# Несвижские сны

Игорь Илюшин

Чистый воздух ласкал легкие, а устойчивый запах лесной свежести дразнил ноздри, словно призывая закрыть глаза и наслаждаться каждым мгновением, проведенным в парке. Но закрыть глаза - означало бы упустить естественную красоту природы: тут росли элегантные, как Наоми Кэмпбелл, березы с длинными изящными ветвями, которые то и дело колебались на ветру. Бок обок с березками стояли грубоватые по сравнению с ними клены, кроны которых были не так подвижны, но и не так изящны. Клены как истинные джентльмены были крупнее, но ни в коем случае не красивее своих спутниц. А ниже ярусом рассыпались небольшие елочки с пушистыми ветками, словно озорные детишки, бегающие у ног родителей. Эта древесная семейка почти не пропускала солнечных лучей, но вовсе не создавала мрачной и унылой обстановки, а напротив - словно отделилась от внешнего мира, чтобы не утратить гармонию. И посреди этого зеленого массива расположилась яркая солнечная поляна. Высокая трава на ней местами доходила до колен, но, несмотря на это, вовсе не была неаккуратной, а наоборот - на удивление ровной, словно волосы красивой девушки, бережно уложенные в салоне красоты. Ближе к центру поляны трава редела, пока не исчезала вовсе, уступая место творению рук человека: декоративной каменной мозаикой было выложено причудливой формы основание, на котором металлическим каркасом были отмечены контуры некогда величественного дерева, первого во всей округе, посаженного еще при Радзивиллах - могучего канадского тополя. Веками этот исполин следил за округой, всем своим видом напоминая о былом величии князей-основателей парка. Но время беспощадно ко всем, и тополь не стал исключением - даже ствол двухметровой толщины не сможет вечно сопротивляться ветру. И лесной богатырь не выдержал, рухнул под натиском природы, оставив лишь корни как напоминание о себе...


По мышцам всего тела побежали кратковременные импульсы тока, и Андрей Будкович тут же открыл глаза. Майору не особо нравился такой способ пробуждения, но других вариантов не было: обычный будильник на военно-космической базе не позволялся. А если учесть, что здесь день и ночь внешне ничем не отличались, то можно было вполне оправдать издевательство над организмом. И хоть Минздрав и признал импульсный будильник абсолютно безвредным, он как минимум создавал неприятные ощущения, потому приходилось каждое утро терпеть это неудобство, завидуя тем, кто остался на Земле. Электронный напульсник показывал семь часов утра - до общего построения еще оставался час. Андрей откинул одеяло и зашагал к душевой камере.

Непрерывный поток воды лился из решетчатой пластинки, вмонтированной в потолок, и отводился через такую же пластинку на полу. Утренний душ всегда бодрил после сна, ведь вода содержала специальные тонизирующие препараты. Андрей закрыл глаза и наслаждался тем, как приятная прохлада обдавала его мускулистое тело. Он представлял, как будто стоит под небольшим водопадом среди дикой природы, а не внутри большой летающей вокруг родной планеты коробки. Но куда чаще Андрей воображал себя в деревенском душе, сооруженном когда-то его отцом из лейки и небольшой цистерны. Это напоминало ему о беззаботном детстве, о своей деревне и о родной земле.

Отбросив мокрое полотенце в сторону, майор Будкович стал надевать свою форму, которая уже давно не вызывала у него гордость. Конечно, в первые годы самолюбие Андрея неслабо раздувалось от того, что он носил офицерские погоны. Но со временем Андрей то ли привык, то ли стал менее наивным, а может быть просто повзрослел. Сразу после военной академии ему посчастливилось участвовать в подготовке к запуску первой белорусской космической военной части, а пока все первичные работы закончились, Андрей уже носил среднего размера звезду, и, с учетом его вклада в подготовку, предложение возглавить часть было вполне логично. Он, разумеется, согласился, ведь это же большая честь, и престиж у такой должности немалый. Но вскоре Андрей узнал, что кроме престижа приятного тут не много. Да и красоваться особо не перед кем - не перед солдатами-срочниками же.

