# Блэкуотер

Нил Ф Литерленд

Первый рассказ из первого сборника SNAFU - SNAFU: An Anthology of Military Horror

Блэкуотер


Нил Ф. Литерленд


Туман накрыл Рыбацкую Бухту. Он прижимался к мертвым глазам темных окон, переплетал пальцы с гниющими заборами и вливался в пасти переулков. Белый призрак Тихого океана завладел приморским городком, и даже монотонное сердцебиение буёв, предупреждающих о рифах стало едва слышным. Кое-где остроконечная крыша или флюгер всплывали на поверхность, расцарапывая полотно тумана.

- И вот я пришел туда, где сны и смерть ложатся спать, - прошептал Фрост.

- Господи Иисусе, тебе нужно было это сейчас сказать? - Пробормотал Кармайкл.

- Возможно, позже у меня не будет шанса, - Фрост подкрутил прицел винтовки и еще раз медленно поведя стволом внимательно оглядел то, что можно было рассмотреть в маленьком городке.

- Наградил меня долбанным хиби-джиби2, - сказал Кармайкл, проводя рукой по своей темной бритой голове.

- Ничем не могу помочь, - сказал Эрнандес, - если бы Фрост наградил тебя трипом я, может быть, смог бы что-нибудь сделать.

- Прекратить трёп, - словно хлыст погонщика, протрещал голос Лео. Они замерли, даже БЧ3, который ничего не говорил. - Фрост, движения?

- Точно сказать невозможно, - ответил Фрост, снова настраивая прицел. - Мешает туман, его нагоняет западный ветер. Все здания темные, движения нет. Видимость будет ярдов десять, как только попадем на берег.

- БЧ докладывай.

- Никаких разговоров - сказал поджарый рыжий, поднимая лицо от затемненного экрана сканера. - Никаких сигналов сотовой или спутниковой связи, ни входящих ни исходящих. Последний подтвержденный контакт был с большой буровой установки на межштатном тестировании радиоволн два часа назад. Никто в городе не отреагировал, никаких намёков на связь.

Лео кивнул. Его люди вглядывались в темноту, держа руки на оружии и обдумывая предстоящую работу. Каждый из них знал свою роль, и они знали, что здесь нет места для демократии. Если Лео скажет ждать, значит, они будут ждать. Если он скажет, вперёд, они выдвигаются. Если у кого-то из них были проблемы, то он должен был сообщить об этом, прежде чем они подготовятся и выступят. Лео расчехлил оружие и вытащил обрез М4. Остальные сделали то же самое, щелкая предохранителями и оттягивая затворы, возносили последнюю молитву богам штурмовых винтовок, чтобы их прицелы не сбились, а оружие не заклинило.

- Фрост, прикрывай, - сказал Лео. - Кармайкл, Эрнандес, я, потом БЧ. Предыдущие разведданные говорят, что собрание будет в церкви, поэтому мы входим и выходим быстро, чисто и тихо. Это место полно сектантских психов, и они могут не обрадоваться тому, что мы собрались украсть одну из их паствы. Они отдают ее нам, и мы уходим. Они сопротивляются, показываем им ошибочность избранного ими пути с их строгими предрассудками. Всем понятно?

- Так точно, - сказали они. Никто не добавил "сэр". Те дни остались позади, и они не собирались их возвращать. Лео натянул на голову балаклаву цвета индиго. Остальные сделали то же самое.

Это было похоже на детскую игру. Лео указал пальцем и похлопал Фроста по плечу. Фрост побежал пригнувшись, его низкий профиль был карикатурой на какого-то дикого зверя, пробирающегося в тени. Он скользнул за укрытие, осмотрел местность и дал сигнал, что все чисто. Потом последовал следующий, и еще один, и еще. Задние прикрывали передних, потом передние прикрывали задних, и все это в полной тишине. Лео выбрал следующее место, и всё началось снова.

Они ныряли за проржавевшие машины, стоявшие на разбитых колесах, и бесшумно скользили мимо живых изгородей, выросшими длинными и дикими на морском воздухе. Они сидели на корточках возле гниющих дверных проемов с облупившейся краской, дыша ртом и щурясь в клубящуюся ночь. Выбоины и потрескавшиеся бордюры пытались зацепиться за ноги. Сломанные двери скрипели на ночном ветру, взвизгивали и скулили на ржавых петлях. Здесь пахло разбухшим, гниющим деревом, и когда они вдыхали слишком глубоко, их гортань покрывал склизкий, рыбный запах. Океан грохотал, когда накатывал прибой, и шипел, когда уходил; храп какого-то невидимого великана, смотрящего сны и не отвлекающегося на людей-теней.

