# Военная линия

Станислав Янович Кин

Небольшие дополнения

Произрастание в парковой зоне могло иметь, кстати, весьма прискорбные для страны последствия, поскольку изначальная ориентация интересов Младшего хотя сразу и возымела тягу к естественным знаниям, но сперва именно - к биологии. Однако уже тогда можно было сказать, что биолога из него не выйдет. Довольно быстро проявилась одна из характерных черт Младшего: его влекли и морская биология, и лепидоптерология одновременно (по примеру двоюродного дяди его, Николая Михайловича), и выбора между этими диаметрально противоположными средами - под поверхностью или над нею - он сделать так и не смог.

Но главный недостаток биологии заключался для Младшего в том, что эта отрасль есть областью созерцательной. И как объект огромной любви и глубочайшего уважения природа осталась его спутницей навсегда. В смысле же науки, только и предназначенной, что лишь систематизировать не тобой созданные сущности, биология его не исчерпывала. Младшего тянуло созидать. Он искал выхода своей не по годам могучей фантазии. И первым, где она свой выход нашла, было рисование. Внешне это выглядело так: Младшему давали обычную ученическую тетрадь, и через час-другой он просил следующую. Тетрадь в день родители установили нормой. Вначале рисовал всё подряд. Что рисуют дети? Солнце, облака, домики, биологию опять же. Однако всё это было с точки зрения рисования объектами статичными. Солнце - всегда одно и то же, ласточка - всегда ласточка, одуванчик - всегда одуванчик. Другое дело объект рукотворный. Дом, например. Который может быть построен так или эдак. А ещё в нём есть внутреннее устройство. Это весьма возбуждает фантазию.

Была даже позже у него такая игра на одного - а за частым отсутствием партнёров, игр на одного у Младшего имелось предостаточно. В данной игре брался чистый лист, и на всю длину рисовалась линия. Это была земная поверхность. На ней пририсовывалась малюсенькая травка, кустики, камешки, деревцо. По дороге шёл путник - путник не рисовался, а лишь подразумевался. Под ночь он уставал и ложился у кустика. Начинался дождик, и путник прикрывался какой-то корой. А чтоб не подмочило, огораживался каменьем и отсыпался землёй. Потом поверх огородки появлялась хворостяная плетёнка стен, то - сё. В общем, за день или два подрисовывания и перерисовывания на листе происходила эволюция от жалкого куреня к корчме, и далее - к целому замку. Иной раз листа не хватало - приходилось доклеивать в огромную простыню. Этот процесс конструирования чего-то из ничего ужасно нравился Младшему. В моменты такого занятия он забывал обо всём. Не обязательно здания. Вот его человечек строит "утлый чёлн". Потом, разжившись на рыбной ловле - крепкую лодку. И, глядишь, к концу дня дело разрастается до солидной верфи с сорокапушечным фрегатом.

Последствиями сего раннего увлечения стали проявление художественного дара и абсолютное пространственное воображение. Вылилось это, например, в факт, что геометрию впоследствии он не зубрил - он её просто видел. Не помня ни одной теоремы, по ходу решения геометрических задач доказывал все нужные или, просто понимая логически, что в данном месте не может не существовать какой-то теоремы, он писал, допустим: "Из теоремы о пересечении двух параллельных прямых третьей следует..."

Потом процесс конструирования и любовь к природе обрели единение, открыв ещё одну черту - склонность к синтезу. Младший не помнил, когда именно научился читать, но "Фортификацию" Теляковского в Царском штурмовал не единственное лето ещё до появления Оллонгренов. И при няне-англичанке трудно сказать, на каком языке первом читать начал. А если иметь в виду ещё одну его забавную манеру "чтения", то "проявил" он сие умение гораздо раньше реальной способности разбирать буквы. Манера заключалась в том, что Младший брал на колени "Robin Hood Garlands and Ballads" и начинал "читать" давно уже запомненные строфы, невпопад переворачивая страницы - к умилению следивших за сим действом взрослых. И в дальнейшем, когда случались в гостях родственные и придворные сверстники, Младший обычно уводил всех в парк, где его фантазия просто заражала "конструированием" подробностей бытия шервудской ватаги в лесном уюте. Роль Робина естественно и без каких-либо претензий с его стороны и без пререканий со стороны остальных отдавалась ему. За богатую фантазию и за удивительную жизненность этой фантазии. Играли только в его игры. Потому что интересные. Это было первым признанием его авторитета.

Кстати, именно от "лесных братьев" отложилось у Младшего, что активно действующие на лоне природы личности должны облачаться исключительно во всё зелёное. В дальнейшем это подтверждено информацией о шарпшутерах Бердана.

Чтение стало настолько потребным, что было гораздо притягательнее сладостей. Ещё большее удовольствие, мление с мурашками по спине, приносило наблюдение за тем, как рисуют или лепят из глины другие.

Целеустремлённость и исходящие из неё качества можно было заметить у него в достаточно раннем возрасте. Было лет пять или шесть, был май и какой-то праздник, когда он захотел уйти с детского бала с той рыженькой веснушчатой девочкой. Взрослых это привело в восторг. Какой-то из дядьев, смеясь, спросил: уж не жениться ли он собрался - на что последовал столь утвердительный ответ, что взрослым пришлось прибегнуть уже к серьёзному объяснению о раннем ещё возрасте и необходимости подрасти. А когда родилась сестра, на имени Ирина настоял именно он. Это было имя другой, гораздо старшей девочки - первого женского существа из тех немногих, что смогли восхитить его своей красотой. Так что с самого детства Александр проявляет качество, определившее в дальнейшем его стиль управления - способность предоставить собственное видение как исчерпывающее представление естественного состояния вещей, не требующее иного.

"Войнушки" - стезя каждого нормального мальчишки. Робин Гуд - любимая - потому, что с бессознательного ещё детства любил книгу о Робине, откуда и тяга к романскому предметно-архитектурному антуражу. Ну и обычные "казаки-разбойники", снежные крепости и прочее.

Войн для обыгрывания история доставила предостаточно. Главная из наших войн - Отечественная 1812 года: книги, картины, рассказы, герои. Всем героям предпочитал Александра Васильевича Суворова и Дениса Давыдова. Более близкая по времени Крымская, а также кавказская кампания, как и польская с венгерской как-то прошли мимо. Потому, что немасштабные, и специфичного свойства. О них мало фактического материала из-за отсутствия осмысления - подробности тонули в политическом шуме. Младшего же в обыгрываемых темах интересовали именно подробности. "Его" игры отличались смакованием подробностей, а оттого и малошумностью. Он вполне обходился даже компанией себя самого. Когда собиралась компания, игра направлялась им не в ор и гацание, а в смакование прелестей обитания в Шервудском лесу или подробностей обороны Шевардинского редута. Старших такая тихая возня вполне устраивала. Однако если число играющих превышало некую критическую массу, делающуюся для него неуправляемой, он из игры самоустранялся.

Влияние Робина Гуда, "казаков-разбойников" и прочих игр о вольницах состояло в действии ватагой. Никогда, даже изображая в игре регулярную армию, не строились рядами и шеренгами, не использовали подаренные барабаны, не брали "на плечо". Названия игр менялись, но боевой строй в них оставался один - ватага. Усугубилось всё с его интересом к Америке, когда узнал, что побеждали страшную английскую армию и без вымуштрованных колонн.

Имелись деревянные ружья. Но главнейшим оружием был лук - Робин Гуд ведь. И с ружьями можно только бегать и кричать "кх!", а из луков стреляли. Простейший самодельный - из подходящей ветки, стянутой бечёвкой. Навсегда впечатлил рассказ кого-то из старших про то, как "кому-то попали в глаз". Поэтому стреляли только в самодельные бумажные мишени. Изготовление количества стрел составляло проблему, и брались любые более-менее подходящие прутики. Мало какие из них получали бумажное оперение - где уж достать настоящего пера - ещё меньше имели наконечники. Уже тогда, лет в 5-6 Младший понимал, что в принципе стрела должна лететь тяжёлым концом вперёд, и делал канавку для тетивы только на более тонком срезе. Но вот что странно: не все придерживались этого соображения, и их стрелы летали одинаково ровно, независимо от того, каким концом вперёд запускали. Недалеко, конечно - сажен полста. Однажды лук смастерил даже Папа. Большой такй, аккуратный, с толстой бечевой. И одну единственную стрелу к нему - идеально ровную и длинную. С правильным оперением и тупым наконечником. Из него стреляли только вверх - чтоб стрелу образцовую не потерять. Вот из него стрела поднималась высоко - аж за предел видимости.

А самой лучшей игрушкой стала глина. Однажды, приехав по весне в Царское, обнаружили возле дворца огромный не высохший ещё серый ком, оставшийся от ремонта водопровода.

Из глины можно сделать всё, что угодно, и любой нужной формы. Чего только не делали. Вплоть до паровозов, у которых открывались дверцы, крутились колёса и двигались дышла. Если их крутить и двигать, естественно. Ну, или если паровоз катить. Для изготовления паровоза пришлось познакомиться с устройством.

Замешивать глину на жире додумался сам. Про то, что это у него получилась "художественная глина", а также про отмучивание, воск и глицерин ему впоследствии рассказал Хис.

ценил идеи графа Петра Ивановича Шувалова и наполеоновского генерала Огюста Мармона, французского адъютанта Ильдефонса Фаве и др. Особо черпал вдохновение из опыта последних - американской гражданской, австро-прусской и франко-прусской - войн, позже и из англо-бурской. Крымскую и Русско-турецкую оценивал критически.

Старшие ребята играли в кригшпиль. Младший не играл. Не потому, что маленьких не подпускали. Во-первых, он многого не понимал. Например, по каким критериям посредники, роль каковых исполняли обычно наставники, оценивают успех? По каким критериям вычисляют потери? Как определяют эффект от действия артиллерии? В судействе он находил довольно субъективного. Во-вторых, многое ему в кригшпиле просто не нравилось. Хотя бы то, что не было солдатиков во всём зелёном. Германского производства оловянные фигурки изображали солдат любой существовавшей европейской армии. Но Младший желал мундира и оружия по своей фантазии. И действовали в игре европейскими канонами - вычурными порядками и телодвижениями, но малым смыслом. А хотелось действовать по своему разумению, чтоб посредники признавали свойства нерегулярного строя и лучшего оружия - скорострельность повторительных ружей и механических орудий, а также быстроту, дальность и точность уитвортовских "двенадцатифунтовок".

Поэтому Младший равнодушен к фабричным солдатикам. Как и вообще к готовым игрушкам. В кригшпиль поиграть, конечно, хотелось. Но по-своему, и он уходил в парк подальше от чужих глаз, выстраивал друг против друга две шеренги воткнутых в землю палочек. Зато с ними можно устроить гораздо более живое сражение, поочерёдно сбивая их камешками. Тут уж потери видны явно. А абстракция использовалась более продуктивно, позволяя представлять палочки в любых мундирах и с любым оружием - хоть с американскими "винчестерами" и "кофейными мельницами". Это лучше "кригшпиля", поскольку в чисто логическую игру условностями вносило технический элемент действия, реализм случайности.

Готовым игрушкам, даже самым занятным и самым дорогим, привозимым из за границы, Младший предпочитал самодельные из глины, или, по крайней мере, нарисованные. Он рано сложил собственные представления о том, как должна выглядеть та или иная вещь, в которую играл, будь то винтовка или солдатик. Это возникало от виденных в разных изданиях образцов с превосходными свойствами. К примеру, американских магазинных повторительных ружей. Или рейнджеров Мосби. Покупаемые же игрушки его желаниям не соответствовали и неизменно разочаровывали. Вечно это общепринятый среднестатистический хлам.

Ещё одно любимое занятие на одного в глубине парка - нож. Когда от "солдатиков" начинала ныть спина, он распрямлялся и бродил по парку, кидая нож. Сколько перочинных ножей разбито о деревья - бог весть. Резных перламутровых рукояток, совершенно для того не предназначенных. У него даже выработался инстинкт: любой нож брал со стола или от кого-то за середину - чтоб сразу почувствовать баланс. Ножи были разные и неприспособленные: маленькие собранные в комок складные или лёгкие как перо бумагорезки - Младший научился метать любые. Настоящий нож же был где-то найден и представлял собой узкое толстое лезвие на железной трубчатой ручке - тяжёлый, словно сделанный из напильника-карасика. Однако он как пришёл, так и ушёл: мелькнул как-то мимо дерева и нырнул с концами в одну из гатчинских канав.

1874 (6) - В самое перед началом учёбы лето появилось главное его изобретение из глины - совершенно простая и бесхитростная даже вещь. Всё началось с естественного желания соорудить из художественной глины замок. И он был сооружён. Небольшой. Потому, что месить много глины - работа не из захватывающих. Около фута в длину, в ширину и в высоту. На столе. Со стенами, башнями, со рвом, с перекидным мостом и с доступным - путём снятия крыши - внутренним устройством. Даже с потайным ходом в толще стены - то, чем самодельный замок выгодно отличается от покупной крепости из монолитных деревяшек. Но самое прелестное в том, что сложен этот замок из отдельных кирпичиков. Ну разве такое под силу покупному?! Далее вылеплены крошечные обитатели замка. Они же его защитники. Пузатые существа с ручками и ножками. Ну, потому, что более изящными столь мелкие человечки из глины не получались. Потом, естественно, потребовались "враги", штурмующие замок. Однако у доблестных защитников враги должны исчисляться сотнями. Лепить сотни человечков с ручками и ножками сочли печальной перспективой. И тогда Младшего посетила идея. Говорят ведь иногда, что враги, мол, "шли на нас стеной". Вот он и изобразил ряды врагов в виде следующих друг за другом стенок. Шеренги эти переставлялись всё ближе, "наступая". При этом от них отрывались куски и живописно разбрасывались по "полю боя" - таким образом шеренги врагов "несли потери".

Эта игра показалась очень интересной. Однако в следующий раз решили, что пара десятков "защитников", отражающих нападение сотен врагов - это несколько неестественно, и что "защитников" должно быть гораздо больше. Лепить ручки-ножки множеству "защитников" также затруднились. Загвоздка была только в том, что каждый "защитник" должен занимать на стенах замка своё особое место, а значит, их нельзя изобразить в виде сплошных "шеренг". Тогда он изобразил "защитников" в виде отдельных глиняных столбиков, как не раз изображал солдат в виде палочек. Естественно, что и соперник по игре, действовавший за "врагов", тоже пожелал изобразить своих подобным образом. А потери стали выяснять, кидая поочерёдно во вражеские столбики стрелу, изготовленную из карандаша и цыганской иголки. Жоржик почти сразу стал называть эти столбики "шпигалками". Преимущество "шпигалок" перед фабричными солдатиками состояло в том, что когда развернулось крупнейшее в их детстве сражение, то в нём с одной стороны участвовало две с половиной, а с другой - три тысячи. Попробуйте соорудить такое из покупных солдатиков. Нет, старшие разыгрывали, конечно, кригшпиль в несколько тысяч солдатиков, но на воздухе - для этого им требовалась огромная лужайка. А компактность "шпигалок" позволила растянуть сражение на несколько дней на единственном столе без необходимости собирать фигурки на ночь. Правда, стол потом пришлось отмывать скипидаром. Собственными руками.

Кстати, именно тогда Младший понял, что война, это не только сражения. И даже не столько сражения. Попробуйте намесить глины и сделать пару тысяч "шпигалок". Чем не снабжение? А попробуйте слепить тысячу крошечных лошадей. Это Младший смог наштамповать столько с помощью скрепки, согнутой по контуру лошади. Каковую технологию сохранил в секрете, чем и одержал победу. Зато нарезать "шпигалки" из длинных "колбасок" Жоржик додумался самостоятельно. Чем не производство? Кстати, свои "шпигалки" Младший отличал подмешиванием в глину зелёного колера.

С этого момента игры чётко разделились на "макро" - уличные, тактические, в которых роли выполняли собственной персоной, и "микро" - комнатные, оперативные, в которых на этом этапе времени оперировали "шпигалками".

Очень интересовали картинки в The Engineer, Engineering и проч. - потом и читал эти издания. Картинки эти показывали множество полезных вещей, заявив об обладании которыми в игре, можно было вытребовать себе какие-либо преимущества: скорострельность, дальность, точность.

"Фортификацию" Теляковского в Царском штурмовал не единственное лето ещё до появления Оллонгренов - вначале кроме картинок ничего из неё не понимая, но с каждым летом понимая всё больше. До тех пор, пока сам не начал придумывать ещё лучшие укрепления. А потом понял, что укрепления - страшная обуза.

Были доступны:

The Engineer gb 1856

Engineering gb 1866

The Artizan gb 1843-1871

Mechanics' Magazine, Museum, Register, Journal and Gazette gb 1823-1893

Mechanics' Magazine and Register of Inventions and Improvements us 1833-1837

Scientific American us 1845

The American Almanac

Journal of the Royal United Service Institution gb 1857

The United service magazine gb

Minutes of proceedings of the Royal Artillery Institution

Annual report of the Secretary of War

Annual report of the Chief of Ordnance

Annual report of the Chief of Engineers

The Naval and military magazine gb

Illustrated Naval and Military Magazine gb

The United States service magazine us

Journal of the Military Service Institution of the United States

Journal des armes spéciales et de l'état-major fr

Revue militarie de l'étranger fr

Militärwissenschaftliche Mitteilungen AH

Organ der Militär-wissenschaftlichen Vereine de

Archiv für die Artillerie- und Ingenieur-Offiziere des deutschen Reichsheeres de

Артиллерийский журнал

Оружейный сборник

Военный сборник

Морской сборник

Военный журнал

Александр I

Учреждение для управления Большой Действующей Армии. Санкт-Петербург. 1812 г.

Правила рассыпного строя, или Наставление о рассыпном действии пехоты, 1818

Воинский устав о кавалерийской строевой службе, 1819

Николай I

Устав воинский о должности генералов-фельдмаршалов и всего генералитета и прочих чинов 1826 г.

Устав рекрутский, 1831

Александр II

Воинский устав для спешенных драгунских полков, 1866

Воинский устав о строевой пехотной службе (в трёх частях), 1868

Воинский устав о наказаниях, 1868

Воинский устав о службе в учебных лагерях и в походах в мирное время пехоты, артиллерии и кавалерии, 1871

Наставление к понтонной службе, 1875

Устав о внутренней службе в пехотных войсках, 1877

Устав Казачьей строевой службы (1880)

Александр III

Полевой устав (1881)

Устав для спешенных частей кавалерии и казаков, 1881

Устав о внутренней службе. Составлено для полковых учебных команд и ротных школ пехоты, 1881

Устав пешего строя для полевых батарей, 1884

Устав о воинской повинности, 1886

Дисциплинарный устав, 1888

Устав полевой воздухоплавательной службы (Проект), 1888

Устав внутренней службы кавалерии, 1889

Устав о гарнизонной службе, 1890

С этих уже пор возник интерес к американским: повторительной стрелковке и механическим орудиям, а также к британской "теневой" артиллерии (Уитворт, Блэкли).

Стал фантазировать собственные "образцы", объединяя в одном преференции нескольких. Записывал и зарисовывал идеи, подражая статьям в журналах. "Биром кусошек хлина" - уже умел рисовать печатные буквы, но ещё не научен правильному написанию. Хранил записи в старой зелёной походной конторке, замыкаемой на ключ. Ключ весьма искусно прятал.

- Не успеем моргнуть, как эти займут наши места. Ну и правильно, - сказал Алексей Александрович, когда родители с улыбкой рассматривали его "проекты".

К этому периоду относятся первые "изобретения". Например, "ядро-резучка". Собственно, не ядро, а диск с острым краем, запускаемый горизонтально. Ещё находились "оправдатели" стрельбы по пехоте сплошным ядром, и Младший придумал способ поражать хоть сколько-нибудь значимое число противника, прорезая тела. Или винтовка с раздвижным по диаметру стволом, способная стрелять пулями разных калибров - от наименьшей пистолетной до небольшой разрывной гранаты в 1 3/4 дюйма. Секрет устройства канул в Лету. Без ложной скромности назвал её "Александровкой".

Михайловичи весной 1875го впервые увиделись с Младшим - Михаил Николаевич был наместником на Кавказе и жил там. До 82 года только приезжали летом (осенью?).

6 декабря 1875 пожалован первым офицерским чином прапорщика гвардии.

1876 (8) - Компания получила наименование 'картофель' - от печеной на углях картошки, которой часто заканчивались летние вечера в Гатчине. Девочки не участвовали, естественно, в мальчишечьей части деятельности (но в подвижные игры, в "казаков-разбойников", допустим, и даже в хоккей - играли). Кружок воспитывался Младшим "по себе".

"Картофель" же служил ядром действующей в играх некоего "Александровского полка роты" из родственников и детей придворных. У этого воинства существовал "служебный артикул". 5 марта 1881: "Месячный рапорт о состоянии лейб-гвардии Александровского полка. С.-Петербург. Аничков сад. Крепость". "В наличии" в "строю находится" 1 унтер, 2 ефрейтора, 6 рядовых. Подписал "командир второго взвода прапорщик Александр Романов Младший". "Рота" - это уже довольно серьёзно: 1 марта убит дед, и не до игр, но "рота" - уже не игра, и потому не отставлена.

1877 прочёл во "Всемирной иллюстрации" за 12 февраля: кроме 620 тыс. винтовок Мартин-Генри и 600 млн. патронов для них, из Америки в Турцию доставляется - что расценено им как гораздо худшее - 62 тыс. кавалерийских 13тизарядных Винчестеров с 120ю млн. патронов. А у нас - ни одного! Это беспокоит Младшего, хотя ему ещё нет 9ти.

- А зачем у гусар красные мундиры? Чтобы враг легче выцеливал?

1877 (9) - "Лицей". Когда Володю Оллонгрена забрали в псковский кадетский корпус, зашёл меж малыми разговор, с кем он будет учиться далее. Мало кто учиться любил, но в деловом ребячьем разговоре это не имело значения. Важно было помечтать, спланировать, организовать. Высказано, что хорошо бы было учиться вместе - весь "картофель", вся "рота" хотела бы. Потом высказана надежда на ходатайство перед августейшими родителями, возникли планы: как они и что будут делать при успехе этого ходатайства - слово за слово, и назад пути уже не было.