Неприятный звуковой сигнал прервал мысли майора - кто-то звонил в дверь его каюты - довольно редкое явление по утрам. Видимо от неожиданности Андрей даже не удосужился поинтересоваться, кто к нему пожаловал, а просто отдал мысленную команду, и под действием электронного напульсника металлические дверные створки медленно раздвинулись. На пороге стоял молодой парень в камуфляжной форме, которая, к слову, не совсем подходила ему по размеру: рукава казались длиннее, чем положено, а погоны слегка свисали с плеч, как будто три желтые полоски на них были очень тяжелы и тянули вниз. Парень некоторое время нерешительно топтался на месте, но вскоре он видимо вспомнил, перед кем стоит, и резко поднес правую руку к фуражке. Андрей лениво произнес "вольно", не показывая при этом неприязнь к самой идее воинского приветствия. Но на самом деле майор Будкович как минимум недолюбливал эту процедуру: над низким интеллектом и предсказуемостью военных и так ходит куча баек и анекдотов, а тут еще одна попытка выделиться, подчеркнуть, что они даже приветствуют друг друга не так, как все. По мнению Андрея Будковича, это была не самая лучшая идея.

- Что случилось, сержант? - спросил Андрей парня.

- Товарищ майор, экстренная ситуация, - сержант сделал паузу. - Повреждения в кислородном отсеке.

От входа в отсек, постукивая высокими каблуками черных сапожек, навстречу Андрею шла приятного вида девушка. Ее длинные каштановые волосы вовсе не были собраны в хвост, как предписывалось, а красиво спадали на плечи, закрывая погоны. Однако белая блузка и юбка до колен, подчеркивающая стройную талию, и так помогали распознать в красавице военного офицера. Андрей даже не удосужился приложить руку к голове в ответ на аналогичный жест подчиненной, а вместо этого просто кивнул, одарив девушку улыбкой. Стороннему зрителю могло бы показаться, что этих двоих связывает нечто большее, чем просто служба. Однако всем на корабле это было известно наверняка, ведь Андрей с Мариной, а девушку звали именно так, и не собирались прятаться: дальше от столицы - дальше от устава.

- Докладывайте, лейтенант, - сказал Андрей.

- Тут проще все увидеть, товарищ майор, - ответила Марина, подмигнув при этом.

Андрей молча осматривал место происшествия: со всех сторон в металлических емкостях росли причудливого вида растения, именуемые криореки - новейшая разработка Научно-практического центра по растениеводству. Эти кустики были действительно уникальны: они выделяли даже больше кислорода, чем морские водоросли, которые, к слову, были одним из компонентов гибрида. И, главное, новые растения были невелики, что позволяло держать их в большом количестве. Над оранжереей крутились мощные вентиляторы, чтобы искусственно создавать движение воздуха, а на гладких стенах в огромном количестве располагались вытяжки для того, чтобы снабжать кислородом всю военную часть. Но на блестящем глянцем полу были разбросаны переломленные пополам стебли, оторванные листья, а местами и выдранные с корнем растения, валялись комки плодородной почвы. Андрей недоумевал: кому могло понадобиться совершать такое, не приходило в голову, ведь нарушение снабжения кислородом опасно для всех присутствующих на борту ВКЧ-1, причем как военным, так и персоналу. В ближайшем будущем это могло повредить весь цикл работы искусственно созданной экосистемы ... "в ближайшем будущем" - подумал еще раз Андрей...

- Нужно проверить всех, кто вскоре отбывает из части, - самому себе сказал Будкович. - Но после построения, - добавил он: электронный напульсник показывал без пяти минут восемь.

