# Забытые герои

Александр Воробьев

Вбоквел к девятому шагу романа "Путь Чжао 2". Обновлено 3.1.2025

Штурм Ганимеда


В девичестве 'Волшебный город Адора' со всем возможным комфортом возил в круиз по внешним планетам полсотни земных толстосумов и двести человек обслуги. Яков видел остатки этой роскоши даже сейчас, когда лайнер спешно превратили в летающую казарму и затолкали в него четыреста солдатских душ со всей положенной амуницией.

Всего в систему Юпитера вошли четыре войсковых транспорта и 'Волшебный город Адора' был среди них бесспорно самым комфортным. Их второй батальон целиком размещался во вращающемся кольцевом жилом модуле, где весь инерциальный полет поддерживалась привычная треть грава. Они ели, спали, занимались в огромном по корабельным меркам тренажерном зале и даже по очереди посещали бассейн.

Но сегодня этот затянувшийся на двадцать семь солов (марсианские сутки) отдых заканчивался.

Батальон выстроился в цилиндрическом грузовом отсеке 'Волшебного города Адора' четырьмя ротными колоннами. Для такой оравы народа пришлось расчистить от припасов изрядный кусок отсека и все равно четыреста человек в броне здесь едва помещались. Со своего места в строю Яков с трудом мог разглядеть желтую разметку в промежутках между коробочками взводов. Но тесниться оставалось недолго, батальон ждал погрузки на челноки.

- Третья рота, слева колонной по одному. - от крика старшины вздрогнула вся рота. - Марш!

Воздух из грузового отсека давно откачали, но Якову все равно почудился ахнувший по металлу слитный шаг сабатонов. Как на строевой во времена далекой уже срочной службы.

Судя по остальным ротам, команду все получили одновременно. Левофланговые почти синхронно шагнули на изгиб трапов, ведущих в посадочные туннели и скрылись из виду, быстро освобождая проход для следующих за ними товарищей. За прошедшие с мобилизации полгода их изрядно натренировали действиям в пространстве. Теперь они по крайней мере не спотыкались через одного в невесомости, как во время первой тренировки на орбите.

Яков стоял пятым во второй шеренге и успел насмотреться, как пустеет отсек. Это выглядело так, словно четыре ручейка выливались сразу в четыре слива. Яков хихикнул, поняв, что люки в посадочные тоннели и правда напоминали сливы в ванной, а пехота выливалась туда, как вода. Быстро и неудержимо.

Двинулась их шеренга. Яков шагал по желтой линии их импровизированного плаца и считал шаги. Десять шагов до причального тоннеля, очень важное знание в тесноте плаца, когда ты видишь лишь желтую линию под ногами и темную спину впередиидущего. Собьешься со счета и на одиннадцатый шаг под ногой не найдется опоры, споткнешься и на входе в посадочный тоннель образуется пробка.

На одиннадцатый шаг, ловя подошвой изгиб палубы, Яков опустил ногу чуть дальше обычного. Два последних сола их немилосердно гоняли, отрабатывая посадку в челночи и сегодня, как он видел, никто из товарищей еще не споткнулся на коварном входе. Стараясь идти в ногу, Яков преодолел еще пятнадцать шагов посадочного коридора, а потом снова поймал подошвой изгиб дороги и войдя в десантный отсек челнока, свернул налево, ко второму ряду креплений.

Естественно, что никаких сидений в грузовом отсеке челнока не имелось. Вместо них смонтировали шесть рядов рам с захватами, что накрепко фиксировали пехотинцев в стоячем положении. Не очень удобно, зато надежно и в челнок разом влезала целая рота солдат. А об удобстве солдат командование всегда думает в последнюю очередь.

Яков подошел к раме своего захвата и встав так, что бы касаться ее спиной, наклонился и потянул вверх нижнее крепление. Конструкция рамы была предельно простой, жесткая рама из двух фигурных балок и два захвата, верхний и нижний, что охватывали торс бронескафандра. Никакой электроники, никаких сервоприводов, захваты открывал и закрывал сам человек.

- Не толпимся! - рявкнул на общем канале старшина роты. - Дошел, встал, захваты защелкнул и стой спокойно, думай о Родине!

Закрепив себя в раме, Яков наконец то огляделся. Десантный отсек быстро заполнялся людьми и недовольство старшины можно было объяснить только врожденной склонностью к садизму. Хотя, положа руку на сердце, людей без склонности к садизму на должности ротного старшины Яков не встречал и даже о таких не слышал.

- Командиры отделений, пересчитайте людей! - командир роты майор Щепелин уже успел занять свое место в начале отсека, лицом к роте.

Ротный Якову нравился. Кадровый военный, спокойный рассудительный мужик, разве что возраст для майора великоват, лет сорок, а то и все сорок пять. В таком возрасте положено носить полковничьи погоны, или отдыхать на заслуженной пенсии по выслуге лет. Впрочем Яков не забивал себе голову ненужными рассуждениями, он и сам в свои тридцать два снова надел погоны рядового стрелка. И за четыре месяца нового срока службы так и не продвинулся в звании.

- Внимание пехота! - пока он озирался, их роту подключили к каналу челнока, - Включение двигателя через три минуты, будьте любезны пристегнуть свои задницы!

- Жестко они сегодня, - удивленно заметил на канале отделения рядовой Ван Ю. - Только влезли, сразу вниз?

Кто-то то на канале хихикнул, а ефрейтор Лю Вужоу наставительно сказал.

- Не торопись, Ю, мы сейчас только на круговую выходить начнем, до спуска полчаса, не меньше.

- Так бы и сказал летун! - возмутился Ван Ю, - Вот и я удивился, как это мы, на орбиту еще не вышли, а уже отстыковка.