Младший умел и стремился решать дела. Произошёл "серьёзный разговор" с родителем и дедом. Младший сформировал его вокруг темы "на ком учиться править". Вывел, что ему в будущем, при правлении нужна будет команда людей не столько преданных, сколько способных. Удачно ввернул, что "ибо именно таких недостаёт сейчас деду". Старшие посмеялись обороту и вообще ловкости организатора. В результате получился целый класс, или, по словам Папа - "лицей": Младший, Петя Ольденбургский, Ваня Воронцов-Дашков, Валя Долгоруков, Кира Нарышкин, Дима Шереметьев.

Началась учёба, дававшая разом массу технического материала, и тогда стали обыгрываться сведения из истории: древние греки со своими фалангами и средневековые рыцари с замками.

"Всемирная иллюстрация" за 7 октября 1878. Во французской армии решено ввести нового фасона сапоги, состоящие из двух кусков кожи, которые соединены между собою пуговицами. Такие сапоги, расстегивающиеся очень легко, дадут возможность солдату прохлаждать ноги на каждой остановке во время перехода. Кроме того, они не пропускают ни сырости, ни пыли.

В 12 достиг вершины абстракции солдатиков.

(Количество выпускавших спички фабрик к выходу в 1848 закона, разрешающего их производство лишь в Москве и в Санкт-Петербурге, достигало 30. В следующем году работала только одна спичечная фабрика. В 1859 монопольный закон отменили и фабрики снова стали плодиться.)

Однажды, болея с подозрением на заразу, Саша оказался изолирован в отдельной комнате. И в его распоряжении оказалась только что начатая коллекция спичечных коробков. Не более двух десятков. Расставив их от суки по кресельной подушке, Саша любовался композицией. А надо сказать, что некоторые из этикеток изображали человеческие фигуры. Сначала придумал просто сбивать их из пружинного пистолета. Потом воображение понесло: кресло - скалистая гора. Что это за человечики? Светлые коробки - конечно же, положительные персонажи. В горах. Греческие повстанцы. Или гарибальдийцы. А может солдаты Тергукасова. Тёмные коробки, соответственно - враги. И тут же завязался бой. Вначале рукопашный. Брался коробок и им толкался коробок-противник. Несильно, чтобы противник не улетал, а естественным образом падал на месте. При этом можно было толкнуть так, чтобы противник просто опрокинулся навзничь. Он тут же придумал, что "лицом" вверх означает "ранен". А можно ударить с подворотом в верхний угол так, чтобы "противный" коробок, валясь, ещё и повернулся "лицом" в сторону падения. "Лицом" вниз значило, что он "убит". "Убитый" выбывал из игры, "раненый" лишь пропускал оставшуюся часть одного сражения. Очень удобная получилась вариация, поскольку за "хороших" можно было бить старательно, а за "плохих" - нехотя. Таким образом "наши" всегда были только "ранены". Потом началась стрельба: из пружинного пистолета карандашом по очереди то в тех, то в других. "Убитые" и "раненные" определялись по тем же правилам.

Когда изоляция закончилась, новая игра продемонстрирована остальным. Она понравилась, поскольку содержала меньше формальностей и давала больше тонкостей, нежели "шпигалки". Все сразу же стали собирать себе армии коробков, что само по себе составило отдельный азарт. Обносилась кухня и все другие доступные источники. Самым эффективным источником оказались дворовые работники, которых можно было попросить купить спички в магазине. Правда, тут более трёхсот "солдат" ни у кого не набиралось. Неудобно также было, что все коробки у разных игроков оказались одинаковыми. Но из этого положения вышли быстро: каждый придумал себе знамя и рисовал его стилизованно на верхнем торце каждого своего коробка. У Саши это были зелёная полоска вдоль передней стороны и коричневая - вдоль задней. У Вали - синяя и красная вдоль боковых сторон. У кого-то был крест, у других - ещё что-то. И когда "солдаты" расставлялись на полу, сверху было прекрасно видно где чей.

Потом сочтено было, что стрелять из пистолета накладно. Долго заряжать, и карандаши постоянно терялись. Тогда стали по очереди бросать в строи противника камешками от недавно подаренной манкалы, благо их там было с сотню. Теряй - не хочу. Вскоре стали разыгрываться такие сражения, что поболеть за играющих собирались даже взрослые. И это было только начало. Потом каждый, по Сашкиному примеру, конечно, сделал себе "царя", "министров", завёл "государственную печать", стал писать "указы". "Личные грамоты",как и выструганные из спичек "генеральские сабли" и "денежки" достоинством в одну спичку каждая - всё это "личное имущество" можно было весьма удобно хранить внутри самого "индивида". Теперь "войны" начинались не с бухты-барахты, как в кригшпиле, а в результате "международных отношений". И т.д.

Но это всё были цветочки. Самое интересное началось, когда Сашка заболел на следующий год и, выздоровев, показал новую придумку. Это были четыре пушки. Стволы "катались" из бумаги на оправке - круглой спице. Лафеты первых пушек делались из глины. Но главное - пушки стреляли! Вначале, правда, глиняными ядрами и недалеко. "Порохом" служила счищенная с тех же спичек сера. Зато это были настоящие выстрелы. Все тут же стали делать себе артиллерию. Несомненно было, что артиллерия обязана давать своему обладателю какое-то преимущество. Было решено, что при своём ходе каждый играющий может лишь один раз бросить камешек, но его артиллерия при этом могла выстрелить по одному разу из любого количества пушек - хоть изо всех.

Хотя эти первые пушки были совершенно неэффективными, зато эффектными, создавая шум и изрыгая дым и пламя. Далее пошло лучше. Во-первых, пушки стали катать на карандаш - это был больший калибр - а стрелять "картечью". Вначале в качестве "картечи" использовали рис - для безопасности. Да, о безопасности, по примеру стрельбы из лука, очень даже заботились. Без каких либо увещеваний со стороны взрослых. При каждом выстреле все играющие уходили из сектора стрельбы, тщательно отбраковывали прогоревшие уже стволики и прочее - несчастных случаев не было, если не считать того, когда выбило плохо запыжёванную казну и пыж полетел назад, едва не попав целящемуся Жоржику в глаз. Крупа, однако, оказалась слишком лёгким снарядом, способным свалить вражеский коробок лишь при выстреле в упор. И вскоре её заменили настоящей дробью. Во-вторых, хотя вместо счистки серы со спичек по одной вскоре стали использовать кофемолку, добыча её всё равно оставалась делом хлопотным. Поэтому сера была заменена доступным охотничьим порохом. И, в-третьих, Сашка "изобрёл" снарядные пушки - некое подобие древних каморных орудий, многочисленными каморами для которых запасались заранее, что устраняло ту неприятность, что за одну игру из каждой пушки получалось выстрелить лишь по разу. За это "изобретение" Сашка удостоился особой похвалы от отца. Именно после этих усовершенствований их пушки приобрели действенный огонь, а в игровой комнате в известном только им месте чуть выше плинтуса появились четыре едва заметные весьма кучные пробоины.

Вскоре это стала не просто игра. С ней Младшим приняты некоторые совершенно практические понятия. Например, многими вначале коробки расставлялись аккуратными колоннами. При этом можно было ловко пустить камешек низом так, чтобы выбить из строя противника сразу полшеренги. Но Сашка, конечно, стал расставлять своих вроссыпь, с большими интервалами, и к тому же укрывая их за различными препятствиями и перемещая от одного препятствия до другого. От Хиса, которого вполне терпели как зрителя и даже предпочитали его присутствие в качестве третейского судьи, последовало замечание, что "так не воюют", на что получил ответ: "А следовало бы". Наставник заметил: "армия, обращённая в толпу, не имеет руководства". "Но ведь американцы как-то руководили. Солдатами не следует понукать "цоб-цабэ", как стадом. Им надо просто с самого начала указать цель атаки, и положиться на то, что каждый из них найдёт лучший для себя способ достичь этой цели". Все подхватили выгодный в игре рассыпной строй, и лейпциговских геометрических толп на их полях больше не было.

С наступлением тёплого времени года военные действия перенесены на лужайку. Вот где можно развернуться вовсю. Тут можно, во-первых, выставить сразу всё своё двух-трёхсотенное воинство. Во-вторых, можно строить редуты и, главное - копать траншеи. О, траншеи - это такие щели, в которых коробки хотя и получают попадания - ведь камешки бросаются сидящими на коленках игроками несколько сверху - но из-за узости этой щели коробки редко падают - и то только набок, что стало расцениваться как "лёгкое ранение", не приводящее к выбыванию из строя. Получался эффект, подобный реальному: обороняющиеся в траншеях несли ничтожные потери, тогда как атаки на них оказывались губительными.

Появился даже "журнальный шпионаж". Когда находили полезную для игры информацию, то пытались скрыть содержащий её номер журнала, чтобы получить преимущество над другими. Началась "борьба" за военные и технические издания.

Изустное представление своей тактики

6 мая 1880, когда Младшему исполнилось 12, он стал подпоручиком гвардии.

Внсьма щемило несоответствие, что во всём они уже играют почти по-настоящему, а вот тактические игры у них по-прежнему с деревянными ружьями и с "кх-кх". И в обучении то же - муштре Плешакова нечего противопоставить.

И вот в один из дней лета 1880го Петя Ольденбургский принёс занятную вещицу: маленький такой арбалетик - с тетрадь размером, но с луком из рессорной стали и тетивой из струны. Стрела вроде карандаша - собственно, карандаш подходил отлично. Младший, как раз думавший о внесении жизненности в их тактические игры и не признавший никакого оружия, кроме повторительного, возбудился этой вещицей к очередной волне деятельности.

Вечером он взялся рисовать нечто подобное, но с устроенным сверху магазином на несколько стрел и с рычагом для натяжки тетивы. Нельзя сказать, что ничего не вырисовывалось, но выходило оно громоздким, хлипким и неудобопользуемым. И способ натяжения тетивы представлялся невразумительным: всё время что-то мешало - то магазин, то очередная выпадающая стрела. И сами стрелы. Для безболезненной стрельбы друг по другу они давно уже придуманы - с винной пробкой на конце. Но такие стрелы, конечно, не подходят к магазину. Ну, и всё в таком духе не складывается...

Проблема со стрелами решилась просто. Младший ведь тяготел от стрел к имитации современного оружия. А арбалеты ведь способны стрелять не только стрелами. Вот и подумалось: почему бы не стрелять просто пробками? Ну, или не самими пробками, а вырезанными из них более тонкими стерженьками с приклеенными спереди чуть более тяжёлыми бобышками. Например, липовыми. Нет, так не пойдёт - а вдруг в глаз. Лучше доклеить спереди ещё пробковый коротыш, а под ним - углубление с дробиной. И край скруглить непременно.

Хуже с механизмом. Можно, конечно, повторить конструкцию от древних китайцев, но прорезь для тетивы через весь... ложемент, что-ли, - делала это решение сомнительным. Вот если б разместить лук сзади... Какая разница, куда тетиву натягивать: от лука или к луку?.. Нет, так не пойдёт - длинная прорезь всё равно необходима. Тетива мешает сама по себе. Если б без тетивы. Хм. А почему бы и нет? Энергию-то даёт лук. Тетива только передаёт. Цепляем лук концами к перекладине, выгибом назад. Громоздко, конечно. Но не более громоздко, чем изначальный арбалет. Зато тетивы уже нет. Энергия та же, хотя ход короче. А можно лук разместить вертикально... Нижнюю ветвь упрятать в рукоятке... А верхнюю? А верхняя - всё равно... Там ведь магазин будет вверх торчать. Подача под собственным весом - другое сложно. А можно - чтоб не торчало - поместить в рукоятке только половинку лука. Жёсткой частью вниз. Сжимаешь рычаг - пружинящая ветвь напрягается. Сжимаешь больше - она соскакивает с рычага и бьёт по пуле. Можно две половинки лука в рукояти поместить рядом - обе гибкой ветвью вверх. Тогда энергии будет как у целого лука... Хм. Так это ж у меня получается просто пружинное устройство! Да, точно. Проще уж просто поставить подходящую пружину. Такое самим не осилить - пружины может лишь хорошая мастерская. Надо на всю "роту" - шук с дюжину...

Стал предлагать учителям:

- Ваш предмет будет лучше восприниматься, если иметь перед собой его ещё и в печатном виде. Не изволите ли предоставить мне свои лекции? Или порекомендовать какие-либо книги?

Вскоре собралась внушительная библиотека из до сотни только рекомендованных преподавателями изданий. К ним ещё прибавилось до двухсот книг и около пятисот журналов подручной библиотеки, бывших у Младшего в постоянном использовании. Это не считая тех, которые он брал временно. Такое число книг потребовало собственного кабинета, каковой и предоставлен.

Права наставников в кабинете уже значительно урезаны. Например, в первый же день, не говоря уже о том, что он сразу выказал нежелание видеть наставников (кроме Хиса) в кабинете, так ещё, отходя ко сну, в своём кабинете он оставил на столе книги и бумаги в том состоянии, в котором работал. На замечание наставника о том, что надо всё убрать, ответил, что желает назавтра продолжить работу немедленно с того места, в котором прервался так, как будто и не прерывался, не тратя времени на раскладывание книг и прибора, а главное - не восстанавливая мучительно в голове ход мыслей. Когда же цесаревич уснул, наставник, желая показать царевичу, что порядок эффективной работе не помеха, прибрал на столе. На следующий день случился невиданный скандал и всеобщий запрет прикасаться к чему-либо в его кабинете. Младший даже решил убирать в нём каждый выходной собственноручно, лишь бы не допускать туда посторонних.

август 1880 (12) - начало военного обучения. В Аничков дворец доставили три ящика патронов (300 шт.) к ружью. Оружие и боеприпасы хранились в Арсенальном павильоне Аничкова дворца. Тогда же фельдфебелю Федору Плешакову выдали прицельный станок и ружье Бердана "для пригонки и пристрелки к этому ружью прибора для стрельбы дробинками".

Младший увязался с Плешаковым в Ораниенбаум, в Офицерскую стрелковую школу (из Александрии верхом - просто прогулка) за прибором для стрельбы дробинками. Прибор этот, как и сама "берданка", его совершенно не интересовал. А надеялся он там найти оружейника, который мог бы изготовить самострелов. Да ещё и, может, подсказать чего. И приехали они к мастеру с забавным отчеством Мельхиорович. Владимир Мельхиорович Квашневский. Маленький щупленький, хитроватым прищуром глядящий сквозь очки-пуговки, похожий на аптекаря полячек. В жилетке и брюках с лампасами. Он выделывал приборы в форме "берданочного" затвора, просто вставлявшиеся вместо него, передёргиваемые в точности тем же "щеколдовым" движением и стрелявшие, как оказалось, посредством сжатого воздуха. Это было именно то, что и требовалось Младшему!!! И что особенно замечательно: в свободное и не очень свободное от работы время Мельхиорыч просто в фабричных масштабах промышлял околострелковым товаром - настолько успешно, что, например, журнал "Охотник" агитировал "патронташи лучше всего заказывать у г. Квашневского из Ораниенбаума, на 20 гнёзд, по 5 рублей".

И вот, пока фельдфебель с мастером проверяли прибор, Младший сидел у верстака, и прикидывал, как бы "подъехать" к хитрому "пшеку". А размышляя, совершенно характерным движением машинально взвешивал в горсти машинально же подобранный с верстака кожевенный нож. Ну, имеется такая привычка: не оставаться бездвижным - хотя бы вертеть что-то в пальцах. Короткое лезвие, короткая колодка - совершенно непригодно к метанию. И - что столь же машинально - позыркивал цель. Бросать, само собой, не собирался. Мельхиорыч, естественно, кидал взгляды - не каждый день Царевич заходит - и ситуацию оценил правильно. Прищур у него стал ещё хитрее, даже заулыбался. Чёрт его знает, что ему на ум взбрело. Может ножами своей выделки заинтересовать хотел. Он указал пальцем туда, где две стены сходились с наклонным потолком, и где отошёл многослойный шмат обоев.

- В угол.

Ситуация усугублялась ещё тем, что тот конец мастерской был у Младшего позади, с левого плеча.

Младший озорно ухмыльнулся и в полуобороте небрежно кинул нож. Тот воткнулся в самый угол. Глаз Мельхиорыча тоже блеснул нездоровым огоньком. Он поискал на верстаке вокруг себя, нашёл отвёртку, подкинул её Младшему и потребовал:

- Ещё.

Младший поймал отвёртку, и почти с лёту швырнул. Отвёртка воткнулась ровно в ту же точку.

- О! - восхитился оружейник. И подкинул Младшему ещё одну отвёртку. Она легла в точности так же.

- Фантастично, Ваше Императорское Высочество! Никогда такого не видел!

Младший скривил уголок рта: "Подумаешь..."

Мельхиорыч воздел палец небу и выскочил за дверь - то ли кладовой, то ли какого иного помещения. Послышалось хлопанье раскрываемых и закрываемых дверец и грохот выдвигаемых и задвигаемых ящиков. Через минуту он вернулся и подал Младшему охотничий нож. В простых, но прочных свиной кожи ножнах.

- Примите. Такой твёрдой руке, как у Вашего Императорского Высочества, впору.

Младший вынул. Никаких изысков. Строгое дельное лезвие. До голубизны сияющий глянец гарды и тыльника. Ладный черен козьей шерсти. Тем и красив. Той практичной скупой красотой, которая восторгает пуще золота и бриллиантов. Только вот...

- Хорош, - похвалил Младший для порядка. - Изумительно хорош. Спасибо. Однако я не охочусь. Если это подарок за метание, то можно другой? На заказ. Я Вам нарисую.

Назавтра Младший набросал идеальный в его понятиях метательный нож. Прямое обоюдосходящееся, но односторонне заточенное лезвие. Примитивная плоская прямоугольная рукоять. В общем, не нож, а просто наконечник дротика, приспособленный для использования без древка. Набросал наскоро - не за этим он собрался к Мельхиорычу. Нож - так, повод.

Мельхиорыч взглянул в положенный Младшим на верстак чертёж мельком.

- Сделаем, - пообещал коротко.

- Владимир Мельхиорыч, - начал Младший, глядя в чертёж. - Есть дело поважнее.

Полячек блеснул стёклышками.

- Вчерашний прибор - он ведь по сути - "воздушка". Требуется несколько воздушных приборов... скажем, десяток... или два - некоторого особого свойства, - Младший выжидательно посмотрел на мастера.

- Чертёж есть?

- Нет. Думается, Вам самому сподручнее будет. Устройство не столь важно. Важны только некоторые свойства. Стрелять он должен вот такими пулями, - Младший выложил на верстак пробку от самострела. - Сажен на дюжину прямого выстрела. Форма должна быть пистолетной, но на конце ствола должна быть вторая рукоять - для твёрдого прицеливания. И эта же рукоять должна служить для взведения поршня и подачи очередной пули - устройство должно быть повторительным.

- Баллон? - спросил Мельхиорыч, озадаченно почесав затылок.

- Нет. Баллон - наверное излишне сложно. Взведение поршня без отрыва рук, думаю, затруднением не будет. А вот вкладывание пуль - определённо манипуляции. Поэтому сей процесс автоматики попросту требует. И чтоб заполнять магазин пулями не по одной, а единым движением - полный комплект. В какой-нибудь обойме. Например, как у Линднера. И комплект этот должен быть как можно большим. Вот, пожалуй, и все требования. Возможно такое?

Мельхиорыч подобрал с верстака пробку.

- Вполне. Отчего ж невозможно? - ответил рассеянно. - А отчего он склеен?

- Внутри грузик. Дробинка, - объяснил Младший.

- Да-да. Так-так... Неправильно. Склейка ненадёжна. Надо для груза дырочку сзади высверливать. А уж потом дырочку чопиком и заклеивать - так надёжнее. А окрашен, стало быть, чтоб не растерять... Ага... А для чего он такой... - мастер протянул щепотью у себя перед носом, - ...продолговатый?

- Ну как?.. Чтоб летел прямо. В смысле - головой вперёд.

- А зачем ему головой вперёд?

- ?

- Я понимаю: пробка - чтоб не больно. Но ведь он пробковый со всех сторон. Поэтому безразлично, каким концом он будет лететь вперёд. Хоть боком.

- Боком нельзя - будет тормозиться.

- Так потому и будет тормозиться, что продолговатый. А если сделать шариком - не будет. Шариком много лучше. Во-первых, проще подавать в магазине - нет опаски перекоса. А во-вторых - больше влезет. Ваше Императорское Высочество говорили ведь о как можно большем комплекте. На один ваш снаряд... - мастер взвесил пробку в горсти, - шарика четыре будет.

- Ну что ж. Мысль интересная. Подумаем. Надо понимать, Вы на работу согласны. Честно говоря, духовой прибор возник по наитию, прям вчера, и никаких идей по этому случаю не заготовлено. Так что давайте пока порисуем. Я на днях зайду - посмотрим, что у нас вырисуется. Согласны?

- По рукам, Ваше Императорское Высочество. А что нож-то? - Мельхиорыч подбородком указал на чертёж.

- Нож? А нож делайте.

Нож был сделан. Мельхиорыч постарался: вместо насадной рукояти весь нож - один кусок желтоватой закалённой стали. Вместо прямых кромок лезвие слегка сходящееся. В общем, не нож - сказка. Второй настоящий нож в его жизни. И последний. Прежде бумагорезы служили Младшему ножами, а теперь нож стал служить бумагорезом - редки уже уединения в парке, много дел в "роте-лицее".

Младший стойко выдержал первое занятие с Плешаковым - муштру, по сути - и попытался решить вопрос "потиху".

- Деда, надобно стрелять из "винчестера".

- Это приучение к армии, а не игрушка.

- Армии именно и должно стрелять из "винчестеров".

- Армии должно стрелять из положенного оружия.

- То есть армии "плевны и альмы" просто положены по статуту? - "Плевны и альмы" у Младшего - издавна главное ругательство.

- "Берданка" заслужено хороша - надо только уметь обращаться. Вот учись, и ты поймёшь.

- Вот именно - чтобы быть столь же хорошим, как необученный волонтёр с "винчестером", "берданке" нужно долго и нудно учиться - да так и не научишься. "Берданка" - оружие Плевны, где "винчестерами" нам как раз и всыпали. А если б у нас были "винчестеры"?!

- "Винчестеры" - это "пукалки", у них слабый патрон.

- Ты это, деда, русскому солдату, шедшему на Плевну, расскажи: чего ты, мол, умираешь, тут же умирать не от чего, тут слабый патрон.

Император посмотрел на внука с интересом. Да, Младший просто так не отстанет. Не в отца - весь в деда. Но и дед не лыком шит.

- "Винчестер" дорог. Нам миллион стволов нужно - где "винчестеров" набраться?

