подчас приходится идти и не на такие жертвы. У нас надежная гувернантка, она сделает все, как нужно. И давай больше не будем говорить на эти темы, у нас остался последний день. Надо его провести так, чтобы он запомнился бы на всю долгую жизнь. Твою и мою.

Этот день действительно надолго остался в их памяти. Они, словно предчувствуя долгую разлуку, не расставались ни на секунду. Занимались любовью, купались, беззаботно, как будто ничего не произошло, пеклись на жарком солнце. Хотя они ни о чем не договаривались, но больше о том, что заставляло их разлучится, не обмолвились ни словом. Оба понимали: каждый из них принял свое решение и ничего уже не изменить. Им придется пройти через те испытания, которые выбрала для них судьба.

Хотя они легли поздно, но встали рано утром, когда бледно-желтый краешек солнца только-только поднялся над морем. Даже Анна еще спала. Выпили кофе, затем спустились вниз, У пирса их ждал маленький катер местного рыбака, который подрядился доставить их на материк.

В аэропорт они прибыли к полудню. Уже шла регистрацию билетов на рейс в Москву. Вольпин встал в очередь, она - рядом с ним.

Анжелика мысленно умоляла, правда сама не зная кого, чтобы очередь шла бы как можно медленней. А еще лучше, чтобы муж не успел бы зарегистрироваться на рейс, и самолет улетел бы без него. Но очередь, словно бы ей на зло, продвигалась весьма быстро, и уже через минут пятнадцать Вольпин оказался рядом со стойкой.

- Я полечу с тобой, - вдруг заявила Анжелика.

Вместо ответа он нежно поцеловал ее в лоб.

- Будь умница, - прошептал Волин, - помни обо всем, чего я тебя учил все эти годы. Помни о клятве Афродиты. Не дай себя победить.

Анжелика хорошо знала эти слова, это был любимый девиз мужа. Как-то он не то всерьез, не то не шутя заметил: если бы у него имелся дворянский герб, он бы начертал эти слова на нем.

Вопреки желанию, у Анжелики выступили на глазах слезы. Муж нежно смахнул мокрые бусинки с ее ресниц и поцеловал ее в мокрые глаза. Настала его очередь предъявлять документы.

Анжелика смотрела за тем, как уходит все дальше от нее муж. Он шел неторопливой, но уверенной походкой, словно там, по прибытию его не поджидала смертельная опасность. Около двери он задержался, повернулся, посмотрел на жену и помахал ей рукой. Она стремительно помахала в ответ. Затем он скрылся в накопителе.

У Анжелики было такое ощущение, словно она только что потеряла нечто такое важное, без чего невозможно дальше жить. Ей хотелось сеть прямо на грязный пол, и зареветь белугой. Мысли так сильно путались, что она не могла понять, что ей делать дальше.

Она простояла на одном месте не менее полчаса. Внезапно до ее слуха донеслось объявление диктора. Он извещал о том, что только что взлетел рейс на Москву. Больше ждать было нечего, Игорь отправился один, без нее на встречу судьбе.


## Глава 3


Анжелика вернулась на остров поздно вечером. И пока она находилась в пути, в ее памяти сами собой возникали картины их совместного прошлого.


Это случилось вскоре после свадьбы. Они были приглашены на одну вечеринку, или, как было написано в приглашение, на раут. Кроме финнасовых тузов в небольшом помещении элитного клуба собрались немало знаменитостей, от спортсменов и политиков до кинозвезд.

Анджелики с самого начало не хотелось туда идти. Ей было так хорошо вдвоем с мужем, что присутствие других людей она воспринимала как помеху своему счастью. А ту целый выводок знаменитостей. Но он решительно сказал ей, что это необходимо.

Вольпин одел смокинг. Она впервые видела его этой униформе светских людей и была поражена тем, как он переменился. Эта одежда очень шла ему, деллая похожим на чопорного английского аристократа. Прямо на ее глазах, за счатанные минуты произошла удивительная метаморфоза, перед ней стоял какой-то другой мужчина, принадлежащий совсем иного миру. И она поймала себя на том, что не знает его. И ее нежелание отправлятсь на этот раут только усилилась.

Всю дорогу в машине они практически молчали. Вернее, муж пытался завести разговор, но жена отвечала столь односложно, что он вскоре тоже замолк. Это было непривычно, обычно их беседа, словно река, текла непрерывавно и естественно.

Их пара сразу же привлекла внимание, так как была едва ли не самой красивой в этом изысканном обществе. Его мужская половина почти сразу же окружил Анжелику, она же с трудом находила в себе силы казаться любезной, так как следила за мужем. А он явно не скучал. Его внимание привлекла очень популярная и очень красивая актриса, снявшая в нескольких нашумевших сериалов. И, судя по ее оживленному лицу, она отнюдь не скучала в его кампании.

Впрочем, последний факт нисколько не удивлял Анжелику. Чего чего, а нравиться прекрасному полу ее муж умел. Их беседа настолько увлекла обоих, что они забыли об окружающих. Глаза кинодивы сияли, как миниюпитеры. Это Анжелике было заметно даже на расстоянии.

Она чувствовала, что еще немного и с ней случится истерика. Еще ни разу в жизни она не испытываола таких жутких мук ревности. За все время разговора с актрисой муж ни разу даже не посмотрел в ее сторону. По крайней мере, на этот промежуток времени она перестали существовать для него.

В таком случае, она уйдет от мужа, вдруг с холодной решимостью подумала Анжелика. Если такое происходит менее чем через месяц после свадьбы, что будет, когда они проживут полгода, год? Какой смысл ждать, когда это все случится и придется пройти через унижения и злость. Лучше прервать все в самом начале. Она уйдет без скандала, с гордо поднятой головой, не унижая друг друга постыдными сценами взаимных упреков и нудных разбирательств. Да, они ошиблись, вот и исправят ошибку.

Анжелика едва дождалась, когда завершится этот опротивившей ей раут. И едва они оказались в машине, Анжелика тут же сообщила ему о своем решении.

Вольпин оторопело посмотрел на нее, затем по очередно на его лице сначала мелькнуло улыбка, затем ее место заняло хмурое выражение.

Чтобы не мешать разговору, он даже остановил автомобиль.

"Запомни, пожалуйста, Анжелика, - внешне спокойно прлизнес он, - мне действительно было приятно беседовать с этой дамой. Она, как ты успела заметить, красива, и весьма не глупа. Мы говорили о современном кино. Я не большой знаток этого жанра и мне было интересно услышать много любопытного. Между прочимя, она предложила мне профинансировать один фильм".

"И ты согласился", - с сарказмом произнесла Анжелика.

"Ты отлично знаешь, что я никогда не кидаюсь в финансовые авантюры. Но сейчас я хочу сказать о другом. Я женился на тебе не для того, чтобы тебя обманывать. Я всегда знал, что заключю брак только по любви. И когда я понял, что она пришла, так я и сделал. И счастилв и безмерно благодарен тебе, что встретил с твоей стороны ответное чувство. И я не позволю его испортить низкими подозрениями, обманом. Мне это просто не нужно. Я достаточно богат и нзависим, дабы не унижать себя ложью. И если однажды я встречу женщин, котоаря затмит в моем сердце твой образ, то не стану от тебя этого скрывать. Но и потакать твоим представлениям о семейной жизни тоже не собираюсь. Супружество имеет смысл только тогда, когда муж и жена становятся в нем еще более свободными, чем до него. Тот, кто считает брак цепями, пусть даже золотыми, не достоин того, чтобы быть счастливым. А я хочу в равной степени, чтобы мы были бы в нем счастливыми. И в горе и в радости. Потому что если счастье заканчивается вместе с приходом неприятностей, это не счастье, а эгоизм, когда один использует другого. Ты поняла меня?"

"Да. - Анжелика вдруг ощутила невероятный стыд. Какая же она все-таки идиотка. Такую еще в мире еще надо поискать. Она вдруг прижалась головой к его груди. Муж гладил ее волосы и не тороплися возобновлять движение. Он словно бы понимал, что сейчас внутри нее происходит нечто такое, чему не следует мешать".

То был первый урок в супружеской жизни.


Она вошла в дом и застыла посреди комнаты, как потерянная. Вокруг лежали в спешке разбросанные вещи, она машинально подняла тенниску мужа и прижала к груди. Ее снова стали душить слезы.

Внезапно она почувствовала, что не одна в помещении. Она повернулась и увидела Анну. Ее глаза сочувственно смотрели на молодую женщину. Разумеется, она не знала о подлинных причинах отъезда ее постояльца, но интуитивно чувствовала, что он был вызван плохими обстоятельствами.

Как ни странно, но сочувствие этой чужой женщины немного встряхнули Анжелику. Чтобы бы не случилось, как бы не развивались дальнейшие события, она не имеет право на подавленность, растерянность, бездействие.

Анжелика улыбнулась Анне и сказала, что хочет есть. Только сейчас она вспомнила, что целый день ничего не кушала. И почувствовала, как мгновенно разгорелся аппетит.

Она с удовольствием съела ужин. Затем направилась в спальню. Она провела рукой по кровати, вернее, по тому месту, где прошлой ночью лежал муж. Эту же ночь ей придется провести в одиночестве. Впрочем, пока она ложиться не собиралась.

Она достала папку, которая лежала в том самом месте, на которое указал муж. Села за стол, зажгла керосиновую настольную лампу и погрузилась в изучение.

Папка была весьма толстой и заполнена большим количеством разнообразных бумаг. Большинство из них были выписками из счетов, фиксирующие приход и расход. Муж был прав, речь действительно шла о больших суммах, дающих наглядное представление о масштабах коррупции верхов. Но были в папке и другие документы, которые вызвали у нее гораздо больший интерес. Особенно ее заинтересовала одна справка. В ней говорилось о том, что значительная часть переводимых за границу средств проходит через расположенный в Лондоне банк "Чейз Интернейшн", который принадлежит некому английскому банкиру Оливеру Кроули. Здесь была приложена его фотография: средних лет, красивый мужчина, с внешностью английского лорда.

Анжелика не могла дать себе отчет, почему эта информация вызвала у нее такой интерес. В конце концов, этот мистер Кроули может ничего и не знать о происхождение денег. Тем более, судя по всему, его банк это не более чем промежуточная станция на долгом пути денег из России в другие страны. И где конец цепочки неизвестно.

Она разложила перед собой новую стопку бумаг. На этот раз в них речь шла о наркоденьгах, откуда они выходят, куда и через кого направляются. Она даже не представляла, какую большую работу проделал Игорь, разматывая весь этот запутанный криминальный клубок.

На самом дне папки Анжелика обнаружила небольшую записку. Она сразу же узнала почерк мужа. Судя по дате, она была написана более месяца назад. Значит, он предвидел уже тогда подобное развитие событий.

"Любимая!

Если ты читаешь эти строки, значит, мы подошли к черте, за которой может случиться все, что угодно. Но главное, ты осталась одна, без меня. Я понимаю, какой тяжелый груз ответственности ложится на твои плечи. Но никто и не обещал, что все будет непременно легко. Жизнь непредсказуема и никому не дано знать своей судьбы. И все же одной тебе справиться с ней будет трудно. На кого ты можешь положиться? Есть такая организация: "Частное финансовое бюро", там работают честные люди. У меня есть договоренность с его руководителем Сабуровым Евгением Федоровичем о том, что он будет сотрудничать с тобой на тех же условиях, что и со мной. Это, конечно, на самый крайний случай, но надо быть готовым ко всему. Никогда не забывай, что мы живет в очень жестоком мире. И надо уметь противопоставить ему свою волю. Я как мог учил готовил тебя к всевозможным испытаниям. Почему-то все эти годы меня не оставляло предчувствие, что они непременно нас посетят. И, кажется, этот час настал. Не дай себя победить. Крепко целую".

Он все предвидел, он всегда все предвидит. Но что из своего предвидения он ей так и не сказал?

Уже начинался рассвет, когда Анжелика сложила все документы в папку и спрятала ее в своем чемодане. За эти часы ночного бдения она многое поняла и о многом узнала. Но эти знанию отнюдь не радовали ее, так как она стала ясней представлять, в какой клубок змей угодил ее муж, а, следовательно, и она. Ей стало по-настоящему страшно. До того момента, пока она не ознакомилась с содержанием всех этих бумаг, она верила ему, что из этой истории можно выбраться невредимым. Но сейчас такая уверенность у нее была сильно поколеблена, ею овладели плохие предчувствия.

Совершенно обессиленная, она добралась до кровати и, не раздеваясь, рухнула на нее. Несмотря на владеющую тревогу, она заснула почти сразу.

Разбудил ее телефонный звонок. Несколько секунд она никак не могла понять, что же является его источником. Ее взгляд упал на стол, где лежал ее мобильный телефон. Она вскочила и бросилась к нему.

Чутье ее не обмануло, это действительно был муж.

- Игорь! Ты жив? - Этот вопрос вырвался у нее совершенно непроизвольно, лишь задав его, она поняла, о чем только что спросила.

- Ты полагаешь, я звоню тебе с того света. Ты же знаешь, там нет мобильной связи. Я дома, у нас все в порядке. Если не считать, что кто-то в наше отсутствие произвел в квартире обыск.

- Ты уверен?

- Увы, да.

- А как дети?

- Я их еще не видел, но звонил гувернантке, она уверяет, что все в порядке, никто чужой ими не интересовался. Так что не беспокойся. Сейчас я еду к Шакелину, мы с ним разговаривали полчаса назад, а потом на дачу. Что передать нашему потомству?

- Что я очень скучаю по нему.

- Обязательно передам. Я тебе в следующий раз позвоню уже с даче. Я туда попаду к вечеру. Хочу зайти в одно бюро, о котором ты, наверное, уже знаешь.

- Буду с нетерпением ждать твоего звонка.

- Жди. А в промежутках отдыхай как можно лучше. Я уверен, все будет хорошо. Не исключено, что через пару дней я к тебе присоединюсь. Целую.

- Я - тоже.

Голос Вольпина исчез из эфира. Только что состоявшийся разговор немного успокоил Анжелику. Но только немного. Она почти не сомневалась, что оптимизм мужа связан с желанием избавить ее от напряжения. Может быть, ему бы и удалось это сделать, если бы почти всю прошедшую ночь она не посвятила знакомству с этой папкой. Но в любом случае ей ничего не остается делать, кроме как ждать нового звонка из Москвы. А вдруг, в самом деле, все сложится хорошо, и этот Шаклеин согласится на условия Игоря. И тогда продолжится их чудесный отдых, похожий больше на сказку, чем на быль.

Внешне Анжелика старалась ничем не выдавать своего беспокойства. Она купалась, валялась на пляже, даже позволила себе зайти в деревенскую таверну и выпить там бокал местного вина. В зале расположились с два десятка мужчин. Ее появление вызвало среди них самый настоящий ажиотаж. Греки не сводили с нее глаз, как с чудотворной иконы. Раньше они вели себя скромней. Она догадалась: им известно, что ее муж уехал и, вот теперь они пользуются такой возможностью и нагло пялятся на нее.

Особенно усердствовал высокий, красивый молодой грек. Он, словно завороженный, просто не сводил с нее огненного взора. Анжелика поняла, что совершила оплошность, придя сюда без мужа. Тут свои понятия и на такую женщину смотрят соответственным образом. Допив вино, она поспешно вышла.

Она шла по селению к подножию горы и кожей спины чувствовала на себе взгляд идущего позади молодого грека. Тут, не скрываясь, преследовал ее. И лишь, когда она начала подъем, он отстал от нее.

Поднявшись на солидную высоту, она обернулась. Парень стоял у подножия и пожирал ее глазами. Она невольно ускорила шаги.

Анжелика сидела за столом, перед ней лежал телефон. Он давно должен был зазвонить, но вместо этого молчал. И с каждой секундой таяла надежда, что он подаст голос.

Напротив нее села на стул Анна. Она заговорила с ней. Ее английский был чудовищен, но это нисколько не мешало пониманию двух женщин. Анжелика была благодарна ей за сочувствие, но это не снимало острую тревогу за мужа. Она слишком хорошо знала его пунктуальность и потому не сомневалась: если он не позвонил в назначенное время, значит, на то имелись веские причины. Вернее, одна причина: его лишили этой возможности.

- Я завтра уезжаю, - сообщила Анжелика.

Анна кивнула головой с таким видом, словно бы и не сомневалась в таком решении.

- Вы очень хорошая женщина и мне жаль с вами расставаться, - добавила молодая женщина.

- Что-то случилось с вашим мужем? - спросила Анна.

- Боюсь, что да.

- У вас замечательный муж, я никогда не встречала такого человека,

- Я - тоже.

- Что вы намерены делать?

- Еще не знаю. А сейчас я, наверное, пойду спать. Мне тут было у вас очень хорошо.

Анжелика поцеловала Анну и направились в спальню. Не раздеваясь, она легка прямо на одеяло. Ей почему-то вдруг стало очень тревожно.

Прошло, наверное, не меньше часа, а она никак не могла заснуть. Внезапно за дверью послышался какой-то шум. Анжелика вспомнила, что забыла ее закрыть. Она встала, чтобы исправить оплошность, но было поздно, в комнату ворвался мужчина и бросился на Анжелику.

Он хотел повалить ее на кровать, но она успела в самый последний момент выскользнуть из его крепких объятий. Луна довольно хорошо освещала комнату, и Анжелика узнала в мужчине того самого молодого и наглого грека, который преследовал ее в деревни. Его намерения не вызывали никаких сомнений.

Неудача, как это часто бывает, лишь разожгла его пыл. Он снова кинулся на нее. На этот раз она спокойно ждала его приближения. И как только это случилось, выставила за его спину ногу и силой толкнула грека на нее. Тот упал на спину. Анжелика схватила его руку и перевела на болевой прием.

Огромные и красивые глаза молодого человека полезли из орбит. Он захрипел от боли.

- Уходи, - сказала Анжелика по-русски.

Тот понял ее, поднялся и, низко пустив голову, выбежал из комнаты.

Анжелика грустно вздохнула. Этот эпизод скорей огорчил ее, чем напугал. За пять лет супружества не было ни одной подобной истории. Но едва муж исчез, как в туже ночь ее пытались изнасиловать. Конечно, этот грек ничего не знает ни о ней, ни об Игоре, но в том, что это произошло именно сегодня, заключалась своя печальная символика. Это означает, что в ее жизни начался новый этап.


## Глава 3


Из солнечной Греции Анжелика вернулась в пасмурную прохладную Москву. Дождь то накрапывал, то затихал, чтобы затем, набравшись силы, пролиться уже настоящим ливнем. Но она совершенно не обращала внимания на непогоду. Хотя в сумке лежал зонтик, даже не стала его раскрывать. Ей было просто не до таких мелочей.

На стоянке машин она отыскала свой автомобиль и поехала в город. Когда она ставила его сюда, то была уверена, что назад из аэропорта домой они поедут вместе. Но когда теперь такое случится, если случится вообще, не знает никто.

Хлынувший сплошной стеной дождь заливал ветровое стекло, делая видимость почти нулевой. Но она продолжала мчаться с большой скоростью. В голове пульсировала безумная мысль: если она сейчас попадет в аварию, то все несчастья для нее могут кончиться в один миг.

Внезапно она резко сбросила скорость. Что она делает? Она совсем спятила. Ведь у нее дети. Игорь никогда бы не одобрил не только ее действия, но даже и сами мысли. Да и кто сказал, что муж погиб? Никаких сведений на этот счет она не имеет. И пока не будет убеждена в этом, будет считать его живым.

Анжелика почувствовала, что если кризис и не прошел, но, по крайней мере, миновала его самая острая стадия. И она уже в состоянии размышлять вполне здраво. Теперь она двигалась так медленно, что сзади недовольно гудели ехавшие за ней машины.

Через час Анжелика припарковала автомобиль возле своего дома. Поднялась на лифте, открыла дверь ключом. Зажгла свет. Медленно вступила в квартиру.

Повсюду царила тишина, она обошла все комнаты и помещения. Никого не было. Все вещи стояли точно на своих местах. Муж всегда отличался аккуратностью, никогда не оставлял после себя беспорядка. И сейчас было как обычно. Словно бы он ненадолго отлучился.

Анжелика села в кресло. Неудержимо захотелось заплакать. Она закрыла лицо руками и несколько минут целиком отдалась рыданью.

Но как внезапно она заплакала, так же внезапно плакать прекратила. Откинулась на спинку кресла и, уставясь в потолок, предалась размышлениям.

Никаких сомнений в том, что Игорь исчез. Убили его или похитили, она этого не знает. Но он уверял, что благодаря тому, что ему известны важные вещи о злоумышленниках, они не станут лишать его жизни. Правда, до тех пор, пока он не поделится с ними этой важной информацией. Из этого она и будет исходить до тех пор, пока остается хоть какая-то надежда на благополучный исход.

Но что ей делать в таком случае? Искать мужа. Ничего другого не остается. Ему больше не на кого надеяться, кроме как на нее. И нельзя терять ни минуты, может быть, как раз в это мгновение решается судьба Игоря.

Но с чего начать? Анжелика стала перебирать варианты. Игорь говорил о сыскном бюро и его руководители Сабурове. Он доверял этому человеку, Вот с него она и приступит к поискам.

Анжелика нетерпеливо устремилась к телефону. Еще там, на греческом острове, разбирая документы, она запомнила номер телефона этого человека. Вернее, он как бы сам врезался в память. Скорей всего сработало подсознательное предчувствие, что эта комбинация цифр пригодится в самом скором времени.

Она набрала номер. Только бы этот Сабуров ответил, мысленно просила она провидение.

На том конце провода раздался мужской голос.

- Я хотела бы поговорить с Евгением Федоровичем.

- Я у телефона.

- С вами говорит Анжелика Волина.

- Вы хотели бы меня видеть? - после короткой паузы спросил он.

- Да и немедленно. Дело не терпит отлагательства.

- Я хотел уже ехать домой. Но приезжайте. Адрес знаете?

- Да. Я еду.

Офис сыскного бюро находился в совершенно неприметном, довольно обшарпанном здание, забитым до отказа какими-то маленькими фирмами. Анжелика довольно долго блуждала по длинным коридорам, не в силах отыскать нужные помещения конторы Сабурова. Наконец она остановилась перед нужной ей дверью.

Сабуров оказался мужчиной на излете средних лет. Хотя лицо его вряд ли можно было назвать красивым, но оно привлекало запечатленным на нем умом. Анжелике он понравился сразу.

Они оба внимательно смотрели друг на друга, не скрывая, что находятся в состоянии взаимного изучения.

- Вы, в самом деле, необыкновенно красивы, - сделал свое заключение Сабуров. - Я понимаю вашего мужа.

- Я тоже понимаю, почему он обратился к вам за помощью.

Начальник сыскного бюро улыбнулся, но почти сразу ж стал снова серьезным.

- Рассказывайте, что случилось?

- Игорь исчез.

Сабуров кивнул головой, словно говоря тем самым, что этого и следовало ожидать.

- Когда это случилось?

Анжелика обрисовала всю ситуацию.

- Что вы об этом думаете?

На этот раз Сабуров задумчиво покачал головой.

- Меня это не удивляет. Я предупреждал его, что он находится в опасности.

- И что он вам ответил?

- Что это не он выбрал опасность, а это опасность выбрала его.

- Это очень похоже на него. Как вы думаете, что с ним могло произойти?

Сабуров внимательно посмотрел на молодую женщину.

- Вынужден вам сказать: могло произойти все, что угодно.

- Я должна узнать, что с ним случилось? Это мой долг.

- Вы уверены, что действительно хотите этого.

- Да, - кивнула головой Анжелика. - Это на сегодня единственное, что я хочу.

- И что вы собираетесь делать?

Это был самый трудный вопрос.

- Еще не знаю, но что-нибудь придумаю.

- Это не тот случай, когда надо что-то придумывать. Один неверный шаг и может случиться все, что угодно. Тут следует выверять каждое действие.

- Что же вы тогда посоветуете?

- А могу ли я вам советовать? - ответил вопросом на вопрос Сабуров.

Анжелика поняла его намек.

- Я понимаю сложность и опасность этого дела и готова заключить с вами контракт. Укажите любую сумму. Я подпишу.

Сабуров не смог скрыть удовлетворение таким оборотом дела.

- Мне нравится ваш деловой подход, - одобрил он. - Вы желаете получить от меня совет?

- Очень желаю! - горячо воскликнула молодая женщина.

Сабуров, словно проверяю свои умозаключения, задержал на ней взгляд.

- Вы сказали, что ваш муж сообщил вам, что собирается посетить Шаклеигна?

- Именно так.

- Почему бы вам не пойти по его стопам. Если вы хотите найти Игоря Евгеньевича, вам придется отправиться по его следам. А я со своей стороны попытаюсь разузнать что-нибудь по своим каналам. Не исключаю, что его могли вывезти за границу. Тем более что нити тянутся туда.

- Я понимаю.

- Боюсь, что вы не понимаете до конца, с кем вы столкнетесь в ваших поисках. Это люди, которые не знают жалости. Когда они поймут, что кто-то угрожает их интересам, они не пощадят вашу красоту.

- Как раз это я понимаю.

Сабуров грустно вздохнул.

- Наше бюро занимается разными делами, в том числе достаточно опасными. За это нам и платят деньги. Но не скрою, когда ваш муж впервые переступил порог этого кабинета и поведал о своих проблемах, то первая моя реакция была ни при каких условиях не встревать в эти события. Какие бы деньги за наше участие не предложили. Но у него был настоящий дар убеждения, и я на свое счастье или несчастье дал себя уговорить. Вы должны знать правду, прежде чем начать действовать: я далеко не уверен, что все это кончится добром.

Анжелика пожала плечами.

- У меня нет иного выхода. Я дала клятву Афродиты.

- Какую клятву? - не понял удивленный ее словами Сабуров.

- Это не важно, это касается только меня и мужа. А завтра я поеду к Шаклеину, если он, конечно, согласится меня принять.

- Вас принять он согласится, - заверил ее Сабуров. - Он очень любит красивых женщин. Это его уязвимое место. Попробуйте воспользоваться этим шансом. Но при этом будьте предельно осторожны. Желаю удачи!


## Глава 5


Но на следующее утро, рассудив, она поехала в банк. Хотя сердце требовала, чтобы она сразу же отправилась бы к Шаклеину, ведь именно там обрывается след мужа. Но разум призывал ее начать именно с банка, на данный момент это являлось самым важным для нее делом. Если она не утвердит там свое руководство, она лишится главного - финансовой опоры в поисках мужа. А без нее все это предприятие обречено на неудачу.

Никогда она еще входила в двери банка с такой тяжестью на душе. Ее появление стало для всех полной неожиданностью, так как она должна была находиться в отпуске еще целых десять дней. Но, несмотря на расспросы, Анжелика никому ничего не стала пока объяснять.

Когда она вошла в приемную., секретарше понадобилось несколько мгновений, чтобы справиться со своим изумлением.

- Я вернулась из отпуска, Ангелина Мстиславна. - сообщила Анжелика. - А где Эдуард Петрович?

- Он в кабинете Игоря Евгеньевича, словно оправдываясь, объяснила секретарша.

- Пожалуйста, попросите немедленно зайти его ко мне.

Анжелика прошла в свой кабинет. Внимательно осмотрелась. За время ее отсутствия здесь не только никто ничего не трогал, но даже пыль, кажется, ни разу не протирали. Зато, наверное, в кабинете мужа, который сейчас занял Зернин, это делали по несколько раз на дню.

Она поняла, что ей неприятно, что Зернин поспешил занять кабинета президента банка. Он вполне мог руководить им и из своего. Ладно, посмотрим, как сейчас пройдет их встреча.

После того памятного разговора в ресторане много лет назад, их отношения все прошедшее время были вполне корректны. Зернин вел себя почтительно, но без подобострастия, даже тогда, когда она начала быстро восходить по ступеням служебной лестнице. И уж тем более за весь этот период ни разу не давал повода думать, что испытывает к ней какие-то чувства.

Анжелика отлично знала, что муж высоко ценил профессиональные качества своего первого вице-президента, но близких отношений между ними не было. Ей всегда казалось, что эти два человека - самые настоящие антиподы. Хотя в чем состоит эта антиподность, ей было сформулировать нелегко. То было скорей подсознательное, чем осознанное ощущение.

Зернин быстрой походкой вошел в кабинет. Анжелике показалось, что его лицо отражает беспокойство.

- Анжелика Витальевна, почему вы здесь, у вас же еще целых десять дней законного отпуска. Вы вернулись одни или с Игорем Евгеньевичем?

- Садитесь, Эдуард Петрович, нам надо с вами кое-что обсудить.

Зернин сел и с уже нескрываемым беспокойством посмотрел на молодую женщину.

- Я ничего не понимаю.

- Сейчас все поймете. Дело в том, что Игорь Евгеньевич пропал.

- Как пропал?! -воскликнул Зернин. - Куда же он делся?

- В том-то и дело, если человек пропал, то никто не знает, куда он делся. Он вернулся на день раньше, чем я. А когда я прилетела, то его нигде не нашла.

Зернин задумался, Анжелика же не сводила с него глаз.

- И все же я не совсем понимаю. Может быть, он куда-то срочно уехал?

- Он никуда уезжать не собирался. И уж тем более, не предупредив меня. Но у него имелись опасения, что с ним может что-то такое случится. Вам ничего неизвестно о каких-то угрозах?

- В нашем деле мы все ходим по лезвию ножа. Когда имеешь дело с деньгами, особенно с большими деньгами, у некоторых людей появляется соблазн их каких-то образом отобрать. Но ничего такого в последнее время не происходило. По крайней мере, мне об этом неизвестно. Но послушайте, если Игорь Евгеньевич, как вы утверждаете, исчез, надо же оповестить милицию. Ведь из ваших слов получается, что его похитили, а это самая настоящая уголовщина.

- Да, милицию мы оповестим, - согласилась Анжелика. До этого момента к ней даже не приходила такая простая мысль. По той причине, что она не сомневалась, что милиция мужа не найдет. Это дело им не по зубам. Им могут даже не разрешить его искать. Но формально Зернин прав и придется выполнить необходимый, хотя и бессмысленный ритуал.

- Есть еще один вопрос, который нам надо обсудить. Муж перед отъездом в случае, если с ним что-то случится, поручил мне до его возвращения руководить банком.

Зернин попытался встретить эту новость внешне спокойно, но это ему удавалось с трудом. Он явно не хотел расставаться со своими руководящими полномочиями. Муж не раз ей говорил о том, что Зернин спит и видит себя во главе банка. И она понимала, что ее слова стали для него серьезным ударом.

- Конечно, если это воля Игоря Евгеньевича, - протянул он.

- Вы в этом сомневаетесь? - в упор посмотрела она на него.

Зернин уже овладел своими эмоциями.

- Нет, - спокойно ответил он, - я готов. Когда сдавать вахту?

- Прямо сейчас. Надо позвать Александра, пусть он подготовит приказ.

- Не сомневаюсь, что он с этим делом отлично справиться, - встал Зернин. - Я могу быть свободным, Анжелика Витальевна?

- Ненадолго. Нам надо будет обсудить много дел.

Александр Чистяков ведал в банке кадровыми вопросами. Он появился через несколько минут. Его глаза одновременно сияли радостью и тревогой. Встретившись с ним взглядом, Анжелика невольно опустила голову. Она знала, что все эти годы он продолжал тихо и безответно любить ее. И по этой причине так себя и не сковал семейными узами. Хотя желающих было немало, только она знала нескольких замечательных девушек в банке, которые имели виды на этого статного мужчину. Но никому из них так и не удалось потеснить в его сердце Анжелику.

- Что случилось, Анжелика, почему ты приехала так рано?

- Садись и слушай внимательно. - Она знала, что ему можно доверять, это настоящий преданный друг. - Случилось несчастье, Игоря Евгеньевича похитили.

Однако эта новость не произвела на Александра особенное впечатление. Он лишь хмуро кивнул головой.

- Ты не удивлен?

- Понимаешь, незадолго до отпуска, у меня с Игорем Евгеньевичем был разговор. Он вызвал меня и попросил заготовить приказ, который меня тогда очень удивил. На случай его вынужденного отсутствия исполнение обязанности президента он возложил на тебя.

- Почему же ты тогда мне ничего не сказал об этом?

- Мне было запрещено кому-нибудь говорить о приказе. Ты понимаешь, я не мог...

- Я понимаю. Как он мотивировал этот приказ?

- Никак. То есть, я спросил, что это значит. Он подумал и ответил, что желает предусмотреть все возможное варианты развития событий. И я тогда подумал, что такие вещи просто так не делают. И теперь я так понимаю, что настал момент этот приказ обнародовать.

- Ты правильно понимаешь

Александр несколько секунд молчал.

- А Зернин?

- Я ему уже сказала, что его полномочия переходят ко мне.

- И как он к этому отнесся?

- Спокойно. По крайней мере, внешне.

- Я ему не доверяю. Он спит и видит, чтобы занять кресло твоего мужа.

- Боюсь, ему придется поспать еще некоторое время. Саша, не исключено, что в ближайшее время мне может понадобиться твоя помощь.

- Ты знаешь, я всегда готов. А в чем?

- Еще не знаю. А сейчас прошу тебя, вызови милицию. Надо оповестить официальные органы, что пропал президент банка.

До самого вечера Анжелика отвечала на бесчисленные, по большей части бестолковые вопросы следователей. Она не стала ничего рассказывать ни о последнем разговоре с мужем, ни о содержимом папки. По ее мнению, это могло лишь усугубить его положение.

Вернулась она из прокуратуры совершенно обессиленная и чрезвычайно раздосадованная бесполезно потерянным днем. Она ни на шаг не продвинулась в поисках мужа. И это тогда, когда дорог каждый день, каждый час.

Она неподвижно лежала на кровати и, не отрываясь, смотрела в потолок. Внезапно до ее слуха донеслось тихое позвякивание. Она попыталась понять, откуда оно исходит. Затем рванулась к сумочке, где лежал тот самый телефон, который вручил ей муж.

- Игорь, это ты?! - закричала она.

Слышимость была отвратительной, и все же ей удалось разобрать слова.

- Да, это я.

- Где ты?

- Не знаю, меня содержат в какой-то темной комнате. Но где она находится мне неизвестно. Мне вкололи какой-то препарат, и я долго был без сознания.

- Когда тебя похитили?

- Через полчаса после встречи со Шаклеиным. Я должен...

Но сколько бы она еще не слушала, голос мужа больше не появлялся в телефоне. И все же Анжелика была счастлива, по крайней мере, она теперь точно знает, что Игорь жив. А коли так, ее поиски окажутся не напрасными.

Она быстро разделась, нырнула под одеяло и почти сразу заснула.


## Глава 5


Когда она проснулась, то первой мыслью сбросившего сон сознания стала: "сегодня она непременно встретится со Шаклеиным". Ее охватило боевое настроение, так не терпелось броситься в схватку. Но внезапно ее словно бы поразил удар молнии. А что она ему скажет, какие предъявит обвинения, чем их подтвердит? У нее нет никаких доказательств, никаких аргументов. Он просто посмеется над ней и в лучшем случае выставит вон. Нет, она должна придумать какую-то иную тактику. Атака в лоб только навредит.

Анжелика села в кресло и задумалась. Ее оружием должна стать ее красота, за которой будет скрываться хитрость. Ей следует предложить этому Шаклеину нечто такое, от чего он не сможет отказаться.

Мысль, которая в первые мгновения показалась Анжелике абсурдной, по мере того, как она углублялась в нее, начала постепенно казаться ей не только привлекательной, но и единственно верной. Только это способно заставить Шаклеина выложить свои карты на стол. Если она не станет участником их игры, то ничего не добьется.

Довольная собой, Анжелика даже рассмеялась. Итак, в бой.

В той папки был телефон Шаклеина. Она выписала его на бумажку и стала звонить.

Ей ответил мужской голос.

- Могу я поговорить с Юрием Альбертовичем

- Вы с ним и говорите, дорогая, - довольно засмеялся голос. - А что еще вы хотите?

Ну, и гнусный тип, подумала Анжелика.

- Моя фамилия Вольпина Анжелика Витальевна.

В трубке повисла тишина.

- Очень рад вас слышать. Я весь в внимание.

- Это не телефонный разговор.

- Когда же вы хотите поговорить со мной не по телефону?

- Через час.

- Буду безмерно счастлив принять вас в своем кабинете. Жду. Пропуск вам будет готов.

Впервые Анжелика очутилась в столь высоком учреждении. Ей казалось, что и обстановка здесь должна быть какая-то особенная, не похожая на другие офисы. Но, пока ничего необычного она не замечала. Она шла по длинному, как экватор, коридору, вонзая шпильки своих каблуков в ворс ковровой дорожке. По обе стороны от нее располагались бесчисленное количество дверей с указанием фамилий срывающихся за ними сотрудников.

Пожалуй, единственное, что отличало это заведение от других, так это царящая здесь тишина. Кроме звука своих шагов, других шумов она не слышала.

Анжелика остановилась возле двери с надписью: "Шаклеин Юрий Альбертович". Несколько мгновений она стояла неподвижно, сосредотачиваясь. Она ясно отдавала себе отчет, что как только она войдет в этот кабинет, то сразу же вступит в крайне опасную игру. У нее остается еще пара секунд, чтобы повернуть назад.

Анжелика решительно постучалась. Услышав приглашение войти, с силой потянула ручку двери на себя.

Шаклеин ей не понравился с первого взгляда. Маленький, с тугим, выпирающим из брюк брюшком, с большой залысиной на голове. Лицо тоже не блистало красотой. И только взгляд, пристальный и умный говорил о том, что этот человек совсем не так прост, как кажется при визуальном осмотре.

Шаклеин буквально выскочил из-за стола и устремился на встречу посетительнице.

- Анжелика Витальевна, вы даже не представляете, как я счастлив вас видеть. Мы с вашим мужем много разговаривали о вас.

Это был не правдой, Игорь бы никогда не стал разговаривать о ней с таким типом. Но Анжелика сделала вид, что верит ему. Она широко улыбнулась хозяину кабинета.

Отправляясь на встречу, она многократно прокручивала в голове предстоящий разговор, пытаясь наметить не только свою линию поведения, но и предвосхитить реплики своего будущего собеседника. Она понимала, что не так-то легко вкрасться в доверие этому человеку. И придется использовать весь арсенал имеющих в ее боекомплекте средств.

- И что же он обо мне говорил? - улыбнулась она.

- Он вами восхищался. Он говорил, что красивей вас он никого не встречал. Но я вижу, что действительность гораздо превосходит все, даже самые восторженные описания.

Шаклеин приблизился к Анжелике, поцеловал ей руку, затем подвел к креслу за журнальным столиком, галантно усадил ее и сам сел напротив.

- Что же вас привело ко мне, старому пню, очаровательная Анжелика. Могу я вас так называть?

- Буду только рада.

- И где мой друг и по совместительству ваш супруг? - Весьма довольный этой сомнительной шуткой, Шаклеин озарился улыбкой.

Внутри Анжелику всю передернуло от этого лицемерия. Однако внешне она повела себя совсем иначе. Она одарила его пристальным взглядом, и слега наклонилась вперед.

- Вот об этом я и пришла с вами говорить, - тихо произнесла она. - Мой муж исчез.

- Как исчез?! - Шаклеин разыграл удивление столь натурально, что не знай она всех обстоятельств, могла бы поверить в его искренность.

- Мы отдыхали вместе в Греции, потом он сослался на ряд важных дел и уехал. Больше я его не видела и не слышала. Нигде нет никаких его следов.

- Но это же ужасно, - продолжал лицедействовать Шаклеин. - Надо поднять всех на ноги.

- А нужно ли поднимать всех на ноги, - спокойно, даже безразлично проговорила Анжелика. - Может быть, он решил начать новую жизнь. Я давно подозревала, что у него есть другая женщина. Я не исключаю, что он сейчас греется где-нибудь на солнышке на Багамах. Денег для этого у него предостаточно. Впрочем, я с вами пришла говорить совсем на другую тему.

Шаклеин бросил на нее настороженный взгляд, но, поняв оплошность, тут же расплылся в улыбке.

- Готов с вами разговаривать на любую тему. Даже на ту: если жизнь на Марсе.

- Честно говоря, меня это совершенно не интересует. Меня интересует исключительно жизнь на Земле. Да и не на всей, а только в той части, где живу я.

- Очень разумный подход.

Он смотрел на молодую женщину, и Анжелика шестым чувством ощущала его настороженность. Он не доверял ей, что было совершенно естественно. И она должна сделать все, чтобы растопить эти льды недоверия.

- То, о чем я хочу с вами говорить, крайне важно и для вас и для меня. И польза может быть большая для каждого из нас. - Анжелика демонстративно огляделась по сторонам. Затем наклонилась совсем близко к нему. - А вы уверены, что в этом кабинете можно говорить на любые темы? - прошептала она.

Казалось, что Шаклеин попал в затруднительное положение. Недоверие, и опасение боролось в нем с огромным желанием сблизиться с этой ослепительной красавицей, чья соблазнительная плоть находилось всего в каких-то нескольких сантиметров от него. Анжелика заметила, как у него на лбу даже выступил пот.

- И о чем же будет этот разговор?

- О наших совместных делах.

- Ммм, - промычал он. - А вы уверены, что у нас есть с вами совместные дела?

- Я уверена, что у нас с вами будет много самых разных совместных дел, - соблазнительно улыбнулась она.

Пот на лбу Шакелина стал еще более обильным.

- Это звучит весьма заманчиво, - сказал он, складывая руки на своем выпуклом животе. - Но где, по-вашему, такое место? - Он тоже огляделся по сторонам.

- Я готова приехать туда, куда вы скажете.

Несколько секунд он молчал. Анжелика понимала, что сейчас настал тот момент, когда решается, как будут развиваться дальнейшие события. Если он скажет, нет, она проиграла эту партию. И что делать дальше, не представляет.

- Как вы смотрите на то, чтобы обсудить интересующие нас вопросы у меня дома?

- Замечательное предложение. Я готова.

- Тогда я вас жду у себя к десяти часам. За вами заедет машина.

- Я предпочитаю добираться сама.

- Я вижу, вы самостоятельная женщина.

- Нет, - многозначительно сказала Анжелика, - до сих пор я не была самостоятельной, но я очень хочу ею стать. - Она вдруг дотронулась до рукава его пиджака. - В том числе и с вашей помощью.

Многочисленные капельки пота снова оросили лоб Шаклеина. Казалось, что он едва сдерживает себя, на что указывало и учащенное дыхание. Сабуров прав, он, в самом деле, большой сластолюбец. Самое время покинуть этот кабинет.

Анжелика встала.

- Очень рада с вами познакомиться.

Шаклеин протянул ей визитку, при этом его рука подрагивала.

- Здесь мой адрес.

- До свидания, Юрий Альбертович. - Анжелика. стараясь идти одновременно с достоинством и непринужденно, направилась к выходу.

- Весь оставшийся день она провела в банке. Новость об исчезновение его президента взбудоражила коллектив, и работа в нем практически остановилась. Все смотрели на Анжелику, ожидая, что она будет делать. Она же прекрасно понимала, что наступает решающий момент. Если она твердо не заявит о своих правах на власть, не заставит сотрудников подчиняться, то долго тут не продержится. Тот же Зернин выживет ее отсюда. А то, что он не смирился со своим отстранением от руководства делами, она поняла очень скоро.

Они сидели в ее кабинете. Зернин передавал дела Анжелике. Вернее, этот процесс только так назывался, на самом же деле, первый вице-президент почти все это время упорно молчал, явно не желая посвящать своего преемника в то, что происходит в банке. Дабы заставить его произнести несколько слов, Анжелике приходилось задавать ему целую кучу вопросов. После этого воцарялась долгая пауза, потом начиналось все сначала.

Анжелика почувствовала, что у нее уже не хватает больше сил все это терпеть. Она решила пойти ва-банк. Муж не раз ей повторял, что когда противник уходит в глухую оборону, зачастую это единственный способ заставить его раскрыться.

Анжелика неожиданно смела со стола кипу бумаг и резко встала.

- Вот что, дорогой Эдуард Петрович, я вам скажу. Либо вы будете меня посвящать в дела банка, либо нам придется расстаться. Причем, немедленно. Если бы тут был бы муж, вы бы никогда не позволили так себя вести. Я тоже вам это не позволю. Решайте: либо вы уходите, либо остаетесь.

- Вы не сделаете этого? - Зернин от волнения даже побледнел.

- Сделаю. Мне не нужны заместители, которые не желают мне помогать. Лучше я со всеми делами справлюсь одна. Сколько вам требуется времени, чтобы принять решение?

Зернин хмуро посмотрел на нее. Его взгляд сказал ей многое, но она спокойно выдержала это нападение.

- Я остаюсь.

Анжелике стоило немалых трудов подавить торжествующую улыбку. Она выиграла это маленькое сражение. На самом деле, она боялась, что Зернин действительно уйдет. Без него ей будет справляться с делами крайне трудно. После мужа он лучше всех знал о том, что происходит в банке. Она же стал вице-премьером всего месяц назад и по-настоящему еще не освоилась со своими новыми обязанностями.

- Хорошо, тогда посвятите меня во все дела. Я должна знать обо всем.

Следующие два часа прошли несравненно более плодотворно. Оказывается, он мог быстро и толково излагать состояние дел. Но Анжелику более всего интересовало, как он будет докладывать о делах, связанных с фондом: "Капитал плюс". Но Зернин говорил обо всем, только не о нем.

- Кажется, все, - объявил он.

Анжелика не ответила, она делала вид, что внимательно изучает документы.

- Но ведь у нас есть еще один важный клиент: "Капитал плюс". Почему вы ничего не сказали о нем?

Она посмотрела на Зернина. Ей показалось, что он испытывает не то досаду, не то смущение.

- Насколько мне известно, Игорь Евгеньевич хотел прекратить наши отношения с ним, - как-то невразумительно проговорил он.

- Но ведь пока не прекратил.

- Нет, не прекратил. А почему вас заинтересовал этот фонд?

- Только потому, что вы почему-то его не упоминали.

- Разве?

Анжелика не сомневалась, что Зернин врет. И это наводило на определенные размышления.

- У меня пока все в порядке с памятью.

- Извините, в самом деле, это моя оплошность. Но мне нечего особенно сказать об этом фонде.

- Тогда почему муж хотел прекратить с ним отношения?

Зернин как-то странно посмотрел на Анжелику.

- Честно говоря, не знаю. Он не вдавался в объяснения. Но что-то его не устраивало.

- Но что-то именно? - настаивала она, так как не сомневалась, что он знает гораздо больше, чем говорит.

- Кажется, этот фонд имел какое-то отношение к администрации президента. А это уже пахло политикой. А Игорь Евгеньевич всегда старался держаться от нее как можно дальше. Я думаю, он просто не хотел рисковать, у него возникли какие-то подозрения, что там не все чисто, - неохотно объяснил Зернин. - Больше ничего не знаю. Мы всего лишь раз, да и то недолго касались этой темы. Если это все, разрешите идти.

- Да, идите, Эдуард Петрович.

Зернин встал, направился к дверям, но у выхода остановился.

- Вы на время отсутствия Игоря Евгеньевича займете его кабинет? - спросил он.

- Да, - ответила Анжелика.

- Тогда я его сейчас освобожу.

Это была полная капитуляция. По крайней мере, на данный момент он признал ее верховенство.

Анжелика попросила зайти к ней Чистякова.

- Что случилось? - спросил он. - Я только что встретил Зернина, у него было такое лицо, словно его мучает зверская зубная боль.

- Боль его действительно мучает. Только не зубная. Мы с ним довольно резко поговорили. Он не хотел вводить меня в курс дел. Пришлось пригрозить ему увольнением.

- Круто! Зря ты только пригрозили. Лучше бы уволила.

- Почему ты так думаешь?

- Потому что он спит и видит, как оказаться в кресле Игоря Евгеньевича. И, между прочим, давно подспудно ведет такую работу, перетягивает на свою сторону некоторых сотрудников. Года три назад он подкатывался и ко мне. Но я его отшил.

- Почему ты никогда об этом не говорил?

- Пока был Игорь Евгеньевич, у него не было никаких шансов.

- А сейчас шансы есть?

- Не знаю. Я не понимаю, что происходит, что с твоим мужем?

Я тоже не знаю, - вздохнула Анжелика. - Но в любом случае Зернину я банк не отдам, не для него Игорь столько положил сил на его создание. Я обязана вернуть его ему в полной сохранности.

- У тебя это получится! - горячо воскликнул Чистяков.

- Почему ты так считаешь?

- Ты всегда добиваешься того, чего хочешь.

- Да, - грустно вздохнула Анжелика, - так было до сих пор. Но я еще ни разу не сталкивалась с проблемами такой сложности. И я отнюдь не уверена, что на этот раз все получится.

Александр несколько мгновений молчал.

- Ты знаешь, я всегда на твоей стороне.

- Я знаю. Спасибо тебя. Я думаю, мне твоя помощь скоро пригодится.


## Глава 6


Анжелика подъехала к дому Шаклеина ровно в десять часов. Он жил в небольшом коттедж ном поселке, который со всех сторон отделял от остального мира высокий каменный забор. В свое время они с мужем тоже намеревались перебраться в похожее на это поселение. Но затем решили повременить со строительством, затея оказалась очень дорогостоящей, деньги им нужны были для других целей - воспитание детей.

Она без труда отыскала нужный дом, хотя он ничем не выделялся среди прочих. Трехэтажный кирпичный замок с какими-то затейливыми и безвкусными башенками. Анжелика невольно подумала, что в таком эклектическом строение может жить только человек, который не имеет никакого понятия об архитектурных стилях.

Она остановилась у ворот, просигналила. Дверь отворилась, и она въехала внутрь.

Дверцу ее машины отворил мужчина двухметрового роста и в два раза шире ее в плечах. Оказавшись рядом с ним, она почувствовала себя маленькой и беззащитной. Такой великан запросто может убить ударом кулака. Невольно она поежилась.

- Пойдемте за мной, - сказал он.

Они вошли в дом, и на встречу ей устремился Шаклеин. Он явно готовился к этому свиданию, так как был шикарно одет в превосходно сшитый костюм, белую манишку с бабочкой. Правда, на его неуклюжей фигуре все это смотрелось довольно нелепо, он чем-то напоминал манекена, которого по ошибке нарядили не в ту одежду.

- Как счастлив я вас видеть в моей скромной обители! - воскликнул он, склоняясь к ее руке.

Анжелика почувствовала, как его мокрые губы прилипли к ее ладони. Ей стало противно, но она сдержалась. И улыбнулась.

- Я в восторге от вашего дома. Я тоже хочу такой!

- Что же вам мешает его заиметь, моя дорогая?

- Деньги. Вернее, их отсутствие в надлежащих количествах.

- Деньги? - состроил удивленное лицо Шаклеин. - У такой женщины, как вы, не должно быть никогда денежных проблем. Это не порядок.

- И все же они есть, - грустно сообщила Анжелика. - Потому-то я здесь.

- Вы абсолютно правильно выбрали место, куда вам следует пойти! - с энтузиазмом воскликнул Шаклеин. - Мы решим все ваши денежные проблемы. И любые другие. Пойдемте наверх.

Они поднялись по устланной ковром лестнице. Шаклеин ввел ее в комнату, и Анжелика замерла в изумление. Посередине ее стоял стол, весь уставленный яствами и бутылками. Неужели это все для нее?

Ей вдруг стало тревожно. А удастся ли выбраться из этой западни? Если Шаклеин отдаст приказ своей горилле, то они сделают с ней все, что угодно.

Между тем Шаклеин подошел к столу, разлил по бокалам вино. Затем подал один из них своей гостье.

- Я хочу выпить за самую прекрасную женщину, которую когда-либо переступала порог этого скромного дома, - торжественно провозгласил он тост.

Анжелика пригубила вино. Оно было очень вкусным. Но она решила, что ей лучше не поддаваться искушению и оставаться совершено трезвой. Мало что может случиться с ней в этом "скромном доме".

Однако Шаклеин внимательно следил за каждым ее жестом. Едва она поставила бокал с недопитым вином на стол, он тут же встрепенулся.

- Нет, так у нас с вами не пойдет. Вы не хотите выпить за саму себя до дна. А знаете, есть примета, что в этом случае человеку не видать счастья.

Анжелике пришлось выпить вино целиком. И почти сразу почувствовала, как слегка закружилась голова.

- Я так завидую вашему мужу, - говорил Шаклеин, - обладать таким бриллиантом, как вы - это ли не высшее мужское счастье.

- Но он предпочел бросить этот бриллиант, - заметила Анжелика. - Впрочем, я давно вывела для себя правило: все, что не делается, то к лучшему.

- Вы действительно так думаете, - чему-то обрадовался хозяин дома. - Он внимательно посмотрел на молодую женщину. - Я рад, что вы придерживаетесь таких воззрений. И все же не понимаю, как ваш муж мог так поступить.

Анжелике пренебрежительно махнула рукой.

- Наши отношения давно были не безоблачными.

- Да, - удивился Шалеин, - а я полагал, что вы просто идеальная пара.

- Но вы же нас не знали, - почти искренне изумилась Анжелика.

- О вас много говорят. - Шаклеин подошел к ней и взял ее за руку. - Вас считают едва ли не одной из самых красивых пар в Москве. А когда речь идет о такой прекрасной особе, как вы, слухи распространяются быстро и далеко.

- Не знала, что за нами следят столько глаз.

- Вы еще много не знаете, - многообещающе заметил Шаклеин.

- Наверное, - согласилась Анжелика. - Например, я совсем плохо знаю вас.

- Готов сделать все от себя зависящее, дабы поскорее заполнить этот пробел. - Он поцеловал ей руку. - Налить еще вина?

Анжелика поняла, что отказ лишь только усилит его желание ее напоить. Лучше уж самой как-то регулировать этот процесс.

- С большим удовольствием, вино великолепное.

- Я знал, что оно вам понравится. Давайте присядем. Мне, кажется, нам есть о чем поговорить. А это лучше делать сидя.

Они сели напротив друг друга. Анжелика не могла не признать, что вкус у Шаклеина отменный, на небольшом участке стола были собраны одни деликатесы. Устоять против их дружного натиска не было никаких сил. Особенно такой гурманке, как она. И Анжелика к своему стыду, на несколько минут забыв обо всем, стала есть.

Из этого упоения чревоугодием ее вывел голос Шаклеина.

- Так вы говорите, что у вас с мужем бывали разногласия?

Анжелика отложила в сторону вилку. Ей стало стыдно. Она сюда пришла вовсе не затем, чтобы наслаждаться едой, а совсем для других целей. Но не выдержала и забыла обо всем.

- Да, - кивнула она головой, - у нас были разногласия.

- И в чем?

- О том, как вести бизнес.

- Интересно, интересно. - По его лицу было заметно, что ему, в самом деле, интересно. - А можно ли узнать, о прекрасная Анжелика, в чем состояли эти самые разногласия по поводу введения бизнеса?

- Мы по-разному смотрели на некоторые вещи. Я считала, что бизнес для того и бизнес, чтобы делать деньги. А Игорь полагал, что важней, как делать деньги? Я уважала его позицию, вот только из-за нее мы терпели большие убытки. А с этим я никак не могла примириться.

- Понимаю, - задумчиво произнес Шаклеин. - А нельзя ли узнать, что конкретно вызывало у вас разногласия?

- Там были разные вопросы, - сделала вид, что припоминает Анжелика. - Вот в последнее время он почему-то хотел избавиться от фонда "Капитал плюс".

- А почему? - быстро спросил Шаклеин, стрельнув в нее глазами, как стрелами из лука.

- Я не знаю, он мне не объяснял. Но что-то ему не нравилось.

- А вам?

- Вот за этим я и пришла к вам. Мне известно, что вы имеете к нему отношение, кажется, вы член совета директоров. Я хочу вас просить не разрывать с нашим банком отношения.

- А как же этические нормы, о которых так пекся ваш супруг?

- У меня своя этика. Мне важен результат. Сейчас я отвечаю за банк, и я не хочу, чтобы он сгорел синим пламенем вместе со всеми своими принципами. И я сделаю все от себя зависящее, чтобы этого не случилось. Могу я считать, что мы договорились?

Несколько мгновений Шаклеин прибывал в задумчивости. Затем вдруг широко улыбнулся.

- Ну, конечно же, моя дорогая, мы с вами договорились. Все остается по-прежнему. Если вы поели, то, может быть, перейдем в другую комнату. Уверяю, там гораздо приятней можно провести время.

Шаклеин отворил дверь, приглашая Анжелику последовать за ним. Они оказались в гостиной. Здесь, в самом деле, было очень приятно. Красивую обстановку дополнял горящий камин.

- Прошу вас располагайтесь возле огня, - предложил он.

Шаклеин включил музыкальный центр, из которого полилась мягкая и красивая мелодия.

Кажется, он продумал все до мелочей, отметила Анжелика. Идеальные условия для соблазнения женщины. Интересно, когда он начнет приставать. И что ей делать в таком случае? Спасть с ним она не собирается. И дело не только в моральных принципах, Это просто выше ее сил, он слишком противен ей.

Из бара Шаклеин извлек бутылку, и Анжелика с ужасом увидела, что на этот раз это не легкое вино, а коньяк. Впрочем, такое развитие событий следовало ожидать.

Он разлил коньяк по бокалам, один протянул ей.

- Давайте выпьем за ослепительный бриллиант, которому требуется не менее дорогостоящая оправа, приобрести которую по силам далеко не каждому.

Анжелика сделала совсем маленький глоток и поставила бокал на столик рядом с собой. Шаклеин сразу же запротестовал.

- Я допью, - пообещала Анжелика, - но чуть позже. Не надо ограничивать ничью свободу, Юрий Альбертович, это делает другого человека не интересным.

- Вот как? - удивленно воскликнул он. - Почему-то не предполагал услышать от вас такие слова. Значит, вы любите свободу?

Анжелика поняла, что совершила оплошность. Такие люди, как Шаклеин никогда не захотят уважать чужую свободу, их интересует только свобода собственная. Свобода безнаказанно творить зло.

- Ну, разумеется, люблю, - улыбнулась своей божественной улыбкой Анжелика. - А вы разве не любите свободу, которая позволяет вам наслаждаться жизнью? Разве в этом и не заключается ее высший смысл?

- Ну, конечно, конечно, - радостно подтвердил Шаклеин. - Я тоже целиком за такую свободу. Наслаждение - это в конечном итоге то, ради чего и стоит жить. А знаете, между нами есть много общего. -

Он вдруг придвинулся к ней. Теперь они сидели совсем рядом, и она чувствовала на себе его несвежее дыхание. Давно ей не было так противно, но она знала, что должна все стоически выдержать.

Шаклеин взял ее за руку.

- Я все больше убеждаюсь, что мы бы могли с вами поладить. Знаете, ваш муж был, может быть, и замечательный человек, но по-своему очень непрактичный. Он не понимал своей настоящей выгоды. И если он спорил с вами... - Шаклеин улыбнулся. - Будь я на его месте, то внимал каждому вашему слову, выполнял каждое ваше желание.

- Игорь считал совсем по-другому. А вот вы совсем иной.

Эти слова воспламенили Шаклеина, он еще сильней сжал руку молодой женщины.

- Вам не кажется, что вместе мы могли бы делать очень большие дела?

Анжелика осторожно, почти нежно, но вместе с тем решительно освободила свою ладонь.

- И я так думаю. Но давайте сперва решим наш маленький вопрос.

- Какой вопрос?

- Вы оставляете счет фонда в нашем банке.

Она увидела, что он колеблется.

- Вы только что сказали, что, будь на месте моего мужа, выполнили бы любое мое желание.

- Но я еще не на месте вашего мужа. Впрочем, разумеется, я оставляю деньги в вашем банке. Вы довольны, моя дорогая?

- Вполне. - Анжелика встала. - Уже очень поздно, а мне предстоит дальний путь.

- А зачем вам ехать в ночь. Такой большой дом. Я готов вам предоставить любую комнату на выбор.

- Вы очень любезны. Но я привыкла спать дома.

- Всегда?

- Почти всегда.

- А если я вас попрошу остаться. Даже находиться с вами в одном доме - это безумное наслаждение.

- Я понимаю, но... - Она вдруг почувствовала, что расстреляла всю обойму своих аргументов и уже не знала, что придумать. Она боялась, что Шаклеин просто не выпустит ее из дома, его слишком сильно распирало желание. Это было видно по горящим глазам мужчины, которые просто так и впились в нее.

- Что же вас останавливает?

- Я не могу так быстро, - прошептала она, скромно, словно гимназистка, опуская ресницы.

Ей самой было смешно от своих слов, и она еле сдерживалась, чтобы не засмеяться. Все это сильно смахивало на дешевый водевиль, хотя она понимала, что в любой момент он может перейти в самую настоящую трагедию.

- Очень жаль, - вдруг хмуро проговорил Шаклеин.

Анжелика испугалась, что все ее усилия могут оказаться напрасными. Она решила его обнадежить.

- Мы с вами только сегодня утром познакомились, а к вечеру прошли уже такой большой путь. Мне кажется, что я вас знаю уже не один год.

Она видела, что ее слова явно не удовлетворяли хозяина дома, совсем не такой текст тот желал услышать. И все же ей показалось, что он немного утешился надеждой на то, что в самом деле только пролог и все самое сладостное впереди.

- Ну что с вами поделать, милая моя, - грустно вздохнул он, - езжайте домой. Но учтите, в следующий раз я вас не выпущу.

- А в следующий раз я, может быть, и сама не захочу уехать, - томно произнесла Анжелика. - Проводите меня.

Они тем же путем спустились вниз. На первом этаже Анжелика вдруг заметила какую-то дверь. Вполне возможно, что она ведет в подвал, подумала она, В таком большом доме должен быть и большое подземелье. А вдруг сейчас там томиться Игорь, даже не зная, что я нахожусь совсем рядом.

Как бы туда проникнуть? Она посмотрела на семенящего рядом своего кавалера. Его легко вырубить одним ударом. Но как она откроет эту массивную дверь? И что будет, если появится этот огромный телохранитель?

Но соблазн был такой большой, что она все больше склонялась к тому, чтобы рискнуть. Анжелика даже остановилась. Шаклеин удивленно взглянул на нее.

- Вы желаете что-то сказать? - с надеждой спросил он.

Сейчас или никогда. В этот момент с улицы в дом вошел телохранитель. В его присутствии предпринимать любые действия было равнозначно попытки самоубийства. А это в ее планы совсем даже не входило.

Анжелика решительно направилась к выходу. Теперь она боялась, что Шаклеин может в любую секунду передумать и принудить ее остаться.

Они вышли на свежий воздух, Анжелика поспешила к своей машине. Ее гнал страх. Но когда она садилась в автомобиль, чтобы как можно быстрей умчаться из этого осиного гнезда, какая-то тяжесть панцирем сковала грудь. Состояние было таким неприятным, что для того, чтобы восстановить обычное самочувствие ей пришлось несколько минут сидеть неподвижно в салоне.


## Глава 6


Хотя Анжелика могла радоваться достигнутым результатом от встречи с Шаклеиным, однако пока она ни шаг не продвинулась к главной цели: вызволения мужа. И потому утром эйфория от этой удачи рассеялась как туман за окном. Она вдруг ясно осознала, что если ее поиски будут продолжаться такими темпами, они могут растянуться на многие годы. А вряд ли у нее есть в запасе столько времени. Да и где гарантия, что она выдержит такой марафон? С этим хитрецом Шаклеиным можно вести дела очень долго, он умеет водить людей за нос. Чего он только ей не наобещал. Но на самом деле его слова абсолютно ничего не значат, этот человек блюдет исключительно свою выгоду. И никакие чувства, кроме грубого вожделения она у него никогда не вызовет. И едва он его удовлетворит, то совсем не исключено, что захочет от нее избавиться. Будь она на его месте, то скорей всего поступила бы точно так же. Если рассудить здраво, у него нет никаких оснований ей доверять. Наоборот, жена человека, обвинявшего его в нечистоплотных деяниях, неизбежно должна вызывать повышенное подозрение.

Она должна продолжать с ним свои игры, потому что он ключевая фигура всей этой страшной комбинации, но опираться в своей партии ей нужно на кого-то другого. Вот только на кого? грустно вздохнула Анжелика. Если бы она знала всех, кто задействован в этой преступной цепочке, она могла бы кого-то выбрать. А так она вынуждена идти на ощупь.

Анжелика сидела за столом в ночной рубашке и читала документы из папки мужа, пытаясь выудить из них полезные для нее сведения. Он тоже шел по тому же следу, пытаясь понять, кто есть кто, в этой игре, распутать все нити этого много миллионного финансового клубка. И, судя по его записям, продвинулся довольно далеко. Иначе, зачем его похитили. Как жаль, что он стал рассказывать ей обо всем только в самый последний момент, у него уже не оставалось времени посвятить ее во все хитросплетенья этой комбинации, о которых ему удалось узнать.

Она взяла какой-то листок. Он привлек ее тем, что был исписан рукой мужа. Таких в папке было не так уж много.

"Следует обратить особое внимание на генерального директора фонда Турова Владимира Георгиевича. В этой преступной компании он вызывает впечатление белой вороны. Знает ли он все об источниках денег или его используют лишь как технического исполнителя? Выяснение этого вопроса может оказаться крайне полезным.

Мои контакты с этим человеком вызвали во мне впечатление, что он испытывает какой-то дискомфорт. То ли ему неприятно заниматься порученным делом, то ли у него есть какие-то другие проблемы. К сожалению, большого о нем не удалось узнать. Но в любом случае он показался мне натурой впечатлительной, даже излишне эмоциональной и, как ни странно, при его занятиях даже честным. По крайней мере, он старательно пытался избегать любых ситуаций, требующих от него беспардонной лжи. Это было совсем нелегко, и когда он не мог обойтись без обмана, я заметил, что в его глазах возникало странное выражение какой-то обреченности. Я думаю, что оно вызвано чувством вины. Хотя может быть и ошибаюсь. И все же следует присмотреться к нему внимательней".

Анжелика положила листок в папку. Она так задумалась, что несколько минут своей неподвижностью могла соперничать со статуей. Ей надо срочно познакомиться с этим Туровым. Вот только как? Конечно, как клиент банка однажды он явится туда. Но сколько придется ждать. Да и вообще, банк не лучшее место для установления тесных неформальных контактов. Она должна его подловить совсем в другой обстановке, где человек гораздо больше расположен к общительности, к новым встречам. А еще лучше к флирту. Впрочем, она даже не знает, сколько ему лет, у Игоря об этом нет ни слова. Хоть бы он оказался не слишком старым!

Кто же ей может помочь узнать о нем по больше и вдобавок организовать с ним ненароком встречу. Пожалуй, есть смысл обратиться за содействием к Сабурову.

Анжеликой овладела страстная жажда деятельности. Она позвонила в банк, сказала, что задерживается, затем набрала номер Сабурова и договорилась о немедленной встрече.

Она ехала к нему с надеждой, что ему удалось разузнать что-нибудь о судьбе Игоря. И потому нервно реагировала на автомобильные пробки. Ее не покидало ощущение, что каждая минута задержки уменьшает ее шансы вызволить из плена мужа. Она вдруг поймала себя на мысли, что не знает, захочет ли она жить, если с Игорем случится непоправимое. За годы совместной жизни она так сроднилась с ним, что ей трудно представить свое существование без него.

Сабуров принял ее все в том же кабинете. По его виду она поняла, что пока обнадеживающих вестей нет.

- Увы, - подтвердил он, - не могу сказать вам ничего определенного. Есть несколько зацепок, но приведут ли они к вашему мужу, не знаю. Сейчас похищают много людей, и являются ли полученные нами сведения об Игоре Евгеньевиче или о ком-то другом, без дополнительной информации сказать невозможно. Вы хотели узнать только это?

- Нет, я приехала к вам с просьбой. Меня интересует Туров Владимир Георгиевич, генеральный директор фонда "Капитал плюс". Я хотела бы знать о нем как можно больше. И еще, каким образом я могла бы с ним познакомиться на неофициальном уровне?

Сабуров удивленно посмотрел на нее.

