# Спейс квест

Михаил Александрович Михеев

Это начало нового романа в стиле космооперы.

Space Quest


Куда бы лихая судьба ни носила,

Но в сердце негромко поют голоса

О долгой дороге, о снежной России

Высоким прозрачным чужим небесам.

Растрепанной гривой колышутся травы,

И карта, как сотня залатанных дыр .

Не бренною силой, но бранною славой

Потрепанный и непорочный мундир.


(Н.Болтянская Офицерский Романс)


Пролог


Человек был очень стар. Правда, внешне это смог бы разглядеть далеко не каждый. Лучшие медики страны гарантировали ему еще как минимум пару десятилетий активной жизни. Он был до неприличия здоров, силен, в здравом уме и трезвой памяти, но обмануть можно других, себя же... нет, себя обманывать не стоит. Жизнь клонится к закату, и все усилия могут лишь отдалить неизбежное - но не отменить его вовсе.

В его руках была немалая власть, перед которой многие преклонялись, и которой недалекие люди завидовали до дрожи в коленях. Глупцы, они не понимают, какой это тяжкий труд и сколь велик груз ответственности. Однако главное дело жизни оставалось несделанным, и винить в этом следовало только самого себя. Думать надо было раньше. Хотя... есть вариант.

Он раскрыл старомодную папку, внимательно перечитал пожелтевшие листы. Не все, конечно, только основные. Не то чтобы изящно, скорее даже немножко глупо, как в классической комедии, но реально. Рискнуть? Или не стоит?

Так, чем рискуем? Да, честно говоря, не так уж и серьезен риск, скорее, неприятность. Хотя неприятность именно от слова "неприятно". А с другой стороны, дивиденды в случае успеха могут оказаться серьезными. Вариант просчитан с использованием первоклассного суперкомпьютера и учитывает миллиарды комбинаций вплоть до шестого порядка. Шансы на успех не менее семидесяти процентов. Но человек - существо непредсказуемое, и как не исследуй его психотип, может выкинуть незапланированный фортель. Да и всего не предусмотришь. Иной раз пролетевший вроде бы в стороне от места действий булыжник может стронуть с места лавину, которая погребет самые лучшие планы. Итак?

Он встал, прошелся по кабинету. Не парадному, где при желании могла разъехаться пара лимузинов, а настоящему, рабочему. Маленькому, уютному... привычному. Постоял перед высоким двустворчатым окном, глядя на тихую, сонную улицу. А, будь что будет! Рука его рубанула воздух, и этот жест сдвинул с места огромные силы и навсегда изменила судьбы тысяч людей, даже не подозревавших о том, в круговорот какого торнадо оказались случайно вовлечены.


Три года спустя


- Ну, как он?

- Жить будет.

- Да мне это без разницы. Когда говорить сможет?

- Хрен его знает, у меня нашатыря нет. Разве что носки чьи-нибудь ему под нос сунуть...

- А если по старинке?

- Ну, попробуй... - с сомнением в голосе ответил Док и шагнул в сторону, уступая место командиру. Тот подошел, склонился над пленным, несколько секунд подумал, а затем с силой врезал тому носком тяжелого ботинка.

- У-а-у-у! - пожалуй, если бы не предусмотрительно заклеенный пластырем с прорезанной дырочкой рот, это вышло бы очень громко. Однако вопль шёпотом тоже впечатлял многообразием мотивов и скрытым обещанием страшно отомстить. Правда, на собравшихся это не произвело впечатления.

- Ну вот, так я и думал, что очнется, - довольно потер руки командир. - Как, будешь рассказывать все и сразу, или помучаешься вначале?

Судя по роже пленного, он колебался между чувством долга, которое требовало от представителя Истинного Учения молчать, как партизан на допросе, и осознанием того, что он и впрямь на допросе, который вряд ли выдержит. Имперские диверсанты славились безжалостностью и умением получить информацию от кого угодно. Командир, обождав секунд десять, чтобы дать ему проникнуться важностью момента, задумчиво произнес:

- С какого уха начнем? С правого или левого?

- Режь сразу яйца, все равно они ему больше не понадобятся.

- Ну ты зверь, Док... Впрочем, наверное, ты прав, дуракам размножаться не стоит.

Вид длинного, самого что ни на есть зверского вида ножа, еще недавно висевшего на его собственном поясе, привел допрашиваемого в трепет. Видать, не так уж и крепок в вере оказался парнишка, и умирать в неполных двадцать не хотел. В общем, разливался он соловьем, выкладывая все, что знал. Не так уж и много знал, но и того хватило...

Пещера, в которой происходило действо, внушала уважение своими размерами. Здесь, в источенном водой скальном массиве, всевозможных пещер, соединенных природными галереями, было в избытке, всех форм и размеров, но эта выделялась среди них, как мамонт среди мышиного выводка. Своды терялись в первозданной темноте, и даже мощные лампы, укрепленные на стенах, не давали возможности их рассмотреть. По данным сканера, почти семьдесят метров - хорошая высота, ширина тоже соответствующая. В пещеру влезла бы даже яхта Дока, суденышко не из самых маленьких. Вспомнив о ней, командир сразу представил себе уютную каюту со всеми удобствами и вздохнул - до моднючего судна, купленного Доком не столько из любви к дальним странствиям, которых ему и без того по работе хватало, а для того, чтобы покрасоваться перед соседями, отсюда было пиликать и пиликать. Корвет же, на котором они прибыли, хоть и был отлично вооружен и защищен, саунами с девочками похвастаться не мог. Обидно.

Тем не менее, хотя своды и не были освещены, нижняя часть пещеры освещалась вполне прилично. Глядя на нее, Док выругался сквозь зубы - его нежную, эстетствующую душу не могли покоробить чужие кишки на стенах, но зато вид совершенно варварски разрушенного природного ландшафта ранил до глубины души. Здесь явно прошлись бульдозером, в труху размолотив сталагмиты и разбив берега подземной речки. Все вокруг было засыпано розовой, мерцающей пылью - какой-то местный минерал, друзы которого не раз попадались им на пути. Сами кристаллы были недороги, но очень красивы, и то непотребство в которое их превратили гусеницы бульдозера... Да за такое убить мало! И на получившуюся площадку водрузили огромный камень-жертвенник из местного гранита, неуклюжий и эстетически совершенно не сочетающийся с обстановкой, окончательно ломающий ее гармонию. Все это было написано на лице Дока крупными буквами, и командир сразу же посочувствовал тем из сектантов, которые переживут то, что они намеревались сотворить. Если переживут, конечно.

А позади жертвенника стояла неуклюжая конструкция из серого металла. Видно, что собранная на коленке, но от этого не менее смертоносная. Резонансная бомба. Адепты Истинного Учения любили развлекаться такой дрянью. Вначале ритуальная жертва (дурь несусветная, но традиция превыше всего), а потом запуск бомбы. Та не взорвется, разумеется, просто начнет медленно разгонять процессы в мантии планеты, и через пару-тройку месяцев вызовет жуткие землетрясения и пробуждение вулканов. Ускорится дрейф континентов. Планета, конечно, не рассыплется, для этого у бомбы кишка тонка, но жить на ней в ближайшие несколько сотен, а то и тысяч лет станет крайне неуютно.

Ага, а вот и та самая жертва, из-за которого они с Доком и оказались в этой Богом забытой дыре. Стоит, шатается - видать, что-то вкололи. По слухам, сектанты любили использовать бикастрол, редкую гадость. Человек все видит, слышит, чувствует, понимает, вот только воля подавлена напрочь. Так что сейчас сама на этот алтарь ляжет, чтоб ей сердце вырезали. Все в точном соответствии с ритуалами древних ацтеков, из которых Церковь Истинного Учения и выросла.

Кстати, а ничего так жертву выбрали. Высокая, черты лица тонкие, правильные, длинные, прямые, платинового оттенка волосы. И фигурка хороша. Ее, правда, балахон скрывает, но они видели фотографии, где девчонка одета, скажем так, несколько получше. Гм... Вообще-то, для ритуала, теоретически, нужна девственница, а здесь этим близко не пахнет. Читали досье - нельзя сказать, что совсем уж оторва, даже, по меркам "золотой" молодежи, скромная, но все же... В общем, погулять как следует для нее вовсе не табу. И сколько отец, по просьбе которого и проводится вся операция, ее не увещевал, толку ноль. В России, где подход к воспитанию традиционно жесткий, вкатали бы ремня - и делу конец, но всякие Европы с их нетрадиционными ценностями это считают неприемлемым. И вот, в результате, она здесь, а им лишний геморрой. Папа к русским за помощью обратился, а он не только цельный генерал, но еще и самый настоящий президент пусть карликового, но государства. Пришлось помогать.

Девчонка, меж тем, и впрямь шла к алтарю. Подошла, скинула балахон (фигурка и впрямь ничего, не врали фото), легла. Подошел жрец - медленно, торжественно. Тоже в балахоне, правда, не серо-утилитарном, а богато расшитом. Интересно, что все эти уроды находят в столь тяжелом и неудобном одеянии? Что-то вещает, сволочь! Под сводами перекатывается эхо, слов не разобрать, да и неважно все это сейчас, как бы ни называлась секта, бормочут они все одно и то же. Ага, достал нож. Обсидиановый! Во, эстет комнатный. Ну, пора!

Выстрела никто не услышал, только у жреца во лбу вдруг появился третий глаз, и он начал медленно заваливаться на спину. Собравшиеся вокруг сектанты, а их было человек полста, не меньше, ничего не успели сообразить, как по ним хлестнула смерть. Прежде, чем они опомнились, диверсанты поменяли магазины и отработали вторично. А потом командир бросился вперед, а Док хлестнул длинной очередью по бомбе, стараясь повредить ее хрупкую начинку. И, суля по тому, как взлетел почти вертикально вверх раскаленный веер желто-белых искр, это ему удалось.

Вперед! Вперед! Вперед! Сектанты мечутся, словно им в штаны сыпанули по горсти рыжих муравьев, сталкиваются друг с другом, путаются под ногами. Они еще толком ничего не понимают, они безоружны, но вот-вот из соседней пещеры примчится разъяренная подмога. Там силовики - организована секта что надо, и оружие у них имеется. Спасение в скорости, открытый бой губителен. Отшвырнуть не успевшего уклониться придурка, походя вломить по зубам прикладом второму, решившему помешать, перепрыгнуть через третьего, вовремя упавшего... Алтарь! Девчонку на плечо - и ходу!

На сей раз, перед ним расступились. Это и хорошо, и плохо. С одной стороны, не путаются под ногами, с другой, начали уже приходить в себя. На удивление быстро. Ну и ладно, вот вам подарочек!

Через плечо летит пенал, и с почти неслышным треском разбивается вдребезги. Осколки - ерунда, но по полу скачет его начинка. Тысячи маленьких, всего пара миллиметров, шариков, каждый из которых - противопехотная мина. Убить не убьет, но стопу оторвет запросто. Судя по хлопкам и воплям, самым невезучим сразу и оторвало. Все, плюс несколько минут на подавление паники и хоть какое-то подобие разминирования.

Из пещеры они выбрались быстрее ветра, даже груз не мешал. Теперь прямиком через лес, благо он редкий и сухой, к побережью. Сзади кто-то что-то орал, гремели выстрелы - ну да, сектантам бесшумки не нужны, они дома. Но пока разберутся, пока организуют погоню...

Громыхнуло так, что дрогнула земля, и диверсанты, не удержавшись на ногах, прокатились несколько метров, пачкаясь в местной пыли. Гора позади них вдруг начала раскалываться, изо всех щелей брызнуло желтым пламенем. Очень похоже, Док качественно зацепил бомбу, и та, вместо того, чтобы начать штатную процедуру, банально взорвалась. На корабле придется пройти дезактивацию, но это потом, а сейчас - вперед!