- Один "винчестер" за две "берданки" сработает... да где там за две - за десять. Ты, деда, не по стволам считай, а по патронам. Патрон ведь цель поражает. Патрон - цель, патрон - цель.

- Потом, "винчестер" - тонкая работа. Наш мужик косолапый, пожалуй, в руке не удержит, чтоб не поломать.

- Ой, деда, только вот этого, пожалуйста, не надо. Солдат русский вам не такой. Ему и "берданку" тоже давать не хотели - поломает. И что же - хоть одну поломали? Такой же точно наш солдат - руки-ноги к тому же месту приделаны, что и у всех. Вы, командиры, на себя б вначале посмотрели.

Дед усмехнулся:

- Что это такое? Бунтовать!?

- Да я ж не за себя. Я ж... - у Младшего даже слёзы выступили. Да, с этим у него слабо - когда ты за справедливость, а тебе в ответ: "нет", - и всё тут. Теряешься. Руки опускаются. Обидно. - ...Я ж державы ради. Ну, хочешь - я отношу эту чёртову "берданку, отстою эти дурные караулы - но в армии это надо менять. Потом я всё равно всё по-своему сделаю. Но столько времени будет потеряно...

- А мы, по-твоему, не ради державы?

- Деда, дело не в том кто для чего старается. Дело в том, что при всех наших стараниях почему-то самое очевидное и самое главное у нас никак не достигнет своего итога. "Стараться" не означает "направлять все свои мысли и чаянья". "Стараться" означает "делать". "Получить результат". "Винчестер" лучше "берданки" - это доказано. Где итог нашего осознания этого доказательства? Вообще: всегда так, что все армии уже принимают на вооружение завтрашнее, а мы ещё спорим о преимуществах вчерашнего - это наше свойство прекрасно всем нам известно. Но где итог нашего ознакомления с этим нашим свойством? Что мы делаем, чтоб впредь не запаздывать? В итоге мы отвергаем уже показавшие себя преимущества "винчестера" ради придуманных нами и в действительности не имеющих места недостатков. И сказать бы, что мы сим самообманом о непригодности "винчестера" можем оградить себя от повторительного оружия. Так нет - нам его всё равно придётся иметь, как пришлось иметь всё, что мы ранее под столь же надуманными предлогами отвергали. Потому что его будут иметь все, в том числе и наши противники - потому что не бывало ещё, чтобы отказались от столь очевидно продемонстрированного преимущества оружия. Но мы как всегда, имея всю возможность быть в числе первых, будем последними. И как факт, это не самое худшее. Хуже оно как привычка. Хуже оно как стремление. "Ну-ка что там у англичан? Что там у немцев?" Ааа... - Младший досадливо махнул рукой и замолчал.

- Эк, загнул. "Винчестера" он, видите ли, захотел. Может ты чего ещё захотел?

- Да. Я многого хочу. Так себе, что ли? Хочу, чтоб не было этих "на плечо", "на караул" и прочего.

- Ха. Ну, слава Богу, - обрадовался Император. - А то я грешным делом подумал, что ты и вправду революцию затеял. А ты просто ищешь себе лёгкого пути в учёбе. "На караул" ему не хочется. А на гауптвахту тебе хочется? Или выпороть тебя, чтоб дурь прошла. Слыхал такое: "Тяжело в учёбе, да легко в бою"?

- Дед, это не смешно. Вы на войне в виду турка парадом ходили? Если б наша армия чётче исполняла "на караул", мы б Севастополь отстояли? Накой эта эквилибристика? Нам ведь армия нужна, а не циркус. Я такого "лёгкого пути" ищу, что не поздоровится. Это как раз твои парады - лёгкий путь. Что там полковнику: вымуштровал, пять минут прошёлся, ну пускай час простоял - и "Станислава" на грудь. Но нет у нас возможности тратить время на эти циркусы - "плевны и альмы" нам его не предоставляют. Грядущие "севастополи" нам его не предоставляют. Не пять минут и не час привычной "шагистики" на плацу, а сутки, месяц в действительных боевых упражнениях и маршах, в грязи, под ливнем, и каждый раз в иных условиях - не хотел? Вот я какого "лёгкого пути" ищу. Каждую трудовую минуту солдат должен тратить на бой, а не на бессмысленное жонглирование ружьём. Точно как пахарь каждую минуту должен тратить на выращивание хлеба, а не на красование плугом - иначе он помрёт с голоду. Также и солдат каждое мгновенье должен думать о бое, иначе он будет убит.

- То, что ты обзываешь "шагистикой" - вовсе не есть безделием, как то тебе представляется. Это основа армии. Равнение сплачивает, строй дисциплинирует, парад поднимает дух.

- Равнение заставляет полагаться на команду, строй обозляет осознанием бесполезной ненужности, парад порождает надежду на мясозакидательское "авось - мы-то бравы". Деда, ну подумай: разве боевое действие плечом к плечу не сплачивает? Разве сознание зависимости всех в бою от каждого отдельного "тебя" не дисциплинирует больше? Разве успех боя не поднимает дух гораздо выше, чем какой-то рутинный парад?

Так они и стоят друг перед другом: мальчик с бледным лицом и трясущейся губой и дед улыбающийся, но как-то озабоченно.

- Ну, вот что. Перестреляешь Плешакова - будет тебе "винчестер".

На первой же стрельбе Младший наилучшим образом обнаружил известный за ним с детских стрельб из лука талант - из 10ти выбил 9. Плешаков с удивлением рассматривал учебную "берданку" - он-то считал прибор непристрельным. "Винчестер" обеспечен.

Ввиду записей Алексей Александрович подарил серебряный ever-pointed pencil-case размера "Н" (0,9 мм) с ёмкостью для грифелей, выдвигаемых вращением. Этот карандаш надолго стал главнейшим рабочим инструментом Младшего.

1 марта 1881 (13) - повзросление и устное творчество.

- В будущей войне обязательно проявится повторительная многозарядная скорострельная винтовка более быстрой операции, нежели "шпингалет" - точно как в турецкую компанию появился "винчестер", но теперь она появится в гораздо большей массовости, - заявил Младший.

- Ну, это вряд ли, - ответил кто-то. - Хотя турки применяли "винчестер", но до сих пор официально ни одна армия не приняла в массовое вооружение "повторителей". "Шпингалет" надёжнее.

- Так и у турок "винчестеров" официально на вооружении перед войной тоже не было. А потом: "бац" - и появились. То же самое произойдёт с любыми армиями, когда они начнут войну. В быстром ближнем бою, каким непременно станет рассыпной стрелковый бой, выделывать кренделя "шпингалетом" станет невместно.

- Так турки отведали уже этих "скороспелок", да что-то от них отказались - нету нынче их на вооружении и у турок.

- Отказаться-то отказались, да только крови скорострелки у нас попили. А значит, эффективность их доказана. И проверено, что эффективность их важнее умозрительной надёжности "шпингалета". То, что турки от них отказались - это сомнительная разумность. Так не раз уже прежде бывало, что в войну возникают превосходные образцы, но как война заканчивается, в армии берут верх образцы так сказать "надёжные проверенные временем". В той же Америке в Гражданскую не могли нахвалиться "спенсерами", но как только война закончилась, так генералы постановили вооружиться монструозными однозарядными "трапдорами", а "спенсеры" у них враз стали "ненадёжными" и "маломощными", хотя в войну их популярность этих недостатков не выдавала. Я, конечно, понимаю, что "трапдор" дешевле, ибо переделочный. Но если дешевизна для армии - правое дело, то разве правое дело требует лжи для своего оправдания? И вот вам результат - битва при реке Литл Бигхорн, опять законно высветила превосходство "повторителей" над однозарядками. То же самое и с картечницами Гатлинга. Когда убедились, что они эффективнее картечи, решили вооружиться "гатлингами". Но закончилась война и что же? Ограничились переделкой трёхдюймовых Орднанс Райфл в казнозарядки. Да - казнозарядные, да - нарезные. Но картечи-то это безразлично. Она как летела из гладкого ствола на 300 шагов, так летит и из нарезного. А "гатлинги" - они, видите ли, оказались "дорогими". Но ведь начнётся война, и тогда тот, кто первый переступит через эти "весьма веские" аргументы, как то: "ненадёжные", "маломощные", "дорогие" - те получат колоссальное преимущество, как его в своё время получили прусаки с их "негодными" игольчатыми винтовками. Пусть иные подсчитывали, после скольких выстрелов ломается игла, но эти подсчёты производились уже после прусской победы.

- Вот, полюбуйтесь, по каким принципам до сих пор делают ружья. Почти целая страница вызывает ничего, кроме изумления: "Ствол нарезного оружия в прежнее время был несоразмерной толстоты и веса. Ныне же относительно толщины ствола в некоторых государствах, по-видимому, впали в другую крайность". То есть зависимость толщины ствола от давления для автора неочевидна. Дальше ещё веселее. Слушайте: "Длина ствола для малых калибров должна быть равна 48и калибрам и 46и калибрам для больших калибров. Хотя эта длина излишня и даже вредит дальности полета снаряда, потому что превышает длину, необходимую для совершенного сгорания заряда, увеличивая, кроме того, трение и отдачу; но, тем не менее, мы должны принять вышеозначенные размеры, во-первых, для того, чтобы сохранить стволу достаточную длину для употребления его как холодного оружия, а во-вторых, потому, что эта длина, облегчая прицеливание, уменьшает отклонение снаряда. Вот причины, не позволяющие определить длину ствола в 28 или 30 калибров, хотя этой длины совершенно достаточно для полного сгорания порохового заряда в нарезном оружии". - Ну, как вам аргументы? И никто в мире этому не сопротивляется.

- Ну, про штыковое древко - понятно. Однако в отношении прицеливания, по-моему, верно сказано.

- Что ж тут верного? Начальная скорость даёт пологость траектории, что есть первым способом точности. А ею жертвуют ради совершенно бесполезного увеличения базы прицела. Но слушайте: далее - вообще конфетка. "Калибр ствола должен быть не менее 14 и не более 15 миллиметров; при таком размере, штуцер был бы красив на вид..." - Понимаете?! "Красив на вид"!!! Какая к чёрту поперечная нагрузка?!!! И вот по этим принципам создают оружие до сих пор!

- Каких-то 20 лет назад о привычных сегодня вооружениях самые что ни на есть официальные наши издания писали такую чушь, что на голову не натянешь. Лишь за пару лет до рейнджеров Мосби у нас с преумнейшей миной рассказывали, будто револьвер в кавалерии не будет применим абсолютно никогда вовеки веков - почитайте "Военный сборник" за 1860й год. Про то, что револьвер доказал свою применимость в кавалерии ещё за 12 лет прежде того - о чём, кстати, в том же сборнике прямо и говорится!!! - я вообще молчу. И вот такая "мысль" у нас во всём. И всё знание о новинках вооружений складывается у нас "по слухам" да "по мнению" - проверять практически и использовать результаты проверки в деле - это нашему философического склада разуму кажется, по-видимому, слишком примитивным. Иметь особое и безапелляционное мнение о том, чего мы отродясь не видали - наше исконное русское свойство.

Журналы и книги затасканы "картофелем" до тряпок. Попросил исправно присылать ему все известные научные, технические и военные иностранные издания, чем крайне обрадовал Папа и огорчил многих большим вниманием именно к изданиям военным. С чтением всё более терял интерес к военному обучению, начал говорить об ошибках преподавателей. Этому чтению доверял больше, чем своим военным преподавателям. Особенно американская гражданская - самая грандиозная война 19 века. Из информации об этой войне вынес практически все свои военные убеждения.

Взгляды все выводились из нескольких элементарных понятий, считаемых им аксиоматичными, априорными от определений или доказанными опытом.

А. Прерогатива наступления. Наступательное и оборонительное состояние армии не есть суть равные по уровню, и только противоположные по знаку своего намерения. Сие суть две абсолютно несвязанные между собой категории, противоположные по знаку способности. Наступление суть способность к ведению боевого действия. Оборона не есть суть иной способ ведения боевых действий, а отнюдь неспособность к ведению боевых действий. Ибо суть ведения боевых действий состоит в разрешении (какого-либо вопроса сложившейся до тех пор ситуации в вашу пользу). Разрешить ситуацию можно только активным действием. То есть наступлением. Оборона теоретически может разрешить ситуацию в вашу пользу, только если противник потратит на преодоление вашей обороны больше сил, чем потребуется ему самому для обороны при вашей контратаке. Какового неестественного подарка от противника вы ожидать попросту не в праве, а стало быть, и не вправе строить свои планы из расчёта на этот подарок. Стало быть, следует исходить априори, что оборона ситуацию в вашу пользу разрешить неспособна и не является активным боевым действием. Стало быть, боевое действие, война, суть лишь наступление. Решение обороняться тогда, когда вы можете наступать - столь же напрасная трата сил, как и стремление наступать без способности к тому.

Б. Главное оружие есть скорость. Скорость вашего действия должна превосходить скорость реакции на него противника. А отсюда наиважнейшее значение имеет превосходство ресурса, подготовленного до начала боевого действия. Вся работа армии производится в мирное время. Сама же война работой армии не является. Война есть лишь результат работы армии, экзамен на проверку произведенной в мирное время работы. Война есть единственный удар. Весь ресурс, подготовленный к войне, должен быть введён в действие до того, как противник хотя бы в малейшей степени успеет осознать происходящее.

В. Армия, соответствующая самому современному уровню, не имеет превосходства. Превосходство имеет армия, задающая этот уровень. Стремиться к самому современному уровню означает стремиться за кем-то, то есть плестись в хвосте. Стремиться необходимо не за кем-то, а к идеалу.

Г. Не всё оружие одинаково важно, как и не все средства. Имеются основные типы оружия, которыми выполняется наибольшая масса работы. Таковых всего три: массовое стрелковое оружие (ружьё), пехотное орудие и наиболее массовое батарейное орудие. Выполняемая этими тремя типами работа составляет критическую массу боевой работы, то есть такую, которая перевешивает ход войны в вашу сторону даже если некоторая другая работа, для которой требуются иные типы оружия, не будет выполнена. Отсюда следует, что вы не должны тратить усилия и средства на обладание множеством типов оружия. Следует тратиться на количественное и качественное превосходство всего в трёх типах.

Другое применение метода критической достаточности - в отношении целей на поле боя. Не всё, что имеет противник на поле боя, является целями, достойными ваших усилий, достойными траты на них боезапаса, не всё даже достойно отвлечения внимания в скоротечном бое.

Казалось бы, полевое укрепление - достаточно важная цель. Но ведь само по себе, как сооружение, оно не несёт вреда нашим войскам. Оно несёт вред как укрытие войск противника. Значит, если поражать не конструкцию укрепления, а только находящиеся в нём войска, то задача боя будет достигнута. Но и скрытые укреплением войска не все одинаково значимы в каждое отдельное мгновение современного скоротечного боя. Действительно угрожают нам только те из огневых средств противника, которые в данное мгновение ведут огонь по нашим войскам - быстрота боя не позволяет нам, или как минимум нашей передней линии отвлекаться на что-либо остальное. Но раз эти средств противника ведут по нам огонь, стало быть, мы в этот момент открыты их дулам, их линии огня, а значит и они открыты нам, огню нашего обычного противопехотного оружия без необходимости в каких-либо стенобитных орудиях. Остальные силы противника в данном укреплении в этот момент пассивны, и угрозы нам не составляют. Да, в любой последующий момент пассивные силы могут быть введены противником в бой. Но обстановка к следующему моменту уже изменится - в нашу пользу, если противник был пассивен. Мы минуем укрепление, поскольку противостоять укреплению - не лучшая мысль. Если скрытые в укреплении силы противника выйдут для боя с нами, то это будет бой уже без учёта укрепления. Если же они останутся в укреплении - тем лучше. Итог: критической целью на поле боя есть живая сила, а паче - угрожающие нам огневые средства противника. Тратить усилия и средства на оружие против других типов целей расточительно.

Д. Не все элементы армии одинаково значимы в своей взаимосвязи.

Наивысшее значение имеет командование. Если у вас есть (хорошее) командование, то у вас есть и армия. Ибо армию создаёт именно командование. Если даже в армии не будет ничего, кроме командования, оно может управлять хотя бы партизанами. В конце концов может само взять в руки оружие и воевать. Остальное в армии без командования - это даже не дебил, который хотя и неверные движения, но осуществлять способен - это анацефал, не способный двигаться вообще.

Следующим по значимости в армии есть разведка. Без сведений о противнике будет бессильно даже наилучшее командование.

Х. При современном состоянии оружия возможен только свободный рассыпной порядок наступления пехоты. Правильная дальность действия стрелкового оружия по отдельным целям свободного рассыпного порядка - до 100 м. Свыше этого правильный огонь по отдельной цели невозможен. Отсюда сторонник короткого ствола и короткого патрона, а также повторительного действия, магазина, причём отъёмного. Сложность повторительного действия намерен компенсировать отсутствием нарезов и неметаллическим сгораемым патроном без необходимости процесса экстракции. Рычаг-спуск как у Ханта-Смита, но с коротким ходом, управляется двумя пальцами без отрыва от рукоятки: лёгкий ход - перезаряд, в конце тугой - выстрел.

У. "Лучшая артиллерия это самая простая артиллерия. Если бы один калибр мог отвечать всем боевым потребностям, а один тип повозки - всем транспортным нуждам, это и было бы совершенством. ...нужно определить калибры орудий, ограничив количество этих калибров до минимума, так как если два калибра могут выполнять одну и ту же функцию, значит, один из них лишний и, более того, вредный, потому что он вносит затруднения в доставку боеприпасов, замену необходимых частей и т. д." - генерал Огюст Мармон. К идеалу пришел Наполеон III - вердиктом 1846 года решена замена всех типов полевых орудий Le canon obusier de 12 livres.

Эти и подобные усвоенные в этот период взгляды навсегда стали довлеющими.

В 1882м наместничество на Кавказе упразднено, и Михайловичи вернулись в Петербург.

Приказом ? 260 от 13 июля 1882 все армейские уланские и гусарские полки, включая два гвардейских, преобразованы в драгунские, которых стало 50, в октябре 1882 все драгунские полки получили новую форму. Вдохновителем был генерал Сухотин Николай Николаевич. Решил преобразовать всю кавалерию в драгун по опыту гражданской войны в США. Сторонником был Обручев.

Кавалеристы протестовали, гусары устраивали "похороны ментика". Но дело заключалось не в протесте против разгрома кавалерии или против "невзрачной формы". Дело было в непопулярности в довоенной армии образования и в бытовавшем взгляде, что военному искусству можно научиться лишь на практике. Отсюда и пошли Драгомировы да Скобелёвы, взращённые в не "шапко-" а "мясозакидательских" атаках Плевны и в чинотворческих "делах" в отношении туземных племён Средней Азии - ввиду завершения этого рода возможностей на Кавказе. Хотя цена военной практике мирного времени в тот период нулевая, что и показала Балканская кампания. После войны же стали набирать силу выпускники и работники Академии, стремившиеся совершенствовать армию, которых прежние презрительно называли "теоретиками".

1882 (14) - манёвры флота и Шестаков.

1882

Главное Артиллерийское управление ставит задачу разработки "повторительной" винтовки.

Мосин на Тульском заводе начал разработку магазинной винтовки. Вначале это была берданка 1870 года с подствольным магазином по типу Хочкисса.

1883 - попытка подготовки к службе младшего офицера, курс кадетского корпуса: начать с тактики (Гудима-Левкович, потом Леер) и общего устройства армии (Обручев), но и затрагивание стратегии, работы штаба. Неспособность преподавателей - невозможность обучения. Академия Генштаба.

Драгомиров читать тактику не способен: его изложение и образ мыслей есть сумбур малограмотной псевдофилософии, а его практические представления в основе своей примитивно ошибочны. Драгомирову:

- А не подскажете ли Вы, кто ещё перед Крымской доказывал ненужность нарезных ружей в виду штыка?

1883

Василий Вельтищев, к этому времени уже генерал-майор, вновь предложил на рассмотрение комиссии свой 4хпатронный магазин, разработанный им для винтовки обр. 1870 года.

образована Комиссия по испытанию магазинных ружей при оружейном стрельбище на Волковом поле, образованием её занимались генерал-майоры Н. И. Чагин и Н. А. Снессарев. В состав Комиссии по испытанию магазинных ружей вошли генерал-майор Н. А. Снессарев, капитаны А. И. фон-дер-Ховен, Петров, Погорецкий, а также капитаны С. И. Мосин, К. Я. Кабаков и корнет Н. В. Лутковский.

после закрытия стрельбища в июле 1883 образована Опытная Комиссия при только что организованной Офицерской стрелковой школе в Ораниенбауме. Председателем назначен генерал-майор Н.И. Чагин, в состав включены генерал-майор Н.А. Снессарев, капитаны А.И. фон-дер-Ховен, Петров, Погорецкий.

Более значимой считалась Комиссия по испытанию магазинных ружей, а комиссия при Офицерской стрелковой школе должна была оказывать полное содействие ей. В действительности обе комиссии работали бок о бок, имея схожий состав, тем более что после закрытия стрельбища на Волковом поле основным полигоном стал Ружейный Полигон Офицерской стрелковой школы.

Кроме постоянных членов, при необходимости приглашались совещательные члены. В основном совещательными членами являлись специалисты особого профиля, чьи профессиональные знания были необходимы при решении вопросов по перевооружению русской армии.

В 1883 комиссиями сообща намечены два пути подготовки перевооружения русской армии магазинными винтовками: переделка уже существовавшей штатной винтовки системы Бердана образца 1870 в магазинную и разработка новой 4,2-линейной магазинной винтовки. В действительности на протяжении 1883-1888 специалисты шли и тем, и другим путём, но акцент делали на переделке штатной винтовки. Это было финансово выгоднее, быстрее по времени и удобнее для солдата. С другой стороны, переделочная система не должна быть сложной в использовании.

