# Загнанный сознанием - Глава 4

Вугар Мамедов

## Глава 4


От вчерашнего ливня не осталось и следа. Солнце осушило асфальт, и листья деревьев ритмично колыхались в танце с ветром. Полуденное солнце одиноко ютилось на бесконечно голубом небосводе.

Два молодых человека в форме вышли из милицейской машины и направились в сторону дома.

-- Поспорим, что ложный вызов? -- сказал темноволосый парень. -- Если человек не пришел на работу, это не значит, что что-то случилось. Может быть, решил себе выходной устроить или уехал куда-нибудь. Тем более глянь на окна, все жалюзи закрыты, по любому дома никого.

-- Да, возможно ты прав. -- согласился второй.

Подойдя к двери, один из них нажал на кнопку звонка. Послышались мелодичные звуки, но дверь никто не открывал им. Он нажал еще раз. Снова тишина.

-- Ну, я же говорил. Зачем же так было суетиться. -- сказал темноволосый. -- ладно, поехали обратно. Отбой.

Второй парень в форме молча кивнул. Они не спеша двинулись обратно к машине, как вдруг темноволосый остановился.

-- Ты чего?

-- Тихо! -- прервал он его.

Постояв какое-то время в безмолвности, темноволосый в форме двинулся обратно к дому, другой последовал за ним.

-- Санек, что случилось?

-- Да тихо, Коль! Говорю же, тихо! -- Заткнул другого темноволосый Саня. Он прислонил ухо ко входной двери и начал вслушиваться, затаив дыхание. -- Или мне кажется, или там кто-то мычит. -- произнес он с испуганным видом. -- послушай сам, Коль.

Другой в свою очередь прислонил голову к двери и начал вслушиваться в звуки, которые будто бы слышал Саня.

-- Кажись, ты прав. -- произнес Коля холодным голосом. -- Что делать то будем?

-- Что-что, внутрь забираться! А вдруг там человеку плохо! -- сказал Саня, после чего подошел к двери. Дотянувшись до ручки и опустив ее вниз, дверь без каких-либо колебаний отворилась. Это удивило обоих в форме. Приоткрыв дверь, они увидели привязанным Макса, с залитым кровью лицом и с глубоким порезом на его левой стороне лица. Они мигом подбежали к нему и принялись отклеивать скотч с его рта. Пострадавший не проявлял никакого интереса к ним. Темноволосый в форме посмотрел Максу в глаза, они смотрели куда-то в темноту дома. Он уловил их направление и посмотрел туда.

-- Твою мать! -- ужаснулся он. -- Это что еще за чертовщина! -- второй в форме глянул туда же и удивился ничуть не меньше, но не выронил ни слова. Темноволосый торопливо достал рацию. -- два-три-восемь-шесть, это два-три-восемь-шесть, срочно требуется наряд милиции и две машины скорой помощи! Повторяю, это два-три-восемь-шесть, срочно пришлите наряд милиции и две машины скорой помощи!

-- Два-три-восемь-шесть, вас понял! -- послышался голос из рации вперемешку с помехами.

Тем временем темноволосый Саня двинулся туда, где находился источник его испуга. Стояли два окровавленных стула друг напротив друга. На одном из них был полностью кровавый силуэт, лишь волосы которого давали подсказку, что эта женщина. На втором стуле то же самое, с той лишь разницей, что привязана к стулу была маленькая девочка. Кровавая полоса тянулась до самих ног милиционеров.

-- Какой ублюдок мог такое сотворить. -- сказал Саня, в то время как Коля молча рассматривал эту кровавую картину.

Отклеив скотч со рта Макса, Саня у него спросил. -- В доме кто-нибудь еще есть? -- Макс не сводя глаз со стульев, чуть заметно отрицательно кивнул головой. -- Черт, что ж тут такое произошло? -- Макс не проронил ни слова.

-- Слышишь, Сань, что делать то? Развязывать будем их или дождемся скорой? -- спросил Коля.

-- Их не трогай пока, пускай эксперты разбираются, а этого, -- кивнув головой в сторону Макса, сказал Саня. -- развязать бы.

Сирены скорой помощи начали слышаться откуда-то издалека. Десятки зевак вышли из своих домов, что бы посмотреть, что интересного приключилось. Через пару минут две машины скорой помощи и еще одна милицейская машина прибыли по указанному адресу. А тем временем все больше людей приходило полюбоваться на произошедшее.


***


Макс начал медленно открывать глаза. Столь простое и привычное дело вызывало у него некое затруднение. Первая проскочившая мысль у него в мозгу была о том, что ему приснился до боли страшный кошмар. Но как только зрение его начинало фокусироваться на окружающую обстановку, эта мысль потихоньку развеивалась, пока совсем не исчезла. Все вокруг было белое, какие-то провода отходили от него к медицинской аппаратуре. Прибор по левую руку Макса стабильно выдавал пищащие звуки, он повернул голову в сторону этого прибора. Затем он внимательно осмотрел комнату.

В голову Макса пробились отрывки ужасных воспоминаний, которые случились прошлой ночью. Отдельные фрагменты пыток странного незнакомца соединялись в единую картину. Макс пытался не думать об этом, и ему это удавалось, но спустя короткое время эти фрагменты, словно мозаика снова собирались воедино. Не выдержав такого давления со стороны воспоминания, Макс закричал что было сил.

В комнату вбежали два врача, перепуганные столь пронзительным криком.

-- Что с вами, Максим? -- спросил один из них.

-- Ублюдок! Этот сукин сын убил их! -- кричал Макс.

-- Успокойтесь, я вас прошу.

-- Он убил их! Убил! Лучше бы и меня прикончил! -- продолжал со слезами на глазах кричать Макс.

-- Вколите ему снотворное, -- сказал один врач другому. Тот в свою очередь не медля, достал шприц и вколол Максу нужную дозу.

-- Он убил их...убил...сука.. -- начал стихать порыв злости Макса и он отключился.

-- Думаю, что пациента можно переводить в психиатрическое отделение. Тут мы помогли ему, чем смогли. -- сказал врач и вышел из палаты.


***


Макс снова пришел в себя. Окинув комнату взглядом, он понял, что его перевели. Здесь не было никаких проводов, никаких приборов, совершенно пустая комната. Макс попытался встать, но почувствовал, что-то его держит и не намерено отпускать. Он увидел, что был привязан. Панический страх окутал его целиком, поглощая с каждой секундой все больше. Макс издал вопль, который разнесся по всей палате, отражаясь от стенок.

-- Развяжите! Развяжите меня!

На его зов в палату зашел полный мужчина с небритой щетиной.

-- Успокойтесь, пожалуйста, Максим. Вы привязаны к больничной койке в целях безопасности. -- начал говорить он. -- Меня зовут Лакеев Дмитрий Сергеевич. Зовите меня просто Дима, если пожелаете. Я намерен вам помочь, поэтому успокойтесь и дышите глубоко. Если хотите, я вас развяжу? -- Макс продолжал молчать.

Врач начал развязывать ремни, один за другим, пока Макс не оказался свободным от этой меры предосторожности. Сказанные врачом слова в совокупности с интонацией, с которой он произнес их, и его решением развязать его, подействовали на Макса почти магически. Страх начал отступать, после чего Макс окончательно успокоился.

-- Я понимаю, Максим, то, что вам довелось пережить, -- начал говорить Дима. -- это глубочайшая травма для психики. Но я вам обещаю, сделаю все, что в моих силах, что бы помочь вам. Для начала будем проводить курсы психотерапии, а дальше посмотрим. -- сделал он паузу. -- Я понимаю, что сейчас вам не хотелось бы ни с кем контактировать, поэтому пока отдыхайте. Вас никто не будет беспокоить. А к вам я позже зайду. Скоро мы начнем первый сеанс. -- закончил он, но Макс не произнес ни слова. Дмитрий двинулся к двери и вышел.