Практически всю просторную комнату заполняли безвкусные металлические столы, расставленные в шахматном порядке, а слух резала смесь из различных звуков: болтовни людей, стука столовых приборов и гула кухонной техники. В воздухе приятно пахло жареным мясом и луком, а также стоял аромат свежесваренного фруктового компота, и это необычное сочетание все больше подогревало аппетит - как тут было не благодарить создателей искусственной гравитации, избавивших тем самым космос от завтраков в тюбиках. Андрей и Марина присели за отдельный столик, опустив на ровную поверхность подносы с едой. Девушка с улыбкой посмотрела на своего спутника, и мягко сказала:

- Не волнуйся ты так, я уверена, что ты во всем разберешься.

- Я надеюсь, - ответил Андрей и взял Марину за руку. - Просто давно уже мне не приходилось заниматься чем-то серьезным. Тут каждый день все было привычно и однообразно, и вдруг эта ерунда. Я в растерянности, я не уверен, что могу контролировать ситуацию. Почти все, о чем я думаю, как-то противоречиво.

- Ну, ты же собирался проверить всех отбывающих, - подбодрила Марина майора. - С них и начнешь, а сейчас давай кушать.

Андрей согласно кивнул. Ему повезло с Мариной, что не говори. Эта жизнерадостная красавица всегда его поддерживала, она всегда могла подбодрить и, в конце концов, успокоить. Она - единственное, что радовало майора Будковича на борту ВКЧ-1. Марина вселяла в него уверенность и, возможно даже, помогала с оптимизмом смотреть в будущее. Андрей все еще думал о своей любимой, а электронный напульсник уже передавал ему из центральной базы данных информацию обо всех, кто отбывает из военно-космической части в ближайшие дни.

Допросить несколько десятков человек - непростое дело даже для опытного следователя, что уж говорить о майоре белорусской армии, обязанности которого скорее напоминали то, что делал директор пионерского лагеря. Андрей был сильно утомлен, морально разбит, а голова отказывалась думать хоть о чем-нибудь. Он поговорил со всеми подозреваемыми, но хоть майор Будкович и считал себя человеком проницательным, он все же не мог читать мысли. Андрей не брался бы обвинять кого-либо конкретного, не имея доказательств. Да и выделить кого-нибудь он бы не смог: все опрошенные им люди казались невиновными и демонстрировали то искреннее удивление, то даже возмущение. В любом случае Андрей дал распоряжение присматривать за отбывающими вскоре людьми, в кислородном отсеке уже монтировали камеры наблюдения, а на его входе Андрей выставил наряд. Он, конечно, сомневался, что эти меры помогут установить виновного, но надеялся, что хотя бы смогут предотвратить повторение инцидента. Майор Будкович шел по узкому коридору, мечтая поскорее добраться до постели и забыться крепким сном. С этими мыслями Андрей подошел к своей каюте, а электронный напульсник, получив команду, открыл входную дверь. Андрей перешагнул порог, упал на мягкую кровать и окинул взглядом свою комнату. Если бы он назвал ее унылой, это означало бы, что он ничего не сказал: привычная однообразная обстановка, скучное оформление и пестрые тона не прибавляли положительных эмоций. Разве что посреди этой серости Андрей повесил замечательную картину, которую привез с Земли: картину с изображением замка...


Свежий недавно выпавший снег хрустел под ногами, а лучи утреннего солнца ярко отражались от белой поверхности, слепя глаза. Снежные хлопья слегка припорошили основание стен замка, но в большинстве своем ограда из красного кирпича была не тронута, разве что сверху покрыта плотной снеговой шапкой, напоминая некогда родной бело-красно-белый флаг. За кирпичными стенами возвышался насыпной курган, напоминающий по форме муравейник. А на кургане, словно притаившийся беркут, разместился сам замок. Он, конечно, сильно изменился за долгие века своего существования, ведь пережил не одну войну, не раз был поврежден, но несвижские князья вновь восстанавливали свою фамильную гордость. Фасад здания приятного желтого цвета явно был обновлен недавно и, что называется, на совесть: ни единой трещинки не было на древних стенах, а на крыше ярко-красным цветом сияла новенькая черепица, из которой, словно молодые побеги из почвы, стремились ввысь замковые шпили, на окончании которых реяли флаги с изображением родового герба Радзивилов. И пускай замок сильно преобразился, пусть он стал красивее и эстетичнее, но былое величие до сих пор витало в воздухе...