Они почти успели. Как раз выбрались на узкий песчаный пляж, когда над головой, как в пошлой байке, засвистели пули. Ну что же, один направо, другой налево - и встретить огнем выбирающиеся из леса бронетранспортеры. Две изящные, скоростные машины русского производства чуть притормозили, выпуская десант, а затем вновь двинулись вперед, хлеща огнем из низких башенок. Старье, но для беглецов хватит и этого, никаких противотанковых средств нету, потому как никто не мог даже предположить, что им предстоит нарваться на бронетехнику. Черт!

Спасла всех Кобра, их пилот. Всем телом они почувствовали, как задрожала земля, а море за их спинами вдруг вспухло горбом - и расступилось, выпуская посадочный модуль. Безоружный, но хорошо защищенный. Сектанты бросились врассыпную, но бронемашины скрыться уже не успевали. Двигатели модуля взревели - и он начал опускаться на них сверху, будто промышленный пресс. Выхлоп из дюз в эпицентре давал температуру пять тысяч градусов, более чем достаточно, чтобы и превратить в пепел людей, и в комья металла машины. Еще несколько секунд - и модуль тяжело опустился на посадочные опоры, проломившие корку спекшегося до состояния стекла песка. Ударили вниз потоки охлажденного воздуха.

- Ну что, я вас долго буду ждать? - разнесся над пляжем веселый женский голос. - Давайте, ребята, быстрее, у меня назначено свидание, и мне из-за вас опаздывать неохота.

И они побежали, благо толстые подошвы надежно защищали ноги от все еще пышущей жаром земли. Буквально взлетели по не успевшему даже опуститься до конца трапу, проскочили гостеприимно распахнутые люки, и, влетев в кабину, плюхнулись в кресла.

- Взлетаем, быстро. Кто знает, что у них еще имеется.

- Без тебя знаю, - огрызнулась Кобра, пальцы которой словно бабочки порхали над клавиатурой. - Пристегнулись, живо!

Поразительно, но исконно мужского желания возразить женщине ни у кого не возникло. И вовсе не потому, что в Кобре было два метра росту и под сто килограммов веса. Просто во всем, что связано с пилотированием, она была признанным авторитетом, и слов на ветер не бросала. Надо пристегнуться - значит, надо пристегнуться. А еще пристегнуть девчонку, так и висящую сломанной куклой. Хорошо, не сопротивляется.

Вновь взревели двигатели, это было слышно даже сквозь толстую, многослойную броню. Посадочный модуль дрогнул - и вдруг пошел вверх, стремительно ускоряясь. Обладая аэродинамикой кирпича, он успешно компенсировал этот факт колоссальной мощью двигателей. Ну и мастерством пилота, естественно. Вверх, вверх, вверх... Откуда-то сбоку взлетела зенитная ракета, но Кобра чуть шевельнула штурвалом - и модуль изящно качнулся, пропуская огненную иглу мимо себя. Рывок - и вот вокруг уже чернота космоса, совершенство которой нарушает лишь висящий на геостационарной орбите корвет, в автоматическом режиме ждущий экипаж.

Еще спустя десять минут (Кобра без нужды не лихачила, предпочитая маневрировать аккуратно и осторожно) модуль пристыковался к кораблю и втянулся внутрь его бронированного корпуса. И лишь после этого пилот устало откинулась в кресле и повернулась вместе с ним к товарищам:

- Ну, ребята, вы даете...


От планеты уходили спокойно и без лишних нервов. Разве что портил всем настроение тот факт, что пришлось порушить собственные планы. На базе-то они должны были появиться еще неделю назад - а тут эта история с сектантами. Цейтнот по времени - и ни одного боевого корабля вокруг, за исключением их корвета. А на корвете только командир, он же штурман, Иван Серов, пилот, она же специалист-оружейник, Оксана Довлатова, и механик, он же врач, Петр Кисляков. Серый, Кобра и Док. И кроме них ни единой души, что, в общем-то, и неудивительно - на такую скорлупку с высоким уровнем автоматизации больше и не положено.

Только вот бороться с террористами (а по факту Адепты Истинного Учения занимались как раз террором планетарного масштаба, причем никто не мог понять, зачем им это нужно) должен спецназ. На худой конец, десант. Их этому учат, они соответствующим образом оснащены! Корветы же предназначены для конвоирования эскадр тяжелых кораблей, охраны конвоев, для разведки, если нет под рукой специальных кораблей. И экипажи их все это могут, их и готовят соответственно. Однако альтернативы не было, кто-то на самом верху рявкнул и стукнул кулаком по столу - и пришлось лихой троице вспоминать военное училище, где их всех готовили, в том числе, и к действиям на планете. Не для десанта, просто в жизни всякое случается. Гибель корабля, например. А космонавты - товар штучный. Слишком ценные боевые единицы, чтобы их терять по глупости, вот и учат курсантов не свойственным им вроде бы задачам, пусть и чему-нибудь да как-нибудь, лишь бы выжили да дождались помощи. И вот - пригодилось, давным-давно накрепко вбитые, хотя уже, казалось бы, полузабытые навыки пришлись очень кстати. Но вот тот факт, что для проведения сей успешной эскапады им пришлось делать незапланированный крюк, весьма портил настроение.

С орбиты корвет снялся почти сразу. Все же сектантов перебили явно не всех, и корабль, который их доставил, не нашли. Может, он ушел и должен вернуться через какое-то время, а может, затаился где-то поблизости. Что за корабль неизвестно, как он вооружен - тоже. В любом случае, связываться с ним не хотелось, корвет - не линкор. Да и местные кадры, не разобравшись, могли попробовать вмешаться, и пускай у них на вооружении барахло, списанное в более развитых государствах еще два-три десятилетия назад, рисковать лишний раз никто не собирался. Так что Кобра направилась в рубку, Док - в машинное, а Серов потащил девушку в медотсек. Ему было проще всех - курс уже просчитан и в бортовой компьютер заложен, так что присутствие штурмана в рубке не требовалось. Конечно, медотсек - вотчина Дока, но включить комплексный диагност может кто угодно, там надо только кнопку нажать. Вот и потащился, ругаясь сквозь зубы - коридоры на корабле узкие, и с грузом на плечах, хотя вряд ли в девчонке было больше пятидесяти кило, ходить по ним неудобно.

Медотсек встретил его мягким светом и стерильной белизной стен, таких чистых, что в метре от них любой микроб просто обязан был загнуться от ужаса. Диагност, больше похожий на прозрачный саркофаг, мигнул приветственно и откинул крышку, едва Серов коснулся пальцами сенсоров. Старая конструкция, ну да и случай у них тоже не из разряда особо сложных. Сгрузить пострадавшую, намертво зафиксировать конечности, это чтобы дергаться не начала вдруг, последний раз бросить на нее взгляд и, убедившись, что все в порядке (а также что спасенная и впрямь хороша) и вдавить клавишу запуска. Крышка тут же с чавкающим звуком встала на место, под броневым стеклом, мало уступающим в твердости алмазу, заклубился белесый пар. Все, больше человеку здесь делать нечего.

Уже в коридоре, по пути в рубку, его повело, да так, что будь здесь пространства чуть больше, чем двоим разминуться, мог бы и на ногах не устоять. Ну, правильно, Кобра врубила маршевые двигатели, и гравикомпенсаторы не до конца справились с ускорением. Все же их кораблик был далеко не новым, и, хотя не требовал пока что модернизации, встать в док на перенастройку оборудования и плановое обслуживание им предстояло в самое ближайшее время. Вот, пока они будут отдыхать, и постоит... Серов зевнул - еще одна стандартная реакция на колебание гравитации - и потопал дальше.

Рубка была маленькой и тесной. Это вам не крейсер, и уж тем более не линкор, на последних моделях которых, по слухам, предусмотрены даже бассейн и теннисный корт. Правда, опять же если верить слухам, два в одном, то есть чаша бассейна закрывается и превращается в корт, и наоборот, но все равно шикарно. На маленьких кораблях условия куда более спартанские. Зато и звания с орденами здесь дают куда быстрее, поэтому число желающих служить в легких силах всегда немалое. Так что грешно обижаться на неудобства - сами выбирали, никто за уши не тянул.

Кресло скрипнуло под массивным телом капитана. Кобра обернулась:

- Ну что?

- Да вроде все нормально. Сама знаешь, если диагност не заорал сразу, значит, справится.

- Угу, - Кобра щелкнула клавишей, переводя корабль в режим автопилота. - До прыжка час, отдохни.

Идея выглядела соблазнительно. Вряд ли их корвет здесь хоть кто-нибудь в состоянии догнать, а судя по отсутствию на экране засветок от чужих кораблей, все это понимают. Так что опасности вроде и нет, но...

- Знаешь, Ксюх, я, пожалуй, все же подожду. Мало ли. С этими уродами никогда не знаешь, чего ожидать.

- Ну, давай, - ничуть не удивилась Кобра. Вывела на свой монитор информацию из медотсека, присвистнула: - Да уж, на наркоту они не поскупились. Вы вовремя, еще немного, и девчонка бы загнулась от передоза.

- Ей это не грозило. Зарезали бы раньше.

- Вот как? И как все прошло?

- Петр расскажет, у него ракурс был лучше, видел больше...

- Кто упоминает мое имя всуе? - Док ввалился в рубку и, казалось, сразу заполнил собой все свободное пространство. Рядом с ним немаленький Серов просто терялся.

- Я, естественно. Док, ты бы хоть дамы постеснялся.

- Да ладно, - механик плюхнулся в свое кресло, и Серов подумал, что если бы не "умная" обивка, умеющая самоочищаться, оно уже давно было бы непонятно-грязного цвета. Рабочий комбинезон Дока, как, впрочем, и у большинства механиков, заляпывался всякой дрянью вроде графитовой смазки или алмазной пасты моментально. Кобра, глядя на это безобразие, всегда кривилась, но сделать ничего не могла - специфика работы, усугубленная теснотой, что поделаешь. - Как там наша подопечная?

- Кто у нас врач? - вопросом на вопрос ответил Серов, но Док уже щелкал клавишами.

- Нормально, жить будет, - сообщил он после вдумчивого изучения показаний диагноста. - Нашему "железу" это семечки. Кстати, мы жрать-то собираемся?

- Как только уйдем в прыжок, - буркнула Кобра, помимо прочего сегодня дежурившая на кухне. - Бутерброды я вам сделаю.

Мужчины изобразили на лицах бурную радость. Что поделаешь, готовить Кобра не умела, ухитряясь испортить даже яичницу. Обычно ее подменял кто-нибудь из товарищей, но сегодня всем было не до того. Зато пилотом она была классным, выведя корабль в зону прыжка точно по графику. Миг - и звезды на экранах слились в яркие полосы. Корабль рванулся вперед со скоростью, многократно превышающей световую. Теперь предстояло долгое висение в гиперпространстве.


Пассажирка пришла в себя через сутки. Хорошо еще, объяснять ей ничего не потребовалось - бикастрол подавлял только волю, а не способность к восприятию происходящего. Правда, как только пациентка открыла глаза, ее буквально заколотило. Физический ущерб от наркотика диагност снял, но шок-то никуда не делся. Да и сам факт пробуждения в окружении чужих людей душевному равновесию тоже не способствовал. К тому же никто из них троих не сообразил, что одежды на пациентке столько же, сколько на Еве. Точнее, все знали, но не придали значения по принципу "чего у тебя есть такого, что мы еще не видели". Актуально, особенно с учетом, что ее в таком виде тащили несколько километров. Только вот ей этого не объяснишь. Визг стоял на весь корабль, и кончился тем, что Кобра, первая сообразив, в чем дело, выгнала мужчин из медотсека.

- Ну и как тебе? - поинтересовался Серов, демонстративно прочищая уши.

- Легкие хорошие, не прокуренные, - усмехнулся Док. - Привыкай, нам ее еще терпеть и терпеть.

- Во-во...