- О том, кто такой Туров ответить вам не так уж и сложно. Удивительно, но вы идете по стопам своего мужа. Незадолго до исчезновения он заказал нам собрать о нем подробные сведения. Мы это сделали, но не успели их ему передать. - Сабуров включил компьютер и отыскал нужный файл. - А я уж подумал, что эта информация не пригодится, и даже хотел ее стереть. - Несколько секунд он читал. - Да, любопытный тип. Тридцать девять лет, (ровесник Игорю, мысленно отметила Анжелика), с отличием закончил экономический факультет МГУ. Делал блестящую карьеру, за короткий срок в крупном коммерческом банке прошел путь от рядового экономиста до вице-президента (совсем как я, снова отметила Анжелика). Был отправлен на стажировку за границу, конкретно в Англию. И вот там произошла с ним большая неприятность, он был обвинен в финансовых махинациях. К сожалению, детали нам не удалось выяснить, так как дело до суда не дошло, стороны сумели как-то договориться. Он вернулся на Родину, но после случившегося на нем было клеймо, и работать в солидные организации его никто не брал. Он подвизался в каких-то сомнительных фирмах, пережил сильную депрессию. Есть основания предполагать, что им была предпринята попытка самоубийства. По крайней мере, два года назад его доставили в больницу с очень сильным отравлением и едва откачали. После излечения некоторое время много пил и опускался все ниже и ниже. А затем неожиданно стал директором фонда "Капитал плюс".

- Как это произошло? - спросила Анжелика.

- Тоже не удалось выяснить. Эта история окутана завесой тайны. Но после своего назначения пить стал значительно меньше. Правда, периодически срывается в непродолжительные запои. Очень эрудирован, знает несколько языков, интересуется искусством. Особенно балетом, часто посещает спектакли. - Сабуров посмотрел на нее. - И еще он страстный любитель игры в кегли. Регулярно, не меньше раз в неделю посещает клуб, где является постоянным членом. Холост. Иногда пользуется услугами проституток, которым платит необычайно щедро. Ведет замкнутый образ жизни, не имеет ни одного близкого друга. Как вам портрет?

- Весьма необычный, - задумчиво произнесла Анжелика. - По-видимому, с человек случился большой надлом и до конца от него так и не оправился.

- Так оно и есть. Я вам забыл сказать, что некоторое время назад он пользовался услугами психоаналитика. Но, кажется, без большого результата, потому что быстро от них отказался.

- Я хочу с ним познакомиться, - решительно произнесла Анжелика. - Но только совершенно естественным образом, он не должен догадаться, что это произошло специально.

- Чаще всего он посещает два места: либо балетные спектакли, либо свой кегельбан.

- Отдаю предпочтение кегельбану. На балете познакомиться трудней. Когда он собирается туда?

Сабуров снова заглянул в компьютер.

- По средам, то есть сегодня.

- А туда можно попасть?

- Вход свободный, были бы деньги. Просто членам клуба предоставляются скидки. Но что вы намерены делать?

- Не знаю, - честно созналась Анжелика. - Но этот человек держит ключи от всех финансовых потоков фонда.

- Не уверен, - покачал головой Сабуров. - Мы немножко изучали и этот вопрос. Его роль чисто представительная и сомнительно, что он посвящен во все дела. Да и у моих ребят, кто им занимался, сложилось впечатление, что он и не слишком всем этим интересуется. Для него жизнь словно остановилась в тот момент, когда ему предъявили обвинение в неблаговидных поступках.

- И все же он должен многое знать. Ведь он подписывает все финансовые документы, я проверяла в банке.

- Что ж, попробуйте. Вам нужна наша помощь?

- Пока нет. Спасибо. Мне лишь нужна его фотография.

- В нашем архиве их сколько угодно.

Вечером Анжелика подъехала к клубу. Его фасад переливался разноцветными огнями. Но, несмотря на столь завлекательный вид, в зале народу оказалось не так уж много. Это позволило выбрать ей столик в углу, что давало возможность видеть всех, оставаясь самой почти незаметной. Но Турова пока среди посетителей не было. Она даже на всякий случай украдкой еще раз достала из сумочки его фотографию. На ней был изображен мужчина с интеллигентным, но каким-то вялым лицом и грустными глазами. Ее не покидало ощущение, что этот человек устал жить.

Анжелика неторопливо поглощала заказанный ею ужин, отмечая, что кормят тут даже очень недурно. Прошел уже час, а тот, ради кого она находилась здесь, все не появлялся. Может быть, у него изменились планы или привычки?

Планы и привычки у него остались прежними, В этом она убедилась буквально через пять минут. Отворилась дверь, и зале появился высокий мужчина. Одет он был довольно небрежно, костюм был мятый, стрелки на брюках давно требовали, чтобы по ним прошелся бы и желательно неоднократно утюг.

Он сел за столик недалеко от Анжелики с табличкой "зарезервирован". Она давно ее заметила, но только не знала, что это сделана для него. Теперь предстояла выполнить второй, самый сложный вид программы: завязать "случайное" с ним знакомство.

Ему тоже подали ужин. Но ел он как-то безучастно. Обычно так едят люди, страдающие нарушением аппетита. Зато к рюмке с вином прикладывался гораздо усердней и несравненно с большим энтузиазмом. Услужливый официант то и дело подходил к его столику и наполнял ее новой порцией алкоголя.

Насытившись, Туров направился к кегельбану. И тут у Анжелике созрел простой, и, как ей показалось, эффективный план.

Туров начал метать шары. Анжелика встала и подошла к нему, наблюдая за его действиями.

Она сразу поняла, что игрок он умелый. Брошенные его рукой мячи, легко сметали кегли с поля.

Она наблюдала за его игрой уже минут десять. И за все это время он ни разу не посмотрел в ее сторону. Она даже не исключала того, что он не замечает ее присутствия.

Анжелика поняла, что пора приступать к более активным действиям. Ждать от него, что он сам проявит инициативу, не стоит. Она решительно сделала несколько шагов к нему.

- Как здорово у вас это получается! - восхищенно сказала она.

Туров быстро посмотрел на нее, отвернулся. Но затем снова повернул в ее сторону голову и уже посмотрел пристально. Анжелика поняла: рыба заглотнула наживку.

- Мне очень нравится, как вы играете, вы настоящий мастер, - поспешно добавила она.

Туров не совсем уверенно пожал плечами. По-видимому, он не знал, как реагировать на ее слова. Поэтому Анжелика решила усилить напор и говорить не только за себя, но и за него.

- Сразу заметно, что вы давно занимаетесь этим делом. А вот у меня так никогда не получится.

- У всех может получиться, - наконец произнес Туров. Вы никогда раньше не играли?

- Нет. - Анжелика почти не врала. За свою жизнь она играла всего пару раз, и потому не обманывала, когда уверяла, что не имеет серьезных навыков.

- Тогда понятно. Что тут можно сказать? Если желаете научиться, надо учиться; чем чаще будете играть, тем быстрей у вас станет получаться.

- Но, наверное, все же лучше, когда есть хороший тренер.

- С тренером всегда лучше, - признал это и Туров. Он не спускал глаз с молодой женщины, и у Анжелике возникло ощущение, что внутри него происходит какая-то напряженная борьба.

- А если я вас попрошу дать мне несколько уроков. Мне очень хочется научиться. Вы даже не представляете, как хочется. Вы же, наверное, тут бываете регулярно.

- Да, у меня есть членский билет.

- Я бы иногда приходила, когда вы скажете, и вы бы мне показывали, что и как.

Туров после короткого колебания пожал плечами.

- Почему бы и нет. Если желаете, можно начать прямо сейчас.

- Конечно, желаю, - обрадовалась Анжелика и даже захлопала в ладоши. - Я так вам признательна.

Анжелика разыгрывала немного наивную, немного своенравную и капризную барышню. Она боялась, что эта роль у нее может, не вполне удастся, и Туров что-то заподозрит. Но, кажется, пока все шло хорошо.

- Тогда начинаем? - не очень уверенно спросил Туров.

- Начинаем! - решительно кивнула она головой.

Их первая тренировка длилась примерно полчаса. За этот короткий отрезок времени Анжелика сделала неплохие успехи. Она бы сделала их еще больше, но специально кидала мяч хуже, чем могла. Она слишком много занималась спортом, и ей было не так уж трудно освоить эту не такую уж и сложную игру. Но она понимала, что ее неспособность это быстро сделать - лучший залог продолжения их отношений.

Зато она добилась другого, гораздо более для нее важного успеха, она видела, что Туров оказался весьма чувствительным к ее чарам, которые она щедро расточала ему. И после того, как время занятия истекло, и их на дорожке сменили другие игроки, ему явно не захотелось с ней расставаться. Но при этом он никак не мог решиться пригласить ее за свой столик.

Неужели он, в самом деле, такой нерешительный, не без досады подумала Анжелика. В таком случае надо помочь мужчине. Разве это не святая обязанность женщины.

- Может быть, по случаю нашего первого занятия что-нибудь выпьем? - предложила она.

- Да, конечно, - сразу же оживился Туров.

- Между прочим, мы с вами даже еще и не познакомились, - заметила Анжелика.

- В самом деле, я об этом как-то не подумал.

- Тогда давайте сядем и познакомимся.

- Прошу вас за мой столик, - наконец предложил он.

Они сели за столик, к ним тут же заспешил официант.

- Что вы будете пить? - спросил Туров.

- То, что вы закажете.

- Тогда шампанское. За знакомство лучше пить его, - пояснил он свой выбор.

Через минуту на их столике стояла ведерко с шампанским. Официант ловко открыл бутылку и разлил пенистое вино по бокалам.

- Предлагаю выпить за знакомство. Тем более оно уже состоялось. Меня зовут Владимир Георгиевич.

- Анжелика Витальевна. Но лучше просто Анжелика.

Он внимательно посмотрел на нее, и она забеспокоилась: не навело ли ее имя его на подозрения.

- У вас редкое в наших краях имя, - заметил он. - Хотя в некоторых местах оно вполне обычное.

- Мне кажется, вы бывали в этих местах.

- Бывал, - на миг нахмурился он. - Но теперь я пребываю здесь.

- И вам тут не слишком нравится?

Вопрос заставил Турова задуматься.

- Дело в другом. - Но в чем обстоит дело, Анжелика так и не услышала. Вместо этого Туров спросил: - А можно узнать, чем вы занимаетесь?

- О, это совершенно скучная материя, я сижу в одной конторе и пытаюсь сводить расход с приходом. Извините, но совсем не хочется говорить о работе. Есть много гораздо более интересных тем.

Туров уже не первый раз пристально посмотрел на нее.

- И какие же, например?

- Ну, например, почему такой приятный мужчина ходит в такое заведение один?

- А почему такая красивая молодая женщина пришла сюда одна?

- У меня исчез муж, вот я и решила развеяться.

- Как исчез?

- Очень просто, ушел и не вернулся.

- Может, с ним что-то случилось?

- Я узнавала, нет никаких сведений, что произошло нечто ужасное. Так что вывод напрашивается сам собой. В любом случае соломенной вдовой я быть не собираюсь. Я вас шокировала?

- Нет, - после непродолжительной паузы отозвался Туров. - Немного. В любом случае я вам не судья.

- Я рада, что вы правильно отнеслись к моим словам. Но вы не ответила на мой вопрос.

- Какой?

- Почему вы здесь один?

- Потому что у меня жена не исчезла по причине ее полного отсутствия. Мне не с кем никуда ходить, вот я и хожу один. Как видите, все предельно просто.

Анжелика, не соглашаясь, отрицательно покачала головой.

- А, по-моему, тут далеко не все просто. Разве ходить в такие заведения обязательно только с женой.

- Вы, конечно, правы, не обязательно. Но я из тех, кто любит одиночество. В этом состоянии я чувствую себя вполне комфортно.

- Я начинаю чувствовать себя слишком навязчивой.

- Вовсе нет, - даже слишком поспешно возразил он, - иногда полезно выходить даже из комфортного состояния. Я вовсе не жалею, что у меня сегодня появился партнер по игре.

- Вы меня успокоили. Может быть, по моему виду этого и не скажешь, но я терпеть не могу чувствовать, что кому-то навязываюсь. И не люблю, когда навязываются мне. Но к вам это не относится, - поспешно добавила она, заметив, как по его лицу пробежала тень.

Она видела, что ее собеседник о чем-то мучительно размышляет.

- Странный у нас с вами получается разговор, - вдруг произнес он.

Анжелика похолодела, она поняла, что зашла не с той стороны и наступила на что-то больное. И это вызвала настороженность у Турова.

Она улыбнулась той улыбкой, о которой ей было точно известно, что против этого ее оружия еще ни у кого не нашлось адекватной оборонительной системы.

- Извините, если я сболтнула что-то лишнее. - Она умоляюще, словно прося о снисхождении, посмотрела на него. - У меня есть такое свойство: сначала я что-то скажу, а потом только понимаю, что же сказала.

- Ничего не случилось, - успокоил ее Туров. - Мне нравится ваша манера разговаривать.

- Правда, - обрадовалась Анжелика. - Вы меня очень успокоили. Иногда мне приходится следить за каждым словом. От этого получается не беседа, а сплошное мучение.

- Мне тоже приходится следить за своими словами.

- Выходит, что у нас есть нечто общее. Знаете, мне это всегда облегчает контакт. А могу я вам задать не скромный вопрос?

Она увидела, как мгновенно он весь подобрался.

- Что ж, задавайте, - немного обреченно разрешил он.

- А почему вы не женаты? Только не говорите, что не встретили той единственной. Никто ее не встречает, но большинство все же женится.

Впервые за весь разговор она обнаружила на его губах нечто вроде улыбки.

- Не буду это говорить, поищу другой аргумент. Не знаю, поймете ли вы меня, но так получилось, что я не хотел, чтобы другой человек отвечал бы за мои ошибки и неудачи. Я полагаю, что я единственный кто должен нести весь этот груз.

- Но разве не для того и существует брак, чтобы делить все пополам?

- Вы полагаете. У вас похвальный, хотя и очень редкий взгляд на супружество. Но разве ваш случай не опровергает его?

Анжелика пренебрежительно махнула рукой.

- Мой случай ни о чем не говорит. По крайней мере, я всегда старалась следовать этому принципу. Не получилось, - вздохнула она. - Но это ничего не меняет по существу.

- Вы так считаете?

- А вы нет?

Туров предпочел промолчать. Он сидел задумчивый, держа вилку в руке, но при этом давно уж ничего не ел.

- Мне было очень интересно с вами разговаривать. И тренировать тоже, - добавил он.

- Я тоже рада нашему знакомству.

- Да, - недоверчиво вырвалось у него. Но тут же он спохватился. - С моей стороны не будет дерзость, если я попрошу у вас телефон?

- Наоборот, было бы дерзостью, если бы вы его не попросили. Я вам сейчас напишу. На листке она написала номер своего мобильного телефона. - Вечерами я с некоторых пор почти всегда свободна. И, кроме того, вы не назначали день нашей новой тренировки.

- Я захожу сюда раз в неделю.

- До свидания, Владимир Георгиевич.

Она протянула ему руку. Ей показалось, что первым его импульсом было ее поцеловать, но он лишь решился на то, чтобы осторожно пожать пальцы. Она вдруг поймала себя на том, что этот человек ей понравился. В его глазах скопилось столько грусти и тоски, словно бы они были мировыми их вместилищами. И не будь ее сердце занято без остатка мужем, то не исключено, что она могла бы найти немного местечко в нем и для Турова. .

Анжелика не сомневалась, что Туров позвонит в самое ближайшее время, вероятней всего завтра вечером. А потому покидала клуб с чувством выполненного долга.

В эту ночь в отличие от предыдущей она заснула быстро и спала спокойно. Ей даже ничего не снилось. Анжелика сама не ведала, почему в ее сердце вдруг свила гнездо надежда.


## Глава 8


Анжелика приехала в банк с сильным желанием заняться делами. Хотя она и совершила переворот, захватив в нем власть, но пока ей было не до них. Все ее время у нее отнимали другие проблемы.

Хотя ею владела решимость утвердить свое руководство в банке, но одновременно она испытывала и довольно сильный страх. За эти годы она многому научилась, но один расклад быть исполнителем, да еще при муже президенте, и другой - когда всем руководишь сама. А Анжелика великолепно усвоила простую истину: то, что блестяще получается у одного, другой может быстро и с успехом провалить. Но такая перспектива ее совершенно не устраивала.

Анжелика сразу почувствовала перемену. Те, кто еще недавно запросто ее приветствовали, обращались с к ней любыми вопросами, теперь держались официально, а то и откровенно настороженно. Она пыталась всем одинаково доброжелательно улыбаться, но то ли с ее знаменитой улыбкой что-то случилось, то ли по другой причине, но вдруг ощутила, что вокруг нее стремительно образовывается вакуум. Она вдруг почувствовала себя такой одинокой, что ей стало даже страшно.

Она впервые прошла в кабинет президента банка, как его полноценная хозяйка. И попросила пригласить к себе Чистякова.

- У тебя есть какие-нибудь новости? - без предисловия спросила она.

Он понял сразу, о чем она его спрашивает.

- Только плохие.

- Выкладывай.

- Зернин активно вербует в лагерь своих сторонников. А правой рукой у него стал Котляр.

Анжелика кивнула головой. Эта новость ее нисколько не удивила. После того, как она возвысилась в банке, заняв на иерархической лестнице более высокую ступеньку, чем ее первый учитель, Котляр перешел в стан ее недоброжелателей. Он давно метил на должность вице-президента, но после назначения на нее Анжелику, понял, что его мечте не суждено сбыться. Но до сих пор его неприязнь к ней носила пассивный характер, проявлялась скорей в жестах и взглядах, чем в делах и даже словах. Но теперь, судя по всему, под воздействием Зернина он перешел в активной фазе проявления своей враждебности. Самое противное в этой ситуации заключалось в том, что Анжелика отлично сознавала, что не может уволить ни того, ни другого, без них банк окажется неуправляемым.

Александр с сочувствием смотрел на нее, он отлично понимал, в какой трудной ситуации она оказалась.

- Об Игоре Евгеньевиче нет известий? - спросил он.

- Пока нет, - ответила она.

Следующим гостем ее кабинета стал Зернин. Она почти не сомневалась, что разговор с ним предстоит не из легких.

Первый вице-президент подчеркнуто держался в рамках протокола. Он сел напротив нее и стал ждать, когда она изволит к нему обратиться с вопросом. Анжелика заметила, что сегодня даже одет он по-другому. Обычно на нем был очень дорогой костюм, тщательно подобранная к нему рубашка и галстук, всегда необычайно красивый. Его даже иногда называли в банке "королем галстуков". Сейчас же на нем был скромный костюм, невзрачная сорочка и такой же бесцветный галстук. Анжелика прекрасно понимала этот своеобразный язык цвета, таким образом, он говорил всем, что считает себя незаслуженно униженным.

После ее обращения к нему, Зернин, словно получивший команду робот, задвигался.

- Анжелика Витальевна, - официальным тоном обратился он к ней, - нам нужно принять несколько неотложных решений. В том числе и по выдаче крупных кредитов. Дела очень важные, и я не могу взять на себя такую ответственность. Это право только первого лица.

Анжелика быстро взглянула на Зернина, но его лицо было абсолютно непроницаемым, как у сфинкса.

- Хорошо, я приму решение, - спокойно произнесла Анжелика. Но это была лишь внешняя видимость, внутри нее от страха все так и ходило ходуном. Только теперь она начинала осознавать всю меру ответственности, которая возлагается на первых лиц. Но вот Игорь, несмотря на этой тяжеленный груз, всегда был уверен в своих действиях.

- Излагайте подробно каждое дело, - приказала она.

Анжелика внимательно слушала докладчика, стараясь не только не пропустить не единого слова, но и вникнуть в тайный подтекст его речей. Она то и дело перебивала, просила повторить. Но Зернин все так же сохранял невозмутимость, и она не могла не отдать дань его выдержки. Тем опасней противник, он не совершит ошибки по причине того, что не выдержали нервы. А вот она вполне на такое способна.

Самый важный вопрос Зернин приберег на конец, когда внимание Анжелики слегка притупилось. Но едва он произнес название "Капитал плюс", она тут же приказала себе максимально сосредоточиться.

- Я уже вам докладывал, что Игорь Евгеньевич намеревался прервать отношения с этим фондом, - ровным, лишенным интонаций голосом, проговорил первый вице-президент. - Нам необходимо провести по этому поводу переговоры. Я направил приглашение директору фонда господину Турову. Сегодня он мне звонил и обещал завтра подъехать.

Анжелика не спускала глаз со своего заместителя, пытаясь понять, в чем тут заключается подвох. А то, что он скрывался в его словах, она мало сомневалась.

- Мы не будем пока разрывать отношения с фондом, - сказала Анжелика.

- Почему? - Впервые за весь разговор голос Зернина потерял свою беспристрастность.

- Не вижу причин. Это большой клиент, у нас такие все наперечет.

- Да, это так, но такова была воля Игоря Евгеньевича. А вы, как я понимаю, намерены во всем следовать его указаниям.

- Вы правильно понимаете, я намерена именно так и поступать. Кроме этого вопроса. Свяжитесь с этим Туровым и скажите ему, что мы не намерены менять наши отношения и что это была ошибка. Не мне вас учить, что следует говорить в таких случаях. Пусть не приезжает к нам.

- Но Игорь Евгеньевич, ваш муж... - повторил, немного растерявшись Зернин.

- Да, он мой муж, в прошлом, настоящим и будущем. Но это его решение, я отменяю. Еще раз повторяю: не вижу оснований для пересмотра наших отношений с фондом.

Решительность Анжелики так обескуражила Зернина, что он на какой-то миг утратил свою невозмутимость, и на его лице появилась растерянность. Зато Анжелика окончательно убедилась в том, что он надел маску и пытается в ней расхаживать по банку. И то, что ей удалось, пусть совсем ненадолго ее сорвать, радовало молодую женщину.

- И все же мне кажется, Игорь Евгеньевич был прав. Нельзя рисковать репутацией банка, она его главный капитал.

- Мы закрыли этот вопрос. Пока все останется так, как и было.

Зернин встал и быстро вышел, демонстрируя всем видом оскорбленное достоинство. Анжелика же вдруг почувствовала такую усталость, словно бы она целый день двигала мебель. Где ты, Игорь? мысленно обратилась она к мужу, знал бы ты, как тяжело приходится твоей бедной женушке.

Однако это печальное настроение продлилось недолго, поток дел буквально захлестнул ее. Всех будто прорвало, в ее кабинет потянулся нескончаемая вереница людей. И каждый приходил, по его мнению, с самым важным вопросом. И с каждым новым посетителем Анжелика все больше приходила к убеждению, что не только Зернин, но и муж в последнее время, недостаточно занимались делами банка. По-видимому, Игорь был слишком поглощен возникшей из-за фонда "Капитал плюс" проблемой, пустив многие процессы на самотек. И вот теперь они как раз и притекли прямо к ней.

До конца рабочего дня она была так плотно загружена, что даже больше ни разу не вспомнила о муже. И только когда этот бесконечный поток дел схлынул, она вдруг поняла, что новая работа так поработила ее, что она забыла буквально обо всем. Даже о том, о чем забывать она не имеет права и на минуту.

Ее вдруг охватило нечто вроде паники. Она сидела неподвижно в своем кабинете, ей было так стыдно за себя, что она даже боялась пошевелиться.

Что же ей делать? Она не в состоянии сразу заниматься двумя такими важными делами: поиском мужа и руководством банка. Но проблема в том и заключается, что и то и другое тесно взаимоувязаны. Если она уйдет, даже временно, со своего поста, то шансы отыскать Игоря становятся совсем ничтожными. Только располагаясь в этом кабинете, она может идти по цепочке, которая, как она надеется, однажды приведет ее к нему. И у нее нет иного выхода, кроме как справиться с этой двойной нагрузкой, чего бы ей этого не стоило.

Анжелика медленно двигалась в плотной массе машин. Она чувствовала себя совершенно разбитой. Даже зеркальце заднего вида подтверждало это ощущение: глаза тусклые, как давно не мытое стекло, кожа лица серая, под глазами круги. Один день работы в новом качестве - а она постарела сразу на несколько лет. Что же будет, если все это продлится месяц, два месяца, полгода?... Даже подумать страшно.

Внезапно раздался телефонный звонок. Анжелика была уверенна, что знает, кто звонит.

Это действительно был Туров.

- Мне хочется вас видеть, - кажется, даже не поздоровавшись, произнес он. Его голос звучал очень взволнованно.

- Я согласна, - подавляя вздох, ответила она. - Где и когда?

- Сейчас. То есть через столько времени, сколько нам потребуется для того, чтобы встретиться. Что касается места встречи, то я бы предпочел на Цветном бульваре, у старого цирка. Это мой любимый район.

Ну вот, теперь ей предстоит продираться сквозь многочисленные автомобильные заторы через пол Москвы. Этот Туров, кажется, думает только о себе. Он настолько поглощен собственными бедами, что весь остальной мир воспринимает исключительно через их призму.

Его машина была припаркована к тротуару. Анжелика поставила свою по соседству. Он быстро вылез из автомобиля, подбежал к ней и отворил дверцу.

- Садитесь ко мне, - каким-то странным тоном скорей не попросил, а приказал он.

Анжелика сочла за благо не возражать.

Она села на переднее сиденье, рядом занял свое место Туров.

- Я все это время думал о вас, - вдруг признался он.

В ответ на признание Анжелика промолчала, она еще не знала, что говорить. Но чутье ей подсказывало, что продолжение может быть самым неожиданным. И оно не обмануло свою хозяйку.

- Я предлагаю вам руку и сердце, - не смотря на Анжелику, произнес он.

Это был самым плохим из всех возможных вариантов. Только ей этого не хватало. Что она ему может ответить?

- Вы же знаете, я замужем, - ответила она ему самой банальной фразой.

- Но ваш муж исчез. И, кроме того, какое это имеет значение. Дело же не в штампе в паспорте. Его можно будет поставить туда тогда, когда нам будет удобно.

- Но я не могу так быстро, мы лишь вчера познакомились. - Анжелика надеялась, что этот убедительный с ее точки зрения аргумент немного облагоразумит его. Но она ошибалась.

- Вы самая прекрасная женщина, которую когда-либо я встречал. Такие красавицы, как вы, рождаются один раз в столетие. Нет, тысячелетие.

- Вы ошибаетесь в отношении меня, посмотрите, как плохо я выгляжу.

Но Туров даже не повернул в ее сторону голову, реальная Анжелика его не интересовала. Он целиком находился во власти своих грез.

- Не отказывайте мне, от этого зависит моя жизнь, - тоскливо и печально произнес он. .

Анжелика почувствовала, что угодила в западню. Ей было жалко его и неприятно от себя за то, что она была вынуждена использовать как инструмент в своей игре.

- Владимир Георгиевич, вы слишком хотите, чтобы все произошло очень быстро. Я так не могу. У меня свою жизнь и вы в нее еще не вошли.

Едва ли не впервые за весь разговор Туров повернулся к ней.

- Так впустите меня! - воскликнул он.

- Вы должны сами войти, постепенно, шаг за шагом. По-другому не получится.

- Так тогда давайте начинать! Я хочу сделать первый шаг, прямо сейчас.

Анжелика улыбнулась.

- Вы хотите, чтобы я вам подсказывала бы шаги. Боюсь, это удлинит ваш путь.

- Хорошо, - вдруг решился на что-то Туров. - Поехали.

- Куда? - не без тревоги спросила Анжелика. Мало ли какая идея может забрести ему в голову.

- Ко мне домой. Я хочу, чтобы вы побывали у меня.

Пожалуй, против такого варианта она н станет возражать, подумала Анжелика.

На счастье ехать им пришлось совсем недалеко. Машина свернула в какой-то переулок и остановилась возле старинного дома.

- Пойдемте, тут я живу, - сообщил Туров.

Это была большая, но неухоженная квартира, жилище типичного холостяка. Вещи были разбросаны где попала, мебель покрывал толстый слой пыли. Анжелика прикинула: тут уборки на часа четыре, не меньше. Любая женщина придет в отчаяние от такой блестящей перспективы.

Туров усадил Анжелику в кресло, а сам сел напротив. Кажется, ему даже не приходила в голову мысль о том, чтобы предложить гостье чай, кофе или вино. Не говоря уж об ужине. У нее же урчало в желудке, из-за нехватки времени она пообедала кое-как. И главное желание, которое ею владело, - это как следует поесть. Но Туров был слишком далек от такой прозы жизни. Им владело одно желание: петь ей дифирамбы. Как бы остановить его, прикидывала Анжелика.

- Когда я вас увидел, что в первые минуты даже не понял, как вы прекрасны! Помните, я даже отвернулся. И только через несколько мгновения понял, что передо мной стоит настоящая фея.

- Вы преувеличиваете, - попыталась остановить этот поток Анжелика. Но лишь вызвало еще больший.

- Нет! - решительно произнес Туров. - Вы божественно прекрасны, вы богиня, сошедшая к нам, на грешную землю. Я не понимаю, как вы на ней можете жить. Здесь же только грязь и мерзость, эта планета не для вас. Вы должны улететь с нее как можно дальше.

Анжелика почувствовала раздражение. Эти выспоренные извержения слов казались ей бессмысленной потерей времени. И сейчас она обдумывала, как бы спустить Турова с небес на землю. Ее не покидало ощущение, что подобными приемами он пытается огородить себя от реальной действительности, с которой никак не мог найти общего языка.

- Владимир Георгиевич, - сказала Анжелика, - я ценю ваше отношение ко мне. Не скрою, что мне оно льстит. Но поверьте, я обычная земная женщина, даже если и очень красивая. Но таким образом меня не завоюешь. Мне интересны не возвышенные, но бессодержательные словоизлияния, а конкретная жизнь во всех ее проявлениях. В том числе и не самых лучших. Но куда же от них денешься.

Кажется, этот небольшой спич вернул Турова к чувству реальности. По крайней мере, он уже смотрел на нее по-другому. И снова ей показалось, что в его глазах нашла приют нечеловеческая тоска.

- Что же мне делать, я не знаю? - произнес он.

- А ничего особенного делать и не надо. Давайте просто поговорим о самом простом. Например, о работе. Вам разве не хочется знать, чем вы занимаетесь. Мне, например, хочется.

- В самом деле, давайте поговорим. Где вы работаете?

- В банке.

- Вот как! - встрепенулся Туров. - Какое любопытное совпадение. Я тоже когда-то работал в банке.

- Почему же вы ушли?

- Я ушел? - удивленно посмотрел он на нее. - Нет, я не уходил. Это другие сделали так, что я ушел. Навсегда.

- Что-то случилось? Может, вы мне расскажите?

- А зачем? Что это изменит?

- Мне хочется знать о вас как можно больше. Вспомните, я о вас почти ничего не знаю.

Туров не без удивления посмотрел на Анжелику, судя по всему, он, в самом деле, забыл об этом обстоятельстве.

- Да, я вам расскажу. Все считали, что я подавал большие надежды, а некоторые даже предрекали мне карьеру финансового гения. Поэтому я оказался среди тех, кого отобрали для стажировки за границей. Так я попал в банк "Чейз Интернейшн", где заправлял всем некто Оливер Кроули.

Анжелика вздрогнула, во второй раз она слышала имя этого человека. Кажется, Туров уловил ее реакцию, но ничего не сказал.

- Сначала он мне понравился, я даже был от него в восторге. Милее человека я не встречал. Да и банкир он был от Бога. Правда, потом я стал замечать некоторые странности в его поведении, он как-то непонятно мне улыбался, хлопал по колену, гладил по плечу. А однажды, когда мы остались одни, он предложил мне вступить с ним в связь. Я наотрез отказался, я никогда не испытывал никаких гомосексуальных наклонностей. Он спокойно принял мой отказ, и я быстро забыл об этом досадном эпизоде. Но я совсем не знал этого человека. А он затаил зло и с тех пор стал ждать и готовить минуту мести.

Туров замолчал, словно не зная, стоит ли продолжать рассказ. И Анжелика испугалась, что он остановится на самом интересным.

- Продолжайте, я вас очень внимательно слушаю, - попросила Анжелика.

- Я был новичком в финансовых кругах Англии и очень много не знал. И вот однажды Кроули вызвал меня к себе и поручил заниматься весьма солидным клиентом. Он хотел сыграть на бирже, рискнув весьма крупной суммой. Но ему нужны были срочно деньги, и другого пути раздобыть их он не видел. Я должен был бы удивиться и насторожиться, что именно мне поручили выполнить столь ответственное задание. За него могли только взяться опытные специалисты. Но я был самонадеян и полагал, что все вокруг видят, какой я незаурядный финансист. И я был в восторге от поручения. .

Туров вновь замолчал.

- Что же произошло дальше? - осторожно спросила Анжелика.

- Что произошло дальше? - Голос Турова наполнился горечью. - Оливер Кроули дал мне несколько важных советов, как следует действовать. В том числе поделился инсайдерской информацией, которая должна была оказать большое влияние на фондовый рынок. Видели бы вы, как он мастерски меня обманул. Проверил, не подслушивают ли кто-то за дверью, закрыл кабинет на ключ, подозвал меня к себе и шепотом стал говорить. Сведения были в самом деле крайне полезные, используя их можно было получить огромный навар. У меня и мысли не возникло, что меня подставляют. И все последующие дни я жил в предвкушение огромной удачи. Разумеется. я стал действовать в соответствии с полученными инструкциям, по ходу дополняя их собственной импровизацией. Поверьте, я сделал все по высшему классу. И вот когда я готовился к великому триумфу, все случилось с точностью до наоборот. Произошли события прямо противоположного свойства, и я, вернее мой клиент проигрался в пух и прах.

Разразился скандал. Вы даже не можете себе представить, какой грандиозный вышел скандал. Он был усилен тем, что глядя на меня, и еще ряд игроков действовали схожим образом. Таким образом, я формально оказался повинен в настоящем биржевом обвале, из-за меня многие люди потеряли огромные деньги. Появились статьи, в которых меня сравнивали в величайшими аферистами мира. Потом я случайно узнал, что, по крайней мере, часть из них были заказаны Кроули. Это страшный человек, умный, мелкий и невероятно мстительный. Никогда не встречайтесь с ним, Анжелика.

А вот с этим как раз я не могу согласиться, подумала она, теперь ясно, что как раз с ним мне придется встретиться.

- Я был опозорен. Разумеется, меня тут же выставили из банка. На мне было клеймо, я больше никогда не мог работать в финансовой сфере, для работы в которой я был призван на эту землю. Я больше был никому не нужен. Как вам моя история?

- Печальная, - с искреннем сочувствием проговорила Анжелика. - Но ведь вы же работаете сейчас в этой области.

Туров бросил на нее странный взгляд.

- Да, - криво усмехнулся он, - мне повезло. Хотя иногда приходишь к мысли, что некоторые везения хуже любого несчастия. Если бы вы знали, какие идеи возникают тут, какие великолепные комбинации проворачиваю я мысленно. Но ничего из этого я не в состоянии реализовать, никто даже не желает разговаривать со мной. И пусть, им же хуже! - вдруг громко воскликнул Туров.

Анжелике показалось, что он потерял самообладание. По крайней мере, его лицо исказилось. И руки нервно задергались, как при тике.

- Успокойтесь, Владимир Георгиевич. Я уверена, что все образумится. Через некоторое время все об этом забудут, и вы найдете работу по вашим способностям.

Туров в самом деле успокоился. Внезапно он взял руку Анжелике в свою и поднес к груди.

- Прошу вас, будьте со мной. Я мечтал о вас всю жизнь.

- Давайте не станем торопиться. Жизнь покажет, что и как.

- Она уже один раз показала.

- Один раз -это еще далеко не все. - Анжелика почувствовала, что настал момент, когда она может уйти. На сегодня вполне достаточно, она узнала многое и ничего из того, что ей нужно больше не произойдет. Она встала.

- Мне пора домой. Давайте встретимся в ближайшее время и продолжим наши отношения. Вы не против?

- Я буду считать каждую минуту до встречи, - горячо воскликнул он.


## Глава 8


Анжелика находилась в банке, когда ей позвонил Сабуров.

- У меня есть для вас информация, - сказал он.

- Хорошая или плохая? - спросила Анжелика, слыша как громко застучало сердце.

- Еще не знаю. Приезжайте, поговорим.

Через несколько минут Анжелика уже ехала в машине к офису Сабурова. Чтобы излишне себя не волновать, особенно на оживленной трассе, она старалась ни о чем не думать, ни строить никаких вариантов. В последние дни она все чаще вспоминала завет своего учителя Арсена: не терять самообладания ни при каких обстоятельствах.

По выражению лица Сабурова она поняла, что вряд ли услышит что-нибудь обнадеживающее.

- Садитесь, Анжелика Витальевна. Может, вам чай или кофе? Или что-нибудь по крепче?

- Говорите, пожалуйста, скорей.

- У нас есть информация, что через границу был нелегально переправлен человек.

- Игорь?

- Неизвестно. Известно лишь то, что это мужчина средних лет.

- Откуда у вас такие сведения?

- Из пограничной службы. К сожалению, больше узнать ничего не удалось, наш источник сам не осведомлен. Известно лишь то, что приказ на переправку человека был дан высокой инстанцией.

- И это все? - разочарованно спросила Анжелика.

- Увы, пока все.

- Я уверена, это Игорь.

Сабуров пожал плечами.

- Подобные случаи бывают не так уж редко. Есть люди, которым необходимо пересечь границу нелегально. Для этого существуют несколько окон. Через одно из таких провезли и этого человека. Оснований считать, что это ваш муж нет.

- Но нет и оснований считать, что это не мой муж.

Сабуров кивнул головой.

- Вы правы. До тех пор, пока мы не раздобудем дополнительных сведений, нам остается только гадать.

- Я уверена, что это мой муж, - упрямо повторила Анжелика. - Я немедленно уезжаю искать его за границу. - Она даже вскочила со стула.

Лицо директора агентства отразило тревогу.

- Даже если это ваш муж, скажите, куда вы поедите. О том, куда его намерены переправить, ничего неизвестно. Это может быть любая страна, любой континент.

- Что же делать?

Он задумался.

- Я почти уверен в одном: если Игоря Евгеньевича действительно увезли из страны, то большая вероятность, что в этом замешен Шаклеин. Ему вполне по силам отдать такой приказ пограничной службе - это мне доподлинно известно. Проблема в том, что есть еще, как минимум, три десятка людей, обладающих такими же негласными полномочиями.

- Вы предлагаете мне попробовать узнать что-то через него? - догадалась Анжелика.

- Примерно. Вопрос только в том, каким образом сотворить это чудо. Этот человек, как никто другой, умеет хранить свои тайны. К тому же он скользкий, как угорь.

- Если он в этом замешен, я расколю его, - пообещала молодая женщина.

Теперь Сабуров нахмурился.

- Мне не нравится ваш настрой, вы не совсем понимаете, насколько серьезен, опасен и коварен ваш противник. Вы даже можете не заметить, как это он расколет вас.

Последняя реплика Сабурова немного охладила пыл Анжелики. Ей даже стало немного стыдно за свою горячность. Ее нельзя оправдать даже огромным желанием поскорее найти мужа. Один неосторожный шаг и может случиться, что она его не найдет никогда.

- Вы понимаете, дни идут, а я не продвинулась в своих поисках ни на шаг. Знакомлюсь с какими-то странными людьми, веду с ними долгие беседы. А толку с того? Я как не знала, так и не знаю, где Игорь?

- Я понимаю вас, но у нас нет иного выбора, кроме как идти шаг за шагом. Я тоже сгораю от нетерпения найти вашего мужа. Но что толку от подобных чувств. Если мы его и найдем, то вопреки им.

- Что же вы мне предлагаете сейчас предпринять?

- С Шаклеиным встретиться надо. Но вряд ли удастся что-то узнать. Но вы женщина, у вас тонкая интуиция. Не исключено, что сумеете что-то почувствовать. В моей практики были случаи, когда представителям вашего пола удавалось таким образом что-то узнать. И это сильно продвигало расследование. Пока мы не имеет больше ничего. Кстати, а как продвигаются ваши отношения с Туровым?

- Продвигаются, - буркнула Анжелика. - Вчера я выслушала его горькую исповедь. Может, мне раскрыться ему, вдруг он что-то знает об Игоре.

- Не стоит торопиться, - покачал головой Сабуров. - Вряд ли у него есть информация. В такие дела его не посвящают. Да он и не пригоден для них. Думали, вы это уже заметили.

- Заметила, - со вздохом была вынуждена согласиться Анжелика. - Итак, вновь Шаклеин.

- К сожалению, да.


## Глава 8


Анжелика слышала, как буквально фонтанировала радость в голосе Шаклеина.

- Как приятно вас слышать, моя дорогая, - захлебывался он. - Зачем же понадобился такой страшный, неприятный мужчина такой ослепительной красивой женщине?

- Как вы можете так говорить, Юрий Альбертович, у вас особое очарование, не похожее на других. Это делает вас таким привлекательным.

Анжелика было противно от этой разыгрываемой ею пошлой и примитивной комедии, и она не без труда находила в себе силы, чтобы произносить все эти дурацкие фразы.

- Так что же вы хотите, моя дорогая?

- Поговорить с вами об очень важном деле.

- Ну вот, - огорчился голос Шаклеина, - я то думал, что мы будем говорить о любви. А вы о деле.

- А одно другому совсем не мешает.

- Вы так полагаете, - обрадовался он. - Боюсь обмануться.

- Вы чего-то боитесь? Не верю.

- Каждый человек чего-то, но обязательно боится.

В этом он прав, подумала Анжелика, даже ее бесстрашный муж боялся этого человека. Только теперь она это начала понимать. Как же тогда она должна боятся его?

- Чего же боитесь вы?

- Очень красивых женщин. У них слишком много власти над мужчинами.

Анжелика решила, что нет смысла продолжать эту дискуссию.

- Так, когда же мы с вами встретимся? - спросила она.

- Когда вам будет угодно. Хотите приехать ко мне сегодня вечером?

К Анжелике пришла неожиданная мысль: а почему бы не устроить эту встречу у нее дома. В нем она будет чувствовать в большей безопасности, чем среди его охранников.

- А я хотела вас пригласить к себе в гости. Я у вас была, а вы у меня нет.

В трубке на несколько секунд воцарилась тишина.

- Разве вам можно в чем-нибудь отказать. Ждите меня в десять часов.

Все оставшееся время до встречи Анжелика готовилась к предстоящему разговору. Она обдумывала не только свои реплики, но даже те интонации, с которыми она собиралась их произносить, те движения, которыми намерена их сопроводить. Для такого опытного и наблюдательного человека, как Шаклеин, имеет значение все. Еще во время их первой встречи она ловила на себя его проницательные взгляды. Он явно пытался понять, что она за птица, и в какую игру намерена с ним играть. И вряд ли у него сложилось окончательное мнение на этот счет.

Анжелика не слишком любила готовить, хотя могла делать это виртуозно. Но на этот раз она не пожалела ни времени, ни усилий, проведя пару часов у плиты. В ее квартире Шаклеину должно быть хорошо, он должен почувствовать доверие к ее хозяйке. Это трудно, может быть, даже очень трудно, но чутье ей подсказывало, что она способно справиться с такой задачей. Надо только постараться.

Она стояла у окна, ждала Шаклеина, а думала о муже. За всего годы их супружества у нее ни разу не возникло и тени сомнения в правильности ее выбора. Этот человек стал для нее всем: замечательным любовником, знающим и умелым наставником, верным и преданным другом, надежным и стойким защитником. Он своим непосредственным примером доказал ей, что можно делать деньги честно, а жить и добиваться многого без обмана, лжи, угодничества, лицемерия. Все эти годы она видела в нем пример человека, которому хотелось во всем подражать, что она в меру своих слабых сил и пыталась делать. Она не просто любила его, она восторгалась им, потому что осознавала, что его достоинства являются выражением его естества, что тут нет и тени намерения выдать желаемое за действительное. То, что он именно такой, а не другой, он доказывал каждым прожитым днем, каждым своим поступком. И то, что с ним произошло, по своему совершенно закономерно; в мире, где люди разменивают свое достоинство на мирские блага, где предательство и угодничество считаются едва ли не высшими добродетелями, таким, как он, бывает трудно выжить. Но они должны обязательно победить, потому что на их стороне высшая справедливость. Это Анжелика сейчас, стоя у окна в ожидании Шаклеина, понимала особенно отчетливо. Кто знает, может быть, это испытание и дано им как раз для того, чтобы доказать всем и прежде всего самим себе, что эти принципы для них не пустой звук, не нечто абстрактное, от которого в любой момент можно отмахнуться, как от а назойливой мухи, а являются подлинными проявлениями их бытия.


Незметно для себя она перенеслась в прошлое. Примерно два года назад они попали в весьма трудное положение. Потом муж ей признался, что вполне реально рассматривал возможность банкротства банка. Из-за грубых ошибок правительсва, несколько их крупных клиентов не смогли вовремя погасить кредиты. И в балансе образовалась большая дыра, заполнить которую было нечем. Они понимали: если слухи о ней вырватся наружу, процесс станет неуправляемым, все бросятся снимать деньги со счетов. И их уже ничто не спасет. Вот тогда и появился тот странный человек, как волшебник из сказки, который приходит на помощь к главному герою в сложный момент его жизни.

Речь шла в общем об обыденном деле, которым занимались многие банки. Надо было увести деньтги за границу на основе несколькоких крупных, нол липовых экспортных контрактов с фиктвиными фирмами. Технология проыесса была давно отработана и ни особых сложносней, ни какой-то опасности такая операция не представляла. Зато комиссионные от ее проведения могли существенно поправить их незавидное положение.

Соблазн был настолько велик, что Вольпин на несколько часов заперлся в своем кабинете и не только никого не пускал к себе, но и не отзывался на звонки. Что происходило в это время, Анжелика так никогда и не узнала, он не распостранялся на эту тему. Но, выйдя из своего убежища, муж решительно заявил, что пока он руководит банком, ничего подобного делать они не станут. А если им предстоит идти на дно, то будет это происходить, как на Титаник, под звуки оркестра.

В тот вечер они почти не разговаривали. Муж был очень задумчив, он явно продолжал начатую взаперти в своем кабинете борьбу с главным противником каждого человека - с самим собой. Она же боялась помешать этому противоборству.

"Ты меня осуждаешь?" - внезапно спросил он.

Анжелика не стала обманывать.

"Я не осуждаю, но я не уверенаю, что согласна с твоим решением. У нас был шанс выкарабкаться, а сейчас мы сильно рискуем. Все так поступают. И ничего".

Вольпин кивнул головой.

"Я знаю, так многие делают. Но я не хочу. Я точно знаю: если я отступлю, все покатится по наклонной. Все было бы решить не так уж и сложно, если бы речь шла только о нашей судьбе. Но за мной целый коллектив. И это меня мучает.Я знаю, что людям все равно, соглашусь я или нет на такой вариант. Им хочтеся одного: чтобы банк работал, исправно бы платил им зарплату. Но есть вещи, черезх которые нельзя перступать. Можешь ли ты переступить через лежащую на земле свою мать?"

"Разумеется, нет, но ты уверен, что это адекватное сравнение?"

"Да, уверен. Мать - это святое, но и те принципы, по которым ты живешь, тож святое. Иначе это не принципы, а самообман".

"А как же коллектив? Если вдруг что случится".

"Не знаю. В таком случае, я буду думать, имею ли я право на дальнейшую жизнь".

Анжелике стало страшно. Она не сомневалась: это не поза, это позиция. Но и отговаривать, переубеждать не стала. К ней пришло ощущение, что она столкнулась непосредственно с чем-то высшим, во что не имеет право вмешиваться. И только остается уповать на судьбу.

Тогда она была к ним благогосклоннной, клиенты все же выполнили свои обязательства. И даже в банке мало кто знал, в какой напряженной ситуации они все оказались. А Анжелика даже несколько неожиданно для себя почувствовала огромную гордость за мужа. И это чувство наполняло ее счастьем.


Анжелика почувствовала небывалое волнение. В последние дни, с тех пор как исчез Игорь, это чувство постоянно присутствовало в ее эмоциональной палитре, но сей час оно было окрашено каким-то иным цветом. Она вдруг прониклась осознанием своей высокой миссии, прониклась пониманием, что они с мужем не просто борются за свое выживание, а сражаются с силами зла во имя торжества добра, справедливости и любви. Только теперь она начала понимать все значение той клятвы Афродиты, которую она дала ему у разрушенного безжалостным временем храма прекрасной богини.

Ее вдруг охватило нетерпеливое желание, чтобы как можно скорей пришел бы Шаклеин. Теперь она готова к поединку с ним.

Шаклеин внимательно, словно торговец недвижимостью, тщательно осматривал жилище Анжелики, задавал многочисленные и вполне профессиональные вопросы. Анжелика следовала за ним по пятам и терпеливо и добросовестно давала пояснения.

Она опасалась, что он заявится к ней с телохранителем, но он пришел один, по-видимому, оставив его ждать в машине. И это единственное за что он могла ему быть благодарна.

- А я, признаться, думал, что Игорь живет гораздо более роскошно, - заключил осмотр Шаклеин. - А здесь довольно скромно. - Он осуждающе покачал головой. - Не порядок. Такая женщина, как вы, должна жить по-королевски.

- Мой муж не приветствовал роскошь и осуждал своих коллег, кто тратил огромные деньги на обустройства своего жилья. Он считал, что их нужно вкладывать в дело.

- Разумная позиция. Но, когда имеешь такую жену, как вы, нельзя ни в чем себя ограничивать. Разве вы не хотите переселиться в другие условия?

- Очень хочу. Поэтому я попросила вас о встрече.

Анжелика заметила, как сразу же насторожился начальник финансового управления администрации президента. Он явно ожидал подвоха.

- Буду только рад, если сумею вам чем-то помочь, моя дорогая.

Анжелика улыбнулась.

- Давайте сначала по ужинаем, а все разговоры перенесем на потом.

Анжелика подозревала, что ее гость весьма прожорлив, но масштабы его аппетита все же удивили ее. Он так углубился в наслаждение пищей, что на какое-то время даже позабыл о той, кто ему ее приготовила. Она едва успевала подкладывать новые кушанья в его тарелку. Мысленно она поздравила себя с тем, что хорошо подготовилась к встрече, и не пожалела ни времени, ни усилий на то, чтобы приготовить всю эту гору разнообразной снеди.

- Фу, как же здорово вы готовите, - довольный откинулся Шаклеин на спинку кресла. - Сколько же у вас достоинств. Нет, не ценил вас муж. Вы самый драгоценный камень, какой я когда-либо лицезрел. А вот оправа вам не подходит. Вам тут не место, вам нужен трон.

- Я так высоко вознестись не мечтаю, - скромно потупила глаза Анжелика. - Мне бы получить то, чем я владею. Если бы вы мне в этом помогли... - многозначительно произнесла она.

Шаклеин бросил на нее одновременно подозрительный и похотливый взгляд.

- Чем же может вам помочь этот скромный толстенький человечек, который тает только от одного вашего взгляда на него.

Анжелика улыбнулась.

- Не скромничайте, Юрий Альбертович, уж мне ли не знать о вашем могуществе.

- Это слухи, - запротестовал Шаклеин. - Что я могу?

- Все! - тоном, не допускающим возражения, произнесла Анжелика.

- Ну, хорошо, я сдаюсь, - засмеялся Шаклеин. - Предположим, я, в самом деле, что-то могу. Что же вы хотите в таком случае от меня?

Анжелика сделала вид, что задумалась. Наступал решающий момент разговора.

- Помогите мне узнать о судьбе мужа?

- Мне казалось, что вы не слишком опечалены его исчезновением.

- Дело не в печали, а в деловом расчете.

- Не совсем вас понимаю, моя дорогая.

- Я исполняю сейчас обязанности президента банка. Но банк мне не принадлежит. Он принадлежит мужу. И я не чувствуя себя в нем хозяином. Он может прийти в любой момент и все, что я сделала, отменить. А я по секрету скажу вам, что приняла ряд важных решений. Я попала в очень неловкое положение, я не знаю, кто я на самом деле. Мне нужно определенность. Сколько времени может продолжаться такая ситуация. Неделю, месяц, год, пять лет? И весь этот период я буду находиться в таком подвешенном состоянии? Меня это никак не устраивает. Я хочу заниматься своим бизнесом. Понимаете, своим, а не чужим.

- Понимаю, даже очень хорошо понимаю, моя дорогая. Только не понимаю, чем же я могу вам помочь? Я понятие не имею, где находится ваш сбежавший благоверный.

- У вас большие связи во всех сферах власти. Если вы попросите, кого нужно всерьез заняться этим делом, вам не откажут.

- Не уверен.

- А я уверена. Мне тоже кое-что о вас известно.

- Что же? - мгновенно насторожился Шаклеин.

Анжелика широко улыбнулась.

- О том, что вы как в свой кабинет, заходите в кабинет премьер-министра. Скажите, разве это не так?

- Ну что с вами поделать, действительно иногда я бываю у него по делам. Но только когда он меня вызывает.

- Не скромничайте, Юрий Альбертович. Еще неизвестно, кто кого вызывает.

Шаклеин сложил свои руки с маленькими толстыми пальчиками на выпирающим из брюк животе.

- Откуда у вас такая информация, моя дорогая?

- А вот это уже мой секрет. Ладно, раскрою его вам, мне об этом сказал муж.

- А еще что он вам сказал? - мгновенно отреагировал Шаклеин.

- То, что по части финансов вам нет равных.

- Он, в самом деле, так сказал?

- Вы думаете, что я осмелилась бы вас обманывать.

Анжелика видела, что эти слова пришлись по душе ее собеседнику.

- Ваш супруг великолепный банкир. И его оценка для меня очень лестна. Правда, мне он ничего такого никогда не говорил.

- Может, не было подходящего случая.

- Может быть, - усмехнулся Шаклеин. - Хотя, если подумать, их было сколько угодно.

- И все-таки он был о вас высокого мнения, - продолжала гнуть свою линию Анжелика.

- Предположим. Что из этого вытекает?

- Ровным счетом ничего, кроме одного: вы не можете мне не помочь в его поисках.

Шаклеин усмехнулся.

- А вы к тому же еще и хитрая женщина. Буду иметь в виду.

- Вовсе нет, - улыбнулась Анжелика. - Но я вынуждена защищаться. До меня дошли сведения, что одна крупная финансово-промышленнавя группа точит нож на наш банк. И меня в моем положении это крайне беспокоит.

Беспокойство промелькнуло и в глазах Шаклеина.

- Это правда? Я ничего об этом не слышал.

- Увы, правда. - Анжелика не лгала, эту новость ей сегодня принес Александр Чистяков. И она действительно вызвало у нее сильное беспокойство.

- И что за группа?

- Альянс.

Шаклеин покачал головой.

- Это серьезные ребята. Капитал у них большой.

- Но я вовсе не желаю продавать банк, я хочу им владеть. И мне нужна определенность, чтобы начать дело об оформление наследства. Сейчас же у меня руки связаны. И это тогда, когда дорога каждая минута.

Шаклеин тяжело вздохнул.

- Вы даже не представляете, моя дорогая, как мне хочется вам помочь. Но моих возможностей, которые вы сильно преувеличиваете, не хватит, что противостоять такому серьезному противнику. Для этого моих сил слишком мало. Даже премьер-министр ничего не сможет сделать в такой ситуации.

- Я знаю, как выйти из нее.

Шаклеин аж весь подался вперед.

- Как?

- Если мой муж так и не объявится, почему бы не объеденить ресурсы банка и фонда "Капитал плюс". Я посчитала: получается совсем неплохо. У "Альянса" не хватит денег нас проглотить.

Шаклеин молчал не меньше минуты.

- Вы грандиозная женщина, я все больше проникаюсь восхищением к вам. Это предложение надо обдумать. А на каких условиях?

Анжелика обворожительно улыбнулась.

- Мы поговорим об этом позже. Но я готова идти на уступки. Если мы объединимся, то по своим активам мы войдем в двадцатку крупнейших финансовых институтов в страны. Представляете, какие открываются перед нами перспективы.

Шаклеин невольно сглотнул слюну. Кажется, его мысленный взор уже парил над будущими возможностями.

- Мне нравится ваше предложение, Анжелика. По крайней мере, его стоит всесторонне обмозговать. Но решаю не я один.

- Но ваше слово очень весомое. Но все это возможно лишь при условии, что мы будет знать, что с моим мужем. Иначе он сможет одним словом разрушать весь наш план.

- Тут вы правы, - кивнул головой Шаклеин. Внезапно его охватило воодушевление. - Я займусь этим делом! - воскликнул он, вскакивая с места. - Какая же вы великая женщина, о вас когда-нибудь будут слагать легенды. Какая жалость, что вы достались Игорю, он вас не достоин.

- Иногда мне тоже так казалось, - скромно потупила глаза Анжелика и вздохнула. - При нем, я никогда не могла обрести самостоятельность, я чувствовала себя на вторых ролях. А так всегда хотелось сыграть главную роль.

- Я вам предоставлю такую самостоятельность, - воскликнул Шаклеин.

Он едва себя сдерживал, и Анжелика боялась, что Шаклеин в любую минуту может наброситься на нее. Что ей делать в таком случае, не демонстрировать же приемы. Между тем он с каждой минутой становился все более невменяемым.

- Вы моя королева! - Шаклеин поймал руку Анжелике и прижался к ней губами. Затем стал покрывать поцелуями ее запястье, локоть, прямой дорогой направляясь к плечу...

Анжелика постаралась как можно мягче выдернуть свою руку.

- Юрий Альбертович, давайте подождем, как будут развиваться события. У нас еще столько всего впереди. - Она сделала шаг назад.

Шаклеин стоял посреди комнаты и громко сопел. Чем-то неуловимо он напоминал бегемота, такой же толстый, неуклюжий, рассерженный.

- Вы заставляете меня страдать, - капризным тоном произнес он.

- Что вы, я бы никогда себе это не позволила. Но пока я не знаю, где мой муж, я не могу ничего.

- Ваш муж, ваш муж...

Казалось, еще мгновение, и Шаклеин проговорится. Но он удержался на самом краю.

- Ваш муж, может, не появится еще долго,

- Как бы я к нему не относилась, но я обязана сохранять ему верность.

- К черту верность! - не сдержал своего возмущения Шаклеин. - Я хочу вас, черт возьми!

Анжелика пристально посмотрела на него.

- Принесите мне сведения о муже - и я ваша.

Шаклеин хотел было сделать шаг в ее направление, но вместо этого замер на месте. Он стоял, набычившись, и она видела, как борются в его душе разные чувства.

-Хорошо, я попытаюсь что-нибудь выяснить. Но когда выясню, вы, милочка, от меня не отвертитесь.

Анжелика незаметно перевела дух. По крайней мере, на данный момент опасность миновала.

- Хотите еще что-нибудь съесть? - предложила она тоном гостеприимной хозяйки.

- Нет, я сыт, - мрачно проговорил Шаклеин. - Спасибо за угощение. Я обдумаю ваше предложение. До свидания.

- До свидания.

Едва за гостем захлопнулась дверь, Анжелика без сил рухнула на диван. Давно она так не уставала.


## Глава 9


На следующий день у Анжелики с Зерниным произошло первое серьезное столкновение. Едва она появилась в своем кабинете, как к ней зашел Александр Чистяков . Ей сразу бросилось в глаза, что у него несколько смущенный вид.

- Что-то произошло, Сашок? - ласково спросила она его. Ей было приятно сознавать, что он всегда твердо находится на ее стороне.

- Зернин, - выдохнул он.

- Что натворил Зернин?

- Я думаю, ты должна это знать. Он заблокировал один крупный перевод за границу фонда "Капитал плюс". А ведь ты решила не сворачивать с ним сотрудничество.

- Черт! - не выдержала Анжелика. Зернин может испортить ей всю комбинацию. И, кроме того, он не имеет на это право, такое решение по уставу банка уполномочен принимать только его президент. И Зернину безо всякого сомнения это известно лучше, чем всем остальных. Тогда зачем он это сделал? Напрашивается лишь один вывод: он зачем-то хочет поссорить ее с руководством фонда, вернее, с Шаклеиным. Но чего он этим добивается?

- Спасибо за предупреждение. Если об этом станет известно руководству фонда, скандала не избежать.

Внезапно ее озарило. Теперь, кажется, все понятно, именно скандал нужен Зернину. Скандал, который станет большим пятном на ее репутации. А если учитывать стремление группы "Альянс" прибрать к рукам банк, то это им более чем кстати. Уж не работает ли он на них?

- Ты мне очень помог, - сказала Анжелика. - Можно сказать, что спас мою репутацию.

- Я тебя предупреждал: он опасный тип, - заметил Чистяков.

- Я с ним сейчас поговорю.

К Анжелике пришла мысль, что это удобный повод, чтобы раз и навсегда избавиться от этого человека. Пока он работает в банке, она не будет чувствовать себя комфортно. И все же она не была уверена, что примет такое решение. Кем она его заменит? Некем. А оставаться одной в такой тяжелый момент просто страшно.

Анжелика вздохнула. Иногда бывает очень трудно найти правильное решение.

На этот раз Зернин был одет как обычно, то есть очень элегантно. И это, как ни странно, немного успокоило Анжелику, такой первый вице-президент был ей привычен.

- Вы хотели меня видеть? - спросил Зернин.

Анжелике показалось, что в его голосе прозвучало пренебрежение. И это вызвало в ней волну гнева.

- Садитесь, - едва сдерживаясь, произнесла она.

Зернин почувствовал напряжение, так как немного удивленно посмотрел на нее.

Он сел, вальяжно положил ногу на ногу и бросил на нее пристальный взгляд.

- Вы чем-то недовольны, Анжелика Витальевна?

- Да, я недовольна. Я недовольна вами.

- Мной? - Одна его бровь слегка приподнялась. - Чем же я вызвал ваш гнев?

- Вы остановили перевод денег фонда "Капитал плюс" в банк "Интершейн чейз" в Лондоне. На каком основании вы это сделали?

- Ах, вот в чем дело. Я отвечу. Я считаю, что нашему банку не стоит проводить такие операции.

- Могу ли я узнать, почему вы так считаете?

- Игорь Евгеньевич, хотел разорвать отношения с фондом. Я не знаю, почему, но точно знаю, что он никогда ничего не делал без достаточных оснований. И, кроме того, я просмотрел их операции за последний месяц, это уже третий такой перевод, Всего на пятьдесят миллионов долларов. Не правда ли, не дурно.

- То есть, вы подозреваете, что это не совсем честные деньги.

- Вот именно, подозреваю, что не совсем честные. Зачем нам впутываться в такие истории. Наше финансовое положение достаточно стабильно, мы можем обойтись и без фонда.

- Давайте договоримся, Эдуард Петрович, обязанности президента в банке исполняю пока я. И все подобные действия вы будете согласовывать со мной. Я понимаю, что вам это делать неприятно, какая-то там женщина отдает вам приказы. Но таковы уж условия игры. Я отменила ваше решение, и с фондом мы будем по-прежнему сотрудничать. Это для нас важный клиент. - Анжелика на секунду задумалась. Если сообщать ему о том, что она намерена его уволить, то лучшего момента может долго не представиться. - Это все, что я хотела вам сказать, Эдуард Петрович, - произнесла она.

- Как вам будет угодно, - процедил сквозь зубы Зернин. - Только хочу предупредить: не исключено, что однажды вы пожалеете о своем решении.

Зернина уже ушел как минут пять, а Анжелика все продолжала размышлять о только что состоявшимся разговоре. Она не могла не признать, что его поведение остается ей не до конца понятным. Какую он ведет игру, чего добивается? А если у него мотивы совсем иные, нежели она предполагает?

Она взяла карандаш и попыталась нарисовать схему. В центре ее она поставила Шаклеину. Один луч отходил от него к Турову. Какую игру ведет Туров? Игорь уверял, что он переводит часть денег на какие-то неизвестные счета. Зачем? Делает ли он это по собственной инициативе или затеял какую-то свою партию? Ей непременно следует это выяснить.

Далее она написала фамилию Зернин, затем название группы "Альянс", соединила их линией. Но не сплошной, а пунктирной. Она далеко не была уверена, что конечные точки на ее конце действительно связаны друг с другом.

Но и это не все. Игорь говорил о наркомафии. А она и близко не подступила к этим людям. И даже приблизительно не знает, каким образом это сделать. А ведь нельзя исключить, что похищение мужа произошло по их инициативе, и Шаклеин тут ни причем. И она зря теряет с ним время.

И все же чутье ей подсказывает, что Шаклеин и пропажа мужа тесно связаны друг с другом. И к тому же еще этот банк "Чейз Интернейшн". Во всей этой истории он играет далеко не последнюю роль. Вот только какую?

Она соединила Шаклеина с "Чейз Интернейшн", после чего глубоко и горестно вздохнула. Ну, как тут не пройти в отчаяние, столько непонятных событий и могущественных людей участвует в этой драме. Где найти концы, как выйти на то место, где содержат мужа? У нее нет никакого ответа, одни лишь слабые и мало обоснованные предположения. Такое чувство, что идешь по дороге, о которой не знаешь, ни где она начинается, ни где заканчивается.

Анжелика возвратилась к своей схеме. Каким же должен стать ее в следующий шаг? Она не может бесконечно блуждать в потемках, Игорь просто не выдержит такого длительного заточения. Но как ускорить его поиски, она тоже не ведает. Ей ничего не остается сделать, как начать их с другой стороны. Если она соединит в одну все эти разрозненные линии, то внутри этой геометрической фигуры как раз и окажется муж. Но до этого еще очень и очень далеко.

Ей ничего не оставалось делать, как снова отправиться к Сабурову. Только он способен вывести ее на нужных людей, так как он это сделал, когда вывел его на Турова.

Она встретились с ним на следующее утро. По мере того, как он выслушивал ее, его лицо все больше хмурилось. И едва она закончила излагать свою просьбу, обычно выдержанный Сабуров вскочил со своего кресла.

- Вы понимаете, о чем меня просите. Речь идет о настоящих уголовниках, им убить все равно, что выпить кружку пива. Я никогда не сделаю и шагу, чтобы помочь вам в этом безумии.

- Сделаете, - уверенно произнесла Анжелика. - И вы это знаете. Потому что ни у меня, ни у вас нет иного выхода. Вам известно, где Игорь?

- Нет.

- Вот видите. А как узнать, если не завязывать знакомства с возможными его похитителями.

- Но у вас достаточно таких знакомых. Есть Шаклеин, есть Туров. Есть Зернин, наконец.

- Зернин, - удивилась Анжелика. - Вы подозреваете и его?

Сабуров неопределенно пожал плечами.

- Это скорей не я, это ваш муж. Однажды он мне мимоходом заметил, что вовсе не исключает, что его заместитель ведет какую-то свою игру.

- Я приму это к сведению. Но сейчас речь идет о другом. Вы должны мне рассказать все, что знаете, о связях Шаклеина с преступными группировками.

- Мне известно только одна такая группировка, с которой он поддерживает контакты, - суховато произнес Сабуров.

- Тем лучше, - улыбнулась она, - значит, ваш рассказ будет коротким.

- Даже очень коротким. Сведения на самом деле крайне скудны. Наше агентство не специализируется на наркотрафике.

- Даже если он тесно переплетается с большой политикой?

Сабуров вздохнул.

- От вас не укроешься, вроде бы вы такая красивая женщина, а ум, как у мужчины. Скажите, ну зачем вам нужны эти страшные люди?

- На всякий случай. А вы я вижу мужской шовинист.

- Я не шовинист, я хочу вам помочь остаться еще некоторое время в живых.

- Рассказывайте, - потребовала молодая женщина. - Не то я утону в вашем словесном море.

Сабуров сильно мотнул головой, как человек, который решился на что-то важное.

- Мне известно, что существует крупная наркогруппа, которая очень успешно, если так можно выразиться, ведет свой бизнес. Возглавляет ее некто Твердохлебов Сергей Николаевич. Человек еще далеко не старый, но уже сделавший карьеру в своих преступных кругах. По отзывам сам он даже не лишен некоторого обаяния и способен производить приятное впечатление. На самом деле, на его счету не одна загубленная жизнь. Разумеется, сам он не убивает, для таких грязных дел у него хватает подручных. Если кто-то переходит ему дорогу, или он кого-то заподозрит в предательстве, то тот не жилец. Он прибегает к убийствам, как учитель к розгам, для педагогического воздействия. Не советую я вам с ним знакомиться ни при каких обстоятельствах.

- Спасибо за совет. А как его найти?

Сабуров несколько минут молчал. Пауза так сильно затянулась, что Анжелика потеряла терпение. Что сегодня с ним такое, скажет "а", а "б" говорить не хочет.

- У меня есть его адрес. Он живет совершенно легально, как самый обычный гражданин. Да еще платит налоги, весьма приличные. Официально у него есть своя фирма, которая вполне успешно работает. Называется "Профессионал". Но на самом деле это самая настоящая отмывочная контора. Даже отдаленно нельзя представить, сколько через нее прошло денег.

- Чем официально занимается его фирма?

- Посреднические услуги. В том числе имеет лицензию на инкасаторскую деятельность. И, между прочим, работают очень успешно, имеют свою клиентуру. Насколько я знаю, Твердохлебов наложил запрет на любые противоправные действия, связанные с транспортировкой денег.