***


Первый сеанс психотерапии. 28 июля 2009 года.

-- Максим, скажите мне, что вы сейчас чувствуете? -- спросил Дмитрий. Макс молчал. Взгляд его был пустым, не выражающий никаких чувств, хотя на лице читалась подавленность и отрешенность от реального мира. -- Максим, я хочу вам помочь. А вы в свою очередь, должны мне помочь, что бы я помог вам.

-- Что вы хотите узнать? -- после минутной паузы наконец произнес Макс.

-- Мне хотелось бы узнать, что вы сейчас чувствуете, какие эмоции вы испытываете.

-- А вы как думаете? -- сделал Макс паузу. -- Что может чувствовать человек, у которого отобрали все? Что может чувствовать человек, чья семья стала жертвой полоумного маньяка? -- начал повышать голос Макс. Цели преследуемые психотерапевтом ему казались не совсем понятны. -- Черт! В конце концов, какие эмоции может испытывать человек, кто был счастлив все двадцать восемь лет этой проклятой жизни, до того момента, как этот психопат сотворил такое!? -- взорвался Макс, не замечая, что практически кричит. Дмитрий в свою очередь делал в блокноте короткие записи, не пытаясь даже утихомирить Максима.

Макс начал громко и глубоко дышать, жадно хватая воздух. Эмоциональное напряжение пронеслось по нейронам его мозга и резко перебралось в его тело. На лбу выступила вена, незаметно пульсирующая. Руки начинали трястись и Макс с трудом сдерживал себя, что бы в порыве злости не сотворить что-нибудь в отношении Дмитрия. Психотерапевт же не переставал делать записи в блокноте, пристально обращая внимание на то, как ведет себя Макс, как он движется и как изменяется выражение его лица с каждой секундой.

Наконец через некоторое время Макс успокоился и пришел в себя. Агрессия, беспощадно накинувшаяся на него, отступала. Дыхание его нормализовалось, и руки перестали трястись. На этом первый сеанс психотерапии подошел к концу. Дмитрий мысленно подвел итоги, придя к выводу, что особых успехов этот сеанс не принес. С другой стороны, глупо было рассчитывать на успех, ведь это только начало долгого и тяжелого пути, где конечным пунктом будет полное выздоровление.


15 августа 2009 года.

Жаркое летнее солнце пробивалось сквозь окно в палату Макса, придавая ярко--оранжевые краски. Воздух наполнялся теплом после прохладной ночи. Макс потянул свою руку к лицу и дотронулся до шрама, который стал напоминанием о той страшной ночи. О той ночи, в которой его семья оказалась случайными жертвами случайного психопата. Каждый раз вспоминая это, его посещала мысль о самоубийстве, но превозмогая свою душевную боль, он отбрасывал эту мысль далеко от себя, но словно бумеранг, эта мысль возвращалась к своему хозяину. Его размышления прервал человек в темно--синей форме, вошедший в палату.

-- Здравствуйте, я следователь -- Нестеров Алексей Анатольевич, -- сказал мужчина, показав удостоверение. -- Прежде чем зайти к вам, я был у вашего лечащего врача. Он сообщил мне, что провел с вами несколько сеансов психотерапии и он так же добавил, что мой визит не доставит вам никаких проблем. -- сказал он.

-- Что вы хотите знать ? -- коротко спросил Макс.

-- Я хотел бы задать вам пару вопросов. Могли бы вы описать приметы убийцы? -- доставая небольшой блокнот с ручкой, спросил следователь.

-- Крупное непропорциональное лицо...шрам на его лице, примерно такой же, который этот ублюдок сделал мне. -- с горечью сказал Макс. -- еще его чертова рука дергалась и дергалась, как ненормальная, словно существовала сама по себе. -- добавил он. Следователь делал короткие записи.

-- Могли бы вы вспомнить, во что он был одет?

-- В плаще и с надетым капюшоном. Больше ничего не могу сказать.

-- Хорошо, спасибо. Это все, что мне надо было узнать. Всего доброго. -- двигаясь к двери, сказал следователь.

-- Постойте, я хотел попросить вас об одолжении. -- сказал Макс, на что следователь остановился и внимательно посмотрел на него. -- если вы его поймаете...если вдруг, -- запинаясь, говорил Макс. -- дайте мне знать.

-- Хорошо, вы непременно узнаете об этом. -- ответил следователь и вышел из палаты.

Макс снова погрузился в свои мысли. Он прекрасно понимал, что если незнакомца поймают, и если в суде ему назначат строжайшее наказание, то легче ему от этого не станет. Он был убежден, что это животное должно понести куда более жестокое наказание, нежели обычное тюремное заключение. Макс и не мог представить, что бы он сделал с ним, попадись ему незнакомец. Он жил надеждой, что убийцу найдут. В ту ночь, Макс видел его кровожадные глаза, полыхающие от удовольствия и вида крови; его ухмылку от мысли, что он всесилен и могуч; его руку, которая бешено двигалась сама по себе. Но сейчас Макс хотел посмотреть в эти кровожадные глаза под призмой судебного дела, посмотреть, как будет выглядеть его ухмылка при вынесении вердикта, посмотреть, как его проклятая рука будет дергаться, когда на него начнут надевать наручники.


Тринадцатый сеанс психотерапии. 20 октября 2009 года.

-- Максим, могли бы вы описать события, произошедшие в ту роковую ночь?

После услышанного вопроса, выражение лица Макса сменилось печальной маской, становясь все грустнее. Воспоминания, которые приходилось вспоминать на сеансах психотерапии, болью отражались в его глазах. С трудом, сдерживая слезы, он начинал снова рассказывать о том, как все было.

-- И я не мог им помочь, я был беспомощен и полностью невредим, в то время как мои родные мучались. Это не справедливо. -- услышав новую деталь в рассказе Макса, Дмитрий торопливо записал ее в блокноте. Каждый раз, замечая новый элемент, он составлял все более четкую картину проблемы Макса и, кажется, наткнулся на то, что являлось главной причиной его депрессивного состояния.

-- Вы считаете, что в основе их смерти лежит ваша вина?

-- Я думаю...я...да, -- признался Макс, опустив голову вниз.

-- Если я скажу, что вашей вины в произошедшем нет - это на вас никак не подействует. До тех пор, пока вы сами это не осознаете -- Макс, не поднимая головы, внимательно слушал то, что говорит Дмитрий. -- но, тем не менее, задумайтесь. -- сделал паузу Дмитрий, подбирая в голове нужные слова. -- Не вы же себя привязали? Вы же пытались окликнуть Лену, что бы она оглянулась? -- Макс положительно кивнул головой. -- Осознав, что вы просто физически не могли им помочь, что у вас не было никаких шансов что-либо исправить, вы искорените эту проблему. Вы сильны духом и характером, Максим. Подумайте о сказанных мною словах. -- пытался подбодрить он Макса -- Вот и подошел к концу наш очередной сеанс. -- закончил психотерапевт.


4 ноября 2009 года.

Ноябрьская погода проявляла свой характер с первых дней: ветер стал холодным, снег начал осыпать улицы, здания и дороги Москвы, а солнце все реже и реже наполняло улицы своим теплом. Все покрылось белоснежной пеленой нескончаемых снежинок. Глаза Макса глядели на потолок. Голова его была свободна от мыслей. Впервые за долгое время Макса не посещали страшные воспоминания.

Дверь в палату начала открываться и через секунду вошел психотерапевт Дмитрий. Макс отвел взгляд от потолка и глянул не на врача, а на газету, которую он держал в руках.

-- Максим, у меня для вас есть новость, -- начал врач. Макс сделался внимательным. -- Убийцу поймали.

-- А почему мне не сообщили!? Ведь следователь сказал что...

-- Я знаю, -- перебил его Дмитрий. -- Но я был против того, что бы вы явились в суд. Если бы вы увидели убийцу, думаю вам это принесло бы куда больше проблем, чем вы можете себе представить.