В городе ощущалось нечто странное. Никто из них ничего не сказал, но все это почувствовали. Фрост провел пальцем по внешней стороне спусковой скобы, словно по своему личному тревожному камню4. Эрнандес крестился каждый раз, когда, среагировав на громкий шум оказывалось, что это шумит ветер в карнизах. БЧ смахивал с переносицы капли пота, хотя стояла холодная осенняя ночь. Кармайкл напевал себе под нос мелодию из шоу.

- Смени пластинку, Патефон5, - прошипел Лео, глядя через плечо на Кармайкла. Здоровяк замолчал и получше перехватил пушку для разгона толпы, которую настоял взять с собой. Лео перевел взгляд на остальных. - Успокойтесь, все вы. Крестится и обсираться будете в свое свободное время.

Они сделали последний рывок к церкви как единое целое, каждый бежал с оружием, прижатым к плечу и смотрел сквозь прицел; пальцы на спусковых крючках просто умоляли о цели. Никакие скользкие морские твари, поднявшиеся с морского дна, не выползли из тумана. И никто в них не стрелял. Они взбежали по каменным ступеням, Лео занял позицию справа от окованных железом двойных дверей, а Кармайкл слева. Эрнандес и БЧ развернулись и встав на одно колено у подножия лестницы стали осматривали дорогу, по которой они пришли. Фрост стоял спокойно и непринужденно, на пол пути наверх и направив ствол в небо.

Лео присел на корточки и приложил ухо к тому месту, где сходились двери. Он простоял так секунды три, потом резко встал и скользнул прочь от дверей. ЧБ и Эрнандес повернулись, а Фрост присел как раз в тот момент, когда задвижка поднялась и створка дверей начала открываться внутрь. Из прямоугольника света выплыл силуэт, и Кармайкл с силой ударил того прямо в живот. Раздался хриплый стон, и жертва согнулась пополам. Он сунул руку под одежду, и Лео пнул его под колени. Человек упал, и из его пальцев выскользнул нож. Кармайкл наступил ботинком ему на спину, и направил широкую пасть своего громоздкого ружья на его голову.

- Издаешь хоть один писк, и я развалю тебе тыкву, ты меня понял, сосунок? - прорычал Кармайкл, наступив ещё сильнее на лежащее тело. Пленник не произнес ни слова и даже не дернулся.

По сигналу Лео Эрнандес и БЧ протаранили двери и ворвались внутрь. Наступила тишина, нарушаемая лишь звуком открывающихся дверей. Спустя некоторое время, показавшееся вечностью, послышались их голоса: "чисто". Фрост подобрал брошенный нож и нырнул внутрь. Кармайкл схватив пленника за шею, втащил его. Лео последовал за ними, тихо прикрыв за собой двери.

Святилище было старым. Доски блестели лаком, а стропила были покрыты пылью от столетнего или даже более дыма. На стенах висели подсвечники, мерцающее пламя которых скорее мешало, чем помогало рассматривать помещение. Мужчины не увидели каких-либо знакомы религиозных атрибутов. На голых местах, некогда украшенных портретами святых, стояли каменные полки, на которых восседали оплывшие изваяния существ, чьи формы невозможно было распознать. На возвышении стоял алтарь из гладкого черного камня, окруженный позолоченными статуями распухших существ с десятками пустых глаз. На алтаре, на скатерти цвета морской волны лежала тяжелая книга в кожаном переплете, на которой сверху вниз блестящими буквами была начертана надпись "легенда Тайного Ордена Дагона"6. Больше в помещение ничего не было.

Оказавшись внутри, команда внимательно посмотрела на оглушённого пленника. Тот оказался дородным мужчиной с блестящей лысой головой и маленьким подбородком. Его длинное черное одеяние было потрёпанным и немного великовато, хотя оно достаточно ясно указывало на то, что он священник. Он вцепился в руку Кармайкла, впиваясь бледными, как рыбье брюхо, пальцами в удушающий захват. Фрост поднял нож, инструмент с волнистым лезвием, полезный в ритуале, но не в бою, и лысый замер. Фрост похлопал его по плечам, вывернул карманы и проверил остальные места, где можно было спрятать какое-либо оружие, но ничего не обнаружил. Фрост засунул декоративный кинжал за пояс и отступил в сторону.