Вновь по всему телу шла пульсация, сообщая о начале очередного дня на военно-космической базе - электронный напульсник показывал семь часов утра. Андрей оторвал голову от подушки и с досадой понял, что уснул прямо в форме. Главное, чтобы не было сильно заметно, ведь командир не должен подавать дурного примера. Хотя, если честно, не так уж и сильно Андрей следил за внешним видом военнослужащих. Чуть больше свободы - справедливая плата за изоляцию на орбите. Но все же он слегка пригладил руками брюки и мундир, поправил воротник. Сейчас неплохо было бы принять тонизирующий душ, но Андрей решил, что с этим успеется. Первым делом стоило заглянуть в кислородный отсек.

Санитары в удобных белых комбинезонах тащили две медицинские каталки. На лицах их читалось недовольство, и, не смотря на мощное телосложение, создавалось впечатление, что работа им давалась не особо легко. На каталках без сознания лежали два молодых бойца, а лица их закрывали кислородные маски. Казалось странным, что солдаты могут пострадать в мирное время, да еще и в части, которая изолирована от цивилизованного мира безвоздушным пространством. И с дедовщиной на борту ВКЧ-1 было давно покончено, точнее этот позор отечественной армии тут даже не успел зародиться. Но правда была в том, что двое пострадавших военнослужащих отправлялись на госпитализацию. Неподалеку стояла главврач военного госпиталя Наталья Петровна Кудрявцева. На плечах Натальи поверх модной гражданской одежды был накинут халат, белоснежность которого явно указывала, что главврач нечасто его надевала. На приятном лице промелькнула неуверенность, да и неудивительно, когда ничего опаснее диареи не приходилось лечить уже несколько лет. Рядом с Кудрявцевой стояла Марина, видимо пытаясь выяснить, что произошло. Последняя, заметив приближение Андрея, пошла ему навстречу, оставив свою собеседницу.

- Марин, что с ними? - начал разговор Андрей.

- У них дыхательная гипоксия, - ответила Марина, и кончики ее губ слегка дернулись вверх.

- Издеваешься? - с наигранным негодованием сказал майор.

- Я Наташе так же сказала. В общем, у них кислородное голодание: кто-то нарушил циркуляцию воздуха...

- Ненадолго, - подключилась к обсуждению подошедшая Кудрявцева. - Продлись это минут пять или чуть больше - и летальный исход. А так вскоре придут в себя.

- Камеры проверяли? - вновь обратился Андрей к Марине.

- Все отключены, - ответила девушка. - А все записи удалены. Поэтому время происшествия установить не удалось.

Андрей послал мысленный запрос - электронный напульсник дал тот же ответ, что и Марина. Будкович попробовал узнать время, когда были изменения в системе циркуляции - так же безрезультатно.

- И, конечно же, в отсеке опять перекопали кустики?

- Да, перекопали, - подтвердила Марина.

Майор задумался, ведь было над чем.

- Зайка, ты за меня построение не проведешь? - не без шутки сказал своей любимой Андрей.

- Обойдешься, - поддержала его шутливый тон Марина. - Вместе пойдем.

Марина взяла Будковича под руку и, слегка подтолкнув, повела в направлении зала. Андрей уже на ходу повернулся к главврачу и, удаляясь, сказал:

- Наташ, я к тебе позже зайду.

Марина вела Андрея через лабиринт корридоров, и, несмотря на шутливый тон майора, чувствовала сильное напряжение своего начальника. И, словно пытаясь его как-то растормошить, она продолжила разговор:

- Ну, кого теперь ищет великий сыщик? Какого-нибудь хакера?