Кают-компания звездолета традиционно место, где люди встречаются, так сказать, без галстуков. Особенно это актуально для большого корабля, а здесь команда (все в офицерских званиях, если что) и так не слишком страдала от чинопочитания. Учитывая же, что за время полета они и без того друг другу надоели, лишний раз собираться в помещении, где все пихали друг друга локтями, никто особо не стремился. Так что ели кто когда хочет, а поговорить, если что, могли где угодно и когда угодно. Тем не менее, на этот раз пришли все. Не каждый день у них гости, и в честь такого события даже Док сменил вечно мятый и заляпанный комбинезон на парадную форму и соизволил побриться. Впервые за два месяца, кстати. Остальные тоже не отставали, так что в маленьком помещении оказались не трое классических первопроходцев, а самые настоящие офицеры числом аж трое. Ну и девушка, естественно.

Сейчас она выглядела вполне прилично. Одетая в универсальный комбинезон, самоподгоняющийся под фигуру и на всех сидящий одинаково мешковато, и домашние тапочки Серова (самые маленькие на корабле, размер сорок пятый растоптанный, она в них просто утонула), гостья хотя бы не производила больше впечатления куклы, огретой пыльным мешком. Разве что глаза не могла отвести от стола. Честно пыталась, но взгляд возвращался к еде помимо ее воли. Все правильно, бикастрол вызывает дикое чувство голода, а она еще, вдобавок, неизвестно сколько не ела вовсе. Внутривенное питание последних дней способно поддержать организм, но насыщения не дает. Так что Серов, подумав, махнул рукой, и все дружно навалились на пищу. Благо готовил сегодня он сам, у командира это получалось лучше всех.

Глядя на то, с какой скоростью девушка сметает все со стола, Серов про себя порадовался, что полет завтра закончится. А то ведь никаких запасов не хватит. И куда, спрашивается, влазит? А еще говорят, аристократки не едят кашу. Едят, еще как едят, и салом закусывают. Главное, не кормить подольше.

Однако всему на свете приходит конец, и от стола все собравшиеся отвалились даже чуть раньше, чем закончились продукты Впрочем, как успел оценить хозяйским взглядом Серов, на ужин все равно не хватит, придется готовить по новой. И вот, когда пришло время чая, взгляды собравшихся вновь скрестились на девушке, от чего та смутилась и пикантно порозовела.

- Я прошу меня простить... и спасибо вам... - голос у нее был приятный, и по-русски гостья говорила практически без акцента. Ну да ничего удивительного, русский сейчас - обязательный язык в школьной и университетской программах практически всех государств, претендующих на право считаться цивилизованными.

- Ничего, мы привычные, - улыбнулся Док. - Вон, недавно польский лайнер вытаскивали...

Все промолчали. Действительно, вытаскивали. Всем, можно сказать, миром. Какие-то ушлые пираты решили его перехватить, и весьма удачно зажали на промежуточном выходе из гиперпространства. Вот только не учли, что у командира лайнера может взыграть то ли храбрость, то ли гонор, и он рванет на прорыв. Ну а когда убедится, что уйти просто так не получится, нырнет в самое сердце астероидного поля.

Лайнер выгадал на этом маневре лишние минуты, а потом на головы пиратам свалились корабли патрульной эскадры Императорского флота, и в два счета оставили от них набор быстро разлетающихся по системе гаек. Однако после этого пришлось организовывать целую спасательную операцию - выйти из своего убежища без посторонней помощи лайнер оказался не в состоянии. Выволокли... Правда, "спасибо" никто традиционно не сказал, но русские не обиделись. Они предпочитали наличные, а оплачивать понесенные расходы согласно законам полагалось Польше. Можно было не сомневаться, что заплатить полякам придется - у русских были хорошие юристы, а флот за спинами адвокатов только добавлял весу их требованиям.

- Лучше расскажите, как вы дошли до жизни такой? - прервал затянувшуюся паузу Серов. Девушка вздохнула, но строить из себя хранительницу страшной тайны не стала. Да и самой ей надо было сейчас выговориться. Вот и рассказала все, как есть, и история вышла банальной.

Жила-была девочка... не в меру избалованная, поскольку папаша ее уже лет десять, а то и больше, занимал хлопотную, но весьма прибыльную должность диктатора планеты Новое Монако. Мир тот хоть и не считался стратегически важным или хотя бы технически развитым, процветал. Как и на родине предков, неглупые правители этой планеты легализовали все виды азартных игр, и на превратившуюся в огромное казино планету валом хлынул народ со всех концов Обитаемого Космоса. Деньги туристы оставляли там хорошие, и ничего удивительного, что аборигены сейчас жили более чем неплохо.

Так вот, теоретически планета была княжеством, но так получилось, что последний князь оказался, скажем так, не совсем удачным, что привело к серьезным последствиям в экономике. Привыкшим хорошо жить людям очень неприятно, когда их бьют по карману. В результате, князь скоропостижно подавился устрицей, забыв извлечь ее из раковины, и после трехдневных дискуссий с использованием всех имеющихся под рукой средств, включая тяжелую артиллерию и орбитальные штурмовые платформы, в ходе демократических выборов к власти пришел некий шустрый генерал-десантник. Надо сказать, порядок он навел и экономику возродил, так что уже через пару месяцев поток туристов, а вместе с ним и доходы, восстановились.

Так вот, генерал тот, как бы это не считалось неправильно в Европейской Ассоциации, был убежденным сторонником традиционных ценностей. В смысле, имел жену и ходил по бабам, начисто игнорируя мнение Сообщества Радужной Культуры и даже полностью запретив деятельность этой организации на своей планете. К туристам, правда, отношение было несколько более терпимым, резать курицу, на которой сидишь, никто не станет. Тем не менее, его шаги в данном направлении вызвали резкую критику соседей, в результате чего он был вынужден сблизиться по ряду вопросов с Российской Империей. Недруги слегка приутихли, поскольку с русскими связываться выходило себе дороже, и все шло своим чередом, пока вдруг не всплыла история с дочкой.

Будучи человеком видным, шустрым, и потому вниманием прекрасного пола не обделенным, генерал прижил на стороне какое-то количество детей, которых не то чтобы признал, но покровительство оказывал. Однако наследница у него была одна-единственная. Нельзя сказать, чтобы он ее чрезмерно баловал, поскольку считал это вредным, но и совсем уж в ежовых рукавицах не держал. Ну а учитывая, что в средствах она стеснена не была, то попадала в истории регулярно. То расколотит новенький спортивный флайер, заодно помяв еще десяток машин, то попадется на пробовании какой-нибудь запрещенной дряни, и придется ее погружать в диагност, чтобы не загнулась, то еще чего-нибудь... Кончилось это закономерно. Во время прогулки с кавалером ей вдруг стало плохо, и в себя девушка пришла только за сутки до процесса, так сказать, утилизации. Попаниковала, естественно, постучала кулаками в дверь и даже расцарапала лицо какому-то хмырю, но вскоре ее накачали наркотой, и на том всякие попытки сопротивления прекратились. Ну а потом пещера - и имперские офицеры, устроившие форменное непотребство со стрельбой.

Ну что же, история как история. Правда, рассказывала девушка весьма развернуто и образно, так что когда она закончила, прошла уже пара часов. К тому моменту Серову пора уже было идти корректировать курс, навигация в гиперпространстве занятие не из простых. Так что дальнейшие посиделки проходили без него, правда, недолго. Все же гостья еще не до конца оклемалась, устала и быстро захотела спать. Остальные последовали ее примеру - во-первых, завтра предстоял тяжелый день, а во-вторых, сон - едва ли не самый распространенный способ времяпровождения в космосе. Так что когда Серов возвращался к себе, кают-компания была уже пуста и погружена во мрак. Только пахло свежеприготовленной и уже съеденной яичницей.


Утром он как обычно проснулся раньше всех. До выхода из гипера оставалось почти два часа, но Серов предпочитал лишний раз все проверить - наслушался в детстве от старых космонавтов страшных историй. И плевать, что последняя такая произошла еще до его рождения, все равно привычка лишний раз проверить и перепроверить осталась, и он даже не пытался с ней бороться. Тем более, командование подобное негласно поощряло. Так что в душ, кружку кофе с бутербродом - и в рубку. И по пути со всей дури грохнуть кулаком по двери Кобры:

- Подъем! Час до выхода.

- Ну, ты вообще обнаглел, - сонно отозвались из каюты. - Еще полчаса спать можно было.

Голос был мужским, но Серов абсолютно не удивился. Только хмыкнул:

- Спать надо было ночью. Подъем!

Об отношениях этой парочки всем имеющим глаза было известно еще с училища, где они, собственно, все трое в первый раз и познакомились. Нормальная ситуация. Не поженились только из-за того, что где официальная семья - там и дети, а значит, минимум годичное отстранение от полетов, ущерб карьере, разбитый экипаж. Сам Иван, рядом с ними чувствовавший себя иногда старым, умудренным жизнью аксакалом, можно сказать, саксаулом, лишь посмеивался над таким ходом мыслей, но вмешиваться не собирался. Разберутся сами, не маленькие.

Из-за двери что-то вяло буркнули. Серов усмехнулся и пошел дальше. Через полчаса точно встанут... Ну, к выходу из гипера наверняка. Ничего страшного, в конце концов, и сам справится. Это где-нибудь на большом корабле в присутствии высокого начальства все в струнку тянутся, здесь же отношения проще. Главное, знать, какую грань не давать переступать подчиненным, чтобы не превратить дружбу в панибратство. Пока что получалось.

Как ни странно, за пять минут до выхода в трехмерное пространство экипаж в полном составе находился в рубке. К тому моменту, когда в свое кресло плюхнулся чуть приотставший Док, на экранах уже возникло слабое, но с каждым мгновением нарастающее сияние - визуализация внешних эффектов гиперперехода. Еще несколько минут - и буйство красок стало нестерпимым и одновременно завораживающим. А потом корабль чуть тряхнуло, экраны залила ровная чернота, и к горлу на пару секунд подкатил тугой комок. Все как всегда.

- Поздравляю вас, господа офицеры, мы снова куда-то прибыли, - усмехнулся Серов, выбивая дробь на клавиатуре. Определиться в пространстве - первое правило штурмана, оно вбивается на уровень подкорки. Впрочем, современная аппаратура позволяла не возиться с определением расположения звезд, практически весь процесс шел автоматически. К тому же, корабль уже начал ловить сигналы маяков. Еще минута - и Серову стало ясно, что он, как впрочем, и всегда, привел корабль точно к цели. Выход из гиперпространства произошел в расчетной точке, расхождение не более полусотни километров при нормативе в двести пятьдесят. Не блеск, но вполне на уровне.

К орбитальному терминалу они подошли через полтора часа, и открывшийся перед ними вид заставил пассажирку с непривычки охнуть. А посмотреть было на что. Терминал, построенный чуть менее двух веков назад, за это время успел раз десять устареть и столько же раз подвергнуться модернизации, которая, чаще всего, приводила к появлению новых надстроек, причалов и складов. В результате изначально стометровый титановый шар превратился в нечто, более всего напоминающее мучающегося кишечником морского ежа, с трехкилометровым ядром, раскинувшимися еще на пару тысяч метров вокруг надстройками и полями солнечных батарей, в два футбольных каждая. Вокруг этого безобразия туда-сюда моталась всякая мелочь вроде разъездных ботов, полицейских истребителей, таможенных драккаров и прочей шушеры. Перед корветом все, правда, расступались - военный корабль с приличной массой, как-никак, случайно зацепишь - мало не покажется.

Пару раз и им самим пришлось маневрировать, уступая дорогу огромным, похожим на беременных китов транспортам-газовозам. Эти перевозили сжатый до твердого состояния водород, качаемый из газового гиганта размером в два Юпитера, а один раз мгновенно взмокшая Кобра, виртуозно отработав двигателями и так же виртуозно покрыв своего нарушившего правила движения коллегу последними словами, чудом уклонилась от баржи с рудой. Толкающий ее буксир виновато моргнул ходовыми огнями, получил вслед кучу добрых пожеланий и благоразумно свалил.

Но вот терминал остался позади, и корвет начал плавно сближаться со второй станцией, куда более внушительной, чем первая. Гигантский бронированный шар - такая форма в космосе вообще использовалась частенько - начал вырастать на экранах. Конечно, линейными размерами он уступал терминалу, но чувствовалась в нем скрытая до поры мощь, поневоле внушающая уважение. А куда деваться? Орбитальная крепость первого класса - это вам не хухры-мухры, а основа всей планетарной обороны. К ее причалу и направился корвет.