-- Но...

-- Максим, -- снова перебил врач его. -- Давайте вы послушаете меня? В конце концов, я желаю вам лучшего. Поэтому это было сделано для вашего же блага. Единственное, что я посчитал нужным - это принести вам газету. Там вы прочитаете обо всем. -- протянув газету, сказал врач и покинул палату.

Макс несколько минут держал в руках газету, не решаясь открыть ее. Воспоминания о незнакомце снова тучей полезли к нему в голову. Видимо, не суждено было Максу провести ни дня без воспоминаний о нем и о той ночи. Макс решил не томить себя ожиданием и не дать воспоминания затмить свой разум и открыл газету.


Южный маньяк пойман!


Вчера вечером, 3 ноября 2009 года, был задержан убийца, получивший нашумевшее прозвище - "Южный маньяк". На счету убийцы десяток семей. Люди недоумевают, как ему удавалось все время ускользать незамеченным. Выяснилось так же, что жертв убийца выбирал спонтанно. Все убийства имели место исключительно в домах жертв и совершались исключительно в жестокой форме. О том, как произошло задержание убийцы, нам поведал капитан милиции Коркин Михаил.

"Вчера вечером, примерно в 20:25 по Московскому времени к нам поступил странный вызов. Звонивший по началу неразборчиво что-то шептал, шепот длился примерно минуту, после чего послышался странный глухой стук. Послышались чьи-то шаги в трубке, после чего связь оборвалась. Нам не составило труда определить адрес звонящего и на всякий случай мы отправили по этому адресу наряд оперативников. По прибытии мы обнаружили, что стекло одного из окон было выбито. Поначалу все это было похоже на взлом с целью грабежа. Но в дальнейшем все оказалось куда серьезней, чем мы предполагали. Без труда открыв дверь, которая была не закрыта на замок, наши сотрудники увидели, как неизвестный мужчина в длинном черном плаще и в капюшоне стоял с каким-то острым предметом в руке над избитым мужчиной. Оперативники сразу узнали по приметам возможного маньяка. Задержание прошло без лишних происшествий, неизвестный сдался без какого-либо колебания..."

Сейчас же виновник убийств находится в следственном изоляторе в ожидании судебных разбирательств. Среди всех жертв маньяка, троим удалось выжить, один из которых, чье имя мы не можем назвать, сейчас находится под пристальным наблюдение врачей и проходит курс психотерапии. Последняя жертва оказалось куда более удачливая. Убийца не успел совершить свое кровавое деяние, и был задержан. Это все что нам стало пока известно.


Ермолов Сергей.


Прочитав все, Макс глянул на место в газете, откуда был вырезан фрагмент. Не трудно было догадаться, что на этом пустом месте была фотография незнакомца и, по-видимому, психотерапевт решил убрать этот столь не нужный, на его взгляд, фрагмент статьи.

Через час в палату Макса зашел Дмитрий, это означало, что очередной сеанс психотерапии вскоре начнется.


Двадцать первый сеанс психотерапии. 15 декабря 2009 года.

-- Итак, из всех прошедших сеансов я воссоздал окончательную картину того, что явилось вашей проблемой, Максим, -- начал рассуждать Дмитрий. -- Мне стало ясно, что проблема ваша кроется скорее не в том, что произошло, а в том, при каком объястоятельстве находились вы, когда это происходило. -- подвел он итог.

-- Но проблему это не решает, -- Сказал Макс. -- я пытаюсь забыть, я пытаюсь убить воспоминания о той ночи, но каждый раз мое сознание возвращает меня в ту ночь и в то место. Детали за деталью, движение за движением, все это мелькает у меня в голове. Этот шепот незнакомца, этот кровавый скальпель, эти рассекающие движения, -- начал произносить Макс уже со слезами на глазах и дрожащим голосом. -- крики, стоны, мычание! Проклятье! Они у меня в голове и я не могу от них избавиться! -- почти крича, произнес он последние слова и эхо от них разнеслось по всему помещению.

-- Вам совсем не обязательно забывать это, -- спокойно произнес Дмитрий. -- Вас до сих пор терзает то, что вы вините себя в смерти родных. Именно поэтому ваше сознание посылает вам сигнал, а этот сигнал в свою очередь вызывает у вас эти самые воспоминания. Избавив вас от чувства вины за случившееся, мы в корне уничтожим проблему.

-- Это невозможно, черт возьми!

-- Максим, мы с вами работаем уже почти полгода. За это время я в достаточной мере изучил ваш психологический портрет. Говоря простыми словами, вы психологически сильный человек, вы справлялись в жизни с серьезными проблемами. На вашу долю выпало еще одно испытание, и ваша задача - справиться с ней. Не пытайтесь стараться помочь себе, вместо этого - помогите себе...


21 декабря 2009 года.

Дмитрий шел по коридору больницы, держа в руке газету. Он хотел проверить реакцию Макса на то, что написано в ней, и по его реакции сделать некоторые прогнозы о том, есть ли серьезные успехи в сеансах психотерапии. Он подошел к двери палаты, за которой находился Макс и остановился. Дмитрий поднял перед собой газету и, пробежав глазами по заголовку статьи, вошел внутрь.

Макс уже глядел в сторону двери, видимо услышав приближающиеся шаги за дверью. Дмитрий поздоровался с Максом и сразу передал ему в руки газету и стал ждать, пока он прочтет. Он внимательно следил за тем, как изменяется выражение лица Макса. С каждой новой строчкой лицо его приобретало гримасу гнева и недовольства. Уже дыша глубоко и нервно, Макс почти дочитал статью. Дмитрий, не отводя глаз, следил за его поведением.

-- Ублюдки! Твари! Вопиющая несправедливость! -- начал кричать Макс. -- О чем эти сволочи думали!? Будь они прокляты! -- продолжал он.

"Все оказывается хуже, чем я мог предполагать." -- подумал Дмитрий.

Дмитрий поторопился успокоить Макса, пока его поведение не вышло за рамки разумного. Дальнейшее наблюдение за его реакцией было ни к чему. Мысленно Дмитрий уже поставил достаточно неутешительный диагноз Максу. Но для достоверности своих предположений, он решил провести еще два сеанса психотерапии, хотя не сомневался, что в этом нужды больше нет.

Макс еще раз бросил свой взгляд на отрывок статьи, что повергла его в шок. Он не мог поверить в то, что он прочитал.

"Несправедливо...это просто не справедливо..." -- подумал Макс и, капли слез начали падать на статью, которая довела его до такого состояния.


Нашумевшие подробности в деле "Южного маньяка". Вчера Московский суд вынес шокирующий вердикт в отношении убийцы. По заключениям судебных экспертов "Южный маньяк" был признан крайне невменяемым, и все свои преступления он совершал под действием психических расстройств. Приговор был настолько нелепым и несправедливым, что во время вынесения приговора в зале суда поднялась буря недовольства и возмущения -- "Южного маньяка" отправили на принудительное лечение в психиатрическую больницу, несмотря на то, что гособвинитель требовал пожизненного заключения.

"Убил десяток семей. Насладился этим. А после суда отправился на отдых в больницу" -- сказал один из выживших. -- "Это настолько неправильно, что даже слова трудно подобрать. Мне очень жаль, что суд решил это дело не через голову, а через...ну сами понимаете".

Из медицинской карты пациента N ММ -- 1981 -- 1325:

Пациент: Матвеев М.А

Диагноз: На фоне пережитой трагедии курсы когнитивной психотерапии ( двадцать три сеанса ) не внесли существенных изменений в состоянии и поведение индивида. Дальнейшее прохождение сеансов не имеют смысла. Пациенту либо не удается решить проблему, либо пациент не пытается подойти к проблеме со всей ответственностью. Требуются более радикальные методы для устранения причин депрессивного состояния, которые могут перейти в более осложненные психические расстройства при бездействии или неправильном подходе к решению проблемы.