- Что ты, - ответил Андрей и закасал левый рукав мундира, демонстрируя электронный напульсник. - Не нужно разбираться во всех сложностях систем безопасности, достаточно просто иметь доступ. Потому твой "Шерлок" будет искать злоумышленника среди офицеров.

Андрей и Марина подошли к входу в зал собраний, и перед тем как при помощи электронного напульсника открыть дверь, Будкович послал мысленную команду снять наряд с кислородного отсека - новые пострадавшие ни к чему.

Весь солдатский состав уже был на месте: две сотни молодых ребят в зеленой форме стояли в четыре шеренги по стойке "смирно". С первого взгляда сложно было найти у них существенные различия, однако на самом деле бойцы вовсе не были так уж одинаковы: у кого-то виднелась трехдневная щетина, кто-то расстегнул верхнюю пуговицу, чтоб свободнее дышать, а кто-то слегка закатал рукава... Но Андрей, не смотря на предписания, не возражал против этого. Он скорее даже негласно поощрял такие мелкие проявления индивидуальности, которые ему никак не мешали, да и Родина от этого тоже бы никак не пострадала. За спиной командира части выстроились офицеры, к которым присоединилась и Марина.

Электронный напульсник стал сообщать Андрею фамилии солдат, а тот звучно их выкрикивал, получая в ответ громкое "я". Разумеется, перекличка была формальностью - напульсник Будковича легко мог связаться с подобными устройствами других военных, установив их местонахождение. И Андрей уже и так прекрасно знал, что все солдаты, за исключением двух госпитализированных, на месте. Но как дань традиции подобная процедура еще не была искоренена, потому майор продолжал озвучивать фамилии, но мысли его были заняты другим, из центральной базы данных он уже получал информацию обо всех офицерах: от проблем с законом до оценок в младших классах.

Вскоре Андрей подтвердил, что все в порядке, и отпустил всех по своим делам. Марина тут же оказалась рядом с ним и посмотрела ему в глаза, словно требовала подробного отчета. Но Андрей и не возражал. Он взял девушку за руку и повел вслед за офицерами.

- Ну и что ты мне сообщишь интересного о моих коллегах?

- Ты опять подключилась к моему напульснику? - вопросом на вопрос ответил Будкович.

- Я со всем на чуть-чуть, - с улыбкой промурлыкала Марина и поближе прижалась к Андрею, демонстрируя при этом сжатые большой и указательный пальцы. - Не сдержалась. Тем более ты сам дал мне доступ, так что теперь не бурчи.

- Ну что ты, - словно оправдываясь, сказал Андрей. - У меня ведь нет от тебя секретов. Видишь вон того дядьку?

- Капитана Громова?

- Да, его самого. В детстве его несколько раз ловили на том, что он сообщал о якобы заминированной школе.

- И?

- Что "и", разве это не значит, что он мог в этот раз совершить что-нибудь посерьезнее?

- А если я своему брату каждый день говорила, что убью его, это разве значит, что я должна ему финку под ребра воткнуть. Да брось ты, - сказала Марина, игриво щелкнув Андрея по носу.

Будкович улыбнулся и продолжил:

- Ну а старлей Филиппенко, - Андрей указал на молодого офицера с черными усами.

- А с ним что не так?

- У него в нескольких психологических тестах отмечалась склонность к разрушению.

- Но он же прошел тест на пригодность при отборе на ВКЧ, а значит либо эти склонности давно в прошлом, либо предыдущие тесты были ошибочны.

Андрей свернул направо от основной массы людей, которые дружно шагали в столовую, и увлек за собой Марину.

- Андрюш, куда ты меня тащишь, я вообще-то кушать хочу, - наигранно надула губки девушка.

- Не злись, моя принцесса, разве пристало тебе трапезничать с простыми смертными? - отшутился в ответ Андрей.

- Подхалим, - весело сказала Марина и чмокнула любимого в щеку.

- А лейтенант Курбанов несколько раз привлекался за хулиганство, - продолжил Андрей.