- Замечательно! - Анжелика от переполнявших ее эмоций даже захлопала в ладони. - Я как раз подумывала сменить инкассаторскую фирму. Мне их сам бог послал.

- Вы с ума сошли!

- Мне кажется, что нет. Вы же сами сказали, что они честно выполняют свои обязанности.

- Вы не просто играете с огнем, но огонь разгорается все сильней.

- Тут вы правы, - вздохнула она. - Но я не его разжигаю, это делают другие. Я лишь вынуждена лететь на него, как бабочка. Спасибо, вы мне очень помогли.

Анжелика не ехала, а тащилась по городу. Где-то впереди произошла авария, и огромный поток машин почти замер. Обуреваемая жаждой деятельности, она просто сгорала от нетерпения начать новую партию. Почему-то этот Твердохлебов, которого она еще даже ни разу не видела, возбуждал в ней сильное желание помериться с ним силами. Не так давно она вдруг поймала себя на странном ощущение, что ей все больше нравится опасность, которая с некоторых пор, как вражеская армия, окружала ее со всех сторон. Это ощущение будоражило ее, прогоняла состояние скуки. А с некоторых пор ее приливы вдруг накрывали молодую женщину с головой, и в такие минуты она не знала, куда себя деть. В эти странные и страшные мгновения исчезало все: любовь к мужу, к детям, к работе, жизнь мгновенно блекла, как старый рисунок, теряла, кроме серой, все свои краски. Раньше она и не представляла, к каким ужасным испытаниям может подвергнуть скука человека. И вот сейчас, сидя в неподвижной машине, она снова настигла свою жертву.

Анжелике хотелось и ругаться и плакать одновременно. Желая хоть чем-то себя развлечь, она стала наблюдать за тем, как идут по тротуару люди. Внезапно она вздрогнула. Она еще не поняла до конца, что увидела, но ощущение, что увидела нечто важное для себя, охватила ее целиком.

По тротуару шел высокий, широкоплечий молодой мужчина.

Анжелика распахнула дверцу машины и выскочила из нее прямо под колеса тронувшегося автомобиля. Он резко затормозил, и вслед Анжелике полетели отборные ругательства.

Но ей было не до реакции, хотя и совершенно справедливой этого автомобилиста. Она слишком боялась упустить мужчину.

- Николай! - закричала она.

Мужчина обернулся и посмотрел в ее сторону. Его лицо отразило изумление. Но затем оно почти сразу же сменилось совсем иным выражением. Он отвернулся и ускорил шаг.

Но это нисколько не обескуражило его преследовательницу, Анжелика, расталкивая попадавшихся ей на пути людей, бросилась за ним в погоню.

Она догнала Николая и крепко ухватилась за рукав его куртки.

- Николай! - задыхаясь от быстрого бега, воскликнула она, - я прошу, не убегай.

Мужчина остановился и хмуро посмотрел на нее.

- Ты разве меня не узнал?

- Узнал. Что из того? Мне надо идти, у меня важное дело.

- Я тебя подвезу. - Анжелика бросила взгляд на дорогу. В этот момент машины пришли в движение. Но теперь дальнейший путь им преграждал автомобиль Анжелики. - Пойдем, - решительно потянула она его за рукав, - видишь, моя машина всем мешает. Меня сейчас разорвут на части.

Николай неохотно уступил нажиму и последовал за ней. Когда же они подошли к машине Анжелике, их встретили негодующие сигналы автомобильных сирен.

Николай сел рядом с ней на место пассажира.

- Я так рада видеть тебя, - сказала Анжелика, трогаясь с места. - Ты даже не представляешь, как рада. Куда тебя отвезти?

Но к удивлению Анжелики ответа не последовало. Она повернула к Николаю голову. Тот с хмурым видом смотрел вперед.

- Так куда тебя доставить? - повторила вопрос Анжелика.

- Не знаю. Куда хочешь.

- А твое дело? Ты же... - Внезапно она замолчала. Какая же она идиотка, неужели не понятно, что ему просто некуда идти. - Хорошо, поедем туда, куда я тебя привезу. Не возражаешь?

Так как ответа не последовало и на этот раз, Анжелика решила, что молчание - знак согласие, и она может делать то, что сочтет нужным.

За время пути они почти не разговаривали. Мысли же Анжелики были поглощены воспоминаниями о годах, когда они были вместе. Нельзя сказать, что эти вдруг воскресшие картины прошлого сейчас приводили ее в сильное волнение, слишком много воды утекло с тех пор, другие, гораздо более важные события прочно заслонили их, И все же проведенное совместно время было ей по своему дорого.

Николай сидел в кресле в ее квартире. Он по-прежнему был неразговорчив и вел себя так, словно ничего что происходит вокруг него, его совершенно не касалось. Он почти не обращал на окружающий его интерьер внимания, так как почти все время смотрел в пол.

- Вот здесь я живу, - сказала Анжелика. - Как тебе?

Николай бросил беглый взгляд куда-то в сторону и снова замкнул его на поле.

- Ничего, - лаконично ответил он.

Она подумала, что им будет не просто снова найти общий язык. Да и нужно ли его искать?

- Когда ты освободился?

- Месяц назад.

- Целый месяц, - сама не зная чему, удивилась она. - И где ты все это время обитал?

Николай едва ли не впервые посмотрел ей в лицо.

- Где придется, - безучастно пожал он плечами.

- Как где придется? То есть, тебе негде жить.

- У меня немного не хватает денег, чтобы приобрести такие хоромы, - вдруг саркастически произнес он.

- Но это не проблема, ты можешь пока пожить тут. Квартира большая, место хватит целой роте.

- А твой муж, он не будет против. Или в вашей семье принято жить втроем.

- Нет, не принято, мы живем вдвоем. Но мужа сейчас нет.

- А где же он?

Анжелика несколько мгновений колебалась: стоит ли посвящать его в эту историю?

- Его похитили.

- Что значит похитили? - Впервые в голосе Николая зазвучало что-то живое.

- Это значит, что кто-то увез его и держит в плену.

- И ты не знаешь, кто это сделал?

- Знаю. Не все, конечно, но кое-что знаю.

- Тогда что же тебе мешает?...

Она поняла его.

- Мне неизвестно место, где он находится. Я пытаюсь его найти, но пока безуспешно.

- Интересная история, - с не совсем понятной интонацией проговорил Николай. - А почему его похитили?

- Это долго рассказывать. Лучше поговорим о тебе. Тебе было трудно там находиться?

- А ты посиди там немного, тогда все станет ясно. - В его голосе вновь прозвучал сарказм.

- Прости, Коля, я сморозила глупость, - искренне покаялась Анжелика. - Но что ты собираешься делать?

- Куда-нибудь устроюсь. Грузчиком в магазин или на рынок. Я там уже подрабатывал.

- Но ведь у тебя практически высшее образование.

- Ты забыла, что мне не вручили диплома. Да и что за эти годы осталось от образования. Или ты думаешь, что там, где я находился, был на спрос на мои познания?

Анжелика не надолго задумалась.

- Я прошу тебя, - умоляюще проговорила она, - не отвергай мою помощь. Я помогу тебе на первое время решить твои проблемы. Ну а дальше ты сам. У тебя получится, ты же сильный.

Николай молчал, он явно колебался.

- И как это будет выглядеть?

Анжелика обрадовалась. Ледяной этап полного отчуждения в их отношениях, кажется, прошел и начинается постепенное потепление. Значит, можно идти дальше.

- Еще не знаю, надо поразмыслить. Если не хочешь пожить тут, я помогу тебе снять квартиру. А работать можно в банке, пока охранником, а потом посмотрим. Зарплата не слишком большая, но с голоду не умрешь. И еще на что-нибудь хватит.

- Кто же меня возьмет банк, деньги охранять, с моей славной биографией зэка.

- Я возьму. Я сейчас президент банка.

- Ты президент банка?!

- Ну не совсем, - слегка понизила свой статус она, - на время отсутствия мужа. Как только он появится, то возьмет бразды правления в свои крепкие мужские руки. Не отвергай мои предложения, - дотронулась Анжелика до его локтя.

Николай как-то странно посмотрел на нее.

- А муж не станет ревновать, что ты пригрела меня. Все же бывший любовник.

- Не беспокойся, с мужем я разберусь. Только бы он появился, - вздохнула она. Анжелика посмотрела на часы. - Давай с тобой договоримся, ты пока побудешь тут, а мне надо срочно на работу. А вечером я приеду, и мы согласуем все окончательно.

Николай не спеша, словно раздумывая, кивнул головой.

- Только очень прошу, не исчезай. Хватит с меня одного исчезновения.

Николай посмотрел на нее.

- Пока не исчезну, - заверил он.

Анжелике очень не хотелось ехать в банк, так как не сомневалась, что ее ждет неприятный разговор с Зерниным. Инкассация находилась в его ведение, и ей было отлично известно, что претензий к обслуживающей их фирме он не имел. У нее же не было абсолютно никаких аргументов, зачем им нужно сменить фирму. И ее заместитель без всякого сомнения будет сопротивляться. Но другого выхода все равно нет. Ей нужен серьезный предлог, чтобы выйти на этого Твердохлебова.

Анжелика не стала откладывать неприятный разговор, и едва войдя в свой кабинет, попросила пригласить Зернина. Тот явился незамедлительно. Как обычно, он был со вкусом одет.

Она решила сразу взять быка за рога.

- Я приняла решение сменить фирму, которая занимается у нас инкассацией.

Зернин изумленно посмотрел на нее.

- Зачем?

- Эта фирма мне кажется надежней.

- Но у нас нет никаких претензий к фирме, с которой мы работаем. Объясните причины. Я не понимаю их.

Она видел, в каком напряжение находится Зернин, и отнюдь не была уверена, что ему удастся себя сдержать. И на этот раз вина полностью ложилась на нее, она зашла слишком далеко.

- Мне рекомендовали эту фирму, как очень надежную, - повторила она свой тезис из-за полного отсутствия других.

- Вы можете назвать эту фирму?

- Да. "Профессионал".

- Не слышал о такой, хотя неплохо знаю этот рынок. Может быть, у них ниже тарифы?

Черт, она не подумала об этом, а вдруг, в самом деле, ниже. Надо было предварительно разузнать. Если это так, тогда бы у нее был бы весомый аргумент в пользу замены фирмы.

- Не знаю, я не узнавала. Эдуард Петрович. Но я приняла решение, и дискуссии бесполезны.

- Но вы разве забыли, что это моя вотчина. Игорь Евгеньевич, доверял мне решать этот вопрос самостоятельно.

- Мне это известно, но сейчас руковожу банком я. А у меня свои правила.

Через секунду Анжелика поняла, что последнюю фразу лучше было бы не произносить. Она стал той искрой, которая разожгла пламя.

Всегда выдержанный Зернин, внезапно вскочил.

- Я долго терпел ваши выходки, но больше этого делать не намерен. Я не желаю с вами работать. Я ухожу в отпуск до возвращения Игоря Евгеньевича.

- А если он не вернется? - тихо произнесла Анжелика.

Зернин как будто наткнулся на какое-то препятствие. Несколько мгновений он пребывал почти в полном стопоре.

- Вернется он или не вернется, я не знаю, но под вашим чутким руководством работать не намерен. В стране существуют много других банков.

Это были его последние слова, так как он буквально вылетел из кабинета. Анжелика без сил откинулась на спинку кресла. Конечно, она ожидала, что разговор не завершится взаимными улыбками, но все же надеялась, что его конец будет не столь драматическим. Вдобавок ко всему придется решать проблему Зернина, без него ей не справится, даже если она будет проводить в банке двадцать четыре часа в сутки. А, следовательно, она должна сделать все возможное и невозможное, чтобы вернуть его на рабочее место.

В кабинет вошел Чистяков.

- Что тебе, Саша? - спросила Анжелика. Сейчас она не хотела видеть даже его.

Он, как чуткий барометр, сразу же уловил ее настроение.

- Ты расстроена? Это из-за Зернина? Он выскочил из кабинета красный, как рак. Я таким его еще никогда не видел.

Анжелике послышалось в голосе Чистякова удовлетворение. Впрочем, она хорошо знала, что он не любит первого вице-президента.

- Да, у нас состоялся неприятный разговор. - Анжелика решила не вдаваться в подробности. - Он заявил, что не желает работать под моим чутким руководством.

- Туда ему и дорога, - пожал плечами Чистяков.

Она почувствовала раздражение. Каждый живет своими чувствами. А вот каково будет ей без него.

- Ты понимаешь, что я не справляюсь, - воскликнула она! - Он руководит этим банком несколько лет, а я - несколько дней.

- Извини, - мягко проговорил Чистяков, - я поддался собственным эмоциям и не подумал о том, в каком положение оказываешься ты. Я самая настоящая свинья.

Анжелика невольно улыбнулась. Этот красивый молодой мужчина меньше всего походил на свинью

- Ты тоже по-своему прав, Саша, - мягко проговорила она, - каждый из нас имеет право отстаивать свои чувства.

- А знаешь, давай как-нибудь где-нибудь посидим. А еще лучше приезжай ко мне в гости. Ты ведь ни разу у меня так и не была. Даже представление не имеешь, как я живу.

- В самом деле, - удивилась Анжелика. - Действительно не была. Обязательно приеду. Как только выпадет свободный вечерок.

- Буду ждать.

Домой она приехала поздно вечером, уставшая до изнеможения. Ей пришлось заниматься не только своими делами, но и теми делами, которые были в ведение Зернина, так как он сразу же после разговора подал заявление на отпуск и немедленно отбыл из банка.

Она боялась, что Николай не дождется ее и уйдет в неизвестном направлении, но он сидел на том же месте, где она его оставила. Хотя телевизор был включен, но у нее сложилось впечатление, что он его не смотрел.

- Как хорошо, что ты здесь. Ты, наверное, жутко голоден. Сейчас я что-нибудь сварганю.

Ей хотелось одного: упасть в кровать и забыться сладким безмятежным сном, но она понимала, что это счастливое событие произойдет еще не скоро. Такой долгий и напряженный день ей не выпадал давно.

Она приготовила ужин, и погрузила еду на сервировочный столик. Затем повезла его в комнату и поставила перед гостем.

- Давай поедим.

Николай посмотрел на нее и отрицательно покачал головой.

- Я дождался тебя, чтобы только сказать: мне ничего от тебя не надо, и я ничего от тебя не приму. И вообще, наша встреча была ошибкой, лучше всего, если в следующий раз мы пройдем мимо, как незнакомые люди.

Анжелика почувствовал негодование. И этот тоже против нее. Весь мир что ли сегодня сговорился?

- Я понимаю, что ты на меня таишь обиду. Но если разобраться, в чем моя вина? Ты сам выбрал свою судьбу. Сначала ты неадекватно повел себя с тем преподавателем, затем гордо отказался от услуг адвоката. А ведь он мог, если не вытащить тебя, то уж скостить срок. Но ты же гордый, ты предпочел отсидеть сполна. А когда я пришла к тебе с передачей, то отказался ее принимать. А ведь я очень переживала из-за тебя. Ты даже не представляешь, на что я хотела пойти, чтобы раздобыть деньги на защитника.

Она поймала его удивленный взгляд.

- Я не знал.

- Откуда же тебе было знать, если ты наотрез отказывался от встречи со мной. Боже мой, до чего я устала от вас, мужчин. - Анжелика села в кресло и закрыла лицо руками. - Почему вы такие жестокие, безжалостные, вы все время твердите о любви к нам, а сами хотите только власти над нами. А когда ее не удается заполучить, обвиняете нас во всех смертных грехах. - Она вдруг посмотрела на Николая. - Ну почему ты не ешь, я же готовила, трудилась. Ты целый день просидел в кресле, а я пахала, как каторжная.

Неожиданно Николай придвинулся к столику и стал быстро есть. Было видно, как он голоден. Она тоже присоединилась к нему. Они ужинали в полном молчании.

Когда сервировочный столик опустел, она так же молча укатила его на кухню. Затем вернулась в комнату.

- Я виноват перед тобой, - вдруг произнес он. - Я думал только о себе.

- Все думают только о себе, - вздохнула она. - Я тебе постелю тут.

Николай ничего не ответил, но она поняла, что и на этот раз его молчание - это знак согласия. Пока соглашаться с помощью слов он никак не решался.

Несмотря на усталость, Анжелика никак не могла уснуть. Внутренние возбуждение гасило все попытки сна заставить отключиться ее сознанию. События последних дней, как кадры кинохроники, сова и снова вопреки ее желанию разворачивались перед ней.

Внезапно она услышала какой-то шум, дверь отворилась, и на пороге появился темный силуэт Николая. Он направился к ней.

Николай сел на краешек ее постели. Некоторое время оба молчали.

- Я все эти годы все время думал о тебе, - вдруг сказал он. - Я так соскучился по тебе. - Николай придвинулся к ней.

Она села на кровати.

- Коля, прошу тебя не надо. Я понимаю, как ты меня хочешь, но наша близость не принесет радости ни тебе, ни мне. Я люблю своего мужа, и кроме него для меня не существует других мужчин. Давай до конца жизни останемся друзьями. Поверь, ты быстро оценишь, как это здорово. - Анжелика на несколько секунд замолчала. - Но если ты настаиваешь, я согласна.

Она с волнением ждала, что последует дальше.

Николай несколько минут сидел абсолютно неподвижно, затем резко встал и направился к выходу из спальни. Анжлика облегченно вздохнула. Хорошо бы, если бы он еще и не ушел. Но это она узнает только утром.


## Глава 10


Когда Анжелика проснулась и прошла соседнюю комнату, то обнаружила там мирно спящего Николая. Его сон был таким крепким, что он не почувствовал, как она подошла к нему почти вплотную и несколько секунд разглядывала его.

Он изменился, отметила она, лицо больше не юношеское, а зрелого мужчины. Лоб бороздят глубокие продольные складки. Она помнит его мягкие губы, а теперь они жесткие и шершавые, почти как наждачная бумага.

Анжелика вздохнула, Сколько бы она не уверяла себя, что в том, что случилось с ним, нет ее вины, где-то глубоко в душе она понимала, что это не совсем так. Не будь она такой, какой есть, Николай бы никогда не поступил бы подобным образом, и его жизнь сложилась бы иначе. Кем бы он сейчас был? Известным спортсменом или работал бы вице-президентом какого-нибудь банка. Ведь способностями его бог не обидел.

Но долго размышлять на эти темы было некогда, ее ждали неотложные дела. И все же она еще задержалась, чтобы приготовить Николаю поесть. А вечером, если ничего не случится, они совместными усилиями попробуют решить его судьбу.

Анжелика знала, что Зернин сейчас живет на даче. Еще вчера она разузнала ее адрес. И теперь пробиралась в этом направление по запруженным машинами дорогам.

Она нисколько не сомневалась в правильности своего поступка, она готова на все, ну почти на все, чтобы вернуть Зернина в банк.

Почему-то Анжелика думала, что дача Зернина расположена в каком-нибудь элитном поселке, застроенном замками новых финансовых феодалов. И удивилась, оказавшись в самом обычном дачном кооперативе. Судя по небольшим деревянными домикам, он начал застраиваться много лет назад. И сейчас вряд ли в таких строениях могли обитать богатые люди.

Дача Зернина представляла из себя довольно большое аккуратное сооружение, но оно вполне вписывалась в общий архитектурный ландшафт. Однако несравненно больше ее изумил сам хозяин. Она застала его одетого в старенький спортивный костюм с мотыгой в руках, самоотверженно сражающего с армией сорняков на своем огороде.

При виде ее, Зернин едва не выронил из рук мотыгу. Несколько секунд он буквально не спускал с нее глаз, словно не веря тому изображению, что в них отражается.

- Бог в помощь, Эдуард Петрович, - улыбнулась Анжелика.

- Это вы? - по-прежнему не совсем веря своим глазам, пробормотал хозяин дачи.

- Да это я, а не мой призрак. - Она осмотрела огород. - Да у вас все заросло. Вы один и за два дня не управитесь. Давайте я вам помогу. Есть еще одна мотыга?

Зернин машинально кивнул головой.

- Вы что будете мотыжить? - недоверчиво спросил он

- Да, а что в том такого. Несите мотыгу. Мне с детство знакомо это искусство.

Зернин скрылся в расположенном неподалеку сарае и вышел из него, неся инструмент. Он протянул его Анжелике.

Примерно за час они совместными усилиями очистили от сорняков несколько грядок. Зернин то и дело посматривала на нее, словно проверяю, а не пригрезилась ли ему эта картина. Но Анжелике даже понравилась работа. Она давно не держала мотыги в руках, хотя в детстве действительно приходилось это делать нередко. У них был довольно большой огород, который в ответ на тяжелый по его обработке труд помогал им справляться с голодом. А иногда он подступал к ним с матерью довольно близко.

- Ну все, - решила Анжелика прервать работу, - на сегодня хватит. Итак, много сделали. Не угостите ли меня чаем?

- Да, конечно, Анжелика Витальевна. Пройдемте в дом.

Внутри дом был отделан со вкусом, но без всякого налета роскоши. Зернин заметил, что гостья внимательно рассматривает интерьеры.

- Это дом построили мои родители, ему больше сорока лет. Я лишь сделал ремонт и небольшую перепланировку.

- Вы здесь один, А где ваша семья? - поинтересовалась Анжелика.

- В городе. Приедут на выходные. У меня же не запланированный отпуск. Сейчас будет чай.

Зернин скрылся за дверью. Вернулся он минут через семь.

- Пойдемте на веранду, там приятней пить чай, - пригласил он.

Анжелика заметила, что он переоделся. Выцветший спортивный костюм был заменен на вполне цивильные брюки и тенниску. В этом наряде он выглядел почти привычно.

Они расселись на веранде.

- Вы удивлены моим появлением тут у вас, - скорей не спросила, а утвердительно произнесла Анжелика.

- Было бы странно, если бы не удивился.

- И вы догадались, зачем я приехала.

- Я не вернусь в банк.

- Эдуард Петрович, без вас я, как без рук, как без глаз, как без ног. Как только вы нас покинули, на меня навалилось сразу столько дел, что я поняла, что никогда с ними не справлюсь.

- Вполне могу вас понять. Но я тут ни при чем.

- Но это же и ваш банк! Скоро десять лет, как вы в нем работаете.

- Боюсь, но придется обойтись без юбилея.

- Вы не можете так поступить, вы не можете меня бросить в такой тяжелый момент, когда исчез мой муж.

- Я не собирался вас бросать, но у меня возникло ощущение, что вы сами решили меня выжить. А я лишь пошел на встречу вашим желанием.

- Нет, это не так! - возмущенно выкрикнула Анжелика. хотя и понимала, что частично в его словах заключалась правда.

Зернин с удивлением посмотрел на нее.

- Я хочу, чтобы вы остались. Умоляю. Хотите, встану перед вами на колени.

И буквально через секунду Анжелика, в самом деле, стояла перед Зерниным на коленях.

Он вскочил со стула, при этом его чашка пролилась, а затем упала на пол и разбилась.

- Встаньте, я прошу вас, встаньте!

- Пока вы не дадите согласия вернуться завтра, а еще лучше сегодня, не встану.

- Вы используете запрещенный прием. Это некрасиво с вашей стороны так поступать.

- У меня нет иного выбора. Я буду стоять на коленях до тех пор, пока вы не дадите согласия.

- Ну, хорошо, давайте обсудим этот вопрос, приняв нормальное положение, - почти сдался Зернин.

Анжелика встала с колен и снова села на стул.

- Я слушаю вас, Эдуард Петрович.

Несколько секунд тот молчал.

- Мне не понятны некоторые ваши действия.

- Какие?

- С фондом. Потом с инкассацией. Зачем менять фирму?

- Я думаю, это была моя ошибка. Но я вам клятвенно обещаю, что больше не буду принимать ни одного решения, которое касается тех вопросов, что вы курируете, без согласия с вашей стороны.

- Значит, вы аннулируете решение об изменение фирмы.

Анжелика вздохнула.

- Нет. Это решение не отменю. Я не могу. Иначе что подумает коллектив. Какая-то сумасбродка руководит банком. Сегодня одно, завтра другое. Пойдите мне на встречу. Это в последний раз.

Зернин пребывал в растерянности, явно не зная, на что решиться.

- Что скажет, Игорь Евгеньевич, когда вернется, узнав, что два ближайших его заместителя не смогли поладить друг с другом и тем самым нанесли банку большой урон, - решила применить Анжелика снова весьма сомнительный прием. Она знала, что Зернин скорей всего и не любил, мужа, но уважал его.

- Если это и случилось, то не по моей вине.

- Вы правы, по моей. Я прошу у вас прощение. Вернитесь в банк, вы мне очень нужны. Как вас еще попросить об этом?

Зернин вздохнул, затем пристально посмотрел на Анжелику.

- Даже не знаю, что вам ответить. Вы ведете какую-то свою игру, а я ее не понимаю. И мне это не нравится.

Анжелика несколько секунд раздумывала, не приоткрыть ли Зернину хотя бы небольшую завесу тайны над ее действиями. Нет, слишком рискованно. Она сама не знает доподлинно, какую игру ведет ее заместитель. Кто знает, не спланирован ли его шаг был заранее. Не так уж и все трудно просчитать, ведь Зернин лучше чем кто-либо понимает, что без него ей не справится.

- У меня игра самая простая, я хочу сберечь банк до возвращения мужа. И ради этого готова на все.

- Кроме как отменить решение по замене фирмы по инкассации, - не без сарказма произнес Зернин.

- Считайте это моим маленьким женским капризом.

- Очень странный женский каприз, с такими женскими капризами я в своей жизни еще не сталкивался, - усмехнулся Зернин. - Хорошо, оставим этот вопрос, завтра я выйду на работу. Но на тех условиях, о которых вы мне говорили.

Огромный вздох облегчения вылетел из груди Анжелики.

- А хотите, я вас поцелую?

- Когда-то очень хотел. Но теперь, пожалуй, не стоит. Между начальником и подчиненным должна пролегать дистанция.

-

## Глава 11


Анжелика решила навестить фирмы "Профессионал" в тот же день. Она понимала, что рискует, ее там могут встретить любые неожиданности. А потому решила подстраховаться. Она позвонила Николаю и сказала, что ей нужна его помощь. Но дело опасное, и он может отказаться.

Впрочем, она нисколько не сомневалась, что Николай не откажется. Он согласился, не задав ни одного вопроса. Они договорились о месте встрече. И вот сейчас, подъезжая к ней, она еще издали увидела его высокую сильную фигуру.

Она остановила машину, и он сел рядом с ней.

- Что-то случилось? - спросил он.

- Я должна тебе кое о чем рассказать.

Он посмотрел на нее и промолчал. Анжелика невольно подумала, что лагерь сильно изменил его характер, Николай стал немногословен, чего раньше за ним не отмечалось.

- Я занимаюсь поисками мужа. Мой муж, будучи банкиром, узнал очень важную информацию о финансовых махинациях высокопоставленных правительственных чиновниках. Речь идет о самых верхах. Ты понимаешь?

- Понимаю.

- Поэтому его и похитили. И никому, кроме меня, до этого нет дела. Если я его не найду, он никогда не вырвется на свободу. Но, кроме того, в этой истории замешана и наркомафия. Они тоже отмывают и переводят деньги за границу через наш банк. Кстати, к наркомафии мы сейчас и направляемся. Есть некто Твердохлебов, который возглавляет этот синдикат.

- Я слышал о нем, - отозвался Николай, - я сидел с несколькими его ребятами. Они кое-что мне порассказали. Даже предлагали присоединиться. Дали один адресочек. Но я им не воспользовался.

Анжелика бросила на Николая быстрый взгляд. К ней пришла одна мысль, но она решила оставить ее на потом.

- Мне нужен человек, нечто среднее между телохранителем и партнером по поискам. Я предлагаю эту работу тебе. Платить буду хорошо. А если мы найдем Игоря, получишь столько, что хватит, чтобы открыть свое дело. Но чем все это кончится, я не знаю. Риск очень большой. Игоря похитили страшные люди. Если хочешь, я остановлю машину в любой момент, и ты выйдешь.

Анжелика вопросительно посмотрела на него. Николай несколько секунд смотрел прямо перед собой.

- Поехали дальше, - сказал он.

Анжелика улыбнулась про себя. У нее появился надежный партнер, на которого можно положиться. А ей так не хватало такого человека. Сабуров не в счет, он не станет рисковать ради нее. Его контора ему во сто крат дороже.

Анжелика припарковала машину за квартал до нужного места. Она не хотела, чтобы кто-то заметил Николая. Тем более, ее воображение все больше захватывал один план.

Это был самый обычный офис с приятным дизайном. Таких по Москве было многие тысячи. И ей трудно было себе представить, что на самом деле здесь расположен мозговой центр крупного наркосиндиката.

К ней подошел приятный молодой человек.

- Здравствуйте, что вы хотите?

- Я бы хотела поговорить с руководителем вашей фирмы.

- По какому вопросу?

- Я президент банка "Доверие", я хотела бы заключить с вашей фирмой договор об инкассации.

Анжелика почувствовала, как что-то мгновенно изменилось в поведение менеджера, хотя внешне его лицо украшала все та же улыбка. Но взгляд стал совсем иным, настороженным и пристальным.

Анжелика улыбнулась своей фирменной улыбкой, против которой устоять было труднее, чем против танка.

- Могу я все же поговорить с вашим президентом?

- Да, конечно. Я сейчас доложу. Пожалуйста, посидите на диване.

Сидеть на диване пришлось довольно долго, никак не меньше минут пятнадцати. Скорей всего там обсуждают, как себя вести, предположила она.

Внезапно к ней вышел мужчина лет тридцати пяти. Это был настоящий гигант, он казался даже сильнее и выше Николая. Рост никак не меньше метра девяносто, широкие плечи. Общее впечатление добавляло вполне приятное лицо. Хотя оно улыбалось, но его глаза при этом смотрели настороженно.

- Здравствуйте. Что вас привело к нам?

Анжелика протянула ему визитку. Мужчина прочитал ее и спрятал в карман.

- Мы знаем ваш банк, это очень солидный и надежный банк. И будем рады оказать вам любую услугу. Конечно, если она в нашей компетенции.

Ну, еще бы тебе не знать мой банк, если через него ты переводишь свои капиталы за границу, мысленно отреагировала Анжелика на слова гиганта.

- Приятно слышать такое мнение о банке. А привело меня желание надежней сохранить деньги наших уважаемых клиентов. Вы занимаетесь инкассацией. Я не совсем довольно фирмой, которая нас сейчас обслуживает. Я хотела бы заключить соглашение с вами.

Анжелика заметила, что это сообщение взволновало Твердохлебова. Правда, длилось это не более секунды.

- Мы можем только радоваться такому клиенту. Пройдемте в мой кабинет и все обсудим.

То был по-настоящему роскошный кабинет. Невероятно дорогая мебель, позолоченные ручки, мягкие кресла, на стенах картины. Несколько секунд Анжелика озиралась, ее охватило ощущение, что она вдруг попала в музей.

Хозяин "музея" явно наслаждался произведенным впечатлением. Он вальяжно расположился в мягком кресле, выставив вперед свои длинные, обутые в щеголеватые ботинки ноги.

- Как вам, Анжелика Витальевна, мой кабинет? - спросил он.

Она взглянула на него, лицо Твердохлебова отражало откровенное самодовольство.

- Великолепно, - оценила Анжелика, впрочем, не очень кривя душой.

- Я рад, что эта комнатка понравилась такой прекрасной женщине. - Твердохлебов принял еще более вальяжную позу. - Так какие же попутные ветра привели вас к нам?

- Я уже сказала: хочу поручить вашей фирме инкассацию. Справитесь?

Взгляд Твердохлебова, словно насекомое, медленно ползал по ее телу. И он даже не пытался замаскировать, что пристально разглядывает ее.

- Для вас мы сделаем все, что угодно, - усмехнулся он. - Можете рассчитывать на самое лучшее обслуживание. - Внезапно его глаза превратились в две щелки. - Кстати, а как вы про нас прознали?

- Вы пользуетесь хорошей репутацией, а банкиры обмениваются между собой мнениями. Я навела кое-какие справки, отзывы повсюду были только положительными.

- Можете не сомневаться. Ваши денежки будут надежно защищены. За все время нашей работы у нас не было ни одного ограбления.

Еще бы, мысленно ответила Анжелика, кто же рискнет вас ограбить? Вы от них мокрого места не оставите.

- Всегда приятно знать, что твои деньги в надежных руках.

Твердохлебов поднял перед собой свои огромные ручищи.

- Да уж, не сомневайтесь, это руки очень надежные, - засмеялся он. - Кстати, а как поживает ваш супруг?

- Вы с ним знакомы? - сделала удивленно лицо Анжелика.

- Нет, но кто же не слышал про банкира Игоря Волина.

- Он исчез.

Несколько секунд Твердохлебов пребывал в небольшом замешательстве, он явно не ожидал такой откровенности от своей посетительнице и не знал, как реагировать на ее слова. В конце концов, он решил продемонстрировать изумление.

- Что значит исчез?

- Мы были в отпуске, он уехал раньше, сославшись на какие-то дела, и больше я его не видела. И с тех пор ничего не знаю о нем.

- Ну и дела! - продолжал разыгрывать изумление Твердохлебов. - Значит, вы теперь одна руководите банком.

- Как видите. - Анжелика встала. - Очень приятно было с вами познакомиться.

- Мне еще больше.

- Я пришлю вам своего помощника, с ним вы обсудите все предварительные детали соглашения. Думаю, что вся эта работа займет не больше двух-трех дней. А потом мы в торжественной обстановке подпишем договор. Нет возражений против такой программы.

- Об этом можно только мечтать.

Анжелика направилась к выходу.

- А не поужинать ли нам с вами как-нибудь в приятном местечке, - нагнал ее голос Твердохлебова у самой двери.

Анжелика остановилась и одарила его своей улыбкой.

- Позвоните, постараюсь найти для вас свободный вечер. Хотя выкроить его бывает очень нелегко.

- Вы уж, пожалуйста, постарайтесь.

Анжелика не ослышалась, эти слова прозвучали как приказ.


## Глава 12


Николай ждал ее в машине. Анжелика заняла место водителя и откинулась на спинку кресла. Так она просидела несколько минут.

- Ух, - выдохнула она. - У меня было такое ощущение, что я нахожусь в пасте льва. Он действительно очень страшный человек? - вопросительно посмотрела она на Николая.

- Про него рассказывают страшные вещи, - подтвердил он.

- А с виду не скажешь. Вроде бы обыкновенный хам.

- Он хамил?

- Почти нет. Но при следующей встрече будет хамить непременно. Он рассматривал меня, как врач-гинеколог.

- Тебе не стоит ввязываться в эту игру, она слишком опасная.

- А что прикажешь делать? Как выйти на мужа? А если Игорь у него? Нельзя пренебрегать ни одним шансом. Ладно, поехали, прочь от этого места.

Довольно долго они ехали молча.

- Я сниму квартиру, - вдруг сообщил Николай.

Анжелика, занятая своими мыслями, не отреагировала на его слова.

- Ты сказал, что в зоне тебе дали адрес к человеку Твердохлебова? - вдруг спросила она.

- Да.

- А если тебе к нему пойти.

- Зачем?

- Для того, чтобы проникнуть в банду. Так можно разузнать гораздо больше. Нет, я несу чушь, этого нельзя делать, слишком большой риск.

- Странно, что я сам до этого не додумался, - проговорил Николай.

- Я сказала глупость! - раздраженно воскликнула Анжелика.

- Неважно. Этот ход может нам принести много пользы.

- И вместо одного похищенного мне придется искать сразу двух. Ты этого хочешь?

- Я не хочу, чтобы ты меня искала. Я тебе никто.

- Не говори глупости. Ты мой старый и лучший друг.

- Которому ты будешь платить деньги за работу.

- Одно другому не мешает. Если у меня есть деньги, почему я не могу тебе их платить. И давай оставим эти две темы. Знаешь, иногда я чувствую, что теряю самообладание, - призналась она. - Как выйти на мужа, через кого? Кто друг, кто враг, все смешалось. Иногда мне кажется, если бы удалось понять, кто есть кто, поиски значительно бы облегчились.

- Что ты имеешь в виду?

- Может, я скажу глупость, но меня преследует ощущение, что есть еще кто-то, кто участвует в этой игре.


## Глава 13


Анжелика приехала домой поздно вечером. От усталости она в прямом смысле валилась с ног. Так как Зернин должен был выйти только завтра, она вынуждена была работать за двоих. И сейчас хотела одного: броситься в постель и уснуть. Ей даже не хотелось, чтобы в квартире находился бы Николай, потому что он требовал хотя бы минимального внимания с ее стороны. А сил на это у нее не осталось.

Николай, в самом деле, находился дома. Но повел он себя весьма деликатно. Он сразу понял, в каком она состоянии и не стал с ней заводить никаких разговоров.

Анжелика благодарно кивнула ему головой и прошла в спальню. Усталость была такой сильной, что гасила даже голод.

Анжелика засняла почти сразу. Она спала так крепко, что не слышала ни телефонного звонка, ни ощущала легкого прикосновения к себе Николая, тщетно пытающего ее разбудить. В конце концов, ему пришлось начать трясти ее за плечо.

- Что случилось? - с испугом спросила она.

- Тебя к телефону.

- Скажи, пусть перезвонят завтра.

- Этот человек говорит, что вопрос касается твоего мужа.

Анжелика мгновенно вскочила с кровати и в ночной рубашке бросилась к аппарату.

Звонил Сабуров.

- Скажите, кто подошел к телефону? - был его первый вопрос.

- А что?

- Он долго не хотел вас звать. Вы уверены в этом человеке?

- Как в самой себе. Это мой старый друг.

- А, - издал Сабуров неопределенный звук.

- Вы что-то узнали про мужа? - нетерпеливо спросила Анжелика.

- Приезжайте ко мне.

- Прямо сейчас?

- Именно. Важна каждая минута.

- Хорошо, еду.

Анжелика положила трубку и поймала вопрошающий взгляд Николая.

- Этот человек помогает мне в поисках Игоря. У него есть о нем какая-то информация. Я еду к нему.

- Я с тобой.

- Хорошо. Через пять минут мы оба должны быть готовы.

Анжелика посмотрела на часы: они отсчитывали второй час ночи.

Дорога была пустая, и Анжелика так гнала машин, что пару раз едва вписалась в поворот. Николай как обычно сидел молча и ни на что не реагировал, словно та опасность, которой подвергалась Анжелика, к нему не имела никаого отношения.

Сабуров ждал ее в офисе.

- Говорите! - воскликнула она.

- Сядьте и отдышитесь, - приказал он.

Анжелике пришлось подчиниться. Но Сабуров, прежде чем начать свое сообщение, несколько долгих секунд уделил тому, что внимательно разглядывал Николая.

- Можете говорить при нем все, - предупредила Анжелика.

- Хорошо, но под вашу ответственность, - довольно сухо произнес руководитель детективного агентства. Он явно был не слишком доволен появлением нового лица. - Несколько дней тому назад я дал указание своим ребятам установить наблюдение за особняком Шаклеина. А вдруг вашего супруга, в самом деле, держат где-нибудь у него в подвале. И вот вчера поздно вечером из ворот дома выехал небольшой закрытый фургон, вполне пригодный для перевозки человека. Они стали следить за ним.

- Что же вы сразу мне ничего не сказали! - не выдержала Анжелика.

- Потому что говорить было нечего, они потеряли из вида фургон. Он внезапно свернул в переулок и исчез.

Анжелика почувствовала огромное разочарование. Опять след потерян.

- И ради этого вы заставили нас приехать к вам по середине ночи?

- Не совсем. Буквально пару часов они обнаружили фургон и сумели выследить не только дом, к которому он подъехал, но и определить квартиру, в которую зашел его водитель.

- Но почему они не ворвались вслед за ним?

- Потому что квартира - частное владение, а в нашем агентстве свято соблюдаются некоторые правила. И одно из них - не совершать противозаконных действий, в том числе врываться в чужие владения. - Сабуров внимательно и поочередно посмотрел на Анжелику и Николая. - Но на вас этот запрет не распространяется.

Анжелика немедленно вскочила.

- Говорите адрес, мы едем.

Сабуров протянул заранее написанную бумажку.

- Здесь адрес и код подъезда.

Если направляясь к Сабурову, Анжелика гнала машину, то сейчас она заставляла ее просто лететь. Анжелика даже не смотрела на сигналы светофора, она была уверена, что у нее в кошелке достаточно денег, чтобы откупиться от любого, даже самого придирчивого инспектора. Но за весь путь их никто так и не остановил.

Это был самый обычный старый пятиэтажный дом, каких в Москве насчитывалось сотни, если не тысячи. Горело несколько окон, из одного из них вылетали довольно громкие звуки музыки, и слышался не стройный топот многих пар танцующих ног. Судя по всему, несмотря на поздний час, в этой квартире царило веселье.

Анжелика набрала код и вошла в подъезд. Им предстояло подняться на последний этаж. Чтобы не привлекать к себе внимание, она решила не пользоваться лифтом. И жестом показала это Николаю. Тот кивком головы одобрил это намерение.

Они подошли к нужной им квартире. К удивлению Анжелики вход в нее преграждала не толстая, непробиваемая железная плита двери, а обычная деревянная.

Анжелика пожалела, что они без оружия. Им следует срочно его приобрести, такие операции без него проводить слишком рискованно.

Анжелика прислушалась, ничего не услышала и осторожно дернула дверь. Она оказалась закрыта. Молодая женщина, прося подмоги, посмотрела на своего спутника.

Тот понял ее без слов.

- Попробую открыть, - прошептал он. - На зоне меня научили многим полезным вещам.

К удивлению и одновременно к радости Анжелики в кармане Николая нашла приют отмычка. Орудовал он ей всего не больше полминуты, замок вдруг щелкнул, и дверь слегка приоткрылась.

- Я пойду первым, - объявил Николай, не терпящим возражения тоном.

Он дернул дверь и шагнул в квартиру. Следом за ним то же самое сделала и Анжелика.

Квартира оказалась пустой. Вернее, в пустую она превратилась совсем недавно, так как повсюду были разбросаны следы недавнего пребывания здесь людей. Чтобы получше все рассмотреть, они даже включили свет.

Квартира была совершенно запущенная, обои ободраны, некогда дорогой паркет наполовину выбит. Мебели было немного, и вся она была очень дряхлой. Когда Николай сел на стул, тот просто развалился под ним.

Анжелика продолжала ходить по квартире, пристально рассматривая каждый ее уголок. Если муж тут был, он должен был оставить какой-то знак. Он всегда просчитывает все возможные варианты.

И она его нашла. Возле дивана лежала пуговица. Анжелика ее подняла и почувствовала сильное волнение. Она узнала ее, это было довольно необычная пуговица, от одного из костюмов мужа. Не так давно она сама в магазине выбирала его.

Она поднесла ее к Николаю.

- Он был тут. Видишь пуговицу, это от его костюма. Мы опоздали совсем немного. - Она села на диван в отчаянии закрыла лицо руками. - Приди мы сюда по раньше, то могли бы его уже освободить.

Ее плечи невольно затряслись, и она никак не могла справиться с собой. Упущенный шанс оборачивался слезами.

Николай сел рядом и нежно обнял ее за плечи.

- Зато мы теперь точно знаем, что он жив, - утешил он ее. - А это самое важное. Поехали домой, тебе надо отдохнуть.

Он встал и заставил встать Анжелику. Она не противилась, наоборот, был рада, что кто-то принимает за нее решения. Сейчас она была это делать не в состоянии.


## Глава 15


Утром Анжелика отправилась к Сабурову. Она сама точно не знала, зачем едет к нему, но какая-то силу гнала ее именно в этом направлении. Неудача сильно подкосила ее, судя по всему, они опоздали совсем не намного. Получи она сообщение немного раньше, и Игорь мог бы уже находиться в их замечательной квартире. А теперь они потеряли его след. И кто знает, как на долго.

Негодование на Сабурова переполняло ее до краев. Тоже мне законник, не может позволить себе вломиться в чужое жилище. А вот следить за чужими деньгами это для него вполне позволительно. Даже голова начинает кружиться, когда представляешь себе, какие секреты сильный и богатых мира сего ему известно. А тут какое-то проникновение в дом, который и кому принадлежит-то неизвестно.

От негодования у Анжелики просто сжимались кулаки. С каким бы удовольствием она избила бы его. В следующий раз был бы более решительным.

Но она отлично понимала, что в любых обстоятельствах надо сохранять выдержку. Сабуров ее едва ли не единственный союзник в этой борьбе, и ей не следует так расточительно относиться к нему. И все же, соблюдая деликатность, она выскажет ему то, что о нем думает. Если она это не сделает, то это будет мучить ее еще долго.

Но когда она увидела Сабурова, почти все приготовленные слова застряли у нее где-то на уровне гортани. Он выглядел явно подавленным. Никогда он еще не представал перед ней столь хмурым и угрюмым.

Анжелика села напротив него. Несколько минут они сидели в полном молчании. Им не требовались слова, чтобы высказать друг другу все, что скопилось у каждого на душе.

- Я приехала к вам ругаться, - каким-то безнадежным тоном проговорила Анжелика.

- Я знаю. Но это бесполезно. Но если вам это поможет, я готов.

- Уже не поможет, - грустно вздохнула она. - Я не представляю, что делать дальше. След потерян. Но почему вы не вломились в квартиру сразу, как узнали про нее?! - неожиданно для самой себя воскликнула она.

- Наверное, вам это не просто понять. Я двадцать лет жизни отдал органам безопасности. И я свято следовал правилу: соблюдать законы. Даже если они были не самые лучшие и шли в разрез с необходимостью действовать эффективно. Но я твердо знал: беззаконие не остается безнаказанным, даже благое дело превращается в свою противоположность, если использовать для его достижения нелегальные приемы.

- О чем вы говорите, да вокруг сплошное беззаконие. Те, кто сочиняют эти ваши законы, первыми их и нарушают. Что мне от этих законов, они способны вернуть мне мужа? Вы то лучше других знаете, реальное положение вещей. А где теперь Игорь, что с ним? А если его убили?

- Вряд ли. Он им нужен живым. Он обладатель бесценной информации. И раз его перевозят с места на место, он с ними ею не поделился. А если бы хотели убить, сделали бы это в первый же день.

- А если его начнут пытать? Я познакомилась с Твердохлебовым, для него это раз плюнуть.

Сабуров откинулся на спинку кресла, он смотрел куда-то мимо Анжелики.

- Вы правы, положение изменилось в худшую сторону, - вдруг проговорил он. - Я в последние несколько часов анализировал ситуацию. И не только в той ее части, что связана с похищением вашего мужа, а по всей цепочки событий.

- И что же вы надумали?

- Едва ли не единственный способ вызволить Игоря Евгеньевича, это выявить весь механизм финансовых злоупотреблений, основных фигурантов этих грандиозных махинаций. Это напугает их настолько, что они выпустят его.

Анжелика несколько мгновений изумленно смотрела на него.

- И вы хотите, чтобы это сделала бы все я? Да вы понимаете, что вы от меня требуете? С этим не могут справиться ваши замечательные органы безопасности. А вы предлагаете мне выполнить одной всю работу.

- Ну не совсем одной, мы тоже примем в этом посильное участие. Но вы правы, основная нагрузка падает на вас.

На пару секунд у нее исчез дар речи.

- Нет, это невозможно. За кого вы меня принимаете? За Джеймса Бонда в юбке?

Впервые за разговор Сабуров позволил себе быструю улыбку.

- Я вас принимаю за необыкновенную женщину, которая способна на многое из того, на что способны далеко не все мужчины. И я вас принимаю за женщину, которая глубоко любит своего мужа и готова ради этой любви на все.

- Клятва Афродиты, - пробормотала Анжелика.

- Что? - не понял Сабуров. - Вы упомянули Афродиту? Пожалуй, вы, в самом деле, сошедшая на землю Афродита. И это ваше главное оружие. Вы даже не представляете, какой мощи оно.

- Представляю, я не первый день живу на свете. Но даже этой мощи не хватит, чтобы выполнить поставленную вами задачу.

- Как знать. - Сабуров внезапно усмехнулся. - Вы понятие не имеете, каких огромных успехов достигали женщины-агенты, использую именно эти свои качества. А им всем было далековато до вас.

- И все же я не представляю, что мне делать?

- Я вам подскажу. У меня есть информация, что ваш знакомый Шаклеин разрабатывает новую грандиозную комбинацию. Дело в том, что до сих пор ему и тем, кто стоит за ним, наши славные металлурги ничего не отстегивали. А деньги там крутятся огромные. И вот он или вернее они, решили, что это не справедливо, когда одних обирают, а другие сохраняют свои капиталы полностью. И в самом ближайшем будущем намерены исправить эту несправедливость. Завтра или может быть послезавтра - точно не знаю - сразу в нескольких газетах появятся разные статьи, но со схожим содержанием. Суть их до предела проста: металлургическая промышленность загребает большие деньги благодаря экспортным поставкам. И надо обложить ее экспортными пошлинами. И уже готовится соответствующий законопроект. Это сигнал нашим железным баронам, что и им пора давать в лапу высокопоставленным коррупционерам.

- Ну а причем тут я? - спросила Анжелика.

- Деньги-то будут идти через ваш банк. У вас будет возможность следить за их движением. Но это не все, что я хотел вам сказать. Есть так же информация о том, что возможно переговоры между нашими металлургами и правительственной мафией пройдут в Лондоне. Там скоро открывается инвестиционный форум: "Россия и Европа: экономическое партнерство". Приедет наша и тамошняя элита. Не правда ли невероятно остроумная идея: устроить переговоры, прикрываясь ширмой из мировых знаменитостей. А как бы курировать и организовывать эти переговоры будет небезызвестный банкир Оливер Кроули.

- Но какое это все имеет отношение ко мне?

- Вам следует непременно поехать на этот форум. Думаю, там будет многое интересного для вас и не только с точки зрения поисков мужа. Можете завязать немало интересных деловых контактов.

- Я подумаю.

- Подумайте, только очень быстро. Чтобы попасть на форум, надо подать заявку в крайнем случае завтра, а лучше сегодня.

- Хорошо, я буду думать быстро.

- И еще что бы я вам посоветовал. Обратите больше внимания на Турова. Он замечен в игре на бирже, причем, очень крупной игре. Разумеется, он всячески маскирует свое там участие, но это тайна для всех, но не для нас. Нам стала известна компания, через которую он действует. А вы говорите, что не знаете, что делать.

- Но у меня цель - найти мужа, но не разоблачать мировой заговор взяточников!

- Сожалею, но так уж получается, что одно непосредственно связано с другим. Я тоже хочу отыскать вашего супруга, но чем больше я погружаюсь в это дело, тем больше всяких гнусностей обнаруживается. Они накапливаются как грязное белье. И ничего с этим не поделаешь, дорогая Афродита.

Анжелика посмотрела на Сабурова. Он впервые назвал ее этим именем. Тем самым именем, которым в самые нежные и страстные минуты называл ее муж.


## Глава 16


Она ехала в банк и гадала: сдержал ли обещание и вышел ли на работу Зернин? Он находился в своем кабинете. Анжелика ощутила прилив благодарности к нему. Может быть, она не со всем справедлива к этому человеку. Даже если он и завидует мужу и сколачивает партию против нее, то его можно понять: он работает в банке почти с самого его основания, а тут появилась какая-то пигалица и заняла по праву принадлежащее ему место. Она вспомнила, что муж в подобных ситуациях часто предлагал ей вставать на место другого человека, и тогда мотивы его поступков становятся понятными, перестают восприниматься как нечто чуждые и враждебные. Ведь у каждого из нас в жизни, если так рассудить, всего один шанс. И любой хочет им воспользоваться по максимальной программе.

Она зашла в кабинет Зернина.

- Спасибо, что вышли, - искренне поблагодарила его Анжелика.

Тот несколько удивленно посмотрел на нее.

- Я же обещал.

- Если бы все люди выполняли свои обещания, какая бы прекрасная жизнь давно бы наступила на земле.

- Вы как-то сегодня странно настроены. Нет ли новостей об Игоре Евгеньевиче?

- К большому сожалению, нет. - О ночной истории она рассказывать ему не собиралась. - Но я могу вас обрадовать.

- Неужели? - саркастически спросил Зернин.

- Я решила на некоторое время, правда весьма непродолжительное, освободить вас от своего присутствия. Я отправляюсь в путешествие.

- А можно узнать, куда?

- В Лондон, на международный форум. На это время банк будет полностью находиться в вашей власти.

Зернин удивленно посмотрел на нее.

- Игорь Евгеньевич тоже высказывал намерение поехать на этот форум.

Теперь настала очередь удивиться Анжелике.

- Он мне об это мне говорил.

- Перед самым его отъездом в отпуск у нас состоялся небольшой разговор. Тогда он мне и сказал о своем намерении. Он даже сказал, что хочет воспользоваться случаем и завязать отношения с одним банкиром, неким Оливером Кроули.

Случайно или сознательно Зернин назвал эту фамилию, думала Анжелика. И странно, что муж поделился с этой идее с ним, а не с ней. А Игорь ничего просто так не делает. Может быть, он, таким образом, проверял Зернина? Но в таком случае у него должны быть очень какие-то подозрения.

- Кажется, я не слышала эту фамилию, - на всякий случай солгала она. - Вы сказали: Оливер Кроули? Я запомню. Если он там будет, постараюсь познакомиться.

Они еще проговорили минут пятнадцать о делах банка. Затем Анжелика покинула кабинет Зернина.

День как всегда выдался напряженным, и к его концу она почувствовала, что выжата, как лимон. Месяц такой напряженной работы, и она превратится в собственную тень. У нее даже нет времени поехать на дачу проведать детей. Приходится ограничиваться разговорами по телефону.

Повинуясь внезапному импульсу, Анжелика подошла к зеркалу и стала внимательно изучать своего зеркального двойника. Интуиция не подвела ее, она, в самом деле, похудела. Щеки осунулись, а и так большие глаза стали казаться еще больше. Правда, несколько подновленный собственный вид понравился ей даже больше, чем прежний, так как лицо приобрело какое-то новое, более суровое выражение. А, учитывая, чем она занята сейчас, это даже полезно.

Внезапно зазвонил телефон Рабочий день подошел к концу, и потому никаких звонков она не ждала. Ее охватило предчувствие, что ее ожидает новая порция неприятностей.

Это был Шаклеин. Она мгновенно узнала его притворно ласковый голос.

- Дорогая моя, я все жду вашего звонка, а вы не звоните.

- Очень много работы, нет ни свободной минуты, - пожаловалась Анжелика. - Но я все время помню о вас.

- И то приятно, что кто-то помнит о таком несчастном человеке, как я. А вот я, между прочим, о вас не забывал ни на секунду. Я подготовил бизнес-план объединения банка и фонда.

Анжелика хлопнула себя по голове. Как же она могла запамятовать о собственной идее. Сама ее выдвинула и вот теперь приходиться расхлебывать. Интересно, что он там настрочил?

- Вы просто чудо! - Анжелика попыталась наскрести у себя внутри хотя бы немного нежности, и в вложить всю ее в свой голос.

- Приезжайте ко мне сегодня вечерком, поговорим.

- С большим удовольствием.

Анжелика положила трубку и едва не чертыхнулась. Меньше всего ей хотелось говорить об объединение. Но она сама набросила эту петлю на свою шею. Вот и придется теперь совать туда голову.

Она приехала домой. Николай сидел в квартире. По его виду ей показалось, что он тоже совсем недавно пришел. Но она слишком устала, чтобы о чем-то его расспрашивать.

- Я приму душ и поеду в гости, - сообщила она. И после небольшого раздумья добавила: - Если не вернусь, не паникуй, значит, там я заночевала.

- У меня тоже есть новости, - сообщил он.

Анжелика отрицательно покачала головой.

- Давай перенесем все на завтра. У меня нет ни времени, ни сил.

- Анжелика, тебе нельзя жить в таком режиме. Даже мужчина его не выдержит! - воскликнул Николай.

Она посмотрела на него.

- У меня нет выбора. Понимаешь, Коленька, он целиком отсутствует. Либо жить так, либо никак. Когда вернется Игорь, я буду отдыхать целый год. Совершенно ничего не делать. Но это будет потом.

Душ вернул ей часть утраченных за день сил. Пока вода падала и растекалась по ее телу, Анжелика думала о предстоящей встрече. Она отлично понимала, что объединение активов - это предлог. Шаклеин не сумасшедший, чтобы всерьез воспринимать эту идею. Она его не может устроить по существу. Вернее, может устроить, если он полностью поглотит банк вместе со всеми потрохами, а она останется в нем в самом лучшем случае обычным клерком. Но такой вариант совершенно не подходит ей.

Она оделась элегантно, но скромно. Не стала гримировать лицо, только слегка подкрасила губы бледной, едва различимой помадой. Не стоит лишний раз акцентировать внимание Шаклеина на своей внешности. Он и так уже весь пылает при одном взгляде на нее.

- Я поехала, - сказала она Николаю.

- Может быть, мне с тобой.

- Туда, куда я еду, тебя не пустят. И чтобы не случилось, ты мне ничем не сможешь помочь.

Она ехала по вечернему городу и думала о том, что где-то в его недрах может быть, еще прячут Игоря. Но как отыскать его на этом безбрежном море, над которым возвышаются бесчисленное количество утесов домов? И по силам ли ей такая задачка? Не переоценивает ли она свои возможности? Ведь кроме красоты и обаяния других средств достижения цели у нее нет. Но этого невероятно мало, она бросила вызов могущественным силам, всю мощь которых она даже не может представить.

Ей вдруг страстно захотелось повернуть назад, забиться, как пугливому зверьку, в свою уютную и безопасную норку. Но она продолжала ехать в прежнем направлении, твердо зная, что по каким-то неведомым причинам не изменит маршрут.

Как обычно ее встретили телохранители хозяина загородного особняка и проводили в дом. Шаклеин уже ждал ее. Он был в дорогом костюме, а вместо галстука почему-то в к шее прилепил бабочку, которая придавала ему вид провинциального эстрадного артиста.

- Как я рад вас видеть, дорогая Анжелика, - встретил он ее приветствием. Его губы надолго прижались к ладони молодой женщины.

- Я тоже рада нашей встрече.

- Наверное, вы меня обманываете, - шутливо погрозил он ей пальчиком. Впрочем, меня все норовят обмануть, - вздохнул Шаклеин.

Он любит притворяться несчастным, отметила Анжелика. Это ему доставляет удовольствие. Значит, надо подыгрывать этому его желанию.

- Я вас не обманываю. Как только вы меня позвали, я сразу же приехала. Меня очень интересует ваш план нашего предстоящего объединения.

- Только план, - сделал вид, что глубоко разочарован Шаклеин. - А его несчастный автор?

- А его несчастный автор еще больше, - улыбнулась Анжелика. - Одно от другого неотделимо.

Шаклеин посмотрел на Анжелику таким взглядом, что у нее все похолодело внутри.

- Не возражаете, если перед серьезным разговором мы с вами устроим небольшой закусон.

- Поддерживаю ваше начинание, - с большим трудом Анжелика выдавила из себя, как затвердевшую пасту из тюбика, улыбку.

Шаклеин провел ее в другую комнату, где был уже накрыт стол.

- Угощайтесь, моя дорогая. Здесь все самое лучшее. Мои люди буквально с ног сбились, готовя этот стол для вас.

Анжелика посмотрела на эту кулинарную выставку. Находясь она в другой ситуации, у нее бы обильно потекли бы слюни, так много тут было вкусных вещей . Но сейчас ей было не до еды. И все же есть и есть много придется.

- Это в самом деле великолепно! - воскликнула она. - Давно я не видела ничего лучше.

Шаклеин довольно улыбнулся. Он явно наслаждался произведенным эффектом.

- Я считаю, что жизнь должна приносить только радости и наслаждения, - заметил он. - И ради этого можно пойти на все.

- Неужели на все?

- На все, - решительно подтвердил он. - Иначе, какой во всем остальном смысл. Отбывать свой срок на земле, и каждый раз вставать с мыслью: будь проклят предстоящий день. Это не по мне. Когда-то я жил именно так, каждое утро приносило мне массу страданий. И однажды я дал себе слово, что сделаю все возможное, а если понадобится и невозможное, чтобы все это решительно изменить. И как видите.

Шаклеин подцепил на вилку большой маринованный гриб и с явным удовольствием отправил его в рот. Он охвативших его при этом приятных ощущений он даже причмокнул.

Анжелика сделала вид, что задумалась над его словами.

- Наверное, вы правы. Но у меня пока так жить не получается. Хотя я стремлюсь к тому же самому, что и вы. Но все время возникают какие-то препятствия.

- А вы не обращайте внимания на них, - посоветовал Шаклеин. - Когда я понял простую истину, что в мире не существует никого, кроме меня, все сразу же стало легче.

- И меня для вас тоже не существует? - кокетливо улыбнулась Анжелика.

- О, вы так прекрасны, что для вас я делаю исключение. И в подтверждение этого у меня есть для вас новость.

Анжелика настороженно посмотрела на него.

- Что-нибудь об Игоре?

- Да, о нем. Это было очень не просто раздобывать какую-то информацию. Но я все же сумел добиться. Пришлось подключить самые высокие инстанции. Вот только не знаю, порадуют ли вас мои новости.

- Вы знаете, где он находится?

- Он на Бали.

- На Бали? Но что он там делает?

- Что делают на Бали, - снисходительно улыбнулся Шаклеин. - Наслаждаются жизнью. Именно этим ваш супруг занят дни и ночи.

- Вы хотите сказать, что он там не один?

- Да, с ним его подруга. Совсем молодая девушка. Зовут Наташа.

У Анжелики не было никаких сомнений, что все это беспардонная ложь от начала и до конца. Но как ей вести в этой ситуации?

- Для вас это неожиданность? Вы огорчены? -поинтересовался Шаклеин.

- Не знаю, - пожала плечами Анжелика. - Меня больше интересует, что он собирается делать дальше?

- Вот об этом я вам ничего не могу сказать. Но, судя по информации, возвращаться, по крайней мере, в ближайшее время ваш супруг не намерен. И, судя по всему, он отнюдь не стеснен в средствах. Не понимаю, как он мог покинуть такую женщину.

- Мне тоже многое в его поведение не понятно.

- А мне кажется, что все предельно просто. Встретил какую-то юную особу, увлекся и решил насладиться сполна. Быть банкиром, да еще в нашей стране, занятие очень канительное. Вы этого еще не почувствовали?

- Почувствовала, - вздохнула Анжелика. - Спасибо, все было невероятно вкусно.

- Приезжайте хоть каждый день, и этот стол к вашим услугам.

Они посмотрели друг на друга.

- Я подумаю над вашим предложением, - засмеялась она.

- Пойдемте в другую комнату, - пригласил ее Шаклеин.

Внезапно они оказались в полумраке. По углам комнаты были расставлены разноцветные светильники, которые разбрасывали по ней многоцветье световых бликов. Повсюду стояли аквариумы с подсветкой, в которых бесшумно скользили рыбки самых немыслимых цветов и оттенков. Зрелище было таким изумительным, что у Анжелике даже от восхищения на мгновение замерло дыхание.

- Как тут красиво! - произнесла она первые искренние за все это время слова.

- Вам нравится, мое сокровище? - осведомился Шаклеин.

- Не то слово.

- Тогда садитесь. Что вам налить?

- Мартини с апельсиновым соком.

- Сей момент.

Анжелика села в глубокое удобное кресло. Так как царил полумрак, она плохо видела, что делал Шаклеин.

Он оказался рядом с ней так внезапно, что она даже вздрогнула. Он подал ей бокал с напитком.

- Это вам, моя королева. - Внезапно он сел у ее ног и положил ей голову на колени.

- Как же вы хороши, как вы божественно хороши!

Его руки стали гладить ее ноги. От лодыжки они медленно, но неотвратимо поднимались все выше и выше.

Анжелика живо представила, что последует дальше, и ее невольно передернуло. Нет, ни к чему такому она не готова.

- Юрий Альбертович, я вас умоляю, давайте остановимся. - Анжелика боялась, что в любой момент может потерять контроль над собой и резко его оттолкнуть. И тогда она одним движением испортит всю игру. Но и сдерживаться было крайне трудно.

- Какое наслаждение ласкать вас, - вдруг пробормотал Шаклеин.

- Подождите немного, еще не пришло время. И муж...

На мгновение он прервал свою ласку.

- Я тебе времени дал достаточно, - вдруг резко проговорил он, переходя на "ты". - А муж твой далеко и вряд ли ты когда-нибудь его еще увидишь.

Последние слова переполнили чашу ее терпения, и она встала так резко, что Шаклеин упал на пол.

- Извините, - пробормотала она, - но мне надо идти.

Анжелика устремилась к двери. Внезапно она отворилась, и на пороге появились два настоящих бугая и преградили ей дорогу. Их вид и жесты красноречивей любых слов рассказывали об их намерениях.

Анжелика поняла, что оказалась в ловушке, из которой нет выхода. Вернее, один выход был, но именно его она и хотела избежать.

За ее спиной раздались шаги. Она обернулась и увидела, что к ней приближается хозяин дома и положения.

- Как видите, дорогая моя, бежать вам некуда.

Внезапно к ней на ум пришли слова ее учителя борьбы Арсена: "Если ясно видишь, что избежать непоправимого нет ни одного шанса, смирись с тем испытанием, что тебе предстоит. Тогда в этом проявится твоя мудрость, в сопротивление - безрассудство".

Анжелика вдруг широко улыбнулась.

- Я всего лишь хотела пойти в туалет, Юрий Альбертович, - произнесла она. - Мне так у вас нравится, что не хочется уходить.

Шаклеин бросил на нее насмешливый взгляд.

- Тебя проводят в туалет, моя душечка. Но не задерживайся, я весь горю от нетерпения.

- Я быстро, - пообещала Анжелика.


## Глава 17


Город только просыпался, движение на дорогах было редкое, и Анжелика, пользуясь возможностью, гнала машину. Делала она это не потому, что опаздывала или спасалась от погони. Подсознательно ей хотелось как можно быстрей удалится подальше от этого проклятого места.

Никогда ею не владело такое тяжелое чувство после ночи любви. Шаклеин оказался умелым и неутомимым любовником. И она даже несколько раз кончила. Но чем больше удовольствия испытывало ее тело, тем мрачнее становилось на ее душе. И сейчас она с трудом удерживалась от того, чтобы не разлить по щекам обильный поток слез.

Она отлично помнила, какое восхитительное ощущение невесомости овладевало ею после занятий любовью с мужем. Каждая клеточка тела радостно вибрировала, пела одну ей известную песню. Анжелику охватывало чувство, что еще одно легкое усилие, и она начнет парить над землей. Сейчас же все ее существо было под гнетом какой-то непонятной тяжести. Она никак не могла отогнать ощущение мерзости, как будто бы она искупалась в нечистотах. Ей хотелось немедленно встать под душ и несколько раз вымыть всю себя от макушки головы до пальцев на ногах. И ради того, чтобы приблизить этот момент, она сейчас неслась по дороге, рискуя жизнью.

Вдобавок ко всем неприятным ощущением, ею все сильнее овладевало чувство совершенного предательства. За все годы совместной жизни с мужем у не ни разу не возникало искушения изменить ему, сама эта мысль представлялась ей нелепой. Человеку, которого глубоко любишь, не изменяют, а если изменяют, значит, нет настоящей любви, а есть только ее искусная имитация. И вот это событие случилось. Конечно, не по ее воли, она была лишена выбора, разве оставался выбор быть изнасилованной. Она не сомневалась, что если бы оказала сопротивление, то Шаклеин пустил бы ее по кругу, составленным из его телохранителей. Для него это ничего не стоит. А судя по тем взглядом, что они бросили на нее, эта перспектива их весьма устраивала. И она почти не сомневалась, что когда они занимались с Шаклеиным сексом, его гориллы стояли на всякий случай за дверью. Пару раз до ее слуха долетали издаваемые ими звуки.

И все же в ней все сильнее укоренялось убеждение, что даже эти обстоятельства не оправдывают ее. Она слишком уж легко оказалась в ловушке и ничего не предприняла для обеспечения своей безопасности. А ведь прекрасно знала о грозящей ей опасности, о том, что Шаклеин спит и видит, как заполучить ее в свою постель. Как знала и то, что ради достижения своих гнусных целей, он готов пойти на любые крайние меры.

Она приехала домой, вошла в квартиру. Николай уже встал и сидел в кресле. Ничего ему не говоря, она прошла мимо него, бросила сумочку на диван, и направилась в ванную. Там она закрылась, хотя нисколько не сомневалась, что Николай не нарушит ее уединения тут. Быстро разделась и встала под душ.