- Я скажу это только один раз, падре, - сказал Лео. - Будешь делать то, что я тебе скажу и тогда переживешь эту ночь. Если попытаешься закричать или драться со мной или моими людьми, я воткну нож тебе в глотку прежде, чем ты успеешь сделать глубокий вдох. Ты понимаешь? Моргни один раз-да, и два раза-нет.

Пленник уставился на Лео водянистыми, широко расставленными глазами. Он моргнул.

- Если я попрошу своего человека освободить тебя, ты будешь хорошо себя вести? - Спросил Лео. Снова одно-единственное моргание. Лео кивнул, - отпусти его, Патефон.

Кармайкл отпустил его. Он отступил назад и в сторону, одновременно подняв дробовик. Человек в черной мантии закашлялся, потирая шею. Он хрипло вдохнул и прошло некоторое время прежде чем он пришёл в себя. Когда он заговорил, его голос был хриплым, как будто он пытался говорить с дырой в легких.

- Кто вы? -прохрипел священник, - Чего вам надо?

- Сара Прендергаст, - сказал Лео, проигнорировав первый вопрос, - Верните ее, и мы все сможем притвориться, что этой ночи не было.

Священник пожал плечами, сцепив руки на животе, - Я не знаю никого с таким именем.

- Пять футов пять дюймов, светлые волосы, голубые глаза, белая, - сказал Лео, наставляя дуло прямо между глаз святого. - Восемнадцать лет, сбежала. Родимое пятно на правой щеке и шрам ниже левого колена. Она приехала сюда семь месяцев назад.

- А - произнёс священник, кивая. Похоже он не обращал внимания на пистолет приставленный к его голове, - А зачем вам эта девушка?

Священник улыбнулся, его толстые плотно сомкнутые губы изогнулись. Он медленно поднял руки ладонями вперёд, сдаваясь. - Как пожелаете. Девушка, которую вы ищете, находится внизу, вместе с остальными прихожанами. Я могу отвести вас к ней, если хотите?

- Веди, - сказал Лео, щёлкая предохранителем на винтовке. - Фрост, если он попытается выкинуть какой-нибудь трюк, завали его. Патефон, на тебе толпа. БЧ, Пластырь, прикрываете наши тылы и смотрите, чтобы никто к нам не подкрался.

Священник повел их к задней двери святилища, двигаясь неловкой, покачивающейся походкой человека, более привыкшего к морю, чем к суше. За дверью оказался короткий темный коридор, освещаемый лишь светом, льющимся из тесного спартанского кабинета. В кабинете кроме огромной карты западного побережья ничего особенного не было. Сотни красных кнопок были воткнуты вдоль берега, отмечая расположение прибрежных рифов. Человек в черном толкнул следующую дверь, и они вышли в ночь.

Возможно, когда-то за церковным двором хорошо ухаживали. Небольшое пространство огораживала кованая железная ограда, но железо было покороблено и изъедено соленым воздухом. Забор тоже пьяно наклонился, словно намереваясь перепрыгнуть через край обрыва. Осыпавшиеся надгробия и скошенные кресты наполовину заросли травой. Сваленные в углу гниющие овощи свидетельствовали о том, что за садом больше никто не следит. Священник двигался по утоптанной тропинке пробираясь сквозь листву, вьюны и репейник цеплялись за его подол и рукава. На растения он обращал не больше внимания, чем на людей, следовавших за ним.

- Мне это не нравится, босс, - прошептал Эрнандес. - Всё слишком просто.

- И ещё - сказал БЧ, вытирая нос рукавом, - Я ни хрена не вижу в этом тумане.

- Просто будьте на чеку, ребята, - сказал Лео. - Пальцы на спусковых крючках, и мы закончим до рассвета.

Священник остановился и принялся возиться с ржавой калиткой в конце тропинки. Мужчины рассыпались веером по траве, низко пригнувшись и стараясь ничего не упустить из поля зрения. Священник что-то проворчал, и ворота со скрипом распахнулись внутрь. Он шагнул в пустоту, не оглядываясь.

Фрост резко втянул воздух, а Кармайкл выругался. В развевающейся на ветру робе Священник еще некоторое время кувыркался в воздухе, затем скрылся из виду.