- Ну, да, удивился он, - хмыкнул ефрейтор Лю, вызвав гогот на канале отделения.

Болтали они на неофициальном канале, за подобный треп на штатном канале отделения их тут же отодрал бы комод (командир отделения) младший сержант Цай Шан, высокий и настолько широкоплечий, будто старался полностью соответствовать своему имени. За глаза в роте его звали Олимпом, в честь громкого имени и самой знаменитой горы на планете. В глаза правда не рисковали, единственный в отделении кадровый военный отличался дурным нравом и легкой степенью пренебрежения уставом. В качестве исключения мог влепить кулаком 'в душу' со всей дури.

- Отделение! - словно прочитав их мысли рыкнул Цай, - Все пристегнулись?

Пехота сил самообороны никогда не предназначалась для службы вне Марса, поэтому и десантных кораблей, способных опустить на планету сразу целую роту раньше не существовало за ненадобностью. Их машину переделали из пассажирского челнока и оборудовать рамы креплений датчиками не посчитали нужным, или банально забыли. Поэтому и приходилось полагаться на устный доклад, все пристегнулись, или нет. Судя по докладу успели пристегнуться все.

Как и положено, третий звонок зазвенел за десять секунд до включения двигателя. До тяги, как говорили на флоте. Яков выдохнул и как положено, согнул руки в локтях, хватаясь за дугу верхнего захвата. Хотя по его мнению, предосторожности были совершенно излишними, войсковой транспорт, переделанный из роскошного лайнера, все маневры совершал с изысканной нежностью.

Вот и сейчас, ускорение буквально погладило его, а вращение он и вовсе едва ощутил. 'Волшебный город Адора' неторопливо развернулся кормой вперед и дал полную тягу. Для Якова это выглядело недолгим вращением и гравитацией, потянувшей его куда то в начало отсека. Челноки крепили носом к корме транспорта и Яков висел в своей раме над шестиметровой расщелиной, в которую сейчас превратился десантный отсек.

- Если кому интересно, сейчас мы снижаем апогей, - снова вышел на связь пилот челнока, - еще минут десять и наша орбита приблизиться к круговой. Очень жаль, что у вас там нет иллюминаторов, Ганимед с низкой орбиты очень красив!

- Интересно, все пилоты такое трепло? - спросил на канале отделения рядовой Дин Себастьян.

- И много ты знаешь пилотов челноков? - тут же спросил в ответ ефрейтор Лю.

- Одного знаю, - буркнул рядовой Дин, - Мне и его одного хватит.

- Возлюби пилота своего, Себастьян, - со смешком вмешался в разговор рядовой Тао Джун Хи, - ибо только он вывезет твою задницу из задницы!

- 干你! - посоветовал тот.

- Фу, как грубо! - деланно возмутился Джун Хи.

Яков прекрасно понимал, что происходит. За шутками и зубоскальством ребята скрывали гнетущее нервное напряжение. Как не крути, а это их первое настоящее боевое задание. Двумя пехотными полками взять под контроль самый большой спутник Солнечной системы. И что бы не рассказывала пропаганда, слухи ходили разные. Особенно о системе Юпитера, где земляне сумели удержать контроль, разогнав и частично перебив восставших.

И все-таки Яков заметил, что хотя с утра его буквально колотила нервная дрожь, после завтрака он успокоился. Так, словно слухи о препаратах в армейской еде не были просто слухами. Хотя зачем командованию такие сложности, слухи умалчивали. Кто бы отказался от укола успокоительного перед боем. Да и аптечка брони имела в запасах подходящие лекарства.

- Так, пехота, приготовьтесь, сейчас последний маневр, а потом моя очередь рулить! - с азартом сообщил пилот. - Три минуты, время пошло.

Нос челнока снова стал низом, они тормозили полной тягой и закрыв глаза можно было представить, будто висишь в скафандре где-нибудь на скалах Большого Сырта. Одна из бывших Якова увлекалась альпинизмом и на целых полгода это тоже стало его увлечением. Вынужденным, но Лин Шутин того стоила.

- Не боись пехота, сейчас немного потрясет, - счастливо заржал пилот, - Расстыковка!

Тряска при расстыковке и правда оказалась едва заметной, но вот запуск двигателя они заметили очень даже хорошо. Якова дернуло в раме так, что даже несмотря на скафандр в глазах немного потемнело, а на канале отделения раздалась дружная ругань и стоны. Которые очень быстро сменились кряхтением и тяжелым дыханием. На них навалилась нешуточная перегрузка.

- Уважаемые пассажиры, - будто и не ощущая перегрузок обратился к ним пилот, - Высота нашей орбиты 63 километра, скорость 2643 метра в секунду, время в пути семь минут. Желаю вам приятного полета.

- Зашибись, - хрипло прокомментировал рядовой Дин, - наш летун похоже орбитальники водил.

- И чего? - как всегда влез рядовой Тао, - На перевозки людей отбирают лучших пилотов.

- Они лучшие, пока стрелять не начали, - ощутимо задыхаясь парировал рядовой Дин.

Яков и сам ощущал себя не лучшим образом. За жизнь он девять раз вылезал из гравитационного колодца, после мобилизации его трижды крутили на центрифуге, но такую перегрузку он испытывал впервые. В двенадцать, а то и пятнадцать раз сильнее родной марсианской силы тяжести.

- Вспомните, чему вас учили, - раздался необычайно ясный и спокойный голос ротного, - прикажите броне обогатить дыхательную смесь до сотни. Напрягите пресс, сожмите задницу, делайте паузу перед выдохом. И потерпите, здесь не Марс, мы сядем быстро.

Где бы не служил раньше их ротный, он явно десантировался не впервые. Как минимум в тренировочных миссиях Щепелину бывать случалось, а где тренировали высадку на безатмосферные спутники? Очевидно, что в ротные им достался бывший офицер абордажник, настоящая элита сил самообороны Марса!