- Привлекался за хулиганство... Разве это не означает, что он был пойман на том, что делают практически все?

- Твоя правда, - согласился Будкович.

Так, обсуждая своих коллег, Андрей с Мариной подошли к медицинскому отсеку.

- Ну и зачем мы здесь, - поинтересовалась девушка.

- Думал Наташку на свидание позвать, - ответил Будкович и тут же получил оплеуху.

Андрей послал мысленный запрос - и спустя пару секунд дверные створки раздвинулись, приглашая двух офицеров войти. Наталья Петровна уже встречала визитеров.

- Ну, о чем ты, Андрей, хотел поговорить?

- Как там мои бойцы?

- В порядке, пусть денек поваляются еще у меня, завтра отправлю обратно к тебе в концлагерь, - с улыбкой сказала Кудрявцева.

- Думаю, они будут рады оказаться подальше от твоих клизм, - парировал Андрей.

- Ах да, это знаменитый армейский юмор, - довольная Наташа выдержала паузу. - Ладно, давай по делу.

- Совсем забыл, как ты перегружена работой, - не удержался вновь майор. - В общем, вот что лучше скажи: сможешь мне сообщить время, когда с ними это произошло?

- Разве что примерно: может в пять, а может и в шесть - точнее не скажу.

- Ладно, и на том спасибо, добрый доктор Айболит.

- Всегда пожалуйста, Майор Очевидность, - ответила на колкость собеседника Кудрявцева.

Обнимая Марину за стройную талию, Андрей вышел из лазарета. Он знал, когда злоумышленник провернул свое злодеяние, так почему не попытаться поймать его на месте преступления. Возможно, глупо было рассчитывать, что преступник вновь объявится в то же время. Но ничего другого Будкович пока не придумал, а ощущая физическую близость Марины, он и думать то не особо хотел. Андрей решил, что проведет этот день вместе с любимой женщиной, а утром будет ясно: прав он был, или нет. При этом майор отдал мысленную команду - и электронный напульсник перевел будильник...


Несвижсикие земли всегда славились своей плодородностью, ведь когда-то они были сплошь покрыты болотами. Но со временем, не без помощи людей, конечно, болота исчезли, оставив после себя слой богатой почвы. И люди этим охотно пользовались: местные поля никогда не пустовали, всегда были засеяны, до самого горизонта покрыты зерновыми. И пшеница, и рожь, и кукуруза колосились на них каждый год, чтобы потом радовать население большим урожаем. Что уж говорить про частные участки, которые просто изобиловали различными культурами, плодами и овощами. Но была и обратная сторона медали: вместе с ними активно росли и сорняки, с которыми приходилось постоянно вести борьбу, пропалывать грядки. Выполнять однообразную и нудную работу: последовательно травинку за травинкой выдергивать их из земли, выдирать с корнем, защищая урожай. Сгибать спину и рвать руками зеленых вредителей, пока последний сорняк не будет уничтожен...


По телу шли электрические импульсы, призывая Андрея проснуться - электронный напульсник показывал пять часов утра. У майора перед глазами еще стояла деревня, в мыслях он все еще рвал сорняки из родной земли, но его руки сжимали обломки криореков. Осознание произошедшего вернуло его в реальность, и выпущенные из рук стебли упали на блестящий пол. Андрей со злостью рванул свой напульсник. Кровь потекла по мощной руке, но Будкович не обращал на боль внимания. Он злился на это космическое корыто, которым командует. Он злился на свое начальство, которое его назначило на эту должность. И, наконец, он злился на самого себя. Злость не утихала, и майор вдруг осознал, что безумно скучает по родине. Издав непонятный крик, Андрей замахнулся и с силой швырнул напульсник в стену. Электронное устройство ударилось о бетон и со звоном упало тыльной стороной кверху. Плоская металлическая поверхность казалась идеально отполированной, а на ней маленькими буквами была оттеснена надпись: "Сделано в Беларуси"...