Пассажирка, которую ради такого зрелища пустили в рубку, вцепилась в кресло - прямо перед ними проплывала гигантская туша имперского линкора. Корабль дрейфовал, связанный с крепостью только пуповиной шлюза и тоненькими на его фоне энерговодами. Штурмовой линкор типа "Заря", как моментально определил Серов. Не самый новый, не самый мощный. Очевидно, встал на плановое обслуживание и, возможно, текущий ремонт. Последнее косвенно подтверждалось сотнями роботов, будто пчелы облепивших носовую орудийную башню размерами большую, чем их корвет. Присматривающий за их работой оператор в прозрачной капсуле даже не обернулся на вновь прибывших - шляются тут всякие. Серов ощутил на миг легкий укол ревности, все же пускай у него корабль и невелик, зато он его командир, а этот чудик... Впрочем, додумать мысль он не успел - Кобра легкими, почти незаметными движениями рук скорректировала курс, и их корвет уверенно встал на свое законное место, стоянку номер тринадцать.

Обычно их не встречали. Невелика птичка. Сдали техникам - и прямиком к командованию, докладываться. Однако на этот раз по известным причинам у шлюза переминался с ноги на ногу молодой офицер в погонах лейтенанта, весь из себя такой деловой, что захотелось плюнуть ему на ботинок. Штабное чудо, из тех, что принеси-подай, а потом скройся с глаз и не мешай. Зато карьеру делают - ух! Правда, и за промахи свои отвечают головой, и, случись нужда, в бой идут вместе с остальными, поэтому к штабным, если они и впрямь грамотные, на флоте относились достаточно лояльно. Но - без особой любви.

Данный конкретный экземпляр хоть и одет был с положенным штабному лоском, но пропитаться царящей там атмосферой еще не успел, и на настоящих космических волков, старшему из которых и было-то лет на пять больше, чем ему самому, смотрел пока что с почтением и даже некоторой робостью. Видать, из последнего выпуска, а с него еще и месяца не прошло. Впрочем, увидев цель своего визита, он моментально переключил на нее все внимание.

- Мадемуазель Келли?

- Да, это я, - девушка улыбнулась.

- Я прибыл за вами. Разрешите вас проводить?

- Не так быстро, мальчик, - Серов тяжело шагнул вперед, скалой нависая над лейтенантом. Его товарищи привычно заняли места по бокам и чуть сзади. - Вначале формальности, а потом уже все остальное.

Лейтенант моментально стушевался. Разумеется, ему сказали, чтобы шел и сделал, и никто не предупредил о паршивом характере экипажа корвета, только что вернувшегося из похода. Для тех, кто служит дольше, это само собой разумеется, люди просто устали и раздражены, но для новичка столкновение с суровой действительностью оказалось нешуточным потрясением.

Впрочем, сопроводительные документы у него были в порядке и, после соблюдения всех положенных процедур (Серов чисто из вредности в точности следовал букве Устава), и девушку, и его провожатого отпустили с миром. Уже уходя, она обернулась и еще раз сказала:

- Я вас никогда не забуду. Спасибо за все.

- Не за что, - усмехнулся Серов. - Если что, обращайтесь.

Легко говорить так, зная, что никогда больше не пересечешься. И космонавты, и сама их недавняя пассажирка это хорошо понимали. Поэтому она улыбнулась на прощанье, как показалось Серову, чуть грустно, и пошла своею дорогой. Ну а они пошли своей.


Адмирал Белоглазов выглядел довольным жизнью, а значит, щедр был на поощрения. Тем более что ругать экипаж корвета было не за что, а похвалить, наоборот, повод имелся. Как-никак, помимо вполне удовлетворительно проведенного похода, они ухитрились без потерь исполнить достаточно сложное и опасное задание, которое, в принципе им вообще не имели права поручать. Теперь кое-кто кое-где был адмиралу очень и очень обязан, ну а сами герои дня, соответственно, имели право на кое-какие плюшки. Серову на плечи вместо погон с четырьмя звездами упали новые, с одной, зато большой, и аж двумя просветами вместо одного. Его товарищей, соответственно, подняли со старлеев до капитан-лейтенантов. Орденов, правда, не полагалось, как-никак, операция была жуть какой секретной, но и без того неплохо. Серов даже прикинул, что теперь он, наверное, самый молодой кап-три в секторе. Вряд ли во всей Империи, там могут оказаться ребята и покруче, но в секторе - точно. В двадцать восемь лет иметь такое звание - это дорогого стоит, а следовательно, требовалось новые погоны срочно обмыть. Остальные поддержали эту мысль и, так как им все равно светил теперь заслуженный отпуск, а начальство разом потеряло интерес, все трое бодро направились к пассажирскому причалу. Раз в два часа с него отправлялся на планету пассажирский бот, и, если постараться, они имели все шансы успеть на ближайший рейс.

На бот они поднялись последними. Честно говоря, все же немного опоздали - остановились перекинуться парой слов со встретившимся по пути однокашником, служившим на базе - но капитан бота, увидев спешащих офицеров, приказал чуть придержать трап. Минута туда-сюда для него роли не играла, так что подобное было нормой. Едва они успели плюхнуться в кресла, как бот отвалил от станции, и уже через несколько минут иглой вонзился в атмосферу, чтобы сесть на космодроме, расположенном совсем недалеко от столицы, на берегу моря.

Только выйдя наружу, Серов понял, как соскучился по свежему воздуху, и какой пропитанной черт знает чем дрянью дышал все последние месяцы. Это чувство посещало его при каждой высадке на планету, кроме, разве что, последнего раза, когда пришлось немного повоевать. Но тогда, во-первых, искажал ощущения адреналин в крови, а во-вторых, рот и ноздри были закрыты дыхательной маской, так, на всякий случай. Здесь и сейчас же был привычный, комфортный мир, и запах моря пьянил не хуже водки. Кстати, о водке...

Здесь же, в баре на самом берегу, они и обмыли новые погоны. По чуть-чуть, зато приятно. Ну а потом товарищи удалились, а Серов еще некоторое время сидел, рассматривая мягкие волны, накатывающиеся на песок. Торопиться ему было решительно некуда.

- Скучаете?

Серов медленно повернулся. Внимательно посмотрел на девушку за соседним столиком. Ничего так, все при ней, чуть моложе его самого. Пожалуй что, не вполне в его вкусе, но после трехмесячного воздержания накинешься и на крокодила. Единственно, несмотря на репутацию мужчин решительных и лишней стеснительностью не обремененных, стойко прилипшую к космонавтам, первым идти на контакт он никогда не умел, но раз уж она заговорила сама...

- Да, немного...


Проснулся он от разрывающего уши и мозг дребезжания коммуникатора. Закрыл голову подушкой, но звук никуда не делся - кто-то на другой стороне линии очень хотел с ним поговорить. Учитывая, что у Серова дико гудела голова, а сил, чтобы добраться до холодильника и влить в себя пару банок пива, решительно не было, оставалось только мысленно призвать на голову потенциального собеседника кучу проклятий, и, мельком бросив взгляд на экран, нажать сброс. Вот еще, будет он отвечать непонятно кому, тем более, наяривающему со скрытого номера.

Коммуникатор задребезжал вновь. Подпрыгнул и улетел куда-то под кровать, разразившись еще более противным, пробирающим чуть ли не до корней зубов звуком. Да что же такое делается-то, а? Под боком сонно завозились:

- Да ответь ты уже...

Пришлось вставать, искать проклятую звонилку, которая, вибрируя, упрыгала в дальний угол и, не включая видеосвязь, рявкнуть:

- Кого там еще принесло?

- Простите, это Серов Иван Игоревич?

- Нет, это три дюжины японцев... Конечно, я. И у меня плановый запой, так что идите к черту!

Собеседник замолчал, переваривая услышанное. А вот нечего. Отпуск у космонавта - это святое. Традиция, освященная временем и одобренная медиками. И нет тут ничего криминального - людям надо отдыхать и снимать стресс, иначе в следующем походе запаса прочности может и не хватить. Лучшего же средства, чем вино и женщины, еще никто не придумал, и потому практически все космонавты, оказавшись на отдыхе, ударялись в загул, ограниченный лишь крепостью их организмов. Не только эти два пункта, разумеется, тот же Серов успевал побывать на лыжном курорте, порыбачить и даже заняться серфингом, но первая неделя - загул! Вредно, конечно, особенно спиртное, но медицина позволяла им полностью снять последствия, так что космонавты отрывались на всю катушку. И чтобы оторвать их от этого занятия требовались ну очень серьезные основания.

- Иван Игоревич, бросай все, - вклинился тут в разговор знакомый голос. - Через полчаса к тебе прибудет транспорт. Оранжевый код.

Черт, это уже серьезно. Во-первых, оранжевый код - это один шаг до красного, то есть приведение вооруженных сил в полную боевую готовность. А во-вторых, адмирал какому-то командиру корвета просто так среди ночи звонить не будет. Оставалось только рявкнуть по-уставному, вырубить коммуникатор, кинуть в рот пару капсул антидота - и под душ.

Двадцать минут спустя, бросив взгляд на спящую женщину, которой завтра придется гадать, куда он делся (не страшно, конечно, бунгало оплачено еще на неделю вперед, так что у нее-то отдых продолжится, но все равно обидно), Серов тихонько вышел из дома. Темно, легкий влажный ветер, стрекотание местных цикад, в точности похожих на земных... Неспешным шагом дойти до маленького частного космодрома, расположенного в полукилометре, и чуть-чуть подождать, пока с неба не упадет тяжелая, похожая на каплю ртути туша штурмбота. Надо же, даже не обычный транспорт прислали, а дернули среди ночи этого монстра. Хорошо еще, заторы гравитации работают бесшумно, а то всех бы перебудили километров на сто вокруг.

Внутри оказалось ожидаемо тихо - изоляция на военных машинах что надо, спасает и от лучевого удара, и от звуковой волны. Сесть в кресло, пристегнуться - и наблюдать, как заспанный и оттого недовольный всем на свете пилот ловко поднимает штурмбот в небо. На высоте в полста километров заработали разгонные двигатели, и кораблик резко ускорился, выбираясь за пределы атмосферы. Вираж, другой - и над блистером замаячила, быстро вырастая в размерах, громада орбитальной крепости. Все, Серый, кончился твой отпуск.


- Раз-два-три-четыре-пять, вышел русский пострелять, - задумчиво пробормотала себе под нос Кобра. Адмирал, услышав ее, кивнул согласно. Эта поговорка, очень популярная у русофобов всего мира, самими русскими воспринималась, как должное. Любой подданный Российской Империи знал: за ним стоит вся мощь космической сверхдержавы. Не раз, и не два и террористы, и местечковые диктаторы, и боссы мафии, и даже респектабельные финансовые воротилы, держащие в руках ниточки мировой экономики и привыкшие к уважению и почитанию, обнаруживали свои мозги на стене пополам с собственными кишками после того, как в их кабинеты вламывались имперские десантники. Жизнь русского неприкосновенна. Тронешь русского - умрешь сам и подведешь под монастырь всю семью. Эти истины методично вдалбливались Империей в головы соседей на протяжении многих поколений, и сейчас количество происшествий с русскими гражданами за рубежом сводилось к уровню статистической погрешности.

Тем не менее, шуточка была горькая, особенно учитывая то, что они сейчас услышали, и кто в кого будет стрелять - это еще вопрос. Серов испытал вдруг острую потребность вновь оказаться в бунгало и забыть происходящее, как мрачный сон. Ну кто, кто мешал, спрашивается, просто выключить на ночь связь? Он в отпуске, все бы поняли, так нет же... Судя по мрачным лицам товарищей, их посетили весьма схожие мысли.

Адмирал, похоже, тоже понимал их настроение. Во всяком случае, не пытался чего-то требовать, лишь вздохнул:

- Я не имею права приказывать. Более того, это как раз та ситуация, когда я даже прикрытие вам дать не смогу. Но - надо.

