# Забытые тайны предков

Дмитрий Викторович Хаусенко

очерк написан на основе реальных событий

Общение, по сути своей, это работа. Когда вы общаетесь с кем-то или с чем-то, хоть со стенкой, вы стремитесь познать предмет. По-знать. То есть, дать свои знаки, познать чужие. С тем, что бы чужое стало знакомым. Возможно не добрым, а злым, плохим, а не хорошим. Но уже не темным пространством, а предметом, выведенным на свет.

А человеческий мозг подобен кочану капусты. Сними верхние листы, и ты найдешь мозг обезьяны. Еще снимаешь листья, и под ними мозг зайца. Снимешь еще, ближе к кочерыжке, и там мозг динозавра. Потом лягушки. И так до кочерыжки, которая отвечает только за реакцию на свет, раздражение щупалец, дыхание и кровообращение.

Капуста переживает метаморфозы за лето на огороде. Наращивает потенциал. Бывает, ее повреждают вредители. Грибки, бактерии. А бывает, что она вырождается. Листья перестают сворачиваться. Продолжает расти красивая раскидистая бестолочь, что не даст по осени удобрения семенам, как это положено в природе; не даст и угощения на стол людям.

- Плевелы! - скажут люди, - и уничтожат весь этот род огородной культуры.

Эту историю в нашем вахтовом поселке пересказывали многие, наконец и я добрался с упоминанием о ней до старожила. Он и подтвердил: Да, так дело было! Видели люди, как звали местного жителя, но не шамана, а как бы ученика, или служку его, как местные говорили, человека с силой. Точнее, с Силой.

На деле была трагедия: летом 12-го года медведь зверски задрал двух человек, электрика и повариху, - есть жуткие кадры,- Природнадзор распорядился принять меры. Убийцу застрелили, угроза от других особей осталась, на них натыкались постоянно. Привлекателен был запах добычи для изголодавшихся зверей, а отстреливать нельзя, заповедный вид. Местные жители сами подсказали: надо обратиться к тем из них, кто древнее ремесло знает- медведя заговаривать.

Зверь охаживал Сабетту кругами, подойдет поближе, отдалится, подойдет, и уйдет, утверждаясь в праве собственности на участок кормежки. Весна, время пробуждения самок с медвежатами; лёд таят, нерпы и тюлени уходят, появляются медведицы с приплодом, всем требуется мясо, самое легкое для усвоение и калорийное- внутренние органы и жир. Звери шалеют от голода, становятся хитрыми и расчетливыми. Потому как рванешь за добычей, затратишь энергию, и не сможешь ее восстановить. И добьют тебя свои же сородичи, что бы не пропасть источнику пропитания. Отбор.

Медведя заметили, отпугивали сигнальными ракетами. Вскоре привезли оленевода в его одежде из шкур. Тот, кто видел дальнейшее, уже такого не забудет.

Местный встал в двухстах метрах у медведя, долго смотрел в него. Медведь почувствовал взгляд, остановился, пристально уставился в человека, замер. Почти минута так прошла. Человек развел руки, ладонями к земле, приподнял повыше, ладони к зверю, и заорал медведю древние слова на своем языке. Медведь заиндевел, присел на задние лапы, потом вытянул шею; медведь слушал. Человек кричал, как бы нараспев, со свирепой интонацией, что-то на своем: Карамдылындыбы- тагылымынадвды- таламатыранды!... Медведь начал вжимать задницу в лед, потом медленно, как в пантомиме, развернулся и быстро зашагал прочь во льды. Человек кричал, медведь оглядывался, и , казалось, бежал с ужасом.

Человек объяснил тупым белым людям, что так заговаривали медведей еще его предки, но не все, а у кого сила на зверя была. Приглашали его два раза, отогнал медведя помоложе, потом еще медведицу с двумя детенышами, а потом не приходил. Но и медведи сторонились стройки в поселке. Приход зверя был через четыре года. Я видел этого матерого мишку на северной оконечности порта, это ночью, а днем он приходил внаглую, даже рев грузовиков не испугал его, это было заснято и выложено с сеть. Бросились искать заговаривающего, но не нашли. Медведь не появлялся.

Промышленное развитие придумали лентяи. Они и время выбрали на обдумывание изобретений, и единомышленников из начальствующих находили. Улучшали жизнь, жизнь улучшалась все больше и больше, до тех пор, пока не приблизилась к своей противоположности. Мы и общаться между собой толком разучиваемся, уходя в мир черных зеркал скринов.

Человеческий мозг подобен кочану капусты. Под наслоением человеческого- обезьянье, потом ящерово, лягушачье. Это если копить и собирать. А если листья от потока привлекающего внимание встанут дыком и перестанут хранить и оберегать друг друга, не станет пользы от такого мозга. Нашей силы не хватает для поддержания тычинки с пестиком, на производство новой поросли, а как тогда сохранить свет, с которым и для воспроизводства которого мы пришли в мир?

Все горемыки, строившие в своих мечтах и воззрениях идеальное общество, забывали сделать поправку на одно человеческое свойство, на любопытство. Народы метутся, сбрасывают престолы, жены из хороших семей уходят к плохим парням из любопытства и желания попробовать новое; увлечься неординарными личностями. Когда наше увлечение добьет почву под ногами, вы жившие попробуют вспомнить забытые секреты разговоров с живым миром.