Психотерапевт: Лакеев Д.С


***


Просторный кабинет был хорошо освещаем лампами дневного света. За окнами завывал зимний ветер, унося миллионы снежинок в своей невидимой хватке. В помещении находились два человека в белых халатах. Один из тех, что был в очках, держал карту пациента, внимательно вчитываясь в записи.

-- Я ознакомился с проблемой пациента, -- закрыв карту, произнес мужчина в очках. -- К тому же, этот человек является моим хорошим другом.

-- Я провел с ним двадцать три сеанса психотерапии и видимых результатов это не принесло. -- сказал Дмитрий. -- И вы полагаете, что вы в силах ему помочь?

-- У каждого свой подход, Дмитрий. Вы психотерапевт, я психофизиолог. -- сказал мужчина. -- Поэтому я настаиваю, что бы данный пациент был под моим наблюдением с этого момента.

Психотерапевт Дмитрий положительно кивнул головой, хотя на лице читалось недовольство. Взяв бумаги со стола, он начал в них что-то в записывать. Спустя пару минут он передал свои записи мужчине в очках и покинул помещение.

Оставшийся мужчина начал читать написанное. В бумагах говорилось, что Лакеев Дмитрий Сергеевич с этого момента больше не является лечащим врачом пациента Матвеева Максима. С этого дня его лечащим врачом является психофизиолог Овсеев Игорь Анатольевич. Прочитав свое имя мужчина изменился в лице и приятно улыбнулся.

-- Я тебе помогу Макс, как ты помог мне в свое время. -- произнес он себе и двинулся в сторону двери.


***


-- Я докажу...я всем докажу. -- говорил незнакомец, нанося порезы Лене. Как в замедленной съемке кровь хлыстала десятками маленьких гейзеров. Макс в бешенстве бился, пытаясь выкрикнуть хоть что-то. Скотч крепко держал его слова при нем. Незнакомец уже завершил свое кровавое и страшное деяние и обернулся в сторону макса. -- Как тебе живется сейчас? -- с ухмылкой на лице спросил незнакомец.

Макс проснулся в холодном поту. Снова этот сон, снова его сознание возвращает его в то место, не давая покоя каждую ночь. В очередной раз шепот незнакомца вбивался в его голову, оставаясь эхом в его ушах еще долгое время после сна. Макс огляделся по сторонам. Он в той же палате, к которой уже привык. Он поднял правую руку перед собой, удостоверившись, что его ничто не сковывает, он немного успокоился.

-- Снова кошмар приснился, Макс? -- произнес мужчина в очках. Макс от неожиданности вздрогнул и чуть было не закричал, но увидев источник вопроса он успокоился.

-- Игорь?

-- Он самый, -- улыбнулся тот. -- Я слышал, что у тебя случилось. Мне искренне жаль, Макс. Несмотря на то, что это произошло чуть более полугода назад, отголоски тех событий терзают тебя, и по сей день.

-- Мне трудно с этим жить. Каждую ночь я вижу этот, чертов сон. Каждый раз с все более новыми моментами! Я хочу избавиться от этих воспоминаний раз и навсегда!

-- Не поверишь, но я тут именно за этим. -- дружелюбно произнес Игорь.

-- И каким образом ты мне можешь помочь?

-- Я же психофизиолог, Макс. У нас несколько другой подход к пациентам, нежели у психотерапевтом. К тому же в последнее время я и мои люди работали над одним проектом. Тебе интересно знать, каким образом это может помочь тебе? -- с заманчивым взглядом спросил Игорь.

-- Если это то, что действительно может помочь мне, то, черт возьми, да! -- довольно ответил Макс, услышав, что у него есть шанс избавиться от того, что мучило его последние полгода.

-- Суть данного метода в следующем, -- восторженно вступил Игорь. -- в тех случаях, когда ты вспоминаешь, к примеру, свое детство, то в сознание твоем открывается окно. И при воздействии препарата под названием "фермент ZIP" в момент, когда это окно открыто, он блокирует действие белков, контролирующие потоки информации между клетками головного мозга. Что-нибудь понятно? -- с улыбкой спросил Игорь.

-- Честно говоря, вообще не могу ничего понять.

-- Так, ладно. Скажу как можно проще, -- сказал Игорь, подбирая слова в голове. -- К примеру, ты вспоминаешь о своей любимой машинке, которую тебе подарили в далеком детстве, так? -- Макс кивнул головой. -- Когда ты мысленно представил машинку, это тот момент, когда окно открывается. В этот момент в мозгу проносятся потоки информации, прокладывая путь к участкам мозга, где хранится эта информация. Пока все понятно? -- Внимательно слушая, Макс снова кивнул головой. -- И вот тут--то и хранится ключевой момент. Если вводить этот препарат, в то время, когда потоки информации ссылаются на нужные воспоминания, то этот путь блокируется. Твой мозг больше не сможет обращаться к этим воспоминаниям, путь к ним закрыт, заблокирован, да как угодно! В общем, ты меня понял.

-- Звучит заманчиво, какие гарантии, что удастся стереть мои воспоминания?

-- А теперь о самом неприятном, -- выражение Игоря сменилось на более серьезное. -- До сих пор, этот препарат испытывался нами только на крысах. Многие ученые настроены скептически по поводу данной разработки, утверждая, что факт стирания памяти не может быть подтвержден, а что не подтверждено, то не является правдой. Если ты согласишься на это, то ты будешь первым человеком, которому сделали эту процедуру. -- Игорь сделал короткую паузу. -- Я не намерен уговаривать тебя на это, так как риск того, что процедура может выйти из под контроля существует. -- Макс хотел воспользоваться паузой между предложениями Игоря, но Игорь продолжил. -- Но это может быть выгодно как тебе, так и мне. В случае, если все пройдет, как мы предполагаем, ты раз и навсегда избавишься от этих воспоминаний.

-- А как насчет таких моментов, как семья? Ведь вы же не станете стирать все девять лет моей жизни? -- с грустью спросил Макс.

-- Это и не требуется. Я предусмотрел и этот столь сложный аспект. После стирания памяти мы проведем небольшой сеанс гипноза, целью которой будет внушение тебе ложных воспоминаниях.

-- И какие воспоминания у меня будут?

-- Вот тут самое интересное. Ты сам решишь, какие ложные воспоминания ты хочешь помнить. -- засиял Игорь от сказанной им фразы.


***


Очередная ночь Макса выдалась беспокойная. Кошмары, посещающие его, с каждым разом становились более кровавыми. Не желая оставлять Макса в покое, незнакомец посещал его во снах, насыщаясь новыми деталями. С каждым новым сном движения скальпеля в руках незнакомца становились все сильнее и кровожаднее. Создавалось ощущение, что сон, под каким-то влиянием, мутировал и становился ужаснее. И самое страшное, что Макса не покидал нескончаемый страх. Ощущая, что кошмар из сна вот-вот выскочит в реальность и настигнет его, пугали Макса больше всего. Последние полгода своей жизни он жил в ужасе, проникающем в каждую клеточку мозга и, разносясь бесконечными потоками страха по его телу.

Наконец проснувшись и открыв глаза, перед взглядом Макса проявлялась знакомая фигура. Над ним с улыбкой стоял Игорь. -- Ну что, Макс, готов? -- произнес он. Макс кивнул головой в согласии. -- Ты обдумал, какие воспоминания тебе внушить?

-- Да, -- начал Макс. -- Я хочу, что бы жена уехала от меня полгода назад. Будто мы с ней сильно повздорили и разошлись. Позже она решила переехать в другой город, забрав с собой дочку. Ни телефона, ни адреса, ни даже название города, она мне не говорила. -- грустно произнес он.