- Да понятное дело, - вздохнул Серов. - Только вот из-за чего сыр-бор то? Неужели этот... инцидент так много значит?

- Меня уже предупредили с самого верха, что если не справимся, то красным кодом может не ограничится. Я и сам не знаю нюансов. Черт возьми, я вообще ничего толком не знаю, но война будет точно. И у этих... - тут Белоглазов едва сдержался, чтобы не выдать все, что думает о разведчиках, контрразведчиках и прочих крутых перцах из спецслужб, - даже корабля под рукой нету.

Возмущение его было понятным, хотя легче от этого не становилось. Идиотизм какой-то. А все из-за той шустрой девицы, из-за которой они трое уже рисковали недавно собственными шкурами.

Реальный идиотизм, да не простой, а редкостный. Вместо того, чтобы посадить особо ценную пассажирку на борт, скажем, фрегата, которых (это Серов знал совершенно точно) в резерве сейчас болтается аж пять штук, ее отправили курьерским кораблем. Сказали, что из соображений секретности, хотя, куда вероятнее, просто не захотели влезать в еще большие долги перед флотом, выпрашивая корабль. И вот, результат на всю морду - курьера перехватили. Кто - неясно, однако сам факт показателен. Ведь сверхскоростной корабль, тем более имперский, так просто не догонишь. Тут как минимум надо иметь загонщиков, стоящие в засаде корабли, перекрывающие все возможные маршруты бегства, а их в космосе много, да еще и знать, хотя бы примерно, маршрут жертвы. Словом, целая операция, да еще и крайне сложная, не каждому по плечу. И вот, когда уже все случилось, спецура прибежала к комфлота и на коленях стала просить - помогите. И пошлите тех, кто и так в курсе, чтобы количество посвященных не увеличивать. Послать бы их далече, но дело-то государственное. Вот так.

- Ребята, - комфлота в особо серьезных ситуациях имел привычку переходить на задушевный тон, - я вам приказывать не могу. Просто не имею права. Я вас могу только попросить: сделайте это. Звания, награды, двойной отпуск - это обязательно, если еще чего надо - говорите.

- Все так серьезно? - за всех спросил Док.

- Похоже, да.

- Ну, тогда... я пойду, - и протянул руку ладонью кверху.

- Я тоже, - Кобра положила на нее свою ладонь, удивительно изящную для женщины ее сложения.

- А, пропади все пропадом, - Серов накрыл их руки своей. - Но про двойной отпуск я вас за язык не тянул. И еще, на чем мы отправимся?

Вопрос был актуальный. Их корвет сейчас проходил техническое обслуживание и стоял в доке в полуразобранном состоянии. Неделя на приведение его в рабочее состояние, и это в лучшем случае. Адмирал лишь махнул рукой:

- Это не проблема. К нам на испытание пригнали новый фрегат, возьмете его.

- Вот как? - Серов чуть скептически поднял бровь. - А как же секретность? Там экипаж человек в десять, не меньше.

- Я же сказал. НОВЫЙ фрегат, - ухмыльнулся Белоглазов. - Наши умники взяли за основу корабль типа "Витязь" и смогли впихнуть на него двигатели и вооружение от эсминца, а заодно снизить потребность в экипаже до стандартного корвета. Как - не знаю, но кораблик получился красивый. Прототип к нам пригнали на обкатку - вот и испытаете заодно. Если все пойдет, как нужно, корабль останется вашим.

А вот это уже и впрямь стимул. Фрегат, в любом случае, классом выше корвета. Тем более, новейший. Это и престиж, и перспектива карьерного роста, причем для всех. Щедро командование, ох, щедро. Не к добру, однозначно.

- Кто с нами пойдет от разведки?

- Никого, - мрачно ответил адмирал. - Говорят, у них сейчас ни одного специалиста под рукой, да и не нужны они в космосе.

- Чего-о? Мы что, рыжие?

- Иван Игоревич, заткнись, а. Иди, принимай корабль.

- Тьфу, - Серов едва удержался от того, чтобы плюнуть на пол прямо тут, в адмиральском салоне, и ограничился только характерным звуком. Белоглазов, что характерно, не обратил на это внимания, скорее всего, понимая, что и сам бы поступил так же.

- Ты чего распсиховался? - спросил его Док, когда за ними закрылась тяжелая дверь личных апартаментов адмирала. - Потом ведь отрыгнется.

- Не, я Старика неплохо знаю. Вы-то на два года позже меня учиться начали, когда его уже сюда перевели, а у меня он преподавал. Наставник, да еще и куратор группы, так что общаться немного проще. Он мало того, что не злопамятен, так еще и знает, что подставляет нас, и ничего не может поделать, поэтому сейчас его совесть ест.

- Почему думаешь, что подставляет? Из-за разведчиков?

- И из-за них тоже. Во-первых, я ни за что не поверю, что у них нет специалиста. Просто в дерьмо лезть не хотят, вот и отмазались. Во-вторых, а где контрразведка, служба внутренней безопасности и прочие конторы? Сильно подозреваю, что они даже не в курсе. Тут явно какая-то межведомственная разборка, а это, я вам скажу, пострашнее вражеских снарядов. В-третьих, само происшествие даже не намекает - кричит о неслабой утечке информации. Ну и, до кучи, очень вовремя оказавшийся здесь необычный корабль, хотя как раз это может и впрямь оказаться совпадением. Словом, дело не очень хорошо пахнет.

- Почему же тогда согласился? - влезла Кобра.

- Да потому, что вас, оглоедов, бросать не хочу. Вы же полезли первыми, старших не спрашивая. Да и адмирал наш... В общем, ему это зачем-то по настоящему нужно. И Старик решил просить именно нас не потому, что его разведчики упрашивали. Плевать-то он на них хотел. Просто мне, а через меня и вам, он доверяет, и считает, что задание мы выполнить все же способны. Все, разговоры потом. Нам еще корабль до старта хотя бы осмотреть надо, осваивать придется уже в полете.


Корабль производил впечатление изящности и мощи. Обычно дизайнеры имперских кораблей делали ставку именно на мощь, не обращая внимания на красоту обводов, но тот, кто проектировал "Витязи", был эстетом, и корабль ему определенно удался. Тускло блестящая в свете прожекторов стометровая игла, чуть раздутая в кормовой части - там, увенчанные массивными чашами отражателей, располагались двигатели. Для Серова оставалось загадкой, как же смогли инженеры скомпоновать вдвое более мощную силовую установку таким образом, чтобы она влезла в ограниченное и плохо подходящее для модернизации внутреннее пространство давным-давно устаревшего фрегата. Тем не менее, впихнули, и сейчас единственным, что отличало "Фаэтон" - именно такое название красовалось на борту фрегата - от более ранних версий, оказались орудийные башни чуть больших размеров. В прежние новую артиллерию было просто не впихнуть, но и эти так успешно вписывались в общую картину, что не бросались в глаза. С первого взгляда и специалист не всегда определит, а случайный свидетель и подавно.

Откровенно говоря, Серов понимал, зачем эти извращения. "Витязей" в свое время наклепали столько, что из них даже сейчас, с учетом неизбежных потерь, можно было собрать небольшой флот. Списывать жалко, отправлять на длительное хранение бесперспективно, а эксплуатировать устаревшую технику неэффективно. Вот и придумали вариант модернизации. Как оно выйдет - это еще бабушка надвое сказала, но попробовать определенно стоило.

Зато внутри корабля оказалось тесно. Серову, начинавшему в свое время на таком же, только старом, корабле оставалось только вздохнуть. Для того, чтобы разместить в старом корпусе кучу нового оборудования, урезать пришлось внутреннее пространство. Отсюда и высокая автоматизация - для полноценного экипажа просто не оставалось места. Однако переживать из-за сузившегося до той же ширины, что и на корвете, коридоров не оставалось времени, и экипаж принялся лихорадочно осваивать новый корабль.

Повезло хотя бы в том, что конструкторы не стали очень уж усердствовать - видимо, их прижали и со сроками, и со стоимостью работ. Нет смысла модернизировать корабль, если дешевле построить новый. Поэтому начинку "Фаэтона", не мудрствуя лукаво, содрали с эсминца типа "Рапира", последней модификации. Серову, правда, с такими иметь дело не приходилось, зато товарищи сразу после училища ходили именно на нем, так что понять что есть что труда не составило. Спустя какой-то час после разговора с адмиралом швартовочные захваты аккуратно отпустили корабль, разгонная система крепости наддала ему хорошего пинка, а чуть отойдя "Фаэтон" врубил маршевые двигатели и, в хорошем темпе ускоряясь, направился к точке гиперперехода.

Разгонялся фрегат легко, куда лучше, чем предыдущие версии, что, с учетом резко возросшей удельной мощности, и неудивительно. И скорости, обеспечивающей устойчивый вход в гиперпространство, даже не насилуя двигатели, сумел достичь куда быстрее, чем любой корабль, на котором Серову приходилось летать раньше. Затем вновь расплывшиеся в разноцветные линии звезды - и корабль ушел в прыжок, чтобы через двое суток выйти из него у другой звезды, в пяти с лишним парсеках от базы.

Запомнился им этот переход непрерывным авралом. Все же осваивать корабль на ходу - удовольствие ниже среднего, и уж точно меньшее, чем валяться в каюте с книжкой, чем большинство космонавтов в такой ситуации, собственно, и занимались. Серов похудел, осваивая аппаратуру, оказавшуюся хоть и знакомой, но более совершенной модификации, чем та, которой ему приходилось пользоваться до сих пор. Док не вылезал из машинного отделения и заляпал новенький комбинезон так, что походил на вымазавшегося в грязи леопарда. Само по себе найти, где измазаться на новеньком, только с верфи, корабле уже нечто сродни эпическому подвигу. Даже Кобра, обычно бывшая с техникой "на ты", вымоталась так, что с трудом таскала ноги.

Были, правда, в этой бочке дегтя и ложки меда. Во-первых, время пролетело незаметно, когда работаешь некогда скучать. Во-вторых, к моменту окончания прыжка они хоть немного разобрались, что есть что, и могли не только нажимать кнопки, но и понимать, к чему это приведет, что корабль может, а что нет. Ну и, в-третьих, готовить было не нужно. Адмирал Белоглазов постарался хоть немного подсластить им жизнь, и консервационный отсек, сохранившийся от раннего проекта в первоначальном объеме, был забит всякими вкусностями, которых, по прикидкам Серова, даже в компании с этими проглотами, должно было хватить на пару месяцев, не меньше.

Выход из гиперпространства прошел штатно, единственно, чуть в стороне от точки в которой вывалился исчезнувший курьер - еще не освоивший окончательно аппаратуру Серов решил, на всякий случай, перестраховаться, чтобы не разнести случайно какую-нибудь ценную улику. Как оказалось, предусмотрительность была не напрасной. Не в смысле улик, а потому, что сами они почти сразу подверглись нападению, а выход в стороне от цели давал лишние секунды на подготовку.

Атакующих было двое, корвет и фрегат старых европейских моделей, но, судя по ускорению, которое они выдавали, и явно завышенной температуре выхлопа, модернизированные. Правда, непонятно где и кем - желающих поизгаляться над техникой и обещающих заказчикам "вывести их корабли на принципиально новый уровень" хватало везде и всегда. Результаты тоже бывали разные. И государственные фирмы, и кустари-одиночки ухитрялись порой как загубить корабль, так и на самом деле получить на выходе что-то интересное, поэтому к возможностям неизвестных противников следовало отнестись со всей серьезностью. Кобра, оскалившись, бросила корабль в сторону, уклоняясь от атаки, и тут же заложила петлю, проведя маневр уклонения от ракет. Весьма, весьма опрометчиво выпускать их с такой дистанции, давая жертве время отреагировать, и неудивительно, что цели не достигла ни одна. Часть сгорела, расстрелянная зенитными лазерами, часть ушла за ложными целями, а часть и вовсе потеряла фрегат, что говорило о паршивом состоянии их электронной начинки. А вот противник на какое-то время остался без своего основного вооружения, перезарядить ракетные установки - это занятие небыстрое. Теперь ход был за русскими.