Размышляя об этом, Яков параллельно выполнял указания ротного. Их и правда учили переносить перегрузки, но майор сумел несколькими словами объяснить проще и понятнее, чем все инструктора на переподготовке. Регулятор смеси на '100%', сжать ягодицы, напрячь живот и натужно втянуть в себя чистый кислород, заполнивший шлем.

Через несколько вдохов и правда полегчало, стих звон в ушах, а от краев поля зрения немного отступила темнота. Продолжая дышать, Яков сверлил взглядом часы в правом верхнем углу интерфейса. Пилот говорил про семь минут, одна прошла, осталось еще шесть.

Челнок вдруг дернулся и лег в крутой правый вираж. От неожиданности Яков сбился с дыхания и в глазах снова начало темнеть. Через броню явственно донесся скрип левой опоры крепления.

- Что это за 狗屁?! - испуганно завопил кто-то на канале отделения. На официальном канале.

- Порядок в эфире! - прохрипел младший сержант Цай.

Челнок столь же резко дернулся влево.

- Огонь с поверхности! - из голоса пилота ушла вся напускная веселость, - Наших сбили, я маневрирую, держитесь 妓女!

Последнее слово вырвалось у него протяжным криком, а челнок буквально встал на дыбы, выбивая из пехотинцев дыхание. Яков с трудом сдержал болезненный вскрик, больше всего жалея о том, что не отключил микрофон. Ему хотелось орать от ужаса и сдерживался он буквально из последних сил. Ведь никто из его товарищей не орал, на обоих каналах отделения царила дисциплинированно мертвая тишина.

- Рота, напоминаю еще раз, - голос Щепелина даже сейчас оставался спокойным и ровным. - На поверхности ни в коем случае не ложитесь на спину. Упали, тут же перекатитесь на живот!

На спине брони размещались радиаторы и их жара вполне хватало расплавить водяной лед. И оказаться в ловушке, поскольку высосав из радиаторов все тепло, вода тут же замерзнет, сковав тело в капкан. Им вбивали это еще на Марсе перед вылетом и много раз повторяли во время перелета, зачем Щепелин рассказывает это сейчас? Занятый этим вопросом, Яков сам того не заметив, отвлекся от ожидания смерти и лишь крепче стискивал трубы креплений при очередном маневре челнока.

- Вижу гада! - азартно закричал пилот. - Пехота, я постараюсь сесть ближе! Осталось недо...

Палуба больно ударила Якова в пятки, а рама крепления встряхнула его так, что от сотрясения он на миг отключился. И почти сразу пришел в себя от того, что падает. Панически заорав, он бешено задергался, не понимая где он и куда падает, но очень быстро сообразил, что по прежнему надежно закреплен в раме, а падает сам челнок.

Точно, падает. Двигатели молчали, а скорость у них уже ниже орбитальной, еще несколько минут и все. Или секунд? Яков замолчал, сконцентрировавшись на расчетах, сколько ему осталось.

- Рота, после контакта с поверхностью, выжившие выдвигаются по тем координатам, которые я вам сейчас скину. - невероятно спокойно произнес ротный. - Желаю нам всем удачи, товарищи!

Перед Яковом на пару секунд появилась и исчезла карта местности, куда ротный только что скинул обновление. Координаты, куда следовало идти отображались там в виде здоровенного круга, видимо пилот засек 'гада' весьма приблизительно.

Взяв себя в руки, Яков быстро огляделся и и снова едва было не взвыл от ужаса. Куска отсека слева от него больше не существовало, как и целого ряда креплений. В здоровенной дыре сияли звезды и виднелся темно бронзовый кусок Ганимеда. Челнок падал к спутнику на ровном киле.

- Две новости, пехота, - пилот говорил быстро и нервно, - Сначала хорошая, нас похоже посчитали сбитыми и больше не стреляют. Скоро я включу двигатели и мы попытаемся сесть. Плохая новость в том, что мы при этом можем развалиться. И чуть не забыл, сесть поближе у нас теперь точно не выйдет!

Услышав про 'можем развалиться', Яков еще сильнее вцепился к верхнее крепление рамы. Он давил, не замечая, как деформируется под натиском мышечных усилителей толстый металл. Будь в отсеке челнока атмосфера, его бы наверное отрезвил скрежет сгибаемого крепления, но вибрации через перчатки брони до слуха не доходили.

Яков смотрел через прорезу в борту на большой круглый кратер с непривычным вздутием по центру, словно кратер был стоп кадром упавшей в воду капли. Кратер становился все крупнее и крупнее, и все крупнее становились ровные линии гребней, уходящих за горизонт. Они напоминали что-то невнятно знакомое, название вертелось на языке, но ускользало, так словно в реальной жизни он никогда не видел ничего похожего. Длинные ряды гребней.

- Волны, - прошептал Яков, - они похожи на волны.

- Приготовились! - в крике пилота чувствовался азарт и хорошо скрываемый страх. - Начинаю помаленьку!

Тяга росла так нежно, что Яков не сразу ее и заметил. Пилот и правда опасался того, что челнок развалиться, а потому увеличивал мощность двигателя очень и очень плавно. Но достаточно быстро, ведь даже на непросвещенный взгляд Якова, поверхность спутника приближалась чрезмерно шустро. Вот уже и кратер скрылся за горизонтом, точнее горизонтом стал его вал. Насколько же они низко?!

- Давай-давай родной, - похоже пилот забыл отключить микрофон. - Давай плесень тоннельная, держись, немного еще держись! Да 妓女!

В пробоине мелькнуло Солнце, что-то грязно серое, снова Солнце. Яков закрыл глаза.