- Не терять контакта, - сказал Лео.

Фрост с оружием наперевес первым скользнул к зияющей дыре. - Лестница, - сказал он, дернув подбородком, чтобы дать понять, что все чисто. Мгновение спустя он исчез, остальные последовали за ним.

В скале была высечена лестница. Едва ли достаточно широкая для крупного человека, ступени были истёрты столетиями ветра, дождя и регулярных путешествий. Даже при дневном свете спуск был опасен. В темноте и тумане это было самоубийством. Учитывая зияющую слева пропасть, они двигались так быстро, как могли. Каждый ощупывал путь ботинками и держал ружье направленным в пустоту. Все, что они слышали - это шум ветра и ритмичный шум океана. Священника нигде не было видно.

После ста шагов и единственного поворота туман начал рассеиваться. В двадцати ярдах внизу виднелся короткий выступ черной скалы, истертый до гладкости и украшенный обломками отступающего прилива. Шельф уходил в воду; естественная скала становилась резным мостом в никуда, достаточно широким, чтобы отряд мог двигаться по двое в ряд. Тяжелые каменные пилоны располагались примерно через каждые пятнадцать ярдов, но перил между ними не было. Вдалеке двигались силуэты, подсвеченные мерцающим оранжевым пламенем и отбрасывающие темные, чудовищные тени в лоскутах тумана. Ветер подул сильнее, донося невнятное монотонное пение от группы призраков. Кармайкл начал напевать тему "команды "А"7.

- Беру назад свои слова о том, что это слишком просто, - сказал Эрнандес.

- Принято к сведению - сказал Лео. - Предположим, падре подал сигнал своим и нас будут встречать. Всех, кто в чёрных мантиях, если не с белыми волосами, в расход, задавать вопросы будем, когда мы выберемся из этого гребаного шоу уродов. Берегите патроны, старайтесь не шуметь, если можете. Хлопушки держите под рукой, но не применять, пока я не скажу. Мы не знаем, насколько прочен этот мост, и я не хочу плыть обратно.

Никто не выскочил из тумана пока отряд спускался к мелководью. Быстро осмотревшись увидели водоросли, несколько гладких кусочков бутылочного стекла и то, что осталось от священника. Левая сторона его головы была в крови, ему не повезло упасть грудью на бревно. Коряга раскололась, пробила легкие и раздробила ребра. Тело воняло, фирменный запах свежевыделенных кишок смешивался с пищеварительными соками в разорванном желудке. Эрнандес осмотрел его и покачал головой, не найдя пульса. Лео выругался.

- Это что-нибудь меняет, босс? - Спросил Фрост, не сводя взгляда с моста.

- Нет - сказал Лео. - Мы пойдём туда, заберем девушку и уйдём.

Вблизи мост казался более надёжным. Прочное каменное сооружение, оно выглядело так, словно было высечено вручную и сглажено тысячелетними океанскими течениями. Опорные пилоны тянулись на целых десять ярдов выше самого моста. Примерно шесть футов в диаметре, колонны были исписаны выцветшими пиктограммами морских животных, людей и существ, сочетавших в себе формы и тех и других. На вершине каждой колонны возвышались статуи выпуклых черных созданий; твари со стеклянными глазами и растянутыми ртами, с округлыми телами с дряблым животом и гибкими мощными конечностями.

Лео махнул рукой, и они выстроились в шахматном порядке. Укрыться было негде, их приближение скрывали лишь полотна редкого туман, темнота да звуки пения дагонитов. Если кто-нибудь посмотрит в их сторону, их присутствие будет раскрыто. Мужчины двинулись вперед, осторожно ступая по скользкому камню, низко опустив плечи и направив оружие на мерцающие тени, которые становились все отчетливее. Мост заканчивался в сотне ярдов от берега огромной круглой площадкой. Пилоны выстроились в ряд, как стоячие камни, и под каждым из них стояла молодая женщина с закованными над головой руками. Дюжина людей в плащах стояли полукругом лицом к океану. Пламя, поднявшееся из ямы в центре словно на фреске, запечатлело сцену богослужения в аду. Песнопение поднималось всё выше и выше визгом из десятка глоток пронзало облака и устремлялось к звёздам словно луч сигнального маяка.