-- Думаю, это будет не сложно. Но есть еще один маленький нюанс. -- сказал Игорь и затем поторопился добавить. -- Хотя я и с ним уже придумал, что сделать. Это касается твоего шрама, -- после произнесенного Макс дотянулся рукой до лица и стал медленно ощупывать этот столь уродливый подарок незнакомца. -- В общем, ты будешь помнить, будто попал в аварию, а шрам -- это ее последствия. -- закончил Игорь.

-- Не дурно придумал. -- немного с удивленным выражением сказал Макс. -- Надеюсь, у вас все получится.

-- Надеюсь, -- ответил Игорь. -- А теперь собирайся, помещение уже готово. -- Макс начал поднимать с койки, а Игорь добавил. -- Да еще, Макс, после того, как мы избавим тебя от воспоминаний, ты несколько дней будешь без сознания. Это необходимо, что бы целостность процедуры стирания памяти и внушения ложных воспоминаний не нарушалась.

-- Я понимаю, -- собравшись, сказал Макс.

Игорь и Макс вышли из палаты и двинулись по просторному коридору больницы. Десятки врачей двигались кто куда, создавая непрерывное движение. Ярко освещаемый коридор не оставлял ни единого места, где могла бы спрятаться тень, от чего даже ночью, создавалось ощущение того, что на улице был день. Преодолев долгий путь по коридорам больницы, Макс и Игорь зашли в кабинет, на двери которой не было номера.

Войдя в помещение, Макс увидел троих человек в белых халатах, с которыми поздоровался Игорь. По середине комнаты стояла койка, похожая на ту, которая была у Макса в палате. Только эта была немного видоизменена: бортики койки выступали на четверть метра, над ней возвышались прикрепленные приборы с погашенными экранами. Десятки проводов отходили от этого прибора. По правую руку койки виднелись две капельницы, наполненные жидкостью. Макс прочитал два одинаковых названия на обеих капельницах - "Фермент ZIP". Макс начал испытывать страх в неизвестности, как будет происходить процедура. Через мгновенье он начал сомневаться в успехе процедуры. Надежда странным образом начинала рухнуть, как карточный домик от слабого порыва ветра. Макс глянул на Игоря, который жестом пригласил его подойти к койке.

-- Макс, в общем, слушай меня внимательно. -- с серьезным лицом начал говорить Игорь. -- Во многом успех исхода зависит от тебя. Поэтому четко следуй моим инструкциям по ходу процедуры. Ты меня хорошо понял?

-- Да, -- коротко ответил Макс.

-- Ложись на койку, -- сказал Игорь и Макс поспешно сделал это. -- Слав, привяжи его, -- обратился он к одному из врачей. -- Макс, не беспокойся, это в целях безопасности. Пока точно не известно как человек будет себя вести при такой процедуре. -- попытался утешить Игорь, но поток страха уже нахлынул на Макса. С каждым застегиванием ремней, внутри Макса все переворачивалось. Игорь заметил беспокойство и страх на его лице и попытался утешить. -- Да не беспокойся ты так. Перед тобой четыре высококвалифицированных врача, -- улыбнулся он. -- все пройдет на высшем уровне. Я обещаю. -- но от сказанных слов Максу спокойнее не становилось.

Из-за его беспокойства и странных мыслей, Макс не заметил, как оказался уже завязанным. Беспокойство, вызванное неизвестностью, отдаляла его сознание далеко от реальности. Игорь приказал другому человеку в белом подсоединить провода к Максу, и через две минуты Макс оказался с ног до головы подключен к проводам. Прибор, висевший над его головой, начал оживленно издавать звуки. Он почувствовал, как трубка с иглой на конце входит в его вену, отчего он немного поморщился. Следующее действие Максу показалось непонятным, и новая порция страха прибыла по заказу. Окна начали закрывать непроницаемыми жалюзями, единственную дверь в кабинете закрыли на ключ, а свет в комнате полностью погасили. Кромешная тьма окутала каждый сантиметр помещения, не оставляя ни единого просвета. Вместе с воздухом в легкие Макса проникала тьма, от которой становилось трудно дышать.

-- Макс, успокойся и глубоко дыши. -- произнес Игорь, услышав его громкие глотки воздуха, эхом разносящиеся по помещению. -- Это всего лишь темнота. -- но сказанные Игорем слова слабо подействовали на Макса, хотя дышать ему стало намного легче. -- Все готово к началу процедуры? -- раздался голос Игоря в кромешной тьме.

-- Все готово, -- подтвердил голос одного из врачей.

-- Приступаем... -- полушепотом вымолвил Игорь.


***


-- Макс, -- окликнул Игорь. -- вспомни начало того трагического дня. Расскажи все что ты помнишь из начала того дня.

-- Как и все остальные дни до того, я проснулся рано. Лена и Вика еще спали, когда я завтракал.

-- Так, дальше.

-- Помню, что была плохая погода. Дождь лил как из ведра, и взяв зонтик я двинулся к машине. -- Макс сделал паузу, вспоминая что было дальше. -- Я раньше всех приехал на работу и занялся одним проектом. Помню, что я был сильно погружен в работу, потому что в тот вечер... -- Макс сделал еще одну паузу. В темноте никто не мог заметить, что по лицу Макса начинали стекать слезы, а голос его немного осел. -- в тот вечер мы планировали отмечать день рождения Вики. Ей должно было исполниться восемь лет. -- По последней фразе все врачи догадались, что Макс с трудом, болью и слезами произносит каждое слово, касающееся его семьи.

-- Так, хорошо. Что было дальше? -- спросил Игорь.

-- Завершив работу, я заехал в супермаркет, где купил продуктов ко дню рождения. После продуктов я пошел выбирать подарок Вике. Этот альбом я запомнил хорошо. Я еще тогда подумал, что это будет самым лучшим подарком для нее, -- очередной поток слез вырвался из глаз Макса и он замолчал.

-- Максим, что было дальше? -- нарушил тишину Игорь.

-- Дальше я поехал домой. Примерно в полпути от дома на светофоре, я позвонил на мобильный телефон Лене. Шли гудки, а затем телефон подал сигнал, что сеть занята. Позвонив второй раз, абонент оказался недоступным. Еще тогда, я подумал, что все это странно.

-- Понятно, понятно. Какие действия были дальше? -- продолжал с той же интонацией спрашивать Игорь. Три врача молча слушали.

-- Я подъезжал к дому. Меня тогда сильно обеспокоило, что свет на первом этаже был полностью выключен. Я был насторожен. -- в очередной раз задрожал голос Макса. -- Подойдя к двери, я открыл ее и возле лестницы увидел Лену, которая лежала без сознания. Полоса крови тянулась за ней. Я сильно испугался и...я не мог даже...представить себе, что могло произойти...в голову лезли...всякие странные мысли. -- разделяя предложение на блоки, со страхом произносил Макс. -- Я попытался позвать Лену...но почувствовал сильный удар по затылку и...потерял сознание.

-- Стоп, Макс! Заостри свое внимание на воспоминании, начиная с того момента, как ты подъехал к дому и до того времени, когда почувствовал удар в затылок. -- Сказал Игорь. -- Ввести 5 миллиграмм фермента. -- приказал Игорь врачам. Те в свою очередь нажали на один из приборов, и тот озарил тусклым светом их лица. Один из врачей ввел комбинацию на клавиатуре. Жидкость, находившаяся в капельницах, пришла в действие. Медленно и в небольшой дозе она двинулась в вену Макса. Он почувствовал, как неизвестный ему препарат проникает в его организм и словно движется к его голове.

То, что ощущал Макс через минуту после введения в него препарата, трудно поддавалось объяснению. Словно ластик, стирающий записи в тетрадке, написанные карандашом. Слово за словом, букву за буквой, все это стиралось из головы Макса. Через десять секунд он уже не мог вспомнить, как подъехал к дому. Еще через пять секунд он не мог вспомнить, как открыл дверь. А через следующие десять секунд он напрочь забыл о том, как видел Лену на полу, как пытался окликнуть ее, и как получил удар по затылку. Все это было вычеркнуто и выброшено из его сознания. Черная пустота появилась в его памяти на месте этих фрагментов воспоминания. "Фермент ZIP" работал, и белки проложившие путь к этому блоку воспоминаний, больше не смогут обратиться за этой информацией.