Ускорение было таким, что, несмотря на гравикомпенсаторы, космонавтов вдавило в кресла. Для противников рывок "Фаэтона" оказался столь неожиданным, что корвет на какое-то время даже потерял цель, это было видно по его суматошно выполненному повороту и резкому ослаблению локационного облучения, фиксирующегося датчиками русского фрегата. Правда, контакт он восстановил с похвальной быстротой, но сделать вывод о том, что в единую информационно-боевую сеть корабли противника не связаны, русские успели. Последнее радовало, поскольку боевая эффективность при использовании таких систем значительно возрастала. Ну, на нет и суда нет, хотя развить эту мысль Серов уже не успел.

Теоретически два корабля сильнее одного, но на практике получилось иначе. Орудия "Фаэтона" открыли огонь с дистанции, в полтора раза превышающей возможности не модернизированного фрегата, и со второго залпа добились попаданий, разом погасив защитное поле противника и превратив носовую часть вражеского корабля в исходящее паром решето. Пока чужой фрегат лихорадочно пытался восстановить управление, что с учетом повреждений было не так уж и просто, "Фаэтон" перенес огонь на очень удачно подставившийся корвет. Тот, зараза, вместо того, чтобы драпать (его бы это не спасло, естественно, но жизнь русским он таким поступком облегчить мог хотя бы из уважения), рванул в атаку, форсируя двигатели. Скорее всего, не понял, что произошло, иначе вел бы себя осторожнее. Русские не спеша расстреляли его еще на подходе, не дав ни единого шанса ответить. Просто вот есть корабль - а вот его уже и нету. Исчез, превратился в белесое, почти прозрачное и быстро расширяющееся облачко газа. Кончено.

На вражеском фрегате сообразили, наконец, что дело пошло не так, как они планировали, и плюха по носу - это только начало. Сейчас их будут бить - это чувство знакомо любой шпане, решившей в подворотне очистить карманы случайного прохожего и нарвавшейся на чемпиона города по каратэ. Окончательно увериться в том, что задевать русских - большая, можно сказать, фатальная ошибка им помогло следующее попадание, вырвавшее из борта кусок обшивки. Ну, не они первые так ошибаются, и не они последние. "Фаэтон" заложил вираж, ловко пристроился им в хвост, и Кобра пальнула главным калибром, целясь так, чтобы заряд прошел вдоль борта. Не повредил, боже упаси, разве что спалил парочку антенн, но сразу показал, кто здесь самый главный папа. Прошло секунд десять, и на пульте перед Серовым замерцал рубиново-красный огонек сигнала. Вызывают, поговорить хотят. Давно бы так.

- Ну и кто здесь такой неудачливый? Кого я сейчас буду поджаривать с особым цинизмом? - весело поинтересовался командир "Фаэтона", рассматривая возникшую на экране рожу. Нет, ну в самом деле, почему бы и не порадоваться? Испытания корабль, считайте, прошел, доказав неплохую боевую эффективность. Экипаж его, судя по уверенно проведенному бою, освоил фрегат в достаточной мере, чтобы не нервничать по этому поводу. Теперь и пленные есть. Они, правда, еще не знают, что пленные, но развеять заблуждения собеседника - долг каждого образованного человека. Тем более, ряха на экране редкостно гадостная, те, что маячили на заднем плане, тоже не лучше, по таким и кулаком заехать не грех.

- Русские? - пират (а кем это чудо еще могло быть) выглядел донельзя удивленным.

- А кого вы ожидали, милейший? - вопросом на вопрос ответил Серов. - Так что, вас как запечь, в фольге или на открытом пламени?

- Русские! Черт, черт, черт, говорил же я... Сэр, дайте нам уйти. Капитан погиб, большая часть экипажа тоже, а мы просто выполняли приказ.

- Думаете, это спасет вас от ответственности? - прищурился Серов.

- Сэр, нет, конечно. Мы готовы заплатить за оскорбление.

Ну все, струсил... орел. Запах мокрых штанов ощущался даже сквозь вакуум. И то верно, кто в здравом уме будет связываться с русскими? Разве что самоубийца. Хотя нет, он уж точно не будет, застрелиться самому не так больно.

- Ты мне, офицеру, предлагаешь свои грязные деньги? - внутренне ухохатываясь, поинтересовался Серов. Рожу он при этом скорчил такую, что собеседник аж шарахнулся. - Ты меня оскорбить хочешь? Оксана, разбей им систему жизнеобеспечения.

Ба-банг! Нет, это не выстрел, это Док в машинном чем-то лязгнул, явно нарочно не отключая внутренней связи. Тем не менее, на вражеском фрегате все дружно побледнели и спали с лица.

- Сэр, мы не хотели вас оскорбить, сэр! - говоривший, судя по манере речи, еще не так давно украшал своей персоной военный флот вероятного противника. - Пожалуйста!

- Да? Оксана, пока отставить.

Кобра сделала обиженное лицо, постаравшись, чтобы оно попало в поле зрения камеры (попала - на той стороне явственно вздрогнули) и демонстративно защелкала клавишами. Судя по всему, на резервном, отключенном сейчас пульте, так что ничего эти щелчки не значили, но выглядели зловеще. Серов мысленно ей поаплодировал и вновь повернулся к экрану.

- Итак, говорите. Кто вы, что вы, и как вас угораздило испортить со мной отношения?

- Э-э-э...

- Оксана!

- Нет-нет, я прошу прощения, - засуетился собеседник. - Мы из Вольного Братства.

Угу. Пираты, значит. Не ошибся. Потому и боится - с пиратами у Империи разговор короткий, и слухи о том, что с ними делают, ходят один другого страшнее. На девяносто девять процентов выдуманные, кстати, их сами имперцы и распускают, чтоб заранее боялись и разбегались при одном приближении. На самом же деле пиратов или отправляют на уран, или, если тащить пленных домой слишком накладно, просто выкидывают в космос. Тоже ничего приятного, конечно, но на фоне слухов сущая мелочь.

- Надо же. А я считал вашу братию малость поумнее. И кто вас надоумил напасть на русский фрегат?

- Нам сказали, вы из частной компании, с оффшора. Честное слово, мы не знали, что вы русские, иначе никогда и ни за что...

Ну, может, и не врет. Империя, как, впрочем, и все остальные развитые страны, приторговывала оружием, с том числе и упрощенными версиями устаревших кораблей. Перепутать можно. Но, как известно, незнание не освобождает от ответственности, эту мысль Серов постарался максимально понятным языком донести до пирата. Получилось, колоться тот стал, как сухое полено, и описываемая им картинка весьма походила на правду.

Пирата, говорившего сейчас от лица уцелевших членов команды, звали Йозеф Смит. Фамилия наверняка выдуманная, да и имя, скорее всего, тоже, но Серова это мало беспокоило. На фрегате "Кларк" он служил боцманом. Знал, соответственно, тоже лишь то, что положено боцману. Другое дело, на такой скорлупке что-то утаить сложно, и все секреты становятся достоянием экипажа максимум в течение суток.

Так вот, накануне капитан и хозяин фрегата Боб Скар (прозвище он получил из-за шрама, пересекающего левую щеку*) имел серьезный разговор с Жаном Кряковчуком, младшим потрошителем клана Болотных Лилий. Обычно потрошители занимаются взиманием долгов и участвуют в охране интересов клана, но иногда их могут использовать как посыльных. А что? Тупой (иных в потрошители не берут, для чего посложнее есть народ с мозгами), сильный, исполнительный. Придет, передаст, что сказано, и даже вникать в смысл не будет - о пиве думать интереснее. Вот такого умника и прислали к Скару.

Скар - шрам (англ.)

Предложение клана было простым. Перехватил кто-то крупную дичь. Кто? Неважно, клан не распространялся о подобных нюансах, а интересоваться и не принято, и для здоровья чревато. Главное, искать пропавший корабль будут, но люди за ними стоят несерьезные, а значит, их тоже можно взять за жабры. Зная точное место выхода из гиперпространства, это несложно. Корабли, даже поврежденные, на черном рынке стоят дорого, и трофеи всегда можно с выгодой продать. Отстегнув, естественно, клану процент за наводку. Обычная практика, Болотные Лилии частенько приторговывали информацией.

Услышав о "несерьезных", Серов мрачно хмыкнул. Пожалуй, этот бандитский клан заслуживает принудительной децимации уже за такую наглость. Однако перебивать разливающегося соловьем пирата он не стал - не видел смысла. Тот наверняка и сам понимал, что его подставили, и сливал наводчиков безо всяких угрызений совести. Жаль, знал маловато.

Скар, естественно, согласился. По наводке Болотных Лилий он работал не раз, и сотрудничество всегда было взаимовыгодным. Информацию клан поставлял исключительно проверенную, процент драл божеский, а что сам не рисковал лишний раз - так то нормальная, вполне понятная стратегия. В конце концов, добывать информацию - это тоже работа, требующая и искусства, и затрат, а за хорошую работу надо платить. Так что договорился он со своим приятелем Колином Мак Артуром, у которого имелся старенький, но содержащийся в очень приличном состоянии корвет, да и отправился на дело. Хотели еще кого-нибудь привлечь, для надежности, ибо помнили, что жадность может выйти боком, но тех, кого эти двое знали, на планете не было, а привлекать непроверенных кадров чревато. Так что полезли вдвоем, чуточку подождали - и влипли.

Выслушав исповедь напуганного пирата с непроницаемым лицом, Серов не спеша повернулся к Кобре:

- Как думаешь, не врет?

- Разве что не договаривает что-то, - отозвалась пилот, внимательно рассматривая результаты, выданные дистанционным детектором лжи. Разумеется, устройство, считывающее видеоинформацию и интонацию собеседника, уступало в эффективности своим контактным собратьям, но сейчас хватало и его. Правда, работал с ним обычно Док, но тот сидел в машинном, все же первый бой, новый корабль... Ну и ладно, все равно особой премудрости тут не было.

- Значит, не врет... Это хорошо, это радует. Ну что же, мистер... э-э-э... Смит. А доложитесь ка мне, в каком состоянии ваш корабль.

Как оказалось, пиратский фрегат пострадал не то чтобы смертельно, но серьезно. Разгерметизация части отсеков, покалеченный маршевый двигатель, ну, все это Серов и сам видел, большие потери в личном составе. Из двух десятков человек, включая восемь бойцов абордажной группы, в живых осталось шестеро. Словом, бывает и хуже, но не так уж часто.

Серов задумался. Да, "Кларк" поврежден, но, с другой стороны, система жизнеобеспечения в норме, стало быть, какое-то время жизни уцелевших членов экипажа ничего не грозит. Без маршевого двигателя тяжко, но в гиперпространство уйти они смогут, только разгоняться на маневровых двигателях придется недели две, не меньше. Станции дальней связи на фрегаты не ставят, даже в Империи их впихивают только на корабли рангом не ниже крейсера. Ну а раз так, пираты исключены из активной жизни надолго, и информация о том, что русский медведь начал вставать на дыбы, пока что никуда не уйдет. Можно, конечно, для надежности размазать их по космосу, но запал уже прошел, а вслед за схлынувшей адреналиновой волной накатилась апатия. Да и бессмысленное убийство Серову претило.

- Вот что, дятлы. Я сейчас уйду, а вы гребите отсюда тихонечко. А когда выгребете, держите ротики на замке, а то языки поотрезаю. И займитесь каким-нибудь более безопасным делом, в котором вы разбираетесь лучше, чем в войне. Кроликов разводите, что ли. Космос не для вас. Только прежде чем уйти, вам придется объяснить мне, где засели эти ваши... луковичные.

Получив исчерпывающие ответы, легким движением пальца он выключил связь, поймал взгляд Кобры, устало вздохнул:

- Идем к Сингапуру. Поспрошаем кое-кого... с пристрастием.