Комиссия по испытанию магазинных ружей действовала до октября 1889, затем стала называться Комиссией для выработки образца малокалиберного ружья. В состав Комиссии для выработки образца малокалиберного ружья вошли товарищ генерал-фельдцейхмейстера великого князя Михаила Николаевича генерал-адъютант Л.П. Софиано, инспектор стрелковой части в войсках член Военного совета генерал от инфантерии В. В. фон Нотбек, начальник канцелярии Военного министерства генерал-лейтенант П. Л. Лобко, инспектор оружейных и патронных заводов генерал-лейтенант В. Н. Бестужев-Рюмин, состоявший для поручений при Главном штабе генерал-майор А. Н. Куропаткин, инспектор пороховых заводов генерал-майор С. К. Каминский, помощник начальника канцелярии Военного министерства генерал-майор А. К. Пузыревский, начальник отделения ГАУ полковник П. Харинский. Условия деятельности и методы работы остались те же, за исключением того, что обновлённая комиссия трудилась над созданием армейской магазинной винтовки калибром 3,15-3 лин. Первоначально сделан акцент на разработке однозарядной винтовки уменьшенного калибра без магазина, затем решено работать параллельно и над магазинной винтовкой уменьшенного калибра с предположением, что '...быть может, удастся спроектировать ружьё пачечной или ещё лучшей системы'. В целях снятия нагрузки с Артиллерийского комитета и комиссии в 1889 возрождены Главная распорядительная и Исполнительная комиссии.

В процессе работы комиссий выработан подробный план испытаний различных систем. Он состоял из нескольких этапов, причём, не пройдя любого из них, винтовка либо окончательно признавалась непригодной для принятия на вооружение, либо отдавалась на доработку изобретателю. Первым этапом работы специалистов являлось изучение присланных конструкторами чертежей, описаний и остальной печатной продукции. Если претендент не присылал саму систему, специалисты были вправе отказать ему в изучении его системы до тех пор, пока конструкция не окажется у них в руках. Второй этап включал испытания предварительной стрельбой, которая, как правило, демонстрировала самые явные недостатки системы. Третий этап включал испытание большим количеством выстрелов. Наряду с удобством обращения с магазином здесь определялись скорострельность, время заряжания, степень загрязнения и нагревания винтовки от продолжительной стрельбы, а также положение центра тяжести винтовки с патронами и без патронов. На четвёртом этапе винтовка испытывалась на степень сопротивления коррозийному процессу, пылевому загрязнению, деформации при падении с высоты, а также испытывалась стрельбой пропиленными патронами. Целый ряд испытаний был также направлен на изучение работы магазина винтовки: сравнительная стрельба из однозарядной штатной винтовки и из переделочной; проверка работы переделочной системы как однозарядной (с отключённым магазином); изучение задержек в работе магазина, выяснение их причин и способов восстановления исправной работы'.

Мосин вошёл в состав Особой Комиссии по выработке новых образцов стрелкового вооружения уже как известный конструктор, технолог и ведущий специалист в области стрелкового вооружения.

Взяв за основу прикладный магазин австрийца Шульгофа, Мосин создаёт собственную схему прикладно-реечного магазина для винтовки обр. 1870 года (Бердана ? 2) - модель 1883 на 8 патронов.

швейцарец Хеблер в письме на имя русского военного министра сообщил о сконструированной им малокалиберной винтовке.

После присяги отец объявил, что наследник будет направлен на летние военные сборы в ЕИВ лейб-гвардии Преображенский полк на взвод. Всё сходилось - туда же и решение начать с армии.

Сам Александр III не любил военных занятий, был далёк от дел и забот своей гвардии и в Красное Село летом на манёвры почти не выезжал. Он предоставил это брату - великому князю Владимиру Александровичу, генералу от инфантерии (30 августа 1880), долгое время занимавшему должность командующего гвардией и Санкт-Петербургским военным округом (2 марта 1881). Несколько ниже ростом, чем старшие Романовы, он был красив и представителен. Носил бакенбарды, как во времена Александра II, но умеренной длины, обладал весьма звучным и приятным барским баритоном. Картавил ещё сильнее, чем отец. Как и полагалось начальству того времени, никого никогда не разносил - только хвалил и благодарил. На лошадь Владимир Александрович садиться не любил, больше ездил в коляске, в лагерях - на тройке и на широких козлах, рядом с ним - адъютант. Путал полки. Был добрый и весёлый барин, зла никому не делал, правда и добра делал не много. Зло было в том, что занимал место, на котором другой мог бы принести пользу. Поздно переучивать.

- Папá. Мне необходимо с тобой поговорить.

- Изволь.

- Я не должен служить в полку.

- Что за блажь? Отчего это?

- Я ведь Наследник. Государь. Будущий Император. Никто, кроме Императора нынешнего, не должен быть надо мною. Ни в какое мгновение моей жизни. Нельзя позволять заблуждения, что Государем можно распоряжаться. Сперва Императором будущим, а потом сколь-нибудь, хотя бы и призрачно, сохранить память о том, распространив её, когда тот станет Императором настоящим.

- Ты боишься, что в подчинённом положении не сможешь показать себя превосходящим? - усмехнулся Старший чуть ли не презрительно.

- Я не боюсь ничего. Не желаю только создавать бардака вокруг Императорского положения. Когда поручик превосходствует над Наследником - это бардак. Это создание ложного, неестественного, невозможного положения. Я не прочь оценить все тяготы службы с самых низов но, Папá, тяготы командующего - это иное. Тягота верного солдата есть - принять своё подчинённое положение и переносить всё то, что выпадает в связи с подчинённым положением. Тягота же командующего - нахождение победы, наоборот, не подчиняясь ничему ради этой цели.

- Так я ж тебя и спрашиваю: ты боишься, что в подчинённом положении за какой-то год или два утратишь волю? Что не умеешь вытерпеть, как то обязан будущий военачальник? Тогда тебе грош цена. Суворов солдата ниже себя не считал - а мы кто такие супротив Суворова?

- Нет. Я думаю, что это будет только потеря лет. Бесполезная. Ведь командующему, Государю, никогда не быть в подчинённом положении. Тягота полководца никак не исходит из тяготы солдата. Можно представить, что Суворов, понимая всю армию от низу доверху, при надобности мог бы исправно выполнять солдатскую службу, но трудно представить, что исправный солдат может понять службу полководца. Не следует тратить моё время и душевное направление на то, чего никогда не случится. Наоборот, следует оградить меня от воспитания малейшего инстинкта подчинения.

- Но Суворов был таков, потому что знал тяготы низших чинов. Вот и тебе следует их познать. Чтобы командовать своей настоящей армией, а не некоей иллюзорной несуществующей, нужно эту свою настоящую армию знать насквозь, от солдатских портянок.

- Во-первых, от тягот я не отказываюсь, не требуя генеральского звания. Подпоручик - пока того довольно. Прошу только отдельное никому не подчинённое подразделение. Лучше потешный взвод, но свой. А во-вторых, ты говоришь - тяготы низших чинов. Так я нашей гвардии тяготы уж отлично знаю - попойные, карточные да карнавальной службы тяготы. Я же прошусь не в гвардию. Прости, Папá, за возможную дерзость, но в гвардии тягот настоящей армии не узнать. Для этого нужно грязь месить вместе с линейным солдатом.

- Всё равно не понимаю. Потерять волю в подчинении ты не боишься. Даже грязи не боишься, не то что карнавальной службы. Так зачем тебе потешный? Чем этот неугоден? Наследники извечно служили в гвардии. К чему твои выдумки?

- Нет, папá, не извечно. Эта гвардия была лучшей для того государя, который её себе создал. Пётр создавал эту гвардию лучшей по своему разумению. Но создавал он её сам, с ноля. С тех пор многое изменилось. Армия должна отвечать своему времени. У тебя гвардия по твоему разумению, не та, что у Петра. Мне нужна гвардия по моему разумению.

- Станешь на моё место - сделаешь по своему разумению. А пока учись. Рано тебе ещё о своей гвардии думать. Военной службы не зная. Хлебни-ка, браток, потяни-ка лямку - а там посмотрим.

- Папá, - почти в отчаяньи проговорил Младший, - вспомни Плевну. Ведь это же ты назвал её преступлением, за которое все виновники должны отдать отчет перед богом. А ведь перед Плевной армия наша считалась вполне способной. Ты уверен, что нынешней армии не грозит новая Плевна? Государь ведь - первый виновник. И не то худо, что отчёт нести, а то, что отчётом ничего не поправишь. Понимаешь? Никому твой... мой отчёт после катастрофы не нужен будет. Надо не покорно ограничиваться бравадой, что отчёт готов держать, а делать чтоб катастрофы не было. Душа моя не будет на месте, пока я не сделаю всё, что могу.

Время, время... Если мне суждено царствовать, всё придётся ломать. Наши зарубежные коллеги не дадут нам времени. Чем раньше мы это начнём, тем плавнее и безболезнее будет ломка.

- И что ж ты хочешь сделать?

- Чтобы наша армия везде побеждала. Мне плевать, либерал ли, консерватор ли. Мне нужна сильная Россия. Для армии нужен прогресс. Ещё одной войны мы можем не вынести. Не то что проигранной, но и выигранной ценой Плевны. 55й год - брожения, 78й год - покушения. Об ещё одной войне страшно даже подумать. 14й год - достаточно было даже победоносным русским офицерам просто увидеть разницу между Россией и Европой своими глазами, чтобы случилось декабрьское восстание. Этой разницы быть не должно.

- Да разве ж остальные не хотят, чтобы наша армия побеждала? Думаешь, я не хочу? Или Пётр Семёнович не хочет?

- Дело не в том, кто что хочет, а в том, может ли. Ты уверен, что наша армия ныне способна оборонять Севастополь лучше, нежели в 55м?

Император не нашёл что ответить.

- Вот. А я обязан получить такую армию, чтобы быть уверенным. Чем раньше я начну делать её такой, тем больше шансов успеть.

- И ты знаешь, как её такой сделать?

Младший притих, опустил взгляд и раздул ноздри, пожевав челюстью. Таким внешним проявлением он на самом деле частенько покрывал своё смущение. Выглядело это совсем как у его предка Петра Алексеевича. Но тут же взглянул отцу в глаза и чётко произнёс:

- Знаю.

- Может, научишь нас, дураков?

- Непременно. - Младший пропустил насмешку. - Но не сразу. Я не рассчитываю, что мои поучения будут приняты на веру или поняты из теории. Я хочу показать всё на деле. Для этого мне необходимо твоё доверие. И собственный взвод.

- Ну, так у тебя и будет взвод. Бери его и показывай.

- Нет. Мне нужно устроить всё слишком иначе, нежели у нас есть. Мою цель невозможно привести в исполнение в сложившихся уже порядках. Пусть, если мои слова кажутся сомнительными, будет условие. Мне нужен совершенно отдельный взвод. Новобранцев. И полная свобода. В пехоте ты намерен стажировать меня два года. Вот через два года мы устроим соревнование с любым твоим взводом. В практических военных упражнениях. Если я проигрываю, то безропотно иду в полк. Если иначе, то мне будет дозволено расширить моё подразделение.

- А деньги где?

- Деньги - это самое простое. Давай сократим любой имеющийся полк на один взвод. Если я не справлюсь - вернём. Всего делов-то.

- Конечно, "...всякий правитель, которому Богом вверен народ, должен принимать все меры, для того чтобы избежать ужасов войны". Но та мера, что позволяет точно избежать войны, называется "сила". Без силы нас всякий будет склонен привести к войне".

характерны слова Старшего относительно результатов Франко-прусской войны: 'Дай Бог нашей Родине долгое время мира, но, вместе с тем, не спать, а быть всегда готовым на отпор и не забывать, что мы в военном отношении далеко отстали от Пруссии и, к сожалению, скорее ближе к французской организации'.

30 мая 1884 поручик, но не гвардии. Дают полуроту - 2 взвода. Отдельный Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича Александра Александровича драгунский взвод. Занятия ведёт в Петергофе. Жоржик участвовал.

Согласно законам Российской империи, 'достигший совершеннолетия вступает сам в управление своим имуществом; но с того времени до 25илетнего возраста при каждом лице императорского дома, носящем титул императорского высочества или высочества, состоит особый попечитель'. Задачи попечителя - давать 'советы по всем делам, до имения его касающимся, и утверждать его волю, без чего она никогда не может быть действительною'.

До совершеннолетия имел ежегодное содержание 33 тыс. руб., но сам им не распоряжался. По достижении совершеннолетия Наследник имел право на 300 тыс. руб. ежегодного содержания из Государственного казначейства (cо 2го июля 1886го - 100 тыс. помимо содержания двора).

Александр III:

- Решительно не понимаю, зачем тебе. Ты не имеешь никакой надобности жить отдельно. А трата эта совершенно лишняя для империи.

- Я с тобой совершенно согласен. И жить мне лучше дома. И тратить эти деньги именно на моё проживание было бы расточительством. Однако последнее предполагает, что правильнее потратить их на что-либо полезное. Не так ли? Так моя нужда в этих деньгах и есть не личная, а отнюдь государственная. Для той армии, которая мне потребуется, необходимо будет, как я уже говорил, всё совершенно иное: оружие, оснащение, и прочее, гораздо лучшее производство. Вот на это я и намерен тратить положенные средства. Это ведь будет тратой не на мою особу, а тратой на государство?

Начав организацию своего подразделения, Младший объявил Сандро, что он нужен "в тылу". А "повидать заморские страны" он может и заимев яхту. К радости его родителей Сандро поддался на волю Младшего и оставил морское обучение.

Сергей Мих. стал помощником Младшего, будучи воспитан им и переняв все его воззрения в области артиллерии, в сентябре 1885го поступив в Михайловское арт. училище.

кончились полномочия Даниловича. Наставником-попечителем стал отец, ибо наследник стал слишком деятельным для компетенции иных, особенно таких, как Данилович.

1884

генерал-майор Вельтищев Василий Александрович.

Генерал-лейтенант фон Нотбек Владимир Васильевич

Генерал-майор Бестужев-Рюмин Василий Николаевич. Начальник Императорского Тульского оружейного завода (1876-1889). Находясь на должностях помощника начальника и начальника Императорского Тульского оружейного завода, внёс большой вклад в обеспечение обороноспособности России. Создаваемая в 1870 Тульская оружейная школа, как можно скорее должна была начать выпускать для русской императорской армии собственные кадры оружейных мастеров. Когда 19 марта 1891 комиссионно решался вопрос о принятии на вооружение нового типа винтовки, большинство (14 против 10ти) проголосовали за винтовку Нагана. Бестужев-Рюмин добился того, что на вооружение принята винтовка Мосина. Как указывал Бестужев в отзыве, 'винтовка Мосина проще и дешевле в изготовлении, и производство её можно наладить гораздо быстрее'.

В 1886 генерал-лейтенант Горлов Александр Павлович вышел в отставку по состоянию здоровья

генерал-лейтенант Чебышев Владимир Львович. В 1859 после окончания Михайловской артиллерийской академии по I разряду произведён 'за отличие в науках' в поручики гвардии и назначен репетитором Михайловской артиллерийской академии и штатным преподавателем Михайловского артиллерийского училища. С 1862 назначен штатным преподавателем МАА, в 1863 произведён в штабс-капитаны гвардии, в 1864 в капитаны гвардии, в 1865 в полковники гвардии. В 1867 назначен адъюнкт-профессором МАА и членом Артиллерийского комитета при Главном артиллерийском управлении. С 1869 помимо преподавательской деятельности назначен членом Главного комитета по устройству и образованию войск при Военном совете Российской империи. С 1871 назначен экстраординарным профессором МАА с оставлением в должности члена Артиллерийского комитета. В 1875 'за отличие по службе' произведён в генерал-майоры и назначен ординарным профессором МАА с оставлением в предыдущих должностях. В 1881 высочайшим приказом получил звание заслуженный ординарный профессор и назначен почётным членом Конференции МАА. В 1885 произведён в генерал-лейтенанты, в 1892 в генералы от артиллерии с увольнением в отставку. Автор свыше 70 научных работ. С 1861 по 1895 вместе с В. Н. Бестужевым-Рюминым был одним из основателей и редакторов 'Оружейного сборника'. Журнал, выходивший четыре раза в год на протяжении нескольких десятилетий, стал настольной книгой для многих поколений оружейников. В нём просто и доходчиво излагались вопросы истории оружейного дела в России и мире, сообщались сведения о разработках и образцах оружия, чертежи и др. Награждён всеми орденами Российской империи вплоть до ордена Белого орла высочайше пожалованного ему 30 августа 1891.

Армию и вправду пришлось создавать новую, поскольку с прежней поделать ничего было нельзя, кроме некоторых "работающих" генералов, самохотом попросившихся в новую, да провинциальных полков. Старая армия гораздо полезнее оказалась в роли антагониста новой, явственно демонстрируя как служить нельзя.

Со старой армией не контактировали, тренировались закрыто.

Сперва занимаются с "револьверами Смит-Вессон, офицерского образца, тройного действия" с полуобоймами, для которых расточены барабаны. Потом приделывают к нему магазин, новый патрон и вкладыш ствола. Потом трёхзарядный барабан с новой узкой рамкой без шарнира.

Вводит в полку форму вообще без каких-либо знаков: формой почти обычную, но серо-зелёную, без каких-либо цветных элементов; значительно более короткие сапоги на кнопках; короткую куртку со стоячим воротником на кнопках; шаровары в сапоги; летнюю ермолку-четырёхклинку. Зимой - четырёхклинный же тымак на 3 положения; куртка, стеганная на валяной вате (хлопковая вата уже была достаточно распространена), и такие же шаровары. В жаркую погоду - гимнастёрка.

Милютин: "Высшие начальники должны были потворствовать хозяйничанию полковых командиров, требуя иногда от них того, на что отпусков от казны не полагалось. Многие такие неправильности в хозяйстве вызывались непомерным требованием внешней щеголеватости на смотрах". В этом смысл формы Ал3. У Младшего тем более недостаточно денег.

- Некрасива? Да уж конечно. Драить пуговицы для победы при очередной Альме с такой формой не заставишь.

(Необходимость в практичной полевой форме показал анализ Русско-турецкой войны, в которой тысячи российских солдат погибли от переохлаждения. Возможно, именно тогда внимание впервые привлечено к 'телогрейкам', поскольку в Русско-японской войне в отдельных подразделениях русской армии у солдат уже были стёганые куртки. Другая версия: в Маньчжурии обратили внимание на удобные и теплые куртки местных жителей, подбитые хлопком, и стали закупать их у местных торговцев, а после демобилизации ватники разошлись по всей империи.)

Ремень и перекрёстные перевязи с маленькими подсумками. Итого 12 пачек, 312 патронов. Плюс седельный запас. Кобура седельная.

Лошадей лучших не требовал, согласен был даже на киргизских, лучше всего - казачьих.

Кавалерийскому делу не учил - только в седле держаться. Холодного оружия нет. Львиная доля времени уделяется стрелковой подготовке - благо, патрон "самопала" дешев. Много - бегу и преодолению препятствий. Особое упражнение, где всё это совмещено - бег по естественной местности с укрыванием и стрельбой по хаотично расставленным внезапно поднимаемым фигурам - особенно в составе группы.

Отделение из 3 секций по 4, один из которых - младший, коневод.

Задумывает пистолет-карабин на американский манер, как его потом иронично называли - "самопал". Гладкоствол, сгораемый патрон, безоболочечная пуля - всё это значительно удешевляет. Повод - сделать учебное ружьё, чтоб не расстреливать настоящих и не тратить дорогие патроны. Сперва магазин трубчатый подствольный сменный беспружинный, потом постоянный пачечного заряжания с выбросом пачки - в рукоятке.

Кстати, в своё время, в 1860е, перевооружение стрелковкой тоже велось под эгидой наследника цесаревича - Папа.

Мысленно находит место в рядах малокалиберному залповому орудию с механическим приводом - "механо". Его место - пехотное орудие вместо прежних картечных - его ведь не зря называют картечницей, оно ведь родилось именно как решение проблемы превосходства нарезного скорострельного ружья над прежним картечным орудием. То есть механо - это батальонное орудие. Конструктивная идея берёт всё самое лучшее от Гатлинга, Гарднера и Хочкисса и добавляет своё. Орудие, естественно, гранатное, как Хочкисс. Но гладкоствольное с удлинённым снарядом меньшего калибра и сгораемой, как у самопала, гильзой. Предвкушается эффективность его на Кавказе, для чего предлагают значительный угол возвышения.

Один из важнейших принципов нарождающейся армии - армия не должна знать наличных денег.

Последние 3 года посвящались:

- курсу Академии Генерального штаба: военные законы, стратегия и тактика ведения боевых действий, военно-уголовное право (от навигации просил уволить);

- курсу юридических и экономических наук государственного и экономического отделений юридического факультета университета, необходимых для государственного деятеля.

Младший самостоятельно занимался этими дисциплинами в силу особенности его игры, то есть к этому времени уже гораздо серьёзнее, чем предполагал курс обучения. Начиная от Клаузевица с Мольтке, и заканчивая изданиями об американской гражданской. В силу построения Наследником "потешного войска", ниспровергающего все основы, решено начать занятия военными предметами ранее, нежели то планировалось. Начать с тактики - Леер - для продвижения построения, артиллерии - Демьяненков - для продвижения системы вооружения, и работы штаба - Леер - для продвижения общей организации.

генералу Сухотину:

- Будем с вами обучаться тактике.

- Ваше Императорское Высочество решили изучать кавалерийскую тактику одновременно с пехотной?

- Почему кавалерийскую?

- Но ведь ваш покорный слуга - служитель кавалерии.

- Нет, Николай Николаевич. Вы у нас - подвижник драгун. Вот и будем мы с Вами изучать тактику - да, кавалерии, но только спешенной.

С 1 сентября 1884го начал военное образование под руководством известных военных теоретиков в объеме курса Академии Генерального штаба.

Генерал от инфантерии Николай Николаевич Обручев, один из главных деятелей военных реформ 1860х, в течение 16ти лет (1881-1897) начальник Главного штаба и профессор Николаевской академии Генерального штаба, впервые в России ввел практические занятия по военной статистике и читал её наследнику. Стал главным советником наследника в военном деле. С "восторгом отзывался об уме и прекрасных душевных качествах своего ученика и неоднократно рассказывал о способностях Наследника Цесаревича к военным предметам и о его феноменальных знаниях в этой области".

Генерал Михаил Иванович Драгомиров - профессор тактики Академии Генерального штаба и учитель детей Александра II (в том числе и Александра Александровича), преподавал боевую подготовку войск. Пытался стать главным советником наследника в военном обучении, но не сошёлся с ним взглядами. Идею о превосходящем значении огневого действия он пренебрежительно называл "огнепоклонничеством". Сам выступал за превосходящее значение морального качества пехотинца.

Историю военного искусства читал профессор Академии Генерального штаба подполковник Александр Казимирович Пузыревский.

Генерал-майор Генерального штаба Павел Львович Лобко, профессор Николаевской академии и автор выдержавшего 18 изданий учебника "Записки военной администрации для военных и юнкерских училищ", в 1887м читал курс военной администрации. Он же читал Георгию Александровичу курс астрономии.