Она стояла очень долго. Теплые потоки воды растекались по телу, на котором оставили свои многочисленные грязные следы неистовые поцелуи Шаклеина. И ей страстно хотелось, чтобы они были бы смыты не только с ее кожи, но и из ее воспоминаний. Но к большому ее сожалению, вода не обладала такими свойствами. И отныне ей придется жить с памятью об этой трижды проклятой ночи.

Завернувшись в халат, она показалась в комнате, где находился Николай. Она села на некотором удалении от него. Анжелика понимала. что он догадывается о возможном развитии событий этой ночью и была благодарна ему за то, что он ни о чем не спрашивает, дожидаясь, когда она сама заговорит.

- Это была ужасная ночь, - сказала она. - Меня переиграли под чистую. Я ничего не добилась. - Анжелика вдруг встрепенулась. - Ты вчера вечером говорил о каких-то новостях. Прости, у меня это совершенно вылетело из головы.

- Я был у того человека, чей адрес получил в зоне.

- Мы же договаривались, что ты не пойдешь, это слишком опасно.

- Мы не договаривались. Это ты так решила. А я решил по-другому.

- Если с тобой что-то случится, меня это будет мучить всю жизнь.

- Не стоит, моя жизнь мало что значит. Я ее уже загубил. И ты была когда-то права, говоря, что я это сделал исключительно по своей глупости. Лучше послушай, что принесла эта встреча. Он обещал пристроить меня, как он выразился, в их систему. Причем, кажется, он там далеко не последний человек. Когда он узнал, что у меня высшее финансовое образование, правда, не подтвержденное дипломом, он прямо пришел в восторг. Насколько я понял по его туманным фразам, денег у них полно, а вот как с толком распорядиться ими, они плохо представляют. А они хотят заниматься не только преступным бизнесом, но и вполне легальным. Такое двухуровневый бизнес.

- Это все?

- А разве мало? Я должен ему сегодня звонить.

- И все же ты не должен был так рисковать. Я боюсь тебя потерять. После мужа ты самый мне близкий человек. А пока мужа нет, самый близкий.

- Поэтому я так и решил поступить.

- Но почему тебе этот человек так доверяет?

- Потому что там, на зоне тому, кто дал мне рекомендации, жизнь спас. А он у них далеко не в последних ходит. Как видишь, я довольно надежно защищен.

- Ну, хорошо, - вздохнула она. - Звони своему новому знакомому. Только будь предельно осторожен. А вечером обсудим, что и как. А мне пора в банк, там масса дел.

- Я еще хотел тебе кое-что сказать.

- Ну, говори.

- Я снял квартиру. Хочу сегодня туда переселиться. Так будет лучше.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга.

- Ты прав, так будет лучше, - согласилась Анжелика. - Но прежде нам необходимо обсудить наши дела.

В этот день Анжелике работалось особенно трудно. Ее мысли почти целиком были заняты совсем другими предметами. То, что случилось этой ночью, поставило ее совсем в другую ситуацию. Ей нужно любым путем ускорять поиски мужа, иначе это будут постоянно повторяться. И не только с Шаклеиным. Она отлично помнит, какими глазами смотрел на нее Твердохлебов. А с ним тоже придется заводить тесные отношения. И совсем скоро. И как ей поступать всякий раз, когда будет вновь возникать подобная опасность?

Она вдруг вспомнила о Турове. Сегодня же у них встреча в клубе. А она вечером собиралась отправиться на дачу и, наконец-то проведать детей. Она уже их не видела больше трех недель. Хотя ничего удивительного, с такой жизнью, как у нее сейчас, можно дойти до того, что забудешь их лица.

Анжелика попросил секретаршу, чтобы ее некоторое время никто бы не беспокоил. Сама же стала обдумывать, что ей дальше делать? Сама ситуация заставляет ее сильно рисковать. Иначе все это может продолжаться бесконечно долго. Но как ей заставить Турова безоговорочно встать на ее сторону?

Она набрала телефон Сабурова.

- Евгений Федорович, мне нужна подробная информация об игре Турова на бирже. Вы можете ее получить?

- Думаю, что смогу. Хотя не мне вам объяснять, что она носит сугубо конфиденциальный характер.

- Сколько это будет стоить?

- Дело не в деньгах, а в том, как будет дальше использована информация.

- Для шантажа Турова.

Анжелика почувствовала на том конце провода возникшее напряжение.

- Вы понимаете, что это сильно затрудняет все дело.

Ее стало заполнять раздражение.

- Евгений Федорович, вы полагаете, что я эту информацию повешу в рамке на стене в своей квартире. Мы с вами делаем общее дело или не делаем его. Решайте. Будет у меня информация или не будет, мне все равно придется поступать так, как я задумала. Другого выбора нет.

До нее долетел по проводам его глубокий вздох.

- Хорошо, я попробую. Когда вам это нужно?

- Через час, ну максимум через два.

- Хорошо, что не через десять минут, - пробурчал Сабуров. - Не обещаю, но попытаюсь. Ждите.

Анжелика облегченно вздохнула. Она уже немного изучила этого человека, если он обещает, то непременно сделает.

В дверь постучали. Анжелика разрешила войти. На пороге кабинета показался Чистяков.

- Это ты, Саша? Что тебя привело ко мне?

- Это я хочу спросить, что случилось? Ты почти весь день никуда не выходишь из кабинета.

- Много разных дел, надо изучить кипы бумаг. Что Зернин?

- Сегодня он долго совещался с Котляром.

Анжелика нахмурилась. Неужели эта парочка в самом деле замышляет что-то серьезное. Только врагов с этой стороны ей и не хватало.

- Это все?

Чистяков пожал плечами.

- Если о банковских делах, то все.

- А если не о банковских.

- Помнишь, ты обещала прийти ко мне в гости.

- Я помню и обязательно приду. Как только появится первый свободный вечер.

- А сегодня вечер у тебя не свободный?

В его голосе сквозь броню спокойствия пробились нотки затаенной ревности.

Анжелика грустно посмотрела на Чистякова. Ну что она может для него сделать, она никогда не стремилась к тому, чтобы у него возникли бы чувства к ней. Но есть вещи, которые нам абсолютно не подконтрольны.

- Нет, сегодня вечер не свободный, - мягко ответила она. - Но я сдержу обещание. Вот увидишь.

Анжелика подъехала к клубу в тот же час, что и в первый раз. Она нисколько не сомневалась, что на этот раз уже Туров ждет ее с нетерпением.

Так оно и случилось, едва она показалась в зале, как он вскочил с места и устремился на встречу к ней в таком темпе, словно бы боялся, что ее могут перехватить.

- Здравствуйте, - радостно воскликнул он. - А я очень боялся, что вы не придете.

- Мы же договаривались, а я всегда выполняю то, что обещаю.

- Это редкая черта в современных людях.

- Я вообще очень редкая женщина, - кокетливо смотря на него, произнесла Анжелика.

- О, я в этом нисколько не сомневался. Не случайно я только и думаю, что о вас.

- Неужели нет более важных объектов для ваших мыслей?

- Нет! Что же мы стоим, садитесь. Я уже заказал ужин для нас двоих.

- Вы очень предусмотрительны.

Анжелика оглядела стол. Туров явно не поскупился. Невольно она вспомнила свою вчерашнюю совместную. трапезу с Шаклеиным. Там тоже все ломилось. Почему они все считают, что она великий гурман. Или таким несколько странным образом они показывают, что готовы ради нее на любые траты.

Туров разлил вино по бокалам.

- Какое счастье, что вы пришли, - сказал он. - Выпьем за это.

Анжелика отпила из бокала. Она размышляла, что делать ей дальше? Не слишком ли рискованный эксперимент она замыслила? Туров уж чересчур эмоциональная натура, трудно предугадать, как он отреагирует на ее действия.

- Знает, у меня такое чувство, что мы с вами знакомы давно, - вдруг произнес Туров. - У вас иногда не возникает ощущение, что этот человек тебе очень близок, хотя видишь его впервые?

- Иногда возникает. А что тут странного, где-то там, далеко, - она посмотрела на потолок, - мы все едины. Наверное, от этого и появляются такие ощущения.

- Да, может быть, - как-то безрадостно согласился Туров. - Тогда объясните, почему подавляющие большинство людей вызывают прямо противоположные чувства?

- Трудно сказать. По-видимому, пока это единство дойдет до нас, оно так сильно распадается на мелкие кусочки, что от него ничего не остается. Но я тоже чувствую, что мы с вами близкие по духу люди.

- Правда, - обрадовался Туров. Внезапно он наклонился к ней. - А что если нам с вами уехать?

- Уехать? - удивилась Анжелика. - Но куда?

- Мир большой. Куда скажете.

- Но мне вполне тут хорошо. Что я буду делать в другом месте?

- Я все продумал. Мы с вами купим дом на берегу океана и посадим огород. И станем выращивать овощи.

Анжелика немного оторопела, предложение было одновременно и неожиданным и нелепым, и она бы с удовольствием посмеялась бы над ним. Но Туров явно относился к нему крайне серьезно.

- Вы не представляете, какая это будет прекрасная жизнь. Я знаю, я был в нескольких таких местах и видел своими глазами. Будем каждый день купаться, загорать. Главное, чтобы по близости было бы как можно меньше людей. Нам никто не нужен. Хотите, мы там будем уже через неделю. Ну, через две недели.

- А тут все бросить?

- Все! - решительно проговорил Туров. - Пусть подавятся. Мы ничего отсюда не возьмем. Даже зажигалки

- Но у меня много любимых вещей.

- Поверьте, лучше со всем расстаться. Старые вещи пробуждают старые воспоминания. А нам нужно обо всем забыть. Мы начнем нашу жизнь с чистого листа.

- Владимир Георгиевич, это все столь неожиданно, я не могу так сразу решить, что мне вам ответить.

Она увидела, как мгновенно потускнел Туров.

- Да, конечно, я не подумал об этом. Наверное, вы правы. - Он посмотрел на дорожку. - Начнем тренировку?

- Что-то сегодня нет настроения. Вы своими предложениями разбередили мне душу. Даже не хочется в этом заведение больше оставаться. А поедемте к вам, там ничуть не хуже.

- Да, конечно, поехали, - снова немного ожил Туров.

Каждый поехал на своей машине. В квартире Турова они сели в кресла напротив вдруг друга. Сейчас или никогда, решила Анжелика.

- Владимир Георгиевич, вот вы предложили мне отправиться на брег океана, купить там дом. Я вас правильно поняла?

- Да, - немного удивленно посмотрел он на нее.

- А на какие деньги вы собираетесь все это приобретать? Это же весьма дорогое удовольствие. Тысяч на двести долларов, как минимум, потянет. А в прошлый раз вы жаловались на бедность. Помогите разобраться, я же не могу связывать свою жизнь с авантюристом. Вывезите меня куда-нибудь, да бросите, как ненужный груз. Такое случалось со многими женщинами.

- Если вы этого опасаетесь, то я не такой. И не беспокойтесь, на жизнь нам хватит.

- То есть, деньги у вас все-таки водятся. И не маленькие деньги. Я вас правильно поняла?

Туров внимательно смотрел на нее, он понимал, что она куда-то клонит, но вот куда, пока не представлял.

- Знаете, нам с вами пора познакомиться. Меня, в самом деле, зовут Анжелика. А известна ли вам моя фамилия?

- Нет. Разве это имеет значение? Что это может поменять?

- В данном случае, даже очень многое. Моя фамилия Волина, я жена того самого Волина, президента банка "Доверие", где ваш фонд хранит свои деньги. Моего мужа похитили. Вам это известно?

Туров молчал, ему нужно было время, чтобы оправиться от небольшого потрясения.

- Вы хотите сказать, что наша встреча была подстроена?

- Да, и прошу за это извинение. Но другого выхода не было. Вам что-нибудь известно о судьбе моего мужа?

- Ничего. Это правда, я ничего не знаю. Я даже не слышал, что его похитили.

Скорей всего, так оно и есть, его совсем не обязаны были извещать о похищении. Зачем им такой ненадежный сообщник.

- Но кто его похитил и зачем? - спросил Туров.

- Пока я вам отвечу на вопрос: кто похитил? Это сделал Шаклеин. Не он сам, конечно, но по его приказу. Или приказу того, кто стоит за ним.

- Я вам сочувствую, - пробормотал Туров.

Но если он кому-то и сочувствовал, то явно себе. Он сидел поникший, потерявший всякий интерес к разговору. Анжелика понимала его: лопнула еще одна мечта. Ей было жалко этого человека, но она не могла позволит отдаться этому чувству, его следовало добить.

- Но мне бы сейчас хотелось поговорить не о моем несчастном муже, а о вас.

- Обо мне? Какой в этом смысл. Меня нет, вот собственно и все, что можно сказать.

- Да нет, кое-что к этому вполне можно добавить. Совсем недавно вы предлагали мне отправиться куда-то очень далеко. И обещали, что я не буду испытывать материальных затруднений.

Туров как-то вяло махнул рукой, не то, соглашаясь, не то, опровергая жестом ее слова. Вполне возможно, что он и сам этого не знал.

- А вот откуда все-таки деньги, Владимир Георгиевич?

- Деньги, что они значат в нашей жизни. Это все пустота.

- Не скажите, деньги совсем не пустота. Это домик у океана и множество других сопутствующих благ. Вопрос лишь в источниках этих средств. Не разъясните, каковы они у вас?

На этот раз Туров не только не предпочел отмолчаться, но даже не шевельнул пальцем.

- Не желаете отвечать. Тогда я помогу вам. - Анжелика достала из сумочки листок. - Видите здесь два столба. В одном перечень тех сумм, которые вы потратили для игры на бирже. А в другом то, что вы выиграли и проиграли. За последний месяц вы потратили на эти цели двести тысяч долларов, выиграли триста пятьдесят. Неплохой навар. Но меня интересуют не это, а откуда вы взяли эти двести тысяч? Не расскажете? - Не дождавшись ответа, она продолжила. - Тогда я вам скажу. Эти деньги вы украли у фонда, которым формально руководите. Как вы это сделали, честно скажу, не знаю, но для такого опытного финансиста, это не проблема. А теперь представьте, что случиться с вами, если эти расчеты я покажу Шаклеину. Нет, не надейтесь, вас не похитят, это было бы слишком здорово, вас закатают в бетон, а этот блок с вашим телом используют под строительство какого-нибудь элитного дома. Как вам такая перспектива? По моему в ней что-то есть созидательное, стать строительным материалом для здания - не каждому это дано.

Шаклеин тяжело встал, прошелся по комнате, словно старик, шаркающей походкой. Затем вернулся в кресло.

- Что вы от меня хотите?

- Мне нужна информация о всех перемещениях средств фонда. Кто переводит деньги, куда и кому они затем отправляются. Я хочу знать все.

- А если я откажусь?

- Придется познакомить с этими материалами вашего шефа. У меня нет выбора, я обязана спасти мужа. И ради этого готова пойти на все.


## Глава 18


Стол был накрыт в соседней комнате. После подписания официальных документов Анжелика пригласила всех участников церемонии туда. Краем глаза она заметила, что Зернин постарался незаметно выскользнуть из помещения. Он явно не разделял радостное настроение собравшихся тут людей.

С этим она разберется потом, а сейчас у нее совсем другие заботы.

- Предлагаю выпить за плодотворное и одновременно приятное сотрудничество, - провозгласила тост Анжелика, держа в руке бокал шампанского.

Все дружно выпили.

- Прошу снова наполнить бокалы, - громко произнес Твердохлебов. - Позвольте мне провозгласить тост за прекрасную хозяйку этого дома. - Он выразительно посмотрел на Анжелику. Никаких сомнений этого взгляд не оставлял. Он почти открытым текстом говорил о том, что она должна принадлежать ему. И никаких отказов он не потерпит.

У Анжелике возникло желание запустить ему в лицо бокал с шампанским, чтобы оно расплескалось и потекло по его щекам, подбородку... Но вместо этого улыбнулась.

- Вы очень любезны, Сергей Николаевич. Пусть все веселятся, а мы, может быть, пройдем в мой кабинет и там обсудим кое-какие детали.

- С превеликим удовольствием, Анжелика Витальевна.

Могучая фигура ее гостя занимала так много место, что довольно просторный кабинет показался ей сейчас тесным.

- Присаживайтесь, Сергей Николаевич.

- Можно просто Сережа.

Неожиданно он подмигнул. Анжелика предпочла сделать вид, что ничего не заметила.

- Меня вы тоже можете называть по имени.

- Договорились. Тогда уж перейдем на ты.

- Давайте перейдем.

- А что если нам, как партнерам выпить на брудершафт. Я и бутылку прихватил.

Только сейчас Анжелика заметила, что в руках он держит бутылку шампанского. Не дожидаясь согласия, он стал быстро ее открывать.

Его мощный напор привел ее в смятение. Она вдруг испугалась того, что он может взять ее прямо здесь. Что ей в таком случае делать, не кричать же на весь банк?

- Подожди. Это не подходящее место для таких дел.

Твердохлебов прервал свое занятие, и бутылка осталась не откупоренной.

- Верно. А что если нам сегодня где-нибудь схлестнуться. Ты как не против?

- Нет, - не очень уверенно произнесла Анжелика. - Ты классный парень, - неожиданно даже для себя вырвалось у нее. Кажется, она начинает подстраиваться под его манеру разговора.

- А ты высший класс. У меня таких еще не было. Вот увидишь, я всем твоим предыдущим мужикам дам сто очков вперед. Ты не пожалеешь, что будешь трахаться со мной. Еще никто не жалел.

Анжелика почувствовала, как покачнулась в своем кресле. Такого даже Шаклеин себе не позволял.

Твердохлебов поднялся с места.

- В общем, договорились, часов восемь я подваливаю к тебе. Вот увидишь, эту ночку ты не забудешь до конца своих дней, как бы долго он не наступил. А за свои бабки не беспокойся, будем возить их исправно. Мы работаем без проколов.

Твердохлебов поставил бутылку на пол, как напоминание о себе, а сам вышел.

Анжелике понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. Она не представлять, как ей действовать в этой ситуации. Уклониться от встречи она никак не могла, но ее последствия были более чем очевидны.

В кабинет внезапно вошел Зернин. Он выглядел не то расстроенным, не то растерянным.

- Анжелика Витальевна, я предупреждаю вас, Игорь Евгеньевич вам не простит, что вы отдали такой важный участок работы в руки этих людей. Этот Твердохлебов, несмотря на свой замечательный костюм, похож на уголовника. Тюремная роба ему бы подошла больше.

- Успокойтесь. С мужем я как-нибудь уж договорюсь. Ну а манеры, что манеры. Они бывают всякие. Не все получили в нужное время хорошее воспитание, не всем родители нанимали гувернера. Зато у них надежная деловая репутация. Мы с вами договорились больше не дискутировать на эту тему. Дело сделано, договор подписан. Все будет хорошо. Я вам обещаю. У вас есть еще вопросы?

- В данную минуту больше нет.

Зато у меня есть, мысленно сказала Анжелика. О чем, уважаемый Эдуард Петрович, вы постоянно шушукаетесь с Котляром? Но она решила, что время задавать этот вопрос еще не пришло. Да ей было не до подобных расспросов, она со страхом думала о предстоящем свидании с Твердохлебовым. Этот человек вызывал у нее почти панический ужас. Если что-то придется не по нраву, ему ничего не стоит раздавить ее одним пальцем. И все же идти на это рандеву придется, у нее нет иного выхода.

Она подумала, что есть смысл попросить Николая подстраховать ее. Но почти сразу же отвергла эту мысль. Если они обнаружат, что он ее страхует, то он подвергнется смертельной опасности, им будет не трудно догадаться, что он с ними играет совсем в другую игру, чем предполагает Твердохлебов и его банда. Значит, придется отбиваться самостоятельно.

Анжелика ждала Твердохлебова. Она чувствовала, как трудно ей совладать со своим волнением. Хотя она положила в сумочку газовый баллончик, но при этом отлично понимала, что сделала это скорей для собственного успокоения, чем для самозащиты. Вряд ли такое слабое оружие может оказаться полезным, имея дело с таким человеком.

А разговор предстоял действительно опасный. Анжелика решила, что пора идти ва-банк. Иначе все эти встречи бессмысленны. Прошло столько времени, а она не выяснила почти ничего. Шаклеин обвел ее вокруг пальца, воспользовался ее уязвимым положением, а сам не проронил ни слова. Но на этот раз все должно произойти по-другому. Конечно, она сильно рискует, если Твердохлебов заподозрит ее в лукавстве, в том, что она хочет его обмануть, пощады от него ожидать не придется.

Невольно Анжелика зябко поежилась, хотя в квартире было тепло, ей вдруг стало холодно, словно в окно с улицы ворвался студеный ветер. Но ветер если и врывался, то теплый, и все же она ощущала, как застывает у нее все внутри, как вода в реке во время мороза. Пожалуй, такой опасности она еще себя не подвергала.

Твердохлебов, к удивлению Анжелики оказался очень точным. Он позвонил в дверь ровно в восемь.

Анжелика отворила ему. Оджет он был в строгий костюм с красивым, но не броским галстуком. Если не знать, кто он на самом деле, то его можно легко принять за добропорядочного бизнесмена, автоматически отметила она.

Он вошел в ее квартиру, как к себе домой. С интересом осмотрелся, затем упал на диван, вытянув вперед свои длиннющие ноги в модных штиблетах.

- А у тебя мило, куколка. Я не прочь провести тут вечер. - Он посмотрел на нее и почувствовал, что это инициатива явно не вызвала у Анжелики восторг. - Ладно, забей, здесь мы с тобой как-нибудь в другой раз поиграем. Если готова, топаем.

У подъезда их ожидала черная "БМВ" последней модели. Анжелика вспомнила, что они с Игорем даже ходили в салон, чтобы купить ее, но в последний момент все же передумали, посчитав это слишком дорогим удовольствием. Хотя мужу очень нравились великолепные машины.

Анжелики стало грустно. Как недавно это все было, а такое чувство, что с тех пор миновала целая эпоха.

Они сели в машину, и Твердохлебов резко стартовал с места. На бешеной скорости они вылетели на проезжую часть и понеслись по дороге.

Анжелика сама любила езду с ветерком. Но Твердохлебов ездил не с ветерком, а с ураганом. Они неслись как угорелые, обгоняя все автомобили. Водитель то и дело бесстрашно бросал машину в узкий туннель между двумя автомобилями, и ей казалось, что столкновение неизбежно. Но всякий раз каким-то чудом они не только избегали его, но и оставляли остальных участников движения далеко позади.

Анжелика не могла не признать, что Твердохолебов водил машину мастерски. То был прирожденный гонщик, и если бы он выбрал другую карьеру, то на этом поприще его скорей всего ждал бы большой успех. Она понимала, что Твердохлебов не случайно затеял эти гонки, они явно входят в обширную программу сегодняшнего вечера. Таким своеобразным способом он хочет произвести на нее впечатление. Знать бы что дальше ее ждет?

Ладно, решила Анжелика, в таком случае мы тоже кое-что ему продемонстрируем из своего арсенала. Она показала на маячившую впереди машину.

- Мне кажется, вот тот "Опель" едет быстрее вас.

- Сейчас разберемся, - пообещал Твердохлебов.

Машина рванулась вперед. Столкновение было неизбежным, и Анжелика, дабы не видеть надвигающегося ужаса, закрыла глаза. Но в следующее несколько секунд ничего не случилось, и она снова посмотрела вперед. "Опеля" уже не было видно, она повернула голову и увидела оставшуюся позади машину.

- Ты не боишься гаишников? - спросила она.

- Вот уж кого боюсь меньше всего, так этого брата. Кстати, легки на помине.

И, в самом деле, им сигналила милицейская машина. Твердохлебов резко затормозил.

К ним подошел инспектор ГАИ.

- Вы нарушили скоростной режим. Ваши документы?

Твердохлебов протянул ему сто долларовую купюру. Несколько секунд милиционер смотрел на деньги, затем спокойно их взял.

- Езжайте дальше, но больше так не гоните, - по-отечески посоветовал он.

- Видишь, никаких проблем. Наоборот, помог его семье справиться с бедностью, - засмеялся Твердохлебов. - Пусть купит ребятам что-нибудь вкусненькое. - Еще ни разу не один из них не отказывался от взятки. Нет ни одной проблемы, которую нельзя бы не решить с помощью денег. Ты согласна, куколка?

Анжелика решительно была не согласна. Но ответила уклончива.

- Да, ты, по-видимому, прав. Хотя мой муж считал по-другому.

- Странно, что банкир, а такие вещи не понимает. Впрочем, черт с ним, ты поди вся вспотела от нетерпения узнать, куда я тебя везу?

- Такое желание, в самом деле, присутствует.

- Есть тут не по далеко одно местечко. Оторвемся по полной программе. Я там не часто бываю, лишь тогда, когда хочется чего-нибудь такого остренького. Ты любишь сильные ощущения?

- Люблю.

- Я сразу понял, как только ты ко мне заявилась, что ты рисковая баба. Не пугайся, ничего страшного нас не ждет. Просто расслабимся. А мы уже и приехали.

Они вышли из машины, и вошли в трехэтажное неприметное здание. Зато, попав внутрь, оказались в приятном помещении. К ним поспешил служащий.

- Проходите, Сергей Николаевич, все готово, как вы заказывали, - подобострастно проговорил он.

Твердохлебов протянул ему сто долларовую купюру. Кажется, это у него единая такса для мелких взяток и чаевых, отметила Анжелика.

- С чего начнем? - спросил он у Анжелики.

- А из чего состоит выбор?

Твердохлебов рассмеялся.

- В самом деле, я же не предупредил. Здесь есть бассейн, сауна, тренажерный зал, кабинет массажа. Ну и маленький ресторанчик. Все это сегодня целиком принадлежит нам до самого утра. - Он вдруг обнял молодую женщину за плечи своей огромной лапой. Пойдем-ка сперва искупаемся.

Не спрашивая ее согласия, он потянул Анжелику за собой. Ей волей-неволей пришлось последовать за ним.

Перед ней простиралась изумрудно-голубоватая водная дорожка. Из бассейна поднимался запах свежести. Анжелика всегда любила плавать, и ей захотелось погрузиться в эту ласковую и теплую стихию. Она вспомнила, как совсем недавно купалась с мужем в теплом море.

Твердохлебов, кажется, уловил ее состояние.

- Нравится? - спросил он.

- Да.

- Тогда в душ и туда.

- У меня нет купального костюма.

Он хмыкнул на весь бассейн.

- Ты в монастыре что ли воспитывалась. А ну пойдем.

Он крепко схватил ее за руку и увлек за собой.

Они оказались в предбаннике. Твердохлебов стал раздеваться. Анжелика молча смотрела, как показывается из одежды фигура атлета.

Теперь на нем оставались только трусы. Твердохлебов удивленно посмотрел на нее.

- А ты чего не раздеваешься?

- А где тут женская раздевалка?

- Это и есть женская. Тебе что не нравится тут? Не тяни времени, терпеть не могу этого.

Анжелика почувствовыала, как ловушка окончательно захлопнулась. Было совсем не сложно представить лдальнейшее развтие событий. Но она вовсе не желает ничего подобного. Но и убежать она не может, Твердохлебов это ей ни за что не позволит. Он явно нацелился сегодня все получить сполна.

Твердохлебов снял свой последний редут одежды и предстал перед ней во всей своей обнаженной красе.

Анжелика не могла не отметить, что сложен он великолепно, казалось что это мужское тело создано резцом великого скульптора. Но оно совсем не притягивало, а наоборот, отталкивла его. В Твердохлебове, несмотря на внешнюю красоту, ощущалось низкое, животное, на чисто лишенное одухотворенности, начало. Это был хищный, распираемый желанием зверь, стремящийся насладиться самкой и совершененно не интересующийся тем, а хочет ли того же она. То была не любовь, а грубое спаривание, в которое, кроме физиологии, не присутствовала ни одна человеческая эомция.

Анжелика вдруг вспомнила, как все это происходило у них с мужем. Когда они поженились, она была уверенна, что вполне искусна в науке любви, и муж непременно оценит ее искусство. Но к большому ее удивлению случилось все наоборот, он даже не скрывал своего разочарования.


Этот разговор произошел примерно через неделю после начала их супружеской жизни. Они лежали в постели после занятия любовью, и Анжелика кожей чувствовала его отчужденность, несмотря на то, что его рука обнимала ее за плечи.

Анжелика решила сейчас или никогда Нужно выяснить все до конца, иначе недомолвки, как ржа металл, погубит их такие прекрасные отношения.

"Игорь, мне кажется, что тебя что-то не устраивает. Давай все выясним, если ты не возражаешь?"

Он внимательно посмотрел на нее.

"Давай попробуем. Видишь ли, когда я был еще совсем молодым парнем, одна женщина, наставлявшая меня в искусстве любви, сказала мне, что по тому, как человек занимается любовью, можно легко определить его интеллектуальный и духовный уровень. Для людей обычных любовь сводится к простым, как арифметические действия, телодвижениям, они идут к цели прямо, как бегущие по дорожке спортсмены к финишу. И когда добегают до него, то испытывают огромный эмоциональный подъем. Но уже через несколько минут от него не остается и следа, а на место подъема приходит опустошение. Поэтому для примитивных личностей главное - это добраться до финишной черты, а о большем они и не помышляют. Вот и ты так занимаешься любовью, ты просто бежишь, сломя голову, к концу, а потом радостная оттого, что успешно добежала, лежишь обессиленная и ничего уже не хочешь. Тебе кажется, что если ты научилась нескольким простым приемам, то умеешь уже все. А на самом деле, тебе даже и в голову не приходит мысль о том, что ты даже не окончила в этой школе подготовительный класс".

Анжелика почувствовала себя задетой не только словами мужа, но и его, как ей показалось, менторским тоном.

"И что же я не понимаю такого, чего понимаешь и умеешь ты?"

"Пойми, в занятиях любовью должны участвовать не только пара органов тела, а оно целиком. И при этом равным участником должна стать и душа. Любовь - это оркестр, и исполнять мелодию должны все инструменты, а не один или два. Мы должны добиваться с тобой того, чтобы экстаз охватывал все наше существо - видимое и невидимое, а мы бы с тобой, слова два путника по лестнице, поднимались бы все выше и выше".

"И как же этого добиться?" - не без вызова спросила Анжелика.

"Тантра полагает, что каждый акт любви священен и космичен, во время него тратится колоссальное количество вселенской энергии. И люди, занимающиеся любовью, обязаны использовать ее в целях роста духовности всего рода людского и Вселенной в целом. Если же занимающаяся любовью пара этого не понимает, то они лишь бессмысленно растрачивают отпускаемую им энергию и опускаются вниз, на животный уровень"

"Ничего себе задачка. И как же мы будем с тобой все это проделывать?"

Вольпин улыбнулся и поцеловал ее.

"Предстоит долгий путь. Но это не важно. Важно начать идти по нему. Пойми - любовь должна плавно перетекать в медитацию, тогда ты подключаешься к такому источнику блаженства, воспаряешь в такие высоты, что затем уже не захочешь больше возвращаться к прежней практике. Если наша любовь настоящая, а не является прихотливым порождением цепочки случайных событий, то нам пора начинать отправляться в дорогу. Когда в эти дни я овладевал твоим телом, то меня не покидало ощущение, что я, на самом деле, овладеваю пустотой, я терял в этот момент тебя. Это было так пугающе, что мне даже хотелось прервать половой акт. Наша любовь иная, она пронизывает нас полностью. Но мы разрушим ее, если во время не прислушаемся к себе. Ты меня понимаешь?"

"Да. - Но Анжелика не была уверенна, что по настоящему понимает мужа. Вернее, то, что она понимала, не удовлетворяла ее саму, так как нечто важное ускользало от нее. - Но я не знаю, как этого достигнуть".

"Не стоит беспокоиться из-за этого. Мы всему научимся. Доверься мне. Впереди у нас много времени ".

"Я тебе полностью доверяю".

Для того, чтобы научиться любить друг друга по-новому, у них ушло не меньше года. Но это время не было отнюдь потерянным. Они не только погрузились в совершенно другую стихию сексуальности, но их взаимное познание поднялось совсем на иной уровень. Вместе с сексуальной у них установилась такая глубокая душевная гармония, о которой Анжелика не просто не мечтала, но даже и не представляла, что она может существовать между людьми. Муж не обманул ее и в другом, ее наслаждение занятиями любовью окрасилось в несравненно более яркие цвета, тело дарило такую радость, которую она и не надеялась обрести. При этом она ясно сознавала, что это было не просто досьтижение высочайшего уровня блаженства, а новый виток самопознания ее сознания. И от этого ее чувства к человеку, благодаря которому она всего это достигла, только усиливались.


И сейчас она с отвращением думала о том, что ей предстоит. Это великолепно сложенное животное даже не представляет, какое счастье может дарить одухотворенный высшими понятиями секс. Наверное, если бы они встретились раньше, она бы пережила немало приятных минут с таким партнером. Но сейчас ей предстоит набраться терпения и выдержки, чтобы достойно вынести это испытание.

- Я жду тебя в душе, - сказал Твердохлебов и направился в душевую.

Анжелика, плохо соображая, что делает, быстро разделась. Она открыла дверь в душевую, но не увидела Твердохлебова. И в эту же секунду почувствовала, как могучие руки обхватили ее сзади и прижали к себе. Его ладони сжали ее грудь, а губы прижались к шее.

Она покорно давала себя ласкать, не пытаясь разыгрывать, что охвачена ответным желаниям. Но, похоже, ее партнеру эмоции женщины волновали в последнюю очередь, он был целиком сосредоточен на собственных ощущениях. А они, судя по всему, были такими сильными, что Твердохлебов, словно сирена, то и дело издавал громкие сладострастные возгласы.

Твердохлебов вошел в нее грубо и властно, даже не пытаясь казаться нежным. И Анжелика с трудом удержалась от сильного желания оттолкнуть его. Но она понимала, что это лишь усугубит ситуацию. Свою жертву он ни за что не отпустит.

Анжелика сидела на полу под падающим из душа водопадом и медленно приходила в себя. Она чувствовала себя и опустошенной и раздавленной и униженной. Ее не покидало ощущение, что в ее чистый, уютный, тщательно оберегамый от посторонних вторжений дом, ворвался грубый и хищный враг, который стал там все крушить и уничтожать.

Она почувствовала жгучую, как кислота, ненависть к Твердохлебову. Но она не в состоянии дать выход этому чувству, ради того, кто ей дороже больше ее собственной жизни, она вынуждена скрывать его внутри себя, и делать вид, что счастлива оттого, что находится в полной власти этого животного. А раз так, то ничего другого ей не остается, кроме как набратсья терпения и выдержки и достойно пройти сквозь все посылаемые ей судьбой испытания.

Перед ней возник Твердохлебов.

- Я был уверен с первой минуты, как тебя увидел, что ты классно трахаешься. Мне нравятся такие как ты бабы. Ты ненасытна. Я сам такой. Идем, окунемся. А потом снова. - Он вдруг подмигнул ей.

Он протянул ей руку и помог встать. Обнявшись, они вышли из душевой, подошли к краю бассейна и одновременно нырнули в теплую купель.

Анжелика плавала, ныряла, радуясь тому, как послушно и умело выполняет тело все ее приказы. Она старалась не думать о то, что только что произошло, целиком отдаваясь удовольствию от водной стихии. Даже присутствие рядом Твердохлебова почти никак не влияло на эти радостные ощущения, минутами она даже забывала о нем.

Твердохлебов подплыл к ней.

- Ты плаваешь, как русалка. И вообще, даже очень на нее похожа. Только хвоста нет.

Он обнял ее и прижал к себе, властно притиснув свои губы к ее губам.

Он взял ее в воде, и она снова содругнулась от отвращения. Но он расценил это ее телодвижение, как бурное проявление оргазма и довольно рассмеялся.

Больше плавать сил у нее не осталось, она выбралась из воды и легла прямо на цветные узоры прохладного и мокрого кафеля.

Твердохлебов тоже вылез на сушку.

- Пойдем, - тронул он ее за плечо.

- Куда? Я не хочу никуда идти. Я устала.

- Ты там хорошо отдохнешь, - пообещал он. Внезапно Твердохлебов поднял ее и понес, прижимая к себе.

Их путь оказался довольно долгим. Они вышли, вернее, Твердохлебов вынес на руках с Анжеликой бассейна и зашлепал, оставляя на полу мокрые следы, по коридору. На встречу им попался тот самый служитель, что встречал их у входа, он внимательно посмотрел на обнаженную Анжелику. Ей показалось, что на его губах промелькнула сальная улыбка.

Твердохлебов внес ее в какую-то комнату. Там находились две тахты и две молодые женщины с азиатской внешностью. Он аккуратно положил свой груз на ложе.

- Сейчас ты узнаешь, что такое тайский массаж. Тебе понравится.

Следующие полчаса превратились в сплошное море блаженства. Маленькие, нежные и умелые руки массажисток разгуливали по телу Анжелики, оставляя после себя невидимый ручеек, который растекался по ней теплой струей удовольствия и радости. Было так хорошо, что она даже не надолго погрузилась в сладкую дрему. Девушки, которая работала с ней, пришлось даже слегка шлепнуть ее по плечу, дабы вернуть усыпленное сознание к реальности.

Обнаженные, как Адам и Ева, они вышли из комнаты. Твердохлебов вновь куда-то ее повел, и на этот раз она последовала за ним не только без внешнего, но и без внутреннего сопротивления. Она переживала состояние безнадежной покорности, как у арестованного со сломленной воли, которого таскают из одного места в другое, а он даже не интересуется, куда его ведут в очередной раз. Да и какое это уже имеет значение, все масое омерзительное уже свершилось.

Твердохлебов привел ее в сауну.

- Ты готова? - спросил он.

Анжелика кивнула головой. Он крепко поцеловал ее и ввел в сауну.

Ее не покидало ощущение, что у нее не осталось ни сил, ни собственной воли, все поглотила сменяющаяся череда беспрерывных унижений. Она неподвижно сидела на полке и почти уже ничего не чувствовала. Что последует дальше, ей уже было совершенно все равно. Она вплотную приблизилась к такому пороговому состоянию, за которым царило абсолютное ничего: ни долга перед мужем, ни стремления добиться поставленных целей, ни воспоминаний о прошлой жизни, ни любви к своим детям, ни даже страха за себя. Такого с ней еще ни разу не было, и если бы у нее остались бы силы, она бы испугалась этой открывшейся ей реальности. Но сил не было, и это спасало ее. Единственное, что она сейчас ясно сознавала, что ее нет в этой сауне, вернее, в ней пребывает только ее мертвая оболочка, и все, что тут происходит и еще произойдет, не имеет к ней отношения.

Твердохлебов снова взял ее. Но на этот раз она почти не реагировала на это вторжение в ее тело, она просто смотрела куда-то вверх и ни о чем не думала.

Они сидели напротив друг друга за столом, обернутые в легкие простыни. В Анжелики неожиданно для нее самой проснулся такой зверский аппетит, что она съела уже едва ли не двойную норму пищи, а насытиться все не могла. Но по мере того, как она поглощала все новые порции пищи, к ней постепенно возвращалась она сама, которую где-то потеряла во время всей этой отвратительной вакханалиям. Она смотрела на жадно едящего сотрапезника, и ненависть к нему возвращалась к ней с новой силой. Этот хищный и жестокий зверь, исповедующий лишь одну религию - религию наслаждения жизнью, ради того, чтобы ее защитить, готов на любое преступление. Его не оставит ничего. И она должна ясно отдавать себе в этом отчет. Воспоминания о сегодняшней ночи не помешает Твердохлебову, если он сочтет нужным, воткнуть нож в ее грудь. Тем лучше, муж не раз ей повторял, что не иметь иллюзий - это привилегия умных и смелых людей. И она готова к поединку с этим грубым животном.

Внезапно Твердохлебов поднял голову и как-то странно взглянул на нее. Анжелике даже показалось, что он своим обостренным звериным инстинктом проник в ее мысли.

- Я вижу, ты оклемалась, - произнес он. - А то в сауне ты была совсем квелая.

- Такого со мной еще не было, - призналась она.

- Это что, - усмехнулся Твердохлебов, по своему растолковав ее слова, - бывает и по круче. Держись за меня, испытаешь и не такое.

- Я согласна. Только теперь моя очередь предлагать испытания.

- Это интересно. И что же, куколка, может мне предложить?

- То, в чем ты нуждаешься. Помочь отмывать тебе деньги.

Анжелика увидела, как мгновенно преобразился он. Все его огромное тело мгновенно напряглось, а глаза, словно две булавки, впились в нее.

- И как ты мне собираешься помогать?

- Это технический вопрос. Тебя он не должен сильно беспокоить. Ты мне даешь деньги от своих нелегальных доходов, я тебе возвращаю абсолютно чистые деньги, да еще с наваром. Видишь как все просто.

- А откуда тебе известно, что у меня есть эти самые нелегальные деньги?

Анжелика пожала плечами.

- Я занимаюсь финансами. А чтобы делать это успешно мне необходимо знать, откуда и куда идут деньги, чтобы подсесть на финансовые потоки. Иначе я бы давно разорилась. Или ты полагаешь, я, в самом деле, пришла в твою фирму, чтобы заключить договор об инкассации. Меня это совершенно не интересовало. Это знак моего доверия к тебе.

Твердохлебов задумался так глубоко, что забыл про еду. В его руке застыл хлеб, густо намазанный несколькими слоями черной икры.

- И что тебе известно, откуда у меня эти деньги?

Она посмотрела ему в глаза.

- А меня этот вопрос совершенно не интересует: откуда у тебя деньги? Меня интересует только то, что они у тебя есть и тебе нужна помощь для их легализации. А то, что мне знать не нужно, я стараюсь не знать.

- Разумно, - вдруг хмыкнул он. - А ты я вижу, куколка, далеко смотришь. - Твердохлебов замолчал. - Предложение заманчивое, - внезапно проговорил он. - Над ним стоит поломать голову. Это все, что ты хочешь от меня?

- Не совсем. Я хочу знать, где мой муж. Пока остается неизвестной его судьба, мой банк, а вместе с ним и я, находимся в подвешенном состоянии.

Твердохлебов наконец засунул бутерброд в рот.

- Я не знаю, где твой дорогой муженек. К его похищению я не имею никакого отношения. Он мне не мешал.

- А кто его похитил?

- Понятие не имею. Я узнал об этом из сообщения по ящику. Но я рад, что это произошло. Иначе мы с тобой бы тут не спарились.

Скорей всего он говорит правду, подумала Анжелика. Ему, в самом деле, нет никакого резона похищать Игоря. Он не представлял для него опасности. Вернее, он не знал, что Игорь представляя для него опасность. Ей хотелось расспросить Твердохлебова об его отношениях с Шаклеиным, но она понимала, что эта тема может испортить все то, чего она достигла за эту ночь. Об его связях с ним надо узнавать из других источников.

- Я подумаю над твоим предложением, - сказал Твердохлебов, - но не сегодня. Сегодня я хочу заниматься совсем другим. Ты поняла меня, куколка, о чем я говорю, - ухмыльнулся он, кладя руку ей на грудь.


## Глава 19


Домой Анжелика вернулась под утро. Она так устала, что сил хватило только на то, чтобы, не раздеваясь, упасть в постель. И в ту же секунду она заснула.

Разбудил ее звонок домофона. Не без усилий встала с кровати и побрела к двери. Это был Николай.

Он вошел в квартиру и вдруг остановился, как вкопанный. На несколько мгновений его взгляд словно бы прилип к ее лицу.

- Что ты на меня так смотришь? - спросила Анжелика.

- Я никогда тебя не видел такой. Ты выглядишь ужасно, у тебя такой вид, как будто бы тебя простирнули в машине.

Анжелика посмотрела на себя в зеркало и тоже ужаснулась. Николай абсолютно прав, на нее просто страшно смотреть: волосы всколочены, лицо опухшее с синевой под глазами, туш с ресниц растеклось черными подтеками по щекам. Сама себе она напоминала дешевую проститутку после тяжелой трудовой ночи. Докатилась.

- Что ты делала этой ночью? - спросил Николай.

- Лучше не спрашивай. Это была кошмарная ночь. Когда-нибудь я тебе расскажу.

Но это было неправда, она знала, что никому и никогда об этом не расскажет. Пусть это умрет вместе с ней.

- Посиди минут двадцать. А лучше свари себе кофе. И мне заодно. А я займусь своей внешностью.

Когда минут через сорок Анжелика снова показалась в комнате, на ее лице не было и следов ночной оргии. Как всегда она выглядела восхитительно. Лицо свежее, а светлый костюм удачно отенял матовую нежность ее кожи.

На журнальном столике едва дымились две чашечки кофе. Она села напротив Николая и взяла одну из них. Кофе, даже полуостывший, это было как раз то, что ей требовалось больше всего.

- Рассказывай, - попросила она.

Николай не без иронии поглядел на нее.

- Мне кажется, что твой рассказ был бы интересней. Ну да ладно. Кажется, мои дела идут неплохо. Вчера я имел беседу с одним из их боссов. Я изложил ему некоторые идеи о том, как лучше пристроить их деньги. Мои предложения ему понравились. Он сказал, что надеется продолжить нашу работу. Мне кажется, они ждут большую партию товара.

- Почему ты так думаешь?

- Он намекнул, что скоро появятся много бабок, с которыми мне предстоит работать. И знаешь, что их интересует? Ни за что не догадаешься. Они хотел бы размещать свои деньги на биржах Нью-Йорка и Лондона. И ищут структуры, которые могли бы это там делать, Спрашивали меня, не знаю ли я такие?

- Что ты ответил? - с волнением спросила Анжелика.

- Сказал, что разнюхаю.

- Ты правильно поступил. - У Анжелики внезапно созрел план. Вернее, это был не план, а некое его предчувствие. Но он может стать настоящей местью Твердохлебову.- Мы обязательно поговорим на эту тему. Когда ты должен им дать ответ?

- В ближайшие дни. Я сказал, что этот вопрос требует серьезной подготовки.

- Умница! Мы должны заманить их в ловушку. Правда, пока не ведаю как. - Она подумала о Турове. Его советы могут оказаться полезными в этом деле.

- Я тебе больше не нужен? - вдруг спросил Николай с не совсем понятной интонацией.

- Сегодня - нет, а завтра скорей всего - да. Может быть, у меня уж появятся кое-какие идеи.

Она приехала в банк после обеда. Это удивило многих, так как все привыкли, что обычно она не опаздывала. Но Анжелика не стала никому ничего объяснять, статус руководителя освобождал ее от этой необходимости. И она решила воспользоваться этой возможностью.

Одним из первых к ней заглянул Чистяков. Ей показалось, что он немного грустный.

- Что с тобой, ты не в настроении? - спросила она.

- Все нормально, кроме одного. Ты забыла.

- В самом деле, прости. Я совершенно закрутилась, как белка в колесе. Поздравляю с днем рождения. А вот и мое доказательство, что я до последнего дня помнила об этом.

Анжелика в самом деле еще несколько дней назад купила для него подарок - золотую заколку для галстука. Она помнила, как однажды он пожаловался, что ее потерял.

Анжелика поцеловала его и протянула коробочку.

- Какая замечательная! - воскликнул он. - Но она же очень дорогая.

- Твоя дружбу я ценю гораздо дороже.

- Я бы хотел попросить у тебя сделать мне еще один подарок.

- Да, дорогой, с удовольствием.

- Давай отметим этот праздник у меня дома вдвоем.

Анжелика на мгновение задумалась. Почему бы и нет, может она позволить себе хотя бы один вечер провести в приятной атмосфере со своим давним другом.

- Хорошо, после работы отправимся к тебе.

Она увидела, как засияли радостным блеском его глаза, и тихоненько вздохнула.

Этот день на редкость выдался спокойным. Никаких срочных и важных дел ей решать не пришлось. И это радовало Анжелику. Ей просто необходимо сделать передышку, чтобы набраться новых сил. Она чувствовала, что именно сейчас все по-настоящему должно завертеться. Она сделала необходимый посев и уже скоро наступит страдная пора по сбору урожая.

Ее вдруг охватило странное ощущение, что она начинает приближаться к мужу. Анжелика не была уверена, что оно соответствует действительности, вовсе не исключено, что это лишь очередная иллюзия. Но она, как воздух, была ей необходима, иначе в каком источнике она будет черпать все новые и новые порции уверенности и надежды.

Перед окончанием рабочего дня к ней на минутку заскочил Чистяков и продиктовал свой адрес. Хотя они дружили уже пять лет, Анжелика ни разу не была у него дома и даже не представляла, как он живет.

- Приезжай к девяти часам, а я к этому времени все подготовлю, - напоследок сказал он.

Анжелика взглянула на адрес лишь только тогда, когда села в машину. Оказывается, он жил за городом. Она напрягла память: нет, раньше он говорил, что живет в каком-то спальном районе. А вот в каком, не помнит. Значит, переехал?

Это был коттеджный поселок, один из тех, которые с недавних пор в больших количествах, как грибы после дождя, выросли по периметру мегаполиса. Она быстро отыскала нужный ей дом.

Увиденное, несколько озадачило Анжелику. Это был двухэтажный кирпичный особняк. Конечно, Александр получал совсем неплохо, но далеко не столько, чтобы выстроить себе такие хоромы. Она просигналила, и двери автоматически разъехались.

Хозяин хором встречал ее на крыльце.

- Проходи, посмотри, как я живу.

- С удовольствием. - Ей, в самом деле, вдруг стало очень интересно.

Ожидания ее не обманули. Во-первых, дом оказался весьма большим - тут даже был зимний сад, правда, совсем небольшой - а во-вторых, обставлен с хорошим вкусом. Либо тут славно потрудился квалифицированный дизайнер, либо у Саши есть талант, о котором она до сих пор и не подозревала.

Их экскурсия завершилась в столовой. По середине просторной комнаты стоял богато накрытый стол. До что же такое, они все словно бы сговорились, непременно встречают ее обильным угощением. Если так дело пойдет и дальше, то в конце своих приключений она превратится в толстую бабу.

- Присаживайся, - пригласил он. - Посмотри, продолжил Чистяков, когда они заняли места за столом напротив друг друга, - я приготовил все те блюда, что ты любишь.

Анжелика внимательно осмотрела стол и признала его правоту: она, в самом деле, все это любила.

- Откуда тебе известно про мои кулинарные пристрастия?

- Я их изучаю уже пять лет. Я знаю о тебе гораздо больше, чем ты думаешь.

- И что же ты знаешь?

- Многое. Я знаю, какой твой любимый цвет, что ты предпочитаешь одевать, а что не любишь, я могу узнать твою машину с большого расстояния, так как изучил твою манеру вождения. Я знаю, какие нравятся тебе писатели и художники, а какие не вызывают в тебе интереса. Если ты хочешь, я могу еще долго продолжать.

- Не надо, я тебе верю. Давай лучше поговорим не обо мне, а о тебе. Сегодня же твое день рождение.

- Да, мой, - грустно согласился Чистяков. - С тех пор, как я увидел тебя, все предыдущие дни рождения я мечтал лишь об одном: отметить их вместе с тобой. И вот мечта сбылась. Я счастлив.

Его слишком взволнованный тон смутил и немного насторожил Анжелику. Она вдруг подумала: а не слишком ли опрометчиво поступила, согласившись приехать сюда? Он, кажется, чересчур возбужден.

- Не надо преувеличивать мою роль в твоей жизни. Мы с тобой друзья, и этим замечательны наши отношения. После того, как исчез Игорь, я поняла, как мало у меня настоящих друзей, на которых можно положиться.

- Да, я твой преданный друг, - подтвердил Чистяков. - Но что ты будешь делать, если я тебе скажу, что не хочу быть только твоим другом.

- Саша, милый, ну зачем нам осложнения, - попыталась она увещевать его.

- Когда-то мы должны были с тобой поговорить.

- Но ведь и так все предельно ясно. Ты мой друг...

- Нет! - вдруг резко прервал он ее. - Я не хочу быть больше твоим другом.

Внезапно Чистяков сполз со стула на пол и на коленях направился к Анжелике. Она растеряно смотрела, как он неуклонно приближается к ней.

Чистяков остановился перед молодой женщиной и положил ей голову на колени.

- Любимая, кроме тебя в моей жизни нет и не будет другой женщины, - донеслись до нее его слова.

Анжелика попыталась встать, но он не позволил ей это.

- Будь моей, умоляю, будь, моей. Он не вернется, а я буду с тобой всегда и везде.

Он попытался ее обнять за талию, но Анжелика оттолкнула его и вскочила со стула.

- Он вернется. И перестать ломать комедию, Саша. Наши отношения могут быть только дружескими. И никакими больше!

Чистяков встал с колен и посмотрел на нее. И впервые Анжелика увидела на его лице злое выражение. Но оно сохранялось на нем всего лишь одно мгновение. Он быстро овладел собой.

- Извини! - мрачно произнес он. - Это долго копилось, я не сумел сдержаться.

- Ничего особенного, я понимаю. Трудно хранить в душе то, что лежит в ней невостребованным грузом.

- Именно невостребованным, - глухо сказал он. - Давай выпьем и поедим. Зря что ли я старался.

- Конечно, давай.

Они снова заняли свои места. Но оба понимали, что вечер был безнадежно испорчен. Анжелику не оставляло ощущение, что отныне на одного друга у нее стало меньше. И лишь, через часа полтора, когда она возвращалась домой, то вспомнила, что так и не задала Чистякову вопрос: на какие деньги он отгрохал такой большой дом?


## Глава 20


Анжелика уже второй час сидела в квартире Турова. Разговор протекал на редкость тяжело и нервно. Туров едва ли не каждую минуту менял свое решение. То соглашался помочь ей в ее расследование, то наотрез отказывался. Иногда Анжелика даже казалось, что он немного не в себе, так как внезапно замолкал, а затем произносил нечто странное и непонятное.

Анжелика чувствовала, как быстро истощается у нее терпение. И если в начале ей было даже жалко Турова, так как она понимала, что окончательно загоняет его в угол, то теперь вся жалость под воздействием его упрямства растаяла, словно весенний снег.

Очередной раунд их переговоров завершился бесплодно. Туров без сил откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Внезапно он посмотрел на нее.

- Зачем вы меня мучаете? Почему все только и делают, что меня мучают, - тихо проговорил он.

Анжелика окончательно потерял терпение. Хватит ей сносить капризы этого человека. Если он не хочет сотрудничать с ней по добру, она заставит его это сделать по-другому.

Она придвинулась к нему почти вплотную.

- Владимир Георгиевич, я надеялась, что мы с вами поладим, но теперь вижу, что этот вряд ли случится. Но так и знайте, завтра Шаклеин узнает, что вы по-крупному играете на бирже. И что будет дальше, от меня уже не зависит.

- Нет, вы не сделаете это! - воскликнул Туров. - Вы знаете, он меня убьет.

- Не исключено, - согласилась Анжелика. - Но это уже меня не касается.

- Что вы от меня хотите?

- Я вам говорила об этом уже десять раз.

- Но если Шаклеин узнает, он все равно меня убьет.

- Но у вас появляется шанс, что он не узнает. О чем вы думали, когда воровали деньги из фонда для своих биржевых сделок.

- Ну, хорошо, - сдался Туров, - будь, что будет. Какой же я несчастный человек, - вдруг заскулил он.

- Прекратите! - окончательно потеряв терпение, прикрикнула Анжелика. - Иначе я уйду. И тогда Шаклеин...

- Не уходите. Я не могу слышать эту фамилию. Знали бы вы, как я его ненавижу.

- Я знаю. Поверьте, я его ненавижу еще сильней.

Туров взглянул на Анжелику и опустил голову.

- Так что же вы желаете узнать?

Анжелика вздохнула. Почему-то они снова перешли на "вы". Впрочем, так даже лучше.

- Я хочу знать все о том, кто перечисляет деньги в фонд и кто является их конечными получателями. Я должна четко представлять всю схему.

- Но мне почти ничего не известно. Я же только исполнитель.

- Я понимаю. Но я знаю и другое, вы талантливый финансист, то, о чем вас не информируют, вы можете это вычислить. Вот и поделитесь со мной своими предположениями. Не поверю, что вы не анализировали финансовые потоки, которые идут через вас.

- Да, я пытался проследить судьбу денег, - едва слышно подтвердил Туров. - Но это сделать удалось далеко не во всех случаях.

- Я вас внимательно слушаю.

- Вы знаете, что деньги перечисляют нефтяные кампании. По моим подсчетам до 5 процентов с нефтяных контрактов. А если учитывать, что они исчисляются миллиардами, сами понимаете, какова эта сумма. И, кроме того, идет так же оплата за отдельные услуги.

- Это мне понятно, это вычислил еще мой муж. Меня интересует, кто и как их получает.

Туров о чем-то задумался.

- Сейчас я вам принесу один документ. Я над ним работал больше года.

Туров встал и направился в другую комнату. Он не возвращался так долго, что Анжелика даже испугалась: кто знает, что он там делает. А вдруг он наложит на себя руки. Она уже хотела идти за ним, как в этот момент он вернулся.

Туров положил перед ней несколько листков.

- Что это? - спросила Анжелика.

- Вот смотрите. Первый график - это перечисления денег по команде Шаклеина в иностранные банки, чаще всего в банк Оливера Кроули. А вот второй график, это поездки за границу премьер-министра, вице-премьера по финансовым вопросам, а так же нескольких министров: нефтяной промышленности, экономики, руководителя аппарата правительства.

- Но эти две линии сильно совпадают! - воскликнула Анжелика.

- Да, я обнаружил эту закономерность. - Неожиданно в голосе Турова зазвучала гордость.

- И что, по-вашему, это совпадение означает?

- Разве не очевидно. Они едут за границу, причем, в девяти случаев из десяти в маршруте поездки обязательно значится Лондон. Там, в банке они получают деньги и перекладывают их в другие банки. А так же покупают недвижимость за границей. Вот это сообщение я выудил некоторое время назад в Интернете. У нас оно прошло незамеченным. Вы знаете испанский язык?

- Нет.

- Тогда я переведу.

- Эта заметка в одной провинциальной испанской газеты. В ней говорится, что некая госпожа Азарьева из России приобрела на побережье участок земли в два гектара с домом в 400 квадратных метров.

- Кто такая госпожа Азарьева.

Туров сделал эффектную паузу.

- Эта фамилия по мужу дочери вице-премьера.

- Но, может быть, у дочери вице-премьера богатый муж.

- Я изучал такую возможность. Ее муж - чиновник среднего ранга в аппарате правительства. Чтобы приобрести такой участок с домом, с такой зарплатой, как у него, он не накопит денег и за сто лет, - усмехнулся Туров.

Анжелику охватило радостное возбуждение. Не напрасны ее двухчасовые мучения, чутье ее не подвело, она все же добыла ценную информацию.

- Я конфискую у вас ваши замечательные графики, - сказала она. - Да и вам без них будет безопасней жить.

- Но я работал над ними столько времени, - вдруг снова захныкал Туров. Настроение у него менялось ежесекундно.

- Послушайте, отныне вы будете информировать меня обо всем, что происходит в фонде. Я должна знать, откуда и куда идут деньги. - Внезапно к ней пришла одна мысль. - И если вы будете молодцом, то почему бы вам не стать вице-президентом моего банка. С вашими талантами и знаниями, вы сможете снова завоевать себе репутацию.

- Это правда? - Туров недоверчиво смотрел на Анжелику.

- Разумеется, правда. В конце концов, формально вы не делали ничего незаконного, получали и отправляли деньги туда, куда вам указывали. Но только больше не играйте на бирже, это плохо кончится.

- Я не буду, - безрадостно пообещал он.

У Анжелике не было уверенности, что он выполнит свое обещание. Но ей было, в сущности, все равно.

- В таком случае я пойду.

Анжелика спустилась вниз, вышла из подъезда. И в этот момент ей показалось, что кто-то идет за ней. Не будь за ее плечами годы тренировок, и особенно школы Арсена, эта минута могла бы стать последней в ее жизни.

Подчинясь инстинкту, она резко обернулась, и в этот момент на ее голову должен был опуститься толстый металлический прут. Она отпрыгнула в сторону, и он просвистел буквально в нескольких миллиметрах от ее виска.

В следующее мгновение она увидела молодого парня, который снова поднял свое грозное оружие. Но и на этот раз сноровка не подвела ее, и ей удалось увернуться. Зато нападавший, явно не ожидавший от нее такой прыти, под воздействием сил инерции сделал несколько шагов. И таким образом оказался спиной Анжелики. Она обхватила его за талию, слегка приподняла и бросила через себя.

Парень шлепнулся на асфальт, Анжелика же оглянулась вокруг. Она боялась, что у него могут быть сообщники. Но больше никого она не увидела. Она перевела взгляд на поверженного врага, и увидела, что он медленно поднимается с земли и явно снова хочет повторить атаку. Не мешкая, она ударила его носком босоножки по подбородку и побежала к своей машине.

От волнения она не сразу завела мотор. Но на ее счастье парню было не до нее, удар получился такой силы, что ему никак не удавалось вернуть своему телу вертикальное положение.

Пожалуй, впервые Анжелика пережила настоящий страх. Она видела, как дрожали ее руки, сжимающие руль. Она могла быть уже мертвой, лежать на грязном асфальте совершенно бесчувственной, с пробитой головой, из которой вытекал ее мозг. Какой ужас! Ее невольно передернуло. Еще никогда смерть не проходила от нее в такой близости. Их пути едва не пересеклись, как у двигающихся на встречу друг другу составов, оказавшись по ошибке на одной колее.

У своего дома она долго не выходила из машины, наблюдая, не поджидают ли ее киллер тут. Но никого так и не обнаружила. И только после этого решилась покинуть автомобиль. Она благополучно добралась до своей квартиры. И внезапно почувствовала позыв к рвоте. Он был таким сильным, что она едва успела добежать до унитаза. В последний раз ее рвало в далеком детстве.


## Глава 21


Анжелика сидела в кабинете Сабурова и молча наблюдала за тем, как изучает он добытый ею у Турова график. Наконец он оторвал глаза от бумаг и поднял их на Анжелику.

- Очень интересный документ, наводящий на определенные размышления. Но сам по себе ничего не доказывающий, а потому не имеющий юридической силы. Это все, о чем вы хотели мне рассказать?

- Нет, есть еще кое-что. - Она рассказала о попытке ее убить.

Анжелика заметила, как сразу же всполошился Сабуров.

- А вот это совсем плохо?

- Как вы думаете, кто это мог быть?

- Да кто угодно? И люди Шаклеина, и Твердохлебова. А, может быть, и из конторы. Сейчас не разберешь. Плохо другое, за вами началась слежка. Это значит, что кто-то считает вас потенциально опасной. Звоните немедленно Турову! - неожиданно закричал он.

- Боже мой, ведь ему тоже угрожает опасность! - только сейчас поняла она. Анжелика достала из сумочки мобильный телефон и стала набирать номер. Только бы он отозвался, если с ним что-то случится, то исключительно по ее вине. Она себе этого не простит.

- Алло, - раздался знакомый голос Турова.

- Владимир Георгиевич, это я, Анжелика. С вами все в порядке?

- Все в порядке. А что случилось?

- Ничего, все нормально. Но на всякий случай будьте осторожны. Как можно меньше выходите из дома, особенно по вечерам. До свидания.

Анжелика перевела дух. Сабуров тоже немного успокоился.

- Что же вы собираетесь делать с этим документом? - спросил он.

Она задумалась.

- Его нужно показать одному человеку.

- И кому же, можно узнать?

- Президенту.

От неожиданности Сабуров даже откинулся на спинку кресла.

- Никак не меньше.

- Никак не меньше. Речь идет о премьер-министре, вице-премьере, о министрах. Кто, кроме него, может принять решение?

- В самом деле, - вынужден был согласиться с этой логикой Сабуров. - Но как вы предполагаете попасть к президенту.

- Помогите.

- Вы просите у меня намного больше, чем я могу сделать.

- У вас связи, попытайтесь.

- Но не на таком уровне. Нет, тут я вам не помощник. Ищите сами пути.

- Жаль, - грустно проронила Анжелика.

- Но у меня для вас тоже есть кое-что. Это касается вашей предстоящей поездки в Лондон. - Из ящика стола Сабуров достал фотографию. - Узнаете этого человека?

- Разумеется, кто же его не знает. Это Мамонтов, Валерий Ильич, металлургический магнат, владелец "Северстали".

- Абсолютно точно. Так вот, могу вас обрадовать. Вы полетите с ним в одном самолете. Более того, нам удалось сделать так, что ваши места окажутся с ним рядом. Это было невероятно трудно, но иногда, если хорошенько постараться, удаются удивительные вещи.

- Но какой он представляет для меня интерес?

Сабуров насмешливо посмотрел на нее.

- Ну, во-первых, он весьма импозантный мужчина. Посмотрит, какой красавец. Разве он вам не нравится?

- Нравится. Но я не собираюсь заводить с ним роман.

- И напрасно. И все же думаю, пофлиртовать вам с ним придется. Тем более он падок на женщин.

- Если мне память не изменяет, у него трое детей.

- Одно другому совсем не мешает. Но дело не в этом. Именно Мамонтову поручено от имени металлургических баронов провести переговоры с Оливером Кроули о том, какие взносы они будут платить высшим чиновникам государства. Я свое задачу выполнил, все остальное зависит от вас.

Анжелика задумчиво вертела в руках фотографию стального магната. Он был, в самом деле, красивым мужчиной, но это-то как раз ее и не радовало. С нее достаточно одного такого красавца.

- О чем вы думаете? - напомнил о своем существовании Сабуров.

- Я думаю, искупаются ли грехи, если они совершаются ради благих целей.

- Вот что вас беспокоит, - усмехнулся Сабуров. - Полагаю, кроме Бога, никто не даст вам вразумительного ответа. Лучше не думайте и тем более не мучьте себя этим вопросом, когда вы найдете мужа, многое прояснится. В том числе и это.

- А если не прояснится?

- Ну, тогда придется жить с тем грузом, который вы накопили. Не вы первая, не вы последняя. Вам сейчас нужно думать совсем о другом. Вы отдаете себе отчет, что постепенно мы приближаемся к центру круга.

- Но чем мы ближе к этой точки, тем омерзительней и страшней становится.

Сабуров пожал плечами.

- Вы можете от отказатся от движения в этом направлении.

- А вот тут вы как раз ошибаетесь, этого я сделать никак не могу.

После Сабурова Анжелика отправилась в банк. И первым, кто зашел к ней в кабинет, был Чистяков. Выглядел он смущенным.

- Я хочу извиниться перед тобой, - сказал он. - Я вел себя некрасиво, как сопливый мальчишка. Просто я не выдержал, все это копилось во мне очень давно. И однажды должно было выкипеть. Как ни странно, мне сейчас даже легче, я сделал то, что не мог не сделать. И, по крайней мере, на какое-то время частично освободился от этого груза. - Он посмотрел на нее. - Но это нисколько не меняет мои чувства к тебе.

Анжелика почувствовала себя взволнованной. Ей стало стыдно за свои неприятные о нем мысли. Она должна была отнестись ко всему этому с большим пониманием.

Она встала, подошла к нему, положила руку ему на плечо.

- Я рада, что между нами больше нет этого напряжения. Я очень тебя люблю, как друга. И давай забудем об этом небольшом досадном эпизоде в наших замечательных отношениях.

Чистяков улыбнулся.

- Я тоже рад, что тебе все это сказал, хотя мне это было нелегко.

- Я понимаю.

Следующим посетителем стал Зернин. Ему хмурый вид явно не предвещал приятного разговора.

- Извините, но я вынужден напомнить вам, что банк - это такая штука, которая требует руководства каждый день.

- Я что-то упустила? - не без тревоги спросила Анжелика.

- Несколько дней назад я дал вам на подпись смету расходов на второе полугодие. Как вы понимаете, без этого документа мы не можем производить никаких расходов, даже выплачивать зарплату сотрудникам, - насмешливо произнес Зернин. - Я уж не говорю о таких мелочах, как утверждение принятых на кредитном комитете кредитов, аренда площадей под наше новое отделение. В результате мы лишились очень выгодного помещения, оно передано другому банку, Между прочим, нашему ближайшему конкуренту.

Боже, она совершенно забыла обо всех этих делах. Хотела изучать эти документы, но затем ее внимание оказалось переключено совсем на другое. И вот результат.

- Мы понесли убытки, - как показалось Анжлике не без злорадства констатировал Зернин. - По какой статье прикажите их списать?

- Я виновата, я должна быть и наказана, - решительно проговорила Анжелика. - Я сама подготовлю приказ. С лишаю себя премии зав первое полугодие.

Зернин, не скрывая удивления, посмотрел на нее.