Планета Новый Сингапур, как легко догадаться по названию, была колонизирована выходцами из юго-восточной Азии. Город, название которого дало имя планете, исчез давным-давно, еще в раннекосмическую эпоху, когда во время Конфликта Большой Лужи две сверхдержавы едва не уничтожили всю планету, остановившись на самом краю пропасти. Большой войны между ними так и не произошло, но сателлитам досталось здорово. Сингапур оказался в числе тех, кто не пережил ракетной атаки с орбиты, и с тех пор на его месте находилось море, неглубокое и практически безжизненное.

И все же когда-то это был действительно красивый город. За прошедшие века история о нем обросла легендами, и многим Сингапур казался если не раем, то чем-то близким к этому. Вот и назвали планету Новым Сингапуром, рассчитывая, наверное, что по величию он затмит предшественника. Не срослось.

То ли утопия должна оставаться утопией, то ли люди не те, то ли место проклятое... Чего гадать? Получился не слишком развитый мир, очень скоро облюбованный пиратами и быстро превратившийся в настоящее гнездо преступности. Организованной, не очень организованной и совсем неорганизованной, доставляющей немало головной боли соседям и демонстративно на всех плюющей. У правоохранительных органов многих государств прямо руки чесались прикрыть лавочку, и технически это было достаточно просто. Но, во-первых, преступные кланы поддерживали на планете хоть какое-то подобие порядка, а во-вторых, разгонишь здесь - соберутся в другом месте. Притом что на Новом Сингапуре уже и сеть осведомителей какая-никакая имеется, и с признанными главарями пиратской вольницы можно как-то договориться, а там придется все начинать сначала. Так что полицейские скрипели зубами, пираты делали свое дело, а великие державы поглядывали на все это свысока. Их-то корабли пираты практически не трогали, зная, какие плюхи могут прилететь в ответ, а отморозков, не понимающих правил общежития, карали сами, и притом очень жестоко. У всех еще жив был в памяти последний рейд русских, и дразнить медведей, орлов и прочих представителей крупной фауны никто не желал.

На прибытие фрегата никто не обратил внимания, и из традиционного пиратского раздолбайства, и потому, что в столь маленьком корабле угрозы для планеты не видели. Насчет последнего Серов мог бы, возникни у него такое глупое желание, аргументировано поспорить. Все же, учитывая некоторые хитрые нюансы имперского кораблестроения и тот факт, что космическая оборона Нового Сингапура была представлена всего двумя безнадежно устаревшими кораблями, шанс устроить жителям планеты маленький, но приятный геноцид силами одного "Фаэтона" был вполне реальный. Не менее двадцати процентов, пожалуй, а имперцы, случалось, шли в бой при худших раскладах и побеждали.

Тем не менее, пока что никто и ничего здесь разносить на запчасти не собирался. Серов хорошо помнил, что его задачей является не поставить в позу пулемета гнездо космической мафии, а найти пассажиров и экипаж курьера. Сейчас клан Болотных Лилий был для него единственной зацепкой, а значит, следовало вооружиться большим паяльником и идти вытрясать из них сведения. Так что как бы ни хотелось навести здесь порядок пришлось смирить свои желания в интересах дела и топать разговаривать. А ведь можно было бы, к примеру, снести с орбиты какой-нибудь транспорт с тем расчетом, чтобы он ударился на стыке континентальных платформ - от последующих за этим землетрясений жизнь на планете стала бы некомфортной в ближайшие несколько тысяч лет... Мечты, мечты, в свете полученного задания приходилось вести себя куда деликатнее. В результате Кобра осталась на борту фрегата, пообещав, что, случись нужда, снесет эту несчастную планету с орбиты, а мужчины направились вниз, и даже заплатили символическую пошлину в космопорту.

Планета никогда не была слишком густо заселена, и даже невероятная плодовитость колонистов не смогла помочь всерьез ее освоить. На первом этапе мешали эпидемии, которые в местном климате, сыром и жарком, возникали с завидной регулярностью. Микрофлора оказалась крайне агрессивной, а биоблокаду тогда еще не изобрели. Позже вопрос с болезнями решился, но процесс все равно шел достаточно медленно, и сейчас все население планеты составляло не более двадцати миллионов человек, разбросанных по нескольким сравнительно небольшим городам и куче ферм. Планета оставалась преимущественно аграрной, а высокотехнологичная тяжелая промышленность и вовсе была представлена несколькими доками, предназначенными для ремонта кораблей небольшого тоннажа. Пиратов такие расклады вполне устраивали, благо в городах хватало и питейных заведений, и борделей на любой вкус, и все шло своим чередом. Во всяком случае пока, а будут ли они вламываться в эту спокойную жизнь, стреляя во все стороны, или тихонечко зададут вопросы и уйдут, Серый с Доком пока не решили.

На улице было жарко и отвратительно влажно. Впрочем, здесь всегда было жарко и влажно, климат планеты благодаря парниковому эффекту колебался от субтропического до экваториального, и смены времен года не было. Затянутое тучами низкое небо здорово давило на нервы, а легкие после кондиционированного здания космопорта решительно отказывались воспринимать смесь насыщенных водой газов в качестве нормального воздуха. Но эмоции эмоциями, а дело делом, и первое же такси, остановившееся после небрежного взмаха руки, помчало их в район, где обитали интересующие доморощенных сыщиков торговцы информацией.

Здесь преобладал наземный транспорт, и пробки на дорогах имелись немаленькие, но узкоглазый таксист, болтливый, как и большинство его коллег, умело выбирал дорогу, лихо проскакивал через дворы и сумел доставить их на место в кратчайшие сроки. Принял деньги с хорошими чаевыми и, улыбаясь, предложил подождать. Что же, пускай ждет, тем более что первые пятнадцать минут бесплатно, да и дальше отнюдь не дорого. Жили сингапурцы небогато, и цены здесь, особенно на продукты, выглядели весьма демократично.

Узкая и по-восточному не слишком чистая улица, на которой располагался искомый объект, выглядела запредельно спокойной. Именно запредельно, такое сложно увидеть на нормальных планетах. В России, на планетах Альянса, Европейской Ассоциации, да и на Вольных мирах такого не было. Нельзя сказать, что Серов с Доком были завзятыми путешественниками, но избранная профессия, скажем так, способствовала широкому кругозору. Много где побывали, много чего видели, и везде был свой колорит. Здесь же - как в могиле, хотя вроде и люди ходят, и лавочки открыты. Возможно, потому, что там, где порядок поддерживает мафия, народ опасается лишний раз высунуться. Чревато проблемами для здоровья, потому что те, кто стоит над законом, всегда карают эффективно и неотвратимо.

Что интересно, оружия никто не носил, во всяком случае, открыто. С другой стороны, и на пистолеты имперцев внимания тоже никто не обращал. Что это может значить, Серов не понимал, да и, честно говоря, не задумывался над этим. Не принято здесь лезть в чужие дела - ну и тем лучше. Да и вообще, жителей планеты, которая специализируется на оказании услуг пиратам наверняка сложно всерьез чем-то удивить.

Интересующее имперских офицеров кафе располагалось почти точно посередине улицы. Конечно, хотелось бы подъехать прямо ко входу, и выбраться из кондиционированного нутра машины прямо там, а не тащиться лишнюю сотню метров, но их средство передвижения сюда банально не пролезало. По этой... так и хотелось сказать собачьей тропинке проехать, ничего и никого не зацепив можно было разве что на скутере. Они-то как раз туда-сюда мотались. А такси, старая машина, произведенная то ли на одной из планет Альянса, то ли по их лицензии, отличалась внушительными габаритами. В Альянсе любили большие, вальяжные машины, что наземные, что воздушные, но там хотя бы для своих лимузинов и пикапов и улицы строили соответствующей ширины. Почему здесь дома сбивали между собой в такую кучу, космонавты решительно отказывались понимать. Народу мало, планета большая, стройтесь как хотите - но эти умники в очередной раз уподобились муравьям. Флаг им в руки, конечно, но это потом, а пока что приходилось идти своими ногами да по жаре. Счастье еще, что недолго.

Надо сказать, снаружи кафе выглядело не слишком респектабельно. Подвальчик, к которому вели изрядно потертые ступени, и вывеска с иероглифами. Серов мог бы их прочесть, если бы, конечно, взял себе за труд вспомнить те основы китайского, которые давались в военном училище. Но, во-первых, если разговорный китайский на уровне "как зовут, какое звание, где ваша база, отвечай, и не будешь расстрелян" он еще освоил, то иероглифы всегда считал тупостью и, как и большинство сокурсников, плевать на них хотел, благо курс был факультативным. А во-вторых, не видел смысла напрягаться - улица та самая, а кафе здесь одно-единственное, не промахнешься. Оставалась, правда, вероятность, что пират все же ухитрился каким-то образом обмануть детектор лжи и выдать неверную информацию, но впечатления идиота Смит не производил. Наверняка понимал, что при необходимости русские вернутся прежде, чем он успеет разогнать свое корыто и уйти в гиперпространство. Да и там достанут, если очень уж захотят. Так что прочь сомнения - и вперед!

Внутри оказалось чуть попрохладнее, но именно чуть - видать, аборигены хорошо приспособились к климату своей планеты, и жара не причиняла им таких неудобств, как приезжим. Впрочем, недостаточное кондиционирование - это не так уж и плохо. В конце концов, резкий перепад температур и влажности бьет по организму как молотком, поэтому хотя бы простуду в этом кафе подхватить можно было не опасаться. Во всем остальном - обычное заведение, в такой стилистике их делают практически везде. Невысокие потолки, отделка деревянная, стилизованная под старину, такая же мебель. Барная стойка, оснащенная вполне цивильно, единственная посетительница, высокая худая девица с выкрашенным в ярко-красный цвет хаером*, мазнула по ним скучающим взглядом и вновь склонилась над стаканом из мутного стекла, как живо определил Серов, пустым. Ну и бармен, естественно, молодой, полноватый мужчина самой что ни на есть европейской наружности. В порядком измятой, хотя и чистой рубахе и серых, не первой свежести джинсах.

Хаер - волосы (сленг)

- Эй, ты, - Иван плюхнулся на высокий табурет и постучал костяшками пальцев по столешнице.

- Слушаю вас, - то, с какой неторопливой плавностью приближался бармен, яснее слов говорило, что не за чаевые он здесь работает.

- Хозяина позови.

Пальцы рук Серова сложились в замысловатую фигуру - ту, которую ему показал Смит. Условный знак - для своих. И бармен его узнал.

- Что передать? - спросил он так же неторопливо.

- Что с ним хотят обсудить некоторые аспекты ранее переданной кланом информации.

- Хорошо, ждите. Прохладительные напитки за счет заведения, - и бармен все так же величественно удалился, оставив посетителям самим разбираться в наборе краников, по которым, судя по надписям, должны были течь сок, пиво и какие-то местные вина. Урод! Впрочем, скорее всего, знак, показанный Смитом, говорил о том, что пришли какие-то мелкие сошки. Те, с кем можно иметь дело, но при этом из-за пожеланий которых нет смысла излишне утруждаться.

Пришлось мучительно гадать, что откуда должно течь. Иероглифы, правда, имели ниже подпись на английском, но с такими ошибками, что мозг упорно отказывался воспринимать эту галиматью. Хорошо еще, апельсиновый сок попался быстро, и Серов не стал больше гадать, что есть что. Просто наполнил два высоких стакана оранжевой жидкостью и направился к столу, попутно отметив, что Док уже пытается склеить девицу. Вот зараза, уже почти женатый человек, а стоит выйти из поля зрения Кобры, как рефлексы начинают играть. Даже если ясно, что на что-то выходящее за рамки трепа времени все равно не останется. Ну что же, зато можно посмотреть на бесплатный спектакль, хоть какое-то развлечение.

Между тем Док, несколько раз пройдя мимо девушки и убедившись, что та не обращает на него внимания, то ли погруженная в свои мысли, то ли мучаясь с похмелья, перешел к более решительным действиям. Ловко взгромоздившись на соседний табурет (когда надо, Док умел двигаться с кошачьей грацией, при этом его впечатляющие габариты совершенно не бросались в глаза) и поинтересовался:

- Девушка, разрешите пригласить вас на чашечку кофе?