Геодезию, военную топографию и картографию преподавал заслуженный профессор геодезии Николаевской академии Генерального штаба генерал-майор Отто Эдуардович фон Штубендорф, один из самых известных военных геодезистов того времени.

Тактику читал профессор Николаевской Академии Генерального штаба полковник Павел Константинович Гудима-Левкович. Его хорошо знал император Александр III, при котором он состоял в Русско-турецкую кампанию.

Начальник Михайловской артиллерийской академии и училища (с 1881) генерал-лейтенант Николай Афанасьевич Демьяненков знакомил цесаревича с артиллерийским делом, ранее преподавал этот предмет детям Александра II великим князьям Александру, Владимиру, Сергею и Павлу Александровичам.

Профессор Академии Генерального штаба, член-корреспондент Академии наук генерал-лейтенант Генерального штаба Генрих Антонович Леер преподавал стратегию и военную историю.

От обучения фехтованию просил отставить. Также ради сосредоточенного изучения более важных, по его взгляду, дисциплин отложил на позднейшее фортификацию и военное законоведение, к каковым так никогда и не вернулся.

Беседы с военными преподавателями, особенно Обручевым и Леером, и возражения, основанные на самом передовом опыте: на собственном видении мольткинского генштаба и на опыте последних войн, особенно американской Гражданской. Приводит наставников в восторг, не всегда положительного свойства. Но иных "просто возвращает к жизни".

- Допустим, мы разжились всеми необходимыми для наилучшей армии средствами, в основном финансовыми. Будет ли прок в финансовом достатке, если он израсходуется по принципам нашего нищенского существования, по вчерашним убогим во всех отношениях принципам? Очевидно, что материальный достаток пойдёт впрок только при правильном принципе его использования, и первое, что для сего требуется - ещё прежде получения финансового достатка - тот орган, что установит сей правильный принцип, то есть военный руководящий орган.

- Не правда ли, Балканская кампания совместно с Берлинским конгрессом показали, что война для России сейчас подобна женитьбе: если у вас хватает денег только на саму свадьбу - даже с самой фешенебельной невестой, то следует считать женитьбу невозможной, ибо на самом деле требуется денег на порядок больше - для последующего содержания этой капризной персоны. Не так это для сильнейшего государства - для Британии. Не так это будет и для России, когда возродится её мощь.

- Наша армия есть сущим бредом. 1856й год есть совершенно естественным для неё исходом. 1878й - тоже; победа наша над жалкими турками рассыпалась в прах, стоило только рыкнуть английскому льву. С этой армией нечего и мыслить об ином. Отныне, если не озаботится приведением армии во вменяемое состояние - такое положение России следует считать навечным.

- Порой наши военные теоретики в угоду своим средневековым понятиям делают выводы сродни тому, что "белое темнее чёрного". Не верите? Пожалуйста. Положение первое: верноподданнейший доклад военного министра 1862го года гласит: во Франции 143 крепости и укреплённых пункта, а в Пруссии - 31. Положение второе: в 1870м Пруссия бьёт Францию. Ну, и какой же вывод в сем простейшем логическом упражнении делают наши военные теоретики? А очень простой: крепости не потеряли своего значения, следует их множить и улучшать! Понимаете? Неужели во всей армии несуразность сего очевидна одному только генерал-майору Лобко?

"На расстоянии 250 сажень картечь действует слабо, стрелки же, напротив, в состоянии поражать целой третью своих пуль; следовательно, артиллерии придется брать большую дистанцию и реже действовать картечью". - О вооруженной силе и её устройстве. - Обручев, Военный сборник, 1858, ?1. Итак, артиллерии придётся брать большую дистанцию. И не картечью. А стрелки на 250 саженях поражают только третью пуль, то есть даже не на "троечку" - дальше и того хуже.

"Ясно, однако, что при увеличении дальности действия малые калибры в артиллерии должны быть постепенно вытеснены большими, и самая подвижность батарей должна быть увеличена. Следовательно, и в организации значительных частей артиллерии, число батарей больших калибров должно взять решительный перевес над батареями легкими..."

После Крымской, в конце 1850х генерал-фельдмаршал князь Александр Иванович Барятинский предложил преобразовать военное устройство на основе прусской системы. Она заключается в том, что все части войск территориальные и комплектуются на месте. Приготовления к боевой деятельности находятся в руках корпусных командиров, подчиненных непосредственно королю прусскому. В распоряжении императора находится генеральный штаб с начальником Генерального штаба (Мольтке); при императоре состоит походная канцелярия, служащая промежуточной инстанцией между императором и корпусными командирами, которым император и отдает непосредственно приказы, иногда совещаясь с начальником Генерального штаба; все военные планы составляются в Генеральном штабе. Административная часть выделена от боевой и находится в ведении военного министерства, управляемого министром на общеминистерском основании.

План этот он передал императору Александру II и получил одобрение. Барятинского подержали великие князья Михаил и Николай Николаевичи.

После 1860го Барятинский долго находился за границей, но летом 1859го он предложил Александру II на пост военного министра генерал-адъютанта генерал-лейтенанта графа Дмитрия Алексеевича Милютина, начавшего проводить не программу Барятинского, а принятую во Франции систему военных округов без отделения административной части от военной, в которой всё, касающееся войск - как административная часть, так и чисто военная - переплетается, и обе они находятся в распоряжении одних и тех же начальников дивизий, подчиненных начальникам военных округов, номинально подчиненных монарху, но, в сущности, военный министр, держа все военные части в своих руках, является главой всего военного дела. На план создания Петербургской, Московской, Варшавской и Киевской армий вместо соответствующих округов Милютин заявил, что он будет вынужден покинуть занимаемый пост. Александр II принял сторону Милютина. Однако Милютину тоже пришлось пойти на определенные уступки и согласиться на восстановление в пограничных округах в мирное время корпусов, командиры которых, впрочем, подчинялись командующему войсками округа.

До Милютина Военное министерство состояло из следующих основных департаментов: инспекторского, ведавшего личным составом и внутренним устройством войск, за исключением артиллерийских и инженерных частей, не подчинявшихся военному министру; Генерального штаба, занимавшегося вопросами дислокации и размещения войск; провиантского, действовавшего лишь в районе внутреннего управления (в военное и в мирное время существовало деление войск на армии. До 1833 имелись две армии, позднее - одна под названием 1й или Действующей армии. Эта армия состояла из трех-четырех корпусов, расположенных на территории Царства Польского и западных губерний. Армия эта не подчинялась Военному министерству и снабжение её продовольствием лежало на обязанности генерал-провиантмейстера Действующей армии); комиссариатского, ведавшего вопросами денежного и вещевого снабжения на территории всей империи, т.е. включая и Действующую армию; артиллерийского и инженерного, ведавших лишь хозяйственными вопросами всех видов, включая и обеспечение вооружением всех родов войск. Общее руководство артиллерией сосредоточивалось в руках генерал-фельдцехмейстера и его штаба; генерал-фельдцехмейстер имел право непосредственного доклада императору, стало быть не подчинялся военному министру. Такими же правами пользовался и генерал-инспектор по инженерной части со своим штабом, возглавлявший инженерные войска. Обе эти должности занимались лицами императорской фамилии и, естественно, пользовались полной самостоятельностью. Далее следует медицинский департамент и аудиториатский. ведавший военно-судебными делами. Военно-учебные заведения также не были подчинены военному министру и возглавлялись главным начальником военно-учебных заведений, имевшему права министра. Таким образом, говорить о единообразии управления не приходилось.

Ещё хуже обстояло дело с местными органами военного управления, которых фактически почти не существовало. Если на окраинах существовали своеобразные органы военного управления (Действующая армия - на Западе, Кавказская армия, Отдельный оренбургский корпус), то внутри империи они отсутствовали, за исключением некоторых департаментов, имевших свои "представительства" на местах, именовавшиеся либо комиссиями, либо округами. Собственно, функции этих "представительств" заключались в снабжении войск, расположенных в определенном районе, теми или иными видами довольствия, вооружения либо имущества. Однако районы этих округов и комиссий не совпадали, и одна и та же часть войск, расположенная в определенном пункте, для удовлетворения своих нужд вынуждена была обращаться в разные места. Отсутствие местных органов военного управления, естественно, вызывало излишнюю централизацию, так как все вопросы должны были решаться в стенах Военного министерства.

В результате по Положению 1867 года создана система центрального военного управления. Вместо департаментов созданы главные управления, ведавшие целиком той или иной отраслью. Существовавшие параллельно должности генерал-фельдцехмейстера и генерал-инспектора инженерной части с их штабами упразднены, также уничтожен штаб главного начальника военно-учебных заведений, а его функции переданы Военному министерству и с этой целью образовано Главное управление военно-учебных заведений.

В итоге проведенной реформы аппарат Военного министерства сократился почти на 1000 человек, а канцелярская переписка уменьшилась на 45%.

Одновременно с реформой центрального управления созданы военные округа по Положению 6го августа 1864 года. Территория России разделена на 15 военных округов. Каждый округ являлся одновременно и органом строевого управления войск и органом военно-административного устройства, сосредоточив все функции военного управления и представляя собой военное министерство в местном масштабе. Управления округа: артиллерийское, инженерное, интендантское, военно-медицинское - подчинялись, с одной стороны, начальнику округа - командующему войсками, а с другой - соответствующим главным управлениям Военного министерства.

Военно-окружная система имела ряд преимуществ. Устранялась излишняя централизация управления - один из основных недостатков дореформенной военной администрации. На Военное министерство возлагались лишь общее руководство и контроль деятельности округов. А главное - военно-окружная система создавала большие преимущества в деле оперативного руководства войсками и обеспечивала быструю мобилизацию их. Кроме того, в случае войны военно-окружные управления могли преобразовываться в штабы действующей армии, что особенно важно для пограничных округов. В связи с созданием военных округов уничтожено деление войск на корпуса; высшей тактической единицей стала дивизия.

В связи с реформами разработано в 1868 новое 'Положение о полевом управлении войск в военное время'. По сравнению, с предшествующим уставом 1846 года оно уточнило функции главнокомандующего, освобождая его от руководства второстепенными административными вопросами, и предусматривало координацию деятельности штаба главнокомандующего с военно-окружными управлениями.

Естественно, что при системе Милютина Барятинскому нет места для военной деятельности в Российской империи. Начался спор сторонника Барятинского - Ростислава Андреевича Фадеева - с сотрудниками Милютина. Единомышленники Фадеева - такие выдающиеся генералы, как генерал от инфантерии граф Павел Евстафьевич Коцебу, генерал-адъютант генерал от инфантерии граф Александр Николаевич Людерс (Александер фон Людерс) и генерал-лейтенант Черняев.

Прусская система как образец для подражания особенно получила вес после побед пруссии в датской, австрийской и французской кампаниях. Сторонник её полковник Виссарион Виссарионович Комаров специально для борьбы с противоположной партией вышел в отставку и в 1871м основал газету "Русский мир", а с 1 января 1882 газету "Свет". В 70-80х в них печатались военные статьи, принадлежавшие по большей части Фадееву и частью самому Комарову (изредка писал и Черняев). В официальных журналах военного министерства возражали Обручев, Онучин, Анненков и др., по большей части вышедшие в генералы из офицеров Генерального штаба. Против Фадеева печатал "Голос" и некоторые другие. Таким образом, имели место разногласия между боевыми генералами и офицерами Генерального штаба. Фадеев вступил на путь полемики с военным министром Милютиным, вследствие чего ему не было места для военной карьеры в России.

Александр III, вступив на престол, вернулся к плану Барятинского. Но Барятинского уже не было в живых. Александр III сместил графа Милютина и назначил военным министром Ванновского, а вместо графа Гейдена назначил начальником Генерального штаба Обручева, ближайшего сотрудника Милютина, что показывало, что министр будет смотреть на дело глазами Обручева, более образованного и подкованного, нежели его начальник. Тем не менее, вопрос о преобразовании военного устройства по предложению Барятинского поднят и рассматривался на Особом совещании под председательством сторонника переустройства генерала графа Коцебу. "...собирается в будущем месяце комиссия для обсуждения дальнейших преобразований по военному ведомству, вследствие выраженного Государем, при самом назначении генерала Ванновского военным министром, непременного желания совершенно переделать все существующее военное управление". "По словам князя Имеретинского, сам Государь, по-видимому, не имеет ясного понятия об основных началах военной администрации: заявляя генералу Ванновскому свою волю относительно преобразования военного управления, он будто бы сказал, что хочет возвратиться к тому порядку, который существовал при императоре Александре I и который будто бы сходен с прусскою системой". Совещание не имело требуемых последствий, поскольку Ванновский и Обручев настаивали, что такое крупное преобразование сразу неудобно, что это расстроит всё военное дело. Ванновский обещал сделать понемногу, но ничего не делал.

- Позиция Дмитрия Алексеевича известна. И она ещё была бы понятна, если бы он был министром подчинённого министерства. Да и то, даже только в обеспечении наших войск он лично имел положение более чем пассивное. Но ведь своими принципами он установил себя - министра - выше штаба, выше любого стратегического и оперативного требования! И с этой позиции он вёл себя уже совершенно созерцательно, никак не влияя, даже не пытаясь вмешаться в ход действия. И это не удивительно. Ведь весь опыт его предыдущей деятельности, начиная с кавказских дел, воспитал в нём представление о роли начальника штаба, о своей собственной роли, как о чиновничьей, о роли держателя канцелярии при малоактивном способе действий, совершенно свободном от оперативной деятельности. Потому вполне естественно его допущение о подчинении начштаба-чиновника более высокому рангу чиновника-министра. Не весьма способствовала организационной деятельности Военного министра и склонность моего августейшего деда всегда и везде держать Дмитрия Алексеевича при себе, причём исключительно в политическом смысле. Обязанности же именно как военного министра исполнялись в виде отрывочных слабоэнергичных акций, что не могло поставить деятельность ведомства на хоть сколь-нибудь отдалённо регулярную основу. По прочтении докладов Дмитрия Алексеевича осталось впечатление, что буде выдвинуты предложения совершенно обратного смысла, но столь же обильно снабжённые эпитетами "улучшение", "упрощение", "экономия", и им подобными, то они возымеют в точности ту же самую внешнюю видимость - видимость старательной деятельности и радения.

- Я нахожу состояние нашей армии совершенно бредовым.

Младший предлагает систему, идущую ещё далее Барятинского и прусаков: совершенную ликвидацию Военного министерства и подчинение его управлений генштабу.

- Вот это будет идеальное воплощение слитности, однородности и ликвидации излишеств. Надобно устранить невероятное, нелепейшее предположение, что армией может управлять кто угодно, но только не те, кто обязан будет повести её с началом боевого действия, не те, кому непосредственно она есть инструментом. Собственно, это соответствует объединению в одном лице должностей начальника главного штаба и военного министра, только лишь с акцентом на логику подчинения устройства армии требованиям боевого действия.

- Существуют две области государственной деятельности, не могущие осуществляться механическим исполнением законов, а являются особыми творческими, требующими самой крайней степени оперативности - это внешняя политика и военное дело. В этих областях министерства неуместны.

Формально позиция Младшего согласна с решением Родителя провести устройство по плану Барятинского, особенно на начальном этапе, отчего он и получает от Родителя "добро".

Не видел принципиальной разницы между территориальными корпусами и округами. Да и по плану самого Милютина (Положение 4 августа 1864 г.) в случае войны военно-окружное управление подлежало преобразованию в штаб действующей армии.

- Разве не логично заведомо иметь в виду, что командир округа и командир создаваемого на его базе соединения - одно лицо? Разве не логично, что боевая и административная составляющие округа должны быть настолько же интегрированы, насколько они должны быть интегрированы в создаваемом на базе округа соединении? Не является ли "округ" "сущностью без необходимости"? В чём здесь вообще проблема? Только в имевшемся у Дмитрия Алексеевича стремлении занять положение? Объясните мне, что такое "округ", и я скажу вам, что с ним следует делать. Если командующему округом подчинены все войска округа, то "округ" - не более чем бессмысленное переименование корпуса. Стоит ли переименование выдавать за революционное реформирование? Если же округ - лишь местное управление, то тогда наша "реформа" выглядит ещё более странной, ибо если глупость подчинения генерального штаба хозяйствующему министерству понятна ещё не для всех, то подчинение боевого подразделения собственному тылу смешно даже коню.

"Деятельность военного руководства не может быть случайной. Согласен с вашим стремлением "слить вместе части, однородные по кругу действий, и уничтожить лишние наросты, которые в течение времени образовались более или менее случайно, без общего плана". Но делать это на базе министерства, на основе хозяйствования, на основе обслуживающей функции - никак невозможно - только на базе генштаба, на основе первопричинной боевой функции".

Ал3 сказал: "...мы в военном отношении далеко отстали от Пруссии и, к сожалению, скорее ближе к французской организации" - тем самым давая оценку всему. В его дневнике за 1868: "Перед завтраком заезжал к фельдмаршалу Барятинскому для откланивания. Просидел у него целый час и говорили о теперешнем общественном направлении и много говорили о войсках и в особенности армии. Фельдмаршал очень здраво смотрит на все это и в особенности на войско, потому что эта часть ему очень близко знакома. Очень интересный разговор был вообще..."

Более того, ещё в конце 1872го по Августейшему распоряжению Главный штаб представил проект организации армии по прусскому образцу.

Но согласен с милютинским способом военного образования. До Милютина существовала практика получения офицеров из дворянских кадетских корпусов, в которых обучали с раннего детства, и из вольноопределяющихся остальных сословий, которые не имели достаточной подготовки и не имели способа её в дальнейшем повысить. "...ни для одного рода занятий не имеет такой важности сердечное к нему призвание, как для военного ремесла". "Воспитание отроков должно совершаться дома и в заведениях гражданских. Заведения же собственно военные могут существовать только с одной целью: доставлять научное, специальное образование тем молодым людям, кои почувствуют в себе призвание к военной службе". Наиболее эффективным типом специально-военных учебных заведений Милютин считал юнкерские школы в проектируемых военных округах, поступать в которые должны уже получившие общеобразовательную подготовку "не ниже гимназического курса". В результате созданы военные (юнкерские) училища. В 1868 в стране действовало уже 13 юнкерских училищ, и именно их выпускники составляли большую часть строевых офицеров. Однако после отставки Милютина в 1881м произошло обратное преобразование.

----------------------------------------------------------------------------------------

Лееру:

- Вот Вы говорите: "Перевороты в тактике были не столько следствием умозрений и учёных кабинетных исследований, сколько делом войны и гениальных полководцев". С тем, что улучшения выдают себя с войной и с полководцами - с этим спорить не приходится. И следует, по всей вероятности, понимать принятие Вами факта проявления новшества за факт его создания. Однако тут же, вернее, ещё предваряя это утверждение, Вы его сами и разбиваете, указывая на пропасти времени, прошедшие между изобретениями и принятиями на вооружение штыка, капсюля, железных дорог и прочего. То есть Вы признаёте, что все эти усовершенствования порождены отнюдь не "делом войны" и не "гениальными полководцами", а именно "умозрениями и учёными кабинетными исследованиями" и в конечном итоге таки приняты. Таким образом роль ваших так называемых "гениальных полководцев" состоит лишь в глупости. В глупости долгого сопротивления новшеству. Вот в чём истинный итог. Тот же факт, что внедряет новшество в практику не кто-нибудь, а именно полководец - при любом, заметьте, случае: как при долгом его неприятии, так и при принятии его немедленно по изобретению - в том нет никакой заслуги ни полководца, ни даже военной ситуации. Это вопрос осознания. Осознания выгоды усовершенствования. Как раз если выгоду усовершенствования заставляет осознать только "дело войны", то это характеризует "гениальность" полководца с нелучшей стороны: что ваши "гениальные полководцы" не только ничего не способны породить, но и даже давно готовое принимают, только когда петух клюнет. Наоборот, "дело войны" обязано быть свободным от каких-либо новшеств - все новшества должны быть приняты ещё до её начала, а война обязана осуществляться столь скоро, что никакое новшество в момент её течения не может успеть быть произведено. Если при течении войны обнаруживается необходимость какого-либо изменения, это значит, что ваш "гениальный полководец" перед войной, когда именно и должна осуществляться вся, до последнего действия, работа по устройству армии, принятие всех новшеств - ваш "гениальный полководец", извините за слово, эту работу просрал. То есть попросту не выполнил единственного своего предназначения.

- Далее видно отношение Ваше к военной науке вообще в словах: "Выводы..., основанные на опыте минувших переворотов в тактике, послужат нам некоторым указанием к исследованию (а не решению)..." Но разве военное дело не настолько практично, чтоб допускать исследования, не обязательные решением? Разве выражаясь таким образом, вы сами не ввергаете себя в "умозрения и учёные кабинетные исследования"?

- Вы говорите, что теперь, то есть в мирное время, решить вопрос какого-либо улучшения невозможно, ибо невозможно согласовать бесконечно разные мнения. Но разве подготовка армии заканчивается мнениями? Разве не должно иметь практических занятий, максимально приближенных к реальному бою? Разве не следует как можно тщательнее проверять хорошие решения уже при их рождении, чтобы в дальнейшем не тратить средства на заведомо ошибочные изобретения? Когда ещё будет война? А, судя по вашему мнению, мы не должны были бы начинать массовое производство тех же "берданок" до того, как они оказались бы проверенными в турецкой кампании. Однако если бы мы не получили их до кампании, как бы мы могли их проверить?

- Вообще, идея, что принятие решения до начала войны невозможно, что ход войны нельзя предсказать, и для решения требуется ожидать складывания ситуации - это наиболее нелепая и наиболее пагубная идея умозрительных военных теоретиков. Была бы, если б ей кто-либо когда-либо подчинялся. Ибо тогда следовало бы признать невозможной никакую преждевременную подготовку к войне, да и сама война, к счастью человечества, не могла бы начаться, ибо каждый военачальник стал бы ожидать действий противника, чтобы те "прояснили ситуацию", и никто не смог бы сделать первого шага. Но на практике эта идея "ожидания ситуации" не работает. Каждый успешный военачальник стремиться начать действие по собственному предварительному плану в надежде опередить действием противника, захватить инициативу и ограничить противника одной лишь вынужденной реакцией на свои действия. То есть не следовать ситуации, а создавать её самому, быть её хозяином. Это правильно, и подготовка к войне должна развивать именно такое отношение к понятию "ситуация", развивать до возможной крайности.