- Как вам будет угодно, - сказал он.

Едва Зернин вышел, как Анжелика стала писать приказ на себя о депримировании по итогам работы за первое полугодие. Затем поручила изумленной секретарши направить его по заведенной в банке процедуре для таких документов.

Весь день Анжелика добросовестно занималась делами банка. И все же мысли все время переносили ее далеко от него. Почему-то с каждой минутой ей становилось все тревожней. Вчерашнее нападение не могло быть случайным. Кто-то следит и охотится за ней.

К концу рабочего дня ее испуг усилился настолько, что она позвонила Николаю и попросила заехать за ней.

Они ехали по вечернему городу, то и дело застревая в пробках. Анжелика использовала эти вынужденные паузы в езде для того, чтобы поведать ему о случившимся.

Она видела, как с каждой минутой мрачнел Николай.

- Тебе нельзя больше заниматься поисками мужа, это становится слишком опасным. Его не найдешь, а себя погубишь.

- О чем ты говоришь, ты отлично знаешь, что я не могу прервать поиски. Особенно теперь, когда я уже немало узнала. Неужели ты не видишь, как постепенно в наших руках появляются все новые нити. Не исключено, что скоро их число еще прибавится. А ты говоришь прекратить расследование. Это невозможно. Я не такого совета ждала от тебя.

- Я буду теперь ходить с тобой повсюду.

Анжелика отрицательно покачала головой.

- Нет, из этого ничего не выйдет. Теперь я понимаю, что рассчитывать я могу только на себя. Мне надо раздобыть пистолет. Ты сможешь?

- Это не проблема. А ты сможешь, если понадобится, убить человека?

- Не знаю. Еще недавно была уверенна, что не смогу. Но с некоторых пор я ожесточилась. У тебя есть новости?

- Да. Сегодня мы обсуждали конкретные планы по вложению денег. К нам присоединился Твердохлебов. Я впервые увидел его. С таким великанам опасно иметь дело.

- Его надо остерегаться, - со знанием дела произнесла Анжелика. - Он не имеет привычки никого жалеть.

- Я предложил им некоторые схемы с использованием этого Оливера Кроули, о котором ты мне говорила. Сказал, что у меня есть на него выход.

- Это здорово! Если Шаклеин узнает, что Твердохлебов самостоятельно ищет способы вложения своих капиталов на Западе, ему это крайне не понравится. Еще бы, он теряет контроль за такими деньгами. Да и отстегивать они вряд ли их будут. Их можно столкнуть лбами. Только как это сделать, что тот, ни другой нас не заподозрили?

Анжелика задумалась.

- И вообще, почему бы не нанести этому Твердохлебову удар в самое сердце, - мечтательно произнесла она. Ее вновь овладело сильное желание мести.

- Каким образом?

- Ты сказал, что они ждут большую партию товара.

- Так и есть.

- А откуда?

- Этого мне они не скажут. Таким доверием я у них не пользуюсь. Но можно догадываться.

- В конце концов, это не наше дело, наше дело сообщить куда следует. Но только так, что и там не смогли узнать, кто дал им такую наводку. Можно не сомневаться, что у них есть свои люди в органах. Ты сможешь это сделать, но только так, чтобы остаться в тени?

- Думаю, что да. В колонии, я обзавелся самыми разными знакомыми. Про одного знаю точно, что он сексот, получает за такие сведения от них бабки. Если я ему намекну, он будет рад подзаработать.

- Вот и хорошо. Поступим благородно, дадим человеку заработок. А не то вдруг он в тяжелом финансовом положении.

Анжелика почувствовала удовлетворение. Если этот план удастся, она сполна отомстит Твердохлебову за ту ночь наслаждения.

Николай проводил ее до квартиры, они поужинали, затем он уехал. Причем, у Анжелики возникло смутное подозрение, что у него свидание с женщиной.

Оставшееся время до сна Анжелика посвятила тому, что обдумывала, каким образом ей добиться аудиенции у президента. Но ничего путного в голову так и не пришло. Уж слишком высоко он парит над простыми смертными.


## Глава 22


Но спокойно лечь спать в тот вечер ей не довелось. Внезапно раздался зов домофона. Она подошла к нему и спросила, кто ей звонит.

- Откройте, это ваш лучший и самый верный друг, - раздался ответ.

Она узнала голос Шаклеина. Это не к добру, поняла она. Без очень уважительных причин вряд ли бы он стал наносить ей визит так поздно.

Шаклеин вошел в квартиру не один, а со своим великаном-телохранителем. И Анжелику внезапно пронзила мысль: а не убивать ли они ее пришли?

Он внимательно смотрела на него, пытаясь понять его намерения. Он был одет как обычно, в костюме и при галстуке. Впрочем, это ничего не знеачит, прийти убивать можно в лююом одеянии.

- Вы одна? - задал Шаклеин свой первый вопрос, тем самым усилив ее подозрения.

- Одна. А с кем я должна быть, по-вашему?

Шаклеин красноречиво посмотрел на нее, но ничего не сказал.

Не спрашивая разрешения, он сел в кресло. Его телохранитель продолжал стоять у двери комнаты, словно преграждая выход из нее.

Пауза продолжалась, Шаклеин, казалось, не выказывал никакого намерения продолжать разговор. Он по-прежнему сидел, развалившись в кресле, и лишь периодически бросил вокруг себя взгляды.

- Может быть, вам что-нибудь принести? - спросила Анжелика. - Чай, кофе, вино, коньяк?

- А что хочешь, то и принеси, - усмехнулся он.

Анжелика встала и направилась на кухню. Она решила обслужить гостя по полной программе: в чашку налила чай, поставила на сервировочный столик по бутылке вина и коньяка и покатила его в комнату. Но Шаклеин не обратил ни малейшего внимания на угощение. Он продолжал сидеть все в той же позе. И Анжелика вдруг почувствовала злость. Эта сцена была явно заранее отрепетирована, этот человек ничего не делает просто так. А цель этого демарша самая простая - оказать на нее психологическое воздействие, чтобы она со страха ляпнула что-нибудь лишнее. Не дождется.

- Вы долго собираетесь так сидеть? - с вызовом проговорила она. - Я устала и хочу спать.

- Вот ты как заговорила, - как бы удивился Шаклеин. - А раньше разговаривала совсем по-другому.

- Потому что раньше вы вели себя по-другому. Зачем вы привели вашего телохранителя? - кивнула она на все так же стоящего в дверях амбала. - Боитесь, что я вас убью? Я думала, что мы с вами друзья, но друзья так себя не ведут.

Внезапно она услышала его смех.

- Друзья? В этом мире не бывает друзей, у каждого человека в жизни сугубо свой интерес. Какая уж тут дружба. Если никто и никому не переламывает хребет, то это уже хорошо.

- Так вы пришли, чтобы переломать мне хребет?

- А хоть бы и так. - Шаклеин вдруг взял бутылку коньяка, плеснул в бокал и с удовольствием выпил. - Понять я хочу, что ты затеяла?

- Ничего из того, что вам было бы неизвестно.

- А вот в этом, моя дорогая, я не уверен.

Анжелика пожала плечами.

- Я не понимаю вас.

- И я не понимаю тебя, - притворно вздохнул Шаклеин. - У нас взаимное непонимание. Так?

- Если вы утверждаете...

- Утверждаю! - вдруг прикрикнул Шаклеин. - А ну колись, какие у тебя отношения с Туровым?

Теперь все понятно, подумала Анжелика. Вчерашнее нападение - дело его рук.

- Он один из моих крупных клиентов. И, как банкир, я должна их всех хорошо знать. Что тут странного? И я не виновата, что он влюбился в меня. А я просто этим воспользовалась, чтобы узнать по больше о его делах. Мое поведение совершенно логично. Кто бы на моем месте поступил иначе? Я, честно говоря, не понимаю ваших претензий. Вы же сами никому не доверяете. А почему, собственно, я должна доверять вам? Я же не дурочка. Мне доверены клиентами большие деньги. И я хочу быть уверенным, что меня не проведут, как последнего лоха. В том числе и вы. По отношению к вам у меня нет никаких иллюзий. Если вы посчитаете это выгодным, вы меня кинете. И ничего вас не остановит. Даже если я буду с вами спать по пять раз на дню. Только не говорите, что я не права.

Шаклеин посмотрел на нее, затем как-то задумчиво снова взялся за бутылку.

- А я тебя недооценил, - усмехнулся он. - Ты еще та штучка.

- Я хочу выжить. Я хочу быть богатой и независимой. В том числе и от вас.

- Не знаю, как на счет всего остального, а вот последнее тебя вряд ли удастся. Запомни, девочка: отныне и во веки веков твое выживание полностью зависит от меня. Будешь мне служить верой и правдой, будешь меня ублажать, ничего с тобой не случится. И будешь богатой и независимой. До определенных пределов, на которые я тебе укажу. А станешь играть в свою игру. - Шаклеин посмотрел на своего телохранителя. - Ты меня поняла?

- Трудно не понять, вы так красноречивы.

- Тем лучше. Я хочу знать, что тебе поведал Туров?

- Да, ничего не поведал. Такого запуганного человека я еще не встречала. Он всего боится. А при упоминание вашей фамилии у него начинается чуть ли не истерика.

Шаклеин пристально посмотрел на Анжелику.

- Не врешь?

- Вы ж его лучше знаете.

По выражению лица своего ночного гостя Анжелика поняла, что выбрала верную тактику. Есть шанс, что на этот раз она отобьется. А ведь он, судя по всему, пришел с весьма грозными намерениями.

- Ладно, будем считать, что вечер прошел в приятной беседе, - сказал Шаклеин. - Выпью на посошок и мы с моим другом пойдем. Коньяк у тебя хороший. Муж что ли его глушил в тайне от тебя? - хихикнул он.

- Да.

- Если что-нибудь тебе Туров ненароком сболтнет, тут же извещай меня. В этом твоя гарантия безопасности.

- Я все сделаю, как надо.

- Ну, все. - Шаклеин встал и красноречиво посмотрел на телохранителя. Тот едва заметно кивнул головой.

Это условный знак, поняла Анжелика. Сделай он другой знак и страшно представить, что с ней бы случилось.

Напрошенные гости покинули квартиру. Анжелика закрыла дверь и села прямо на пол. На лбу выступила холодная испарина. Она не сомневалась, что в эту ночь еще долго не заснет.


## Глава 23


Следующий день начался неудачно. Едва она вошла в банк, как натолкнулась на парочку: Зернин и Котляр. Впервые она воочию видела то, о чем ее неоднократно предупреждал Чистяков; эти два человека готовят против нее заговор. При виде ее они явно смутились.

А то, что заговор, в самом деле, готовится, нашло подтверждение буквально через минуту. На стенде, где вывешивались объявления, висел большой плакат. Он извещал о предстоящем собрании Совета директоров. В повестке дня стоял вопрос об итогах работы банка в первом полугодии.

У Анжелики в прямом смысле подкосились ноги. Она совсем забыла об этом собрании. Конечно, повод для его проведения вполне серьезный, но при муже Совет директоров собирался редко. Теперь же она попадает в неприятную историю. У Игоря, а значит, сейчас и у нее, всего сорок девять процентов акций, остальные у других акционеров. И формально, объединившись, они могут сместить ее с должности. Тем более есть за что. Итоги полугодия не самые радужные, из-за ее неопытности, а так же из-за того, что ей было часть некогда заниматься по-настоящему делами, она совершила ряд крупных ошибок. В итоге показатели пошли резко вниз. И ей есть за что предъявлять претензии. А если учесть, что с председателем Совета директоров у них отношения не очень складываются, и он не скрывает своего мнения, что банком должен в отсутствии Игоря руководить Зерни, то для тревоги оснований более чем достаточно.

Как она сразу не догадалась, созыв Совета директоров явно происходит не без влияния первого вице-президента. Для него эта реальная возможность добиться своей цели - сместить ее и взять бразды правления в свои руки.

Внезапно в Анжелике, как это с ней нередко случалось в критических ситуациях, проснулся дух войны. Она так просто не отдаст банк Зернину, будет бороться до последнего. И в первую очередь надо немедленно встретиться с председателем Совета директоров, от его позиции многое зависит. У него огромное влияние на остальных акционеров

Она тут же стала набирать номер.

- Валентин Иванович, мне надо срочно с вами увидеться. - От волнения Анжелика даже не произнесла несколько вводных фраз, которые обычно предшествуют у интеллигентных людей любому важному разговору.

- Приезжайте, - так же коротко сказал он.

Валентин Иванович Кифуряк был банкиром с большим стажем. У Анжелики при встрече с ним часто возникало ощущение, что он был им всегда, даже тогда, когда по своему возрасту должен был ходить в школу. Поэтому его и избрали на эту почетную должность, даже, несмотря на то, что он давно отошел от активных дел. Сейчас же руководил консультационным агентством и оказывал своим клиентам финансовые услуги. С Анжеликой они были мало знакомы, так как до сих пор Кифуряк предпочитал иметь дела с ее мужем. Но она знала, что Игорь с уважением относился к нему, считая его порядочным человеком и хорошим профессионалам.

А потому Анжелика сильно волновалась. Если он выскажется на собрание против нее, ее шансы удержаться на своем посту будут совсем ничтожными. Следовательно, ей нужно непременно его убедить, что она способна справиться с руководством банка. Но беда вся в том, что она не может раскрыть ему всего, чем она сейчас занимается.

Кифуряк встретил ее вежливо, но весьма прохладно. Даже не предложил кофе или чай. Впрочем, ей было совсем не до напитков.

Анжелика понимала, что с этим много повидавшим на своем веку человеком лучше всего говорить прямо. Ее женские ухищрения вряд ли произведут на него впечатление, хотя бы по причине его преклонного возраста.

- Я знаю, для чего созывается Совет директоров, - прямо заявила она.

- Для чего? - внешне спокойно, даже безразлично спросил Кифуряк.

- Чтобы сместить меня с должности.

- Вы так думаете.

- А разве вы думаете по-другому?

На изборожденном складками, которые свидетельствовали о большом количестве прожитых лет, лице Кифуряка появилось странное выражение.

- А почему собственно и нет, - пожал плечами Кифуряк. - Если большинство акционеров проголосуют за такое решение, то оно вполне может состояться. У вашей семьи, если я не ошибаюсь, только 49 процентов акций.

- Вы отлично знаете, что не ошибаетесь. Скажите откровенно, это идея Зернина?

- Я не уполномочен давать вам такие разъяснения.

- Послушайте, Валентин Иванович, вы даже не представляете, насколько важно для меня сохранить эту должность до возвращения мужа. Я понимаю, что еще неопытный руководитель, но я быстро учусь. Очень быстро. Что вам говорил Эдуард Петрович?

Лицо Кифуряка отразило сомнение.

- Он считает, что вы принимаете необдуманные, плохо мотивированные решения. Поймите, Анжелика Витальевна, банкиром не становятся спонтанно, это накапливается в течение многих лет неустанной работы.

- Я это прекрасно понимаю и готова учиться. Особенно, если моим наставником будете такой замечательный специалист, как вы. Игорь был крайне высокого мнения о вас.

Анжелика заметила, что хотя Кифуряк и пытался сохранить невозмутимость, но ее слова были ему приятны. Его тон немного изменился, он уже не был столь холодным и отстраненным.

- Я тоже очень высоко ценил вашего мужа.

- Он не умер.

- Извините, вырвалось случайно.

Анжелика заметила, что Кифуряк смущен от своей оплошностью. Она должна обязательно воспользоваться таким благоприятным моментом.

- Это моя ошибка, что до сих пор мы с вами почти не общались, и я не спрашивала у вас советов. Простите мою самонадеянность. Когда я приняла бразды правления, то не до конца понимала, с какими трудностями столкнусь. Но теперь все важные решения будут принимать только после консультации с вами. Торжественно обещаю. Хотите поклянусь на Библии.

Неожиданно Кифуряк улыбнулся. Это была его первая улыбка за весь их разговор.

- А вы умеете быть убедительными. Для банкира - это наиважнейшее качество. Оно даже компенсирует отсутствие опыта. Хорошо, я думаю вам надо дать шанс. Но другие члены Совета Директоров могут придерживаться иного мнения.

- Я знаю этих людей, для них ваше слово - закон.

Если это утверждение и было преувеличением, то не слишком большим. Но Анжелика уже обнаружила важную черту в характере Кифуряка: при всей своей внешней беспристрастности лесть - это та отмычка, которым можно открыть дверь в его душу. И еще он явно испытывает ностальгию по активной деятельности. Придется какое-то время удовлетворять это его желание и ,в самом деле советоваться с ним, даже если при этом она будет испытывать большие неудобства.

Анжелика встала.

- Спасибо, что вы поняли меня. Это случается совсем не часто. Я вам позвоню завтра, у меня есть пара вопросов, по которым мне нужен квалифицированный совет.

- Буду рад его вам дать, - обрел невозмутимость тона бывший банкир.

Хотя Анжелика и чувствовала себя победительницей, но негодование на Зернина буквально переполняло ее. Он попытался свалить ее, интригую за ее спиной. К ней вдруг пришла мысль, что он каким-то образом может быть связан с похищением мужа. То, что он давно мечтает занять его место, ни для кого не секрет. И почему бы ему не освободить его таким образом. А теперь ему мешает она, и он решает использовать другой механизм. Игоря с помощью Совета директоров спихнуть было невозможно, он пользовался у его членов безграничным доверием. В отличии от нее, вот он и решает воспользоваться такой замечательной возможностью.

Чем больше обдумывала Анжелика эту мысль, тем более вероятней она ей казалась. Когда речь идет о таких деньгах, никто не будет церемониться, Вот бы узнать, знаком ли Зернин с Шаклеиным? К Анжелике пришла странная мысль: а почему бы не забраться на его дачу и не поискать там что-нибудь его компрометирующее. Во время своего визита она видела компьютер. Если залезть в него, то как знать, не обнаружит ли она что-нибудь интересное для себя.

Анжелика знала из слов Зернина, что сейчас он живет в своей городской квартире, а на дачу приезжает только в выходные. Конечно, это самая настоящая авантюра, за которую можно и поплатиться. Но если она обнаружит какую-то важную для нее информацию, то она оправдает ее поступок.

В течение рабочего дня она несколько раз общалась с Зерниным. Внешне она никак не выражала свои подозрения, но чем больше она всматривалась в выражения его лица, тем больше они укреплялись. Первый вице-президент банка явно старался свести их контакты к минимуму, и как только обсуждаемая тема подходила к концу, тут же удалялся. Держался он с ней подчеркнуто официально, не позволял себе произнести ни единого лишнего слова. Анжелика корила себя за то, что только теперь к ней пришло в голову возможной причастности Зернина к этому делу. Ведь мотивы у него более чем веские. А потому к концу рабочего дня она была убеждена, что забраться на его дачу просто необходимо. Жаль, что нельзя посетить его квартиру, там все время находятся его домочадцы. Но хотя бы осуществить такой вариант.

Вечером она позвонила Николаю и попросила его прийти к ней домой. Она рассказала ему о своей затее. Тот не пришел в восторг.

- Это очень опасно, - сказал он.

- Шестое чувство мне говорит, что он замешан в похищение мужа. Ему оно очень выгодно. А он привык использовать такие ситуации. И при этом он человек педантичный, он все любит заносить в компьютер. Мне это известно по его работе. Мы можем в нем обнаружить интересные вещи.

- Даже если это так, то скорей всего в компьютере стоит пароль. И мы его просто не откроем.

- Я думала об этом. Ты помнишь, что на семинарах по программированию наш преподаватель учил нас справляться с такими штуковинами. Мне всегда очень нравился этот предмет.

- И все же это неоправданный риск.

- Как хочешь, - пожала плечами Анжелика. - Если ты так считаешь, то я заберусь на его дачу одна.

Николай посмотрел на нее.

- Ты отлично знаешь, что я пойду с тобой куда угодно.

Анжелике стало стыдно за свой ультиматум. Она не имеет право вести себя подобным образом с ним.

- Извини, но время идет, а я по-прежнему не знаю, как подобраться к Игорю. Где-то должна находиться та самая нить Ариадны, которая приведет меня к нему.

- Когда ты собираешься совершить этот набег?

- А зачем откладывать. Если ты готов, то поехали прямо сейчас.

- Я готов, только на всякий случай надо сделать маски. Нас не должны узнать. И вооружиться кое-какими инструментами.

- Правильно, - обрадовалась Анжелика. - Я без тебя до такого бы не додумалась.

Они подъехали к даче Зернина в самый разгар ночи. Так как небо было занавешено тучами, то было очень темно. Но это даже нравилось Анжелике, так как давала дополнительную гарантию, что акция пройдет незамеченной. Но на всякий случай машину они оставили в метрах ста от участка.

Забор был невысокий. Убедившись, что за ними никто не наблюдает, они легко преодолели преграду. Подойдя к крыльцу, они остановились. Дом был совершенно темен, изнутри не раздавалось ни единого звука.

Анжелика кивнула головой, Николай достал отмычку и стал взламывать замок. Провозился он совсем не долго. Судя по всему в тех местах, где он отбывал наказание, он приобрел массу полезных навыков. Он посмотрел на свою сообщницу и почти торжественно отворил перед ней дверь.

С замиранием сердца Анжелика вошла в дом. Еще никогда она не совершила подобного поступка, не вламывалась в чужое владение. Но она оправдывала свое поведение тем, что делала это не ради корысти, а ради благой цели. Если благодаря этому вторжению она отыщет мужа, это оправдает и не такое деяние.

Оказалось, что Николай продумал все и превосходно подготовился к этому делу. Из сумочки он достал два фонаря и отдал один Анжелике. Два тонких луча света заскользили по комнате.

Анжелика хорошо помнила, где стоял компьютер. На ее счастье Зернин не отвез его в городскую квартиру. Она села на стул и включила его.

Компьютер действительно потребовал от нее, чтобы она набрала бы пароль. Для того, чтобы справиться с этой проблемой, ей понадобилось минут пять.

Анжелика принялась внимательно изучать содержимое компьютера. По количеству папок и файлом эта работа должна была занять не меньше трех часов. Но выбора не было, для этого она все и затеяла.

Примерно через час ей повезло. В одной из папок она обнаружила файл, озаглавленный "Шаклеин". У нее от волнения даже замерло дыхание. У нее возникло предчувствие, что сейчас она узнает нечто очень важное.

Внезапно тишину ночи разорвал рокот мотора. Стоявший рядом с ней Николай бросился к окну.

- Кто-то сюда приехал, - сдавленно крикнул он.

Анжелика бросилась к окну и увидела, как к дому быстро приближаются двое мужчин. Хотя было темно, но в одном из них она сразу де узнала хозяина дачи.

Анжелика помчалась к компьютеру, выключила его. Что делать дальше, она не представляла. Но в одном она была уверенна на все сто процентов: если Зернин ее здесь обнаружит, то для нее это конец всему. Он непременно воспользуется такой счастливой возможностью, чтобы свести с ней счеты, и обнародует этот факт на Совете Директоров. И тогда даже Бог ей не поможет сохранить ее должность.

- Нас не должны узнать, - шепнула она Николаю.

Тот кивнул головой. В этот момент дверь в комнату распахнулась, и на пороге появились двое мужчин. Увидев не прошенных гостей, они замерли.

Этим воспользовался Николай. Он бросился на ближайшего к нему человека, не давая ему зажечь свет, так как его рука уже потянулась к выключателю.

Мужчина был высокий и сильный, но Николай все же справился с ним и отшвырнул его к противоположной стене. Анжелика же в свою очередь бросилась на Зернина. Почему-то она была уверена, что он испугается и отступит, но он преградил ей дорогу.

Зернин попытался ее ударить, в темноте наблюдать за действиями противниками было сложно, и потому она не сумела уклониться. Его кулак пришелся ей в плечо. Зато ее удар попал точно в глаз, Зернин схватился за лицо, и Анжелика, пользуясь тем, что Зернину было уже не до нее, прошмыгнула мимо него и выбежала на улицу.

За собой она услышала громкие шаги. Она обернулась и увидела, что ее догоняет Николай. Они почти одновременно перемахнули через забор и помчались к машине. Впрочем, можно было и не особенно торопиться, так как их никто не преследовал, по-видимому, Зернин и его товарищ были заняты зализыванием ран.

Более или менее они пришли в себя лишь отъехав от места преступления километров на двадцать. Анжелика немного сбавила скорость.

- Мы едва не попались, - заметила она.

- Я говорил, что это опасное предприятие.

- Я была права. Я нашла в его компьютере файл с названием "Шаклеин". Только не успела ознакомиться с его содержимым, в этот момент как раз они и приехали. А это означает, что он как-то связан с похищением моего мужа.

- Вряд ли нам удастся в ближайшее время снова залезть в его компьютер, - пожал плечами Николай. - А вот если бы они нас поймали, нам грозил бы немалый срок.

- Прости, я понимаю, что ты рисковал больше меня, но я, в самом деле, не знаю, что делать. Это какой-то заколдованный лес, в котором в какую сторон не пойдешь, неизменно приходишь в одну и туже точку. И ты понятие не имеешь, как из него выбраться.

- А ты уверена, что мы вообще на правильном пути?

Анжелика о чем-то задумалась.

- Наверное, я не права, что пользуюсь твоим расположением ко мне и втягиваю тебя в эту историю. Она касается только одну меня.

- Глупости! - быстро и резко возразил он. Собственная реакция смутила его, поэтому Николаю понадобилось несколько мгновений молчания, чтобы справиться с собой. - Ты ни в чем не виновата, я сам так решил. Я не оставлю тебя до тех пор, пока ты будешь во мне нуждаться.

Анжелика посмотрела на него и благодарна прикоснулась губами к его не бритой щеке.

- Спасибо тебе за все. И за то, что было тогда и за то, что есть теперь. Ты переночуешь сегодня у меня. - Внезапно к Анжелике пришла странная мысль. Но она решила ее не отвергать с порога, а обдумать со всех сторон. Она еще раз внимательно посмотрела на своего спутника. - Сегодня ты переночуешь у меня.

Так как Николай не ответил, Анжелика приняла его слова за знак согласия.

Они приехали домой под утро. Анжелика быстро приняла душ. Николай уже лежал на диване. В легком полупрозрачном ночном одеянии она села на его край. Николай не без удивления наблюдал за ней.

Анжелика взяла его голову двумя руками и поцеловала в губы. Он ответил. Анжелика откинула с его груди одеяло и стала целовать его тело. Николай лежал неподвижно.

Рука молодой женщины заскользила по его животу вниз. Внезапно он вскочил. Николай сел на диван и закрыл лицо руками.

- Не надо этого делать, Анжелика. Не надо.

- Но почему? Ты же хочешь.

- Хочу. Но ты это делаешь из благодарности, а не из любви. Потом будет только хуже. Я долго не сумею это забыть. А этого больше не повторится. Прошу тебя, иди ложись спать.

Несколько мгновений она раздумывала.

- Наверное, ты прав, - грустно сказала она. - Мне иногда кажется, что за последнее время я стала терять некоторые ориентиры.

Она встала и направилась к выходу из комнаты. Прежде чем покинуть ее, она остановилась.

- Спокойной ночи, Коля.

- Спокойной ночи, Анжелика.


## Глава 24


Когда Анжелика проснулась, Николая в квартире уже не было. Диван, на котором он спал, был аккуратно застелен.

Быстро собравшись, Анжелика поехала в банк. Настроение у нее было скверное, ночная неудача сильно ее раздосадовала. Она была в нескольких минутах от разгадки тайны похищения мужа. Если бы Зернин и его спутник появились бы чуть позже, как знать, может быть, уже все для нее было бы ясным.

Как преступника тянет к месту преступления, так и ей просто не терпелось посмотреть на Зернина. А так как он н спешил заглянуть в ее кабинет, она придумала предлог и отправилась к нему сама.

И сразу увидела большой синяк под глазом.

- Что с вами случилось, Эдуард Петрович? - вполне натурально разыгрывая изумление, воскликнула она.

Он с явным не удовольствием посмотрел на него. Анжелика догадалась, что такой вопрос сегодня она задаем ему далеко не первая.

- Сегодня ночью на мою дачу залезли грабители. Сосед их заметил из своего дома и мне позвонил в город. Ну и со своим знакомым туда и примчался. Поймать не поймали, а вот синяк заработал.

- Что-нибудь украли? - сочувственно спросила она.

- Вроде нет. Скорей всего не успели.

Кажется, он не врет и действительно меня ни в чем не подозревает, думала Анжелика, параллельно обсуждая деловой вопрос. И как они прокололись, не заметили наблюдавшего за ними соседа. Хорошо, что он вызвал Зернина, а не милицию, вот бы был бы позор на весь мир. Только теперь Анжелика ощутила всю глубину своего легкомыслия. Напрасно она не послушалась Николая. Хотя с другой стороны кое-что она все же узнала, а именно, что Зернин как-то связан с Шаклеиным, а значит в той или иной степени замешан в похищение Игоря. Но вот что делать дальше с это информацией она пока не ведала, никаких оснований предъявлять обвинения своему заместителю у нее так и не появилось. Она даже не имеет возможности обнародовать свои подозрения, в этом случае Зернин обвинит ее в покушение на чужую собственность. И будет по-своему прав.

Она грустно вздохнула. Зернин внимательно посмотрел на нее.

- Что-нибудь случилось, Анжелика Витальевна?

- Нет, ничего. Вы помните, что послезавтра завтра я улетаю в Англию.

- Не волнуйтесь, летите спокойно, когда вы вернетесь, банк будет стоять на том же месте, - усмехнулся Зернин.

Его шутка не понравилась Анжелике, она почувствовала в ней двусмысленность. Он явно на что-то намекал. Но вот на что, она понять не могла. Может быть, на завтрашний Совет директоров. Но он скорей всего уже знает, что Кифуряк будет на ее стороне. А значит, шансов на то. что в банке произойдет государственный переворот практически нет. И все же она не могла избавиться от чувства тревоги. Не исключено, что у хитроумного и многоопытного Зернина в загашнике приготовлен еще один план, о котором ей ничего неизвестно. Зря что ли он все время шушукается с Котляром.

- У меня нет никаких сомнений, что вы отлично справитесь со своими обязанностями, - сказала она. - Впрочем, мы все еще обсудим после Совета Директоров.

Они обменялись не самыми дружескими взглядами, после чего Анжелика встала и вышла из кабинета.

Придя к себе, она вызвала Чистякова.

- Ты знаешь, послезавтра я улетаю.

Он кивнул головой.

- Тебя беспокоит то, что будет происходить в твое отсутствие, - понял он ее.

- Да. Не выкинет ли что-нибудь Зернин. Как ты думаешь?

Чистяков задумался.

- Не исключено. Хотя не знаю, что он может предпринять.

- Я тебя прошу, внимательно следи за всем, что тут будет твориться. И если возникнет что-нибудь необычное, тут же звони. Даже если это будет глубокая ночь. Телефон у меня будет все время включенным.

- Не беспокойся, если что, позвоню сразу.

- Спасибо.

Чистяков ушел, а Анжелике стало немного легче. Все же он настоящий друг, на которого можно положиться. Ну а та размолвка... Его можно понять. Между друзьями случаются вещи и похуже.

Вечером она попросила заехать к ней Николая. Приехав домой, она вдруг почувствовала такое одиночество, что ей захотелось выть н луну, как волчица. Все против нее, каждый ведет свою партию, а ее использует лишь как средство достижения собственных целей. А что она может этому противопоставить - слабая, брошенная в этот жестокий мир мужчин женщина.

Анжелика редко жалела себя, да и не любила этого делать. Но очень редко вдруг что-то накатывалось на нее и ей хотелось плакать от жалости и сочувствия к самой себе. Вот и сейчас внезапно наступил такой момент. Но она отлично сознавала, что сейчас не то время, когда можно так расслабляться. Поэтому она попросила Николая приехать к ней. Кроме того, она хотела с ним обсудить их дальнейшие шаги. Она боялась, что он может выдать себя.

Анжелика и Николай сидели за столом, пили слабенький, но вкусный вишневый ликер, который в прошлом году вместе с мужем они привезли из Парижа. Внезапно раздался звонок домофона. Они встревоженно переглянулись.

- Ты кого-нибудь ждешь? - спросил Николай.

- Никого. Сейчас узнаю, кто это может быть.

Она сразу же узнала голос Твердохлебова.

- Сергей это ты? Я тебя не ждала

- А мы сюрпризом, надеюсь приятным, - засмеялся голос в домофоне. - Давай отворяй ворота.

Анжелика внезапно побледнела. Только сейчас до нее дошло, какой опасности она и Николай подвергаются. Если Твердохлебов увидит их здесь вместе, он тут же все смекнет. И тогда им не сдобровать.

- Сейчас открою, подожди секунду. - Она бросилась в комнату. - Ко мне идет Твердохлебов.

Николай вскочил. В отличии от нее до него дошло все сразу.

- Я должен немедленно уйти.

- Уходить нельзя, - возразила Анжелика. - Там ты наткнешься на него ли на его людей. Вряд ли он приехал один. Оставайся в квартире. Спрячься в кабинете Игоря. Вряд ли он туда заглянет. Иди скорей.

Николай помчался в кабинет, Анжелика смела со стола бутылку и две рюмки и побежала к входной двери.

- Открываю, - сказала она в домофон.

Твердохлебов появился в квартире через пару минут.

- Ты чего сразу не открыла? - подозрительно спросил он.

- Я была не одета.

Гигант рассмеялся.

- Я же забыл, что ты у нас стеснительная. - Он смачно поцеловал ее. - Ну, как, не возникло желание раздеться.

- Подожди. Ты только за этим пришел?

- А разве этого не достаточно, чтобы нанести тебе визит. Ладно, ты права, хочу с тобой кое-что обсудить.

Анжелика перевели дух. Может быть, все этим и ограничиться.

- Садись, - показала она на кресло, где всего три минуты тому назад сидел Николай. - Что тебе принести?

- Давай тащи виски. Как раз по теме.

Анжелика из бара достала виски и бокалы. Поставила все это на стол и села напротив.

Твердохлебов разлил виски по бокалам и придвинул один к Анжелике.

- За наше с тобой здоровье!

Пить ей совершенно не хотелось, но пришлось проглотить одним залпом напиток. Она чуть не поперхнулась. Поставив бокал на стол, выжидающе посмотрела на Твердохлебова. Она бы дорого заплатила, чтобы он ушел бы как можно скорей.

- Ты послезавтра в Лондон укатываешь, - вдруг проговорил он.

- Да. А откуда ты знаешь?

- Разведка доложила, - хитро прищурился он - Я про тебя теперь все знаю.

Анжелика не сомневалась, что он блефовал, но решила ему подыграть.

- Ни одна уважающая себя женщина не может жить без тайн. Ты лишаешь меня главного оружия.

Он взял ее за подбородок.

- Запомни, милашка, от меня тайн у тебя быть не должно. Вот от мужа сколько угодно. - Он громко захохотал. - Ладно, - внезапно оборвал он себя. - Давай про дело. Только перед этим еще раз глотнем. Не возражаешь?

Анжелика, если и возражала, то только мысленно. Если в первый раз она выпили виски без всякого желания, то сейчас - с отвращением.

- Здорово! - воскликнул Твердохлебов, смакую виски. - Я что тебе хотел сказать: ты едешь в Лондон, почему бы тебе заодно не разведать, с кем можно завязать дела, чтобы вложить денежки в ихние ценные бумажонки. Получишь свой процентик. Баба ты, конечно, богатая, да только лишние бабки тебе не помешают. Правда же. - Он довольно рассмеялся.

- Я постараюсь разузнать.

- Вот и молодец, я знал, что с тобой можно дела делать. И не только дела. - Внезапно он придвинулся к ней и смачно поцеловал. - Пойдем, покувыркаемся в постельке.

Анжелика похолодела внутри. Как только Твердохлебов появился, она начала бояться, что этим все и кончиться. А ведь совсем рядом, в кабинете находится Николай, и он все прекрасно слышит. Тем более ее гость имеет привычку говорить очень громко.

- Извини, я бы рада, но я сегодня не очень хорошо себя чувствую. Давай перенесем на другой раз, когда мне это будет всласть.

- Ерунда, - уверенно проговорил Твердохлебов, - ты же меня знаешь, получишь свое сполна при любом самочувствии. Я тебя сейчас вылечу. Показывай свою спаленку.

Анжелика окончательно поняла, что никакого выхода у нее нет.

- Вон туда, - показала она на дверь.

Внезапно Твердохлебов легко поднял ее на руках и понес в указанном направлении. Анжелика представила, что сейчас переживает Николай, и ей стало не по себе.

Твердохлебов ушел от нее рано утром, почти на рассвете, у него были какие-то дела. Анжелика обессиленная бурно проведенной ночью, открыла дверь в кабинет мужа. Ее худшие опасения подтвердились, Николай не спал, а все прекрасно слышал, что происходило в квартире. Он посмотрел на нее, ничего не сказал и, не оборачиваясь, направился к выходу.

- Подожди, - окликнула она его.

Он остановился, но по-прежнему не оборачивался. Ее взгляд упирался в его напряженную спину.

- Прошу тебя, сядь.

Николай неохотно прошел в комнату и сел в кресло. Анжелика села напротив него.

- Что я могла поделать, у меня не было выхода. Все мужчины требуют от меня только одного. За все годы, что я прожила с мужем, я ни разу ему не изменила. Даже мысленно. А сейчас я попала в этот круговорот, и пока не найду Игоря, мне из него не выбраться.

- Значит, это далеко не последний раз, - усмехнулся он.

- Скорей всего не последний, - подтвердила она. - Так получается, что это мое главное оружие. Я не хочу его применять, но меня заставляют. Но что я могу сделать в такой ситуации?

- Не знаю.

- Я понимаю, тебе больно. Но мне тоже больно, я не могу найти мужа. И с каждым днем уверенности. Что его отыщу, у меня становится все меньше. Ты думаешь, я знаю, как жить в такой ситуации. Он единственный человек, которого я по-настоящему люблю. Прости, так уж получилось.

Николай вдруг резко встал.

- Я подумаю, что мне делать. А сейчас будет лучше, если я уйду

Больше ничего не говоря, он быстрыми шагами направился из квартиры. Анжелика проводила его грустным взглядом. Но когда он скрылся за дверью, почувствовала облегчение. В конце концов, если она перед кем-то и виновата, то только перед мужем. Николаю сохранять верность она никогда не обещала. И вообще, она не испытывает ни малейшего желания отчитаться перед кем-то в своих поступках. Она поступает так, как считает нужным. И если Николай этого не понимает, тем хуже для него.


## Глава 25


Анжелика прошла билетный, потом паспортный контроль и оказалась в накопителе. Затем их пригласили на посадку в самолет. Впервые она отправлялась за границу одна, без мужа. И едва она приехала в аэропорт, ее не отпускало ощущение, что Игорь вот-вот появится. Это чувство было таким сильным, что она вопреки здравому смыслу несколько раз осматривалась вокруг, в надежде увидеть мужа. Но, разумеется, он так и не появился. И она испытала разочарование. Нет, не случаются в мире чудеса, зато преступлений происходит сколько угодно.

Она сидела в кресле. Соседнее кресло, в котором, по словам Сабурова, должен находится Мамонтов, пустовало. И Анжелика испытывала сильную тревогу. Если он не появится, то ее поездка окажется безрезультатной.

Посадка в самолет заканчивалась, практически все пассажиры заняли места, а его все не было. Надеж на то, что он появится, почти не оставалось.

Приятный голос стюардессы через динамик известил, что посадка окончен, и авиалайнер начинает двигаться к взлетной полосе. Взревели двигатели, и через несколько минут самолет начал движение.

Мамонтов так и не появился. Что-то произошло? Может быть, они обо всем договорились в России, и отпала нужда лететь в далекую Англию? Что же ей делать? В нынешних обстоятельствах она не может позволить себе роскошь пребывать на конгрессе, когда муж по-прежнему томится в заточении.

Внезапно самолет остановился. Затем он стал разворачиваться и поехал в обратном направлении. Никто не понимал, что происходит, а приятный голос из динамика на этот раз почему-то упорно молчал.

Самолет остановился примерно на том же самом месте, откуда начал движение на взлет. Внезапно посадочный люк отворился, а Анжелика увидела, как по проходу идут несколько мужчин. В одном из них она узнала Мамонтова.

Еще ни разу с момента исчезновения мужа она не испытывала такого большого счастья. Она была готова прилюдно расцеловать его.

Мамонтов бегло взглянул на нее, затем его взгляд, словно бы приковался к ее лицу. Не без усилия он отвел глаза и посмотрел на номер сиденья. Поняв, что его место рядом с ней, он откровенно обрадовался. Он плюхнулся в кресло, вытянув вперед свои ноги в черных до блеска начищенных щиблетах.

Из динамика снова полился мелодичный голос стюардессы, которая извинялась за задержку рейса.

Анжелика украдкой рассматривала своего соседа. Одет он был что называется с иголочки, все вещи от галстука и золотых запонок на манжетах рубашки от всемирно известных фирм. На пальце сверкала массивная печатка. Анжелика прикинул, сколько приблизительно стоит его наряд, цифра получалась внушительная.

Их взгляды внезапно встретились, и она поняла, что он буквально сгорает от нетерпения завязать с ней разговор. Впрочем, Мамонтов явно был не из тех, кто привык держать свои желания при себе.

- Извините, что заставил вас задержаться с отлетом, - вдруг обратился он к ней так, словно она одна находилась в салоне авиалайнера. - Мой самолет из-за погодных условий прибыл на аэродром чуть позже. Пришлось давать радиограмму, чтобы задержали рейс.

- А почему бы вам не полететь в Лондон на своем самолете? - поинтересовалась Анжелика.

- Сперва я так и собирался, - сердито буркнул владелец самолета, - но в последний момент выяснилось, что не были своевременно оформлены все документы на пролет через некоторые страны. Когда вернусь из Лондона, я им устрою. Больше всего не терплю, когда подчиненные не выполняют свои обязанности.

- Я вижу, что вы строгий руководитель, - скрывая насмешку, - проговорила Анжелика.

Мамонтов серьезно взглянул на нее.

- А как же иначе, если не быть строгим, все быстро придет в упадок. Впрочем, что мы говорим о таких скучных материях, сидя рядом с такой прекрасной женщиной хочется говорить о чем-то другом. Читать стихи.

- Так прочтите, - подзадорила его Анжелика.

- И прочту.


Вы слышите свирели скорбный звук?

Она, как мы, страдаем от разлук.

О чем грустит, о чем поет она?

"Я со своим стволом разлучена.

Не потому ль вы плачете от боли,

Заслышав песню о моей неволе.

Я - сопечальница всех, кто вдали

От корня своего, своей земли.

Я принимаю в судьбах тех участье,

Кто счастье знал и тех, кто знал несчастье.

Я потому, наверно, и близка

Тем, в чьей душе и горе и тоска".

Анжелика даже почувствовала волнение. Вот уж не предполагала, что такой человек, как Мамонтов, любит поэзию.

- Какие чудесные стихи? Чьи они?

- Средневекового восточного мистика Джалал -ад-дин Руми. Это один из моих любимых поэтов. Мне кажется, что каждый из нас находится в таком положении, разлучен с чем-то очень близким. Причем, иногда даже не знает, с кем именно разлучен, но чувствует, что так оно и есть.

Анжелика подумала о своем муже. Она в отличие от многих знает, с кем разлучена и по ком стонет свирель ее души. Вот только легле ли ей от этого обстоятельства?

Пока Мамонтов читал ей стихи, самолет оторвался от земли и запарил в небе.

- А мы с вами на земле так и не познакомились, - сказал Мамонтов. - Давайте познакомимся в небе.

- Вы можете не представляться, Валерий Ильич, я знаю, кто вы. А меня зовут Анжелика Витальевна Волина.

- Волина, - задумчиво произнес он. - Знакомая фамилия. Но убей, не помню.

- Мой муж президент банка "Доверие"

Мамонтов ударил себя по лбу.

- Как же я запамятовал. Я не раз слышал о вашем муже, хотя лично мы так и не познакомились. С ним еще что-то недавно случилось, об этом писали газеты.

- Он исчез.

- Что значит, исчез?

- Это значит, что никто не знает, где он.

- И что, о нем нет никаких известий?

- Никаких.

Эта новость заставила погрузиться Мамонтова в раздумье. Впрочем, совсем не надолго.

- И как же банк? - задал он чисто деловой вопрос.

- С банком сейчас управляюсь я.

Это сообщение привело его одновременно в восторг и изумление.

- В таком случае вы самая красивая банкирша на всей земле.

- Спасибо. Но это далеко не всегда помогает в делах. Иногда, даже сильно мешает, - засмеялась Анжелика.

Он оценивающе посмотрел на нее.

- Это я как раз очень могу понять. В таком случае у нас с вами, наверное, один маршрут, вы едете на конгресс.

Она кивнула головой.

- Куда же еще ехать несчастной бизнес-леди. - вздохнула Анжелика. - С тех пор, как я руковожу банком, я занимаюсь только делами. От всего прочего пришлось отказаться.

- Хотите в Лондоне наверстаем упущенное. Я неплохо знаю город, бываю там в год раз по пятнадцать.

- А конгресс, а деловые переговоры. В газетах писали, что у вас намечается ряд крупных контрактов.

- Вы верите газетам? - проворчал он.

- Я верю всему и всем, но только до определенных пределов.

- Мне нравится ваш подход. Вы правы, действительно намечены переговоры. Но, в конце концов, переговоры будут вестись днем, а еще есть ночь. Она в полном нашем распоряжении.

Анжелика засмеялась.

- Вам не страшны никакие препятствие. Но, а когда же спать? Надо же быть в форме.

- Когда рядом с тобой такая красивая женщина, не до сна. А на счет формы, не волнуйтесь, я всегда в отличной форме.

По проходу, толкая вперед тележку с напитками, шла стюардессы.

- Давайте отметим столь приятное знакомство, что будете пить?

- Мартини с апельсиновым соком.

- Мартини с соком и коньяк. - заказал Мамонтов.

Стюардесса на подносе подала им напитки.

- За счастливое продолжение знакомства, - провозгласил он тост.

Анжелика в ответ предпочла промолчать. Она далеко не была уверенна, что продолжение знакомства окажется счастливым.

Они выпили.

- Вы прекрасно держитесь, несмотря на такое печальное событие, - вдруг сказал Мамонтов.

- Поверьте, я очень переживаю. Но мой муж всегда внушал мне не поддаваться отчаянию, ни при каких, даже самых трагических обстоятельствах. Пользы от этого никакой, а человек лишь сильней увязает в горе. А несчастный человек - это всегда слабый и беззащитный человек. Я стараюсь лишь следовать его советам.

- Ваш супруг - мудрый человек. Вам с ним повезло.

- Я тоже всегда так считала. Если бы я поддалась горю, то как бы руководила банком.

- Знаете, - задумчиво произнес Мамонтов, - в своей жизни я много раз видел, как под влиянием жизненных обстоятельств ломались на вид очень сильные мужчины. А вы так мужественно себя ведете.

- Я верю, что муж найдется. Это придает мне силы.

- Знаете, я завидую вашему мужу, ему жутко повезло с женой.

- Он тоже придерживался такого мнения, - засмеялась Анжелика.

Их разговор не стихал до самой посадки. Ей нравился Мамонтов, Несмотря на свой откровенно миллионерский вид, на прущую из всех щелей самонадеянность, иногда переходящую в чванство человека, достигшего богатства и высокого положения в обществе, под этим пластом скрывался простой и веселый парень, любящий жизнь во всех ее проявлениях. Она думала, что если соскоблить с него этот налет, то при благоприятных обстоятельствах они даже смогут стать хорошими друзьями. Но это если и случится, то в будущем. А сейчас ее заботило совсем другое, каким образом узнать о него о предстоящих его переговорах с Оливером Кроули. Если бы она каким-то образом сумела отговорить Мамонтова от этой сделки, то ее миссия, по крайней мере, наполовину была бы успешна выполнена. Но вот как осуществить этот план, она не представляла.

Все тот же голос из динамики объявил, что самолет идет на посадку. Анжелика от волнения даже закрыла глаза. Что-то будет в Лондоне.


## Глава 26


Форум должен был начаться на следующий день, и у Анжелики было время, чтобы немного осмотреть Лондон. Она бродила по незнакомым улицам, разглядывала здания, памятники, всматривалась в лица людей. За годы их совместной жизни они с мужем побывали в немалом количестве стран. Она очень любила эти поездки, так как открыла в себе страсть к путешествиям. Оказываюсь в незнакомом город, они могли гулять едва ли не целый день, знакомясь с его достопримечательностями, с чужой для них жизнью

Но сейчас Анжелика чувствовала, что город не захватывает ее. И не потому, что он был ей не интересен, наоборот, в столицу Англии она мечтала попасть давно. Но ее сознание и тело разделяли пространство и время, она ходила по улицам, а мысленно была очень далеко от тех мест, по которым шагали ее ноги.

Погуляв часа два, она вернулась в гостиницу. Они договорились с Мамонтовым, что он зайдет за ней вечером, и они отправятся на изучение злачных мест ночного Лондона. Пока же она не знала, чем себя занять. А что если Игорь находится тут, Сабуров не исключал, что его вывезли из страны и вполне возможно именно сюда. Но где его тут искать, в городе, где она не знает ни одного человека.

Затем ее мысли перенеслись к Мамонтову. Как строить с ним отношения? Пока он единственный, кто способен ей помочь. Но для этого его нужно перетянуть на свою сторону, сделать его своим союзником. Но какие аргументы она может ему предоставить? Только свое женское очарование, ничего другое у нее сейчас нет. Но это означает... Анжелика глубоко вздохнула. Мамонтов явно не тот человек, который будет довольствоваться одними, даже сверхприятными разговорами. Он привык брать все, что идет ему в руки. Он сильно напоминает ей Твердохлебова, только масштаб личности совсем не тот, Тот всего лишь уголовник, который пытается довольно нелепо играть роль почтенного бизнесмена, но который никогда им не будет, сколько бы денег не скопит. Потому что такая уж его низкая природа. А вот Мамонтов другой, в нем ощущается настоящая сила хозяина жизни. Да он и является таковым, будучи не только одним из самых богатых людей в стране, но и самых влиятельных. И вот такой человек вынужден отстегивать часть своих доходов высокопоставленным бюрократам. Вряд ли ему это может нравиться. И дело тут не столько в деньгах, сколько в том, что он не может не ощущать себя в такой ситуации униженным и оскорбленным.

Анжелика даже встрепенулась. Кажется, она нащупала те струны его души, на которых она может сыграть нужную ей мелодию. Только действовать нужно сверхосторожно, если он заподозрит, что она знает об его здешних делах больше, чем говорит, он в лучшем случае может прекратить с неё всякие контакты. А в худшим, дабы она его не разоблачила, ликвидировать. Когда речь идет о таких больших интересах, не до сантиментов.

Озноб прошелся по телу Анжелике. Быть убитой в Лондоне, об этом даже страшно подумать. Однако такое развитие событий она вовсе не может исключить. Ситуация очень напряженная.

Вечером Анжелика спустилась в ресторан, чтобы поужинать. Внезапно она заметила, что за ней следует молодой мужчина. В самом этом факте не было ничего странного, если бы не одно маленькое обстоятельство; когда она гуляла по городу, она случайно заметила в витрине его отображение. Зрительная память у нее была хорошая, и сейчас она не сомневалась, что этот тот же самый человек.

Она решила сделать вид, что ничего не замечает. Прошла в ресторан, села за столик. Но аппетит у не пропал, факт слежки крайне сильно ее встревожил. Кто ее мог организовать?

Тот человек в ресторане не появился, но это нисколько не успокоило, а наоборот, еще больше встревожила Анжелику. Это свидетельствует о том, что он профессионал и не старается быть не слишком назойливым.

Подошел официант и ей пришлось ему сделать заказ. Но аппетит был окончательно испорчен, и она лишь слегка поковырялась вилкой в бифштексе. Затем вернулась в номер. Своего преследователя она не обнаружила. Но не исключено, что если слежка организована профессиональна, то ее могут передавать от одного к другому, как эстафетную палочку.

Оставшееся время до встречи с Мамонтовым она провела в кровати, стараясь полвозможности не думать о слежке, чтобы не запугивать себя еще больше. Ей и без того весьма тревожно. А она хорошо помнила один из уроков Арсена: если вам страшно, думайте о чем угодно, только не о том, что вызывает страх, так как самое худшее заключается не в том, что вам грозит опасность, а в том, что под его воздействием оказываются парализованы ваши мысли. И ей настолько хорошо удалось выполнить эту рекомендацию, что незаметно для себя она заснула.

Мамонтов целиком сменил свой гардероб, но на столь же дорогой и изысканный.

- Вы готовы вести разгульную жизнь? - поинтересовался он.

- Готова.

Ничуть не скрывая своего восхищения, он смотрел на нее.

- Вы самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. Сегодня ночью мне будут завидовать все лондонские мужчины.

Анжелика довольно улыбнулась. Целый час перед встречей она делала все возможное, чтобы заслужить такой комплимент.

- Куда вы меня повезете? - спросила она.

- Доверьтесь мне.

Они вышли из гостиницы. Около входа их поджидало такси. Они сели в машину.

- Понять

У него даже мысли не возникло поинтересоваться моими желаниями, отметила Анжелика. Впрочем, она совсем была не против предложенной программы, в данном случае для нее было важней понять эту важную черту характера своего спутника и учитывать в дальнейших своих поступках.

Их путь по залитым разноцветным светом улиц продолжался недолго. Такси остановилась возле какого-то заведения.

- Это самый обычный лондонский паб, - пояснил Мамонтов. - Здесь проводят время преимущественно банковские служащие и чиновники средней руки. Мне нравится он именно потому, что он абсолютно типичный.

Едва они вошли в паб, как взгляды почти всех посетителей скрестились на них. Вернее, в основном на Анжелике. Ее появление стало для многих маленьким шоком.

Анжелика взглянула на Мамонтова и поняла, что он заметил это явление и явно доволен произведенным эффектом. Уверенным жестом он взял свою даму под руку и повел к свободному столику.

- Вы голодны? - осведомился он.

- В общем, да. - Анжелика вдруг действительно ощутила сильный голод, почти весь ее ужин остался на столе в ресторане. И по какой-то странной аналогии вспомнила о мужчине, что следил за ней. Но в пабе его не было.

- Будем вкушать типично английскую еду, - беспрекословным тоном проговорил Мамонтов. Громким голосом он позвал официанта.

Он даже не спросил, а что я хочу, снова отметил Анжелика. Но возражать не стала.

Их стол быстро преобразился, через несколько минут на нем уже гордо возвышалась бутылка виски и несколько кружек с пивом. Затем принесли бифштекс с картофелем фри. Хотя еда была самая незатейливая, но Анжелика вдруг почувствовала, что именно такую пищу сейчас ей и хочется вкушать.

Мамонтов влил виски прямо в кружку с пивом и подал одну Анжелике.

- Здесь это считается шиком. Мой любимый тост: за успех безнадежного дела. Я столько раз начинал, как всем казалось безнадежные дела, и добивался замечательного результата. Мне в бизнесе нравится именно это. Скучно заниматься тем, о чем заранее знаешь, что вcе будет о кей. Не знаю, как вас, а меня деньги в бизнесе не интересуют. Сделать то, чего до тебя не было, вот над этим стоит потрудиться.

- Когда у человека столько денег, сколько у вас, можно позволить себе не интересоваться деньгами, - улыбнулась Анжлика.

Он внимательно посмотрел на нее.

- Может быть, вы и правы. Но погоня за деньгами - самое бессмысленное занятие человека. Тех, кого волнуют только деньги, рано или поздно испытывают глубокое разочарование. Должна быть более глубокая цель.

- У вас она имеется?

- Да. - Он нагнулся к ней. - Я люблю свою страну и хочу в меру своих сил помочь ей стать процветающей.

Эти слова повергли Анжелику в раздумье. Насколько он искренен в своих словах? От этого зависит, как сильно она может ему довериться.

- Я тоже люблю свою страну и тоже желаю ей того же.

- Знаете, Анжелика, я сразу понял, что между нами много общего.

- Я тоже это почувствовала, Валерий Ильич.

- К черту отчество, зовите меня Валерой.

- Хорошо, Валера.

- Но в таком случае скажите, чтобы сделать страну процветающей, готовы вы, к примеру, на не самые честные поступки?

Мамонтов, который собирался опрокинуть в себя кружку пива, едва не поперхнулся.

- Что вы имеете в виду?

- Только то, что сказала. Мы же с вами живем не в этой благословенной стране, а в России. А я не хуже вас знаю, как у нас занимаются бизнесом. Сделать честно, соблюдая все законы, почти ничего нельзя. А уж тем более облагодетельствовать все население. Обязательно найдутся те, кто захотят наложить лапу на чужие богатства.

У Анжелике возникло ощущение, что тот оборот, который принял их разговор, не нравится ее собеседнику. Мамонтов даже забыл про пиво, он смотрел куда-то мимо нее и молчал.

- Бывает и такое, - вдруг проговорил Мамонтов. - Я реалист, я прошибаю только те стены, которые могу прошибить.

Анжелика испытала разочарование. Она надеялась на другой ответ. И за это он будет наказан.

- А я-то полагала, что не существует стен, которые вы не сможете прошибить.

- Таких людей не существует во всем мире. Вы знаете хотя бы одного такого.

- Я надеялась, вы будете первым.

Внезапно он громко расхохотался, привлекая внимание посетителей паба.

- Выходит, я обманул ваши надежды.

- Выходит, что так.

- А вы очень не простая, Анжелика. Зачем вы приехали сюда?

- Я приехала на форум. Как и все. А вы разве нет?

Он посмотрел на нее.

- Разумеется. Что же здесь еще делать?

- Не знаю. У каждого могут быть свои дела.

Кажется, надо остановиться, подумала Анжелика. Иначе он может что-то заподозрить. Пока он явно не мой союзник.

- Не понимаю, зачем такая красивая женщина, как вы, занимаетесь таким грязным делом, как бизнес, - неожиданно проговорил Мамонтов. - Для того, чтобы вам все иметь, не обязательно руководить банком.

- Я знаю, но мне такой вариант не интересен.

- Вам нравится наполненная жизнь?

- Да. Я не рождена на роль домохозяйки, даже если это домохозяйка в огромной вилле.

- До чего же мы с вами все-таки похожи! - воскликнул Мамонтов.

По его таким знакомым горящим глазам, Анжелика достаточно ясно понимала, что с ним происходит. Сколько в своей жизни она видела таких глаз. Но сейчас ей нужно от него совсем другое.

- Я тоже, как и вы, приехала сюда наводить новые контакты. У меня есть поручения от клиентов навести справки о возможном выгодном размещение весьма крупных средств. Мне порекомендовали обратиться за советом к некому Оливеру Кроули. Ему принадлежит здешний банк. Вы случайно не знакомы с ним?

Анжелика увидела, как мгновенно потемнели глаза Мамонтова. Несколько секунд он молчал.

- Да, я немного знаю его. Он оказывал моей компании мелкие услуги. Так вы хотите с ним познакомиться?

- Почему бы и нет. Если он оказывал услуги вам, то почему не может оказывать услуги мне и моим клиентам. Наши банки могут установить корреспондентские отношения.

- Но почему именно с ним? Лондон, как сельдями бочка, переполнен банкирами.

- А собственно, почему и не с ним. Если вы что-то знаете о нем плохое, скажите, я буду вам очень признательна.

Всего лишь одно короткое, как вспышка фотоаппарата лицо Мамонтова выражало колебание, но Анжелика успела заметить это выражение. Он не скажет ей правду, поняла она.

- Я не так много о нем знаю, - пожал плечами он. - Но в любом случае я вам не советую замыкаться на ком-то одном. Может быть, пойдем куда-нибудь еще? С этой стороной английской жизни, я думаю, вы уже познакомились.

- Не возражаю. Рада буду познакомиться с какой-нибудь еще стороной.

- У меня есть идея, - вдруг ухмыльнулся Мамонтов. - Поехали.

На этот раз их путь на такси продолжался дольше. Когда они вышли, то Анжелике показалось, что они находятся где-то на окраине. Их окружали однообразные невысокие дома. При этом вокруг не было ни души.

Анжелика заволновалась. Зачем они сюда приехали? А если Мамонтов что-то заподозрил, особенно после того, как она упомянула имя Оливера Кроули?

- Пойдемте за мной, тут не далеко, - тоном, не терпящим возражений, произнес Мамонтов.

У Анжелики возникло сильное желание сесть в такси и вернуться в гостиницу. Но вместо этого она последовала за ним. Она поймала себя на том, что этот человек действует на нее завораживающе.

Они вошли в просторное, ярко освещенное помещение. Анжелика в изумление остановилась. Публика тут была более чем странная. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы понять, куда же она попала.

Она повернулась к Мамонтову, который с не скрываемым интересом наблюдал за ней.

- Это же... - протянула она.

- Вы правы, это гей-бар.

Выходит, Мамонтов гомосексуалист?

По-видимому, он догадался об ее невысказанном вопросе.

- Я к этой публике не имею никакого отношения. Я попал сюда однажды случайно, вернее, меня привел один мой знакомый, который имеет такую склонность. С тех пор иногда я заглядываю сюда, как в зверинец. Для разнообразия интересно посмотреть и на такую изнанку жизни. Пойдемте сядем.

Анжелика не без интереса наблюдала за тем, что происходит вокруг. Сидящие за столиками мужчины ворковали с мужчинами, переодетыми в женщин, некоторые, прижавшись друг к другу, танцевали под музыку.

- Ну, как вам все это? - спросил Мамонтов.

Анжелика неопределенно пожала плечами.

- Не знаю. Каждый человек имеет право на самовыражение, на то, чтобы быть таким, каким его создала природа или Бог. Они не виноваты, что они такие, мы не виноваты, что мы такие. Главное, чтобы никому не мешать и никому ничего не навязывать.

Она взглянула на Мамонтова и по его отсутствующему выражению поняла, что он мысленно находится в каком-то другом месте. Может быть, он обдумывает предстоящие переговоры?

- Вы сказали: главное, чтобы никому не мешать, - вдруг встрепенулся он. - А если они все время мешают? В его голосе прозвучало раздражение, если не злость.

- Кто они?

Мамонтов посмотрел на Анжелику таким странным взглядом, будто впервые видел ее.

- Это я просто так. Давайте-ка веселиться.

Как ни странно, но они действительно провели два веселых часа. Анжелика даже потанцевала с одним геем.

Когда они вышли из клуба, была поздняя ночь.

- Хотите немного пройдемся, а потом возьмем такси, - предложил Мамонтов.

Анжелика охотно согласилась. Ночь была теплая и звездная, и в гостиницу ехать не очень хотелось. Тем более сна не было ни в одном глазу.

- А не опасно здесь гулять? - на всякий случай спросила она.

- Очень даже опасно, - подтвердил ее опасения Мамонтов. - Тут, совсем рядом район, где живут эмигранты, причем, самые бедные. И свой скудный домашний бюджет они пополняют грабежом и разбоем. Пойдем дальше или будем искать такси?

Анжелика задумалась. Что-то в нем есть странное, как будто бы что-то не дает ему покоя, провоцирует на весьма рискованные без всякой нужды поступки.

- Давайте погуляем, - согласилась она.

- Я так и думал, что вы согласитесь. Вы ж, как и я, любитель рисковать.

- Только в том случае, если это требуют обстоятельства.

- Вот как! - Он даже остановился. - Интересно, какие же обстоятельства заставляют сейчас вас это делать.

Анжелика поняла, что сболтнула лишнее, ей не следовало бы произносить эту фразу. А теперь выкручивайся.

- Предположим, мне хочется лучше вас узнать.

- Вы считаете, что ради этого стоит рискнуть, может быть, даже и жизнью. Убийства тут не редкость.

Опять она попала не в такт. Да что с ней творится сегодня? Это он так не нее действует.

- А мне с вами ничего не страшно. Разве вы меня не защитите.

- Вы уверены, что я стану жертвовать ради вас жизнью? Я стою сотни миллионов долларов и мне не хочется расставаться с таким богатством. А на тот свет ничего не унесешь.

- Но вы может попасть в ад. Или вы не верите в него?

- Верю. Если ад повсеместно существует на земле, то почему он не может находиться на небесах или где-то там еще.

- Но разве ваша жизнь похода на адову? Вам-то грех жаловаться. Вы можете исполнить любое свое желание, любой каприз.

- Черт с два, - неожиданно рассердился Мамонтов. - Есть вещи, против которых я бессилен.

- Например.

- Большинство людей полагаю, что богатство способно приносить только счастье. Но они так думают потому, что у них его нет. Они даже не подозревают, какую зависть оно вызывает у некоторых, желание наложить на него свою грязную лапу. И ты ничего не можешь сделать.

- Вы уверены, что, в самом деле, ничего нельзя сделать?

Мамонтов посмотрел на нее с такой откровенной злостью, что ей стало тревожно. Не слишком ли она цепляет его, побуждая говорить и делать то, чего он совсем не хочет. А ведь она не может поручиться за его возможную реакцию.

- Запомните: если я говорю, что ничего нельзя сделать, то это означает, что ничего нельзя сделать.

Внезапно откуда-то из-за угла вынырнули трое мужчин и стали быстро сближаться с ними. Когда они приблизились, Анжелика увидела, что это трое молодых чернокожих парней.

Внезапно они быстро разбежались и стали их окружать, не оставляя больших сомнений в своих намерениях. Их подкрепить они решили тем, что достали ножи.

- Черт! - выругался Мамонтов. - Вы прямо напророчили. И как назло, когда нужно ни одного полицейского.

Однако Анжелика успела заметить, что выражение его лица совсем не соответствовала произносимым им словам, оно выражало радость от предстоящей битвы.

Один из негров, по-видимому, предводитель этой маленькой банды потребовал отдать им деньги.

- Я твою черную рожу сейчас на бок сверну, - на хорошем английском пообещал Мамонтов.

Это обещание не испугало уличных бандитов, они явно были готовы к такому сценарию и снова стали сближаться с ними.

- Держись рядом со мной, - крикнул уже по-русски Мамонтов Анжелики.

Но она лишь отрицательно покачала головой. Если она станет придерживаться такой тактики, это лишит ее маневра.

Преступники разделились. Двое, как к более сильному противнику, направились к Мамонтову, один двинулся на Анжелику.

Это был совсем молоденький парень, вряд ли ему было больше восемнадцати, ниже ее ростом и на вид довольно щуплый. Однако по тому, как он держал нож, она поняла, что этим оружием он умеет обращаться.

Лицо парня внезапно изменилось, еще секунду назад оно даже было благодушным, теперь же его перекосила гримаса ненависти. Сейчас он нападет, сказала она себе.

- Белая мразь! - вдруг выкрикнул он и бросился на Анжелику.

Он попытался ударить ее снизу, прямо в живот. Анжелика перехватила его руку, присела на одну ногу. А другой ударила ему в колено. Тот на него и упал, и в этот момент Анжелика что есть силы ударила каблуком ему в лоб. Тот вскрикнул и повалился на спину.

Она же повернулась к Мамонтову. Тот находился в непростой ситуации. Оба негра пытались его окружить, при этом без конца размахивая ножами у самого его лица. Тот ловко увертывался, но долго продолжаться это не могло.

- Валерий, держитесь, я иду к вам! - крикнула она.

И в этот момент оба нападавших одновременно бросились в атаку. Мамонтов ловко перехватил руку с ножом одного из них и бросил его через бедро. Но второй зашел ему в спину.

Отсчет времени шел на секунды. Анжелика буквально прыгнула к нему и в самую последнюю секунду обхватила его сзади руками и бросила через себя. Затем, не давая ему встать, ударила каблуком по голове.

Теперь можно было перевести дух. Все трое ползали на земле и громко стонали. Судя по всему, желание повторить нападение у них пропало на прочь.

- Пойдемте, - довольно спокойно произнес Мамонтов.

- Их надо сдать в полицию.

Он махнул рукой.

- Какой смысл. Тут таких подонков тысячи. Им все равно тюрьму не миновать. Да и зачем нам неприятности. Представляете, с какими заголовками выйдут газеты.

Он взял ее под руку и почти силой стал уводить с поля боя.

Они свернули за угол и увидели такси.

Довольно долго они ехали молча.

- Вы великолепно сражались. - Где вы научились этому искусству?

- Я долго занималась борьбой. Я рано поняла, что в жизни надо уметь себя защищать.

- Между прочим, я тоже это рано понял и тоже много занимался борьбой. До чего же мы с вами все-таки похожи. А ведь не исключено, что вы спасли мне жизнь, - после довольно продолжительно паузы проговорил Мамонтов.

