# Только дождь

Аноним Cфинкский

Только дождь


Он не помнил, когда начался дождь. Казалось, он всегда был здесь - в мокром воздухе, в блестящих тротуарах, в тишине, которая накатывала между редкими шагами прохожих. Капли собирались на стекле, сползали вниз извилистыми дорожками, размывая за окном очертания домов. Он следил за ними, не думая ни о чём конкретном, просто наблюдал, как капли стекают, собираются в лужи, сливаются друг с другом, исчезая в общем потоке.


Монреаль в эту пору года всегда был мокрым, вечно заволакиваемым низкими тучами, прячущими шпили Нотр-Дама-де-Бон-Секур. Мост Жака Картье терялся в сером мареве, а скользкие камни старых улиц блестели под жёлтыми фонарями. В переулках, пахнущих гарью и влажной листвой, мерцали неоновые вывески баров, обещая тепло и забвение. Улицы старого города пахли сыростью и кофе, а каменные фасады впитывали влагу, становясь ещё темнее. Город жил отдельно от него, чужой, как необязательное воспоминание. Он не мог сказать, как давно он здесь. Неделю? Год? Дольше? Воспоминания казались зыбкими, словно дождь смывал их вместе с пылью.


Он вышел на улицу, втянул влажный воздух. Пахло мокрым асфальтом, кофе из уличного киоска, холодным металлом остановки. И чем-то ещё. Запах, который он не мог разобрать. Может быть, чьи-то сигареты, а может, мокрая шерсть. Он не был уверен.


Лай собаки. Приглушённый. Или просто ветер?


Он пересёк Сен-Дени. Светофор мигнул красным, но машин не было - только далёкий гул моторных лодок с порта Олд-Монреаля. На миг ему показалось, что из переулка за углом мелькнул силуэт, но, моргнув, он увидел лишь серую стену, исписанную старыми объявлениями на французском. Он задумался, почему всегда поворачивает направо, а не налево. Это было привычкой, встроенной в его тело, но почему - он не помнил.


В кармане записка. Он достал её, но уже знал, что там написано. Или думал, что знал. Один адрес. Нет, имя. Нет, слово. Буквы расплывались, менялись. Он моргнул - и уже был уверен, что это был телефонный номер. Или набор случайных цифр? Бумага была влажной, пальцы оставляли на ней следы. Он сжал её в ладони и пошёл дальше, пытаясь запомнить, что прочитал, но уже забывая.


Фонари отражались в мокром асфальте. Тусклые, расплывчатые, будто хотели исчезнуть. Люди шли в разные стороны, но их лица размывались, растворяясь в каплях воды.


Белая шерсть.


Тёплая. Влажная.


Скрип.


Тормоза.


Визг.


...


Тишина.


Он моргнул. Глаза не сразу сфокусировались. Улица будто дрогнула, стала чуть длиннее. Он искал кого-то. Кого? Имя вертелось на языке, но не складывалось в звук.


Может, он всё перепутал. Может, никого никогда не было.


Он зашёл в маленькое кафе на Сен-Лоране, где пахло свежими круассанами и кленовым сиропом. На стекле отражались огни, мерцающие в каплях дождя. Взял кофе. Горький, обжигающий. Вкус казался знакомым, но почему-то чужим - как будто пил его когда-то, но не здесь, не сейчас. Официантка мельком взглянула на него, затем отвернулась, как будто он был частью этого дождя. Он открыл телефон. Сообщений не было.


Пальцы помнили движение.


Телефон в руке.


Но кому?


Он моргнул. Сообщений не было.


Может, никогда не было.


Город плыл в свете фар, отражаясь в реке Святого Лаврентия, которая медленно несла свои тёмные воды сквозь кварталы, где французский язык смешивался с английским. Вдалеке доносился гул поездов, проходящих по виадуку, а с рынка Жана Талона тянуло запахами специй, сыров и свежеиспечённого хлеба. Лица прохожих превращались в игру теней, исчезали в стекле витрин. Всё двигалось, но оставалось застывшим.


Он снова посмотрел в записку. В этот раз там было имя. Нет, только инициалы. Или ничего. Только мокрая бумага. Он провёл пальцем по поверхности, надеясь, что буквы проявятся, но они исчезли, как капли дождя на стекле.


Запах дождя. Шерсть под пальцами. Чьё-то присутствие.


Но собаки не было. Или её никогда не существовало.


Так же, как человека, которого он искал - кто-то, чьё имя однажды звучало в толпе на площади Жака-Картье, чьи шаги он почти помнил по мокрым камням Виль-Мари. Чей голос он, возможно, слышал сквозь шум дождя. Или придумал.


Он допил кофе, вышел обратно в дождь. Всё выглядело так же, но было другим.


Он шагнул вперёд.


Тишина.


Только дождь.