1885. Прессование жидкой стали - весьма прекрасный способ уничтожения пузырей и прибыльной части, но, к сожалению, первоначальное устройство пресса обходится весьма дорого; лишь большие заводы могут обзаводиться прессом Уитворта. На Обуховском сталелитейном заводе в Петербурге уже несколько лет успешно работает пресс Уитворта. Прессуются болванки преимущественно для орудий среднего калибра. Особенно выгодно прессовать инструментальную сталь, которая при отливке в обыкновенные изложницы даёт часто прибыль, равную половине высоты болванки, которую приходится отбрасывать. При прессовании почти вся болванка идёт в дело. Непрессованная сталь с таким содержанием углерода никогда не даст такого процента удлинения, какое получается при испытании прессованной стали. Хорошо прессованная болванка почти не имеет усадки.

1885

Мосин представляет новый затвор и ствольную коробку, т.е. новую винтовку на 12 патронов с заряжанием через окно в затыльнике приклада под штатный 4,2 лин. патрон, которая признана Особой Комиссией "новым типом ружья и вполне достойной того, чтобы быть принятой на вооружение".

в марте полковник Роговцев разрабатывает 3,15-линейный (8 мм) патрон на базе штатной "бердановской" гильзы с переобжатым до 8 мм дульцем. Патрон Роговцева снаряжался более мощным дымным порохом, с увеличенным содержанием селитры, и пулей в медной оболочке со свинцовым сердечником. Вес заряда пороха - 5 г, вес пули - 13,6 г. Между зарядом и пулей находилась картонная прокладка-пыж. Длина пули - 3 1/5 калибра (приблизительно 25,5 мм). Нач. скорость - 550 м/с. Патроны выпускались серийно Петербуржским Патронным заводом (первые 4 партии по 1900 патронов с различными вариантами пуль - цельносвинцовой (95% свинец, 5% олово) и в медной оболочке с сердечниками разной твёрдости).

Проведённые с патроном Роговцева опыты на стволах с разным шагом нарезов не выявили существенного превосходства перед штатным 4,2-линейным патроном, и в первую очередь из-за применения дымного экспериментального пороха с повышенным содержанием селитры, агрессивного по действию на металл стволов. Что, возможно, избавило Россию от "двойного перевооружения" (сначала переход на уменьшенные калибры с патронами на дымном порохе, затем - на патроны с нитропорохами), через которое прошли Австрия и Германия.

1885 (17) - флот.

1886м [18] - Царское Село. В результате тренировок один из взводов Цесаревича демонстрирует на первом соревновании взводов огромное преимущество. Царское Село. Его полурота среди гвардейцев. Странное всё. Скепсис. Один взвод соревнуется с другим. Победивший из них соревнуется с гвардейцами.

Однако, поскольку соревнования проходят по его методике, не все признают их результат достаточным показателем необходимости изменений в армии. Он предлагает провести соревнования по любой другой методике, лишь бы она была близка к реальным боевым условиям. Ничего кардинально отличного никто предложить не может.

по итогам соревнования - полковник, увеличил своё войско до батальона.

1886

модификация Мосина рекомендована к производству серией 1000 штук для широких войсковых испытаний.

С принятием в 1886 во Франции "секретной" магазинной винтовки Лебеля под 8 мм патрон на бездымном порохе, стрелковое оружие выходит на новый качественный уровень - почти вдвое увеличенна дальность прямого выстрела и действенного винтовочного огня на дальних дистанциях, не оставляют шансов системам на дымном порохе.

Комиссия испытывала присланную профессором Хеблером винтовку калибром 7,5 мм, с оболочечной пулей и прессованным черным (дымным) порохом. Начальная скорость пули составляла 630 м/с. Пуля пробивала 27-36 однодюймовых досок.

Младший обратил внимание, что некоторые подразделения, например, казацкие, носят винтовку, завёрнутую в неяркую ткань или шерсть - с одной стороны для предохранения от грязи, с другой стороны для маскировки блеска стали.

1887

в сентябре закончена Винтовка обр. 1888 года - уменьшенного калибра, под 3,15-лин. патрон Роговцева.

в мае скончался Вельтищев

Что касается убойного действия "учебных самопалов", то оно доказано на показательных... охотах, где действовало по оленям и кабанам не хуже любого другого.

1887 следующее соревнование - генерал-лейтенант, дивизия

1887-88 (20й) потрачен на написание работ:

- дипломной по юриспруденции "Положения Основных Законов";

- дипломной по экономике "Экономическое развитие";

- дипломной по тактике "Новый рассыпной строй", в которой анализируя опыт американской Гражданской, Австро-прусской и Франко-прусской войн описывает исключительно огневую тактику групп, основанных на действии новой пехотной картечной артиллерии, и принципиально отличающуюся от прежней рассыпной тактики, представлявшей собой всего лишь разрежение всё тех же строгих построений, а также - в связи с особенностями этой новой тактики - беспочвенность надежд на увеличение дальности стрелкового огня, на что весьма полагались с распространением винтовки; вывел исключительность для пехотной артиллерии прямого настильного огня по индивидуальной открытой цели, названной им "угрожающей", и стало быть, калибра значительно меньший 3х дюймов (полковник (впоследствии генерал от инфантерии) Л. Л. Зеделлер во время Франко-прусской войны находился в качестве наблюдателя при германской армии и имел возможность оценить действенность казнозарядного оружия. Он пришел к выводу, что "одиночный огонь есть [теперь] главный вид боевой стрельбы");

- магистерской по артиллерии "Размещение батарей вглубь", в которой вывел полевую артиллерию дальнего бросания калибром значительно больше 3х дюймов, специально приспособленную для непрямого перекидного "бомбического" контрбатарейного огня из загоризонтной глубины своих порядков.

- докторской "Генеральный Штаб", в которой поражением в Крымской войне и малоудачным ходом Русско-турецкой войны обосновал необходимость военной реформы и возвышения роли генерального штаба, подобных реформам Шарнхорста после поражения Пруссии в Войне Четвёртой Коалиции. Данная работа прекратила порочную практику отказа от изучения последних по времени сражений Русско-турецкой войны из-за стремления академического руководства исключить критику действий здравствующих ещё руководителей операциями на Балканах. Намечена "антимилютинская" реформа высшего военного управления.

По защите последней работы произведён в полные генералы.

Самое замечательное в военных работах Младшего было то, что все военные труды до тех пор были по сути военно-историческими, в лучшем случае не уходя от всего лишь анализа прошедшего опыта, а то и просто констатируя его. Младший же, да, использовал такой анализ, но это был анализ крайне конкретных пунктов, и то только с целью последовательно подвести к современному состоянию изучаемого вопроса. Но далее рабочая часть каждого его труда представляла собой прогностическую выкладку, практическое руководство для дальнейшего построения армии, интерполирующее в будущее лишь достижения самые последние, оставляющие за рамками классическое военное искусство (главенство механического верстового огня малокалиберным разрывным снарядом и индивидуальный исключительно огневой бой короткоствола), а то и найденные им самим (бомбарда загоризонтного бросания). Прежде подобных прогностических исследований в военной науке не бывало.

Все три работы по военному делу огласке не подлежали.

готовится распространить свой строй на округ - после поездки. Причём округ хочет в центре России - за Уралом. В основном в целях сохранения тайны. Но и в целях проведения главных военных мероприятий в равноудалённом от всех границ месте. Также - чтобы не вызывать возмущений германо-Австрии по поводу военных приготовлений у границ.

Кавалерийская трёхствольная картечница Норденфельта. Орудия эти в настоящее время приняты во всей английской армии для сопровождения кавалерии, имеют целью восполнить собою весьма важный пробел в действии кавалерии, именно отсутствие меткого и напряженного ружейного огня, столь существенного в современных сражениях.

От кавалерийских картечниц ожидают весьма больших выгод: подвижность их (вес орудий с лафетом, двумя лошадьми и 1000 патронов составляет всего лишь около 40 пудов - 640 кг) даёт им возможность, не отставая, повсюду следовать за кавалериею, а способность метко выпускать до 450 выстрелов в минуту обеспечивает сопровождаемому ими кавалерийскому отряду сильное огнестрельное действие. Наконец, в крайности, орудие это стреляет при неотпряженных лошадях и, следовательно, не рискуя попасться в руки неприятелю, может подготовлять атаку огнем с близкого расстояния, а также - в случае неудачи - прикрывать отступление.

Особо примечательно следующее мнение: "Но главное их преимущество заключается в необычайной лёгкости и подвижности, вследствие чего они с успехом заменят конную артиллерию на пересеченной и трудно доступной местности, где будет невозможно или слишком затруднительно действовать конными орудиями". Но раз картечница заменит обычную артиллерию "с успехом", то почему только на пересёчённой местности? Не выгодно ли "заменять с успехом" везде?

Июнь 1888. Пока Младший был в Америке, в Туле произведена успешная проба первой изготовленной в России флотской револьверной пушки Хочкисса.

В 1889 Россия закупает винтовки Лебеля для экспериментов, что позволяет в кратчайшие сроки создать собственный ствол уменьшенного калибра (8 мм) и прототип патрона с бездымным порохом на основе лебелевской гильзы (за основу взят внутренний объём), а затем и трёхлинейные патрон и ствол. В октябре 1889 образована Комиссия для выработки образца малокалиберного ружья под руководством генерал-лейтенанта Чагина, занимавшаяся экспериментальными разработками.

По окончании конкурса и подключения к обсуждению "тяжеловесов" в лице Инспектора оружейных и патронных заводов генерала Бестужева-Рюмина и Заслуженного ординарного профессора Михайловской Артиллерийской Академии генерал-лейтенанта Чебышева, которые высказали своё положительное мнение о

рекомендована к принятию на вооружение. Ванновский вынес резолюцию: "Согласен и я, но решение сего важного вопроса зависит от благоусмотрения Государя Императора".

Гатчинские войсковые испытания в присутствии "Государя Императора Александра III, Императрицы Марии Федоровны и Великого князя Михаила Александровича, Военного Министра и других высших начальствующих лиц" прошли 6 апреля

Винтовки отстреляны в тире Поверочной Комиссии Петербуржского патронного завода и уже 8 апреля переданы для войсковых испытаний стрелкам из Измайловского, Павловского, Самарского полков лейб-гвардии. Испытания прошли успешно, и 9 апреля Оружейный Отдел вынес своё решение по винтовке: "Представленное Отделу ружьё может служить руководством для изготовления на Императорском Тульском Оружейном Заводе справочных..."

Военный министр генерал Ванновский, всерьез считал излишним введение магазинок. Он рассуждал так: "Запад нам не указ; мы и с однозарядными сильнее. Солдат мы учим: стреляй редко, да метко". Кроме того, министр боялся большого расхода боеприпасов. Во время беседы с председателем комиссии генералом Чагиным он однажды признался: "Скажу вам по совести, Александр Михайлович, мало я верю в магазинные ружья. Излишний расход патронов!"

Драгомиров, являлся противником не только магазинных ружей, но и огнестрельного оружия вообще, которое отвечает лишь самосохранению, тогда как штык - самоотверженности. Драгомиров писал: "Все усовершенствования огнестрельного оружия ведут только к тому, что пуля становится несколько менее дурой, но молодцом она никогда не была и никогда не будет". В статье "Армейские заметки" Драгомиров называл стрельбу из магазинных винтовок "бестолковой трескотней", а магазинки считал оружием хуже, чем однозарядные винтовки, так как они тяжелее и сложнее однозарядных, требуют длительного времени для перезаряжания магазина. Эти именитейшие противники малокалиберной магазинной винтовки действовали весьма наруку Младшему, оттягивая её введение в армии. Тем временем, никак не посягая на позиции однозарядки в имрераторской армии и даже поддерживая противников магазинки, Младший готовил более совершенную модель "учебного самопала" для массового производства.

Чебышев В. Л., Главные вопросы по ружейной части. - Оружейный сборник, 1882, ? 3; 1883, ? 2; Заметка по вопросу по употреблению магазинных ружей. - Военный сборник, 1887, ? 3; Новая попытка к соглашению мнений по вопросам, вытекающим из свойств ружейного огня. - Оружейный сборник, 1889, ? 4. Чебышев подчеркивал, что магазинные ружья отвечают идее скорострельности, а преимущества скорострельности показали прусско-датская и прусско-австрийская войны. Игольчатая винтовка Дрейзе с ее унитарным патроном нанесла такой урон датчанам и австрийцам, что заставила умолкнуть всех противников скорострельности. Современные магазинные системы несовершенны, писал Чебышев, но он все же ратовал за их испытания, которые покажут преимущества быстро сменяемых магазинов.

Бездымный порох в России уже изготовлялся. С июня 1889 его производил Охтинский завод, производили его и на Бондюжском заводе.

Академия порохов Менделееву. Под его (её) управление - предприятия.

До убийства деда, а точнее - до осознания причин, лет до 15 играл за абсолютную монархию. Просто потому, что считал, что так честнее - он ведь единолично принимает решения по своему виртуальному государству. Но лет с 15 стал широко имитировать совещательную деятельность, в качестве советников привлекая других игроков, играющих в целом за свои собственные государства.

Последнее привело вскоре к абстрагированию от спичечных коробков и к сосредоточению на обсуждении моментов правления. Обсуждали сведения из изданий. Верховодил, как обычно Сашка, и особенно топил за его любимую Америку и сведенья времён их Гражданской войны.

Вообще, убийство Императора повзрослило "картофель". Никто не сговаривался, но стало как-то невместно играться коробками. Игра их в "государства" выродилась из "коробково-солдатиковой" стадии в "изустно-бумажную". Коробки-солдатики ещё какое-то время лежали по углам в ящиках, и ещё иногда заговаривали, что "хорошо бы с весны выйти, сразиться". Даже много чего напридумывали для "коробковых" армий - начиная от ручного огнестрела в одну дробину для каждого коробка и картечниц с фульминантом из бертолетовой соли, заканчивая огромными картонными броненосцами и "поджигательными" снарядами против них. Однако теперь всецело захватили беседы о настоящем оружии, настоящих государствах, и на "коробковые" не хватало уже ни времени, ни интереса. Теперь - опять же, не сговариваясь - вместо "а в моём государстве будет так-то" стали говорить "считаю, что надобно так-то", по-за словами имея в виду "для России".

Для достижения максимально высокого темпа следует укладывать действия по достижению критического перевеса в свою пользу в набор только таких задач, которые в принципе могут быть выполнены в требуемом темпе. Невозможно отвлекаться на задачи, которые не могут быть выполнены достаточно быстро, не дают моментального эффекта и не являются критичными в порядке достижения общей цели. Перечень приемлемых высокоэффективных массированных задач довольно ограничен и легко определяем. И типы оружия нужны только те, которые наиболее эффективно выполняют именно эти критические задачи. Всё остальное - не просто инертный хлам, но преступление, из-за которого армия недополучит действительно нужного оружия.

Формула количества: при планировании операций количество боевых средств критических типов должно представляться неограниченным. Это обеспечивает свободу в выборе способа действий и, следовательно, оперативно-тактическое превосходство.

Соответствующий рост количества боевых средств критических типов достигается ограничением их номенклатуры.

Формула номенклатуры:

1. определяется как можно более узкий круг задач, выполнение которых действительно критично для достижения общей цели операции;

2. ищется тип оружия, наиболее пригодный для найденных задач;

3. ищется возможность отказа от выполнения той части задач, для которых выбранный тип оружия не является оптимальным;

4. определяется та часть среди оставшихся задач, от выполнения которых отказаться невозможно;

5. ищется другой тип оружия, возможно более унифицированный с предыдущим, наиболее пригодный для оставшихся задач -

и так, пока все критичные задачи не окажутся перекрытыми.

формула номенклатуры позволяет уменьшить номенклатуру оружия до лишь нужных типов, что:

- сосредоточит силы и средства на разработке лишь нужных типов оружия, что приведёт к опережающему их развитию;

- сосредоточит силы и средства на производстве лишь нужных типов оружия, что даст максимальное их количество;

- упростит снабжение и, следовательно, повысит его надёжность.

01.01.1881 - 30.08.1887 делопроизводитель канцелярии военно-ученого комитета Главного штаба.

с 23.05.1881 ординарный профессор Николаевской академии Генерального штаба

С 30.08.1887 - генерал-майор.

21.07.1891 - 24.11.1894 состоял при военном министре для поручений по кавалерийской части.

16.02.1892 - 24.11.1894 - заслуженный ординарный профессор Николаевской академии Генерального штаба

24.11.1894 - 17.08.1898 - начальник 3й кавалерийской дивизии.

С 14.05.1896 генерал-лейтенант.

17.08.1898 - 14.04.1901 - начальник Николаевской академии Генерального штаба. При его непосредственном участии образована специальная комиссия Главного штаба для решения вопросов, связанных с изменением порядка комплектования и предназначения академии.

Чтобы позиционировать и определить огневые средства нужно рассмотреть соотношение целей и их характера с дальностями и их характером.

Первейшим соотношением дальностей с целями есть понятие, что до определённой дальности огонь ведётся по целям, видимым непосредственно, что позволяет корректировать огонь непосредственно и добиться точности, достаточной для поражения отдельной цели. Для таких дальностей необходимы орудия, а прежде - снаряды, предназначенные именно для поражения отдельных точечных целей.

На дальностях свыше цель становится загоризонтной, не видной непосредственно, что ведёт к опосредованному наведению, т.е. к невозможности точного наведения в отдельную цель. Поэтому огонь на такие дальности ведётся по крупномасштабным площадным целям. Для таких дальностей необходимы орудия, а прежде - снаряды, предназначенные для поражения именно крупномасштабных площадных целей.

В качестве цели поле боя может предложить лишь пехоту, дальность не превосходит дальности прямой видимости, и картечная пушка была тут лучшим орудием. Разница рождалась лишь вопросом мобильности: пехотное орудие подразделения могло перемещаться в бою солдатами, а батарейное гораздо менее подвижно.

Далее картечная артиллерия стала проигрывать в дальности нарезному стрелковому оружию, и появились митральезы и автоматы. Митральезами начали заменять пехотную артиллерию.

Развитие стрелкового оружия привело к разреженным пехотным порядкам. С этого момента пехотная артиллерия должна стала приучаться иметь дело с отдельными целями. Более-менее точечными. Ведь если, стреляя из картечных орудий по сомкнутым строям, достаточно было направить орудие примерно в центр построения, то теперь нужно было нацеливать автомат едва ли не в каждого отдельного солдата.

отдельного человека можно увидеть с 1,5 км, и это предельная дальность нацеливания механо в отдельных солдат разреженного строя. Крупное плотного строя подразделение при благоприятных условиях можно увидеть с 8 км - это предельная дальность стрельбы батарейных орудий по крупным площадным целям.

Итак, огонь по отдельным целям можно вести на дальность до 1,5 км, а свыше - уже только по площадным. И в принципе точечный огонь может быть обеспечен одними только автоматами. То есть батарейной артиллерии можно оставить только дальности свыше 1,5 км. Но принципом действия артиллерии есть "подъезжать как можно ближе и палить как можно чаще", а потому разделения по дальности не произошло. Шрапнель считается единственно необходимым снарядом артиллерии.

Основное назначение батарейной артиллерии - контрбатарейный огонь. Но теперь, при опасности для близко подъезжающей артиллерии от нарезного ружья следует отступить от правила "подъезжать как можно ближе" и использовать батарейные орудия с дистанций вне его досягаемости, как и вне досягаемости пехотной артиллерии противника.

Следует также применять оптические средства прицеливания и артиллерийскую разведку. Это расширит понятия о дальностях - точечное прицеливание до границ прямой видимости (8 - 10 км на открытой равнинной местности), а стрельба по площадям станет равнозначной загоризонтному огню.

1884

Крупп в Эссене взял патент на новый снаряд, который может сделаться особенно опасным для мониторов, а также для крепостных башен. Он имеет форму сахарной головы; остриё, помогающее ему разрезать воздух, делается из жести или из папки и разлетается в куски в самый момент удара, вся же суть - в плоской головке снаряда, которая бьет очень сильно. Снаряд может действовать под водой.

В Ла-Специи сделан опыт с кораблём новой конструкции, назначение которого состоит в том, чтобы гоняться за миноносками и таким образом служить защитою для военных кораблей.

24 сентября 1855го писано: "Моя душа полна отчаяния. Севастополь захвачен врасплох Севастополь в опасности Укрепления совершенно негодны, наши солдаты не имеют ни вооружения, ни боевых припасов; продовольствия не хватает. Какие бы чудеса храбрости ни оказывали наши несчастные войска, они будут раздавлены простым превосходством материальных средств наших врагов. Вот 30 лет, как Россия играет в солдатики, проводит время в военных упражнениях и в парадах, забавляется смотрами, восхищается маневрами. А в минуту опасности она оказывается захваченной врасплох и беззащитной. В головах этих генералов, столь элегантных на парадах, не оказалось ни военных познаний, ни способности к соображению. Солдаты, несмотря на свою храбрость и самоотверженность, не могут защищаться за неимением оружия и часто за неимением пищи.

В публике один общий крик негодования против правительства, ибо никто не ожидал того, что случилось. Все так привыкли беспрекословно верить в могущество, в силу, в непобедимость России. Говорили себе, что, если существующий строй несколько тягостен и удушлив дома, он, по крайней мере, обеспечивает за нами во внешних отношениях и по отношению к Европе престиж могущества и бесспорного политического и военного превосходства. Достаточно было дуновения событий, чтобы рушилась вся эта иллюзорная постройка. В политике наша дипломатия проявила лишь беспечность, слабость, нерешительность и неспособность и показала, что ею утрачена нить всех исторических традиций России; вместо того, чтобы быть представительницей и защитницей собственной страны, она малодушно пошла на буксире мнимых интересов Европы. Но дело оказалось еще хуже, когда наступил момент испытания нашей военной мощи. Увидели тогда, что вахт-парады не создают солдат и что мелочи, на которые мы потеряли тридцать лет, привели только к тому, что умы оказались неспособными к разрешению серьезных стратегических вопросов..." "В дворцовой церкви служили молебен по случаю начала войны. При выходе из церкви государь обратился с речью к офицерам, присутствовавшим на церковной службе. Он сказал им, что гвардия пока не вступит в дело, но что, если обстоятельства этого потребуют, он сам поведет её и уверен, что она покажет себя достойной этой чести. Наследник подошел к государю и произнес сакраментальное: 'Рады стараться', которое офицеры повторили хором. Государь обнял его. В этой маленькой сцене не чувствовалось ни малейшего одушевления или увлечения. Восточный вопрос - вопрос совершенно отвлеченный для ума петербургского, и особенно для ума гвардейского. Этот бедный ум, крылья которого постоянно обрезались, перед ним никогда не открывалось других горизонтов, кроме Марсова поля и Красносельского лагеря, не вырисовывалось других идеалов, кроме парадов и фойе оперы или французского театра. Как может ум, воспитанный на такой тощей пище, возвыситься до понимания крупных социальных и политических замыслов или воодушевиться идеей освобождения славянских народов и торжества православия? Нужно основательно растрясти наше общество, перевернуть его вверх дном, прежде чем идеи такого порядка смогут проникнуть в тупые мозги петербургских гвардейцев".