Ганимед встретил его сокрушительным ударом.

- Всем стоять! - орал кто-то по радио, - куда вы лезете, дебилы?! Всем ждать, пока застынет!

Яков пошевелился, пытаясь понять, все ли с ним в порядке и сколько времени он пробыл в отключке. Челнок уже лежал неподвижно, а значит как минимум несколько секунд без сознания он провалялся.

Боли он не чувствовал, но тут наверняка поработала аптечка брони. Яков осторожно приоткрыл глаза. И зажмурился снова. Он лежал в кормовой части отсека, на груде сорванных креплений и тел. А прямо под ним лежало тело, с которого неведомая сила сорвала верхнюю часть брони и голову. И все это покрывала тонкая багряная наледь, ведь кровь в вакууме сначала вскипела, а потом застыла.

- Рядовой Вуквол, - позвал его голос ротного, - Я на биомониторе вижу, что ты очнулся. Отвечай, я включил тебе передатчик.

- Это потому такая тишина стояла? - невпопад спросил Яков.

- Догадливый, - без выражения прокомментировал ротный. - Вставай и помоги Цай Шану, он слева от тебя, примерное в метре, завален и до сих пор без сознания.

Яков послушно поднялся на ноги. Челнок врезался в Ганимед кормой, в этом положении и остался, чуть наклонившись к горизонту. Удар вырвал большую часть рам, спрессовав металл и плоть в бесформенную массу в кормовой части отсека. У тех, кто оказался внизу этой кучи шансов наверное не было, да и Яков, упавший сверху, чувствовал себя не очень хорошо.

Но броня на удивление удар выдержала. Тесты показывали на схематической человеческой фигурке успокаивающий зеленый цвет, штурмовая винтовка легко вышла из захватов и вернулась обратно, все кажется работало, как прежде. Удивительный результат, учитывая, с какой скоростью они падали.

Над ним, в носовой части отсека копошились везунчики, чьи рамы остались на месте. Яков помахал им, показывая, что жив и склонился над местом, которое указал ротный. Сверху кучи лежало тело парня из третьего взвода, броня которого на первый взгляд выглядела неповрежденной, но имя над головой белело траурным цветом. Яков ухватил его за наплечник и потянул, стараясь отодвинуть в сторону, но у него ничего не получилось. Мышцы брони протестующе взвыли, а тело парня сдвинулось от силы сантиметров на десять.

- Не понял, - ошарашенный Яков потянул в другую сторону.

Результат не изменился. Яков расставил ноги, напрягся и неожиданно легко поднял убитого над собой. Сняв того с длинного и острого обломка рамы, пробившего скафандр в уязвимом месте между пластинами брони. А учитывая место и угол входа железяки, запрос о состоянии владельца брони можно было не делать.

Яков разумеется запрос сделал и получив ожидаемое 'Жизненные функции прекращены', осторожно прислонил погибшего к помятому обшивке челнока. Глупый поступок, когда ты буквально ходишь по телам своих сослуживцев, но Яков отчего то знал, что поступает правильно.

Челнок постоянно вздрагивал и временами словно проваливался вниз и Яков неосознанно втягивал голову в плечи каждый раз, когда импровизированный пол уходил из под ног. Командир его отделения лежал сразу под этим мертвецом и судя по показателям, готовился придти в себя. Яков аккуратно вытащил его из под завала и прислонил рядом с погибшим. Его броня сообщила об удовлетворительном состоянии владельца, да и сам сержант почти сразу шатаясь поднялся на ноги.

- Рота, я включаю вам связь. - ротный немного подумал и добавил. - Сохраняйте мужество и помогайте друг другу!

Серые иероглифы фамилий солдат отделения мигнули и налились цветом. Пять из одиннадцати стали нежно салатовыми, остальные побелели, указывая на гибель сослуживцев.

- Парни, давайте сюда! - позвал он своих и замахал руками, - Я внизу!

К нему на помощь сверху спустилось человек десять, заметив организованное движение к солдатам его отделения присоединились еще несколько бойцов, оставшихся без командиров. Ну или младший сержант Цай попросил других сержантов выделить людей.

Такой толпой они быстро разобрали завал в корме отсека, руками разгибая толстенные смятое железо, что еще недавно обеспечивало им безопасность. Яков был прав в своих предположениях, среди тех, кто очутился внизу, выживших оказалось немного. Да и те, кто выжил, не обошлись без травм. Пехотный бронированный скафандр 'Якеда' мог защитить от осколков, пары пуль из штурмовой винтовки, но никак не от крушения челнока.

- Забирайте у погибших батареи и боеприпасы! - снова обратился к ним ротный, - Вам предстоит долгий марш бросок, энергия и пули вам пригодятся!

Тех, кто выжил в месиве кормы оттащили к противоположной стенке отсека и поручили заботам двух ротных медиков. Хотя чем те могли помочь в условиях вакуума Яков не представлял. Разве что утешить и оказать последнюю милость.

А у трупов деловито отсоединяли батареи, снимали подсумки и передавали все это наверх, где уже вылезли через пробоину наружу. Яков постоянно косился в ее направлении. Через многометровый разрыв лился тусклый солнечный свет и виднелось что-то серое и ноздреватое, похожее замерший грязный водяной конденсат.

- Воронка застыла, можно выбираться, - сообщил на ротном канале лейтенант Чэн, командир третьего взвода. - Все помнят правила передвижения по ледяной трясине?

Яков с трудом удержал в себе тоскливый крик. Вот уж повезло так повезло, они угодили в область ледяной трясины, рыхлого пересоленного водяного снега. То серое и ноздреватое, что виднелась в пробоине как раз им и было. Конечно на самом деле им демонски повезло, падение в сугроб спасло некоторых из них, но путь отсюда станет настоящей мукой.

