# Кто за чем на Конкурс приходит - 2?

Птица Хищная

Психологические типы критиков, обозревающих интернетовские литературные конкурсы.

Наталия Девятко


Кто за чем на Конкурс приходит - 2?


У каждого конкурса есть обязательный атрибут - обозреватели. Иногда это злобные критики, иногда - просто ангелы и мастера. Часто авторы мечтают закопать их живьем, а порой готовы носить на руках. Но обозреватели тоже люди и подчиняются законам психологии.

Проанализировав психологию обозревателей, приходящих или приглашенных на конкурсы, я составила несколько основных типов и подтипов.


"Я украшу это собрание своим присутствием".


Этот тип критиков нередок, но, чтобы быть его представителем, в девяти из десяти случаев автор уже должен стать метром или признанным авторитетом, популярным писателем (в тусовке или в читательских массах - не важно).

Всегда интересно, почему люди с именами, известными если не во всем мире, то хотя бы в пределах СНГ, берутся судить конкурсы (а зачастую и обозревать их в роли судей).

Причин на то несколько.

С одной стороны, это неплохой повод пообщаться со своими поклонниками, "стать ближе к народу".

Но с другой - это и отличнейшая возможность сделать социологический и психологический срез будущих конкурентов. Талантливый профессиональный писатель определяет потенциал молодого автора по одному абзацу, типичному для нового автора, талант молодого подобен свету, который нельзя скрыть в дырявом мешке еще корявых фраз.

Проблема в том, что уловить его можно лишь в том случае, если в тебе горит (или горел) этот огонь. Исключением является только один тип, но о нем мы поговорим немного позднее.

Другой вопрос, как воспользуется профессиональный автор этим знанием.

Тот, кто не боится конкуренции, чувствует свою силу и неповторимость, укажет молодому автору на ошибки, похвалит за находки, поругает за банальности, он может быть резок, но профессионального автора нужно понять: он борется за чистоту литературы, в которую молодой автор, без сомнения, войдет через несколько лет.

Жаль, что среди профессиональных авторов совсем немного благородных людей. Зависть и страх - вот два чувства, которые могут возникнуть у профессионального писателя, когда он начинает читать действительно талантливые, пусть и несколько наивные и безграмотные произведения молодых. Зависть из-за молодости того, кто только начинает свой путь, страх из-за конкуренции, что молодая волна сметет его - "знаменитого всенародного любимца".

Если у профессионального автора просыпаются эти чувства, то его, конечно, жаль, но то, что он может сделать в таком состоянии (а оно может стать обычным и повседневным), часто выходит за рамки морали. Можно благодаря своему авторитету направить творчество как отдельно взятого автора, так и части литературного процесса. А можно... Словом ведь очень легко убить, отравить, превратить в свое подобие или покорежить душу так, что потом ни один лекарь те раны не залечит.

Естественно, что за подобный поступок жестоко расплачиваются. Но кому от этого легче? Исправить ничего нельзя.

Поэтому критика этого типа обозревателей или очень полезна или невероятно вредна. Все зависит от личностного фактора, и следует учитывать личность критикующего, а не с радостью прыгать, что про тебя обмолвился твой любимый писатель.

Стоит вспомнить, написал ли критикующий за последние несколько лет хоть одно достойное произведение (действительно стоящее наравне с теми, за которые вы его полюбили). Конечно, в личной беседе степень искренности обозревателя-метра определяется значительно легче, но конкурсы обычно проходят в Интернете, где искренность живого общения становится недоступной.


"Выпала мне такая горькая доля".


Так обычно заканчивают свои горькие монологи многие штатные критики и обозреватели, которые должны были прочитать все, что было прислано на конкурс, или попробовать себя в роли предноминатора. После следует обещание: никогда больше не участвовать в конкурсах.

Оно очень редко выполняется, потому что штатным критиком (часто эта роль совмещена с судейством) быть очень престижно.

Обзоры этого типа обычно сводятся или к отпискам: "Был, читал", или (и это в худшем случае) нападкам на каждую неправильно поставленную запятую автора, сопровождается такой разбор невероятным количеством выплеснутой желчи, но, по сути, такая критика абсолютно бесполезна. Как говорится, цена не соответствует качеству.