Вы думаете, это написано прозорливым военным мыслителем? Нет Всё настолько очевидно ясно в нашем войске и в нашем государстве, что такое может быть написано... фрейлиной, женщиной, которая должна бы быть далёкой от соображений ведения войны. Если б эти соображения имелись у тех, у кого они обязаны были иметься. Но за неимением их у последних, они обязаны были появиться хотя бы у женщины. За стыдом головы.

'Никогда ее (Плевну) не забудем. Что ужасно в этом штурме 30 августа, - писал Цесаревич (будущий Александр 3) супруге, - что даром пожертвовали такой массой дорогой русской крови, безрассудно, без всякой надобности. Все уверены были в невозможности атаки и, несмотря на это, все-таки штурмовали. Одним словом, повторилось под Плевной то же самое, что уже было два раза прежде, и в этом я вижу не только безрассудство действий Главнокомандующего и его штаба, но и преступление, за которое он и все виновники этого страшного дня должны будут отдать отчет не только перед всею Россией, но перед самим Богом'.

- Вот вам Манжо - тридцать лет назад утверждал, что казнозарядки не могут быть общеупотребительным оружием по той же самой причине быстрого расхода патронов. Так, по-вашему, может, вернёмся к дульнозарядкам?

Начало апреля. Следующей заботой наследника, как и планировалось ещё до заграничного путешествия, стало распространение строя его батальона на Казанский военный округ. Прежде, однако, он хотел окончательно утвердить свой строй в распорядительном военном эшелоне, поскольку округ - это вам не какой-то потешный личный батальон Его Императорского Высочества. Это уже дивизия и действующая армия Российской Империи. Тут, уже не состязания, Требовалось официальное принятие пистоля, тактики, доктрины. Решительно переломить критические настроения задумали посредством серии опытов. Первые из них назначены окончательно прояснить позиции относительно потребного типа стрелкового оружия. И заодно утвердить видение будущего кавалерии.

1 21.40

Возникла за спиной незаметно. Как ни банально для женщины. Но для Нины - точно так. Что поделать - дитя природы.

Чаху. Бросила на стол салфетку, поставила.

Младший сосредоточен в точку на поверхности стола. Как обычно при том, даже не шелохнулся. Это мама её научила. Мама сама устраивает чай в доме в английском стиле, сама заваривает. Только дневной. А Сашка любит вечером, уже затемно.

Точкой сосредоточения служил лежащий перед ним пистолет, весьма похожий на Волкэник.

Нина садится на край стола, но он не глядя обнимает её колени.

- Пока мы молодожёны, ты можешь приходить, - говорит он, не отрываясь взглядом от "железки", но чувствуя девушку телом, руками, щекой, - Но когда ты постареешь, так просто отрывать меня от работы будет нельзя. - Он трётся щекой. Потом вздыхает: - Вру. И тогда будет можно.

Нина обхватывает его. Кладёт подбородок на макушку. Совсем грудной голос:

- Мы ещё даже не молодожёны. Потом я найду занятие. Не знаю, кто будет приходить тогда первым.

Он отстраняет, любуется её лицом. Бесконечно может.

- "Винчесча"? - спрашивает буднично, будто видеть "винчестеры" ей - что мух считать. Америка - понятно.

- "Романов".

- Это ты сделал?! - удивляется.

- Нет, - вздыхает. - Это сделали в мастерской. Умелые люди. Вообще-то это не совсем Романов, - спешит смирить свою гордыню. - Скорее это Нидхем. Ну, и Романов чуть-чуть. Куда уж без Романова...

Он подтягивает "железку" к себе.

- Мужчины все - дети. Всегда воевать, - насмехается Нина.

- Защищать! - серьёзно поправляет Младший.

Она взяла "железку". Камер три. Несквозные - под сгораемый патрон. Барабан смещён вбок так, что одна камера совпадает со стволом, другая - с магазином, а третья выступает наружу справа.

- Ты стрелять умеешь? - интересуется Младший.

- Есть только много братья. Стрелять умеешь, - уверяет Нина.

Отомкнул защёлку и отнял магазин. Стал брать по одной со столешницы чурбачки, изображавшие патроны, и вкладывать их в трубку. Там они удерживались с обоих концов плоскими пружинами. Вложил все десять. Присоединил магазин.

- Стреляй.

Она посмотрела с сомнением.

- Стреляй. Они не настоящие.

Она взяла рукоять так, как это было очевидно - двумя пальцами в явно предназначенную для того скобу. Но не было спускового крючка. Она озадачено глянула.

- Да, да. "Винчестер".

Она взяла обеими руками, как маленькую винтовку, и направила оружие в чёрноту окна. Толкнула двумя пальцами скобу вперёд. Рейка сдвинула бобышки в магазине, послав крайнюю из них в нижнюю камеру. Нина потянула скобу назад. Барабан провернулся на треть оборота. Нижняя камера стала верхней, верхняя - боковой. Скоба в конце хода упёрлась. Нина отпустила её.

- Сильнее.

Нина прижала скобу. Механизм щёлкнул.

- Ещё.

Нина передёрнула скобу. Барабан снова повернулся. Нажала. Снова щелчок, и с ним первая бобышка выскочила из своей камеры, которая теперь стала боковой. Покатилась по столу и свалилась в темноту под ним. Нина сделала ещё несколько щелчков. Каждый раз очередная бобышка выскакивала из боковой камеры.

Младший устало смотрел на "железку".

- Ты думаешь? - спросила Нина, опустив оружие.

- Думаю, - сказал Младший.

- Что?

- Не "что", а "о чём".

- О чём?

- Сложен он ещё и громоздок. Барабан - оно, конечно, хорошо. Но как бы без него обойтись? И патронов маловато.

часов в 10 утра. Выпросила грубые шаровары.

ей подводят лошадь. она снимает лосиную перчатку. берёт повод. Приближает к ней лицо. Что-то говорит. На своём языке. Негромко, в свой бархатный грудной голос. Словно ворчит. Касается ладонью храпа. Гладит. Потом шею. И воркует, воркует. Нежно. Лошадь словно завороженная. Вот кладёт ладонь на спину. Спокойно, без помощи руки поддевает носком стремя и, легко толкнувшись, взлетает. Мягко садится в седло. Не прерывая контакта ладони с лошадиным телом.

Похлопывает. Лошадь делает шаг. Другой. Девушка прихлопывает ступнёй по боку и пускает её по кругу двора. Потом направляет в аллею. И вдруг:

- Хэ! Хэ! - бьёт обеими ногами и припадает к шее. Младший пускает своего следом - но где там.

едут на лошадях. Через Петергоф. Как влитая в седле. Будто там прожила.

смотрит только по сторонам

Через Петергоф. на дворцы: кто здесь живёт? - никто. - зачем? это место бога? - нет. просто смотреть. красиво? - не знаю. деревья - красиво. Лес - красиво. Трава - красиво. Вода живая - красиво. Это, - она указывает на дворец, - не знаю. Не живое. Много работы. Лишнее. Не нужное для жизни. Очень большое. Не красиво.

Мимо дворца Лейхтенбергских.

Не спеша преодолели девять вёрст до стрельбища Офицерской стрелковой школы. Чуть менее часа.

Генерал-лейтенант Чагин Николай Иванович, председатель Опытной комиссии по испытанию магазинных ружей - может быть самый уверенный сторонник пистоля. Во всяком случае, самый влиятельный. Хотя, зачем Царевичу влиятельные? Он сам влиятелен - далее некуда. Вот деятельные - да, нужны. А Николай Иванович из таких. Сам лично приехал последить за подготовкой к испытаниям, посоветовать что.

Пяток офицеров в форме его полка стреляют, отрабатывают упражнение

Настоящий патрон из оранжево-коричневого коллоксилина - чуть сужающийся к донцу стакан с трубкой внутри. Порох размещается между стенками стакана и трубкой, после чего верхний край стакана завальцован в торец, перекрывая промежуток с порохом сверху. В трубку же вставлена пуля, проходящая сквозь всю гильзу. Хвостовая её часть есть папковым стаканом, приклеенным донцем к донцу пули и содержащим инициирующий заряд. Пуля из твёрдого томпака слегка сужается к донцу так, что в месте склейки папковый стакан образует уступ. Пуля отливается с псевдоследами трёх нарезов.

она подходит - можно я?

Всё то же стрельбище Офицерской стрелковой школы. Крытый экипаж императрицы, каковой летом прежде никогда не использовался.

Из экипажа вышли Император и копия его юности со своим секретарём - недавно пожалованным полковником Долгоруков. За ними вышел ещё один молодой человек также в форме личного батальона Его Императорского Высочества, каковая не позволяла различить чина или хотя бы прояснить принадлежность к офицерству. По условию опыта наследник ставил своего стрелка - видимо это он и был. Другого стрелка предоставляла негласная группа оппонирующих генералов. Военный цесаревича, однако, подошёл к экипажу царицы и открыл дверь. Царственные особы направились к рубежу, у которого уже ожидали генералы.

Государь Император Александр III

Императрица Мария Федоровна

Великий князь Михаил Александрович

Великий Князь Николай Николаевич Младший, поборник кавалерии и шашки - пусть посмотрит, что ожидает в современном бою его кавалерию

Военный Министр генерал Ванновский Пётр Семёнович, сомневается в магазинках

генерал-адъютант Драгомиров Михаил Иванович - ясен пень

генерал Бестужев-Рюмин

генерал-лейтенант Чебышев

Генерал-лейтенант Давыдов

Генерал-майор Ридигер

Полковник Фон-дер-Ховен

полковник Кабаков

Капитан Захаров

капитан Юрлов Виктор Николаевич - Главное артиллерийское управление

Его Величество поздоровался с каждым, выказывая притом весьма приподнятое настроение, причина чего являла загадку, кое-кого даже настораживающую.

Пока что на рубеже находился лишь коренастый казацкий подхорунжий. Перед ним на столе ровненько, стволами в сектор, лежали два карабина винтовочного типа и пистолет-карабин с деревянным цевьём и без приклада - та самая сестрорецкая модель, которую оппоненты Его Императорского Высочества небрежительно именовали "самопалом".

В стороне от подхорунжего стоял генерал Чагин, за ним два офицера: пехотный и артиллерист. Генерал смотрел на казака с одобрением.

Император, наконец, обратил внимание к рубежу. Чагин приветствовал:

- Здравия желаю, Ваше Величество, - пожал протянутую руку, - К опытной стрельбе готовы.

- С Богом, - Александр махнул рукой и отошёл к генералам.

- Товсь, - спокойно скомандовал Чагин и поднял секундомер. То же самое сделали оба офицера.

Подхорунжий взял со стола "маннлихер 86/88". Наследник не интересовался европейскими винтовками, но позволить себе не опознать не мог. Казак приложил "маннлихер" к плечу. Стал крепко, широко. В скобу он вставил средний палец, указательный вытянул вдоль цевья, а большой наружной поверхностью подвёл снизу к рукоятке затвора. Проступил желвак.

- Готов.

- Пли! - выплюнул генерал и сжал секундомер в кулаке.

Выстрел! Скользнув ладонью по цевью, стрелок качнул кисть на себя. Большой палец при этом отвёл назад рукоятку прямоходного затвора и нырнул за неё. Мгновенно вернул кисть обратно, толкнув рукоятку - затвор щёлкнул - и концом этого обратного движения нажал крючок. Желвак дрогнул. Выстрел! Кисть заработала как механизм. Назад-вперёд-выстрел! Назад-вперёд-выстрел!

Генерал тихо считал:

- ...Два ...три.

Было шесть патронов - один сразу в патроннике.

- Шесть, - досчитал генерал и снова сжал секундомер. Повернулся к офицерам. - Пять, - сказал, глядя в горсть.

- Пять ровно, - подтвердил один.

- Пять, - повторил другой.

- Шесть выстрелов за пять секунд, - обернувшись, громко огласил Чагин наблюдавшим со стороны.

Генерал Снессарев поднял планшетку и записал результат.

Казак покинул рубеж. Чагин вопросительно посмотрел на наследника. Александр-младший поднял палец: "минутку!" Он подошёл к казаку и заговорил негромко, чтоб меньше слышали:

- Не сочтите, подхорунжий, что в мои намеренья входит осрамить казачество. Но мне требуется крепко "причесать" господ генералов, показав им, что с новым оружием Вы могли бы иметь лучший результат. Понимаете? Так что не серчайте и примите. На добрую память. Медаль по такому случаю ведь не полагается, - наследник вложил ему в кулак червонец.

- Рад стараться, Ваше Императорское Высочество, - по форме, но с пониманием ответил подхорунжий.

После чего Младший обернулся к царским экипажам и поднял руку.

Вместо того чтобы, как ожидалось, двинуться к рубежу, военный, стоявший у экипажа царицы, открыл дверцу. Из экипажа вышла девушка. Высокая и стройная. Смуглая. Чуть восточной красоты черты - разрезом глаз и скулами. Простые долгие угольные волосы в толстую косу. Контрастные ей мужской теннисный костюм (белая рубашка, кремовые брюки) и белые гусарики. Враз наступила такая тишина, что стало слышно, как шуршит под ними песок. До единого повернулись к ней. Смотрели не мигая. На мгновение потеряли дар речи, движенья и все прочие дары. Почти никто из присутствующих ещё не видел её, не знали наверняка, могли только догадываться что перед ними именно та самая особа, которую наследник привёз из путешествия. И тем не менее, Младшему послышался полушёпот: "...она". Император просто расцвёл. Чагин тоже едва заметно улыбнулся, больше глазами. Видом он напомнил потирающего руки еврея.

Младшему было совершенно безразлично, кем её принимают. Он уже сам не понимал, имел ли на самом деле какое-то участие в этой красоте. Шла, ни на кого не глядя, никак не совмещалась женственная поступь с грубым армейским оружием. Тем паче - с брутальной стрельбой. Он открыто любовался ею.

- Господа. Имею честь представить: княжна Нина Олеговна, стрелок с моей стороны.

В стоящих многое стало на верное место.

На слова цесаревича девушка приостановилась. Подняла подбородок и обвела взглядом ближайших к нему. Улыбнулась всем сразу и, опустив взгляд, слегка склонила голову. Тоже всем сразу.

Первым нашёлся Снессарев. Улыбнулся в ответ и поклонился. За ним остальные. Посмотрела на Александра. Его губы сами собой дрогнули одобрительно. Он кивнул. Девушка шагнула к рубежу, и только после того всем вспомнилась словно оставленная давно цель присутствия.

Подойдя, стянула и кинула на край стола кружевную перчатку. Взяла второе - "винчестер 1886". Прищуром смотрела в поле.

- Товсь, - сказал Чагин ещё мягче, чем казаку.

Взявшись рукою в перчатке за цевье, вжала приклад в плечо. Шейку не обхватила - обнажённую ладонь, вдетую в скобу, держала на весу. Не прицеливалась.

- Хочова, - доложила с жутким акцентом.

Чагин помедлил с сомнением, ожидая более надёжного прикладывания. Но она замерла.

- Пли!

Тах! Взмах. Тах! Взмах. Тах! Там, где у казака движения были по разделениям, у неё на каждое пришёлся целый выстрел - частота вдвойне. Хотя работала труднее, плечом, движения были прямолинейными, ничего не требовалось подхватывать и отпускать. Чагин поймал себя на том, что неотрывно смотрит на быстро двигающуюся ладную девичью руку и не считает. "Хрен с ним. Есть ещё два секунданта. А здоровá девка". Он представил на её месте какую-нибудь субтильную принцессу... Гессен-Дармштатскую... и про себя хохотнул. Нажал секундомер лишь после слабого щелчка вместо выстрела. В "винчестере" также был полный магазин плюс один патрон. Стрелка показывала три с лишним.

- Три и одна, - сказал артиллерист.

- Три и одна, - после некоторого разглядывания циферблата согласился пехотинец.

Чагин молча сбросил секундомер.

- Восемь выстрелов за три и одну десятых секунды, - объявил он. Махнул рукой: - Третий образец.

Девушка положила винтовку и подняла пистолет. Оглянулась на Чагина. Тот подбодряюще кивнул.

- Товсь.

Девушка изготовила оружие не на вытянутой, как обычно держат пистолеты, а на манер винтовки - двумя руками. Цевьё в ладонь упёрла крепко, а рукоятку держала лишь концами трёх пальцев. Кисть слегка вывернула. Указательный и средний держала разогнутыми, наполовину продетыми в кольцо, заменявшее у этой модели спусковой крючок.

- Готовы? - спросил генерал не по статуту.

- Та.

- Пли!

Два напряженных пальца замелькали, понеслась трескотня, считать было невозможно. Когда вместо выстрела раздался тихий щелчок, генерал остановил отсчёт.

- Две и шесть. Десять выстрелов за две целых шесть десятых секунды, господа. Обращаю ваше внимание: с пустого патронника.

Генералы стали обсуждать. Присоединился Чагин. Девушка осталась на рубеже одна, подняв пистолет стволом в небо. Наследник подошёл. Следовавший тенью его военный принял у княжны пистолет и отсоединил мгазин. Достал из кармана патронную колодку и стал снаряжать, неспешно и старательно вкладывая каждый патрон.

- Всё увиденное несомненно замечательно, - заявил Драгомиров, - но это бесцельная стрельба. Я уж не спрашиваю, как долго не устанет рука... - генерал усмехнулся, - ...столь деликатного стрелка.

- Это была только демонстрация превосходства нового оружия в скорой стрельбе, - ответил Чагин. - А вот теперь, господа, посмотрим, зачем скорая стрельба нужна, может ли скорая стрельба быть небезцельной, и успеет ли рука устать. Пройдёмте.

Группа двинулась вдоль огневого рубежа. Наследник с девушкой побрели параллельно, в стороне, по самому рубежу. Девушка смотрела под ноги.

- Красиво?

Александр-младший улыбнулся и кивнул. "Сейчас красоты так много, что вопрос равнородности загнан в самые дальние углы их сознаний". Коротко взглядывали друг на друга, когда изредка один произносил или другой отвечал.

Тем временем Чагин на ходу пояснял:

- В атаке наиболее стремительна кавалерия, не так ли, господа? - оглядел лица, ища согласия. - А у кавалерии - думается, всем известно - наискорейший бросок получается, когда полный карьер берётся не более чем за четверть сотни сажен от линии противника. В этом случае лошадь способна развить до пятидесяти вёрст в час. Стало быть, эту дистанцию атакующий кавалерист преодолеет за три и шесть десятых секунды. Мы смоделируем эти - я акцентирую - идеальные условия кавалерийской атаки. Скорость будем считать максимальной, а огонь будем считать открытым с дистанции не более чем в те самые чвертьста сажен. То есть для ведения огня стрелку будут предоставлены лишь упомянутые три и шесть десятых секунды. Вот и посмотрим, чего при наибольшей скорости достигнет с этой дистанции кавалерия, и для какого результата окажется достаточным этого времени стрелку.

В секторе, начиная с дистанции в две с половиной сажени и с таким же интервалом по глубине, строем в виде сходящегося вдаль клина стояли десять мишеней в виде коня с пригнувшимся на нём всадником. То есть самая дальняя была как раз в двадцати пяти саженях от рубежа.

Военный присоединил магазин и вернул пистолет. Они с Младшим отошли. Девушка прошла вдоль рубежа, отыскивая место, с которого были бы открыты все десять мишеней. Остановилась.

Чагин явно принадлежал сегодня к числу наименее беспокойных, напоминая маститого экзаменатора, уверенного в лучшем ученике.

- Товсь, - велел он как-то уже буднично.

Теперь взялась за рукоятку обычным образом, крепко. Стала к мишеням левым боком. Устойчиво поставила правую. Левый локоть упёрла в талию. Правый вытянула в линию огня. Зафиксировала цевьё теснее к плечу. Передёрнула кольцо до тугого хода, чтобы в этот раз начать стрельбу с досланного патрона. Склонила голову к прицельной линии.

- Хочова.

- Пли!

Щелчки пошли чуть реже, повороты торса - скупыми: из-за короткого оружия трудно было замечать, как переносит прицел. О том свидетельствовали только чёрные точки, вместе со щелчками быстро и с забавной размеренностью отмечавшие середину каждой мишени, начиная с самой дальней. Довольное число успевших выстрелов создало обманчивое впечатление, что до чагинского "Ап!" секунд прошло более положенного. Но хронометры не позволили усомниться. Девушка опустила ствол. Отверстия в щитах зияли явственно. В дальнем - два. Причём второе появилось с последним выстрелом.

Девушка обернулась.

Вперёд вышел Цесаревич.

- Надеюсь, всем всё понятно? - он был настроен на "большую драку" сходу - каждую дискуссию начинал подобным жёстким выражением лица.

- По правде сказать - не очень, - ожидаемо заупрямился Драгомиров.

- Что именно Вам не понятно, Михаил Иванович? - осведомился Младший ещё холоднее.

- Именно - мне непонятно преимущество такого оружия.

- Если Вам не очевидно, то оно - в количестве необходимой для производства стали. Качественной стали. В вашем карабине таковой, небось, фунтов пять-шесть? А в моём - два. Плюс фрезеровка. Плюс точёное дерево. Плюс давление. Плюс нарезка. Вот и считайте. Где Вы вооружите взвод, я вооружу две роты. Нормально? Разницу я, конечно, патронами возьму. Ведь больший запас патронов - это ж опять преимущество, а не недостаток. Не так ли?

- Не так. Как раз производство патронов затрудняет хозяйство гораздо более, нежели производство самих винтовок.