Когда он вскарабкался к пробоине и вылез наружу, на корпусе челнока уже вовсю кипела работа. Сразу несколько человек отрывали большие листы обшивки, а двое, раскурочив пилотскую кабину, уже вытащила из нее пилота, одетого в гражданский скафандр для наружних работ.

Челнок торчал на дне глубокой воронки, наполовину скрывшись подо льдом на ее дне. Он влетел в Ганимед кормой вперед, но судя по неоплавленным склонам воронки, двигатели в момент удара уже не работали. Похоже, что вражеские снаряды повредили один из двигателей и когда тот отключился, челнок и начал вращаться, а пилот отключил второй. И что самое удивительное, при ударе челнок не взорвался.

Первые храбрецы уже ходили по краю воронки. Яков замерил расстояние до ближайшего края и уважительно хмыкнул. Тридцать два метра, внушительное расстояние, несмотря на низкую силу тяжести и мышечные усилители брони. В конце-концов на них надета пехотная броня, а не спецназовские продвинутые модели.

- Крепите трос! - скомандовал лейтенант Чэн. - быстрее оглоеды!

Один из листов обшивки наконец-то оторвали и наспех согнув в подобие здоровенной волокуши, цепляли к нему один из концов троса. Второй конец уже находился в руках у тех, кто выскочил из воронки. Еще один трос закрепили где-то внутри пилотской кабины и похоже что по нему они и станут выбираться.

- Вуквол Яков, везучий ты 混蛋! - окликнули его на неофициальном канале отделения.

Окликнувший хрипел так, что Яков скосил глаза вниз, читая в чате имя говорившего.

- Ван Ю, - расплылся он в улыбке, - Живой!

- Живой, - рядовой Ван полностью вылез из пробоины и активировав магниты на руках, полез выше. - Ротный я смотрю расщедрился, все чаты включил.

- Это он связь рубанул? - спросил Тао Джун Хи.

- А кто же еще? - спросил в ответ рядовой Ван, - Мы небось орали, как обделавшиеся младенцы, вот он и отключил рядовым связь. Кому охота слушать крики?

- Лично я не орал, - мрачно отрезал Тао.

- Да кто бы сомневался, - хихикнул рядовой Ван.

Остатки отделения сползались по обшивке к носу ожидая своей очереди покинуть вмерзший в ледяную трясину челнок. Всего пятеро. Яков, Ван Ю, Тао Джун Хи, Сама Да и конечно младший сержант Цай Шан, что наконец-то тоже вылез наружу.

А Яков старательно пересчитывал фигурки.

- Сколько нас уцелело? - решился спросить он, в третий раз сбившись со счета.

- Слушай, это же ты раненных таскал, - указал на очевидное Ван Ю.

- Не до того, как то было, - смутившись признался Яков.

- Нас человек шестьдесят осталось, - ответил на его вопроса ефрейтор Сама Да. - Построимся, точнее посчитаю.

К краю воронки солдаты переползали по одному, ведь там, куда они ползли втыкать крепление троса в почву было так же бесполезно, как закапывать его в песок родных пустынь. Трос держали несколько человек, постоянно двигаясь и не минуты не стоя на одном месте. Останавливаться в ледяной трясине было чревато большими неприятностями.

- Не тормозим! - покрикивал на ротном канале лейтенант Чэн. - Шевелим лапами, на орбите гибнут наши товарищи!

Когда настала очередь Якова, он постарался пересечь провал как можно быстрее. Ведь лейтенант был прав, расстреляв челноки с пехотой земляне без вариантов начали стрелять по корабля. А без кораблей не будет эвакуации и остатки роты умрут в рыхлых снегах Ганимеда.

- Надевай пескоходы! - Якову всунули в руки пакет, едва он пересек границу воронки. - Да не здесь, освободи место следующему!

Пританцовывая, что бы не растопить ноздреватый снег, Яков разорвал пакет и прицепил к магнитам на подошвах плетенные из холодостойкой пластиковой проволоки пескоходы. Очень похожие на те, которые рекомендовали надевать во время пеших прогулок в пустынях средних широт. Там тоже случались морозы глубоко ниже сотни градусов и очень мелкий песок, ходить по которому без пескоходов мало кому нравилось.

Пригодились эти примитивные штуки и здесь. Пока Яков их не надел, то с каждым шагом погружался почти по колено, все глубже и глубже. Зато надев, зашагал скрываясь в снегу по щиколотку, а то и меньше. Умными все таки были предки, придумавшие на заре колонизации Марса такую полезную штуку, как пескоходы.

А после того, как переправили две здоровенные волокуши из листов обшивки, к тросу прицепили человека с надписью над головой 'м-р Шепелин Ю.'

- Раненных, кто неспособен идти, мы решили оставить здесь под присмотром санитара, - произнес майор на ротном канале. - Я себе такую роскошь позволить не могу.

- Что с ним? - спросил Ван Ю.

- Подойди поближе и сделай запрос, - ехидно посоветовал рядовой Тао.

- Я не чувствую ног, - будто услышав рядового Вана сообщил майор. - Так что в бой вы меня повезете. А теперь загружайте волокуши и вперед! Нам надо пройти пятьдесят километров как можно быстрее! Лейтенант, доведите задачу до личного состава

Вопреки ожиданиям, к ним обратился пилот челнока.

- Датчики челнока зафиксировали характерный выброс тепла на северо-восток отсюда. К сожалению, мы грохнулись раньше, чем удалось установить точные координаты, но примерные вектор и расстояние я вам показать смогу. Нам надо добраться туда как можно быстрее и уничтожить орудие, обеспечив кораблям безопасный участок орбиты. Только так они нас смогут спасти.

Пилот челнока замолчал.