А все потому, что обозреватели этого типа занимаются конкурсами, чтобы поднять себе рейтинг, подчеркнуть свой статус, показать свою мудрость.

Они используют конкурсы как повод для собственного пиара, поэтому пользы от них обычно очень мало, а общая направленность критики (а нередко и судейства) подчиняется мысли лидера мнений, который и становится фактически главным и единственным обозревателем (зачастую чужими руками), и судьей (об этом никто не узнает, судейство - коллективный процесс даже при раздельном выставлении оценок).

В результате снижается общая планка обзоров, а конкурс перестает даже отдаленно напоминать хоть немного честное соревнование, приносящее пользу участвующим.


"Где же мои посетители?"


Обозреватели этого типа очень ревностно относятся к своему рейтингу, поэтому используют конкурсы как возможность увеличить собственную посещаемость.

Да, обзоры конкурсов действительно привлекают читателей (в основном авторов, и даже тех, кто в конкурсе не участвовал) к странице обозревателя, и далеко не все обзоры "внештатников" принадлежат к этой группе.

Определить этот тип очень легко. Такие обзоры не отличаются содержательностью, но зачастую достаточно ехидны. Обычно их пишут трусы, которые не участвуют в конкурсе - не потому что не хотят, а потому что не могут, их произведения не выдерживают даже элементарной критики. Поэтому чувство безнаказанности, порожденное интернетовской анонимностью, позволяет им выплеснуть на ни в чем неповинных авторов (и чем талантливей автор, тем больше ему достанется) поток непонимания.

Да, именно непонимание - отличительная черта этих обозревателей, отзывы-рецензии составляются либо "от балды", либо по первому абзацу, часто задействован "Ворд", подчеркивающий слова зеленым и красным.

Пользы от таких обзоров никакой, хотя и вреда тоже.

Получив свою минимальную посещаемость и не приложив никаких умственных усилий, обозреватели этого типа с радостью отмечают небольшой всплеск статистики и ждут следующего конкурса.


"Вы профессором меня не называйте".


К обозревателям этого типа могут относиться очень разные люди. Стремление к умничанью не определяется ни умом, ни возрастом, ни профессией, ни талантом. Эти люди хотят показать, что все вокруг них "сынки", хотя иногда они и сами могут очень даже неплохо писать.

Как различаются представители этого типа, так же колеблется и польза от их обзоров. Часто они действительно могут найти ошибки, причем некоторые могут быть глубинного характера, у них есть чему учиться (хотя бы тому же умничанью, которое порой очень пригождается в жизни), но искать действительно ошибки, а не заниматься вылавливанием знаков препинания, им облом.

У них есть знания, но делиться ими они не намерены, потому что тогда людей, понимающих "умный" язык, станет больше, и они утратят свой "высокий статус".

Это псевдометры, часто редактора мелкого пошиба, те, кто хотел бы управлять литературным процессом или стать популярным, но по каким-то причинам не может. Обычно это писатели, испорченные филологией, узнавшие писательские премудрости раньше, чем их взгляд на мир стал своим, четким и непоколебимым, они склонились перед авторитетами раньше, чем эмоционально смогли противопоставить им что-то свое, пусть несовершенное технически, но живое.

Короче, их в свое время сломали или они сломались сами, а их стилистическое мастерство часто скрывает пустоту не только их текстов, а и отсутствие личности.

Определяется этот тип высоким содержанием заумных фраз и терминов.


"Добродушные вампиры".


Есть люди, у которых гипертрофированно врожденное чувство грамотности. Они просто с ума сходят, если найдут чужую ошибку (своих они не допускают). Тогда они чувствуют себя полезными, сопричастными творческому процессу.

На первый взгляд может показаться, что эти люди полезны. Они вычитают все технические ошибки, глубинные уровни текста для них недоступны, они даже не знают о существовании этих пластов. Из них получаются самые лучшие корректоры, но не приведи господь такому человеку стать редактором - задолбает. Для него форма важнее смысла.

Еще хуже, если такой человек "подружится" с автором, в результате этот тип критиков выпивает из "друга-автора" все соки, хотя делает все только "во благо", и с грустью и даже обидой, что автор перестал писать и больше некого корректировать, идет искать новую жертву.