Машина остановилась возле отеля. Их номера располагались на разных этажах. Около двери в номер Анжелики они остановились.

- Может быть, продолжим нашу бурную ночь, - предложил Мамонтов. - В ней было почти все, но пока не хватает финального действия.

- Нет, финал автор еще не написал, - усмехнулась Анжелика.

- Вы уверены?

- Да. Спокойной ночи, Валерий.

- Спокойной ночи, Анжелика. - Он не скрывал, что огорчен таким развитием событий.

Анжелика открыла дверь и скользнула во внутрь.


## Глава 27


Для отправки на конгресс в отелю подали несколько комфортабельных автобусов. Анжелика села в один из них. Она всматривались в своих попутчиков, но Мамонтова среди них не было. Скорей всего он отправился к месту проведения мероприятия своим ходом.

Анжелика чувствовала себя необычно бодрой. Хотя ее сон длился не более трех часов, но бурно проведенная ночь с неожиданной развязкой чрезвычайно взбодрила ее. Ею вдруг овладела огромная жажда деятельности, а предчувствие подсказывало, что она в самое ближайшее время будет удовлетворена.

Когда они приехали, в зале было уже довольно много народу. Правда, преимущественно мужчины. А потому она сразу же, едва тут появилась, стала ловить на себе настойчивые взгляды. Причем, с каждой минуты их количество возрастало с геометрической прогрессии.

Анжелика зарегистрировалась и села в кресло. Она выбрала себе место с таким расчетом, чтобы как можно больше людей, оставаясь сама не слишком заметной.

Ее тактика оправдала себя. Она почти сразу увидела Мамонтова. Он находился в плотном окружении людей. Причем, по их поведению, Анжелика догадалась, что это в основном журналисты. Судя по всему, он пользовался у местной пишущей и снимающей братии большой популярностью.

Анжелика вскоре обнаружила, что Мамонтов то и дело бросает вокруг себя взгляды, как человек, который кого-то ищет. Чутье подсказывало ей, что ищет он ее. Но она решила не торопить события, они встретятся совсем скоро.

Не менее. Если не более Мамонтова ее интересовал еще другой человек - 0ливер Кроули. Она пыталась вычислить его среди собравшейся публики, но безуспешно.

Наконец Мамонтов освободился от назойливых, как летние мухи, журналистов. Но совсем ненадолго, его тут же окружила толпа бизнесменов, преимущественно иностранных. Он вынужден был начать диалог с ними, но при этом по-прежнему бросил взгляды по периметру зала.

Внезапно их глаза встретились. Мамонтов тут же, ни на кого не обращая внимания, едва ли не расталкивая окруживших его людей, направился к ней.

- Здравствуйте, Анжелика, - поздоровался он. Не спрашивая разрешения, Мамонтов сел на соседнее кресло. - Вы прекрасно выглядите. Вы хорошо спали?

- Да, заснула сразу, как убитая. - Это была почти правда.

- А я вообще не сомкнул глаза. И знаете, почему?

- Если вы скажите, узнаю.

- Я думал все время о вас.

Анжелика почувствовала, как внутри нее раздается сигнал тревоги. К этому добавилось то, что несколько фоторепортеров буквально обрушили на них водопад снимков. Вряд ли ей стоит привлекать к себе столько внимания.

- Что же вы думали? - не слишком радостно поинтересовалась она. Вряд ли следует ожидать, что его мысли были чересчур оригинальны. Впрочем, буквально через пару минут она созналась себе, что ошиблась. Такого поворота она все же не ожидала.

- Такой женщины, как вы, я еще не встречал в своей жизни. Вы не только красивей любой кинозвезды, но вы еще умны, образованы, отлично занимаетесь бизнесом. Да к тому же деретесь, как настоящий десантник. Вы как никто умеете за себя постоять. - То, что вы сказали, очень лестно для меня, но, поверьте, вы слегка преувеличиваете. По большому счету я самая обыкновенная женщина.

- - Нет, вы самая необыкновенная, - стоял на своем Мамонтов. - Встреча с вами - великий подарок для меня. Я хочу, чтобы вы стали моей женой.

Анжелика едва не упала с кресла. Такого экстравагантного шага она не ожидала даже от Мамонтова.

- Но ведь вы женаты, у вас трое детей! - воскликнула она.

- Я это знаю не хуже вас, - насмешливо проговорил Мамонтов. - Не беспокойтесь за мою семью. Каждый ее член получит хороший капитал, который ему хватит до конца жизни.

- - Но я замужем.

- Ваш муж исчез.

- Да, исчез, но не умер, не погиб. И дело даже не в этом, я люблю его.

- Ваши чувства делают вам честь. Но со временем ваша любовь перейдет на меня. Поверьте мне, это непременно случится.

"Ты очень самоуверен" - хотела сказать Анжелика, но благоразумно промолчала.

- Я не могу дать вам согласие, хотя вы мне очень симпатичны.

Мамонтов как ни в чем не бывало встал.

- Я предвидел ваш ответ, но я никогда не соглашаю со своим поражением. В этом главная причина моих побед. А сейчас, извините, мне пора идти. Начинается конгресс, а мое место в президиуме.

- Валерий Ильич, - остановила его Анжелика. - у меня к вам просьба. Познакомьте меня с мистером Кроули.

Она видела, что эта просьба не понравилась ему, он явно пребывал в нерешительности.

- Хорошо, в перерыве заседания я вас познакомлю.

Анжелика одной частью своего сознания слушала выступления ораторов, а другой - готовилась к встрече с Кроули. Какой он, как сложатся их отношения? И когда начнутся переговоры банкира с Мамонтовым по поводу отчислений от экспортных операций? И если они пройдут в ближайшее время, то скорей всего здесь. И почему бы ей в таком случае не разведать, где это может происходить.

Стараясь как можно меньше привлекать к себе внимание, она вышла из зала. Попав в холл, она сделал вид, что ищут туалет. К ней подошел служитель и показал, где он находится.

В холле не было никого. Анжелика направилась в указанном направлении. Но не дошла до цели. Она посмотрела в сторону служителя и увидела, что он куда-то исчез. Анжелика быстро стала подниматься по лестнице.

Здесь располагались комнаты для переговоров. Анжелика пара раз дернула за ручки дверей, но они все были закрыты.

Внезапно она услышала чьи-то шаги. Анжелика спряталась за колонну. Откуда-то сверху спустился мужчина. В нем она признала того самого, кто следил за ней в первый день на улице.

Вел он себя несколько странно, по его крадущемуся виду Анжелика поняла, что он тоже не хочет, чтобы его кто-либо заметил. Он подошел к одной из дверей переговорной, до которой Анжелика из-за его появления не успела добраться, дернул за ручку. Дверь отворилась.

Мужчина вошел в помещение. Но пробыл он там не больше двух минут, после чего направился к лестнице. Он прошел совсем рядом с Анжеликой. Если бы он был бы более внимательным, то мог бы ее обнаружить. Но он был погружен в свои мысли.

Дождавшись, когда стихнут его шаг, Анжелика подошла к то же самой двери и слегка ее приоткрыла. В комнате никого не было, зато на столе стояли фрукт, вода. Переговорная явно готовили к приему гостей.

Анжелика вошла в комнату. Окно до самого пола закрывала толстая портьера. Она отметила это обстоятельства, еще не зная, как сможет им воспользоваться.

Анжелика подошла к портьере, отодвинула ее и выглянула в окно. Оно выходило на небольшой внутренний дворик, в котором не было никого.

Несколько секунд она о чем-то размышляла, затем подняла шпингалет окна и слегка его приоткрыла. Затем она быстро вышла из комнаты и спустилась вниз в конференц-зал.

Заняв свое прежнее место, она вновь погрузилась в мир глубоких экономических мыслей, которыми щедро делились выступающие ораторы. Ей, в самом деле, было интересно, так как говорилось много дельного. И если бы ее спокойствие не нарушали размышления о том, что же произойдет дальше и если произойдет, как ей в этом поучаствовать, она бы получала от участия в дискуссии большое удовольствие.

Объявили кофе-брейк, и все потянулись к выходу. Анжелика тоже вышла в холл. Она с волнением ждала, выполнит ли свое обещание Мамонтов и познакомит ли ее с Оливером Кроули.

Внезапно она увидела прямо перед собой, как к ней пробирается сквозь толпу Мамонтов. За ним шел высокий и худой человек.

Мамонтов, как обычно, начал без предисловий.

- Позвольте вам представить, Анжелика, нашего английского друга и вашего коллегу по цеху Оливера Кроули.

Англичанин сделал шаг к Анжелике и поцеловал ей руку.

- Я восхищен знакомству с таким прелестным банкиром, - произнес он, улыбаясь.

По-русски он говорил правильно, только с небольшим твердым акцентом. От этого произносимые им слова приобретали какое-то категорическое звучание.

- Я тоже рада нашему знакомству, - обворожительно улыбаясь, произнесла Анжелика.

Она жадно рассматривала его. У Кроули была внешность английского аристократа, красивое породистое лицо с орлиным носом, тонкими губами и немного вдавленным подбородком. Его длинную и худую фигуру прикрывал хорошо сшитый строгого классического покроя дорогой костюм, а на шее прилепилась бабочка.

- Я вас оставлю, мне надо кое с кем еще переговорить, - сказал Мамонтов.

Они остались одни.

- Просто не верится, что такая красивая женщина, как вы, занимается таким скучным и унылым делом, как банковское, - заметил Кроули.

- Я вовсе не считаю ему скучным и унылым. На мой взгляд, оно интересное и живое.

Анжелика вдруг подумала, что таким живым банковским делом, как она, наверное, не занимается ни один банкир в мире.

- Вы, в самом деле, так считаете? - округлил от удивления глаза англичанин.

- Зачем мне лукавить. Если бы я так не считала, то поверьте, смогла бы не меньше зарабатывать, занимаясь чем-то другим.

- О я в этом нисколько не сомневаюсь, - живо проговорил Кроули. - Для такой, как вы, открыты все дороги.

- Неужели, в самом деле, все?

- Все, - решительно подтвердил Кроули. - Могу я вас спросить, зачем вы приехал в старушку Англию? Ведь не для того, чтобы послушать эту болтовню на конгрессе.

- Вы не поверите, но в том числе и для того, мистер Кроули.

- Зовите меня просто Оливер.

- А вы меня Анжелика.

- Но все-таки ваша цель не только конгресс.

- Разумеется. Я не настолько богата, чтобы позволить себе такую роскошь. Меня и моих клиентов интересуют установление новых деловых связей, возможности размещение денег в ваши ценные бумаги.

Она заметила, как, заслышав про деньги, мгновенно подобрался он. Хотя его лицо по-прежнему выражало только доброжелательность.

- О каких деньгах идет речь, и что за вложения вас интересуют?

- Деньги большие, а вложения интересуют надежные. Никаких рисков, все должно быть солидно. На уровне казначейских обязательств.

Кроули, о чем-то размышляя, смотрел на нее.

- Почему бы нам не поужинать и не обсудить все детально. Я мог бы вам сделать интересные предложения.

- Буду очень рада, Оливер.

- Прекрасно, - откровенно обрадовался он. - Скажите мне ваш номер в гостинице, и я пришлю вам приглашение.

Ну, вот и состоялось наше знакомство, думала Анжелика, провожая взглядом удаляющего от нее англичанина.

Ударил гонг, приглашая всех снова занять места в конференц-зале. Если переговоры состоятся сегодня, то после первого большого заседания во время длительного перерыва. Все разбредутся кто куда, и в это время им можно будет незаметно попасть в ту комнату для переговоров.

Теперь уже Анжелика не могла ничего слушать, ее нервы обострились до предела. Она с нетерпением и со страхом ожидала конца заседания. Минут за пятнадцать до его окончания, стараясь не привлекать к себе внимания, вышла из зала.

Теперь все зависело от того, сумеет ли она пробраться в тот маленький и уютный внутренний дворик. Она попыталась мысленно определить, откуда можно туда попасть. Внезапно ее озарило: женский туалет на первом этаже находится на той же сторон, что и нужная ей переговорная.

Она быстро, но в то же время пытаясь сохранять уверенную и спокойную походку, направилась туда.

В туалете никого не было. Она отворила окно и вылезла через него во дворик.

Анжелика стояла во дворе и смотрела на приоткрытое ею окно на втором этаже. Но как в него залезть по абсолютно плоской стене, она не представляла.

То, что произошло дальше, повергло Анжелику в изумление. Раздался какой-то шум, она повернула голову и увидела, как из окна мужского туалета вылезает человек. Он спрыгнул на землю, повернул голову и только сейчас увидел молодую женщину.

Несколько следующих секунд продолжалась немая сцена. Мужчина смотрел на Анжелику, Анжелика смотрела на него. Это был тот самый человек, который следил за ней вчера во время ее перемещениях по городу и которого она видела совсем недавно на втором этаже.

Первым пришел в себя мужчина. Он по-дружески улыбнулся ей и на чистом русском языке спросил:

- Вы хотите попасть туда? - показал он на приоткрытое окно.

Анжелика, еще не очень сознавая, что делает, кивнула головой.

- Я - тоже. Может быть, попробуем вместе.

Анжелика снова кивнула головой.

- У меня кое-что для этого имеется, - сообщил он.

Только сейчас она заметила, что в руке он держит довольно большую сумку. Он перехватил ее взгляд, улыбнулся и кивнул головой.

Молодой человек расстегнул сумку, достал из нее веревку с крюком на конце. Несколько секунд он примеривался, затем кинул ее. Получилось у него ловко, крюк сразу же зацепился за подоконник.

- Экипаж подан. Прошу, - улыбнулся он.

Залезть на второй этаж по веревке такой хорошей спортсменке, как Анжелика, было пару пустяков. Она спрыгнула в комнату, быстро осмотрелась. Пока здесь никого не было. Затем высунулась в окно и показала жестом незнакомцу, что можно подниматься.

Молодой человек тоже оказался спортсменом и так же легко взобрался по канату. Оказавшись в комнате, он снова дружески улыбнулся Анжелике, спрятал "кошку" в сумку и направился к соседнему окну. Он скрылся за портьерой, аккуратно расправив его. Анжелика последовала его примеру.

Сколько придется пребывать в таком положение, она, разумеется, не представляла. Но вскоре почувствовала, что долго так простоять будет крайне трудно. Уже буквально минут через десять стали затекать ноги. Ей до жути захотелось сесть. Кажется, думала она, английский король обещал отдать полцарства за коня, она бы с превеликим удовольствием отдала не меньше за возможность, хотя бы не долго посидеть на стуле.

Было полное ощущение, что время остановилось. Каждая минута ожидания казалась часом. Она проклинала себя за эту затею. А вдруг она ошиблась в своих предположениях, и никаких переговоров вести тут никто не планировал. Но с другой стороны не только она пришла к выводу о том, что эта переговорная выбрана местом для них, ее напарник за соседней портьерой придерживается такого же мнения.

Минутами ей казалось, что от неподвижности, от духоты и напряжения она вот-вот упадет в обморок. Внезапно в коридоре послышались шаги, затем раздался характерный звук открывающейся двери.

- Входите, дорогой Валерий Ильич, - услышала Анжелика знакомый голос Оливера Кроли. - Здесь нам никто не помешает.

- Вы в этом уверены, - проговорил Мамонтов.

- Конечно. Все пошли на обед. Дела делами, а желудок прежде всего, - засмеялся англичанин. - Так уж устроен человек, все его помыслы о бренном. А высокие слова - это не более чем прикрытие.

- Давайте не будем откликаться на абстрактные рассуждения, - недовольно проговорил Мамонтов.

Анжелика отметила, что, судя по его голосу, он был явно не в настроении. Когда он общался с ней, у него были совсем иные интонации.

- Как хотите, - смиренно произнес банкир. - Но я всегда считал, что любой разговор течет тем легче, чем он интересней по содержанию.

- Это не тот случай. Давайте сядем и быстро все обсудим.

- Не возражаю. Особенно против слова "быстро".

Сверхосторожно, чтобы не издать ни единого звука, Анжелика залезла в карман своего жакета, достала оттуда портативный диктофон и включила. Теперь ни одного слова собеседников не пропадет для истории.

- Слушаю вас, - сказал Мамонтов, когда они сели.

- Это я вас надеюсь послушать, - возразил Кроули. - Мои полномочия вам отлично известны.

- Черт возьми!" - неожиданно вскипел Мамонтов, - ваши полномочия. Кто вам давал эти полномочия, покажите мне ваши на них документы. Вы - самозванец!

- Я всегда вас считал человеком умным и прагматичным, - совершенно спокойно произнес Кроули. - И не предполагал, что вы, как в театре, начнете заламывать руки. Вам все известно не хуже, чем не.

- И что вы хотите предложить? - сквозь зубы процедил Мамонтов.

- Пятнадцать процентов с каждого контракта.

- Вы с ума сошли! Даже грабители берут меньше.

- Грабители чаще всего берут все, что можно унести, - резонно возразил Кроули. - А здесь речь идет всего лишь о каких-то пятнадцати процентов.

- А вы посчитайте, какая эта сумма.

- Эта сумма давно сосчитана. И моим клиентам она не кажется чрезмерной.

- Да вы поймите, мне нужно срочно проводить реконструкцию, иначе мою продукцию в вашей чертовой Англии никто не будет покупать. Я вообще не собираюсь ничего и никому платить.

- Вы сегодня не в настроении. Я думал, что мы гораздо легче и быстрей покончим со всеми формальностями. Что с вами произошло? Ах, понимаю, эта ваша красавица банкирша дала вам отбой. Вот вы и разгневаны.

- Да, едал, но она тут ни причем. Она любит своего мужа и хранит ему верность. Это не ваши мальчики, которые готовы за деньги везде и со всеми.

- Я никогда не скрывал перед вами этого своего пристрастия, мне в равной степени нравятся и мужчины и женщины. А ваша банкирша хороша, как никто. Жаль, что она человек не бедный, иначе я бы купил ее для себя. Как вы полагаете, это реально?

- Вы считаете, что весь мир продается.

- Весь не весь, но почти весь. За свою жизнь я встречал лишь двух людей, которых не сумел купить. Для покупки одного мне не хватило денег, а вот другой действительно не продавался.

- Вот видите.

- Да, но это только один из нескольких миллиардов живущих на земле. Согласитесь, весьма красноречивая статистика.

- Хватит! - раздраженно проговорил Мамонтов. - Что у вас за манера все время уклоняться в сторону.

- Я же вам уже объяснял, так лучше идет разговор.

- Послушайте, передайте своим, как вы говорите, клиентам, мы вам платить не станем. Это я говорю от имени всех, кого представляю.

- Мне не хуже вас известно, что они вам дали совсем другие полномочия. Это совершенно достоверная информация. Забудьте хотя бы на время про свою прекрасную банкиршу. Она мешает вам видеть реальной такой, какой она есть на самом деле.

- И все равно, платить не будем.

- Дорогой Валерий Ильич, хочу вам напомнить про законопроект в Государственной Думе об увеличение на тридцать процентов экспортных пошлин на продукцию металлургической промышленности. Ваше правительство дало по нему отрицательное заключение, но оно может быть легко переписано. Вы-то лучше меня знаете, что существует и прямо противоположный текст. А тут всего каких-то жалких пятнадцать процентов. Я даже не понимаю, о чем мы с вами спорим.

- Это не правительство, это сборище взяточников и дебилов.

- Тем не менее, у этих дебилов, как вы говорите, хватит ума переписать текст своего отзыва. Подумайте, что для вас выгодней.

- Однажды они все поплатятся за то.

- Однажды мы все поплатимся и за это и за многое другое, - философски заметил Кроули. - Но теперь вы сами отклоняетесь от главной нити разговора.

- Двенадцать процентов. Это тот максимальный вариант, на который мне разрешили согласиться.

Несколько мгновения в комнате висела напряженная память. Анжелика в ожидании ответа затаила дыхание.

- Хорошо, будем считать, что договоренность достигнута. Не хотите ли в честь этого события выпить по бокалу шампанского.

- К черту ваше шампанское! Когда вас разоблачат и посадят за все ваши махинации черные делишки, я буду счастлив, как юнец, впервые поимевший женщину.

- Боюсь вас огорчить, но я постараюсь не позволить вам этим насладиться. В таком случае разрешите откланяться.

Послышались шаги Кроули, затем за ним закрылась дверь. Соблюдая осторожность, Анжелика чуть-чуть раздвинула портьеры и заглянула в щелочку. Мамонтов неподвижно сидел на стуле, весь его вид выражал тяжелое раздумье. Внезапно он со всей силой ударил кулаком по столу, выругался и стремительно вышел из комнаты. Дверь за ним с шумом захлопнулась.

Анжелика с огромным облегчением вышла из портьеры. Все это время ей не доставало воздуха и теперь она жадно вдыхала его в легкие.

Из своего укромного места вышел и молодой человек. Они обменялись взглядами, хотя их смысл остался для Анжелики загадкой. По-прежнему не говоря ни слова, он жестом показал на окно. Анжелика кивнула головой. Она была согласна с ним, что выходить таким образом доля них безопасней. Кто знает, на кого наткнешься в коридоре.

В том же порядке, как сюда залезли, они вылезли из переговорной. Оказавшись на земле, они снова обменялись взглядами. Анжелику просто распирало от желания спросить, кто он? Но она почти не сомневалась, что никакого ответа не получит.

Молодой человек направился к окну мужского туалета, она - к окну женского.

Когда Анжелика выскочила в коридор, то никого там не обнаружила. Несколько минут она стояла возле дверей мужского туалета, но незнакомец так и не появился. Куда же он делся, неужели все же успел проскочить раньше ее? Странная, непонятная, а от того особенно тревожная история.


## Глава 26


После всего того, что она слышала в переговорной, экономический форум почти перестал ее интересовать. Тайна, которой отныне она владела, жгла ее, буквально рвалась наружу. Но вот что делать с ней она не представляла. Хотя понимала, что магнитная запись разговора, если она станет достоянием гласности, подымет такую бучу, что в этом водовороте утонут немало самых высокопоставленных персон.

Но ее интересовало не потопление высокопоставленных взяточников, а вызволение мужа из плена. А вот как способна помочь ей в этом эта запись, она не представляла. Конечно, можно начать шантажировать ею Шаклеина. Но это почти означает, что она таким образом подпишет себе смертный приговор. Шаклеин церемониться не станет, он ясно намекнул на это. Ради спасения своей репутации, он принесет любую жертву. А ей в этом деле просто не на кого опереться. Нужен человек, который способен ему противостоять. У нее была слабая надежда на Мамонтова, но после того, как он капитулировал перед Кроули и теми, кто стоит за его спиной, она отпадает. Он не станет бросать вызов этим могучим силам, хотя ненавидит их не меньше ее. Но он слишком боится все потерять.

Анжелика вздохнула. Если бы разузнать, кто это молодой человек, на кого он работает? А вдруг на союзные ей силы. Хотя, что это за силы, она не представляет. Но он исчез, и внутренний голос ей почему-то подсказывает, что, по крайней мере, здесь он больше не появится. Он выполнил задание, записал разговор. А вот что будет дальше с этой пленкой, ей неизвестно.

Ее мысли переместись к Кроули. Она подумала, что опрометчиво дала ему обещания поужинать с ним. Ей теперь и без того известно достаточно. И встреча с ним вряд ли что-либо добавит. Разве только ради интереса. Этому человеку много известно о темных делах высокопоставленных чиновников. Если попытаться что-то разузнать. Он, судя по тому, что она слышала, хотя и гомосексуалист, но одновременно весьма чувствителен к чарам женской красоты. И он может что-то знать о судьбе Игоря.

Анжелика спустилась в холл гостиницы во всеоружии своей красоты. То, что она не напрасно использовала время, создавая свой образ, говорил тот факт, что не один мужчина, да и не одна женщина не проходили мимо, чтобы не одарить ее пристальным взглядом. За свою жизнь она привыкла к подобной реакции и чаще всего просто не обращала н нее внимание. Но сегодня она сама не знала, почему, но ей было это молчаливое, но дружное восхищение было приятно. Если бы рядом еще находился бы Игорь, она бы сейчас находилась бы на седьмом небе от счастья.

Кроули уже ждал ее. Не доходя до Анжелики несколько шагов, он замер в восхищении.

- До того, как я увидел вас, то полагал, что даже женская красота имеет свои границы. Но вы превзошли все возможные ограничения.

Кройли склонился над ней и поцеловал руку. Они вышли из гостиницы. Прямо у входа стоял огромный "Ройл-Ройс". Служитель отеля проворно отворил перед ними дверцу.

Впервые Анжелика ехала на такой машине. Интересно, он специально подогнал этот автомобиль, чтобы произвести на нее впечатление? В какой-то степени ему это удалось. И дело не в самом "Ройл-Ройсе", а в том, что приятно, когда ради тебя совершают такие поступки.

Она поймала себя на том, что это настроение вызывает у нее самой удивление. Что-то с ней такое произошло, что ей стали нравится такие вещи? А скорей всего дело все в том, что она соскучилась по такой жизни, в последнее время уж слишком она была поглощена самыми разными делами. И забыла про то, что она молодая красивая женщина, которая безумно нравится мужчинам.

- Вы очень задумчивы, Анжелика? - услышала она бархатный голос своего соседа по креслу.

Анжелика посмотрела на него и улыбнулась.

- Мне нравится находиться в вашем городе, я представляла себя в нем постоянной жительницой. Как бы я здесь жила?

- Но кто вам мешает переехать сюда и жить тут постоянно. Если вы примете такое решение, то я за вас похлопочу, чтобы вам бы дали на первое время вид на жительство. У меня хорошие связи в министерстве юстиции.

- Спасибо, Оливер, если приму такое решение, то обязательно обращусь за содействием к вам. Но что я тут буду делать?

Она услышала его негромкий смех.

- Ох уж эти русские, вам обязательно подавай какое-нибудь занятие. Да не просто занятие, а чтобы оно имело бы какое-то большое значение для общества, а то и для всего мира. А если я вам скажу, что вы ничего не будете делать, будете просто жить и получать удовольствие от жизни. Разве этого мало? Поверьте, вовсе не обязательно приносить пользу человечеству. Тем более, оно предпочитает и возносить тех людей, которые нанесли ему максимальный вред. Если убьешь в бытовой ссоре человека, тебя посадят надолго, если на полях сражений уничтожишь миллионы, то провозгласят великим полководцем. Не кажется ли вам это просто абсурдным?

Слова Кроули заставили Анжелику задуматься.

- Наверное, важны не количество жертв, а мотивы. Если полководец защищал свою Родину - это одно, а если человек убил своего соседа, чтобы позарится н его кошелек, это совсем другое.

- Ах, оставьте, я не верю в благородные мотивы. У всех он одни и те же. Только средства их достижения разные. Одни имеют официальный статус, а потому им дается привилегия убивать безнаказанно, а других наказывают в качестве уголовных преступников. Но поверьте, и теми и другими движут сходные мотивы.

Анжелика хотела возразить, но их огромный автомобиль причалил к автостоянке.

- Мы приехали, - провозгласил Кроули.

Они остановились возле небольшого коттеджа.

- Здесь я живу, - сообщил Кроули, когда они вышли из машины. - Я позволили вас привезти к себе домой, потому что мне показалось, что это для вас интересней, чем посещение ресторана. На это у вас еще будет время.

- Вы правильно сделали, - ободрила Анжелика его поступок. - Я еще не видела, как живут английские банкиры.

- О, я мой образ жизни не совсем типичен хотя бы уж тем, что живу один. Да и вообще, я затворник.

Они вошли в дом. Анжелика с интересом осматривалась. Ее поразило, что стены увешены картинами.

- Я собираю живопись, - пояснил хозяин особняка. - Если вы захотите, я вам расскажу о своей коллекции. А пока проходите сюда.

Они вошли в зал, посередине которого располагался стол. Он был уже накрыт.

- Я позволил себе заказать наш ужин, - сообщил Оливер Кроули. - Когда я бываю в Москве, то мои друзья делают то же самое. Они лучше знают русскую кухню. Но если вам не устроит мой выбор, мы сможем сделать другой заказ.

- Нет, что вы? - поспешно проговорила Анжелика. - Я буду рада попробовать эти блюда. А вы часто бываете в Москве?

Кроули внимательно посмотрел на нее и улыбнулся.

- Не очень. Хотя с вашей страной я активно веду дела. Но в наше время для этого совсем не обязательно ездить в страну, где имеешь свой бизнес. Современные средства связи позволяют успешно вести его и на расстоянии.

- А где вы изучили русский?

- В университете. Затем на несколько лет меня отправили в вашу страну. - Он посмотрел на нее и улыбнулся. - Я был разведчиком. Или, как говорят у вас, шпионом.

У Анжелики округлились глаза.

- Вы были шпионом?

- Вас удивляет то, что я был шпионом или то, что я об этом открыто говорю.

- Честно говоря, и то и другое.

- Все объясняется предельно просто. Я был разоблачен вашим КГБ и два года провел в тюрьме.

- Вы сидели у нас в тюрьме? - Изумления Анжелики не было предела.

- Сидел. До тех пор, пока меня не обменяли на вашего разведчика. Я вернулся домой, но моя карьера шпиона на этом была закончена. Я уволился из органов и занялся бизнесом. О чем совершенно не жалею. А говорю я об этом, потому что ни для кого эти страницы моей биографии не секрет. Наоборот, они даже мне помогают.

- И чем же?

- Я среди здешних бизнесменов считаюсь знатоком России и загадочной русской души. Это очень помогает моему бизнесу.

Вот значит, как и когда он приобрел свои связи, поняла Анжелика. Даже страшно себе представить, какие нити могут тянуться из нашей страны к нему.

Кроули разлил шампанское по бокалам.

- За вас, прекраснейшую из прекраснейших. Помните миф о яблоке раздора, если бы вы принимали участие в том конкурсы красоты, то оно по праву должно было бы достаться вам.

Анжелика засмеялась.

- Я вовсе не желаю, чтобы из-за меня разгорелась бы новая Троянская война. Я мирная женщина и хочу мира и покоя.

- Хотите вы того или не хотите, это неизбежно, из-за вас будет литься кровь. Вы созданы для этого. Впрочем, война из-за женщины - лучшая и единственно достойная причина для нее.

- Не думаю, что для войн могут быть достойные причины.

- Есть, - уверенно проговорил Кроули. - Войны необходимы людям, без них они бы не знали, куда девать свою агрессивность. А ни что так не стимулирует ее у мужчин, как борьба за благосклонность красивых женщин. Если разобраться в причинах всех войн, то в подавляющем большинстве случаев в качестве них выступали именно вы. Если копнуть еще глубже, то в мужчине живет всего лишь одно желание: овладеть самкой.

- Мне становится даже как-то страшно. Если вы правы, то не знаешь, как себя вести. Я вовсе не желаю стать источником никаких войн.

- А вы можете так и не узнать, что стали им, - усмехнулся Кроули. - Пребывание в неведение - лучшее из состояний человека.

- То войны, то пребывание в неведение, вас не поймешь, - вздохнула Анжелика.

- Хорошо, я поясню. Люди - это неразумные дети, когда они взрослеют, то вовсе не становятся умнее, а только лишь могущественней. Если ребенок может нанести небольшой ущерб, то взрослому человеку по силам стереть весь мир. Вся политика - это, если разобраться, игра неразумных мальчиков в солдатики или в другую, но близкую по духу игру. Искать во всем этом смысл - самое бессмысленное занятие. И чем больше рассуждают политику о самых разных вещах, тем меньше я нахожу смысла в их речах.

- Но тогда, что делать простому человеку, не политику в этом беспощадном мире?

- Своим вопросом вы попали в точку. Я тоже задавал его себе.

- И каким был ответ?

- Я решил, что в этом мире существую только я. И больше никто. И все законы, которые в нем существуют, принимаю лишь я. И ни перед кем отчета я отдавать не обязан. Я сам по себе, мир сам по себе.

- Но так не бывает! - воскликнула Анжелика. - Хотим мы того или не хотим, но мы все тесно связаны друг с другом.

- Конечно. Но что из этого следует? Связаны, но не подчинены. По крайней мере, я всегда отстаивал свою независимость. Я лишь использую мир в своих целях. Все остальное меня не касается.

- Я так не могу жить, - призналась Анжелика.

- Можете! - уверенно провозгласил Кроули. - Вы так и живете. Все так живут. Просто до сих пор вы так жили бессознательно. А теперь попробуйте это делать сознательно. Уверяю, вам это очень понравится. Вы будете испытывать доселе еще невиданное наслаждение. И ничего другого больше не захотите.

- Мне страшно от такой перспективы. Ведь вам получается все равно: любовь, ненависть, предательство, зло, убийство. Если вы в этом мире одни. То все эти понятия не имеют доля вас ровно никакого значения.

Кроули подался вперед, и Анжелика увидела совсем близко его глаза.

- А вы умны, - оценил он, - вы очень хорошо поняли то, что я исповедую. Да, они теряют всякий смысл. И это едва ли не главное достижение такого образа жизни. Вы становитесь свободными от всего. Поверьте мне, пожилому человеку, это чувство стоит того, чтобы его пережить. Это высшее наслаждение, которое может достигнуть человек. Все остальное по большому счету ерунда. И когда я смотрю на вас, то необычно ясно вижу: вы созданы именно для подобной жизни. Только в ней вы обретете подлинную свою натуру.

Анжелика осторожно покачала головой.

- Вы знаете о моей подлинной натуре больше, чем я.

- Именно так, дорогая Анжелика. Я вижу то, чего вы боитесь разглядеть в себе.

- И чего же я боюсь?

- Вы жаждите наслаждения. Но не тех примитивных удовольствий, которыми ограничивается опыт обычных людей. Это лишь жалкое подобие тех ощущений, который способен пережить человек. Нет, вы стремитесь совсем к другому, к тому, что расположено за пределами обыденного.

- Но что же там все-таки расположено?

- Ощущение своей уникальности, не связанности с толпой, с обществом, со всем тем, что выработала цивилизация за свой тясячилетний путь. Вы творите свою жизнь с нуля, так как для вас больше не существует ни законов, ни обычаев, ни привязанностей. Вы смотрите на людей, как на неразумных тварей, ежедневно, ежесекундно подчиняющихся чужим общепринятым установкам. И тогда вы постепенно наполняетесь осознанием своего превосходства, вы воспаряете на недосягаемую для них высоту и оттуда с презрением и насмешкой взираете на этот неразумный, погрязший с примитивных пороках и мелких желаниях мир.

- Если не ошибаюсь, нечто похожее уже было, идея сверхчеловека.

Кроули с разочарованием посмотрел на нее.

- Ваша мысль двинулась по наезженной колее. Какая разница, как это называть, какое имеет значение, было это когда-нибудь или не было. Важно только то, что творится внутри тебя. Живешь ли ты для себя или для других, являешься ли ты сам собой или тем, кем заставляет тебя всеми своими силами быть общество? Едва мы родились, нас стараются сделать рабами того мир, в котором мы живем. И для этого прилагаются огромные старания, все общественные институты работают на эту цель. А люди даже не понимают, что являются просто объектами воздействия, более того, они охотно превращаются в то, во что их хотят превратить. Так долго было и со мной и скорей всего продолжалось бы до самой смерти, если бы я не угодил в тюрьму. Именно в каменном мешке одиночной камеры я понял, что меня отныне ничего и ни с кем не связывает. Идеалы, долг, обязанности, привязанности - ничего больше не имеют надо мной власти, так как утратили всякое значение. Тогда я пережил момент великого освобождения. Я отринул все, что мог отринуть и остановил только самого себя: голого, беззащитного без всего того панциря, который защищал меня до сих пор. И я призываю вас сделать того же самое.

- Предположим, я согласна. С чего же мне начинать?

- Отрекитесь от всего, что вас связывало с прошлым. С этого начинается путь. Родители, муж, дети друзья с этого момента должны потерять для вас всякое значение. Все, что уводит вас от самой себя, должно быть безжалостно отринуто. И когда это случится, вы почувствуете невероятную легкость, вас посетит чувство небывалой свободы, которое вы не променяете ни на что. Конечно, это происходит не сразу, но когда-то надо же начинать. Анжелика, вы созданы именно для этого. В противном случае, я не стал бы вам ничего говорить. Но мы родственные души, поэтому я и приоткрыл для вас занавес над своим внутренним миром.

- Нет, - решительно сказала Анжелика, - вы ошибаетесь, это не для меня. Я совсем другая. Я люблю близких мне людей. И всегда буду любить. Я ищу мужу и обязательно найду его.

- Вы не найдете его, - уверенно произнес Кроули.

- Вы что-то знаете об его судьбе?

- Вы не найдете его, - повторил он.

Что-то произошло с Анжеликой, что-то темное и непреодолимое вдруг наплыло на нее, заставив потерять на какие-то секунды самообладание. Она вскочила со своего места и схватила Кроули за пиджак.

- Я вижу, вам известно, где он находится. Говорите! - воскликнула она.

- Если бы даже знал, не сказал. Мне нет дела до вашего мужа. И отпустите мой пиджак.

Эти слова неожиданно успокоили ее, она отпустила Кроули и вернулась на свое место. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Каждый понимал, что допустил непростительную ошибку, выдал свои истинные чувства и намерения.

Первым решил исправить оплошность англичанин.

- Вы слишком эмоциональны, Анжелика, - усмехнулся он. - Я проверял вас, а вы восприняли мои слова всерьез.

Анжелика знала, что он лжет, все, что он говорил ей, отражало его истинные мысли и чувства.

- Вы правы. Я иногда бываю слишком доверчивой. Прошу меня простить. Будет лучше, если я пойду.

- Если вы считаете, что это действительно лучше. То не буду вас удерживать. Хотя я надеялся, что наш вечер только начинается.

Она попыталась изобразить улыбку. Но это ей плохо удалось, так как сейчас е. владело совсем иное настроение.

- Мне кажется, что наша беседа получилось очень содержательной.

- Я рад, если вы так думаете. - Кроули тоже попытался улыбнуться, но не с большим, чем Анжелика, успехом.

И по этой неудавшейся улыбки Анжелика окончательно поняла, что ее собеседник сильно встревожен случившимся. Теперь она почти не сомневалась, что последствия этого разговора еще скажутся и могут оказаться более чем неприятными.


## Глава 27


Анжелика отказалась от предложенной Кроули машины под предлогом того, что хочет прогуляться по вечернему городу. На самом же деле она испугалась, так как почувствовала, что этот человек опасен для нее. И кто знает, куда привезут ее на его роскошном автомобиле.

Она вышла из особняка Кроули, сделала всего несколько шагов, как вдруг увидела, что прямо на нее, как на Титаник айсберг, движется массивный мужчина. Сердце прыгнуло прямо в пятки, Анжелика оглянулась по сторонам в надежде, что неподалеку находится полицейский. Ни никаких полицейских она не увидела, улица, словно пуста.

- Анжелика, не бойтесь, это я, - услышала она знакомый голос.

Она посмотрела в лицо мужчины, который уже подошел почти вплотную, и узнала Мамонтова.

Огромное чувство облегчения буквально переполнило ее всю.

- Я, кажется, вас напугал, - сказал он.

- Да, немного, - не совсем искренне ответила она. - Но что вы тут делаете?

Ей показалось, что он немного смутился.

- Когда я узнал, что вы собираетесь в гости к Кроули, я на всякий случай поехал за вами. Я боялся, как бы с вами чего-нибудь не случилось. Это опасный человек. Пойдемте отсюда быстрей.

Они быстро стали удаляться от особняка банкира. Но они прошли всего несколько десятков метров, как из ворот его дома выехала машина. Мамонтов схватил Анжелику, прижал к себе и впился в ее губы.

Их поцелуй продолжался до того момента, пока машина не исчезла за поворотом. Мамонтов отпустил молодую женщину.

- Извините, но я испугался, что эта машина преследует вас. Ну и решил разыграть целующуюся парочку.

- Я понимаю, - произнесла Анжелика, с трудом сдерживая улыбку, навеянную его объяснением. При этом она отдавала себе отчет, что его поцелуй отнюдь был ей не неприятен.

Однако ее мысли неожиданно приняли другое направление. Если Мамонтов ее тут старожил, то это означает, что он хорошо представляет, что за человек этот Кроули и какому риску она подвергалась, придя сюда. А если попробовать ей на этом сыграть?

- Давайте поймаем такси и поедем в гостиницу, - предложил Мамонтов.

Анжелика не возражала.

Такси поймали быстро. Они молча ехали по ночному Лондону, каждый из них находился во власти собственных мыслей и чувств. Иногда Анжелика поглядывала на своего спутника, ее не покидало ощущение, что в самое ближайшее время ее ждут сюрпризы.

Они вышли из машины и вошли в отель. В холле гостиницы они остановились. Анжелика была уверенна, что Мамонтов хочет пригласить ее в свой номер, но при этом почему-то он медлил. Его поведение удивляла ее, она уже привыкла, что обычно он не церемонился и не стеснялся оповещать мир о своих желаниях, какие бы они при этом не были.

Она решила прийти ему на помощь.

- Хотите посидим в моем номере, что-нибудь выпьем, - предложила Анжелика. - После общения с Кроули хочется какой-то разрядки.

- С удовольствием, - тут же согласился он.

- Тогда в путь.

Они вошли в номер. Анжелика достала из бара несколько бутылок.

- Что вы будете пить?

- Все равно.

Она удивленно посмотрела на него, его голос прозвучал хрипло. Хотя минуту назад никакой хрипоты в нем не было.

- В таком случае давайте выпьем виски, коль мы на Родине этого напитка.

Анжелика плеснула виски в бокалы. Мамонтов взял один из них, но затем внезапно положил на столик. Он вскочил с кресла и нервно прошелся по комнате. Она не спускала с него глаз, ожидая, что же произойдет дальше.

Внезапно он остановился напротив нее. Дальше последовала сцена, которую она не ожидала увидеть. Мамонтов встал перед ней на колени.

- Я люблю вас, Анжелика, я хочу, чтобы вы стали моей женой.

И хотя она ожидала нечто подобное, действительность явно превзошла ее ожидания. Видеть перед собой на коленях одного из самых богатых людей страны, к этому она была все же не готова.

- Валерий Ильич, Валера, встаньте, я прошу вас. Я так не могу.

- Я люблю вас, я хочу, чтобы вы стали бы моей женой, - повторил он, по-прежнему стоя на коленях.

- Но вы же женаты, у вас дети.

Он поднял голову и посмотрел на нее.

- Это единственное, что вас останавливает. Тогда не волнуйся, и жену и детей я обеспечу по полной программе до конца жизни. Но сейчас речь не о них. Анжелика, вы та женщина, которую я тщетно искал всю жизнь. Вы невероятно, неправдоподобно красивы, вы очень умны, смелы. Вы честны, преданы. Никого, кто бы мог близко сравниться с вами, я не встречал. Едва я вас увидел, как сразу даже понял: вы необходимы мне.

- Я прошу вас еще раз: встаньте. До тех пор, пока вы не встанете с колен и не сядете в кресло, я ни о чем не буду с вами разговаривать.

Мамонтов неохотно подчинился.

- Я очень признательна и тронута вашим признанием, - чувствуя, что сильно волнуется, сказала Анжелика. - И поверьте, при других бы обстоятельствах я была счастлива принять ваше предложение. Вы мне нравитесь и не потому, что вы Мамонтов, а потому, что вы смелый и честный человек. Но я замужем и я люблю своего мужа. И я поставила себе цель: во что бы то ни стало найти его. И готова ради этого на любые жертвы.

- Это лишь усиливает мое желание стать вашим мужем, - мрачно произнес Мамонтов.

Сейчас или никогда, решила Анжелика.

- Я должна вам кое-что сказать. И то, что вы сейчас услышите, свидетельствует об огромном моем доверии к вам. Я сюда приехала не случайно и вовсе не для того, что участвовать в форуме. Конечно, мне он, как руководителю банка, весьма интересен. Но сейчас меня гораздо больше волнуют совсем другие вещи. Я приехала сюда искать своего мужа. А конкретно меня интересовали два человека: Кроули, - она посмотрела на молча сидевшего Мамонтова, - и вы. Я знаю, с какой целью вы сюда прилетели, о чем вели переговоры с Кроули. Не спрашивайте откуда у меня эта информация, - поспешно добавила она, видя, как мгновенно встрепенулся Мамонтов.

- Я хочу знать, что вы знаете? - уже более привычным повелительным тоном, спросил Мамонтов.

- Все, - выдохнула Анжелика. - Я присутствовала при ваших переговорах.

- Но в комнате, кроме нас, никого не было, - удивленно проговорил Мамонтов.

- Там была я. - О втором слушателе она решила благоразумно умолчать. - Я спряталась за портьеру.

- В самом деле, припоминаю, портьера там была спущена. - Он помолчал. - Так значит, вам все известно?

- Да. Валера, поймите, я действовала совсем не против вас. Моего мужа похитили, потому что он помимо своей воли оказался втянут в это дело. И не захотел в нем участвовать. Именно поэтому я интересуюсь всем, что связано с ним.

- Вы понимаете, во что вы ввязались.

- Вы же только что говорил про мой ум. Я все отлично понимаю. В том числе и то, как сильно я рискую, разговаривая на эту тему с вами. Теперь в ваших интересах меня убрать.

- Не говорите глупости! - разозлился Мамонтов. - Я никогда не смогу это сделать.

- Кто знает, - задумчиво произнесла Анжелика.

Мамонтов посмотрел на нее и усмехнулся.

- В этой ситуации радует только то, что я не ошибся, вы действительно необычная женщина.

- Валерий, неужели вы, в самом деле, собираетесь им платить?

- А что вы предлагаете?

- Не платить.

Он, наконец, выпил давно налитое виски.

- Вы с ума сошли! Вы понимаете, на что вы меня толкаете. И не только меня. Я выступаю от целой группы бизнесменов.

- Но вы имеете среди них большой авторитет.

- Да разве в авторитете дело. Вы понимаете, с кем в таком случае возникнет конфронтация. Они сотрут нас в порошок и развеют по ветру.

- Мой учитель по борьбе мне часто повторял одну мысль: против силы всегда можно найти еще большую силу.

- Да какая еще большая может тут быть сила. Перечислить вам тех, кто стоит за этим Кроули?

- Не надо, я представляю. Но ведь есть еще и президент. Или он тоже с ними?

- По поводу президента ничего не могу сказать. Но это почти ничего не меняет. Его окружение не менее могущественно.

- Значит, будете отстегивать, кормить коррупцинеров. А как же ваши речи о любви к Родине, желание видеть ее процветающей. С этими людьми она никогда не станет такой.

Несколько секунд мамонтов молчал.

- Вы толкаете меня на шаг, который я никак не могу совершить.

- Не понимаю в таком случае, зачем вы сегодня вечером пришли к дому Кроули, оберегали меня. Все эти ваши действия бесполезны, эти люди рано или поздно меня раздавят. Я хочу знать, где мой муж, а для них этот вопрос, как кость в горле.

- Я приставлю к вам телохранителей, вас не тронут.

Анжелика покачала головой.

- Телохранители не спасут, они не спасали президентов, а уж меня подавно. Вовлекшись в это дело, я слишком много узнала. Либо победу одержу я, либо они. Ничьи в этом матче быть не может.

Мамонтов встал и нервно прошелся по номеру.

- Вы ставите меня в ужасное положение. Я не могу принять вашу сторону, но и не могу допустить, чтобы с вами что-нибудь бы случилось.

- Поверьте, у меня вовсе нет цели припереть вас к стене. Но у меня нет выбора, я должна отыскать мужа.

Мамонтов снова сел и сжал голову руками. Внезапно он поднял ее и посмотрел на Анжелику.

- Что вы хотите от меня?

- Я хочу, чтобы вы им не платили бы, и я хочу встретиться с президентом.

- Я заметил, у вас всегда скромные желания, Анжелика, - усмехнулся он.


## Глава 28


Едва Анжелика приземлились в аэропорту, как ее настиг телефонный звонок. Звонил Сабуров.

- С вами все в порядке? - В его голосе слышалась сильная тревога.

- Вроде все в порядке, я жива и здорова, - засмеялась она.

Но голос в трубке не поддержал ее настроения.

- Прошу вас, отправляйтесь прямо ко мне. И никуда не заезжайте по дороге. Вы поняли меня?

- Поняла. - Ей передалась его тревога.

Через час она была у Сабурова.

- Плохие новости, - встретил он ее словами. - Турова убили.

- Как убили? - Анжелика побледнела.

- Обыкновенно, как убивают людей. Пробрались в его квартиру и застрелили. Ну и для отвода глаз инсценировали ограбление.

- А может быть, правда было ограбление.

- Может быть, - усмехнулся Сабуров.

- Извините, я сморозила глупость, - покаялась Анжелика. - Но кто этот сделал?

- Кто сделал, разумеется, неизвестно. Но как вы думаете, кто навел убийц на Турова?

- Шаклеин?

- Я тоже так думаю. Но меня сейчас заботит совсем другое. Что последует за этим дальше?

- А что, по вашему мнению, может последовать?

Сабуров задумчиво посмотрел на нее.

- Из того, что было у вас в Англии, это могло как-то спровоцировать убийство Турова.

- Не исключено, - кивнула головой Анжелика. - Я меня был разговор с Кроули. Боюсь, я сболтнула лишнее. Хотя к Турова это не имело никакого отношения.

- Это с вашей точки зрения. А вот с точки зрения этих негодяев, все может быть с точностью до наоборот. Если они чего-то заподозрили, то самое время заметать следы, убирать нужных свидетелей. Они с Мамонтовым договорились?

- Да, хотя есть надежда... - Анжелика замолчала.

- Надежда на что?

- Ничего, это я так.

- Ну хорошо, оставим это. Но после убийства Турова я боюсь, что следующим кандидатом в покойники можете оказаться вы. В таких делах обычно идут по цепочке.

- Что же мне делать? - растерянно спросила она.

- Лучше всего уехать и желательно куда-нибудь подальше.

- Я не могу!

- Почему?

- По нескольким причинам. Я не могу оставить банк, мой заместитель спит и видит, как бы меня спихнуть с моего места и занять его самому. В мое длительное отсутствие его шансы на это сильно возрастут. И, кроме того, я должна найти мужа. Мой инстинкт подсказывает мне, что я уже близка к этому.

- У вас появились какие-то определенные сведения?

- Увы, нет. Только внутренний голос.

- Внутренний голос - это, конечно, серьезный инструмент. И все же, даже несмотря на него, вам все же лучше где-нибудь на время затаиться. Поверьте мне, таким образом спаслось немало людей.

- Я вам верю, но это не мой вариант, - грустно вздохнула Анжелика. - Но вы можете мне помочь, приставьте ко мне охрану, у вас же есть люди для таких дел.

Что-то вдруг изменилось в лице Сабурова, оно вдруг стало каким-то отчужденным. Анжелика смотрела на него, ничего не понимая.

- Я должен вам кое-что сказать, - мрачно произнес он. - После последних событий, я вынужден полностью отстраниться от этого дела. Если эти люди узнают, что мое агентство замешено в нем, они меня раздавят. Я сделал все, что мог и даже больше, чем диктовало элементарное благоразумие.

- Вы умываете руки? - еще не веря его словам, спросила Анжелика.

- Если вам будет так угодно. У меня нет выбора.

- Это не правда, выбор всегда есть.

Он посмотрел на нее и отвел глаза в сторону.

- Мой вам последний совет: будьте предельно осторожны.

Анжелика встала и двинулась к выходу. У самой двери он остановилась, хотела что-то сказать, но передумала и молча вышла.

Сев в машину, он сразу же позвонила Николаю. Он ответил сразу, и она почувствовала облегчение; по крайней мере он жив.

- Я вернулась и хочу тебя видеть, как можно скорей.

- Мне тоже надо тебе кое-что сказать.

Анжелике показалось, что его голос прозвучал как-то напряженно.

- Я еду домой. Приезжай и ты.

Она успела приехать раньше Николая всего на полчаса. Этого времени ей едва хватило, чтобы принять душ.

По его виду она сразу поняла, что не ошиблась, когда почувствовала в разговоре с ним что-то неладное. Таким неулыбчивым она его давно не видела.

- Рассказывай, что произошло?

Николай провел по лицу рукой.

- Наш донос сработал, милиция накрыла огромную партию наркоты.

- Это же прекрасно! - воскликнула Анжелика.

- Ты уверена? Они вычислили, что их кто-то предал. И затеяли самое настоящее расследование. По некоторой информации даже наняли частных детективов. И среди подозреваемых числюсь я.

- Да, ты прав, это скверно, - согласилась Анжелика. - Тебе надо лечь на дно. - Она поймала себя на том, что повторяет почти дословно то, что совсем недавно говорил ей Сабуров. Ей стало интересно, а что ответит на это ее старый друг?

- И оставить тебя одну на съедение этим акулам. Нет.

- Коля, милый, иногда наступает момент, когда каждый должен спасаться самостоятельно.

- Для меня этот момент еще не настал.

Анжелика молчала. Она сделала, что могла, чтобы отговорить его и не ее вина, что он не согласился.

- Нас обкладывают со всех сторон. Помнишь, я тебе говорила о Турове. Его вчера убили.

Николай встал с кресла.

- Но ведь они могут добраться и до тебя.

Его мысль течет по тому же руслу, что и у Сабурова, отметила Анжелика. Значит, опасность действительно большая.

- Это тебе следует лечь на дно! - вдруг воскликнул он.

- Ты знаешь, я не могу.

Несколько мгновений он молчал.

- Я достану тебе пистолет. Ты умеешь стрелять?

- Да, Игорь меня обучал. А сейчас извини, мне надо срочно ехать в банк.

- Я с тобой.

- Ты что, нам нельзя появляться вместе. Если нас увидят люди Твердохлебова, нам обоим каюк. Лучше достань мне пистолет как можно скорей. И побольше к нему патрон.

Когда Анжелика появилась в банке, то сразу почувствовала какую-то странную окружающую ее атмосферу. Все было вроде как обычно и все как-то не так. Люди хотя и приветливо здоровались с ней, но при этом многие почему-то отводили в сторону глаза, как люди с нечистой совестью. Ее охватила неясная тревога; только с этой стороны ей не хватает удара.

А потому первым делом она попросила зайти к ней Чистякова. Он с ней поздоровался и, как подумала она, по крайней мере, он не отводит от нее взгляда.

- У меня такое чувство, что в банке что-то случилось. Хоть ты мне, Саша, объясни, что тут творится?

- То, что и следовало ожидать, - вдохнул Чистяков. - В твое отсутствие Зернин развил бурную деятельность. Явно по его инициативе его друг и сообщник Котляр стал собирать подписи акционеров для созыва внеочередного общего акционерного собрания.

- А цель собрания - сместить меня с моего поста, - уверенно предположила Анжелика.

- Что ж еще, - подтвердил Чистяков. - Это для них сейчас главная задача.

- И многие подписали?

- Довольно многие. Зернин втихомолку сулит всем, если тебя сместят, кисельные берега и молочные реки. И многие на это клюют.

- Что же мне делать?

- Пока ты его не уберешь из банка, свои интриги он не прекратит, - убежденно произнес Чистяков.

- Легко сказать, он банкир от бога. Игорь не очень его любил, но очень ценил. Я знаю, он был бы недоволен моим решением. С Зерниным тяжело, но без него будет еще тяжелей.

- Тебе решать, я лишь высказал свою точку зрения.

- Спасибо тебе за нее, Сашок. Но сейчас не время избавляться от Зернина. Кто знает, пока он будет собирать свое акционерное собрание, может быть, вернется Игорь.

- У тебя есть какая-то информация? - с надеждой спросил Чистяков.

- Кое-какие предположения, - уклонилась Анжелика от ответа. - Но об этом говорить еще преждевременно. А пока надо впрягаться в работу бок о бок с Зерниным.

Уже не первый раз Анжелика обдумывала, какой тон для общения ей взять с Зерниным. И еще ни разу она не пришла к какому-то поределенному заключению. И сейчас все повторялось точь в точь.

- Что у нас нового? - спросила она своего заместителя.

- Все абсолютно в порядке, - сознательно сделал Зернин ударение на слове "абсолютно". С пользой ли вы съездили на форум?

Анжелика стала рассказывать про свои достижения. В два последних дня ей действительно удалось договориться об осуществлении некоторых совместных проектов с иностранными банками, открытием ими кредитной линии. И она не без гордости поведала об этих своих успехах Зернину. Разумеется, о всех своих других лондонских приключениях она благоразумно умолчала.

- Я слышала, вы собираете подписи среди акционеров для проведения внеочередного акционерного собрания? - вдруг прервала она свое повествование.

Она увидела, что ее неожиданный выпад смутил его, но совсем не надолго.

- Да, но это не моя инициатива. Хотя, скажу честно, я не стал ей противиться. Ряд акционеров полагают, что я был бы лучшим руководителем банка.

- Вы тоже так считаете?

Он посмотрел ей в глаза.

- Да.

- Спасибо за откровенность. Но я буду возражать. И не только возражать, но и активно противодействовать таким попыткам.

- Что ж, - пожал плечами Зернин, - как говорят в таких случаях, пусть победит сильнейший.

Хотя внешне Анжелика сохраняла спокойствие, внутри же вся кипела от негодования. Ее возмущал даже не столько поведение Зернина - к его попыткам возвыситься она уже привыкла, сколько предательство многих сотрудников. В свое время Игорь, чтобы повысить заинтересованность людей в результатах своего труда, наделил многих работников банка его акциями. Это дало немалый положительный эффект. Но теперь из этого благого начинания выросла для нее большая опасность.

- А я-то думала, мы с вами пришли, как сей час говорят, к консенсусу, - вздохнула Анжелика.

- Речь идет о судьбе банка. А я твердо убежден, что если я буду до появления Игоря Евгеньевича находиться во главе его, это принесет ему куда больше пользы.

Демагог, ловкий и тонкий демагог, думала Анжелика, смотря на Зернина. Ее муж сделал для этого человека очень много, несмотря на свою нелюбовь к нему не только терпел его все эти годы рядом с собой, но постоянно двигал вверх. И вот за это благодарность ему. Воистину правильно говорится: не хочешь быть наказанным, не совершая благодеяния.

- Хорошо, поступайте так, как считаете нужным. Я буду поступать, как считаю нужным я. Можете идти.

- Есть еще одно небольшое дельце.

- Что такое.

- Я имею в виду фонд "капитал плюс". Вы слышали, что там произошло. Убили его директора. Газеты, телевидение обсуждают эту тему, делают какие-то не слишком приятные намеки. И при этом упоминают не в лучшем ракурсе наш банк, так как счет этого фонда был открыт у нас. Помните, я предупреждал, что благоразумнее было избавиться от него. Но вы тогда меня не послушали.

Анжелика в упор посмотрела на него.

- У вас есть доказательства, что там что-то не чисто?

- Доказательств нет, но иногда стоит подстраховаться, если некая организация вызывает какие-то сомнения в своей добропорядочности. Репутация дороже денег, потому что хорошая репутация приносит много дополнительных денег. А потому иногда есть смысл пойти на жертвы. Это отличает хорошего банкира от плохого.

- Понимаю, я плохой банкир.

- Я так не сказал.

- А, по-моему, сказали. Что мы с вами будем играть словами. Хочу вам по этому делу сказать только одно: я не жалею о том решение и считаю, что оно было верным.

Зернин больше ничего не сказав, вышел из кабинета. Почему он постоянно возвращается к этому фонду, почему так настойчиво хочет закрыть в нашем банке его счет, тщетно искала Анжелика разгадку поведения своего заместителя.

Впрочем, долго предаваться этим размышлениям ей было некогда, бурный поток накопившихся за ее отсутствие дел буквально смысл из головы не только эти, но и многие другие мысли.

Закончила работу она поздно. Анжелика вышла из банка и зябко поежилась, так как на нее сразу же налетел холодный ветер, который нес с собой не менее холодные брызги дождя. Она постаралась по быстрей нырнуть в машину.

Анжелика ехала по вечернему мокрому городу и чем больше она приближалась к собственному дому, тем тревожней становилось н душе. Днем, занятая работой, ей было не до страха. Но сейчас он буквально навалился на нее. Если убили Турова, то Сабуров абсолютно прав, следующая на очереди она. Ведь на нее уже покушались, как раз, когда она выходила из его дома. Значит. о том, что они знакомы, что у них общие дела, им известно.

Бедный, бедный Владимир Георгиевич, он так хотел вернуться к настоящей работе, доказать всем, что он хороший банкир. И вот теперь уже больше никому и ничего не докажет. Она глубоко вздохнула.

Внезапно она похолодела от пришедшей к ней в голову мысли. Если убили Турова, то могли убить и Игоря, после смерти директора фонда его значение для них резко падает. И в этом виновата она, так как не сумела обнаружить, где его прячут.

Эта мысль так взволновала ее, что некоторое время она была неспособна вести машин и была вынуждена остановиться. Неожиданно она почувствовала, что ей просто нестерпимо хочется увидеть детей. Из детей. Удивительно, но они оба похожи на своего отца, а не на мать. Раньше ей это не нравилось, но сейчас она рада этому обстоятельству. Если Игоря уже нет в живых, их лица будут напоминать им о нем.

Решено, завтра утром она поедет к ним. Позвонит в банк, что заболела, а сама навестит свое потомство. Оно еще не подозревает, что, может быть, лишилось отца.

Почему-то мысль о том, что совсем скоро увидит лица детей, немного успокоила ее, и она снова взялась за руль. Но когда она подъехала к дому, ее снова сковал сильный страх. А что если ее здесь поджидает киллер. Лучшего времени для убийства сыскать трудно: темень, непогода, вокруг ни души, все сидят в своих теплых квартирах. Если сейчас прозвучит роковой выстрел, то свидетелей не найти.

Анжелика, не выходя из машины, внимательно осматривалась вокруг. Но никого по близости не было видно. Наконец она решилась, выскочила из автомобиля и помчалась к подъезду.

Внезапно откуда-то с боку появился крупный мужчина, который бежал прямо к ней. Сердце запрыгало в ее груди, как на батуте. Расстояние между ним и ей стремительно сокращалась, и она видела, что не успеет добежать до спасительной двери.

Мужчина поравнялся с ней, Анжелика остановилась и выбросила вперед ногу. Мужчина ловко отпрянул, и она заскользила по мокрому асфальту. Она бы шлепнулась прямо в лужу, если бы он не подхватил ее в последний момент.

- Анжелика ты что взбесилась, это же я, Николай

Огромное чувство облегчения охватило всю ее натуру. Она буквально повисла на нем. И неожиданно заплакала.

Николай прижал ее к себе.

- Ну, ты чего?

- Я боюсь, - сквозь плач, протолкнула она слова.

- Когда я с тобой, тебе нечего бояться.

- Я знаю, но все равно боюсь.

- Пойдем быстрей домой. Здесь холодно, противно и опасно.

- Да, пойдем, - согласилась она.

Они поднялись в квартиру.

- Я сейчас приготовлю горячий чай. А потом мы поужинаем.

- Подожди, - остановил ее Николай. Из кармана он достал пистолет. - Это твой.

Она взяла оружие.

- Как странно, что из такого маленького предмета можно убить человека. Много людей. А из этого пистолета уже убивали?

- Я не знаю. Да и какое это имеет значение.

- Наверное, ты прав. Пойду ставить чай.

Они пили чай, и Анжелика то и дело поглядывала на Николая. Ей не нравилось выражение его лица.

- Мне кажется, что-то случилось?

Он, подтверждая, кивнул головой.

- Я тебе говорил, что они затеял настоящее расследование о том, кто выдал груз. И я почти уверен, что я один из главных подозреваемых.

- Это очень плохо. Тебе надо исчезнуть. Уезжай куда-нибудь подальше, денег я дам.

- И оставить тебя одну, после того, что я сегодня видел.

- Мы в ловушке.

Ей вдруг снова стало очень страшно. Кажется, Николай понял ее состояние.

- Хочешь, я сегодня переночую у тебя.

- Хочу, но это не осторожно. Нам находится вместе очень опасно.

- Но и по отдельности опасней ничуть не меньше.

Да, это так, подумала она.

- Вот что, тебя надо исчезнуть на некоторое время. Почему бы тебе не пожить у нас на даче. Место тихое и уединенное. Только, пожалуйста, не спорь, я и без того знаю все твои аргументы. А у меня только один в ответ агнумент: я хочу, чтобы ты остался жив.

Несколько минут Николай пребывал в раздумчивости.

- Хорошо, поедем. А сейчас давай спать.

Хотя Анжелика уже лежала в постели не меньше часа, но никак не могла заснуть. Обуявший ее страх, отгонял сон. Внезапно она встала и пошла в комнату, где расположился Николай.

Едва она вошла, он поднял голову.

- Ты не спишь? - спросила она.

- Нет.

- Я тоже не могу заснуть. Мне страшно и страшно. Можно эту ночь я буду спать с тобой. Как брат и сестра.

Николай молча подвинулся. Анжелика легла рядом с ним.

- Я все думаю, жив ли муж, - проговорила Анжелика. - Если его уже нет, я не переживу.

- Ты так его любишь?

- Да. Бывает, что другой человек значит для тебя больше, чем ты сам. Это как раз мой случай. Я знаю, что делаю тебе больно, но не могу молчать. Я слишком устала. Кому, если не тебе - моему самому старому и преданному другу я могу все это высказать.

- Говори все, что хочешь, не бойся сделать мне больно. Я справлюсь.

- Ты очень сильный. Мне с тобой гораздо спокойней. - Он вдруг повернулась к нему. - А скажи, что для тебя любовь?

- Преданность, - не раздумывая, ответил Николай.

- Как странно, я бы ответила точно так же.

- Ничего странного в этом нет, поэтому мы сейчас и вместе, что думаем одинаково.

- Я очень рада, что ты у меня есть. Хотя я чувствую себя по отношению к тебе виновной.

- Ерунда, ты ни в чем не виновна.

- Да, это так. И все же это чувство меня не отпускает. Я не смогла дать тебе то, на что ты имел право.

- Я не имел никаких на тебя прав. Однажды я так стал думать, и был за это наказан.

- Почему-то мне тревожно. Меня не отпускает чувство, что завтра нас что-то ждет. Мы слишком далеко зашли, а с нами все еще ничего не случилось. Так не бывает.

- Не волнуйся. Проскочим. Они же не знают, куда мы собрались ехать.

- Да. не знают. - Анжелика немного помолчала. - Я все думаю, какие у нас будут с Игом отношения, когда он вернется? Они не могут оставаться прежними. Мы чересчур много испытали.

- Зачем об этом думать, жизнь покажет. Я когда там сидел, тоже много думал, как сложатся наши отношения, если мы вдруг снова увидимся. Разные возникали варианты, но никогда ничего похожего на то, что существует в действительности. Ни за что не мог предположить, что мы будем вот так лежать рядом и просто, как друзья, разговаривать, - усмехнулся Николай. - И у тебя с мужем произойдет что-то подобное, вы будете удивляться, как у вас все происходит.

- Ты прав, так скорей всего и случится. Только бы поскорее это бы все случилось. Я устала ждать и надеяться. Нельзя жить только одной надеждой. С какого-то момента перестаешь в нее верить.

- Я уверен, ждать осталось уже недолго.

- Хорошо бы. - Анжелика закрыла глаза. - Наконец я захотела спать. Это ты так на меня хорошо подействовал. Спокойной ночи!

- Спокойной ночи!

Через несколько минут Николай услышал ровное дыхание молодой женщины. Он склонился над ней, некоторое время смотрел на ее лицо. Затем отвернулся и закрыл глаза. Но заснул он еще не скоро.

Они уже проехали половину пути. Москва осталось далеко позади. Теперь же им предстояло свернуть с общефедеральной трассы на узкое двух полосное шоссе.

Пока они ехали, то на всякий случай то и дело поглядывали назад: нет ли погони. Но до сих пор ничего подозрительного не обнаружили.

- Кажется, все спокойно, - сказала Анжелика. Всю дорогу она сильно волновалась, ее не оставляли плохие предчувствия. Сейчас же она была почти уверенна. Что это не более чем мнительность.

Они остановились возле развилки.

- Сворачиваем, - проговорила Анжелика. - Осталось всего половину пути, даже меньше - и мы у цели. Вот увидишь, тебе там понравится. Совсем недавно там жили мои дети. Ты даже не представляешь, как я соскучилась. Знаешь, тебе пора подумать о том, чтобы обзавестись детьми.

- Я думаю. Но пока я не нашел того, кто мне будет в этом помогать.

Анжелика улыбнулась и тронулась с места. Машина покатила по узкому, давно не ремонтированному шоссе.

Если на главной магистрали было тесно от машин, то здесь их не было совсем. Они проехали уже несколько километров, а пока им никто не промчался на встречу. Пользуясь тем, что дорога была свободной, Анжелика все сильнее разгоняла автомобиль.