Внезапно пение прекратилось. Ветер стих. Даже волны, набегавшие на берег, успокоились до мягкого плеска. Отряд разделился, их пригнувшиеся фигуры слились с очертаниями пилонов. Они прислушались. Несколько мгновений не было слышно ничего, кроме шума океана и их собственного прерывистого дыхания. По ту сторону костра что-то вынырнуло из океана и зашлёпало по камню выбираясь на платформу. Ветер доносил вонь рыбьего жира и тяжелый, едкий солёный запах. Воды расступались снова и снова, когда другие всплывали на поверхность и карабкались на берег. Через несколько мгновений вновь прибывшие превзошли по численности собравшихся, стоявших в промежутках между колоннами на самом краю света и тьмы. Хор застонал, животным бурлящим восторгом предвкушения. Кто-то закричал; пронзительный крик могла издать только молодая женщина, охваченная ужасом.

- Черт - прорычал Лео, огибая пилон. - Вперёд, вперёд, вперёд!

Они бросились к платформе, разрывая остатки тумана, как сгнивший шелк. Прихожане пришли в движение, их мантии при этом распахнулись, они уставились на незваных гостей. Плоть свисала с их костей мертвенно-бледными складками цвета и текстуры бледного сыра. Их руки с длинными пальцами были покрыты тонкой тиной, а длинные склизкие слюни свисали из уголков рта, слишком широких, чтобы полностью закрыться. Ссутулившиеся и безволосые, они разительно отличались от женщин, висящих на столбах вокруг.

- Никому не двигаться, - сказал Лео, повышая голос и поднимая винтовку. - Просто оставайтесь там, где вы есть, и...

Что-то шевельнулось. Темнота расступилась, и свет костра заплясал на чем-то из кошмара аквалангиста. У существа была челюсть с толстыми изогнутыми зубами барракуды, шершавая, однотонная кожа акулы и черные, пустые глаза хищника. Он уставился на пришельцев, и в его темных глазах мелькнуло человеческое любопытство. Он тяжело вздохнул сквозь толстые мясистые складки на ребрах, открыл рот и вмесите с приглушённым треском одиночного выстрела из винтовки, из его затылка хлынул поток крови.

Время замедлилось. Тварь плюхнулось на камень, и его товарищи бросились ему на помощь; фантасмагорическая волна извращённой эволюции, состоявшая из когтей и зубов, присосок и щупалец. Клювы моллюсков защёлкали под впавшими прорезями остатков того, что когда-то могло быть носом. Руки, ставшие бескостными и резиновыми, потянулись из шипастых панцирей, покрытых костяными плавниками. Голоса, которые когда-то выговаривали слова, взвыли по-звериному, и им отвечали так же.

Лео выстрелил в гипертрофированную грудь существа с головой кальмара и лопатками, похожими на крылья манты. Кармайкл выстрелил картечью во что-то, что могло быть плодом любви камбалы и рыбы-фугу, чьи кишки воняли гниющими водорослями. БЧ и Эрнандес шагнули в просвет, стреляя короткими очередями одна за другой, пока скорострельная болтовня не слилась в одно непрерывное рычание. Фрост жал на спусковой крючок, и каждый патрон прорезал траншею 30-го калибра в черепной коробке мишени.

Все было кончено в считанные секунды. Древний камень был усеян гильзами, а над ним висели облака кордита, густые и синие, как сигарный дым. Чтобы сдохнуть этим существа, кем бы они ни были, не требовались серебряные пули или другое Мумбо-Юмбо. Кровь текла не совсем красными лужами, и две дюжины тел конвульсивно подёргиваясь лежали в кровоточащих кучах. Приспешники лежали рядом с рыболюдями, даже после смерти занимая место между людьми и монстрами.

- Перезарядить, - крикнул Лео. Голос его был спокоен, но рука дрожала. Ему потребовалось две попытки, прежде чем он вытащил пустую обойму.

- Что... какого хрена? - спросил Кармайкл. Его глаза были широко раскрыты, а ноздри раздувались, когда он делал неглубокие, быстрые вдохи. - Лео, какого хрена?

Лео сделал два быстрых шага и сильно ударил Кармайкла по лицу. Здоровяк споткнулся и развернулся. Кармайкл поднял оружие, но, когда он нажал на спусковой крючок, послышался глухой щелчок. Лео выдержал его взгляд, и Кармайкл отвел глаза. Он судорожно вздохнул и провел большим пальцем под балаклавой.

- Черт, - сказал Кармайкл. - У меня кровь идет.