Вид вымирающий, но изредка встречается. Если ваш текст оказался объектом такой корректуры, просто поблагодарите обозревателя коротким словом "Спасибо", не добавляя больше ничего. Любая дополнительная положительная эмоция будет расценена как согласие на дружбу.


"Я шавка?! От графомана слышу!"


Один из самых бесполезных, но мерзких типов обозревателей. Пользы от них ноль, но раздражают они не меряно. Об них лень марать руки, тонкого юмора они не поймут, а на мат срываться не хочется. Их лучше игнорировать, но игнорировать редко получается.

В жизни эти люди никто, их часто обижают, не воспринимают всерьез, поэтому в Интернете проявляются их самые неприглядные черты. Здесь они всесильны: тот случай, когда "всевластье каждому по мерке".

Ранить они не могут, у них на это силенок не хватит, но надоесть и создать негативный фон для критики других обозревателей - запросто. "Шавки" мстят всем, кто может сделать что-то лучше них, а так как лучше может сделать почти всякий, кто не является "шавкой", то они мстят всем авторам.

Их обзоры несодержательны, но отличаются избитыми шутками, пошлостью, применением прямого или косвенного мата, всяческими унизительными выпадами против автора, доходящими иногда до оскорблений.

Попадают они в цель только случайно. Часто они об этом даже не знают, если автор не опускается на их уровень.


"Не все люди произошли от обезьяны, некоторые - от "сабачки".


Можно сказать, что эти обозреватели похожи на "шавок", но это не совсем так. Отличаются их цели и психология.

Эти люди часто умны, но редко талантливы, почти всегда очень завистливы и привыкли обижать слабых (читай молодых, неуверенных в своих силах). Так им комфортно, спокойно, они довольны собой, чувствуют власть, пусть и эфемерную.

Но они действительно формируют литературный процесс, точнее подменяют его всеми возможными способами, изгоняя из литературы интуицию, вдохновение, творческий поиск. То есть все, в чем они ничего не смыслят, потому что ни интуицию, ни вдохновение нельзя просчитать с помощью математики или современных компьютеров. Так они отсекают целый вектор развития литературы, не со зла, а чтобы чувствовать себя в безопасности.

Обычно к этому типу принадлежат разумные люди, иногда профессиональные редакторы и писатели, уважаемые в литературной среде, хотя мало читаемые настоящими читателями. Но по каким-то причинам у них сложились с литературой такие отношения, что вдохновение их больше не посещает, поэтому оно заменено играми разума.

Убить они, правда, не могут, а вот основательно покоцать, нарушить внутреннее равновесие очень даже получится. В их обзорах могут быть заумные слова, но исключительно для поднятия собственного статуса, им важно, чтобы их понимали, чтобы удар достигал цели, поэтому зачастую удары выверены и проверены многолетней практикой. Среди них встречаются отличные психологи.

Их обзоры могут быть полезны (и зачастую так и есть) в технической части. Все же остальное, что выходит за рамки элементарной техники, превышает школьную программу по стилистике, вмешивается в структуру текста, должно отметаться сходу, иначе быть беде. У них много опыта как писательского, так и редакторского, поэтому они знают, в какие точки нужно ударить, какие сцены (или фразы - это зависит от объема текста) нужно испортить, чтобы текст рассыпался, а внешне ничего не изменилось.

Поэтому к любому замечанию таких обозревателей нужно относиться очень и очень осторожно.


"Я не злой, просто память у меня хорошая".


К этому типу относятся обозреватели, в основе критики которых лежит личная неприязнь к конкретному автору или группе авторов. Они мстят за что-то и определенно тому, кто, по их мнению, этого заслуживает, поэтому весь остальной конкурс их не интересует. Конкурс предоставляет возможность отыграться, за что и по какой причине - это уже совершенно другой разговор.

Выявить такого критика легко, взглянув на его другие рецензии (они могут использоваться как "прикрытие"), если они качественно отличаются от той гадости, которую вылили на вас, то стоит задуматься, а не знаете ли вы этого человека, скрывающегося под ником. Этот тип непостоянен, поэтому для достижения цели почти всегда используется выдуманное имя, если только заявленное имя изначально не было фальшивым, тогда можно безболезненно "играть в открытую".