-- Максим, вспомни момент, когда ты погружался в работу. Вспомни причину этого. -- сказал Игорь. Макс напряг свой мозг и думал о том, что он работал усердно, потому что на носу был день рождения Вики. Каждый раз, когда он вспоминал о Вике и Лене, слезы не могли найти себе покоя, пытаясь вырваться из его печальных глаз. -- Ввести полмиллиграмма фермента. -- снова приказал Игорь, на что тот же врач ввел новую комбинацию, и жидкость совсем в маленьком количестве понеслась в организм Макса. -- Максим, а теперь вспомни, как ты покупал подарок Вике, и как на светофоре ты позвонил Лене. -- сделал Игорь паузу и со смешком добавил. -- Этот момент тебе тоже ни к чему. -- Подождав примерно пять секунд, Игорь приказал врачу ввести еще миллиграмм фермента.

-- Максим, -- окликнул Игорь. -- ты помнишь тот день, когда это случилось? Вспомни, когда ты приехал рано на работу, ты усердно работал. Вспомнил?

-- Да, я помню это.

-- А ты можешь сказать мне, в чем была причина этого? -- с надеждой на лучшее в мыслях спросил Игорь.

-- Я...я... -- что было сил пытался вспомнить Макс. -- я не помню...

"Черт! У нас получается!" -- проскочила мысль у Игоря.

-- А ты помнишь, как заехал в магазин и купил продукты домой?

-- Помню.

-- А кроме продуктов, ты что-нибудь еще покупал?

-- Нет, кроме продуктов я ничего не покупал. -- произнес Макс.

-- Видимо, все идет как надо. -- довольно произнес Игорь. -- Как твое самочувствие, Макс?

-- Парадоксально-бредовое чувство. -- сказал Макс, -- Я знаю, что купил альбом Вике, но я чертовски уверен, что я этого не делал, потому что не помню, как я это делал.

-- Ну над этим мы еще поработаем. Главное, что начало уже неплохое. -- заключил Игорь.


***


В последние пять минут Макс избавился еще от некоторых воспоминаний: как он звонил Лене, как в доме был погашен свет в тот день. Это его обнадеживало. Есть шанс, что он сможет жить, как нормальный человек, которого не мучают регулярные ночные кошмары и которого не преследуют навязчивые образы психопатов. Пока Игорь и три врача записывали информацию с прибора, который отвечал за введение в организм препарата, Макс придумал небольшую игру для своего сознания. Для начала он попытался вспомнить альбом Вики -- это получилось без проблем. Следующий уровень игры был сложнее, чем Макс мог себе представить. Он пытался вспомнить, как он его покупал, воссоздавая последовательную цепочку событий, начиная с момента, когда он приехал в магазин.

"Я зашел в торговый зал...купил конфет и торт. Да! Торт со свежими фруктами! Чертовски ясно помню этот момент! -- Мысленно ликовал Макс и продолжил вспоминать. -- Затем, по-моему, я купил газировки. Затем пробил покупки и вышел из магазина. Сел в машину и уехал домой. -- Макс на пару секунд остановился, задумавшись о другом. -- А когда же я купил альбом? -- напрягая свой мозг все сильнее и сильнее ему казалось, что он вот--вот вспомнит это. Но все тщетно - нет в его голове больше таких воспоминаний.

Его игру прервал голос Игоря. -- Ну что, Макс, продолжим?

-- Да куда я денусь. -- сказал Макс.

-- Давай-ка вспомни момент, когда ты подъехал к дому.

-- Не могу такого вспомнить.

-- Так, надо ссылаться на опорные точки, -- будто сам себе сказал Игорь. -- Расскажи то, что ты помнишь после того, как уехал из магазина.

Макс напряг мозг и начал сквозь пробелы в памяти нащупывать твердую почву воспоминания, и через пару минут ему удалось это. -- Я помню, что у меня отчего--то сильно болела голова, просто раскалывалась. А проснулся я вовсе не от этой боли. Вспомнил! Эта чертова скотина что--то делал с моей дочкой! -- вырвалось из Макса. -- Ее крики проносились по всему дому! Я очнулся и начал стонал что было сил, пытаясь привести в чувство Лену. Когда она пришла в себя, она пыталась развязать меня. -- продолжал говорить Макс. -- А потом...потом это животное показалось на втором этаже! Он держал за шиворот Вику! -- Макса глаза не находили себе покоя, будто смотря в те воспоминания. -- Он опустил ее без сознания на пол и начал спускаться на первый этаж. Спустившись, он...

-- Стой, Макс. Достаточно. -- прервал Игорь. -- Держи в голове у себя все, начиная с момента как ты очнулся, заканчивая как он опустил Вику на пол, но не более того, понял?

-- Кажется, да.

-- Повторяю, не более того. В противном случае нам трудно будет уцепиться за дальнейшую последовательность воспоминаний.

В сознании Макса открылось окно, содержание которого был небольшой фрагмент того вечера, представшее, словно картинка перед глазами. Он почувствовал снова это необъяснимое чувство, которое стало ему более-менее привычным - препарат снова взялся за свое дело. Шаг за шагом из сознания уносились в забытье отрывки воспоминаний. Менее чем через минуту, и эти воспоминания оказались вне зоны доступа для мозга Макса.

-- Максим, вспомни, что ты помнишь первое, когда оказался в доме? -- спросил Игорь монотонным голосом.

-- Помню, как незнакомец спускался по лестнице, и...

-- А до этого что было? -- не дал закончить фразу Игорь.

"Если и сейчас получилось удалить ненужный фрагмент воспоминания, значит дальше пойдет так же гладко" -- подумал Игорь.

-- Ничего. До этого я ехал домой, а дальше провал. Следующее что помню, как незнакомец спускался по лестнице. -- произнес Макс.

-- Продолжай.

-- Спускаясь, он достал скальпель, на котором была свежая кровь. Я мычал что было сил! Я хотел помочь Лене! Я не хотел, что бы так получилось! -- искал себе оправдание Макс.

-- Максим, не отвлекайся. Что было дальше?

-- Нависнув над ней...эта скотина проткнула ее бок скальпелем! Кровь начала течь ручьем! Боже, как это ужасно! Я не хочу больше вспоминать такие подробности! -- начал истерику Макс. -- Отпустите меня! Я не хочу больше! Пожалуйста!

-- Макс, успокойся! -- вскрикнул Игорь. -- Это последний раз, когда ты переживаешь эти больные переживания. В ближайшем будущем ты забудешь все это.

Макс осмыслил сказанное Игорем и мысленно согласился с этими словами. В конце концов, он сам согласился на эту процедуру, назад пути уже не было. Поэтому Макс подавил в себе агрессию и начал приходить в себя.

-- Что было, дальше, Максим? -- в этот раз мягким голосом спросил Игорь.

-- Она вскрикнула и повалилась мне на колени. Кровь не переставала течь из ее раны...так ужасно. Мне больно вспоминать это. Я устал. -- изнывал Макс. -- Давайте сделаем небольшую паузу. Я хочу отдохнуть...мне тяжело...пожалуйста... -- умоляюще просил Макс.

Заблокировав и эти отрывки воспоминаний Макса, Игорь позволил сделать небольшую передышку. Он понимал, что вспоминать такое -- это неимоверный труд, который требует больших психологических сил, не говоря уже о боли, которую чувствовал Макс при обращении к этим воспоминаниям. Но теперь, когда принцип стирания памяти налажен, как следует, дело было лишь во времени и в силах Макса. Спустя десять минут, процедура возобновилась, и Макс погрузился в следующие воспоминания, которые еще давали о себе знать.