- Но, Михаил Иванович, мой патрон много дешевле вашего. А опыт и американской гражданской, и Франко-прусской, да и турецкой говорит, что расход патронов всё одно растёт - так и так. Век милых вашему сердцу шомполок закончился, - наследник якобы досадливо развёл руками. Разговор завёлся, развлекал его, и он повеселел. Теперь, наоборот, Драгомиров молча набычился в ответ. Ввиду того наследник понёсся: - Разве не очевидно, что именно показывает наш опыт? Разве не очевидно, что это оружие делает безнадёжной самую стремительную атаку десяти против одного? При продемонстрированной нам сейчас скорости стрельбы, для того чтобы никто из каввзвода не успел доскакать до линии взвода стрелков, тому будет достаточно всего лишь одиннадцати процентов попаданий. Одиннадцати! Понимаете? Это с двадцати пяти-то сажен. Чтоб никто не успел доскакать из целого эскадрона, тому же единственному взводу теперь достаточно сорока пяти процентов. Таким образом, учитывая, что на полуста саженях стрелок среднего уровня обучения исполняет упражнение по ростовой фигуре на "четвёрочку", то получается, что двум полным эскадронам не имеется ни малейшей возможности применить сабли против одного единственного взвода, вооружённого таким оружием. Только и всего что означает из нашего, как Вы изволите полагать, "невнятного" опыта. Именно из этих вот самых результатов мы и будем впредь выводить весь наш строй.

- Помилуйте! Вы, Ваше Императорское Высочество, изволите лишить державу армии, заняв нас безусловно важным делом искоренения грызунов? - Драгомиров пустился во все тяжкие, изъясняясь максимально язвительно.

Наследник заулыбался:

- Сим комичным пассажем Вы, Михаил Иванович, надо понимать, утверждаете, что это оружие не способно вывести из строя человека? Ну так станьте заместо мишени - тем и докажете. Давайте! Право же. Чего Вы мнётесь, как барышня? Вы ж уверены в своей безопасности. Иначе мы с Вами так и продолжим перебрасываться тезисами, не подразумевающими под собой оснований. Ответственности за произносимые слова. Любезнейший Михаил Иванович. Вам не нравится какое-то конкретное значение в характеристиках этого оружия или какое-то конкретное его свойство? Пожалуйста, просто назовите его, и довольно изъё... пользовать образности русского языка не к месту.

Драгомиров недовольно пожевал.

- Мне не нравится? Разве ж вопрос в моих личных предпочтениях?

- Ну а в чём?

- В объективности. В том, что это оружие никуда не годится объективно. С любой точки зрения.

- Например?

- Например, у него слабое действие.

- Михаил Иванович. Вы продолжаете изъясняться абстракциями. Его действие слабо для чего именно?

- Хотя бы для пробития бруствера.

- Бруствера? - наследник нашёл новый повод для веселья. - Вам верно ли нужно пробитие бруствера? Вы хорошо подумали?

- Это нормальное требование к стрелковому оружию. Не мною придумано.

- А кем собственно и с какого перепугу оно придумано - о том Вы задумывались?

- Небось, не глупее нас...

- Хорошо. - Наследник вернулся к деловому тону. - Ваши аргументы известны и учтены. Николай Иванович, - обратился к Чагину, - где у нас бруствер? Сейчас посмотрим на сию придумку.

- Пожалуйте, - Чагин сделал приглашающий жест.

Перешли на следующую позицию.

- Вот вам траншея, - указал Младший. - С бруствером. В ней, уверяю Вас, расположены десять мишеней. Возьмите ваш "маннлихер", коль Вы считаете его правильным оружием. Ну, или любое другое Вам угодное. И если Вы с подхорунжим поразите десятью пулями хотя бы три из находящихся там мишеней - каковое соотношение, думаю, не меньше вашей оценки неоправданного расхода патронов для скорой стрельбы - я во всеуслышанье откажусь от всех своих воззрений.

Драгомиров молча глянул в сектор. Длина траншеи была в полсотни сажен. Мишени из-за бруствера, естественно, не виднелись. Вероятность, что даже при пробитии бруствера пуля случайно попадёт в одну из скрытых мишеней, ширина каковой более чем в пятнадцать раз меньше возможного среднего расстояния между ними, не давала шанса и одной пуле из десяти.

- Ну как? Будем стрелять?

- Во что?

- Это я должен спросить, во что Вы или те, которые "не глупее нас", собирались стрелять сквозь бруствер. Конечно, в бою противник не станет сидеть, прикрывшись рогожкой, а будет отстреливаться и станет виден. Но при чём тогда бруствер? Высунувшегося противника и мой стрелок сможет поражать не хуже вашего. - Наследник, зыркнув на стоящего в стороне казака, стишил голос: - А то и лучше. - И продолжил, изображая доверительность: - Кстати, Михаил Иванович. Ваш стрелок, вероятно лучший из военных? А вот моё оружие имеет свой эффект даже в руках, как Вы сами изволили заметить, крайне деликатных для военного дела.

Генерал помрачнел с досады. Казак, действительно взятый по наилучшим рекомендациям, не смог бы, пожалуй, повторить такую стрельбу по верховым мишеням, каковую продемонстрировала - подумать только! - какая-то расфуфыренная девица. По крайней мере, с "маннлихером" - точно не смог бы. Ну, ладно, не расфуфыренная, а, видно воочию - ловка с оружием. Что, впрочем, неудивительно для её сибирской наружности. И не "девица", а, похоже, без пяти минут Великая Княгиня. Однаково срам.

- Какие ещё будут замечания? - выжидательно и насмешливо наследник склонил голову набок.

- У этого оружия малая убойная дальность. Противник сможет издали безнаказанно расстреливать ваше подразделение.

- Михаил Иванович. У нас получается какой-то невзрослый разговор. "А мой папка твоему задаст". Мы ведь оба прекрасно отдаём себе отчёт в осведомлённости вашей, что пуля предлагаемого оружия сохраняет убойное действие на дальности, по крайней мере, версты. Также мы прекрасно отдаём себе отчёт в осведомлённости вашей, что коробками батальонов более по полю не ходят, и что на дальности версты меткость вашего лучшего стрелка, да и моего, по отдельной фигуре будет ничтожной - можем проверить сие хоть прямо сейчас. В свете чего Ваше сомнение представляется, простите, но юродствованием.

- Однако, Ваше Императорское Высочество, по сию пору существуют ещё плотные цели.

- Например?

- Развёрнутые батареи.

Наследник драматически приложил ладонь ко лбу:

- Помилуйте, дорогой Михаил Иванович. Не говоря уже, что батарея не столь уж и плотна, как Вам то представляется. Но требовать от стрелкового оружия ещё и контрбатарейной борьбы... Сносить такие аргументы - выше возможного. Это же воистину чудно: как только доходит до почитаемой Вами верстовой стрельбы, Вы становитесь даже радикальнее меня, стремясь винтовкой отменить артиллерию.

- Однако, Ваше Императорское Высочество, что ж Вы, совсем намерены упразднить дальную стрельбу?

- Почему упразднить?

- А как?.. Чем её вести, кроме длинной винтовки?

- Михаил Иванович. Вы согласны с моим сомнением относительно меткости наших лучших стрелков на верстовой дистанции?

- Ну... Согласен. Однако винтовка лучше, чем совсем ничего.

- Нет, Михаил Иванович. Винтовка не "лучше, чем ничего" - винтовка и есть то самое "ничего", раз она не даёт результата. Это абы что, и это не должно нас устраивать. Для верстовой стрельбы требуется другое, специально к тому приспособленное оружие - такое, которое будет на этой дистанции не "лучшим, чем ничего", а тем именно, что надо. Раз массовое стрелковое оружие к верстовой стрельбе непригодно, следует, не требуя невозможного, снять с него эту функцию и ограничить его только той функцией, которую оно выполняет отлично. Не кажется ли Вам здравым такое соображение?

- Если учесть, что под "другим оружием" Вы, Ваше Императорское Высочество, подразумеваете, надо понимать, гранатное механическое орудие, то сие соображение представляется сомнительным. Винтовка массова, её на поле сотни и тысячи. Сколько понадобиться ваших орудий, чтобы заменить эту массу винтовок?

- Дорогой Михаил Иванович. Сравнение винтовки с гранатным орудием неуместно. Да, винтовок масса - но эта масса даёт эффект, близкий к нулю. То есть Вы боитесь без винтовок потерять дальний огонь, тогда как мы его, по сути, и не имеем. А гранатное орудие хотя дороже, но эффект даёт вещественный. Для компенсации же дороговизны, в частности, и предложено заменить винтовку более дешёвым оружием. Понимаете? То есть выходит, что Вы, печась похвально об экономии, предлагаете, однако, забесплатно - ничто. А это, дорогой Михаил Иванович, уже не экономия. Это, дорогой Михаил Иванович, очередные Плевна и Альма. Я же вместо вашего "ничто" предлагаю требуемое. Да, небесплатно. Но что из нужного нам в жизни достаётся даром?

- Обещания хороши. Но хотелось бы пощупать...

- Вот и давайте покумекаем следующие опыты, чтоб пощупать.

В 1878 Драгомиров назначен начальником Николаевской академии Генерального штаба с присвоением звания генерал-адъютанта. В 1879 издал свой "Учебник тактики" - на долгое время ставший основным учебным пособием для юнкерских училищ. Значительно расширил выпуск из академии, поддерживая высокие стандарты образования (об этом стоит ли говорить, учитывая его мнение, что к концу 19го века "пуля стала лишь немного менее дурой", а вся работа по-прежнему должна выполняться штыком) и весьма суровую дисциплину.

В 1889 после описываемых выше событий удалён от высшего управления и подготовки кадров (на посту начальника Академии Генерального штаба его сменил Леер) и отправлен Киевским, Волынским и Подольским генерал-губернатором до 1903.

Великий Князь Николай Николаевич Младший по приглашению кайзера Вильгельма II примерно между летом 1888 и августом 1890 побывал на манёврах германских войск, после чего высказывал восхищение стройностью и порядком передвижения немецких войск. - Как, говорите дядя, идут? Стройно и в порядках? Значит, чтоб их косить, даже целиться не надо?

С другой стороны поддерживал дядю как прогрессивного организатора обучения гусар - кавалерия нужна для разведки. Вот только на счёт крупных кавсоединений согласия нет. То же и с оружием. В.к. противник пики - уже хорошо - но вот шашку почитал. Пришлось объяснять. В принципе огневой и спешенный бой в.к. не отвергал, но с шашкой расстаться не желал.

Тут же в Офицерской кавалерийской школе и Брусилов.

Военно-научное общество как филиал Академии. Цель 1 - объединение передовых офицеров, цель 2 - противодействие паразитическому образу существования основной офицерской массы, цель 3 - продолжение образования на местах, цель 4 - вливание свежести в Академию.

1889. Даже Турция перевооружается уже магазинками. От маузера получают по 1000 - 1300 в неделю, уже получено 75000. 9,5 мм, а испытывают 7,17 мм со скоростью в 500 с лишком метров. Да 850 полевых орудий Крупа. А мы?

Июль. В Австро-Венгрии некоторое количество лошадей после надлежащей выездки ежегодно передаётся в частное пользование с обязательством содержать лошадей в постоянной исправности и доставлять их в войска как в случае мобилизации, так и для строевых упражнений. В этом году конские сборы происходили в 40 полках и продолжались 3 недели.

Февраль 1891го. У англичан первые снаряды из закалённой стали.

Май. Принято решение ограничить активность старой армии для финансирования новой. В этом году больших красносельских манёвров не будет.

1991 - Хеблер знает, что калибр, "достаточный для того, чтобы сделать человека неспособным к бою на длительный период времени, значительно ниже 5 мм". И что к концу века все страны перейдут на 5мм калибр.

Первая серия лекал направлена во Францию на завод Шательро, с которым заключили контракт на изготовление в течение 1892-1895 503 тыс. Остальные шесть серий лекал направлены на русские заводы и в приемные комиссии лишь в марте-апреле 1893. В связи с этим на русских заводах приступили к производству в 1892 "по чертежам", не дожидаясь лекал. Заводы дали 1439 ружей, но все они оказались годными только для учебных целей. К валовому производству приступили лишь со второй половины 1893. К началу 1894 изготовлено 141908 боевых и 14415 учебных. Французский же завод поставил 173189.

За 1894 русские заводы поставили 352173 боевых и 6831 учебных, французский завод - 288661.

Американская система явно скорострельнее. Что ж мучиться?

Тут же и механо.

Июнь 1892. Вопросом об уменьшении веса солдатской ноши в настоящее время занимается германский генеральный штаб. Офицеры генерального штаба находят, что необходимо уменьшить тяжесть солдатских ранцев. Кроме того, вообще теперь поднят вопрос о том, чтобы сделать одежду солдата легче, уменьшить вес каски, сделать солдатские плащи из более легкой ткани, чем употребляемая в настоящее время, сапоги из более тонкой кожи и т.д. Затем предлагается сделать все металлические предметы солдатской амуниции из алюминия как более легкого металла.

В 1893-94 на Памир в экспериментальном порядке послана рота армии ЕИ Высочества под командованием капитана Ванновского Сергея Петровича (1869), сына военного министра. В августе 1893 одно отделение - 8 стрелков - во главе с Ванновским и при сопровождении ещё двух офицеров у кишлака Емц наткнулось на афганский отряд Азанхана, имевший 6тикратное превосходство и не пропускавший наших в сторону Ванча. В результате произошло столкновение, в ходе которого впервые применены новые тактика и пистоль. Эффект ошеломительный. После того, как англичане узнали от афганцев об этих событиях, по следу отделения Ванновского ими пущена экспедиция с целью получения сведений о новых русских способах ведения войны, которая даже эксгумировала трупы афганцев с целью извлечения пуль. Результаты британской экспедиции озадачивающие, собственно никаких вразумительных выводов не получено.

-------------------------------------------------------------------------------------

Артиллерия

Большинство заводов по производству орудий принадлежало Военному (Петербургский орудийный, арсеналы первого разряда в столице, Брянске, Киеве), Морскому (Обуховский сталелитейный) и Горному ведомствам (Пермский пушечный). Остальные предприятия по производству артиллерии являлись частными, среди которых были крупные - Путиловский, Брянский, Балтийский, Гельсингфорсский и др. Однако из них орудия изготовлял только столичный Путиловский завод (в 1900 году - 12440 рабочих), все остальные занимались ремонтом пушек, изготовлением лафетов и проч. Существовала известная кооперация. Так, литье Пермского пушечного завода отправлялось для последующей обработки на Петербургский орудийный завод.

производство артиллерийских боеприпасов. Военное ведомство не имело таких заводов. Поэтому правительство размещало заказы на производство снарядов на частных и горных предприятиях. Государственный совет не разрешал размещение снарядных заказов за границей в интересах государственной безопасности. В начале века снаряды изготовлялись на семи казенных и десяти частных заводах: Олонецком, Баранчихинском, Саткинском, Кусинском, Верхне-Туринском, Пермском, Златоустовском, Сормовском, Лиль Поп-Рау, Радзском, Русского общества для изготовления снарядов, Петербургском механическом, Брянском, Лесснера, Николаевском, Путиловском.

К концу XIX века олонецкая казённая металлургия переживала тяжёлый кризис, приведший к её окончательному упадку. Единственным действующим остался головной - Александровский завод, переименованный в Онежский машиностроительный, стал снарядолитейным, прекратив выделку орудий.

Пермский сталепушечный завод, Мотовилиха. В 1876 на заводе пущена первая на Урале мартеновская печь и первая на Урале электростанция. В 1888 Горным начальником завода Славяновым Н. Г. изобретена и опробована первая в мире электросварка расплавляемыми электродами. В конце XIX - начале XX веков, в условиях подготовки Российской империи к мировой войне, на заводе развернулось производство новых артиллерийских систем, в том числе 9-дюймовой береговой мортиры системы Н. В. Маиевского. В Первую мировую Пермские "Мотовилихинские заводы" поставили Русской армии пятую часть артиллерийского вооружения.

-----------------------------------------------------------------------------------

- Невозможен такой случай, чтобы в преддверии какой-то войны в стране не существовало на неё финансового плана. Суть армии - в войне, и если армия существует, то и её планы на всякую возможную войну должны иметься всегда.

2 июля 1894. "Голландией окончательно принят 6 1/2 миллиметровый калибр... ...постепенное принятие европейскими государствами всё меньшего и меньшего калибра указывает на приближение к минимальному калибру в 5 миллиметров, который, по всей вероятности, и будет в конце концов введен всеми европейскими государствами".

Царствие

Один из первых актов - в продолжение миролюбивой политики Незабвенного Родителя - военный нейтралитет.

Генштаб.

Армия профессионально-призывная.

1896. Главнокомандующий северо-американской армией генерал Майльс (МПев), настаивает в своем годовом отчете на преимуществах велосипеда и расширения его употребления. "Я предлагаю, - пишет он, - снабдить велосипедами и МОТОРНЫМИ ПОВОЗКАМИ (motor wagons) целый полк из 12 рот..." К чёрту велосипеды! Но моторные повозки! Это то, что нужно для механо.

Ввел офицерско-генеральскую форму, напоминающую полевую, для ношения вне поля исключительно при исполнении служебных обязанностей, включая церемонии. То есть каждый военнослужащий имел только одну форму. Разрешал офицерам и даже генералам лишь казенную, но качественную форму, "самопошив" запретил - Буду раздевать догола прямо перед строем, в присутствии нижних чинов и штатских! Вы должны быть военными, а не гардеробщиками, думать о службе, а не о модистах.

Сам по армейским и другим делам носил полевую, причём не позволял подносить, а брал на складах посещаемых частей, объяснял - "для испытания",

Начальник Генштаба Обручев Николай Николаевич. 21 декабря 1897 подал в отставку и уже 31 декабря уволен от должности с оставлением членом Государственного совета и генерал-адъютантом. Но до того 3 года содействовал реформе.

Разговор Александра IV с Драгомировым: Зря, значит, Вы ездили по заграницам, зря ждали от Вас постижения всемирного опыта. Если Вы не способны переоценить себя - подавайте в отставку.

Сменивший Драгомирова на посту начальника военной академии генерал Г.А. Леер, был ему полной противоположностью. Его можно вполне считать у нас в России отцом стратегии, как науки. Им разработано учение о главной операционной линии. Строго осуждено понятие стратегического резерва: в стратегии резерв - явление преступное.

Упразднение военного министерства и отставка Вановского.

Разработка нового Положения поручена комиссии генерала Лобко. В 1890 новое Положение о полевом управлении войск утверждено. Это Положение отстраняло военное министерство от полевого управления. В этом Положении определялся также порядок создания при мобилизации армейских управлений на базе существующих военных округов.

Действия, подобные Брусиловскому прорыву, не могут иметь целью столь частный успех, на какой этот прорыв был изначально нацелен. Это сродни бесполезному "последнему укусу". Такие действия могут быть только начальным или эпизодическим элементом общего успеха. В противном случае лучше использовать затрачиваемые на него силы для лучшей обороны. Впрочем, наступление Брусилова было частной инициативой от самого предложения до его остановки - общего командования русскими войсками не существовало. А то, что она была начата без резервов и запасов - вообще нонсенс.

Когда полный бардак в организации и вследствие того армию просто не брались даже снабжать и обучать, а командование и не думало работать, то потом при военном поражении никто, конечно, не признается в своей бездарности. Наоборот, объявят миллион причин во всём остальном, кроме истинной, и из того будет вывод, что поражение вообще было неминуемым, заранее предрешённым: мол, у нас не было тяжёлой артиллерии, не было гаубиц и мортир для навесного огня, было, мол, слишком много кавалерии, преступно были заброшены крепости и расформированы гарнизоны, и вообще, идиоты готовили нас к манёвренной войне, а надо было к позиционной. Будто знают хоть одну войну, где победы добивались позиционными действиями.

Смысл армии - вести войну. Цель войны - победа. Не так ли? Победа достигается лишь позитивными действиями. Можно сколь угодно полагаться на оборону, но чтобы победить, оборону в какой-то момент должно закончить и перейти к наступлению. И вот вопрос: если война решается только наступлением, то почему не начать войну именно наступлением? Начать и тут же закончить. Смысл подготовки к войне в мирное время обязан заключаться именно в подготовке к наступлению, а задача - подготовится лучше противника. Если вы к наступлению готовы, то не наступать нелепо. Возможно, вы, будучи готовы к наступлению, ещё более готовы к обороне. Но война - вообще бедствие, и затягивание её чревато для превосходящей страны не менее, чем для терпящей поражение. Война должна заканчиваться в как можно более короткий срок. И в этом плане, если вы имеете все возможности наступать и тем покончить с войной, но считаете, что вам выгоднее обороняться, то это заблуждение.

Итак, смысл армии - война. Цель войны - победа. А победа достигается лишь позитивными действиями, то есть наступлением. Это единственная формула. Обороне в ней нет места. Оборона не есть природной понятийной противоположностью наступлению, не есть антонимом наступления - это совершенно отстранённая форма, вынужденная, неестественная, возникающая при неспособности к активному ведению войны. Это антоним к понятию боевых действий в целом.

А работа армии состоит в подготовке к наступлению в мирное время, в одержании в мирное время превосходства над противником. Это состоит в умении так исхитриться, чтобы быть максимально готовым при достаточно небольшом напряжении экономики.

Ликвидировать гвардию со всеми её замашками. На основе соревнований, как постоянно проигрывающую.

Ликвидировать особое положение казачества (не формально).

Не прошедших аттестацию увольнять без оглядки на чины и звания.

Снизить время службы для призывных - до года (при простоте тогдашней армии и значительном внестроевом военном образовании), для кадровых и запаса (запаса - повысить, было меньше) - до 40летнего возраста (40-18 = 22), чем создавались вакансии.

В командную школу принимают только отслуживших минимум год солдат.

В училище принимают только отслуживших два года командиром.

В Академию принимают только отслуживших три года полковником. Готовят бригадиров.

Академия Генштаба - только для Генштаба. Принимают только отслуживших пять лет генералом. Готовят маршалов - командующих округом и фронтом.

Форма обучения в военных заведениях - без отрыва от службы.

Ликвидация крепостной службы.

Отменить фехтование.

Его форма стала единой для всех войск. Парадно-выходной формы не дал, только полевая-рабочая. Ношение военной формы вне части запретил.

- Как так запретить мундир?!!! Военному - в штатском?!!!

- Вы, батенька, ни черта в военном деле не смыслите, а судить лезете. Военный - не петух малеванный (имея в виду гвардейскую парадную форму), а деловой человек... то есть человек, обязанный быть занятым своим делом по высшей мере. Не пристало ему честь свою - форму военную - праздно в обыденности разнашивать. Военным надо на поле брани быть, а не в ресторациях. Отсель форму по кабакам позорить не позволю!

на манер американского, земские шефства над подразделениями.

На миномёт плиту с сошником для меньших углов возвышения.