С одной стороны эти рецензии опасны, ведь они чрезвычайно ядовиты и часто полностью понятны только одному автору, на которого направлены. Если такую рецензию воспринять неправильно, то она может в лучшем случае испортить настроение, в худшем - жизнь. Но если подойти к ней без эмоций (а это очень сложно, обозреватель знает и ваши слабые места, и слабые места вашего текста), то можно извлечь из рецензии огромную пользу: она покажет вам, как вас можно зацепить, где слабины в вашей броне, где стоит увеличить мастерство или защиту, чтобы новый удар не был смертельным.


"Покусаю, нах..."


Представители этого типа далеко не "шавки", им не нужен статус, они просто играются. Главным правилом для их обзоров является психологический игровой элемент и спортивное соревнование между собой. Они не ходят поодиночке. Не интересно. Сбиваются в стаи. Примеряют на себя маски "плохих" и "хороших", но иногда только "плохих" и "очень плохих".

Часто участвуют в самом конкурсе. Психологическая победа присуждается тому, кто выльет на участников больше грязи или вывалит экскрементов. Чьих - не важно. В процессе игры можно задействовать любые средства и манипулировать всеми, кем удастся.

Они никому не желают зла, и попадающимся к ним в зубки просто не повезло. Судьба. Нечего обижаться.

Часто они грызут с юмором, почти всегда с пошлым и черным, но умеренной пошлости и черноты.

Игра очень увлекательна, поэтому команды, состоящие из этого типа обозревателей, кочуют из конкурса в конкурс. Иногда команды смешанные, в них есть и представители других типов, тогда игра становится еще более классной.

Приняв участие в таком командном соревновании, не относящемся к литературе, очень сложно не повторить его снова и снова.

Главной особенностью этого типа является то, что они не имеют глобальных целей, связанных с литературным процессом (хотя еще более ловкие манипуляторы могут использовать такую группу в большем проекте без ее согласия), и не затрагивают глубинных пластов психологии текста и психики автора.

Лучшая защита от них улыбка, если они видят, что автору их критика как с гуся вода, то они мгновенно исчезают с его поля зрения.


"Мочи негодяев!"

Этот тип частично пересекается с предыдущим, но имеет и свои особенности.

Небезызвестная "Шайка Зеленого Леса" хвалится тем, что открыла новое направление критических обзоров, когда критикуется не автор и его текст, а критик и его обзор. Не хотелось бы огорчать многоуважаемую "шайку", но такие обзоры были популярны и много веков назад, частично они вошли в памфлетную традицию.

С одной стороны критика обзоров дает возможность за чужой счет повыпендриваться, поиздевавшись над тем, кто все-таки проделал какую-то работу по чтению и анализу авторских текстов, а с другой - может стать психологическим оружием, если им правильно распорядиться.

Но сейчас подобные обзоры представляют собой либо полный бред, либо жалкие поделки. В них нет ни психологии, ни стиля, хотя своей цели - прославиться за чужой счет, не перетрудившись, - этот тип обозревателей достигает.

Бороться с ними критики могут, только игнорируя, а читатели... Это их дело, я могу понять, как весело потешаться над униженным критиком, который недавно обругал тебя. Справедливо или нет - совершенно не имеет значения.

Вопрос только в том: против какой критики будут направлены такие обзоры, над этим следует задумать в первую очередь не критикам, а самим авторам.


"Отличная ночь для охоты".


Обозреватели этого типа могут наносить смертельные удары, не физически, но морально. Расстояние и возраст роли не играют. Удар может быть единичным, если автор "притворится мертвым" (или зачастую притворяться будет уже некому), или целая серия ударов, если автор решится принять вызов на дуэль.

Иногда авторы выигрывают у "охотников", но вероятность победы автора невелика. Все зависит от воли и самообладания дуэлянтов. Цена самого высокого уровня дуэли - вдохновение, талант и даже нормальная жизнь (некоторые удары по психике неизлечимы).