***


Максу приходилось вспоминать каждую деталь, каждый момент, вплоть до каждого движения незнакомца, что бы заблокировать эти воспоминания в нем раз и навсегда. С большим трудом Макс рассказывал, как убийца истязал Вику и Лену, какие изощренные способы он придумывал, с каким удовольствием он наносил им раны, как вечно ухмылялся, глядя на Макса. Время от времени Максу приходилось держать у себя в голове отдельно взятые отрывки, которые особенно тяжело давались ему. Но буквально каждые три минуты он избавлялся он мучавших его воспоминаний, и после этого Игорь снова, цепляясь за последовательность событий, продолжал задавать Максу наводящие вопросы. И весь кошмар вновь приходилось переживать Максу.

Как вырванные листы из тетрадки воспоминания Макса покидали его сознание. За последние полчаса он забыл достаточно многое, и отрывки оставшихся воспоминаний можно было расценивать как страшный сон и оставить все как есть. Но задача перед Игорем была более масштабной. Он намерен был избавить Макса от всех воспоминаний о той ночи, вплоть до единой детали. Задача, однако, было не из легких. Если совершить хоть маленькую оплошность в последовательности стирания памяти, то упущенные детали навсегда останутся в памяти Макса, но будут недоступны к тому, что бы их стереть. Именно по этой причине Игорь всегда обдумывал свой следующий вопрос в голове, что бы снизить риск возникновение критических ситуаций до минимума. Врачи тем временем следили за показателями приборов, постоянно делая записи.

Через двадцать минут Макс дошел до воспоминания о невероятно жестоком приеме незнакомца, с использованием двух стульев. Потребовалось достаточно долго время, что бы Макс собрался и начал рассказывать. С каждым новым его словом, Игорь понимал, насколько это было ужасно для Макса, да и вообще для любого живого человека, поэтому Игорь его не торопил и не пытался даже слабо надавить на Макса, что бы тот поторопился. Игорю постоянно приходилось успокаивать Макса, который бился в диком бешенстве, который кричал, будто снова оказавшись в том месте, в тот же час. Игорь не прогадал, когда решил привязать Макса в койке, в противном случае, процедура могла сорваться.

Потребовалось почти целый час, что бы справиться с этим блоком воспоминаний, оказавшийся самым болезненным для Макса. Несмотря на истерики, вопли и крики Макса, прошло все гладко. К этому моменту в одной капельнице закончился препарата и один из врачей снял его, подключив второй. Остались последние штрихи в процедуре - удалить из сознания Макса образ незнакомца.

-- Максим, давай повторим все сначала, -- сказал Игорь. -- Вспомни, когда ты ехал домой, что после этого ты помнишь?

-- Я ехал домой...а потом...перед мной какой--то незнакомый мужчина, со шрамом на лице, он почему то ухмыляется. -- Макс продолжал, пытаясь вспомнить подробности. -- Я попытался пошевелиться, но у меня не получалось. Он держал в руках скальпель, на нем была чья-то кровь. Затем незнакомец сделал глубокий порез мне на лице.

-- Так, ладно. Держи в уме этот фрагмент, сейчас мы и от него избавимся! -- С радостью в голосе произнес Игорь.

Игорь велел врачу ввести миллиграмм фермента и, тот в свою очередь набрал на клавиатуре требуемую комбинацию клавиш. Электронный клапан капельницы открылся, и аппарат начал выдавать нужную порцию препарата. Едва препарат успел дойти до половины своего пути, как экраны приборов погасли, и комната на этот раз покрылась непроницаемой темнотой.

-- Это что еще за черт! -- вскрикнул Игорь.

-- Видимо электричество отключилось. -- спокойно произнес один из врачей. -- Сейчас все будет в норме.

В кромешной темноте никто не мог заметить, что электронный клапан капельницы был открыт и из-за отключения электричества, препарат вышел в большем количестве, чем того требовалось. В небольшой суете мысли Макса начали отвлекаться и переплетаться. Он старался не поддаваться на провокации со стороны случайности и продолжал держать у себя в уме лицо незнакомца. Менее чем через минуту электричество снова заработало и лица врачей вновь осветились тусклым светом экранов.

-- Препарат был введен? -- спросил Игорь.

-- Приборы показывают, что да. -- сказал один из врачей.

-- Вот и прекрасно, я уж было испугался. -- вздохнув с облегчением, произнес Игорь. -- Максим, ты наверняка помнишь, как ты ехал по дороге, ведь так?

-- Да помню. А дальше. -- не дожидаясь указов, продолжил Макс. -- в дом зачем-то зашли два милиционера, один из них отчего то сильно вскрикнул или чего-то испугался.

-- Ты можешь вспомнить, чего он испугался?

-- Нет, не имею понятия. Но я помню, что был крепко привязан.

-- Почему?

-- Не знаю.

-- А что дальше случилось? -- продолжал грузить вопросами Игорь.

-- Затем я проснулся в больнице, и там я почему-то был привязан. Я кричал, будто какой-то незнакомец что-то сделал с ними.

-- Какой незнакомец? С кем с ними?

-- Понятия не имею, но я был чертовски зол и мне не хотелось жить. -- с грустью, исходящая откуда-то из глубины его сознания, ответил Макс.

Игорь мысленно праздновал успех процедуры, которая до сих пор не испытывалась на людях. Он знал, что эта процедура имеет двойственное значение: во-первых, это поможет Максу вернуться к нормальной жизни и забыть весь тот ужас, который ему довелось пережить; во-вторых, успех этой процедуры принесет Игорю не мало пользы, так как именно он и его команда решились на это. Именно успех этой процедуры откроет новую ветвь познания устройства человеческого сознания, которое поможет решить проблему сотен тысяч человек.

Для завершения работы с Максом оставалось немногое - удалить из его памяти оставшиеся полгода, вплоть до этого момента, когда в темноте Макс и четыре врача работают над его сознанием. И через несколько часов работа была выполнена. Последние полгода жизни Макса остались тихо существовать в его сознании, чьи пути оказались недоступными для воспоминания.

Второй частью работы над Максом был гипноз, под действием которого Максу следовало внушить, что Лена бросила его и переехала в другой город, не оставив ему даже свой номер телефона. И буквально через день из-за стресса, вследствие ухода жены, он из-за невнимательности попал в аварию, и следующие полгода провел в коме. Игорь считал, что уж лучше такая история, чем та, которую довелось пережить Максу.

Спустя несколько дней Игорь и его команда завершили начатое. Макса сознание было вычищено.


## Глава 5


Веки Макса начали медленно подниматься. Яркий свет помещения сильно бил по глазам, отчего он прищуривался. Привыкнув к столь яркому освещению, он начал осматривать палату, в которой, как ему показалось, он был впервые. За окном плотной стенкой сыпался кристально-белый снег. Максу послышались шаги за дверью, и в палату зашел мужчина в очках.

-- Игорь?

-- И тебе привет, Макс, -- улыбнулся Игорь.

-- Что случилось? Как я тут оказался? Да и вообще, где это я? -- Начал заваливать Макс вопросами.

-- С чего бы начать. Ты совсем ничего не помнишь?

-- Честно говоря, нет. Голова как в тумане.

-- Буду с тобою честен. Ты попал в аварию и... -- выпалил Игорь.

-- Что? Когда? -- Перебил Макс и глаза его суетливо забегали. -- Как Лена и Вика?

-- Макс, очнись. Неужели ты совсем ничего не помнишь?

-- С ними все в порядке? Я хочу их видеть! -- начал требовать Макс.

-- Макс, ты меня даже не слушаешь. Сначала послушай ме...

-- Хочу сначала увидеть их! - снова перебил Макс Игоря.

-- Максим! -- крикнул Игорь. -- Лена давно уже от тебя ушла! Проснись ты, наконец!

Макс после слов Игоря мгновенно замолк. Он был шокирован сказанным и не мог поверить в это.