- Все слышали лейтенанта? - не дождавшись продолжения, спросил майор, - Все понимаю, что только выполнив задачу мы сможем вернуться домой?! А теперь попрошу руки в ноги и ускоренным маршем на северо-запад! Сержанты пересчитайте и постройте людей!

- Отделение! - немного шепеляво скомандовал младший сержант Цай, - В колонну по одному, дистанция три метра, становись! Ускоренным маршем, марш!

Яков бежал в своей колонне первым, ориентируясь лишь на зеленую полосу пути в дополненной реальности. Командира отделения, что должен был бежать впереди, вместе с остальными легкораненными отправили в арьергард роты. И теперь Яков бежал, ведя за собой отделение и постоянно напоминал себе, что указанный маркером путь всего лишь направление. А проверка безопасности пути полностью лежит на нем, ведь бегущие следом вынуждены полагаться на его внимательность и чутье.

Хотя пока ледяная трясина всего лишь сковывала движения. Рыхлый снег, вспомнил Яков название из детских книг. Не очень опасный, пока ты его не нагреешь, а для этого надо остановиться, или упасть в него радиатором.

- Как же меня достала эта серая рыхлая муть! - пожаловался рядовой Ван. - Сколько там еще до старого льда? Полтора километра? Два?

Занятый поиском пути Яков его жалобу проигнорировал, зато рядовой Тао с радостью вступил в перепалку. Эти двое вечно провоцировали друг друга, иногда выбирая совершенно неподходящее время. Например, как сейчас.

Пару раз роту останавливали. Сначала, когда боец из третьего взвода умудрился таки упасть на спину, зацепив снег раскаленным радиатором. Яков отлично разглядел облако пара, что мгновенно заледенело и опало чистым белым покрывалом на окружающих людей и снег. Покрывалом белым, как самый настоящий траурный саван. Но несмотря на неприятные ассоциации, инцидент завершился удачно. Радиатор брони перепад температуры выдержал.

А вот второй раз все завершилось гораздо хуже. В том месте ледяная трясина скрывала в себе глубокую трещину, куда и ухнуло сразу двое бойцов из того же многострадального третьего взвода. Их вытащили, но один из них при падении сломал ногу экзоскелета, тем самым пополнив инвалидную команду роты. Став девятым пассажиром волокуш.

Из-за близкого горизонта наконец-то показался 'берег', темная полоса древнего прочного льда.

- Нам повезло, - снова обратился к ним пилот, - через три вала отсюда в нужном направлении идет дорога, по которой мы выйдем почти в район поиска.

Сначала Яков не понял, о какой дороге говорит пилот, откуда вообще в этом районе Ганимеда взяться дорогам? Но потом в памяти всплыл инструктаж, где им рассказывали о районе будущей высадки их роты. Фигурировали в том рассказе и 'дороги', продавленные во льду следы катящихся после метеоритного удара обломков. Некоторые такие 'дороги' могли тянуться на километры и уплотненный давлением лед почти не уступал марсианским шоссе с покрытием из расплавленного камня.

Правда, когда они подошли к 'берегу' поближе, выяснилось, что выбраться из ледяной трясины будет непросто, в этом месте отвесная стена старого льда возвышалась над трясиной метров на семьдесят. Выше, чем можно запрыгнуть при местной гравитации даже с мышечными усилителями.

Яков остановился под самым склоном, посмотрел наверх, оглянулся в поисках ротного на построившихся с большими интервалами сослуживцев. Ротного вынесли из строя двое солдат первого взвода. Щепелин тоже поглядел наверх, оценив высоту обрыва, оглядел тянущийся за горизонт склон и спросил на ротном канале.

- У кого есть альпинистская подготовка?

Яков тоскливо вздохнул и вытянул руку вверх. Больше ни единой поднятой руки он не увидел, альпинизм на Марсе особой популярностью не пользовался.

- Рядовой Вуквол, - со смесью облегчения и удивления приветствовал его ротный, - Сможешь туда забраться?

- Снаряжения у нас случайно нет? - без особой надежды спросил Яков.

- Есть, - совершенно серьезно ответил ротный, - Триста метров троса.

Один из солдат в глубине строя тоже поднял руку, привлекая к себе внимание.

- Говори,- разрешил ему ротный.

- Можно пулями набить отверстий типа лестницы - предложил тот.

- Как считаешь, Вуквол, это тебе поможет? - повернулся ротный к Якову.

Вопрос заставил Якова задуматься. Полгода в альпинистском клубе и восхождение по восточному склону Олимпа на третью базу еще не делали его настоящим альпинистом. Но рота и командир терпеливо ждали его ответа.

- Я могу попробовать, - решился он наконец.

- Тогда приступай, - майор приглашающе взмахнул рукой.

Яков послушно достал из-за спины штурмовую винтовку. Мысль использовать 14,5мм НАР-731М 'Норинко' в качестве альпинистского снаряжения слегка его насмешила, и сняв винтовку с предохранителя, Яков тихонько хихикнул. Но тут же сосредоточился, прицелился в склон на уровень своего плеча и аккуратно потянул спуск.

При полном заряде метательной смеси винтовка лягнула ощутимо даже в броне и Яков удержался на ногах лишь потому, что машинально погасил импульс отшагнув назад. Стрельба из 'Норинко' в условиях низкой гравитации тренировалась отдельно, на трехнедельном курсе дополнительной подготовки. Во время срочной службы Яков на него не попал, а после начала освободительной войны обучение проходило по ускоренным нормативам.