К счастью, этот тип встречается крайне редко, но он не предсказуем. У "охотников" нет цели, кроме как убивать, причем часто долго и мучительно, так они показывают свою психологическую власть, но цели как таковой у них нет, и это хорошо. Единственная цель - насилие и власть, между которыми для них нет даже зыбкой границы.

"Охотник" может сотрудничать с теми, у кого эти цели есть, за вознаграждение или просто так, но всегда будет презирать тех людей, с которыми связан. "Охотник" - одиночка, он самодостаточен, ему не нужно общение и ответная реакция, он уверен, что все его удары смертельны. Именно так "охотника" можно обмануть.

"Охотник" не пишет, точнее, пишет, но только в том случае, если текст является составляющей частью удара. Он не литератор, его талант - это обратная сторона созидания. Он не может создать ничего, что будет освещено светом жизни, если спровоцировать "охотника" на такое (а самые крутые "охотники" все до единого честолюбцы и гордецы), то он просто погибнет.

Все "охотники" - очень классные психологи, пусть и не по образованию, хотя прецеденты бывают (и психи, что случается столь же часто), их язык легкий, а приемы часто не описаны даже в новейших учебниках по техникам влияния, потому что вариативны и неповторимы.

Они не обозревают всех: очень нужно тратить время на всякую "шваль". А только тех, кто действительно может в будущем представлять ценность для литературы. Их внимание лучше просто пережить и переждать, пока они отвлекутся на кого-нибудь другого. Бороться практически бесполезно.

Но повторюсь: чистые представители этого типа встречаются очень-очень редко.


"Ща я всех утоплю, как котят-несмышленышей".


Представители этого типа в корне отличаются от всех предыдущих типов, они одновременно и обозреватели, и участники. В них могут совмещаться черты практически всех типов критиков и обозревателей.

Главная цель для них: протолкнуть свой рассказ вверх рейтинговой таблицы и утопить всех возможных конкурентов. Если конкурс несколькотуровый, то они "тянут" в следующий тур всякий бред, чтобы увеличить шансы своего рассказа (стилистически он часто безупречен, его идея проста и понятна, иногда даже оригинальна, но духовно он пуст) и уменьшить шансы тех рассказов, которые (часто после небольшой технической редакторской правки) действительно могут оставить след в душе читателей.

Степень полезности их обзоров прямо пропорциональна их честности как авторов и людей.


"Писатель может быть и читателем".


Сейчас в конкурсах при голосовании очень часто авторы ориентируются на обзоры (чем активно пользуется предыдущий тип) или голосуют наугад, по первой строке. Это, конечно, не правильно. Опыта сходу определить литературную ценность текста, как это делают, например, метры и "охотники", у них нет, но их методами пытаются пользоваться. Эти авторы приходят себя показать, но не на других посмотреть. Чужое творчество им безразлично: "Я и сам писать умею!"

Это так, писать они, в принципе, умеют. И на Самиздате большинство авторов придерживаются именно такой политики. Но подобное самоустранение, во-первых, не честно по отношению к тем людям, которые прочитают ваш рассказ (ладно, о честности забыли), а, во-вторых, чревато потерей ощущения развития литературного процесса.

Это подобно тому, как отдать другому право выбирать, разрешить другому решать за себя. Теряя эти нити, автор становится марионеткой в руках опытных редакторов и других авторов. У него не может сложиться собственное мнение (кроме того, что все другие авторы пишут фигню, а только я один классный и неповторимый), поэтому приходится пользоваться чужим.

В результате автор либо бросает писать, его больше ничего не подпитывает, либо пишет исключительно для писательской тусовки, которая на самом деле не отражает читательских предпочтений (как, кстати, не отражает их и современный издательский рынок).

Такие люди обзоров не пишут - было бы странно. А вот их противоположность, авторы, которые читают чужие рассказы, в большинстве случаев высказывают свое мнение. Еще слишком жива память о том, как ты сам с тревогой ждал отзывов на недавно вывешенный рассказ, а никто не оставлял комментария.

В этих обзорах редко уделяется должное внимание технической стороне, автор-читатель даже если замечает ошибки, редко сообщает об этом, все, что можно легко исправить, пропускается, считается, что если автор смог написать рассказ, то сам сможет его и нормально отредактировать.