"Как Лена могла от меня уйти? Почему? Ведь все же было хорошо" -- крутились у него мысли в голове.

-- Теперь ты готов меня выслушать? -- сказал Игорь уже спокойным голосом. Макс в свою очередь кивнул головой. -- Полгода назад вы с Леной очень сильно поссорились и она решила переехать. -- выждав короткую паузу, Игорь продолжил. -- Я узнал об этом только на следующий день, когда ты мне позвонил в тот день вечером. Ты был в своем автомобиле. Ты кричал, что это все неправильно, что так не должно было случиться, что вы одно целое. А буквально через пару минут, связь с тобой прервалась. Я запомнил тот момент хорошо, перед самым разрывом связи я услышал сильный стук и скрежет железа. -- Макс смотрел на Игоря с широко раскрытыми глазами в ожидании продолжения рассказа. -- Поначалу я подумал, что мне это показалось. Но позже выяснилось, что ты попал в аварию.

Макс был поражен сказанными словами. Как ни странно, но Макса больше угнетало то, что он не может вспомнить ровным счетом ничего.

-- Погоди... -- Макс посмотрел в окно, за которым царила зима. -- Это что получается...

Игорь уловил мысль Макса и сказал. -- Да, ты прав. Ты полгода с лишним был в коме.

В очередной раз слова Игоря нанесли сокрушающий удар по Максу. Ему и в голову не могло прийти, что полгода могли так незаметно и быстро пролететь, словно обычный ночной сон.

-- А насчет памяти, не беспокойся, Макс. Она скоро к тебе вернется, но не рассчитывай, что ты будешь помнить все до единой детали. В твоем случае уже чудо, что ты вообще мыслишь. - улыбнулся Игорь и похлопал по дружески Макса по плечу. -- В общем, с возвращением дружище. Я знал, что ты придешь в себя. Отдыхай пока. Я позже загляну к тебе. -- сказал Игорь, после чего удалился из палаты.

Макс снова остался в палате один, глядя в окно, за которым деревья покрылись толстым слоем снега и слегка прогибались. Он пытался вспомнить день, когда они расстались с Леной, но все было тщетно, память пока не собиралась приоткрывать завесу перед ним и дать вспомнить хотя бы малейший отрывок того дня.

От попыток вспомнить тот день, у Макса разболелась голова, и он решил пока не трогать свою память и дать голове отдохнуть после полугодичной комы. В глубине души Макс был рад, что он остался жив и, что Лена и Вика не были с ним в машине в день аварии, хотя их расставание больно било по его сердцу.

Макса потянуло в сон, ослабевший организм требовал передышки. И Макс, подчиняясь порыву сонливости, начал медленно погружаться в сон.

"И все-таки хорошо, что все живы..." -- промелькнула мысль в голове Макса за секунду до сна.


***


На следующее утро Макс проснулся с хорошим настроением. Он чувствовал, что готов выписаться из больницы. Он был полон сил и, кажется, память начинала давать о себе знать. Начиная припоминать некоторые моменты ссоры с Леной ему, конечно, было грустно. Но Макс был из тех людей, кто если любит, то желает возлюбленной счастья, неважно, вместе они или нет. "Любишь - умей отпускать" - говорил Максу отец, когда он был еще юношей. Видимо, слова отца настолько въелись в память Максима, что они повлияли на многие решения его жизни.

Макс поднялся с койки и подошел к окну, глядя на мир вне стен больницы. Странное желание обуздало его, он хотел вдохнуть морозный зимний воздух, который холодом пробивается в легких и возвращается в природу уже теплым дыханием. Зимнее солнце было на небе словно украшение, освещая покрытую снегом землю, на которой сотнями бликов играл свет, но, не вмешиваясь в зимнюю погоду и не согревая воздух.

В памяти Макса было еще много пробелов, но он смирился со своим желанием поскорей все вспомнить. Главное что все в порядке, а память, по словам Игоря, сама настигнет его и расскажет все, что Макс желает знать.

Макс старался не обращать внимания на шрам, который он получил в аварии. Для него это стало даже некоторым символом его удачливости, напоминая ему, что судьба была благосклонна к нему в тот день.

В палату зашел Игорь и первым что он увидел, это то, что Макс находился в хорошем расположении духа. Это не могло не порадовать Игоря, тем более зная всю правду Макса за последние полгода.

-- Привет, Игорь -- с улыбкой на лице поприветствовал Макс.

-- Привет, -- так же с улыбкой ответил Игорь. -- Вижу у тебя хорошее настроение. Это радует.

-- А чего грустить то? Я то жив, здоров, а поводу ухода Лены я почти смирился. К тому же полгода прошло, как мы разошлись, может, она уже нашла себе кого-нибудь. Ну, в принципе сам понимаешь. -- закончил Макс.

Игорь изменился в лице. На лице его появилось выражение сочувствия и сожаления. Узнай Макс о том, что случилось на самом деле, он не выдержал бы очередного удара, и неизвестно что могло произойти. Игорь рассчитывал, что их процедура прошла без изъянов и, что дальше все пойдет так же, как и сейчас - без сбоев.

Макс заметил изменившееся выражение лица Игоря и немного забеспокоился. Он не мог понять, почему его лицо так резко изменилось.

-- Игорь, что с тобой?

-- А? Все хорошо. Задумался просто, -- поспешил ответить Игорь.

-- У тебя что-то случилось?

-- Нет, нет, Макс. Не беспокойся. Это так, мелочи. -- с наигранной улыбкой произнес Игорь.

Игорь постарался сменить выражение лица на более довольное. И судя по изменяющемуся выражению лица Макса, кажется, Игорю это удалось.

-- Макс, я, собственно говоря, зашел сюда сообщить тебе новость. -- начал Игорь. -- тебя завтра можно будет выписывать уже.

-- Это же здорово. -- восхитился Макс. -- Так чертовски хочется отсюда выбраться. -- засмеялся он, но Игорь не поддержал его смех.

-- Я еще вот что хотел спросить. Ты что-нибудь вспомнил еще? -- спросил Игорь.

-- Кроме отрывков ссоры, телефонного звонка тебе и аварии - ничего больше.

-- Жаль, -- сказал Игорь, но в голове звучало другое слово - "отлично!" -- Ну ничего страшного. Главное, что все остальное ты помнишь.

-- Это точно.

Позже Игорь рассказал Максу о своих планах, что скоро он уезжает за границу, представлять какой-то научный проект, подробности которого Игорь не рассказал. Максу же он дал несколько советов: продать дом, купить в тихом районе квартиру, найти себе работу, в общем, начинать нормально жить заново и стараться не думать о своем прошлом.

Макс слушал внимательно советы Игоря. Он доверял ему и мог положиться на него без капельки сомнения. Это, пожалуй, единственный человек, который от души желал ему помочь. Макс не собирался просто держать его советы у себя в голове, вместо этого, он собирался воплотить их в жизнь.

Следующее утро было спокойным. Снег совсем мелкими снежинками редко сыпался откуда-то свысока. Ветер был слабым, лишь иногда еле заметно качая ветки деревьев.

Макс проснулся около двенадцати часов, в таком же хорошем настроение, как и вчера. Он чувствовал, что перед ним открывается новая глава его жизни. Он готов был сражаться с судьбой-злодейкой и двигаться вперед, несмотря на произошедшие с ним невзгоды.

В палату зашел Игорь и поздоровался с ним. Он сообщил Максу, что он после обеда может уже покинуть больницу. Макс и Игорь два часа напролет о чем-то оживленно общались. Улыбки то и дело не покидали их лица, иногда превращаясь в довольный хохот.

Вот и подошло время, и Максу нужно было собираться. Игорь напоследок пожелал удачи Максу и напомнил ему о своих советах. Они попрощались друг с другом, и Макс покинул больницу.

Новая глава жизни началась с этого момента.


Загнанный сознанием


- 17 -