Внезапно они услышали шум моторов. Николай обернулся и посмотрел назад. И мгновенно стал бледным, как мертвец.

- Гони, что есть силы! - крикнул он Анжелике.

- Что случилось? тоже крикнула она.

- Это они, люди Твердохлебова. Я узнал номера их машин.

Больше говорить было не нужно, Анжелика сразу же оценила степень нависшей над ними угрозы. Она что есть силы вдавила ногу в педаль газа.

Машина рванула вперед, и расстояние между ними и преследователи стало увеличиваться. Но радость была недолгой, в их планы вовсе не входило позволить им уйти.

Мощные двигатели трех внедорожников снова начали сокращать дистанцию. Николай достал из кармана пистолет.

Анжелика буквально на мгновение повернула голову в его сторону. Лицо Николая было бледным, сосредоточенным и решительным. Таким она его и запомнила.

Джипы взревели моторами и попытались их с двух сторон взять в клещи. Анжелика вырвалась из них в самый последний момент, до упора отдав газ. При этом машину едва не занесло. Но она ясно понимала, что в следующий раз этот маневр вряд ли удастся, упрятанная под капотом мощность каждого внедорожника значительно превосходит мощность двигателя ее автомобиля.

- Нам от них не уйти, - бросила она своему спутника.

- Я знаю, - процедил Николай.

Внедорожники снова предприняли попытку зажать их машину между собой. Когда один из них поравнялся с ними, Николай выстрелил в шофера.

Джип сделал зигзаг и едва не протаранил их машину. Анжелика каким-то чудом успела увести ее в сторону. Внедорожник уткнулся носом в кювет.

- Есть! - радостно воскликнула Анжелика. - С одним мы разделались.

Внезапно раздались выстрелы. Одна из пуль ударила по машине.

- Что делать? - закричала Анжелика.

- Видишь впереди лес, давай туда.

До леса оставалось не меньше сто метров. В этот миг раздалась очередь, и машина почти сразу потеряла управление. Они пробили колеса, поняла она. Это все.

Она надавали на тормоз. Машина, потеряв вся свою стремительную грацию, остановилась, едва не опрокинувшись. Но зато те, кто сидели во внедорожниках, не ожидали такого маневра и проскочили мимо них, предоставив им маленькую фору.

Анжелика и Николай быстро вылезли из машины. Они не доехали до леса, и чтобы получить хоть какой-то шанс на спасение, им надо было пробежать по открытой местности почти сто метров.

Они мчались к лесу, слыша, как сзади них угрожающе урчат моторы. Раздалась длинная очередь, и пули взрыли небо всего нескольких десятках сантиметров от их ног.

- Стойте! - послышался знакомый голос.

Анжелика обернулась. На обочине дороги с автоматом в руках стоял Твердохлебов.

-Стойте, гады, или я вас сейчас прихлопну! - заорал он.

- Они нас убьют так и так. Бежим! Схватил ее за руку Николай. Он выстрелил в Твердохлебова, но промахнулся.

Его ответ последовал немедленно, очередь смертоносных пчел пролетела над ухом Анжелики.

- Вон туда, - показал Николай.

В метрах пяти от них находилось небольшое возвышение. Они успели спрятаться за этим естественным укрытием. Их спасло на этот раз то, что бандиты Твердохлбова оказались никудышными стрелками, и очереди проносились мимо них.

- Ползи к лесу! - приказал Николай.

- Нет! Я не оставлю тебя.

- Ползи!

- А как же ты?

- Я тебя прикрою. Ползи, они идут.

Анжелика прижимаясь к земле, стала ползти. Она услышала револьверный выстрел, посмотрела назад. Один из бандитов, схватившись за грудь, повалился на землю. В ответ те открыли ураганный огонь. Пули то и дело свистели над ее головой, но к своему удивлению большого страха она не испытывала. Ею овладело оцепление, чувство безразличия к собственной судьбе. Если ее сейчас убьют, то, по крайней мере, это избавит ее от дальнейших испытаний.

На какое-то мгновение она даже перестала ползти. Внезапно какая-то неведомая сила заставила ее оглянуться. Все произошло на ее глазах. Один из бандитов, судя по всему более смелый, чем другие, вдруг помчался прямо на Николая, без передышки паля из автоматов. Еще несколько метров и он подберется к ним вплотную.

Внезапно Николай резко поднялся и выстрелил почти в упор в набегающего бандита. Пуля попала ему в грудь, но прежде чем упасть, словно мстя за свою гибель, он буквально прошил его очередью.

Бандит и Николай упали одновременно. Анжелика закричала и бросилась к нему.

Вся его грудь была распорота очередью, и он обильно истекал кровью. Ей показалось, что он уже умер, но в этот момент Николай открыл глаза. Они были очень мутными, почти уже не живыми, и Анжелика впервые в жизни увидела, как выглядит приближающая смерть.

Николай посмотрел на нее и попытался что-то сказать. Он уже почти не владел своими губами. Анжелика. Она приблизила свое лицо к нему вплотную.

- Я тебя люблю, я тебя всегда любил, - вдруг услышала она.

И вдруг что-то изменилось в Николае, он словно бы весь обмяк. Анжелика прижала его к себе и вдруг ясно ощутила, что он не дышит. Она снова посмотрела в его глаза, но сейчас в них не было даже той мутности. В них уже не было ничего, кроме застывшей неподвижности.

Анжелика выпрямилась во весь рост и громко закричала. Впервые она отчетливо осознала, что больше не хочет жить и хочет умереть.

Анжелика смотрела, как с автоматом в руке приближается к ней Твердохлебов. Он остановился в нескольких метрах от нее. Его взгляд устремился на лежащее у ног Анжелике тело Николая.

- Подох, гаденыш, - с удовлетворением констатировал он. - Он перевел взгляда на Анжелику. - Теперь я понимаю, что выдали груз вы оба. Ты заплатишь сполна за это, сучка. Ты сейчас так же подохнешь, как и он.

Твердохлебов, не торопясь, смакую каждое движение, стал поднимать автомат. Реакция Анжелики была совершенно непроизвольно и мгновенна. Хотя она вовсе не собиралась себя защищать, после смерти Николая ей казалось, что это совершенно ей не нужно. Но какая-то более могучая сила, чем ее оплавленное горем сознание, заставила ее выхватить из кармана пистолет и выстрелить.

Она все это проделала столь стремительно, что в первую секунду никто не понял, что же случилось. Лицо Твердохлебова перекосила гримаса боли, он схватился за плечо. Но автомат он сумел удержать в руках.

- Ах ты, гадина! - взревел он. - Так подыхай!

Прогремела автоматная очередь. Анжелика видела, как прошила она живот и грудь Твердохлебова. Он сделал несколько шагов вперед, а затем упал прямо на нее. Она не удержалась на ногах и рухнула вместе ним.

Твердохлебов был очень тяжел, и Анжелике никак не удавалось выбраться из-под мертвого тела. Она ничего не видела, а потому не понимала, что происходит. А происходило нечто странное, у нее было ощущение, что совсем рядом идет самый настоящий бой. Пистолетные выстрелы и автоматные очереди не прекращались ни на секунду, кричали раненные.

Наконец Анжелике удалось выползти из под мертвого Твердохлебова. С ног до головы она была перепачкана кровью.

То, что она увидела, поразило ее. Уцелевшие бандиты, бросая оружие, убегали кто куда. Их преследовали одетые в штатское люди.

Бой, как внезапно начался, столь же внезапно и завершился. Не меньше десяти человек в штатском, но вооруженные автоматами и пистолетами, конвоировали бандитов к стоящим на обочине дороги машинам.

- Здравствуйте, Анжелика. Как вы себя чувствуете? Вы не ранены? - услышала она рядом с собой голос.

Анжелика обернулась и обомлела: перед ней стоял тот самый молодой мужчина, с которым она пряталась за портьерами во время переговоров Кроули и Мамонтова в Лондоне.

- Вы вся в крови, - заботливо проговорил он.

- Это чужая кровь, - машинально ответила она. - Они убили Колю, - вдруг произнесла она и заплакала.

Молодой человек стоял неподвижно, он явно не знал, как следует поступить в такой ситуации.

- Пойдемте к машине, Мы вас отвезем. - наконец произнес он.

- А Коля?

- Не беспокойтесь, мы его тоже возьмем.

- Вы понимаете, он погиб за меня.

- Мы все понимаем. Пойдемте, вам нельзя тут оставаться.

- Я ехала к детям.

- В таком виде вам нельзя им показываться. Мы вас доставим к ним позже.

Анжелика признала правоту незнакомца. Тот осторожно, словно хрустальную, взял ее за локоть и повел к машине. Она покорно давала себя вести.

Оказавшись в машине, Анжелика внезапно погрузилась в какое-то полудремотное состояние. Она почти ничего не чувствовала, вся душевная сфера атрофировалась под воздействием пережитого шока. Ей было абсолютно все равно, куда ее везут. Она даже не смотрела в окошко. Она бы одинаково восприняла, если бы ее привезли в какой-нибудь шикарный дворец или на расстрел. Смерть Николая надломила ее, только сейчас она осознала, какое большое место занимал он в ее жизни. И это она виновата в его гибели, если бы они не встретились тогда на улице, если бы она не вовлекла его в свои дела, он был бы сейчас жив и здоров.

Они ехали довольно долго. Внезапно машина остановилась возле высокого каменного забора. Железные створки дверей разъехались, пропуская их во внутрь.

Анжелика без всякого интереса огляделась вокруг. Это был какой-то особняк, довольно невыразительный по своей архитектуре. Все тот же молодой человек снова аккуратно взял ее за локоток и провел в дом.

Дом показался ей странным, и она не сразу поняла, в чем заключается эта странность. Внутри почти не было мебели.

Молодой человек ввел ее в какую-то комнату, где находилось всего лишь несколько стульев да стол.

- Посидите тут недолго, я сейчас вернусь, - сказал он.

Анжелика села и закрыла глаза. Еще никогда она не чувствовала себя такой несчастной. Даже в тот день, когда она поняла, что мужа похитили. Но тогда она верила, что найдет его. А вот Николая ей уже ни за что не воскресить.

По раздавшимся звукам шагов она определила, что вернулся тот самый таинственный молодой человек. Она открыла глаза.

- Вам следует принять ванну и небного отдохнуть, - заботливо проговорил он. - Сейчас вас проводят.

Он вышел из комнаты и почти сразу же в нее вошла молодая девушка.

- Я вас провожу. Следуйте за мной, - произнесла она.

Ванная была такая же аскетическая, как и все в этом доме, ничего лишнего. Правда, отметила Анжелика, все было чистым.

Она сняла с себя одежду и ужаснулась от того, что она вся была покрыта бурыми крови. На ней смешалась кровь Николая и Твердохлебова. И она даже не может отличить, где чья? У убийцы и убитого она выглядит абсолютно одинаково. Анжелике показалось это крайне несправедливым.

Она стояла под душем не менее часа. И все никак не могла избавиться от ощущение, что ее тело насквозь пропитано кровью. Она даже смотрела на воду, не окрашено ли она в красный цвет. Но вода была самая обычная.

Она вышла из ванной комнаты и обнаружила, что ее уже ждут. Тот же самый молодой человек стоял рядом с дверью.

- Вы очень долго принимали душ, - сказал он, впрочем, без всякого упрека.

Анжелика ничего не ответила. Хотя после принятия душа она чувствовала себя несколько лучше, но все еще была измученной. Кажется, он понял ее состояние, так как уже совсем мягко проговорил:

- Пойдемте за мной.

Он привел ее в другую комнату, в более уютную. Мебели тут тоже было мало, хотя больше, чем в первом помещение. Здесь даже горел камин. Анжелика села к огню, исходившее от него тепло доставляло ей удовольствие.

Она села в кресло, молодой человек сел напротив нее. Некоторое время они молчали. Внезапно Анжелика встрепенулась и посмотрела на него.

- Скажите, где я нахожусь?

- А вы разве не знаете? - удивился он.

- Нет.

- Вы находитесь в ФСБ.

- В ФСБ? - Почему-то это сообщение поразило ее. Она никак не предполагала, что находится в этой организации. Она до этой минуты вообще не думала, у кого находится. Зато кое-что теперь становилось понятным.

- Я должен вам сказать об этом раньше, - сказал молодой человек. - В таком случае, разрешите представиться, меня зовут Михаил.

- Мне нужно представляться?

Михаил улыбнулся.

- Нет. Мы вас отлично знаем.

- Что вы собираетесь делать со мной?

Лицо Михаила стало очень серьезным.

- Это зависит от обстоятельств. Вам все расскажут. Но вы оказались в эпицентре весьма нехороших событий.

- Это не я оказалась, это меня втянули. Сперва похитили моего мужа, затем меня хотели убить. Это вы спасли меня?

- Да. Пришлось стрелять в Твердохлебова, хотя у меня было задание доставить его живым.

- У вас будут неприятности? - К своему удивлению, ее охватило сочувствие к нему.

- Не думайте о таких пустяках. Есть более важные вещи.

- Какие же?

Но ответить Михаил не успел, внезапно дверь с шумом распахнулась, и в комнату влетел высокий, средних лет мужчина с худым хмурым лицом. При виде его Михаил тут же встал.

- Спасибо, капитан, - проговорил он. - Вы можете быть пока свободными. А мы побеседуем с этой дамой.

Михаил посмотрел на Анжелику, и ей показалось, что в адресованном ей взгляде содержится послание. Но прочесть его она не сумела.

Михаил вышел, а его место в кресле занял его начальник. Несколько секунд он молча разглядывал ее.

- Я вам предлагаю признаться во всем добровольно, - вдруг произнес он.

- Признаться, - изумилась Анжелика. - В чем я должна признаться?

- В отмывании преступных денег, в подготовке убийства директора фонда "Капитал плюс" Турова Владимира Георгиевича.

У Анжелике было такое чувство, что ее ударили чем-то твердым по голове.

- Я убила Турова?!

- Не убили, - поправил он ее, - а подготовили убийство. А убил ваш друг и сожитель Николай Омельченко.

У Анжелике возникло стойкое ощущение, что она либо сходит с ума, либо ее дурачат. Внезапно ей вспомнился прощальный напряженный взгляд Михаила. Теперь, кажется, она начинает понимать, что хотел он сказать ей. Нет, судя по всему это более чем серьезно.

- Я не подготавливало никого убийства, а Николай никого не убивал. Единственное, что я хотела, это найти своего мужа. Его похитили.

- Мы знаем о похищении. Более того, нам известно, что это было сделано не без вашего участия.

- Я организовала похищение своего мужа!

- Именно вы. Вы давно вынашивали планы стать во главе банка "Доверие". Вы вступили в преступный сговор с Шаклеиным, разработали план и его похитители.

- Вы несете полный бред, - обреченно произнесла Анжелика.

Она вдруг ясно осознала, что вырваться из лап этих людей будет труднее всего. По каким-то своим, неведомым ей причинам, они решили свалить все преступления на нее. Не исключено, что кто-то таким образом решил замести все следы.

- Я бы вам посоветовал выбирать выражения.

- Оставьте свои советы при себе, - вдруг разозлилась Анжелика. - Если вы надеетесь, что я буду оговаривать саму себя, то глубоко заблуждаетесь.

- Посмотрим, как вы запоете через несколько дней, - усмехнулся мужчина. - Сидеть в холодной, в сырой одиночной камере такой изнеженной крали, как вы, поверьте удовольствие не из приятных, даже для бывалых людей. А уж для вас, тем более. А для усиления эффекта можно круглосуточно не выключать яркий свет. - Он наклонился к ней. - Вот увидите, через два дня вы подпишите любые показания, даже если они будут гласить, что вы японская шпионка.

- Вы - негодяй!

- Даже если так, вам-то что до этого. Вам необходимо спасать свою красивую и нежную шкуру. Вот ваша задача.

Анжелика задумалась.

- Мог я задать вам вопрос?

- Разумеется.

- Что с моим мужем?

- Это я вас хотел о нем спросить.

- Послушайте, вы все отлично знаете. Если хотите, чтобы я с вами сотрудничала, скажите, где мой муж?

Мужчина задумался.

- Мы пока не знаем, где он. Но мы его непременно найдем. Причем, с вашей помощью. У нас есть к нему пара небольших вопросов. Так как?

Анжелика пожала плечами.

- Вот когда найдете, тогда и поговорим.

- Это ваше последнее слово?

- Последнее.

- Что ж, вы сами выбрали свою учесть. А вы ведь такая красивая, богатая, сколько приятных мгновений вам еще может подарить жизнь.

- Если я признаюсь в подготовке убийства Турова, что же хорошего меня может ждать.

- Да будет вам известно, у нашей организации много возможностей, Анжелика Витальевна. Вы можете выслушать в суде самый суровый приговор, а через несколько дней уже загорать на каких-то островах. И единственное неудобств, которое вас там будет ждать, это то, что некоторое время придется привыкать к другому имени и фамилии.

Анжелика отрицательно покачала головой.

- Во-первых, я вам не верю, а во-вторых, я не стану признаваться в том, в чем не виновна.

Мужчина резко встал с кресла.

- Не оставляю надежду, что мы скоро с вами снова встретимся. И наш разговор окажется более плодотоврным.

Быстрыми шагами он вышел из комнаты.

И почти сразу же вместо него вошел все тот же самый капитан. Анжелика заметила, что его обычно улыбчивое лицо было на этот раз хмуро. Он взглянул на нее, и ей снова показалось, что в его взгляде содержится целое послание.

- Вам придется пройти за мной, - произнес он уже привычную Анжелике фразу.

Они вышли из комнаты и стали спускаться по лестнице вниз. У Анжелике невольно замерло сердце, они явно направлялись в подвал.

Она не ошиблась, они спустились вниз и остановились возле обитой железом дверью. Капитан достал ключ и отпер ее.

- Проходите, - сказал он.

Анжелика вошла, и у нее упало сердце. Эта была самая настоящая камера. Причем, именно такая, как обещал ей тот человек, что ее допрашивал: холодная, сырая. Она это сразу ощутила своей кожей. Из мебели в ней была только кровать.

- Сожалею, но здесь вам придется провести некоторое время, - произнес ее конвоир.

- И долго? - спросила Анжелика.

- Как сложатся обстоятельства. Очень многое зависит от вас. - Последние слова он произнес с какой-то непонятной ей интонацией. Он снова явно хотел ей что-то сказать, на что-то натолкнуть. - Если у вас возникнут какие-то неотложные нужды, вот кнопка, звоните.

Дверь за ним закрылась. Анжелика осталась одна в своих владениях. Впервые за все то время, как пропал муж, она чувствовала свое полное бессилие, свою абсолютную зависимость от чужой, явно враждебной воли. И это обстоятельство угнетало ее больше всего.

Делать было совершенно нечего. Она подумала, что если раньше заключенным хотя бы давали Библию, то здесь нет и этого. Единственным занятием в такой ситуации мог быть сон.

Анжелика легла на кровать и тут только обратила внимание на очень яркий, бьющий прямо в глаза свет. Она вспомнила слова того мужчины, надо отдать ему должное, он выполняет все, что обещает.

Анжелика попыталась заснуть, но вскоре поняла, что при таком ярком освещение сделать это будет крайне трудно. Этот свет, от которого было невозможно избавиться, раздражал ее, заставлял усиленно вибрировать нервы. Она накрыла голову подушкой, но он проникал и туда.

Прошло несколько часов этих беспрерывных мучений. Впрочем, прошло ли несколько часов или несколько минут, она точно не знала. В этом каменном мешке время текло по каким-то своим физическим законом, специально изобретенным Богом для этой тюрьмы. Лучше бы она погибла на том поле вместе с Николаем. Не случайно же такое желание у нее возникло сразу же, как только она поняла, что его больше нет, по-видимому, подсознательно она почувствовала тогда, что самое худшее для нее только начинается.

О своих потребностях напомнил ей мочевой пузырь. Она встала с кровати, медленно добралась до кнопки и нажала ее.

Дверь отворилась довольно быстро, на пороге стоял Михаил.

- Вы что-нибудь хотите?

- Представьте себе. Я еще живая, а потому хочу в туалет.

- Идемте.

Туалет оказался тоже в подвале, в шагах десяти от камеры. Михаил открыл дверь, пропустил туда Анжелику и сам зашел следом.

Она удивленно посмотрела на него.

- Вы что намерены присутствовать при сеансе?

- Делайте свое дело и слушайте меня. Туалет - единственное место, где нет прослушки. - Капитан повернулся к ней спиной. - Делайте свое дело.

Анжелике ничего не оставалось, как устроиться на унитазе.

- Слушайте меня внимательно. Вы попали в очень неприятную историю. Идет ликвидацию свидетелей. Это делается по негласному приказу премьер-министра, так как ему грозит разоблачение. А полковник - его человек. (Полковник- это тот мужчина, который ее допрашивал, догадалась Анжелика.) Ни в чем не признавайтесь. Признаетесь, получите пожизненый срок. Им нужен человек на роль козла отпущения. В качестве него выбраны вы.

- Но почему началась ликвидация?

- Из-за Шаклеина. Он прокололся. Он стал грести под себя все, что можно и что нельзя. Это не понравилось его покровителям, и те дали отмашку. Это была их ошибка, так как после того, как им занялись вплотную, от него пошли волны во все стороны. И сейчас под угрозой разоблачения многие высокопоставленные люди.

- Шаклеин жив?

- Пока жив. Но вряд ли это продлится еще долго. Его судить уж точно не будут.

- Я не знаю, что мне делать?

- Я понимаю. Если человек, который может вам помочь. Но он должен быть влиятельным. Чрезвычайно влиятельным.

Анжелика задумалась.

- Говорите быстрей, - поторопил ее Михаил. - Мы и так находимся тут слишком долго.

- Мамонтов, - произнесла она фамилию. - В моей сумочке, которая осталась в комнате, есть его визитка.

- У нас есть все его координаты. И больше никто?

- Больше никто.

- Возвращаемся.

Анжелика снова оказалась в заточении. Она опять легла на кровать, но уже немного с другим чувством. Не то, что ей стало сильно легче, но, по крайней мере, она теперь знает, что происходит. Она больше не будет метаться бесцельно в замкнутом пространстве неопределенности.

Ее мысли сами собой перекинулись на Михаила. А какую играет игру он? Зачем и почему он все это поведал ей? Хочет помочь? Но в таком случае он очень рискует. Или это хитрый ход ее мучителя-полковника?

Свет в камере по-прежнему ярко горел, но она уже немного привыкла к нему, и он ее уже не так раздражал. Она пыталась мысленно выстроить свою линию поведения, но ей это плохо удавалось. Что может она реально противопоставить этому полковнику? Практически ничего. Перед ним поставлена задача заставить ее дать показания против самой себя, и он будет добиваться этой цели всеми доступными ему способами. А какие способы ему еще доступны, она может только предполагать.

Она лежала на кровати. Мысли, которые были с начала очень концентрированными и плотными, постепенно стали редеть, становится все более зыбкими. И произошло то, о чем Анжелика страстно мечтала с той минуты, как попала сюда, ее истомленный выпавшими испытаниями организм погрузился в сон.

Анжелика проснулась с ощущением, что спала очень долго. Но проверить это она никак не могла, часов у нее не было, а в камеру по-прежнему заливал яркий свет. Но сейчас он не слишком ей мешал. Ее угнетало другое, она не знала, какое сейчас время суток.

Зато возникла другая напасть, ее стал донимать холод, который шел от сырых стен. Одеяло было совсем тонким, и никак не могло ее согреть. Она натягивала ее на голову, но это мало помогало. Особенно сильно мерзли ноги, Анжелика чувствовала, как становились они ледяными.

Время казалось висело неподвижно над ней. У нее не было ни малейшего представления, когда снова начнется допрос. Уж лучше он, чем эта неподвижность и неизвестность. Но о ней никто не вспоминал. Вдобавок ее начал мучить голод, она даже не могла точно определить, когда ела в последний раз.

Анжелика слезла с кровати, нажала на кнопку. Подождала. Но на этот раз никто не откликнулся на ее призыв. Ей стало так страшно, как еще не было страшно, может быть, никогда. А если ее оставили тут в этом каменном мешке умирать с голоду. В этом доме явно никто не живет, он скорей всего используется для оперативных целей. И кто знает, когда в следующий раз тут появятся люди. Не исключено, что очень не скоро. И если ее действительно решили таким образом уморить, то они придумала для нее невероятно мучительную смерть.

Анжелика заплакала от жалости к самой себе. Она села на пол и слезы стали падать на каменный грязный пол.

Вдоволь наплакавшись, она решила взять себя в руки. Даже если ее предположения верны, не стоит раскисать. Она должна умереть достойно. И путь враги ее видят, что не смогли ее сломить.

Она снова легла на кровать. Голод мешал думать. Он стала утешать себя мыслью, что его мучения бывают тяжелыми только в первые часы. Затем человек свыкается с ним и даже вообще не желает есть. По крайней мере, она где-то читала именно такое описание этого состояния. Значит, ей следует потерпеть еще не так долго, а потом станет легче. И самое лучшее попытаться еще заснуть.

Самое удивительное заключалось в том, что ей удалось это снова сделать. По-видимому, таким образом организм защищал ее от физических и психологических мучений.

Она проснулась от того, что кто-то дергал ее за плечо. Анжелика открыла глаза и увидела Михаила.

- Вас вызывают, идемте, - сказал он.

Анжелика не без труда села на кровати.

- Я хочу есть, - объявил она.

- Вам дадут есть, - пообещал он. - Но чуть позже. Вставайте.

Анжелика встала и не без удивления констатировала, что чувствует себя вполне крепкой. Голодание пошло ей даже на пользу, по крайней мере, тело было легким и послушным. И она, в самом деле, уже не испытывала таких острых голодных мук, есть хотелось, но это чувство было несколько приглушенным.

Они вышли из камеры и стали подниматься наверх. Анжелика внимательно присматривалась к Михаил, ей показалось, что он выглядит очень хмурым. Она хотела спросить, что с ним случилось, но вовремя прикусила язык, вспомнив об его предупреждение о наличии подслушивающих устройств.

Михаил ввел ее в знакомую комнату, где проходил первый допрос. Тут уже находился и допрашивающий.

- Вы свободны, капитан, - сказал он.

Ей показалось, что полковник сильно взвинчен, он буквально не мог сидеть на месте. Все члены его тела без конца производили самые различные движения.

Несколько раз он прошелся по комнате, затем остановился возле Анжелики. Его злые глаза буквально пронзали ее взглядами, словно бы стремясь выжечь на ее теле отверстия.

- Ну, как надумали говорить? - спросил он.

- Нет. Я не стану себя оговаривать

- Ах, не станешь! - мгновенно, как спичка, вспыхнул он, да так сильно, что по его лицу пошли бурые пятна. - Значит, суточное пребывание в камере тебе не пошло на пользу, сука.

Значит, я пробыла там сутки, отметила мысленно Анжелика.

- Выходит, условия там оказались слишком комфортными. Ты не такая нежная, какой кажется с виду. Ничего, мы сделаем их такими, что ты и часа там не выдержишь.

- Вы изувер и садист. Вы все равно ничего от меня не добьетесь. С таким ничтожеством я даже больше говорить не буду. Вы еще ответите за все издевательства надо мной. Как бы вам самому не оказаться там, где я только что была.

- Так ты мне еще угрожаешь, шлюха! - Остатки выдержки покинули его. - Сейчас я тебе преподам урок почтительности.

Большой, покрытый черными волосами кулак устремился прямо ей в лицо. Дальнейшие действия Анжелики были автоматическими, отработанными за многие годы тренировок. Она наклонила голову вниз, кулак просвистел мимо, она подобралась под мужчину и, положив его на плечо, что есть силы крутанула его.

Полковник приземлился на стоящий не по далеку стол, а затем и стол, и он сам с огромным грохотом упали на землю. Разъяренный мужчина вскочил на ноги. Судя по искаженному яростью его лицу, он полностью утратил контроль над собой.

- Сейчас ты у меня за все получишь, гадюка! - завопил он.

В его руках появился пистолет, который уставился прямо в сердце Анжелике. Раздался оглушительный грохот выстрела, и полковник, схватившись за грудь, повалился на пол.

Анжелика перевела взгляд с него на вбежавшего в комнату Михаила. Его пистолет еще дымился.

Михаил подбежал к полковнику, заглянул ему в глаза. Потом посмотрел на Анжелику.

- Он убит? - спросила она.

Михаил ничего не ответил.

- Бежим! - бросил он ей.

Не дожидаясь ее реакции, он грубо схватил Анжелику за руку и потянул за собой.

Они выбежали из дома. Рядом с ним стояла машина. Михаил отворил дверцу и затолкал в салон Анжелику. При этом она больно стукнулось коленом об нее.

- Вы что делаете! - воскликнула с негодованием она.

- Сюда с минуты на минутку нагрянет спецназ. В конторе все видели, что тут произошло.

Как на грех, машина не заводилась. Они теряли драгоценные секунды, но мотору было на это глубоко наплевать. Он чихал и кашлял, после чего глох. Затем тот же цикл повторялся снова.

Михаил чертыхался, но это, к сожалению, но это нисколько не помогало делу, автомобиль ехать не желал.

- Все! Вылезаем, - зло воскликнул он. - Они будут через три-четыре минуты.

Боль в ноге у Анжелике еще не прошла, и она не без труда вывезла из машины. Бежать быстро она не могла.

Михаил бросился вперед, но быстро остановился и посмотрел на нее.

- Чего вы плететесь?! - заорал он.

- Я ушибла ногу. Я не могу быстро бежать.

Он подскочил к ней и схватил ее в охапку. На вид он не производил очень сильного мужчину, но оказалось, что на самом деле сил у него было более чем достаточно. Вместе с ней он побежал к выходу из участка.

Капитан оказался прав, спецназ прибыл сюда через несколько минут. Анжелике и Михаилу едва удалось спрятаться в кустах у дороги. Они видели, как несколько машин остановились возле дома и из них стали выбегать одетые в камуфляж вооруженные люди.

- Ползем, - прошептал ей прямо в ухо он.

Они находились в каком-то поселке, застроенном небольшими коттеджами. Анжелика и Михаил, укрываясь за кустами, ползли вдоль какого-то забора. В одном месте они обнаружили оторванную доску. Через эту щель вполне можно было протиснуться.

- Давайте вы первая, а я вам помогу, - снова прошептал он.

Анжелике застряла в плечах. Попытка продвинуться дальше вызывала сильную боль. Михаил сзади что есть силы стал толкать ее вперед. Она едва не закричала, болевой шок был таким сильным, что Анжелика даже на мгновение потеряла сознание. Зато она оказалась по ту сторону заграждения.

Михаил тоже каким-то чудом протиснулся в отверстие, хотя он был шире ее в плечах. Так же ползком они двинулись к дому, прислушиваясь к раздающимся вокруг звукам.

На двери висел большой замок. Михаил извлек из кармана какой-то инструмент, что-то вроде отмычки и легко справился с ним. Он открыл дверь и жестом пригласил Анжелику войти в дом.

Михаил встал у окна, наблюдая за тем, что происходит вокруг. Но росшие на участке деревья заслоняли видимость.

Анжелика села в кресло.

- Сядьте на пол, - сказал ей Михаил, - так безопасней.

Она послушно пересела на пол, он приземлился рядом с ней.

- Они нас тут быстро найдут, - сказала Анжелика.

- Вряд ли, - возразил Михаил. Дом, где мы были, это конспиративная резиденция, никто не знает из окрестных жителей, что она используется ФСБ. Чтобы не разоблачить ее, эти ребята не станут здесь ничего обыскивать. Они поступят по-другому, незаметно перекроют всех выходы из поселка. Нам придется тут сидеть до тех пор, пока не стемнеет.

- Я хочу есть, - сообщила Анжелика.

- Вы сидите, а я поищу, наверняка тут есть какая-нибудь еда.

Вернулся Михаил через несколько минут. В руках он держал две банки консерв.

- Есть еще на кухне всякие крупы, но вряд ли мы будем варить кашу, - сообщил о своих происках он.

Из кармана Михаил достал перочинный нож и открыл банку. Это были самые обычные сардины, но Анжелике казалось, что ничего вкуснее она в жизни не пробовала. Содержимое банки исчезло буквально за одну-две минуты.

- Хотите еще? - спросил Михаил, наблюдая за тем, как она жадно ест.

Анжелика кивнула головой.

- Сейчас открою вторую банку.

- А вы?

- Я тоже хочу есть, но не так сильно. Я все-таки не так уж давно обедал, а вы не ели более суток. Ешьте.

Анжелика благодарно посмотрела на него и очистила эту банку от содержимого почти с такой же скоростью, как и ее предшественницу.

Она почувствовала себя легче. По крайней мере, в животе больше не ощущалось этой противной пустоты. Теперь она могла почти нормально, и думать, и говорить.

- Вы спасли мне жизнь. Во второй раз. Этот ваш полковник имел приказ меня убить?

- Не думаю. Он просто вышел из себя. По-видимому, он получил сильную взбучку, от него требовали добиться ваших признаний немедленно. Иначе большие неприятности грозили уже ему.

- Но зачем ему это надо?

- Я уже вам говорил, он работает на премьер-министра и его людей. Сухомлинов пользовался в конторе плохой репутацией. Он был жестоким. Но никто не мог его тронуть, у него были высокие покровители. - Михаил о чем-то задумался. - Теперь после того, что случилось, и мне и вам грозит смерть. Как только нас поймают, то церемониться не станут, кокнут сразу. И я не знаю, кто нас способен спасти.

Теперь задумалась Анжелика.

- Вы связались с Мамонтовым?

- Да, связался. Он был крайне встревожен, стал расспрашивать, но я ничего не мог ему объяснить. Его телефон почти наверняка прослушивается. Но я не уверен, что он сумеет помочь.

- Больше некому, - убежденно проговорила Анжелика. - Но что нам делать сейчас дальше?

- Когда наступит ночь, попробуем выбраться из поселка. А там придется скрываться до тех пор, пока положение не изменится.

- Вы из-за меня попали в передрягу, - сказала Анжелика. - Зачем вы это сделали?

Он посмотрел на нее, но не ответил. Впрочем, его взгляд был настолько красноречив, что слов и не требовал.

- Спасибо вам, - сказала она и притронулась губами к его щеке. Она увидела, как он покраснел.

Они оба смутились.

- Вам что-нибудь известно о моем муже? - спросила Анжелика.

- Ничего. И, насколько я знаю, в конторе тоже ничего не известно. Вы его очень любите? - после небольшой паузы спросил Михаил.

- Очень.

Капитан вздохнул.

- Завидую ему, его любит такая женщина, как вы. А я все никак не женюсь. Нет времени.

- Сколько вам лет, Михаил?

- Двадцать восемь.

- Мы с вами ровесники.

- Я знаю. Я многое о вас знаю. Знаете, что мне радует в этой ситуации?

- Что?

- Если нас убьют, то убьют скорей всего вместе.

- Это, в самом деле, большое утешение, - невольно улыбнулась Анжелика. - Но мне надо выжить. Я еще не нашла мужа. Вы мне поможете его найти?

- Помогу, - без большого энтузиазма согласился Михаил. - Если только выберемся отсюда.

- А что будет с вами?

- Ничего хорошего. На мне убийство, да еще собственного начальника, осуществленного под пристальным вниманием объектива кинокамеры. Она зафиксировала все.

- Но тогда она зафиксировала и то, как он хотел меня застрелить! - воскликнула Анжелика. - А в этом ваше оправдание.

- Да. Отныне все зависит от того, чьи силы одержат вверх. Там, на верху, и у нас, в конторе. А это во многом зависит и от вас, - задумчиво произнес капитан.

- От меня? - удивилась Анжелика.

- Разумеется. Вы держите в своих руках все основные нити этого дела. Вот только не ясно, как их размотать?

С улицы донесся шум моторов отъезжающих машин.

- Я вам говорил, - удовлетворенно констатировал Михаил. - Теперь они будут нас ловить ночью. Нам стоит набраться сил и поспать. В соседней комнате стоит широкая кровать. Почему бы нам на ней не отдохнуть.

Так как со стороны Анжелики возражений не последовало, он встал, протянул ей руку и помог встать. Так, держа друг друга за руки, они оказались в спальне.

Кровать, в самом деле, была широкой и мягкой. Отсутствующие обитатели этого дома явно знали толк в комфорте. Не раздеваясь, они легли прямо на покрывало.

Когда Анжелика проснулась, за окном уже начала сгущаться тьма, дождь барабанил по крыше, листьям деревьев.

Она повернула голову к Михаилу. Тот лежал с открытыми глазами. А в глазах горело такое сильное желание, что сомневаться в том, что он сейчас испытывает, было совершенно невозможно.

Он дважды спас ее жизнь, подумала Анжелика. Я просто не могу ему отказать. За это меня никто не может осудить.

Она повернулась к нему всем телом и обняла за шею. И сразу же почувствовала на своем лице его горячие губы. Они соединились в долгом поцелуе.

Уже наступила ночь, когда они разомкнули объятия. Анжелика чувствовала себя небывало легко. Если занятие любовью с другими мужчинами оставляло в ее душе шрамы в виде глубокой вины перед мужем, то, что случилось у нее с Михаилом, не вызывало в ней никаких отрицательных эмоций. Она сама не знала, почему это так, но ей было безмерно приятно от того, что на этот раз выпитый ею напиток любви нисколько не горчил, а был сладок и приятен.

- Пора выбираться отсюда. - сказал Михаил.

- Я готова, - бодро, почти даже весело отозвалась Анжелика.

Он посмотрел на нее и покачал головой.

- Ты зря так беспечно настроена, можешь не сомневаться, тут все перекрыто. Если мы выберемся из поселка, это будет сродни чуду.

Анжелике стало стыдно за свое легкомыслие.

- Извини, просто эти часы мне было хорошо.

Михаил поцеловал молодую женщину.

- Это я не прав. Пойдем.

Они вышли из дома. Михаил внимательно осмотрелся вокруг. Но пока все было тихо. К Анжелике даже прокралась мысль, что может Михаил и ошибается, и никаких кордонов и засад тут нет.

- На дорогу нам выходить нельзя, - прошептал он. - Надо идти в противоположную сторону.

Они обогнули дом и приблизились к забору. За ним начинался другой участок. Несколько окон стоящего на нем дома были освещены.

- Лезь, только не шуми. Иначе нам конец, - предупредил Анжелику Михаил.

В темноте лезть через забор было не так-то просто. Она разорвала брюки, зацепившись за гвоздь. Ей стало жалко их, это был костюм, который очень нравился Игорю.

Они оказались на соседнем участке. Недалеко от дома стояла машина.

- Почему бы нам не воспользоваться автотранспортом, - задумчиво пробормотал Михаил.

- Я еще никогда не угоняла машину, - сказала Анжелика.

- Я - тоже. Но все когда-нибудь происходит впервые.

- Мне стыдно это делать, эти люди не заслужили такого к себе отношения.

- Ты права, обещаем, что если останется в живых, непременно восполним их потерю.

- Я тоже обещаю это сделать.

Взятое на себя обязательство отчасти облегчило Анжелики укоры совести.

Машина была совсем старая. Судя по всему, ее хозяева были настолько уверенны, что она никому не может, кроме них, понадобится, что даже не закрыли дверь ключ.

Михаил отворил ворота, вернулся к машине и сел за руль.

- Ну, с Богом, - сказал он.

- Ты веришь в Бога? - зачем-то спросила Анжелика. Сейчас явно был не тот момент, когда следовала выяснять этот вопрос.

- Не знаю. Но сейчас спасти нас может только Он. Одних человеческих усилий тут не хватит.

Михаил завел мотор и, судя по тому, как быстро он это сделал, как добро заголосил двигатель, машина, несмотря на свой преклонный возраст, была еще в хорошей форме.

Михаил дал газ, и они выскочили на дорогу.

Несколько минут они ехали беспрепятственно, и у Анжелике вновь зародилась надежда, что им без приключений удастся выбраться из поселка.

Внезапно откуда-то из кустов прямо перед ними возникла два человека. Жестами они приказывали им остановиться.

Вместо этого Михаил еще сильней надавил на педаль газа, едва не протаранив спецназовцев. Они едва успели отскочить от машины. Ночная тишина огласилась их криками, а затем вслед за ними прогремели автоматные очереди.

Михаил внезапно куда-то круто свернул, и они едва не врезались в очередной забор. Они ехали по очень узкой дорожке, машина едва умещалась на ней. Зато никаких кордонов тут не могло быть, им просто негде было разместиться.

Они несколько раз куда-то сворачивали, окончательно потеряв все ориентиры. Но именно это их скорей всего пока спасало, так как те, кто организовывал блокаду поселка, явно не ожидал, что они окажутся в этой его части.

Внезапно дорогу им перегородила стена большого дома. Дальше проезда не было. Зато впереди, всего в метрах двести темнел лес.

- Выходим, - сказал Михаил. - Будем пробиваться к лесу.

Сначала они шли вдоль дома, затем его сменил нескончаемый забор. Это было какое-то большое поместье, надежно огороженное со всех сторон.

Неожиданно забор кончился, и они оказались совсем близко до леса, их отделяло от него пространство всего в метров пятьдесят.

- Бежим, - бросил ей Михаил.

Они были уже совсем рядом с лесом, как, словно бы из-под земли, возникли две фигуры.

Михаил мгновенно достал из кармана пистолет и пару раз выстелил. Один упал, но второй полоснул из них из автомата. Михаил успел толкнуть на землю Анжелику, спасая ее в третий раз.

Они лежали в траве и наблюдали за тем, как ищет их спецназовец. Он шел в их направлении, выставив впереди себя автомат и готовый при малейшей опасности выстрелить из него.

Михаил кинул камень. Тот упал, и спецназовец быстро повернулся на шум. Михаил, как пантера, бросился ему на спину, повалил и пару раз ударил. Тот затих.

- Бежим! - приглушенно крикнул Михаил Анжелике.

Они остановились, оказавшись глубоко в лесу. Вокруг были только деревья. Измученная Анжелика села прямо на землю. У нее было ощущение, что больше она не в состоянии сделать ни шагу.

Михаил примостился рядом с ней.

- Отдыхаем пять минут и идем дальше. Мы должны пока темно уйти от этого места как можно дальше. Утром они начнут уже массовую облаву. Мы слишком сильно наследили.

- Может быть, лучше им сдастся, - предложила Анжелика. - Все равно они нас поймают. А у меня уже нет сил куда-то идти.

- Нас не просто поймают, нас тут же убьют. Мы оба слишком много знаем.

- Это ты знаешь. Я сдамся, а ты исчезнешь.

- Нет, - возразил Михаил, - теперь и ты знаешь немало. Ты оказалась втянута в очень опасные события. Ни при нынешнем раскладе ни у тебя, ни у меня нет ни н что шансов. Все, хватит болтать, встаем и идем. Часа три в запасе у нас еще есть.

Они пробирались по лесу, то и дело натыкаясь на острые ветви или кустарники. Кожа у Анжелики была сплошь исцарапана. Боль возникала так часто, что через некоторое время она уже перестала остро реагировать на нее, это отнимало чересчур много сил.

Лес кончился как-то внезапно. Они оказались возле какого-то шоссе. Вокруг не было ни души, только где-то далеко горело несколько огоньков. Скорей всего там было какое-то поселение.

Пока они пробиралась по чащобе, то почти не общались. Но теперь Анжеликой вдруг овладела какая-то болезненная болтливость.

- Что нам делать тут? Мы даже не знаем, в какую сторону идти. Так можно шагать еще несколько часов. Но куда мы придем? Я устала, я ничего больше не хочу. Слышишь, ничего больше не хочу. У меня, как бензин в моторе, кончились силы.

- Ерунда, - отозвался Михаил. - Сил полно. Они в человеке вообще никогда не кончаются. Так он устроен. Вспомни, тебе это внушал твой Арсен.

- Откуда ты знаешь про Арсена? - удивилась Анжелика. Михаил не ответил. - Ах, да, вам же положено все знать. - Она напрягла память. - Да, он, в самом деле, однажды такое говорил. Но он ошибался, мои силы на исходе.

- Ошибаешься ты. Послушай! - Тон Михаила внезапно стал резким, - мы не можем себе позволить такую роскошь, как расслабиться. Мы оба приговорены. Ты хочешь спастись?

- А знаешь, не могу понять. Я столько испытывала всего с тех пор, как похитили мужа, что не могу определить, что же чувствую. Кажется, уже ничего. Иногда мне кажется, что у меня внутри все заморожено. А раз так, то пора умирать.

- Хватит! - прикрикнул Михаил на нее. - Мы будем жить. Ускорь лучше шаг, а то мы тащимся, как старик со старухой.

После этих слов наступила долгая пауза в разговоре. Они молча шагали по пустынной дороге. Внезапно раздался отдаленный, но такой знакомый звук мотора. А еще через пару минут показался и сам автомобиль.

Это были обыкновенные "Жигули".

- Нет, это не наши, - оценил Михаил. - Будем останавливать.

Машина быстро приближалась. Когда до нее оставалось метров двадцать пять, на середину шоссе выскочил Михаил. "Жигули" резко затормозили, наполнив окрестность противным скрипом.

Из машины в ярости буквально вылетел молодой парень.

- Ты что, идиот, вытворяешь? - заорал он.

Михаил подошел к нему почти вплотную, быстро достал из кармана пистолет и уперся дулом в живот владельца машины.

- Слушай, парень, мы тебе ничего не сделаем, если будешь выполнять все мои указания. Нам нужно срочно в Москву.

Теперь парню было явно не гнева.

- Да я же в другую совсем сторону еду. Это же туда, - показал он в направление, откуда они пришли.

- Значит, судьба тебе сегодня поехать в противоположную сторону. У нас нет времени. - Михаил ткнул его пистолетом в живот.

Этот аргумент оказался весьма убедительным.

- Ты, правда, со мной ничего не сделаешь? - недоверчиво спросил он.

- Если будешь послушным мальчиком. Довезешь до нужного нам места и езжай восвояси. Анжелика, такси подано! - крикнул Михаил.

Появление Анжелики произвело на владельца машины странное действие. Даже, несмотря на царящую вокруг темноту, он рассмотрел, какую красавицу послала ему судьба. Больше он не сопротивлялся, а сам галантно отворил перед дамой заднюю дверцу машины.

То ли парень был лихач, то хотел произвести впечатление на свою прекрасную пассажирку, но автомобиль летел, как ракета. Он даже попытался наладить диалог со своими попутчиками, но Михаил попросил его помолчать. Тот помнил об его действенном аргументе и больше таких попыток не делал.

Москва была совсем недалеко, и они въехали в город, когда рассвет только-только начинал свое шествие по небесам. Михаил приказал остановиться возле станции метро.

- Спасибо, что подвез, - поблагодарил их невольного водителя Михаил. - Сколько с нас?

Однако владелец машины не принял юмора.

- Идите вы... - пробормотал он, и как только Анжелика и Михаил оказались на тротуаре, он тут же тронулся с места и помчался в обратном направлении.

Метро только открылось, и народу было мало. Они сели в вагон.

- Куда мы едем? - спросила Анжелика.

- Не знаю, - честно ответил ее спутник. - Ни тебе, ни мне домой приходить нельзя. И ко всем своим знакомым тоже. За их домами уже ведется наблюдение.

- Что же нам делать? - растерянно спросила Анжелика. Почему-то больше всего в этой ситуации ее угнетало то, что в самое ближайшее время ей не удастся забраться в свою в ванну. Ничего ей сейчас так не хотелось, как лечь в теплую, успокаивающую воду, закрыть глаза и наслаждаться нежными ее прикосновениями.

- Не знаю, надо думать.

- Когда мы будем думать?

- Скоро. А сейчас нам надо поспать. У меня от бессонницы голова идет кругом.

- И где же мы будем спать? - удивилась она.

- Здесь в метро и будем. Пока всю линию проедем, вполне можно вздремнуть. А там выйдем и снова поедем.

В самом деле, а почему бы и не поспать. Тем более многие пассажиры тоже дремлют. Михаил прав, очень трудно думать, если голова такая ж тяжелая, как чугунный шар, которым разбивают старые дома.

Анжелика закрыла глаза. Сон пришел к ней быстро. И, когда почувствовала, как кто-то трясет ее за плечо, то долго не хотела просыпаться.

- Что случилось? - испуганно спросила Анжелика, ничего не понимая спросонья.

- Конечная, - сообщил Михаил, - пересаживаемся и едем в обратном направлении.

Так они ездили часа два. Дабы запутать следы, несколько раз пересаживались на другие ветки. Наконец Михаил решил, что они достаточно выспались, и они выбрались на поверхность.

И сразу же Анжелике неудержимо захотелось есть. Голод был такой сильный, что, казалось, выворачивал на изнанку весь желудок.

Она сообщила о своем желании Михаилу.

- У меня нет ни копейки денег. Все осталось там, - сказала она.

- На наше счастье немного денег у меня с собой есть. По крайней мере, на завтрак хватит.

Они нашли какую-то забегаловку. Там кормили пельменями, шашлыками и еще почему-то чебуреками. Анжелика обожала пельмени, и сейчас взяла сразу две порции. Михаил заказал шашлык и кружку пива. И едва официант поставил ее на стол, он жадно приник к ней.

- Целый день мечтаю о пиве, - признался он.

- А я о том, чтобы залезть в ванную. Тебе легче, ты свое желание осуществил.

- Ты права, с ванной придется повременить, - согласился Михаил. - Дела у нас хреновые. Ни домой, ни к знакомым идти нельзя. И денег очень мало. Я знаю гостиницы, где н спрашивают документы, там можно было бы отсидеться. Или отлежаться. Но деньги спрашивают везде.

- Что же нам, словно бездомным, целыми днями бродить по улицам?

Михаил посмотрел на Анжелику.

- Кто нам может помочь?

- Мамонтов, - убежденно проговорила Анжелика.

- Ты опять о нем. Почему ты уверена, что она станет тебе помогать. Когда узнает, что тебя ищет ФСБ, у него быстро пропадет желание что-то для тебя сделать.

- Не пропадет. - Она взглянула на Михаила и увидела по его лицу, что он ждет объяснений. - Он влюблен в меня, он в Лондоне сделал мне предложение.

- То, что он в тебя влюблен, меня совсем не удивляет. Но ведь и за ним скорей всего ведется слежка. Если мы попытаемся с ним связаться, нас запеленгуют.

- Что же делать? - уже не в первый раз растерянно спросила Анжелика.

- Нужен человек, который смог бы с ним связаться.

- Есть такой человек!

- Кто?

- Мой старый друг, Саша Чистяков. Тебе что-нибудь говорит это имя?

- Нет. Не исключено, что он н попал в наше поле зрения. Я знаю всех из твоего окружения, за ком следили. Наверное, его фигура сочли слишком незначительной. Что ж, давай попробуем с ним связаться. Только не по телефону. Ты знаешь, где он живет?

- Да, я у него была. Только он сейчас на работе. Придется ждать вечера.

Такого бесцельного дня у Анжелики не выпадало едва ли не с рождения. Идти им было совершенно некуда. Но чтобы не привлекать к себе внимание, они постоянно перемещались по городу. Она чувствовала себя совершенно разбитой, за последние годы она привыкла к тому, что каждый час у нее наполнен до краев. Время летело незаметно, как пущенная из лука стрела. Сейчас же все разом остановилось, и это сильно угнетало Анжелику.

Наконец начало темнеть.

- Можно ехать к нему, - предложила Анжелика.

- Рано. Подождем еще немного.

- Я не могу. Мне кажется, я вот-вот взорвусь. Это бесцельное шатание по городу убивает меня.

Михаил посмотрел на нее и вздохнул.

- Хорошо, поехали. Двум смертям не бывать, а одной все равно не миновать. Я тоже чертовски измучился от этого праздношатания.

Михаил попросил Анжелика остаться в метрах двести от дома Чистякова, а сам пошел на разведку. Не появлялся он довольно долго, и Анжелика забеспокоилась. Она уже проклинала себя за то, что втравила его в эту поездку. Он же предупреждал ее, что надо ехать позже.

Внезапно, как из-под земли, появился Михаил.

- Я все проверил, чисто. Можем идти к твоему знакомому.

Они подошли к дому Чистякова. Анжелика надавила на звонок. Почему-то ее охватило волнение. Она сама не понимала истока этого чувства, но, к ее удивлению, оно усиливалось буквально с каждой секундой.

Из дома вышел Чистяков. Он был в домашнем халате. Анжелика еще ни разу не видела его в таком одеянии, и он ей даже показался в нем немного чужим.

- Кто там? - не скрывая недовольства, спросил он.

- Саша, это я, - сказала Анжелика.

- Анжелика?! Боже мой, Анжелика.

Чистяков поспешно калитку.

- Входи... - голос его прервался, так как он увидел Михаила.

- Это мой друг, - неопределенно пояснила Анжелика.

- Входите, - закончил он со второй попытки слово.

Все направились к дому.

- Что случилось, Анжелика? - воскликнул он, когда они вошли в дом. - Все тебя ищут. Весь банк буквально стоит на ушах.

- Я тебе объясню как-нибудь потом. Я к тебе пришла за помощью. Мне угрожает опасность.

- Опасность?

- Да.

- Ничего не понимаю, что за опасность. Говори ясней.

- Когда-нибудь я тебе все объясню. А сейчас прошу тебя, не спрашивай.

- Хорошо, не буду спрашивать, - не без обиды проговорил Чистяков. - Что мне надо сделать?

- Передать письмо одному человеку, - подал голос Михаил. - Вот и все.

- А хотя бы кому, я могу узнать.

- Конечно, - сказала Анжелика. - Мамонтову Валерию Ильичу.

- Вот оно что, - задумчиво протянул Чистяков. - А как я его найду? Я понятие не имею, где он обитает.

- Я скажу вам, - произнес Михаил.

- Ну, хорошо, я согласен. Я так понимаю, ехать надо прямо сейчас.

- Да, - сказал Михаил. - Только Анжелика сейчас быстро напишет письмо.

- Да, принеси бумагу и ручку, - попросила она.

Анжелика писала минут пятнадцать. Она кратко изложила все, что произошло с ней за последние дни. И в конце дописала: только президент способен им помочь, иначе они погибнут.

Пока Анжелика сочиняла послание, Чистяков переодевался в другой комнате. Затем он появился снова.

- Я готов, - объявил он. - Кстати, вы можете располагаться в моем доме, как у себя. Анжелика, ты ужасно выглядишь, почему бы тебе ни принять душ.

- Я с удовольствием, - обрадовалась она.

- Спасибо за гостеприимство, но мы тоже поедем, - вмешался Михаил. - Мы будем вам звонить.

Чистяков недоуменно посмотрел поочередно на каждого из своих гостей.

- Как хотите, - сказал он. Затем посмотрел на Анжелику. - Может быть, хотя бы ты останешься?

- Нет, мы уйдем вместе.

Чистяков подвез их на машине до дороги. Дальше Михаил попросил его остановить и решительно вылез из автомобиля. Анжелике невольно пришлось последовать за ним. Но перед этим она на несколько секунд задержалась в салоне.

- Саша, ты не можешь мне одолжить денег?

- Денег? - удивился Чистяков. - У тебя нет денег?

- Нет, - горестно вздохнула она.

- И сколько?

- Сколько можешь. Но желательно побольше.

Чистяков достал из кармана бумажник и извлек из него всю имеющуюся там наличность.

- Возьми, - протянул он деньги Анжелики.

- Спасибо, я это никогда не забуду. Она чмокнула его в щеку. - Да, а у тебя что-нибудь осталось? - спохватилась она.

- Не беспокойся, на обратном пути сниму из банкомата. А где твои карточки?

- Пропали. Ну, я пойду.

Автомобиль Чистякова быстро скрылся за поворотом.

- Пойдем и мы, - сказал Михаил.

Они зашагали вдоль шоссе. Анжелика заметила, что с лица Михаила не сходит недовольное выражение.

- Ты чем-то недоволен? - поинтересовалась она.

- Мы не должны были сюда приезжать и вовлекать твоего друга в наши дела, - отозвался он. - Мы поступили сверх неосторожно.

- Я полностью доверяю ему.

Михаил безнадежно махнул рукой.

- Разве в этом дело. Контора нас потеряла, а теперь снова найдет.

- Зато я одолжила у него деньги. Мы можем где-нибудь переночевать в нормальных условиях.

- Хорошо, - не без колебаний согласился он. - Поехали в нормальные условия.

Им удалось довольно быстро поймать машину. Михаил назвал адрес, и минут через сорок она остановилась возле неприметного четырехэтажного дома. Они расплатились с шофером, и вышли из автомобиля.

- Это общежитие, - пояснил Михаил. - Здесь в основном останавливаются эмигранты из азиатских стран. В свое время тут был большой перевалочный пункт наркотрафика. Мы его прикрыли. Но, подозреваю, что он снова здесь действует.

- Ты хочешь сказать, что это притон.

- Что-то вроде этого. Но здесь нас уж точно искать не станут.

Они вошли в здание и сразу же натолкнулись на группу мужчин азиатской внешности. Они так красноречиво посмотрели на Анжелику, что ей сразу же стало тревожно. У нее возникло сильное желание немедленно покинуть это место. Но не меньше она хотела спать. Ее просто преследовала мысль о мягкой и теплой постели. Хорошая еда, удобная кровать, все это, оказывается, и являются на самом деле важнейшими ценностями. Правда, становится это понятным только тогда, когда их теряешь.

Михаил понял ее состояние.

- Уходим или остаемся? - спросил он.

- Остаемся. Я жутко хочу спать.

Получить комнату не составило никакого труда, они положили названную им сумму на стол, им взамен выдали ключи.

Комната оказалась длинной и узкой, как пенал. Кроме стоящих вдоль стен двух кроватей и тумбочек другой мебели здесь не было.

Постель оказалась далеко не такой мягкой, как мечтала Анжелика. Но спать на ней было можно. Правда, большое сомнение вызывала чистота постельного белья, оно было каким-то серым. И Анжелика охватила брезгливость. Но навалившаяся на нее тяжесть сна позволило преодолеть это чувство.

Анжелика почти моментально скинула с себя одежду и нырнула под одеяло. Боже, какое же это блаженство! Неужели сейчас она уснет, и до самого утра ничего не будет чувствовать. Даже не верится.

Ее разбудил громкий стук в дверь. Ничего не понимая, что происходит, она села на кровать. Михаил тоже проснулся.

- Что происходит? - с тревогой спросила Анжелика.

- Этого я и боялся, - отозвался Михаил. - Здесь почти никогда не бывает женщин. А эти азиаты не умеют себя сдерживать. Они прослышали, что ты здесь - вот и ломятся.

- Ты хочешь сказать, что все общежитие намерено меня изнасиловать.

- Такое тут уже бывало. - Михаил достал из-под подушки пистолет.

Напор на дверь усиливался с каждой секундой. Было ясно, что еще несколько минут, и она не выдержит взбесившихся от овладевшей их похоти мужчин. Ну а что случится дальше, представить было не трудно.

- Придется выпрыгивать в окно, хорошо хоть, что мы всего лишь на втором этаже. Одевайся быстрей!

Повторять дважды Анжелике было не надо, уже через несколько секунд она вернула на свое тело одежду.

Дверь затрещала.

- Давай к окну, - крикнул ей Михаил.

Он первым вскочил на подоконник, отворил створку окна. - Я прыгаю, ты сразу же за мной.

Он прыгнул. Анжелика заняла на подоконнике освободившееся место. И в это мгновение наконец дверь не выдержала и распахнулась. Толпа разгоряченных мужчин ввались в комнату. Анжелика прыгнула, даже не посмотрев, куда.

Если бы не Михаил, который буквально поймал ее на руки, приземление могло бы закончиться для нее плачевно.

Он поставил ее на ноги.

- Бежим! - крикнул Михаил.

Но в этот миг из общежития выбежало несколько наиболее расторопных постояльцев. Они бросились к ним.

Прямо на Анжелику бежал довольно высокий и крепкий азиат. Его раскосые глаза сверкали от возбуждения, как два фонаря. Михаил ничем не мог ей помочь, так как он сцепился с двумя другими напавшими на них.

Не добежав до Анжелики шагов пять, он остановился, широко раздвинув ноги, как бы тем самым, преграждая ей путь. Внезапно он громко рассмеялся от предвкушения предстоящего удовольствия. Сомнений в том, что ничего уже не способно ему помешать, он, судя по всему, не испытывал.

Внезапно он, словно коршун на добычу, кинулся на Анжелику. Она быстро сделала шаг в сторону и подсечкой уронила его на землю. Но это небольшая заминка нисколько не охладила его пыла, он тут же вскочил и снова устремился на нее, стараясь сбить ее с ног.

На этот раз Анжелика не успела уклониться, и он буквально сшиб ее. Она упала, он же навалился всей своей немалой массой тела. Она почувствовал его слюнявые губы на своем лице, а его руки зашарили по ее телу.

Ей стало так противно, что это увеличило ее силы. Она сделала резкое движение, насильник невольно немного ослабил хватку и привстал. Этих мгновений Анжелики хватило на то, чтобы ударить коленом ему в пах. Тот взвыл и еще больше ослабил хватку. Анжелика уперлась ему ступней в грудь и перебросила через себя.

Она тут же вскочила и посмотрела. Что происходит по близости. Михаил разделался со своими противниками, которые корчились от боли на земле. Но из дверей на помощь им спешило мощное подкрепление. Он достал пистолет и выстрелил вверх.

Далее последовала немая сцена. Все мгновенно застыли, словно загипнотизированные этим выстрелом.

- Кто сделает вперед хоть один шаг, того убью! - заорал во всю мощь своего своих голосовых связок Михаил.

Скорей всего в этой толпе мало кто знал русский язык, но в данном случае все было понятно и без переводчика.

Они стали удаляться от общежития. Михаила держал наготове пистолет. И не только отойдя на приличное расстояние, он спрятал его в карман.

- Сейчас в общежитие может нагрянуть милиция. Надо как можно скорей давать деру.

Они поймали машину и, проехав каких-то несколько сот метров, как им навстречу промчался милицейский патруль.

- Куда теперь? - тихо, чтобы не слышал бы шофер, спросила Анжелика.

- Сам бы хотел знать.

Она не сдержала стона. Неужели этому никогда не наступит конец?

На этот раз конечной точкой своего маршрута они выбрали вокзал. На всякий случай, чтобы слышал шофер, пока ехали, то обсуждали, куда им лучше отправиться. А перед тем, как выйти из машины, пришли к выводу, что лучше всего поехать в Челябинск.

Они вошли в здание вокзала. И то, что она там увидела, ошеломила Анжелику. Повсюду лежали бомжи, издавая резкий запах давно немытого тела. Анжелика почувствовала, что ее начинает мутить.

- Пойдем быстрей отсюда, - попросила она.

Они вышли на свежий воздух. Но и тут ситуация была не лучше, люди, кто постелив газету, кто прямо на грязном асфальте устилали собой все пространство. Чтобы ни на кого не наступить, приходилось то и дело перешагивать через спящие тела.

- Какой ужас! - только и смогла произнести Анжелика. Ее напугало не столько само зрелище, как открывшая перед ней собственная перспектива.

Неожиданно к ним подошел какой-то мужчина. По распространяющему им вокруг себя запаху было очевидно, что он принадлежит к этому бездомному сообществу.

- Эй, ребятки, вы что новые? - поинтересовался он.

- Новые, - подтвердил Михаил, а Анжелика подумала, что он совсем не далек от истины.

- Я так сразу и понял, - довольный своей проницательностью произнес он. - А то слишком уж чистые. Вздремнуть хотите?

- Хотим, - откликнулся Михаил, взяв на себя роль парламентера в переговорах с этим человеком.

- Айда за мной, я покажу местечко. Там отлично. Вам там понравится.

Анжелика и Михаил переглянулись и двинулись за ним. Путь их продолжался не долго. Их провожатый открыл какую-то дверь, и они оказались в каком-то помещение. Здесь было тепло сухо и вольно чисто, вдоль стен тянулись трубы. Народу тут было немного, человек десять.

- Сюда мало кого пускают. Но вы сразу видно, что люди интеллигентные. Впрочем, у нас таких немало. Я сам из интеллигентов, - с гордостью сообщил он.

Помещение было освещено лампами, и Анжелика смогла более внимательно рассмотреть своего нового знакомого. Он, в самом деле, являлся обладателем интеллигентного лица, верней, оно когда-то таким было, сейчас же это было типичное лицо алкоголика: одутловатое, с красными глазами, небритое.

Анжелика села на пол и прислонилась к трубе. Она была теплая, и молодая женщина даже зажмурилась от охватившего ее удовольствия. На нее снова навалился всей свой тяжестью сон, но не тут-то было. Их нового знакомого явно потянуло на разговоры.

- Откуда вы будете? - поинтересовался он. - Больно уж вы не похожи на нашенских.

- Мы приезжие, - ответил Михаил, - у нас украли деньги и документы. Не знаем, что делать.

Мужчина внимательно посмотрел на них и недоверчиво покачал головой.

- Да нет, вы тутошные. Я москвичей всегда нутром чувствую. Что-то тут не так.

Анжелика увидела, как мгновенно насторожился Михаил. Она догадалась: он опасается, что этот человек пристал к ним не отнюдь не случайно. Ну и пусть, подумала она, даже если это так, тогда все быстро кончится.

- Слушай, какая тебе разница, кто мы. Спасибо тебе, что привел нас в это замечательное место. Мы отдохнем здесь пара часов и пойдем. Ты нас не видел, мы тебя не видели. Давай так.

- Можно и так, - согласился мужчина. - Я хотел с вами поговорить, я с нормальными людьми и не помню, когда в последний раз беседовал. - В его голосе звучала такая понизительная нота огорчения, что Анжелики, несмотря на усталость, даже стало его жалко.

- Мы совсем не против с вами побеседовать, - проговорила она, ловя на себе удивленный взгляд Михаила. - Просто мы немного устали. А как вас зовут?

- Андреем, - живо откликнулся бомж-интеллигент. - А вас?

- Ее - Ольгой, а меня - Сергеем, - быстро представился за них обоих Михаил.

- Почему вы тут оказались? - спросила Андрея "Ольга". Ей, в самом деле, было интересно послушать его историю. У Анжелики даже прошел сон.

- Да я всю жизнь шел к этому. Правда, долго об этом и не подозревал. Все пыжился, хотел чего-то достичь. Наукой занимался, у меня более десятка патентов, некоторые мои изобретения в разных странах используют. Люди на них огромные бабки делают. А я вот тут с вами сижу, у трубы греюсь.

- Что же произошло?

- А ничего не произошло, - охотно пояснил Андрей. - Мне всегда трудно было жить в обществе, оно меня выталкивала, как слишком плотная вода. Никогда не мог найти общий язык с другими людьми. Даже с женой и детьми. Мне хотелось жить так, как я хотел, а меня постоянно заставляли жить так, как хотели они. Я терпел, терпел, а потом начал брыкаться. Стал ссориться со всеми, вокруг меня возник самый настоящий карантин. Как только где-нибудь упоминалась мое имя, все сразу морщились, говорили всякие гадости. Сперва от меня отвернулись сослуживцы, затем друзья и наконец, семья. И однажды я покидал в чемодан вещички и вышел на улицу, не имея никакого представления, куда идти. Пошел сюда на вокзал, мне встретился здешний народ. Я рассказал им про себя и попросил принять в свой дружный коллектив. И с тех пор здесь живу.

- И давно?

- Да почти два года.

По-видимому, на лице "Ольги" отразился ужас, так как он усмехнулся.

- Ничего и вы поживете тут, привыкните. Даже понравится. Поврете мне, это огромное удовольствие - разорвать все узы с обществом. Я это на себе пережил. Зато теперь у меня нет ни одного обязательства, даже перед самим собой. А раньше я сильно комплекс овал, когда кто-то вырвется вперед. Все боялся оказаться позади всех. А теперь мне на это глубоко наплевать. Вот увидите, и с вами скоро это случится. Только здесь и можно быть счастливым. Счастье - это когда можно плевать на все.

А что, это тоже выход, подумала Анжелика. Если в жизни не останется ничего, то можно будет пойти и по такому пути.

- Ладно, заговорил я вас, я вы спасть хотите.

Да и я сосну. Лучшего места для сна во всей округе не сыщите. Спокойной ночи! - пожелал он.

Андрей прислонился к трубе и закрыл глаза. Заснул он почти мгновенно.

Анжелика зашептала Михаилу:

- Я видела, что ты испугался, что он из твоих. Может, стоит немедленно уходить

Михаил отрицательно покачал головой.

- Если он из конторы, то тут все уже перекрыто, и нас не выпустят. А если нет, то можем спокойно провести тут время до утра. Так что в любом случае нам тут оставаться. Давайте спать. Завтра у нас трудный день.

