# Когда нас захватят инопланетяне

Павел Чаранин

И какой-то травы заросли

на кромке канала,

кланялись бутонами красными

черному, после дождя, асфальту.

И старые деревья грушевые

у края проезжей части,

с артритными ветками скрученными

тень давали собакам,

тоже старым и толстым, как мы на прогулке утренней,

с языками сиреневыми,

и мыслями "ох, не уснуть бы".


И тишина была главной

ценностью и приобретением,

чтобы подумать успеть нам,

прежде чем,

вообще прежде чем.

И пенсионерки на великах,

и мамки с сумками, и дети,

и ирисы у изгороди,

и стрелы самолетов в небе.

И сонные сомы в канале

с черными жирными спинами,

и кошки с короткими хвостами,

выпрашивающие, чтобы их гладили.

И эти вот инопланетяне,

в своих скафандрах нелепых,

которые ходят и заглядывают,

то в окна, то в глаза людские.

Захватили нас в плен и держат,

заставляют пить сладкий кофе,

с яичницей, сыром и гренками,

это мучительная несвобода.


Говорят, всё оружие собрали

и запулили в космос,

и теперь тут никто не стреляет,

и какао пьет с бутербродами.

Желудочный сок собирают,

в качестве дани захватчикам,

а потом катают до марса

или куда там понравится.

И над полями пшеничными

стрижи летают, а не ракеты,

и вечерами тихими

люди у костров поют песни.

И лишь в оранжевые сумерки,

с земли, если присмотреться,

корабли видны, огромные, белые,

и скорей всего, межгалактические.


Говорят, никто не решился

на тех кораблях в путь отправиться,

пока еще здесь не обвыклись,

жить эту жизнь, а не выживать её.

Что просто трава у канала

ветру кланяется низко,

и на скрученных ветках артритных

растут такие красивые листики.

И бабки на велосипедах,

и мамки с капризными дочками,

и сонная тишь послеобеденная,

а вечером путешествия в космосе.

И глядя на огоньки городские,

сверху, с полета птичьего,

всхлипну: и пусть захватили,

свозили бы завтра к Юпитеру