На таком расстоянии вольфрамовая подкалиберная пуля прилетела в склон вместе с поддоном и выбила здоровенный фонтан ледяного крошева. При одной седьмой грава фонтан опускался медленно и Яков немного огорчился, что Солнце склонялось к закату и они сейчас стояли в чернильной тени обрыва. Фотоумножители брони позволяли разглядеть окружение даже тут, но при свете Солнца в этом фонтане наверное можно было увидеть радугу. Яков читал о радуге в книгах, видел в земных играх, но всегда хотел посмотреть на нее собственными глазами. И он поклялся выполнить свою мечту, даже если для этого придется взять штурмом Землю!

Держа винтовку в правой руке, Яков подошел к ледяной стене и довольно хекнул, увидев, какую дырень пробила пуля во льду. Он с легкостью засунул туда руку по локоть, а ход продолжался дальше. Самое то для подъема, да и сколько там того подъема!

- Самое то, товарищ майор! - не по уставу доложил он и вернувшись на исходный рубеж принялся всаживать в склон пулю за пулей, формируя лестницу для восхождения.

- Вуквол, а ты серьезно альпинист, или перед ротным прогнулся? - поинтересовался Ван Ю.

Яков помедлил с очередным выстрелом.

- Сейчас я туда поднимусь и ты все сам увидишь. - весело ответил ему Яков.

- Выпендрежник, - непонятно кого обозвал рядовой Тао.

Отстреляв пару магазинов, Яков закончил два ряда выбоин до самого гребня и выжидательно повернулся к солдатам, что держали на руках майора.

- Сейчас тебе к заднице прицепят трос, - дружелюбно пояснил ему ротный, - Будь любезен доставить его наверх. И не забудь снять пескоходы!

Пока он отстегивал пескоходы, солдат, над броней которого висела надпись 'ефр. Тан' притащил уже вскрытую катушку тонкого троса и прицепил его к карабину на поясе Якова. После чего несильно толкнул в плечу, направляя к склону. Яков кинул ладонь к виску, поменял магазин и закинув винтовку за спину, шагнул к стене.

- Ну, я пошел, - зачем-то сообщил он народу и вбил руку в нижнюю выбоину.

Следовало торопиться, ведь материал перчаток пропускал тепло, а это тепло подтапливало лед, который от этого делался невероятно скользким. Опытным путем Яков определил, что у него есть секунды три, за которые надо подтянуться к следующей выбоине. И несмотря на поспешность, кисти рук начали понемногу леденеть. Броня 'Якеда-4' создавалась для службы на Марсе, где не так много льда, в который можно засунуть руки по локоть.

Благо при местной гравитации задача в общем оказалась несложной. Подтянуться на одной руке здесь Яков мог с легкостью и без искусственный мышц брони. Так что не прошло и минуты, как он вытянул себя на гребень склона и выругался, поняв, что это не склон. Перед ним открылось ущелье шириной в метров в триста, на другой стороне которого обнаружился еще один склон.

- Товарищ майор, тут еще один склон! - Яков обернулся и посмотрел вниз, на маленькие фигурки товарищей.

- И что с того рядовой? - делано удивился ротный, - Думаешь, ты открыл мне что-то новое? Ну так я тебя огорчу, я их на карте видел. Могу подкинуть тебе заряженный магазин в качестве утешения.

- Рядовой, там дальше сплошные валы и ущелья, - вмешался в разговор пилот. - Нам надо пересечь два ущелья, а дальше начинается прямая дорога до района, где я видел вспышку тепла.

- Ну значит магазинов хватит. - буркнул Яков себе под нос и снова вернулся на ротный канал. - Держите трос, я сейчас спущусь в ущелье, как дерну три раза, начинайте подъем.

- Первые трое полезут по одному, - согласился майор, - Потом вместе трос держать будете.

Яков коротко козырнул и проверив натяжение троса, начал спуск вниз. Большую часть пути он скользил на заднице, постоянно ощущая натяжение троса. Оставшиеся на ледяной трясине продолжали его страховать и Яков с неожиданным сожалением подумал, что без их страховки спуск стал бы куда интереснее. Скатываться с горки по льду оказалось очень интересным опытом и без троса он скатывался бы быстрее.

В нижней точки ложбины связь переключилась на ретранслятор. Где-то сверху сейчас пролетал марсианский корабль и скафандр Якова установил соединение с ним. Следовало торопиться, прежде чем корабль скроется за валом, ведь ущелья как назло шли почти ровно с севера на юг и экваториальная орбита их пересекала.

Яков пятками сабатонов выбил во льду ямки, встал в них, что бы обеспечить упор и вышел на связь.

- Товарищ майор, я готов! - одновременно он трижды потянул трос.

Рывок натянувшегося троса едва не вытянул его из ямок. Мало того, что он стоял на льду, так еще и низкая гравитация Ганимеда уменьшала сцепление подошв почти до нуля. Но вопреки опасениям, первый рывок оказался и самым сильным, видимо тот кто лез, решил запрыгнуть на трос повыше.

Фигурка показалась на гребне вала минуты через две и тут же, без промедления плюхнулась на задницу и придерживаясь за трос одной рукой заскользила вниз, медленно набирая скорость.

- Тормози, придурок! - Яков выделил фигурку взглядом, трижды моргнул, активируя приватный канал.

- В шлюз не дуй! - хохоча ответил ему Ван Ю, - Дядя Ван в это умеет, любит и практикует!

Ван Ю набрал ощутимую скорость, но прежде, чем Яков успел по настоящему испугаться, рядовой воткнул пятки сабатонов в лед и остановился не добравшись метра три до конца троса. Встал, хохоча, стряхивая с себя налипший при торможении разбитый лед и ухватив трос, все таки пояснил.

- Я же все детство в Северной каньоне провел, папа там на добывающей фабрике работал, а мы с ребятами на ледяные карьеры часто убегали. Демон, да я как будто снова в детстве побывал!

Яков мысленно назвал его придурком, а вслух сказал.

- Держи трос, сейчас новые полезут.