Анжелика проснулась оттого, что ее трясли за плечо. Она открыла глаза.

- Нас приглашают к столу, - насмешливо сказал Михаил.

В самом деле, неподалеку, подобно древним римским патрициям, вокруг расстеленной газеты возлежало человек шесть. Среди них находился и Андрей.

Что касается ассортимента, то большим разнообразием он не отличался. Кроме хлеба, на импровизированной скатерти лежали несколько кусков колбасы, сыра, пара банок консерв, помидоры, огурцы.

- Закусывай, - сказал Анжелике Михаил, и сам отправил в рот кусок колбасы. Она посмотрела на него и увидела, что он жует с аппетитом.

Это помогло ей справиться с брезгливостью, она тоже взяла с газеты по куску сыра и хлеба. И лишь положив их в рот, поняла, как сильно проголодалась.

После трапезы Михаил шепнул ей, что им пора идти. Анжелика сказала об этом Андрею.

- Приходите вечером на вокзал, там вы меня найдете. Здесь переночуете. Вам тут понравилось?

- Очень! - с чувством произнесла Анжелика.

- Я говорил, что здесь хорошо, - обрадовался Андрей. - Мы тут с вами отлично заживем, - обнадежил он. - Возвращайтесь.

- Спасибо за приглашение, - ответила Анжелика. Она видела, что Андрей явно огорчен их уходом. По-видимому, даже тут ему не хватало интеллигентного общества.

Они выбрались из теплого подвала и сразу же почувствовали, как на них набросился холод. День явно обещал быть прохладным и пасмурным, несмотря на то, что наступило утро, небо было еще совсем темным.

- Что будем делать? - спросила Анжелика, ежась от приникшего за одежду ветра.

- Ждать, - ответил Михаил.

- Чего ждать?

- Не знаю. Ответа от Мамонтова. Если он ответит.

- Мне кажется, что ответит.

Михаил ничего не сказал, вместо этого снова погрузился в свои мысли.

На этот раз Анжелике особенно было трудно шататься без цели по городу. Она с ужасом представляла, что, может быть, придется таким вот образом провести немало дней. Она просто сойдет с ума от отсутствия разумного занятия. Она поймала себя на том, что когда она находилась в камере, ей было даже легче. Сейчас она воспринимала Москву как такую же камеру, только гигантского размера.

Пошел дождь и стало совсем прохладно. От непогоды они укрылись в метро.

- Я больше не могу этого выдержать, - пожаловалась Анжелика. Я не привыкла ничего не делать. Для меня это хуже пытки. Вернее, это и есть самая настоящая пытка. Еще несколько дней такой жизни и я сойду с ума.

Михаил молчал. Он сидел рядом с ней, но ей казалось, что на самом деле был от нее далеко.

- Хорошо, давай позвоним твоему Мамонтову. Может быть, он что-нибудь и скажет хорошее. Только не с мобильного, а с автомата.

- Тебе не нравится эта идея?

Михаил ничего не ответил, он встал и направился к эскалатору.

Они купили карточку. Анжелика набрала номер Мамонтова. Тот отозвался сразу же.

- Анжелика, вы где? - закричал он на том конце провода.

- Это не важно. У вас есть какие-нибудь новости?

- Немедленно приезжайте ко мне. У меня вы будете в полной безопасности. Они не посмеют ко мне сунуться.

- Я не одна.

- Приезжайте с кем пожелаете. Мне удалось связаться с одним человеком, он обещал доложить обо всем президенту. Я жду сообщения. Хотите, я вышлю за вами машину?

- Он предлагает выслать за нами машину, - шепнула Анжелика Михаилу.

- Ни в коем случае. Доберемся сами.

- Мы приедем сами, - проговорила Анжелика в трубку.

- Хорошо, записывайте адрес.

Они разъединились.

- Надо ехать, - сказала она.

- Да, надо ехать, - согласился Михаил таким тоном, словно бы произносил прощальное перед казнью слово.

- Ты боишься, что это может стать ловушкой?

- Не исключено. Мы не знаем, насколько они нас обложили.

- Тогда я поеду одна. А ты будешь ждать в условленном месте. Если все будет нормально, я найду тебя.

- Нет. Поедем вместе. Кто знает, как все получится. Тебе ехать одной слишком опасно. Да и ты права, мы не можем бесконечно болтаться по городу. Пора с этим кончать. Тот, кто бежит от судьбы, на того она наброситься сзади. Вот и вся разница.

Анжелике показалось, что в его голосе прозвучала обреченность. Она хотела продолжать его убеждать последовать ее плану, но, взглянув на него, не стала этого делать. Он прав, судьба все равно настигнет человека, а как это случится, так ли важно.

Они поймали такси. Мамонтов жил в небольшом элитном поселке, расположенном в черте города. Про него говорили, что здесь находятся самые дорогие дома в Москве.

Въезд в поселок преграждал шлагбаум. Рядом находилось помещение, где располагалась охрана. Анжелика знала, что обычно здесь проверяют все машины.

Но сейчас шлагбаум был поднят, а из охраны никто не вышел. Они беспрепятственно въехали на заповедную территорию.

Михаил без конца озирался вокруг. На всякий случай он достал из кармана пистолет.

Все произошло настолько быстро, что он не сумел среагировать. Внезапно на машину упало какой-то огромный кусок материи, моментально закрыв всю видимость. И в тоже мгновение двери распахнулись и чьи-то крепкие руки так сильно схватили Анжелику, что она завопила от боли.

Но никто на это не обратил ровным счетом никакого внимания. Анжелику выволокли из машины и тут ж бросили в другую. Все происходило столь стремительно, что она даже не успела заметить, что же случилось с Михаилом.

Анжелика лежала в каком-то закрытом фургоне, который несся на большой скорости. Причем, он почти не снижал ее даже на поворотах, и молодая женщина несколько раз больно ударилась о металлическую стену.

Она попыталась выбраться из него, но оказалось, что у нее связаны руки. Она даже не заметила, как это произошло.

Анжелика попыталась мысленно восстановить в деталях весь ход их захвата, но, к своему удивлению, обнаружила в памяти большой провал. По-видимому, ее усыпили, и она на какое-то время потеряла сознание.

Анжелика пару раз ударила ногой в дверь в надежде, что она распахнется. Но этого не произошло. Те, кто похитили ее, сделали это не для того, чтобы она могла бы улизнуть по дороге.

Анжелика легла на сиденье и закрыла глаза. Интуиция подсказывала ей, что стоит готовиться к самому худшему. Наперсно она не послушала Михаила, теперь она почти уверена, что он н сомневался, чем все это кончится. Но пошел на риск ради нее, видя, как она мучается от этого бессмысленного растительного существования.

В железном ящике, куда ее засунули, было мало воздуха. И вскоре Анжелика почувствовала, как задыхается. Ей стало страшно от пришедшей к ней мысли: а что если они хотят ее таким образом задушить?

Она стала стучать по кабине, но безрезультатно, никто не откликался на ее призыв. Воздуха же с каждой минутой становилось все меньше, и она чувствовала, как мутнеет сознание.

Фургон внезапно остановился. Дверь отворилась, в отсек заглянули двое мужчин. Они стали вытаскивать находящуюся в полубессознательном состоянии Анжелику.

Они поставили ее на ноги, но Анжелика не удержалась и упала бы, если бы один из них не подхватил ее. Но постепенно она приходила в себя, свежий воздух возвращал ее к нормальному состоянию

Она осмотрелась вокруг и не без удивления обнаружила, что находится в том же месте, откуда они бежали с Михаилом. Где же он?

Она снова посмотрела вокруг себя, но его не было видно.

- Идемте, - сказал один из мужчин.

Анжелика снова оказалась в той самой комнате с камином, где разыгрались столь драматические события. Правда, их следов она не обнаружила. Зато в том же кресле, что и ее мучитель, сидел другой человек. Он внимательно рассматривал вошедшую.

Мужчина выглядел старше того полковника, но смотрел на Анжелику столь же безжалостно, как и он. Она почувствовала, что ничего хорошего от этого человека ждать ей не стоит.

- Садитесь, - бросил он ей.

- Где Михаил? - спросила она.

Тот несколько секунд молчал.

- Мой вам совет: забудьте о нем, как будто бы его не никогда и не было. Думайте о своей судьбе, ваше положение, скажу прямо, незавидное.

- Мне уже это тут недавно говорили. - Анжелика вдруг почувствовала необъяснимый кураж. Она отлично сознавала, какая страшная опасность нависла над ней, но почему-то не испытывала страха. Может быть, он наступит потом, но сейчас ей хотелось дерзить этому человеку, даже если придется заплатить за это дорогую цену.

- Очень жаль, что вы не прислушались к тому, что вам тут советовали. Может быть, в таком случае ваше положение было бы менее плачевным.

- Когда тебя обвиняют, а ты ни в чем не виновата, то почему я должна прислушиваться, как вы говорите, к чужим советам.

- Вы виноваты уже в том, что стали копаться в делах, к которым не имеете никакого отношения.

- Похитили моего мужа. Вам известно, где он?

Мужчина посмотрел на нее и усмехнулся.

- Такая любовь к вашему мужа похвальна. Правда, вы не считали нужным хранить ему верность. Впрочем, современные нравы допускают и не такое. Но о столь любимом вами супруге, мы поговорим позже. А теперь вы должны подписать ряд документов. Предупреждаю: это очень важные документы и от них напрямую зависит ваша участь. Хотя вы не любите советом, но я все же советую вам: поставить свою подпись под всеми текстами. Только это дает вам шанс. - Мужчина не стал уточнять, что это за шанс. - Думайте только о себе. И больше не о ком. В этом ваше спасение. Я вас оставлю, чтобы вы спокойно ознакомились со всем. Видите, на столе лежит папка. Она приготовлена специально для вас. Думаю, полчаса вам вполне хватит. Ну а через полчаса... - Что-то зловещее промелькнуло на его лице.

Он встал и вышел.

Анжелика поспешно открыла папку и взяла находящиеся в ней бумаги. Весь документ состоял из шести страниц убористого компьютерного текста. Она погрузилась в чтение.

Она читала и почти физически ощущала, как наполняет ее ужас. Все, что там было написано, было ложью от первой до последней буквы. Но какой ложью, составленной весьма умело и убедительно. Было очевидно, что над текстом изрядно потрудились профессионалы.

Основная роль в финансовых махинациях отводилась ее мужу. Он от имени высокопоставленных лиц затеял аферу по привлечению больших денег от компаний в качестве платы за оказываемые им услуги. Само собой разумеется, что сами высокопоставленные особы ничего не ведали об этих махинациях, а честно выполняли свои обязанности. Полученные же средства переводились Волиным за границу.

В документе подробно описывался механизм того, как все это делалось, назывались конкретные зарубежные банки, приводились даже номера счетов, на которые поступали деньги. Анжелика знала, что все это неправда, но не могла не восхищаться тщательностью и продуманностью проделанной этими людьми работой. Любой суд без всяких колебаний примет эти доказательства за истину. И никакой самый ловкий адвокат не поможет выпутаться из этих умело сплетенных сетей.

Если она подпишет эти бумаги, то на самом деле это означает для мужа ни что иное, как обвинительный приговор. Хотя она не юрист и не очень хорошо разбирается в законах, но и без этих знаний легко понять, что эти доказательства тянут на очень длительный срок. Не говоря уж о том, что его имя будет на веки опозорено, смешано с грязью.

Нет, это ни за что не подпишет этот гнусный документ. Пусть они делают с ней что хотят, но эта та черта, за которую она не может зайти даже на малюсенький шажок. Она и так сильно провинилась перед Игорем, но то были супружеские измены, а это самое настоящее предательство, которому нет оправданий. И даже если исходить, что цена ее поступка - ее жизнь, она все равно не перевешивает подписи под этими лживыми обвинениями.

Анжелика аккуратно сложила все листки в папку, закрыла ее и посмотрела на стоящие на камине часы. Прошло ровно двадцать пять минут из выделенных ей тридцати. Она откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Вполне возможно, что так удобно она сидит в последний раз.

Анжелика услышала, как отворилась дверь, затем раздались шаги. Они замерли совсем рядом с ней.

Она открыла глаза и посмотрела на вошедшего. Он держал бумаги и внимательно их изучал.

- Я не вижу на них вашей подписи. Надо расписаться на каждой странице.

Анжелика отрицательно покачала головой.

- Нет, у вас это не пройдет. Там все ложь. Я не стану ничего подписывать.

Мужчина раздраженно бросил папку на стол.

- Вы представляете, чем это для вас обернется?

Анжелика снова закрыла глаза и ничего не ответила. Она сознавала, что боялась смотреть на этого человека. Тот, кажется, уловил этот страх.

- А ну откройте глаза. Я вам приказываю, откройте! - закричал он.

Анжелика сидела неподвижно, как статуя.

- Ну, хорошо, - вдруг почти спокойно произнес он. - Вы будете находиться в камере до тех пор, пока не подпишите все, что я вам укажу. Если надо, просидите там десять лет. Впрочем, могу вас успокоить, вряд ли вы выдержите больше двух-трех суток. Мы предвидели, что вы можете проявить упрямство и приготовили вам кое-какие сюрпризы. Так что, пожалуйста, прошу следовать за мной.

Анжелика встала и последовала за мужчиной. Они вышли из комнаты и спустились в подвал. Совсем недавно она уже проделывала этот путь. И когда покидала этот дом, то надеялась, что больше этого делать ей не придется. Увы, она жестоко ошиблась.

Ее ждала та же камера. Те же сырые стены, та же жесткая кровать. И тот же яркий, ослепляющий глаза свет.

Но Анжелика ошиблась. На этот раз для нее было сделано важно добавление. Едва дверь за ней захлопнулась, как в камере возник какой-то звук. В первые мгновения она даже не обратила на него внимания. Но он медленно, но неуклонно возрастал, как шум приближающего поезда.

Сперва Анжелика ничего не понимала, но затем ее пронзил страх: вот, о каком сюрпризе говорил ее новый мучитель.

Тональность звука была очень низкой. Он вибрировал, то, усиливаясь, то ослабляясь. И эта смена колебаний вызывала особенно сильные неприятные эмоции.

Анжелика чувствовала: несколько проведенных часов в этом аду - и она может сойти с ума. Долго выносить эту звуковую пытку невозможно.

Она легка на кровать, навалила на голову подушку, закрыла руками уши, но это мало помогло. Звук все равно проникал сквозь эти барьеры, он казался вездесущим, ничего его не могло остановить.

Анжелика отбросила бесполезную подушку. Ну и пусть она сойдет с ума. Наступление этого события можно ожидать очень скоро. А что сумасшедший, что мертвый по большому счету одно и тоже. Ни тот, ни другой не контролирует свое сознание. Просто у одного тело разлагается, а у другого - живет биологической жизнью. Но ведь человек не бамбук, он человек до тех пор, пока мыслит и отдает отчет себе в собственных чувствах.

Анжелика продолжала лежать на кровати в ожидании, когда сойдет с ума. Но пока этот счастливый момент не наступил, ей приходилось туго. Терпеть это монотонное, не стихающее ни на секунду жужжанье с каждой секундой становилось все нестерпимей. Не выдержав, она соскочила с постели и стала метаться по каменному мешку камеры.

Ее взгляд несколько раз падал на звонок. Она знала: достаточно позвонить в него - и ее мучения прекратятся. И сейчас больше всего боялась, что в любой момент потеряет контроль над собой и надавит на эту проклятую кнопку.

Сколько в этих мучениях прошло времени, она не представляла. Она то ложилась на кровать в тщетной надежде уснуть, то снова начинала, словно пантера в клетке, метаться камере. Иногда она начинала громко всхлипывать или что-то бессвязно кричать. В эти мгновения у нее зарождалась надежда, что она все-таки сходит с ума. Но проходил приступ отчаяния, и сознание, как послушный ребенок, снова возвращалось на прежнее место.

Теперь она уже не ложилась на кровать, а просто падала на холодный бетонный пол, билась об него головой, словно деревенская баба при известии о гибели мужа. Как ни странно, на какой-то короткий промежуток времени это немного успокаивало, отвлекало от назойливых звуковых колебаний, которые, подобно морскому прибою, волна за волной накрывали ее. Она уже не могла ни о чем думать, вернее, мысли осаждали ее, но были совершенно ей не подконтрольны.

Это были очень странные мысли, которые чередовались какими-то не менее странными видениями. Они то возвращали ее в детство, то рисовали совершенно фантастические картины ее жизни. Иногда ей казалось, что она куда-то летит, какие-то непонятные существа обступают ее, трогают, куда-то ведут. Иногда же возникали страшные картины ее мучений, какие-то чудовища буквально растаскивали ее на кусочки.

Сперва она немного сопротивлялась этим виденьям, но затем полностью отдалась в их власть, понимая, что они предвестники того самого безумия, обрести которое она столь жаждала, как единственный способ избавления от этого кошмара. Как все быстро и как все легко, пробилась сквозь плотную завесу причудливых образом на одно мгновение трезвая мысль, но почти сразу ж исчезла. Анжелика не хотела больше ни о чем думать.

Если сначала она потеряла осознание течения времени, то теперь она утратила ощущение самого времени. Она лежала на полу, что-то изредка произносила, что-то периодически выкрикивала. Иногда ее одолевало буйство, тогда она била ладонью по полу, не чувствуя при этом боли.

Она продолжала лежать на полу, ее глаза были открыты, но она ничего не видела. Вернее, то, что она видела, не имело ничего общего с реальностью.

Откуда-то не то сверху, не то с боку внезапно появилось разноцветное облако. Оно приближалось, и Анжелика увидела, что на самом деле это не облако, а ее муж. Только вид у него был необычный, он весь светился и сиял разными цветами.

"Как ты?" - спросил он.

"Мне очень плохо, я умираю, а может быть, и умерла. Грань между жизнью и смертью такая тонкая, что не всегда можно понять, что происходит".

"Ты жива, - уверил ее муж. - Ты н можешь умереть раньше того, как исполнишь клятву Афродиты. Ты помнишь о ней?"

"Я ни на минуты ее не забывала. Но это так трудно исполнить клятву. Любимый, освободи меня от клятвы".

Муж отрицательно покачал головой, и его цветовая гамма вдруг померкла, стала темной, почти непроницаемой. Анжелика поняла, что он сердится.

"Это невозможно, даже если бы я захотел, но все равно бы не смог. От клятвы нельзя освободиться, она потому и клятва, что дается навечно и подчиняет человека целиком. Выполнение клятвы важнее, чем чья-либо жизнь. Тебе придется дойти до конца".

"А если я больше не муку терпеть эти муки, если кончились силы?"

"Силы не кончаются, исчерпывается мужество. Но человек без мужества - это уже не человек".

"Тогда я не хочу быть больше человеком".

"Нет, я знаю тебя лучше, чем ты сама. Эта минута твоей слабости, твое сознание и твоя воля парализованы. Но вот увидишь, это временное состояние. - Тело мужа вновь засияло разноцветьем красок. - Ты все преодолеешь. Ты даже не представляешь, какой в тебе таится огромный запас сил. Помни, никто, кроме тебя, не может спасти меня. Только ты. Если дрогнешь, погибнем оба. Выстоишь, тогда мы выживем. Прощай".

"Игорь!" - воскликнула она.

Но цветное облако стало быстро бледнеть, становиться тоньше. И еще через мгновение испарилось совсем. Анжелика продолжала лежать, но в ее глазах начали постепенно проступать проблески сознания. Но это продолжалось недолго, усилившиеся звуковые вибрации вновь заставили забиться ее тело в конвульсиях.

Звук исчез так же внезапно, как и появился. Но она уже не могла это осознать, она продолжала лежать на полу и что-то бессвязно бормотать.

Дверь отворилась, и в камеру вступили двое мужчин. Они направились к лежащей женщине и попытались ее приподнять. Но она сопротивлялась и даже укусила одного из них за палец. Тот взвыл, но своих усилий не ослабил.

Мужчины обхватили брыкающую, словно лошадь, Анжелику и понесли из камеры. Она кричала, прося оставить ее здесь. Но ее вынесли из подвала и водрузили в одну из спален. Там ее уже поджидал врач, он вколол ей шприц. И уже через пару минут она спала.


## Глава 30


Анжелика открыла глаза и ничего не увидела. Все застилала какая-то черно-серая пелена. Так выглядит смерть, подумала она, значит, я мертва.

Внезапно в сплошном покрове пелены стали образовываться просветы, а в них начали постепенно проступать контуры каких-то предметов.

Нет, скорей всего она жива, снова подумала Анжелика. Кажется, она видит стол. А маловероятно, чтобы на том свете имеются такие предметы. Зачем они там?

Ее саму поразила эта странная мысль. Она попыталась сосредоточиться, чтобы хотя бы что-то вспомнить. В голове пронеслись какие-то неясные отрывки, но ничего конкретного из них она понять не смогла. И все же она почувствовала, что это усилие оказалось не напрасным, она сознание очень медленно, маленькими фрагментами, но все-таки стало возвращаться на прежнее место.

Анжелика сделала попытку приподняться. И услышала, словно издали чей-то голос:

- Не надо вставать, лежите, пожалуйста.

Она послушалась и снова легла.

- Где я? - едва слышно произнесла она.

- Все в порядке, не волнуйтесь. Вы что-нибудь видите?

Анжелика напрягла зрение. Оно быстро возвращалось к ней. Из-за черно-серой пелены, как на фотобумаге, с каждой секунды все явственней проступал чей-то контур. И вскоре она уже ясно видела перед собой сидящую молодую женщину, которая внимательно смотрела на нее.

- Кто вы? - спросила Анжелика.

- Я медсестра, наблюдаю за вами. Как вы себя чувствуете?

- Не знаю. Ничего не могу разобрать. Голова тяжелая и спать хочется.

- Это скоро пройдет. Дать вам что-нибудь выпить?

Анжелика не знала, хотела ли она что-то выпить, но все же кивнула головой. Медсестра подала ей стакан, она сделала глоток и поняла, что это томатный сок. Ее любимый. Они что знают об этом? Почему-то эта мысль встревожила ее.

- Вы можете говорить? - спросила медсестра.

- Да, - подумав, сказала Анжелика. И сразу же пожелала об этой своей опрометчивости, А если ее опять начнут допрашивать, требовать, чтобы она подписала документы.

Анжелике стало страшно, она вспомнила все, что случилось с ней. Неужели все снова начинается?

- Я сейчас, - сказала медсестра.

Анжелика с тревогой проследила за тем, как вышла она из комнаты.

Оставалась одна она недолго. Но в комнату вошла не медсестра, а средних лет, даже скорей пожилой мужчина. Анжелика едва не вскрикнула от страха. Но, присмотревшись, немного успокоилась: это был не тот человек, что запрятал ее в звуковой каменный мешок.

- Здравствуйте, Анжелика Витальевна. Как ваше самочувствие?

- Не знаю. Я жива?

Мужчина засмеялся.

- То, что вы живы, не вызывает никаких сомнений. Только долго спали.

- И сколько я спала?

- Тридцать часов.

- Как тридцать часов! - ахнула она. - Такого не может быть, я так долго никогда не спала.

- Но с вами никогда такого и не было. Вы очень измучились. Да и снотворное вам вкололи сильное. Я думаю, что совсем скоро вам будет гораздо легче.

Анжелика задумалась, она анализировала свои ощущения.

- Мне уже легче, - сообщила она.

- Очень хорошо. Вам понадобятся силы совсем скоро.

Она внимательно посмотрела на него. Как ни странно, но этот человек производил на нее благоприятное впечатление, у нее было располагающее к себе простое лицо. Да и голос его звучал нежно и заботливо.

- Кто вы?

- Позвольте представиться, я генерал-майор службы безопасности Виктор Васильевич Локтионов.

- Мне это ничего не говорит.

- Понимаю. Но я хочу сказать, что я ваш друг. Легко представить, что после всего вами пережитого в это не просто поверить, но это так. Вам больше ничего не угрожает. И скоро вам предстоит важная встреча.

- Когда?

- Как только вы окрепнете. Не хотите что-нибудь поесть?

- А знаете, хочу. Я давно не ела.

- Почти двое суток, - улыбнулся Локтионов. - Сейчас распоряжусь, чтобы вам принесли бы еду.

Еды было так много, что у Анжелики разбегались глаза. Сперва ей показалось, что она съест совсем чуть-чуть. Но после первых кусочков у нее разгорелся просто богатырский аппетит. Она ела и никак не могла наестся.

И все же наступил момент, когда она насытилась. Анжелика вновь откинулась на подушку и стала ждать, что последует дальше.

Пришла та самая медсестра, улыбнулась Анжелике, убрала посуду. Вслед за ней вернулся и генерал-майор

- По вашему виду, я вижу, что вам лучше, - констатировал он.

- Да, я физически ощутила, как вместе с едой вливаются в меня свежие силы.

- Это замечательно. Значит, мы можем поговорить. Наверное, у вас есть вопросы?

- Почему меня преследовали, почему пытали?

- Разве вы не знаете? Вы оказались на пути очень больших финансовых потоков. Вам стало известно о них больше, чем следовало бы знать. Но об этом позже? Что еще хотите спросить?

- Что с Михаилом?

Лицо Локтионова приняло сосредоточенное выражение.

- Не буду скрывать, его больше нет.

- Вы хотите сказать, что его убили?

- Да.

Анжелика почувствовала, как застилают глаза слезы. Еще одна ее жертва, уже третья.

- Вам что-нибудь известно о муже?

- Увы, нет. Но думаю, в самом худшем случае через несколько дней узнаем об его судьбе. Запаситесь терпением. Вы очень много сделали для его нахождения. Я восхищаюсь вашим мужеством и упорством. И завидую вашему супругу, он очень верно выбрал себе жену. А это, поверьте, большое искусство.

- Но я его все еще не нашла!

- Вы сделали все, что в ваших силах и даже больше.

- А тот человек, что меня пытал. Он же из ваших, не появится вновь?

- Не беспокойтесь, больше вы его никогда не увидите. Я вам кое-что расскажу. Но позже.

Анжелика сосредоточилась. Какой-то вопрос все время вертелся в ее голове, но постоянно ускользал от нее. Внезапно она даже приподнялась на подушке.

- Вы сказали, что меня ожидает важная встреча.

- Да, - подтвердил Локтионов, - крайне важная. От нее для вас будет зависеть очень много. Вам предстоит нелегкое испытание. И к нему надо подготовиться.

- Каким же образом?

- Набраться сил - это главное условие предстоящей встречи. Вы должны прийти на нее во все оружие своей неземной красоты. А потому, я советую, отдохните как можно лучше, не торопитесь.

- Я постараюсь. - Она решила не уточнять, с кем будет встреча. Да скорей всего Лактионов и не скажет. - А у вас ко мне есть вопросы?

Генерал-майор улыбнулся.

- Кое-что нам нужно будет уточнить. Но мы знаем достаточно, чтобы не мучить вас в таком состоянии расспросами. У вас есть какие-нибудь просьбы?

- Нет, - ответила Анжелика. - Вернее, есть пожелание: мне очень хочется, чтобы это все быстрее бы закончилось.

- Я вам обещаю, это кончится совсем скоро, - серьезно проговорил Локтионов. - Но нужно еще чуточки набраться терпения. Вы сможете?

- Смогу.

- Следующие два дня Анжелика провела в сладком ничего неделовании. Ее никто не навещал, если не считать медсестры. Да и та стала приходить все реже по мере того, как все более убеждалась, что ее пациентка идет на поправку и быстро набирается сил.

Зато кормили ее отменно, к концу вторых суток она вдруг с испугом обнаружила, что немного поправилась. И, к удивлению медсестры, отказалась от ужина, удовольствовалась стаканом чая с лимоном.

Она спросила у медсестры, может ли она покидать комнату. Та ответила утвердительно. Но за этот период она это сделала всего раза два. Большую часть времени она проводила в чтение. По ее просьбе ей принесли целую гору книг. И это занятие так захватило ее, что она неохотно делала перерыв на еду.

Обычно безделье и бездеятельность ее угнетало и утомляло гораздо больше, чем работа. Но сейчас такое времяпрепровождение не вызывало у нее никаких отрицательных эмоций. Она понимала, что пока она тут отдыхает, другие люди выполняют важную миссию. Она не имела представления, как развиваются события, но интуиция подсказывала ей, что они развиваются в нужном ей направлении. И ее пребывание в этом доме, в этой комнате каким-то образом тоже работает на результат.

Правда, к концу второго дня пребывания тут она немного забеспокоилась. Не забыли ли о не, да и верны ли ее расчеты, что события текут в нужном ей русле? В конце концов, она практически ничего не ведает о том, что происходит. И кто этот Локтионов, на кого работает, в какую играет игру? Быть может это изощренный ход ее противников, решивших усыпить ее бдительность и таким образом заставить ее сыграть по их правилам.

В этой связи Анжелика решила быть максимально бдительной, и если ее предположения верны, то не дать себя провести.

Истекали вторые сутки ее пребывания в этой комнате. За окном уже сгустилась ночная мгла. Анжелика вздохнула, никто за весь день ее так и не навестил. Она уже начинает чувствовать приближения приступа скуки. Но, увы, пока ничего не поделаешь, придется терпеть. А сейчас она ляжет спать. Все равно заняться ей больше нечем.

Она разделась и нырнула под одеяло. Обычно она засыпала быстро, и сейчас сон почти сразу же начал процесс отключения ее сознания.

Внезапно она услышала, как распахнулась дверь, и раздалась быстрая поступь.

Вспыхнул свет, Анжелика открыла глаза и увидела Локтионова.

- Я вас разбудил, извините, Анжелика Витальевна. Но сейчас вам будет не до сна. Сколько вам понадобится времени, чтобы одеться и привести себя как следует в порядок.

- Мы куда-то едем?

- Да. Туда, куда вы давно хотели попасть.

Анжелика буквально вылетела из кровати, даже забыв, что ее тело прикрывает всего лишь тонкий, полупрозрачный шелк ночной рубашки. Локтионов невольно улыбнулся и отвернулся.

- Я зайду через полчаса. Вам хватит этого времени?

- Вполне.

Она испытывала такое волнение, что долго не могла застегнуть пуговицы на кофточке, дрожащие пальцы отказывались повиноваться ей. Какая жалость, что тут нет ее гардероба, она бы выбрала наряд для этого визита. А в этом даже и ехать неудобно.

Она долго занимались своим лицом, дабы косметики ей предоставили еще в первый день по ее просьбе в больших количествах. Результатом она осталась более или менее довольна.

Она наносила последние штрихи на лицо, когда в комнате вновь появился Локтионов.

- Вы готовы? Еще пара минут и мы начинаем выбиваться из графика.

- Готова. Как я вам? - Она повернулась к Локтионову.

Выражение его лица сказало ей больше, чем любой поток самых красноречивых слов. Впрочем, кажется, в первые секунды он их по растерял.

- Вы самая красивая женщина, которую я когда-либо видел, - даже слишком серьезно, словно бы речь шла о важном государственном деле, произнес он. - Пойдемте.

Возле крыльца их ждал черный, почти сливающийся с ночной мглой "Мерседес". Стоявший рядом с машиной молодой человек отворил перед ней дверцу.

Все втроем они сели в машину. Вел ее самый настоящий ас, так как даже на крутых виражах он почти не сбавлял скорости.

- Мой вам совет, ничего не скрывайте, говорите все, как есть, - сказал сидевший рядом с Анжеликой Локтионов. - Он очень чуток к фальши, к попыткам что-то утаить, недоговорить. Конечно, если вы все еще хотите увидеть мужа.

- Я разве дала вам повод в этом усомниться. У вас есть информация о нем?

- Если бы была, я бы не стал скрывать. - Генерал-майор о чем-то задумался. - В этом деле есть нечто непонятное, - но пояснять свою мысль он не стал.

Машина въехала в город. Пользуясь тем. Что в этом час дороги были относительно свободны, она неслась, как на крыльях.

Анжелика даже не заметила, как они пересекли половину города и оказались на Лубянской площади. У нее учащенно забилось сердце. Неужели пройдет всего каких-то несколько десятков минут, и она увидит человека, на помощь которого она надеялась все это время.

Машина остановилась возле известного всей стране здания.

Первым вышел молодой человек, не сказавший за поездку ни слова. Затем - Локтионов.

- Выходите, Анжелика Витальевна, прибыли.

Они вошли в один из подъездов. Их уже ждали. Локтивонов передал Анжелику, словно эстафетную палочку, другому сотруднику. Тот повел ее по лестнице вверх.

Они шли по длинному коридору. Вокруг царила полнейшая тишина. Даже их шаги были неслышны, так как шум от них тонул в мягком и длинном ворсе ковровой дорожки.

Сопровождающий Анжелику завел ее в комнату, а сам исчез.

В комнате никого не было. Анжелика с интересом осматривалась вокруг. Вся мебель была выдержана в едином каком-то аскетическом стиле. Стены украшены барельефами. Он даже не осмелилась сеть в кресло с гербом на спинке.

Анжелика с большим любопытством изучала помещение. Но прошло пять минут, затем десять, но никто не появлялся. Она стала немного волноваться. Впрочем, она заметила, что в последнее время любой пустяк, любая заминка вызывает небольшое нервное потрясение.

Дверь отворилась в тот момент, когда она этого почему-то совсем не ждала. В комнату быстро вошел довольно высокгоо роста человек, чье лицо она впидкла много раз по телевизору. Он остановился, не дойдя до нее шагов десять.

Председатель ФСБ внимательно рассматривал ее.

- Вы даже еще красивее, чем мне говорили, - были первыми ее слова. - Здравствуйте, Анжелика Витальевна. Прошу вас садиться.

Он показал ей место, куда ей следовало сесть. Она послушно опустилась в кресло. Он занял место напротив нее. Теперь их разделял лишь небольшой элегантный журнальный столик.

- Вы хотели меня видеть, - произнес он после короткой паузы.

Анжелика кивнула головой.

- Только вы один способны разрубить этот узел.

- Вы меня не путаете с Александром Македонским, - на миг озарилось улыбкой его лицо, но тут же стало серьезным.

- Мой муж ни в чем не виноват, - явно не впопад проговорила она. Но от волнения Анжелика плохо соображала.

- А разве Игоря Евгеньевича в чем-то обвиняют? - удивленно приподнял он бровь.

Ему известно, как зовут мужа, подумала Анжелика. Судя по всему, он знает очень много, если не все. По-видимому, он держит это дело на контроле.

Она вдруг почувствовала, что успокоилась. Если не полностью, то, по крайней мере, большая часть волнения покинуло ее.

- Нет, но на него хотят списать все грехи и преступления других людей. Я сами читала этот документ. Тот человек, что мне его дал, хотел, чтобы я его подписала. Эти люди, начиная с премьер-министра и его заместителями, погрязли во взяточничестве. И теперь они ищут того, на кого бы свалить свою вину.

- Вы обвиняете самых высокопоставленных людей в государстве, - холодно произнес он. - У вас должны быть веские обвинения. - Его взгляд буквально прожигал ее.

- Я это знаю точно.

- Не слишком ли много вы на себя берете, Анжелика Витальевна. Кто вы?

Она захотела ответить, но он жестом остановил ее. Со стола он взял пульт и включил сначала телевизор, затем видеомагнитофон.

Впервые мгновения Анжелика даже не поняла, что показывает телевизор. А когда присмотрелась, то вся похолодела от головы до кончиков пальцев: там, на экране была она, и она раздевалась.

Анжелике понадобилось некоторое время, чтобы вспомнить, откуда могла появиться эта пленка. Зато теперь память удивительно быстро и ярко вернула ее на пять лет назад, когда ей пришлось, дабы раздобыть хотя бы немного денег, сняться в порнофилме у этого мерзкого Артура. Она давно и забыла про этот эпизод из своей биографии. Но, как теперь она видит, о нем забыли не все. Она ожидала все, что возможно, но только не того, что эта старая дурацкая пленка вынырнет именно здесь, в этих роскошных и парадных интерьерах.

- Да, это я, - подтвердила Анжелика, хотя он ни о чем ее не спрашивал. - У меня не было тогда ни гроша, и я решила сняться в этом ролике. Но это случилось в первый и последний раз! - горячо воскликнула она.

Он оторвался от экрана и перевел взгляд на Анжелику. Затем выключил телевизор.

- Забудем это, отнесем эту съемку к грехам молодости. Я тоже в студенчески годы испытывал нехватку денег, и чтобы ее восполнить тоже кое-что выделывал такое... Но дальнейшие воспоминания на этом оказались прерванными. - То, что вы говорите о коррупции в высших эшелонах власти, для нас новость. Мы давно занимаемся этим вопросом. Правда, информация приходила отрывочная и не очень конкретная. Но после того, как сначала ваш муж, а затем вы принялись за дело, мы быстро продвинулись в расследовании всех связей этого преступного клубка. Хотя, скажу честно, выяснить еще предстоит больше, чем пока удалось это сделать. Должен вам сказать, что я докладывал президенту обо всех эьтих событиях, в том числе и о вашей роли в них. Он просил передать вам свое сочувствие в связи с поихщзением мужа, а так же поблагодарить вас за все, что вы сделали. Он высоко оценил ваше мужество.

- Я очень благодарна президенту. Но тогда вы знаете, где мой муж?

- Сожалею, но такой информацией в данный момент я не обладаю. - Председатель ФСБ встал. - Вы дейсвтительно очень мужественная женщина. Я знаю, как вам пришлось тяжело. Но у вас оказались хорошие друзья. В частности, Валерий Ильич. Он не только отказался платить мзду этому преступному сообществу, но сумел во время предупредить нас, какая вам угрожает опасность. Увы, простите за тавтологию, но эти люди имели своих людей и в органах. Они понимала, что наступит день, когда они им сослужат важную службу. Так и вышло бы, если бы не ваше вмешательство. Мне известно, через какие суровые испытания вам пришлось пройти. Позвольте поцеловать вам руку.

Он аккуратно и нежно взял ее ладонь в свою руку и приложил к губам.

- Я не стою такой чести, - пролепетала взволнованная до глубины души Анжелика.

- Стоите, - убежденно возразил он. - У вас будут ко мне какие-нибудь просьбы?

- Помогите отыскать мужа.

Он посмотрел на нее и улыбнулся.

- Обещаю вам одно: мы сделаем все возможное, чтобы его найти. Кстати, не знаю, любители вы читать газеты, но советую завтра прочитать некоторые из них. Или послушать утренние выпуски новостей. Узнаете кое-что интересное. До свидания.

Так же быстро, как вошел в комнату, он вышел из нее. И почти сразу же появился ее провожатый.

Вместе с ним они проделали тот же путь, лишь в противоположном направлении. На улице их поджидал "Мерседес". Рядом с ним стоял Локтионов.

- Все прошло благополучно? - спросил он.

Анжелика кивнула головой.

- Куда вас везти? - поинтересовался Локтионов.

- Я бы хотела домой. Это можно?

- Теперь можно.


## Глава 31


Анжелика вошла в квартиру с таким чувством, будто возвратилась домой из долгого путешествия. Она даже немного удивилась от того, что все в квартире было точно так же, как и в тот момент, когда она ее покинула.

Она села в кресло и попыталась сосредоточиться. Ей хотелось понять, что же ей делать дальше. Но никаких ценных мыслей в голову так и не поступило. Поэтому она решила лечь спать и дождаться утра. Ее не оставляло предчувствие, что события на этом еще не далеко кончились.

Хотя легла она поздно, но утром проснулась рано. И сразу же включила телевизор. Только что начался выпуск новостей. И по взволнованному виду ведущего почувствовала, что сейчас услышит нечто важное.

И она не ошиблась. Ведущий объявил, что сегодня утром президент отправил правительство в отставку. Кроме того, против премьер-министра, вице-премьера, ряда министров, а так же сотрудников администрации президента возбуждены уголовные дела по статье злоупотребление служебным положением и коррупция.

Вот значит, на что намекал председатель ФСБ, поняла Анжелика. Но самое удивительное во всем этом то, что она внесла свой весомый вклад в развитие нынешних событий.

Пора было собираться ехать в банк. Интересно, что там ее ждет?

Ее появление привело к эффекту разорвавшейся бомбы. Анжелику буквально закидали вопросами. И ей пришлось нелегко, так как она за всеми волнениями не подумала о том, что было бы крайне полезно заготовить правдоподобную версию ее отсутствия. Сейчас же ей приходилось говорить, что она расскажет обо всем позднее.

Пробившись в свой кабинет, она перевела дух и попросила пригласить Чистякова.

- Я так волновался за тебя! - с порога крикнул он. - Что с тобой случилось?

- Я тебе потом обо всем расскажу, когда отойду от этих событий. Тебе тогда удалось встретиться Мамонтовым?

- Да. Он много расспрашивал о тебе, пока окончательно не понял, что я не знаю, где ты находишься. После этого он пообещал сделать все, что может. И как сделал?

- Да, ты и он фактически меня спасли. Прошу, не спрашивай пока, - опередила она его вопрос. - Что в банке? Как Зернин?

Чистяков усмехнулся.

- Он ведет себя, как его законный руководитель. Без его подписи нельзя даже пойти в туалет. За время твоего отсутствия он принял много важных решений, в том числе и по кадровым вопросам. В банк пришли несколько новых людей. Насколько я понимаю, он формирует свою команду перед заключительным поединком за власть.

- Ну, это мы сейчас поправим. - Анжелика почувствовала, как начинает душить ее раздражение. Все же она допустила ошибку, что не избавилась от него, несмотря на все дополнительные трудности. - Пока иди, но будь поблизости. Ты можешь мне понадобится в любую минуту.

- Ты собираешься с ним расстаться? - догадался об ее намерениях Чистяков.

- Я еще сама об этом точно не знаю. Но, может быть, узнаю через несколько минут.

Зернин сидел в ее кабинете и почти не скрывал своего недовольства этим обстоятельством. Короткий период, когда он одевался весьма небрежно, закончился, и сейчас на нем были только вещи, приобретенные в самых дорогих и престижных бутиков.

- Я ознакомилась с вашими распоряжениями в период моего отсутствия. И нашли, как минимум, пять таковых, где вы превысили свои полномочия. В том числе приняли на работу на ключевые посты без согласования со мной троих человек. Как это понимать, Эдуард Петрович?

Анжелика вся кипела от злости, но в отличие от других подобных ситуаций особенно не пыталась это скрывать. И ее негативные эмоции явно заразили Зернина.

- Как это понимать! - взвился он. - Пока вы пребывали неизвестно где, даже не поставив меня в известность, когда вы изволите нас снова посетить, на банк был совершен очень крупный наезд. Стали распространяться слухи о нашей неминуемой и очень скорой кончине.

- Но это не имеет под собой никаких оснований, банк устойчив.

- Да, устойчив. Только клиенты почему-то под воздействием этих слухов стали спешно закрывать счета. Мне пришлось приложить массу усилий, чтобы остановить этот процесс. В том числе пришлось пригласить ряд известных специалистов к нам на работу, чтобы все увидели, что наше положение стабильно и никакой крах нам не грозит. И вообще много пришлось сделать, чтобы выправить положение. Хотя оно и сейчас далеко не лучшее. Если в следующий раз вы решите снова отсутствовать, то я не возражаю. Но только оповестите нас об этом заранее, - насмешливо проговорил старший вице-президент. - Я понимаю, что у такой женщины, как вы, есть масса дел по важней и по интересней, чем управлять каким-то банком. Кстати, вам известно, что погиб Твердохлебов, тот самый владелец инкассаторской фирмы, с которой вы заключили договор. Говорят, что, на самом деле, он был глава какого-то мафиозного клана, и основное его занятие было торговля наркотиками. А все остальное - для прикрытия. Представляете, что стало бы однажды с нашими деньгами, которые перевозили такие в кавычках инкассаторы. А ведь я был с самого начала против сотрудничества с ними.

"Если все так, как он говорит, то я должна ему кланяться в ножки, как крестьянин барину, а не увольнять его, - подумала Анжелика. - Но вот уволить просто до жути хочется".

- Я думаю, что период моих отлучек подошел к концу, и я намерена вплотную заняться делами банка, - примирительно сказала Анжелика.

- Будем надеяться, - буркнул Зернин, вставая. - Больше я вам не нужен?

- Пока нет, но скоро понадобитесь. Во второй половине дня я намерена провести большое совещание. Надо обсудить множество проблем. Да и познакомиться с вашими новыми приобретениями.

Зернин хотел что-то напоследок сказать, но в последний момент предпочел промолчать и вышел из кабинета.

Анжелика отчетливо понимала, что если она сейчас не перехватит инициативу у Зернина и не докажет всему коллективу, акционерам, что способна полноценно руководить банком, удержать бразды правления ей будет трудно. У ее заместителя аргументы занять место руководителя с каждым днем становятся все убедительней. И если она предоставит ему еще одну возможность их укрепить, ей не удержатся в этом кресле. И дело не только в том, что она хочет его отстоять во что бы то ни стало, а в том, что Игорь хотел, чтобы именно она встала во главе банка на время его вынужденного отсутствия. И она просто не имеет право не оправдать его доверия.

Анжелика с головой погрузилась в бумажное море. Ей как воздух необходимо провести совещание на самом высоком уровне, чтобы ни у кого бы больше не возникало сомнений, кто в доме хозяин. А чтобы никто бы ей не мешал готовиться, она даже попросила секретаршу не соединять ее ни с кем.

Дверь кабинета распахнулась, и на пороге показалась секретарша.

- Вам звонок, - сообщила она.

- Я же просила не соединять ни с кем, - грозно посмотрела на нее Анжелика.

- Я так и сказала, но мне сказали, что это из ФСБ.

- Из ФСБ. Хорошо, переведите на меня звонок.

- Здравствуйте, Анжелика Витальевна. Это Локтиовнов. У вас все в порядке?

- Спасибо, Виктор Васильевич, все в порядке.

- В таком случае не могли бы вы подъехать к нам в центральное здание. Пропуск на вас уже выписан.

- Это касается моего мужа? - У нее аж сперло дыхание.

- Не исключено. Через час я вас жду.

Анжелика звонком вызвала секретаршу.

- Мне надо срочно уехать. Оповестите всех, что совещание отменяется. - Анжелика задумалась. Зернин будет бесконечно счастлив, если узнает, что оно не состоится. Это подтверждает его любимый тезис об ее несостоятельности. - Нет, не отменяется, а переносится на три часа позже, - изменила Анжелика свое решение.

Нетерпение ее было столь велико, что она приехала на пятнадцать минут раньше. Пришлось ждать. Она ходила взад и вперед по бюро пропусков, так как из-за нервного напряжения не могла высидеть и секунды.

Наконец ее ввели в просторный, обставленный тяжелой и старомодной мебелью кабинет Локтионова.

- Сейчас мы с вами пройдем в одно помещение. Я хочу, чтобы вы послушали бы допрос одного вашего хорошего знакомого. А потом мы с вами обсудим услышанное.

Они прошли в небольшое помещение. Вместо части одной из стен было стекло, через которое было видна другая комната.

- Садитесь вот сюда и наблюдайте за тем, что будет происходить за стеной, - сказал Локтионов. - Те, кто находятся в той комнате, вас видеть не будут.

- Начинаем? - спросил Локтионова находящийся в комнате молодой сотрудник.

- Да, Алексей, мы должны помочь Анжелике Витальевне. Это наш следователь.

Алексей бросил на нее весьма красноречивый взгляд и вышел из помещения. Через несколько секунд Анжелика уже увидела его в соседней комнате.

Он надавил на звонок, появился офицер в форме.

- Приведите подследственного, - приказал следователь.

Ждать появление нового персонажа пришлось совсем недолго, дверь отворилась, и в комнату ввели Шаклеина. Вид у него был довольно жалкий, от его было самоуверенности и самовлюбленности не осталось ничего. Он чем-то неуловимо напоминал бродячую собаку: такой же понурый, небритый, в дорогом, но очень мятом костюме.

- Садитесь, и продолжим нашу беседу, - сказал следователь. Итак, вернемся к вопросу о похищение Игоря Волина. Расскажите, как все это происходило?

Шаклеин даже привстал.

- Гражданин следователь, поймите, у меня не было другого выхода. Я был вынужден его похитить. Иначе мог бы поплатитсья я сам. Но я не хотел этого делать.

- Давайте все по порядку. Почему возникла такася необходимость?

- Хорошо, я все скажу, как оно есть. Мы давно присматривались к Вольпину.

- С чем эт было связано?

- Однажды у нас возникли подозрения, что его банк занимается незаконными операциями по выводу денег за границу. И мы взяли его в оборот. Но эти факты не подтвердились. Наоборот, мы убедились, что это чистый банк. Поэтому и возникла мысль его использовать.

- В чем же конкретно выражалось "взятие банка в оборот"?

- Мы завербовали у него в банке одного человека. Впрочем, это даже не совсем точно, он сам с охотой пошел на контакт. И с тех пор регулярно поставлял сведения. И вот однажды он позвонил сотруднику, который курировал его.

- И что он сказал сотруднику?

- Он сказал, что президент банка "Надежда" Игорь Вольпин, где фонд "Капитал плюс" держал основные счета, хочет порвать с нами. И не просто порвать, а разоблачить проводимые с его помощью незаконные финансовые операциях. И время для принятия мер осталось крайне мало. Я спросил его, откуда у него такая информация и насколько она достоверна. Он ответил, что участввоал в совещанеие, где обсуждался этот вопрос.

Анжелика похолодела. Оправдались ее худшие опасения, человек, непосредственно причастный к похищению мужа, трудится в их банке. Да вдобавок в течение долгого периода шпионил за ними. Теперь остается услышать его фамилию. Впрочем, у нее мало сомнений по поводу того, кто это может быть.

- Что же было дальше?

- Поймите, у меня не было выхода. Если Вольппн выполнил бы свою угрозу и расскажал бы публично о своих подозрениях, для меня это стало бы концом всего. И не только для меня. Разразится грандиозный скандал, который затронет многих высокопоставленных особ. Поэтому, естественно не представляясь, я сам повел с ним дальнейшие переговоры. Но дальше произошло нечто удивительное. Я хотел ему предложить помочь нам похитить Вольпина. Но он опередил меня, и сам предложил сделать то же самое. Только с одним непременным условием: его тюремщиком будет непременно он сам. Я был этому сильно удивлен, но поразмыслив решил, что это может быть даже оптимальный вариант. Не надо искать место, где спрятать банкира. А это даже при моих возможностях не так-то легко. Все же президент банка, а не какой-то простой клерк. Но я решил кое-что выяснить для себя. Мне надо было понять мотивы, которые двигают этим человеком. Проведенное нами оперативное расследование показало, что тут замешена женщина, Анжелика Витальевна, жена Вольпина. Мы выяснили, что так же присутствуют и другие мотивы. Мы созвонились на следующий день. Я дал согласие на реализацию этого плана.

- Что же было дальше?

- Мы разработали план похищение. Это было не сложно, так как хорошо представляли об его перемещениях. Мои люди подстерегли Вольпина, когда он из дома поехал в банк перекрыли дорогу его машине. А когда он вышел, чтобы выяснить, что происходит, быстро связали его, усыпили. А затем отвезли в дом нашего агента.

- Почему вы не ликвидировали Вольпина? Разве это не входило в ваш план.

- В общем, да, такой вариант нами рассматривался. Но помешала его жена, она начала копать вокруг этого дела. Сперва я предполагал, что она рада его исчезновения, так как это позволяло ей взять бразды правления в банке. И только спустя некоторое время я понял, что это игра, а на, самом деле, эта дамочка занята поисками мужа. В этих условиях убийство Вольпина приовдило к дополнительному риску.

- Вы продолжали все это время держать связь с вашим агентом ?

- Разумеется. Но мы понимали, что его начнут искать, прослушивать звонки всех, кто как-то связан с Вольпиным. Конечно, я мог этот заблокировать, но я не хотел никаким образом вмешиваться в это дело. Поэтому я запретил ему звонить мне напрямую.

- И каким же образом вы выходили на него?

- Когда мне требовалась информация от него или нужно было ему что-то передать, я давал сигнал на его пейджер. Это могло быть любым сообщением, но составленным так, чтобы было бы понятно, что от него требуется. Он человек весьма умный и ему не составляет труда разобрать этот не сложный шифр.

- Пишите телефон компании и номер пейджера.

Шаклеин быстро написал требуемое на листке, следователь взял бумажку и вышел. Через несколько минут он вошел в помещение, где находились Анжелика и Локтионов.

- Пейджер зарегистрирован на некую Галину Анатольевну Воронову, семидесяти двух лет от рода, - доложил следователь.

- Понятно, что это подставное лицо, - заметил Локтионов.

- Но кто этот человек, кто помог похитить мужа, Почему вы мне не говорите?

Локтионов как-то хитро посмотрел на нее.

- Будьте терпеливы, совсем скоро вы все узнаете. Насколько мне известно, у вас совсем скоро в банке должно состоятсья совещание.

- Да, - подтвердила Анжелика. - Через полтора часа. Соберутся все наши руководители.

- Вот мы и пошлем сигнал на пейджер. Посмотрим, кто его примет. Как вам такой вариант?

- Я бы предпочла узнать все немедленно. Тогда мы сразу же поедем за мужем.

- Не беспокойтесь, сегодня ваш супруг окажется на свободе, - проговорил Локтионов. - Вернемся в мой кабинет и обсудим детали предстоящей операции.

Совещание длилось уже полчаса. Анжелика то и дело поглядывала на часы. Звонок на пейджер должен был поступить в точно назначенный час. И с каждой минутой отделяющее от этого события интервал времени становился все более узким.

Выступал Зернин. Он неприязненно, по крайней мере, так казалось Анжелике, посматривал на нее. Первый вице-премьер говорил о том, что в последнее время в банке сложилась неблагоприятная ситуация и главным образом из-за его неудовлетоврительного руководства.

Ни у кого не вызывало сомнений, что эти слова напрямую относились к Анжелике. "Говори, говори, - мысленно произносила она, - тебе осталось вещать буквально несколько минут. А потом у тебя возникнут совсем другие проблемы. Тебе будет не до руководства банка"

Никогда еще она не ощущала столь сильной неприязни к этому человеку. Все собравшиеся в кабинете люди смотрели то на него, то на нее, ожидая неизбежной развязке.

- Мы не знаем, когда вернется к руководству банка Игорь Евгеньевич, может так случиться, что это произойдет еще не скоро. И если положение не изменится, то он может прийти к разбитому корыту. В связи с этим я обращаюсь напрямую к Анжелике Витальевне, сложите с себя добровольно ваши полномочия руководителя банка. Поверьте, это пойдет только на пользу дела.

Анжелика в какой уже раз взглянула на часы. Все, сейчас должен раздаться сигнал пейждера. Ну, где же он?

Анжелика посмотрела на Зернина. И в этот миг в кабинете раздался протяжный сигнал. Машинально она повернул голову в сторону, откуда исходил звук. Она увидела, как один из сидящих в кабинете поспешно достал пейджер. И вздрогнула от неожиданности. Это был Чистяков.

Внезапно дверь распахнулась, и кабинет ворвались два оперативника. В сопровождение изумленных взглядов собравшихся, они подбежали к Чистякову, и надели на его руки наручники.

Анжелике понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

- Извините, господа, наше совещание переносится на завтра, - объявила она. - Прошу всех разойтись.


## Глава 32


Они сидели в кабинете втроем: Анжелика, Локтионов и Чистяков. Чистяков сидел низко опустив голову, бросая из подлобья яростные взгляды.

- Гражданин Чистяков Александр Вадимович, вы обвиняетесь в организации похищения президента банка "Доверие" Игоря Евгеньевича Вольпина, - проговорил Локтионов. - Где он находится? - Так как Чистяков молчал, он добавил: - В ваших интересах ничего не утаивать.

Но Чистяков продолжал молчать, продолжая лишь бросать то на Анжелику, то на генерала- майора полные ненависти взгляды.

- Позвольте мне, - вмешалась Анжелика. Она уже пришла в себя от изумления и вполне могла с ним разговаривать.

- Пожалуйста, - пожал плечами Локтивонов.

- Саша, зачем ты это сделал? Ты же был моим другом. Я доверяла тебе, как себе.

Внезапно Чистяков выпрямился на стуле.

- Друг? Я никогда не был твоим другом, я тебя всегда любил! - истерично выкрикнул он. - А ты наплевала на мои чувства, хотя прекрасно знала о них. Ты вышла замуж за него. И все эти годы я был вынужден наблюдать за вашим счастьем. Ты даже рассказывала мне о том, как тебе замечательно живется с ним. Ты не могла не понимать, что причиняешь мне сильную боль. И я поклялся, что однажды разрушу эту идиллию. И ждал только подходящего момента. Это ты во всем виновата!

- Наверное, ты в чем-то прав, я не всегда вела себя по отношению к тебе тактично. Но причем тут Игорь. Между прочим, он к тебе хорошо относился, продвигал по службе. Скажи, что с ним? Где он?

Чистяков снова замолчал.

- Почему я так и не решился его убить? - ни к кому не обращаясь, вдруг воскликнул он. - Это Шаклеин мне не разрешил. А я так хотел.

- Значит, он жив! - обрадовалась Анжелика. - Говори, где он?

- Говорите, не усугубляйте свою вину, на вас и так много висит, - произнес Локтионов.

Внезапно Чистяков словно обмяк, он низко опустил голову и затрясся с бесшумных рыданиях.

- Он у меня дома, в подвале.

Анжелика закрыла лицо руками. Она была в доме Чистякова и даже не предполагала, что под нее находится ее муж.

- Едемте немедленно! - вдруг так громко закричала она, что оба мужчины вздрогнули от неожиданности.

- Да, поехали, - согласился Локтионов.

Анжелика в прямом смысле выбежала из кабинета и понеслась к выходу. В эти минуты она забыла обо всем: и о предательстве старого друга, и о Локтионове, который не поспевал за ней.

Она остановилась лишь тогда, когда выбежала на улицу.

- Анжелика Витальевна, да подождите немного, - услышала она голос Локтионова.

Задыхаясь, он поравнялся с ней.

- Ну что же мы стоим, едем! - нетерпеливо воскликнула Анжелика.

- Подождите минуточку. Сейчас выведут вашего приятеля, и мы отправимся вызволять вашего мужа. Я же вам обещал, что мы скоро его отыщем.

Анжелика взглянула на него и вдруг поцеловала.

Кавалькада из нескольких автомобилей неслась по городу. Правда, периодически она застревала в уличных пробках, и Анжелика сразу же начинал нервничать. Почему-то ее неотступно преследовала мысль, что пока они пробираются по запруженным магистралям, с Игорем может что-то случится. О сидевшем в другой машине Чистякове она больше не думала, он навечно умер для нее. Она сравнивала его с Николаем, который любил ее ничуть не меньше, но пожертвовал ради нее жизнью.

Наконец показалась знакомая ей улица, на которой был расположен дом Чистякова, ставшего тюрьмой для ее мужа. Машины остановились возле особняка.

Анжелика тут же выскочила из машины и хотела уже бежать к дому, но ее остановил Локтионов.

- Подождите, все должно быть строго по закону. Сейчас найдем понятых и тогда войдем все в дом.

Поиск понятых занял минут пять. Первым вошел Локтионов, за ним Чистяков, следом Анжелика. Затем не дружной гурьбой - все остальные.

- Показывайте, где вы держите Волина? - потребовал Локтионов.

- Подвал находится под кухней, - ответил Чисятков.

Все двинулись на кухню.

Чистяков достал из кармана связку ключей и одним из них открыл замок люка. Один из сотрудников приподнял его и заглянул в подвал.

- Там человек! - доложил он.

Анжелика бросилась к люку, Локтивонов хотел ее удержать, но она оттолкнула его. Вниз вела лестница. Она преодолела ее одним махом и оказалась в объятиях мужа.

- Игорь, я тебя нашла! - только и хватило ей выдержки на восклицание, а затем все ее тело содрогнулось в рыданиях.

- Ну, все, успокойся, - гладил он ее по волосам. - Все страшное позади. Лучше посмотри на мой люкс. _

- В самом деле. - Анжелика не без сожаления оторвалась от мужа. "Люкс" представлял из себя тесное и низкое помещение, не больше шести квадратных метров и высотой максимум метр девяносто. Из мебели были только кровать и стол.

- Боже, какой ужас, - простонала она. - Пойдем быстрее отсюда.

- Да, пойдем. Только я за это время немного отвык от ходьбы. Здесь было трудно найти место для прогулок.

- Неужели он тебя ни разу отсюда не выпускал?

- Ни разу.

- Негодяй! Обопрись об меня.

Он, в самом деле, ослабел, и ей пришлось почти тащить навверх его на руках. Им помогли выбраться из подвала.

Они поднялись навверх, Анжелика посмотрела на мужа, и ей стало страшно. Таким худым и изнеможденным она его никогда не видела. Обросшие длинной щетиной щеки запали, а тело было тонким, как стебелек.

Она с ненавистью посмотрела на стоящего неподалеку Чистякова. Тот поймал ее взгляд и отвернулся.

- Виктор Васильевич, позвольте вам представить моего мужа, - обратилась она к Локтионову. - Я, кажется, вас ударила, извините.

- Ерунда, вам было в тот момент не до меня, - улыбнулся он. - С возвращением вас, Игорь Евгеньевич. Вы сможете сами дойти до машины, или мы вас отнесем?

- Я постараюсь.

Через двадцать минут та же кавалькада машин мчалась в обратном направлении. Анжелика и Волин, обнявшись, сидели на задним сиденье.

- А знаешь, Игорь, я ведь выполнила клятву Афродиты, - сказала она.

Он посмотрел на нее и поцеловал.

- Если бы я в этом сомневался, то не выжил в этих ужасных условиях. Но я был уверен, что однажды этот проклятый люк откроется, и я увижу тебя. Так и произошло. Я сделал правильный выбор своей жены.

- А я - мужа.

- Куда вас отвезти? - спросил, повернувшись к ним с переднего сиденья, Локтионов.

- Домой, куда же еще, - удивилась Анжелика. - Мой муж давно не был дома.

- Я понимаю, - улыбнулся Локтионов. - И не смею вас беспокоить. Но помимо того, что Игорю Евгеньевичу придетмся давать детальные показания, как потерпевший, у меня есть к вам обоим еще один очень важный разговор.

- Он может подождать хотя бы зо завтра, - нетерпеливо спросила Анежлика. - Больше всгео ей хотелось сейчас остатсья один на один с мужем.

- До завтра может, - видя ее нетерпение, улыбнулся Локтионов. - Но это предельный срок. А теперь счастливого пути домой.


## Глава 33


Они проснулись очень поздно. Солнце за окном находилось в зените, и часы в комнате подтверждали тот факт, что уже было двенадцать. Но Анжелике не хотелось вставать, ей овладело непривычная, но такая приятная истома лени. Она бы с удовольствием провела весь этот день в постели. Но больше всего ей не хотелось, чтобы кто-то нарушил их уединение. Ее счастье было таким плотным, что казалось, что его можно было взвесить и потрогать.

За прошедшее с их встречи время они говорили так много, что сейчас просто молчали, переживая близость друг друга. Анжелика рассказала ему о всех событиях, которые произошли с ней с момента их разлуки в Афинском аэропорту. Не стала скрывать она и об ее вынужденых изменах. Вольпин молча выслушал ее, несколько секунд он пребывал в неподвижности, затем, словно решая для себя нечто очень важное, тряхнул головой.

- Какое значение имеют эти измены, если ты доказала мне, что твоя душа мне верна, что она меня любит. Если мы, пройдя сквозь такие испытания, не способны перешагнуть через это, то грош нам цена.

Анжелика благодарно его поцеловала.

- Я была уверена, что ты так скажешь, то все же боялась. Честно говоря, я не знаю точно, как бы себя повела на своем месте. А вдруг во мне проснулась бы жуткая ревность. Ты же знаешь, что все женщины большие собственницы,

- Вырвем из книги нашей жизни эти страницы. Как будто бы их там и никогда не было. И хватит об этом. Я рад, что ты не скрыла эти эпизоды, но и портить наши отношения из-за них я не намерен.

Вольпин посмотрел на часы и засмеялся.

- Пора вставать, уже первый час. Мы же с тобой обо всем забыли. И о том, что надо идти работать в банк, и о том. что должен к нам прийти этот генерал из ФСБ, Как его фамилия?

- Локтионов. Но знаешь, давай сегодня не пойдем в банк. Посвятим этот день исключительно нам самим. Мне сегодня не хочется никого видеть. Даже Локтионова, хотя он много сделал, чтобы спасти и тебя и меня. А разбираться с делами банка начнем завтра. Мне кажется, я кое-что там натворила. И если бы не Зернин, не знаю, что было бы. Хотя я его по-настоящему ненавидела.

- Тебе придется извиниться перед ним.

- Я знаю. Я извинюсь.

Раздался телефонный звонок.

"Ну, вот и все, идиллия закончилась, - грустно подумала Анжелика. - Какая же она была короткой.

Анжелика взяла трубку. Звонил Локтионов.

- Он приедет к нам через час, - сообщила Анжелика после короткого разговора.

- Чего же мы лежим, надо готовиться к встрече! - воскликнул Вольпин.

Локтионов, как настоящий военный, был точен, прибыл ровно через час. Он внимательно посмотрел на счастливую пару и улыбнулся.

- Я вижу, вы вполне оправились, - обратился он к Вольпину.

- С такой женой, как у меня, это не удивительно, - улыбнулся он.

- Да, Анжелика Витальевна изумительная женщина. Поэтому мы решились обратиться к вам за помощью. Это просьба председателя ФСБ к вам, Анжелика Витальевна.

Анжелика не без опасения взглянула на него. У нее вдруг возникло предчувствие, что ее приключения еще не закончены.

- Да мы вас внимательно слушаем, - от имени их двоих проговорил Вольпин.

- Речь пойдет о знакомом вам мистере Оливера Кроули, - сказал Локтионов. - По нашей информации он собирается в Россию. И не просто в Россию, а к вам, Анжелика Витальевна.

- Ко мне?! - изумленно воскликнула Анжелика. - После всего, что произошло в Лондоне.

- После всего, что произошло в Лондоне, - подтвердил Локтионов. - Он намеревается просить у вас слезно прощение. И не только слезно. Вчера он посетил один из самых известных ювелирных магазинов английской столице и купил ожерелье стоимостью в три тысячи фунтов стерлингов. И мы предполагаем, что он намерен его преподнести в качестве подарка вам.

- Я ни за что не приму от него никакого подарка.

- А если мы вас слезно попросим его принять.

- Но зачем?

- Как мы выяснили, связи Кроули с нашей страной, а точнее с деньгами из нашей страны не ограничились линией Шаклеина. Есть и другие, не менее важные. И, как подозреваем мы, в том числе одна идет через Мамонтова.

- Этого не может быть!

- Я понимаю ваше отношение к этому человеку, он вам сильно помог, но есть некоторые подозрения. И мы бы хотели, чтобы вы помогли бы их развеять. Или подтвердить. Мы бы не стали к вам обращаться, но есть один нюанс. Нам кажется, что Кроули не остался равнодушным к вашим чарам. И помимо деловых мотивов им движут и другие.

Анжелика и Вольпин переглянулись. Локтивнов это заметил.

- Я понимаю некоторую неловкость этой ситуации, но не мы ее придумали. Ваша красота, Анжелика Витальевна, слишком мощная приманка и оружие. Кроули хочет установить с вашим банком деловые контакты. Не отвергайте его предложения, хотя не стоит на них и соглашаться слишком быстро, дабы он чего-то не заподозрил.

- И когда же он прилетает? - упавшим голосом спросила Анжелика.

- Он купил билет на завтрашний рейс. Вечером он будет в Москве, а утром скорей всего вам позвонит.

- Выходит, у нас остался один день?

- Но почему один день. И вся жизнь тоже, - улыбнулся Локтионов. - Вы согласны нам помочь?

- Мы должны посоветоваться с мужем.

- Да, разумеется. Но к вечеру я должен знать ваш ответ. Необходимо провести определенные подготовительные мероприятия. А теперь не буду вам больше надоедать. Счастливого вам отдыха!

Анжелика и Вольпин остались одни. Несколько минут они молчали.

- Я думала, все это уже кончилось, - сказала Анжелика.

Вольпин подошел к жене и обнял за плечи.

- Но теперь мы будем с тобой вдвоем. Теперь моя очередь принимать клятву Афродиты. Ты свою сдержала. Все будет хорошо. Завтра прилетят наши дети. Я так соскучился по ним. Когда я там сидел, то все время слышал их голоса. И от этого становилось особенно тяжело, так как у меня были все шансы их никогда не услышать наяву. Поверь, по сравнению с этим все остальное не страшно.

- Я верю, дорогой.

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-

-