- Истекать кровью будешь в свободное время, - сказал Лео. Едва эти слова слетели с его губ, как океан вокруг них взорвался. Хлынула вода, и что-то в темноте завыло. Вой распространился, пока не за гудело всё море. - Найти эту чертову девчонку! Если мы ее потеряем, все пойдет прахом!

Они бежали, адреналин и воля заставляли их двигаться. Некоторые девушки были мертвы, в их обнажённых телах зияли кровавые дыры. Несколько других были изрезаны тварями, их остекленевшие глаза смотрели на бойню с мёртвым любопытством. Трое из них были еще живы, и одной из них была Сара Прендергаст. Она стояла на цыпочках, каждый мускул дрожал от усилия.

- Забирайте их, и давайте убираться отсюда к чертовой матери, - сказал Лео.

Фрост выхватил пистолет и выстрелил. Потребовалось семь выстрелов, но через несколько секунд выжившие были свободны. Темноволосая девушка всхлипнула и пробежала мимо них, скользя по крови и телам, направляясь к берегу. Вторая девушка, спотыкаясь, двинулась вперед, губы ее дрожали. Ее тело, покрытое гусиной кожей, блестело, как обсидиан.

- Кто вы? - Спросила Сара. Ее голос был лёгким, а тон-вежливо-любопытным.

- Нас послал твой отец, - сказал Лео.

Прежде чем он успел сказать что-то еще, Сара бросилась на него, пытаясь выхватить пистолет. Ее глаза вспыхнули, и она оскалила зубы в ужасной гримасе, которая стерла всю красоту, которая у нее осталась. Этот взгляд говорил о том, что она принадлежит этому месту, если не телом, то душой. Фрост убрал пистолет в кобуру и вытащил маленький электрошокер. Девушка промокла поэтому сразу упала, как мешок с песком.

- Господи Всемогущий, - проворчал Лео, поправляя оружие. - Фрост, неси девочку. Кармайкл, прикрывай. БЧ, помоги ему. Лейкопластырь, ты в арьергарде.

- А как же я? - спросила другая девушка. Ее акцент было трудно определить, но она, вероятно, была родом из южной Африки.

- Беги, - сказал Фрост, связывая запястья и лодыжки Сары.

Они побежали. Море закипело и скорчилось, когда вопящие твари бросились в погоню. Белые волны бились, как буруны, и гнилые обитатели глубин скакали по этим волнам, как на боевых конях. Двуногие угри скользили вверх по пилонам, цепляясь за ноги бегунов и щёлкая клювами им в лицо. Люди с лицами и пальцами жаб прыгали на мост только для того, чтобы быть растерзанными шершнями в стальных мундирах. Все больше и больше существ следовало за ними, с седой кожей и твердыми панцирями, с глазами на стеблях и с безухими, косоглазыми головами.

Кармайкл взвыл и споткнулся, его дробовик разорвал плывущую тень. Он продолжал стрелять, но не двигался. Длинный спиральный шип торчал прямо из его левого бедра. БЧ обогнул его, расчищая путь короткими трехзарядными очередями. Фрост последовал за ним, раздувая ноздри, неся Сару и стреляя из пистолета во все, что оказывалось слишком близко. Эрнандес опустился на колени, Лео прикрывал их.

- Надо наложить жгут, - сказал Эрнандес.

- Просто уходите! - Прорычал Кармайкл, перезаряжая оружие. Его пальцы дрожали, а губы приобрели синий оттенок. - Вы не успеете, если задержитесь из-за меня. Идите!

Лео похлопал Эрнандеса по плечу и послал его вперёд. Когда медик побежал, Лео повесил на пояс Кармайкла еще одну гранату, - Не позволяй им забрать тебя.

- Я и не планировал.

Лео кивнул и побежал. Ровный грохот помпового ружья Кармайкла раскатывался до тех пор, пока отряд не достиг берега. Через четыре секунды после того, как тяжелая пушка перестала стрелять, позади них поднялся огненный шар. Яркий свет в темноте вырвал камень из моста и расколол шрапнелью ближайшие опорные столбы. Стая рассыпалась от взрыва, бросаясь прочь от него в инстинктивном страхе. Эта задержка дала преследуемым достаточно времени, чтобы добраться до лестницы.