Когда в ущелье спустился седьмой пехотинец, Яков отпустил трос и достав из-за спины винтовку, зашагал ко второму валу.

- Наконец-то твердое! - блаженно простонал ефрейторо Сама Да. - Как же меня задолбало постоянно переступать ногами!

Что бы не отвлекаться на разговоры, Яков приглушил звук и принялся методично вбивать пулю за пулей в новый склон. Лично его задолбало преодоление уже первого склона, а впереди ожидалось еще два восхождения, да и что ждать после 'дороги' ведь дальнейший маршрут им еще не доводили. Может там придется карабкаться не на семьдесят, а на все семьсот метров.

Он закончил подготовку пути как раз к тому моменту, как со склона спустили вторую из волокуш и на гребень полезли последние остававшиеся в ледяной трясине.

- Вуквол не тормози! - крикнул на ротном канале майор, - Кораблям на орбите сильно прилетает!

- Так я трос жду, товарищ майор! - обиженно отозвался Яков.

- Лейтенант, какого демона трос еще не прицеплен?! - тут же переключился на одного из двух выживших взводных майор.

Якова прицепили к тросу даже раньше, чем ротный закончил свою тираду.

Вторую стену он покорил даже особо не запыхавшись. Все-таки какие-то навыки друзья бывшей в него заложили и восхождение на первый склон заставило их вспомнить. На самом-то деле семьдесят метров не вертикального склона, это несерьезно даже для такого новичка, как он.

Перед третьей стеной ему прицепили трос даже до того, как он вышел на огневую позицию. Так что Яков, как только закончил делать выбоины, сразу же полез наверх. И добравшись до гребня, увидел начало дороги, точнее ее конец. Когда-то давным давно не очень крупный астероид упал неподалеку отсюда, образовав кратер Нинлил. Ударная волна смяла лед волнами, через которые они сейчас перебирались, а крупные обломки просто прокатились через 'волны', вминая и сглаживая лед. А потом медленно, за миллионы лет погрузились в него без следа.

- Вижу дорогу! - Яков замерил расстояние лазерным дальномером, - Три семьсот вправо.

- Вуквол, не тормози процесс. - почти ласково попросил ротный.

- Так точно, товарищ майор! - Яков без лишних препирательств плюхнулся на задницу и уповая на крепость рук товарищей, заскользил вниз. Удивительное дело, но за те месяцы, пока майор командовал ротой, он ни разу не накладывал дисциплинарных взысканий и тем не менее перечить ему дураков не находилось. Ощущалось в майоре что-то такое, что останавливало даже самых безбашенных идиотов.

Третий вал остатки роты преодолели за считанные минуты. Волокуши на этот раз даже не стали разгружать, закрепив раненных и припасы обрезками троса. Это здорово ускорило процесс, а пару выпавших ящиков забрали с собой бойцы арьергарда.

- Второй взвод, в головной дозор! - отдал приказ ротный. - Идем внимательно, в бой придется вступать прямо с марша!

Обычно в головной дозор отправляли первый взвод, но от зенитного огня и при крушении от их взвода осталось меньше трети.

- Первый взвод, слушаем сюда! - фамилия младшего сержанта Цая в чате украсилась серебряной звездочкой, он теперь исполнял обязанности взводного. - Передаем радар и разведмодули второму взводу.

- А сами пойдем слепые и глухие, - недовольно проворчал на взводном канале рядовой Чень Сан из третьего отделения.

- Заткнись болван! - рявкнул Цай Шан, - Если они что-то пропустят, то разбираться с пропущенным придется нам! Тебе этого хочется?

Каждый боец нес на себе контейнер со специально разработанным для безатмосферных тел дроном. В условиях Ганимеда запаса топлива хватало дрону на двенадцать минут полета, за которые он мог преодолеть порядка двадцати шести километров. Ну и кроме хорошей оптики имел полукилограммовую боевую часть с ударным ядром из чистой меди.

От второго взвода уцелело семнадцать бойцов и взводный, лейтенант Чэн. Яков послушно отдал им своего дрона и собрался было вернуться в строй, но голос ротного заставил его замереть.

- Вуквол в арьергард!

- Товарищ майор? - непонимающе повернулся к офицеру Яков.

- В волокушу впрягайся, говорю, - майор неожиданно переключился на приватный канал и пояснил, - Единственного в роте альпиниста тут следует держать рядом с собой.

- Поздравляю с карьерным ростом, Вуквол, - ехидно поздравил его Ван Ю. - Вот ты уже и личный двигатель ротного.

- Иди в 屁股, - ласково посоветовал ему Яков.

Разбившись на отделения, второй взвод во главе с лейтенантом Чэном выдвинулся ко входу на 'дорогу'. По твердому льду солдаты передвигались распрыжкой, за каждый шаг преодолевая метров десять. Из землян так мало кто умел.

Каждую волокушу тянули три человека, у одного банально не хватало сцепления подошв для того, что бы сдвинуть такую массу с места. Яков заменил в упряжке парня из третьего взвода и дождавшись команды, потянул, стараясь двигаться в унисон с остальными членами триады.

В его волокуше ехал сам ротный, и ящики с припасами. Остальные раненные лежали во второй волокуше и поглядев на куцые остатки роты, Яков сообразил, отчего майор взял их с собой. Повреждения их брони и тел позволяли стрелять и хоть как то передвигаться. Они еще могли принести пользу.

- Рота, после выхода на дорогу двигаемся семнадцать километров, - сообщил ротный, - потом короткий привал, заменяем батареи и баллоны и начинаем внимательно искать эту сволочь! Семнадцать километров, прикинул Яков, судя по той скорости, с которой они тянули волокуши, на путь уйдет не меньше часа. Продержаться ли столько корабли на орбите?