Но эти обзоры являются одними из самых ценных. Они дают мнение и более-менее чистую эмоцию. Над такими обзорами нужно думать, отделяя искажения, внесенные виденьем мира обозревателем (эти искажения часто почти полностью видны в рассказе обозревателя, можно и наоборот вычислить рассказ критика по обзору, и не только для этого типа).

Вы получили бесценное сокровище - искренний читательский отклик, берегите его и правильно расшифруйте.


"Наблюдатели".


Можно сказать, что это "добрые охотники". Они профессионалы от бога, они следят за литературным процессом, ищут новые имена (для себя или для издательств - не столь важно), они помогают и поддерживают, если видят необходимость.

Считают своим долгом защищать перспективных молодых авторов от "сабачек", если те перегибают палку, и в особенности от "охотников". Но "охотники" встречаются редко, поэтому приходится ограничиваться "сабачками", чтобы не потерять форму.

Стать "наблюдателем" нельзя, это состояние души, которое может проявиться в любом возрасте. Перекупить "наблюдателя" тоже нельзя, хотя за свою работу он может получать деньги. Если этот тип критиков решается принять несвойственные ему принципы, то он утрачивает большую часть своих способностей, хотя и то, что остается, впечатляет. Иногда после такого перехода из "наблюдателя" получается "охотник".

Конечно, "наблюдателей" очень мало, и цели у них разнятся. "Наблюдатель" может писать обзор, а может не писать, может ограничиться несколькими рецензиями.

Он не следит за всеми перипетиями конкурса, но знает о них и очень легко анализирует, может вмешаться, если увидит отклонение от той системы ценностей, которую считает правильной.

Обычно система ценностей "наблюдателя" совмещает в себе ценности издателя, редактора и читателей (думающих хоть немного, а не с атрофировавшимися мозгами, которых на самом деле очень немного, хотя всячески доказывается обратное).

Обзоры "наблюдателей" всегда конструктивны, но эти люди очень ценят свое время, ведь все потерянное время может негативно отразиться на их понимании литературного процесса, что может в дальнейшем лишить их некоторых инструментов влияния.

"Наблюдатель" никогда не ведет пустопорожних разговоров, особенно с "сабачками", да и вообще не расположен разговаривать даже с теми авторами, которым посчастливилось получить от него рецензию.

Рецензии его обычно тоже очень специфичны и нередко оригинальны по форме. "Наблюдатель" никогда не рассказывает автору всего, обычно доля информации, попадающая к обозренному автору, не превышает 20%. Заставить выдать всю оставшуюся информацию не получится, даже если очень попросить.

Если он считает нужным поправить стилистику и орфографию автора, то поправит, если считает нужным показать закодированную авторскую психологию, то покажет, если решит провести одним из эмоциональных путей, прописанных в тексте или указать на точки соскальзывания, то так и сделает. Но будет дана только самая необходимая, по мнению "наблюдателя", информация.

Еще один нюанс. Если даже автор после обзора обратится к "наблюдателю" за советом или с претензией, то не факт, что ему ответят. Даже тогда, когда "наблюдатель" считает автора очень перспективным, он вступит в диалог лишь в том случае, когда уверен, что дальнейшее общение будет полезно автору и не привлечет к его творчеству излишнее внимание "сабачек" и "охотников".

Суждения "наблюдателя" часто достаточно объективны, но он не истина в последней инстанции. Истина в последней инстанции - это сам автор, который познал себя.

В каждом, хоть немного значимом конкурсе есть "наблюдатель", хотя он далеко не всегда себя проявляет.

В двадцать первом веке молодые "наблюдатели" часто пишут сами.


Посмотрела количество типов участников и обозревателей, и вышло... Да, обозревателей получилось значительно больше. Но это и закономерно, гораздо легче всячески рассматривать уже созданное, чем создавать что-то новое.

Критика может быть любой и исходить от любого типа обозревателей, но ее нужно воспринимать правильно, подключая знания по психологии, и отделять "конструктивную" критику от "неконструктивной" и "деструктивной" (да, их именно три вида, хотя казалось бы...).


А я желаю вам, чтобы в "конструктивной" критике у вас никогда не было недостатка.