Они стали карабкаться наверх и меньше чем через минуту их снова окутал туман. Его густые космы заслоняли орду тварей, искажали вой и вопли. Они звучали то ближе, то дальше, постепенно превращаясь в шум ветра. Отряд замедлился, поднимаясь на ощупь, сосредоточившись на том что впереди и позади них. Ничто не приближалось к ним снизу, и ничто не спускалось на них сверху. Подпитываемый адреналином, вечность спустя, БЧ широко распахнул железные ворота, и они выбежали на твердую землю. Как только все оказались наверху, Лео захлопнул калитку и принялся колотить прикладом своего оружия по щеколде, пока не превратил ее в бесформенный кусок металла.

- Статус? - Рявкнул Лео, поворачиваясь к остальным.

- Девчонка без сознания, дыхание ровное, - сказал Эрнандес, склонившись над Сарой. Он вытащил заранее заряженный инъектор и прижал его к ее обнаженному плечу. - Обычное успокоительное, должно утихомирить ее. Если даже нет, я сомневаюсь, что она сможет сделать больше, чем пускать слюни.

- Теперь ты за нее отвечаешь, - сказал Лео. - БЧ, Фрост, проверьте церковь. Мы уходим тем же путем, каким пришли, и я хочу быть уверен, что одна из этих чертовых тварей не прокралась сюда раньше нас.

Фрост перезарядил пистолет и исчез в дверях сразу за БЧ. Лео повернулся к другой девушке, которая обхватила себя руками и дрожала от холода. Он сбросил куртку и протянул ей.

- У тебя есть имя? - Спросил Лео.

- Дикеледи, - сказала она, надевая куртку и быстро застегивая ее.

- Дикеледи, у тебя есть два варианта, - сказал он, - Либо ты уйдешь и пойдешь своей дорогой, либо пойдешь с нами. Если ты пойдешь с нами, я сделаю все возможное, чтобы вытащить тебя отсюда, но ты тогда будешь делать то, что тебе говорят, пока мы не освободимся, поняла?

- Я поняла, - сказала она. Она поцеловала свою ладонь и прижала пальцы ко лбу Лео. - Спасибо.

Из дверного проема донесся низкий резкий свист, и Фрост жестом пригласил их в церковь. Эрнандес поднял Сару как носят пожарные и, кряхтя, направился к церкви. Лео последовал за ним, Дикеледи следом. Лео вытащил свой пистолет и протянул его девушке.

- Ты знаешь, как пользоваться таким? - спросил он.

- Достаточно хорошо, - сказала она, беря оружие.

- Предохранитель снят и один в стволе, - сказал он ей. - Если увидишь одну из этих тварей, убей ее.

Церковь была такой, какой они ее оставили. Лео захлопнул дверь, задвинул засов и двинулся дальше. Эрнандес передал Сару Фросту, и голова девушки свесилась. На ее губах была кровь, но немного. БЧ достал сканер и, увидев взгляд Лео, покачал головой.

- Чисто, - сказал он.

- Не сглазь, - сказал Эрнандес, делая глубокий вдох и перезаряжая оружие.

- БЧ, прикрывай, - сказал Лео. - Фрост, ты и Дикеледи со мной. Эрнандес, следи за тылом, но не отставай.

- Следуем перебежками, босс? - Спросил Фрост.

Лео покачал головой и хрустнул шеей. - Вышибаем дверь и не останавливаемся, пока не окажемся в машине. Прямо на восток, огонь по желанию, но не ввязываться в бой.

Они кивнули и заняли свои места. БЧ встал перед дверью и сделал несколько глубоких вдохов. Он долго сжимал ручку двери и прислушивался, затем не говоря ни слова, ринулся в темноту и остальные бросились за ним.

Город ожил. Тени отделялись от океана внизу, скользили по водосточным желобам и метались по разбитым дорогам. Кошмарная масса катилась, как прилив, намеки на формы и тела двух отдельных миров смешивались в отвратительное целое. Существа поднимали головы, как гончие, нюхающие воздух, или тащились по земле, выискивая запах человека. Они кричали искаженными, непонятными голосами и издавали пронзительные вопли, приближаясь. Преследователи двигались медленно, но их было много, и они догоняли.

Внезапно все стихло. Шаркающие шаги и ужасный хор прекратились. Не хлопали двери, не скрипели ставни, и даже бесконечный гул океана, казалось, исчез. Отряд остановился, тяжело дыша, стараясь ничего не упускать из виду. Они вслушивались в тишину и вглядывались во мглу, отчаянно пытаясь увидеть то, что не могли услышать.

- Босс? - прохрипел Фрост.

- Тихо, - сказал Лео.

Фрост втянул в себя воздух, но прежде чем он успел что-то сказать, БЧ начал стрелять. Он побежал в туман, завывая так громко, чтоб был слышен за быстрыми, отрывистыми очередями. Пули били по стеклу и с глухим стуком врезались в кирпич и сталь. Остальные пригнулись, их взгляды метались туда-сюда. На них никто не нападал. БЧ продолжал стрелять, уходя все дальше и дальше в туман, пока не затихли сначала его крики, а потом и выстрелы.

- Вперёд, - сказал Лео, и они побежали к деревьям.

Их отступление представляло собой неорганизованный бег через подлесок. Корни цеплялись за их ноги. Низко свисающие ветви цеплялись за их рукава и балаклавы, но лес был просто лесом. Под влажными, низко свисающими ветвями тени были не чем иным, как пятнами тьмы. Туман оставался молчаливым, и они не оглядывались.

Фургон стоял там же, где они его оставили, спрятанный под пестрым брезентом цвета индиго и скрытый от посторонних глаз. Лео схватил брезент, а Эрнандес открыл заднюю дверь. Фрост усадил Сару на медицинскую скамью и перерезал путы. Когда он понял, что воспользовался ножом падре то отбросил его к деревьям. Эрнандес пристегнул девушку, присел на корточки и проверил ее жизненные показатели. Лео сел за руль, Фрост на пассажирское сиденье. Дикеледи скользнула на одно из откидных сидений, повернутых против движения, пристегнула ремень и стала смотреть в окно. Пистолет она не выпускала из рук. Хлопнули дверцы, заурчал мотор, и через несколько минут они уже были на шоссе.

Тишина стояла густая, как полночь. Лео вел машину, держась обеими руками за руль, переводя взгляд с дороги на зеркала и обратно. Фрост глубоко и медленно вздохнул. Его пальцы двигались почти по собственной воле, как будто он играл на пианино, которое мог видеть только он. Эрнандес кашлянул и зашаркал, посветил ручкой в глаза Сары, проверил ее пульс, снова закашлялся. Потом в третий раз.

- В чем дело, Эрнандес? - спросил Лео, резко вывернув руль на скоростную полосу и выжимая педаль газа.

- Ничего особенного, - ответил Эрнандес. - Просто девушка.

- Что с ней?

- Пока в отключке, - сказал Эрнандес. - Никаких срочных проблем, но я не могу понять...

- Она беременна, - сказала Дикеледи.

Лео резко свернул. Фрост выругался. Эрнандес не удержал равновесия, ударился плечом о стену и упал на пол. Фургон накренился. Фрост медленно повернулся и посмотрел на Дикеледи.

- Беременна? - повторил он. - Беременна чем?

Девушка не смотрела на него. Она смотрела на Сару, и ее лицо с таким же успехом могло быть высечено из того же темного камня, что и мост. Затем, не говоря ни слова, Дикеледи подняла пистолет Лео и выпустила две пули в живот Сары. Револьвер загрохотал в замкнутом пространстве, оглушая, кровь хлынула фонтаном из отверстий, проделанных во внутренностях девушки. Прежде чем Дикеледи успела выстрелить в третий раз, Фрост всадил ей пулю в голову. Пистолет выпал из ее руки, и покачнувшись она обвисла на ремне безопасности.

Лео вел машину, и его кожаные перчатки скрипели, когда он сжимал руль. Эрнандес пытался остановить кровотечение Сары, чередуя молитвы и проклятия. Фрост сунул пистолет обратно в кобуру и уставился через лобовое стекло на дорогу.

- Черт возьми, Фрост, иди назад и помоги ему, - сказал Лео.

- Нет.

Лео замер. Он медленно повернулся и посмотрел на Фроста, - Что значит "нет"?

Фрост даже не подал виду, что слышал. Он продолжал смотреть в ночь, его пальцы отбивали такт ломанными белыми линиями. Когда он заговорил, его голос был очень мягким.

- Как ты думаешь, откуда все это взялось?

- Какая, блядь, разница, откуда они взялись? На это нет времени.

Фрост посмотрел на него. Его глаза были яркими и ледяными.

- Она беременна, Лео. Беременна чем? Позади них заорал Эрнандес.