- А что, денег на коньяк совсем нет?

Сказала - как отрезала, Серов мысленно поаплодировал ей. Однако остановить вставшего на след бравого космического волка оказалось не так-то просто.

- Можем и коньяк, только не в этой забегаловке, где его наверняка бодяжат сами. Где-нибудь на заднем дворе, если не хуже. Может, подскажете место, куда мы могли бы сходить, посидеть?

- Не подскажу - отрезала девушка и отвернулась.

Прежде чем Док придумал достойный ответ, дверь позади стойки открылась, и впустила в помещение невысокого, сморщенного дедулю, как две капли воды похожего на описание Смита. Впрочем, учитывая, что для них все китайцы были на одно лицо, можно было и перепутать. Док моментально оставил свои поползновения и дисциплинированно присоединился к командиру, сев рядом с ним и сграбастав наполненный до краев стакан, ухитрившись не пролить ни капли. Одним глотком высосал его до дна и откинулся на спинку стула, вопросительно глядя на хозяина заведения. Серов занимался тем же самым еще с первых секунд его появления здесь.

Китаец не спеша угнездил свою задницу на стул напротив, бармен вернулся за стойку и что-то недовольно сказал девушке на непонятном диалекте. Вероятно, тоже какая-нибудь разновидность китайского, благо там вариантов куча. Девчонка, видать, поняла, отрицательно качнула головой и вновь принялась гипнотизировать стакан. Бармен лишь безразлично пожал плечами и начал с отрешенным видом протирать рюмки. Вполне себе мирное занятие. Вот только очень не понравилась Серову позиция, которую он занял. С нее по вновь пришедшим пальнуть из чего-нибудь огнестрельного - милое дело, а китаец, что характерно, на линию огня не попадает.

- Итак, господа, вы хотели меня видеть?

Держался китаец с достоинством, и говорил по-английски очень чисто. Вот только чересчур правильное построение фраз выдавало, что особой языковой практики у него нет. Скорее всего, курс гипнообучения, удовольствие, надо сказать, недешевое.

- Вообще-то, я предпочел бы видеть ваших хозяев, - с ленцой в голосе отозвался Серов.

- Вот как? Вы считаете, они захотят с вами видеться?

- Надеюсь, что да. Потому что вопрос, который может ударить по репутации клана, с говорящей головой - не обижайтесь, но вы всего лишь передаточное звено без собственного мнения - не решают.

А вот тут он китайца задел. Пренебрежительное мнение других о своей персоне слушать всегда неприятно, и хотя узкоглазый собой владел, лицо его на миг дрогнуло. Правда, всего на миг - почти сразу он вновь словно бы надел маску невозмутимости.

- И каким образом может повредить репутации клана ваша информация?

- Тем, что проданные Бобу Скару сведения отправили его на тот свет.

- И что с ним случилось?

- С ним случился я. А мне очень не нравится, когда один идиот по наводке другого идиота начинает палить в сторону моей драгоценной персоны.

- А чем я могу помочь?

- Чем? - Серов усмехнулся как можно презрительнее. - Для начала, сведите меня с теми, кто принимает решение, а потом я сам обсужу с ними, сколько они мне должны за незапланированную нервотрепку.

- Вам не кажется, что приходить сюда и что-то требовать - не самое мудрое решение?

- Напротив, я убежден, что обсуждение моих решений находится вне вашей компетенции.

Несколько секунд они буравили друг друга взглядами, и наконец китаец медленно кивнул:

- Хорошо, я сообщу о ваших требованиях. Думаю, ответ вы получите через...

- Пятнадцать минут, - холодно бросил Серов. - Иначе через двадцать информация уйдет в сеть. Сколько потеряют на этом Болотные Лилии, меня не волнует.

- Это... не очень мудро.

- Зато принесет мне моральное удовлетворение. А достать меня вы все равно не сможете. Ну, вперед, вперед, минута уже прошла.

Китаец пожал плечами, встал и не спеша удалился. Серов украдкой перевел дух. Поможет ли метод "давить, давить и давить", или придется использовать вариант со стрельбой, еще предстояло узнать, но первый раунд он явно выиграл. Оставалось ждать ответа - ну и подлянок, разумеется. Не могут его не попробовать на вшивость, вот только организовано это будет на любительском уровне, времени подготовиться у них нет.

Провокация началась минут через десять. Вначале в кафе зашла небольшая компания молодых людей восточной наружности. Человек пять парней и столько же девушек. Тихо-мирно уселись за свой столик, заказали выпивку, вот только скорость, с которой бармен выполнил заказ, разом сняла все вопросы. Скорее всего, какая-то уличная шайка на подхвате, расходный материал, но сейчас явно работающий на клан. В противном случае вряд ли ребятишки вели бы себя так уверенно и в то же время деликатно, чтобы ничего не разбить, а бармен бы так шустрил. Расходный материал, конечно, но вызвать реально серьезную подмогу просто не успеть. Осталось дождаться, когда начнется спектакль, а там уж главное не промахнуться.

Что процесс пошел, стало ясно, когда одна из девиц залепила хорошую плюху своему кавалеру. Хорошо так залепила, явно вложив в нее не только актерское мастерство, но и реальные обиды. Во всяком случае, след от пятерни на щеке парня аж заалел. Встала, врезала и, отшвырнув стул, направилась в сторону космонавтов решительным, но при том семенящим шагом шагом. Однако, как бы она не скрывалась, от Серова не укрылось, что юбка ее, вроде бы узкая и почти до колен, на самом деле имеет разрезы, позволяющие при нужде не сковывать движения, а на ногах мягкие кроссовки. Стало быть, ее тоже следует принимать в расчет и, случись нужда, валить безжалостно.

- Господа, не пустите даму за столик? - голос у нее был мурлыкающий, но то, что кошкам нельзя доверять, Серов помнил с детства.

- Прошу, - он указал на стулья напротив и вновь приник к стакану, ожидая, как будет развиваться спектакль. Будут у "дамы" еще слова, или на сказанном все ограничится. Оказалось, что все, ее сольная партия закончена, особыми изысками в намечающейся драке никто себя утруждать не собирался. Предлог, пускай и с натяжкой, вроде бы получен.

- Эй, вы, оставьте мою бабу в покое!

Ну, а вот и кавалерия. К ним направлялись сразу двое. Первый - в меру спортивный красавчик с гладкими, словно прилизанными волосами. След от пятерни на щеке все еще не померк и, казалось, мог освещать дорогу в темноте не хуже фонаря. Судя по пластике его движений, владел чем-то вроде кун-фу или как там у них дрыгоножеские извращения называются. В любом случае, вряд ли что-то серьезное, иначе не отирался бы с этими молокососами. Словом, иметь в виду следует, а вот насчет опасаться - это вопрос. Недооценивать врага Серов склонен на был, но и переоценивать считал глупым, а тот факт, что остальные члены банды остались сидеть, не добавлял веса их умственным способностям.

Второй был не очень высок ростом, сантиметров на пять ниже даже не считающего себя великаном Серова. Вот только шириной плеч он превосходил даже Дока. Хорошо так превосходил, раза в два, не меньше. Черты лица можно было бы назвать усредненно-восточными, если бы не почти полное отсутствие лба и чрезмерно развитые челюсти. Сейчас эти части жевательного аппарата медленно двигались, перемалывая что-то с таким видом, словно хозяину было без разницы, резинка там или кирпич. Глядя на его рожу, в это вполне можно было поверить, особенно учитывая отвратительное качество местных стройматериалов. При виде русских он презрительно скривился и сплюнул прямо на пол чем-то отвратительно-розовым, одинаково похожим и на бубль-гум, и на пыль от все тех же многострадальных кирпичей. Но жевать, что характерно, не перестал.

- Модификант? - с неподдельным интересом спросил Док. - Ну-ну, господа. Да вы, я смотрю, круты.

Говоря это, он не спеша воздвигался над столом. Именно так, не вставал, а воздвигался, демонстрируя всем и каждому, как перекатывается гора рельефных, сформированных годами тренировок и перегрузок, мускулов. Выглядело это... внушительно, особенно с учетом обтянувшей их, мокрой от пота футболки. К концу процесса, когда Док выпрямился, едва не задевая макушкой низкий потолок, взгляды собравшихся сфокусировались на нем, и изумление в них читалось неподдельное.

Вот так, ребята, и никакой вам модификации, которой частенько увлекались на периферийных планетах. Первоначально эта методика, разработанная в Японии, предназначалась для повышения физических возможностей солдат в условиях ограниченного времени и нехватки ресурсов. Позже она стала весьма популярной у спортсменов, позволяя быстро и без особых напрягов добиться впечатляющих результатов. Правда, вскоре ее популярность ушла в ноль, поскольку к профессиональным соревнованиям, а стало быть, и к большим деньгам люди с искусственно выращенными мышцами просто не допускались. Но совершенствование методики продолжалось, и через какое-то время она развилась в нечто достаточно жуткое, вроде встроенных в кожу костяных панцирей или трехсуставных ног. Еще позже выяснилось, что все это, конечно, интересно, но излишнее вмешательство в человеческий организм приводит к необратимому разрушению генетического кода и бесплодию, и, вдобавок, к снижению продолжительности жизни в два-три раза. Сейчас во всех нормальных государствах подобные эксперименты были запрещены (а в Российской Империи, где людей традиционно старались беречь, и не начинались), и лишь на периферии, на вольных планетах, где власть определялась более количеством стволов у их владельца, чем писаными законами, модификанты все еще выращивались и даже пользовались определенной популярностью. Но и там, как правило, использовались простые варианты вроде гипертрофированной мышечной массы. Во-первых, потому, что это не слишком портило базовый организм и не приводило к серьезным изменениям сроков жизни, а во-вторых, требовало относительно простой аппаратуры. Бюджетный вариант, в общем.

Откровенно говоря, у местных был еще вариант избежать проблем. Посмотреть на тех, кто им противостоит, сделать в штанишки и отвалить. Это могло оказаться лучшим выходом для всех. Однако то ли умственные возможности у них оказались обратно пропорциональны физическим кондициям, то ли очень уж им хорошо заплатили, а отрабатывать гонорар они привыкли честно. Более того, они даже не подумали подтянуть остальных, решив, очевидно, что справятся сами. Видать, давненько их никто не бил. В результате события развивались для гопников по негативному сценарию.

- Й-я-а!

С гортанным выкриком (он что, третьесортных боевиков пересмотрел?) красавчик ударил Серова, продолжавшего с невозмутимым видом сидеть за столом, ногой в голову, а модификант с неожиданной быстротой шагнул вперед и сделал загребающее движение руками, пытаясь заключить Дока в крепкие и недружественные объятия. Только никто из космонавтов не стал дожидаться, пока их побьют. Серов, двигаясь куда быстрее обычного человека, чуть откинулся, пропуская ногу противника мимо своего лица и перехватывая ее. Вскочил, одновременно поворачиваясь и используя инерцию противника. Тот явно не ожидал такого поворота, а малый вес, все же он был на добрых двадцать килограммов легче космонавта, сыграл с ним злую шутку. К моменту, когда Серов заканчивал разворот, его противник уже потерял контакт с полом и, на финале, всем своим охреневшим организмом врезался в подставную девицу. Клубок из перепутавшихся рук, ног и прочих частей тел кубарем укатился куда-то в угол.

Док разделался со своим противником не так эффектно, зато намного более эффективно. Памятуя, что гениталии и кадык не накачаешь, он не стал меряться с модификантом силой, а просто с быстротой, неожиданной для такого гиганта, пробил по этим двум точкам. Вот и лежал теперь амбал местного разлива на полу, хрипел и не знал, за что хвататься.

- Тих-ха! - ну, это относилось уже к товарищам поверженных, которые, сообразив, что здесь и сейчас что-то пошло не так, попытались вскочить. Они, впрочем, и так излишним рвением не страдали, поскольку обнаружили вдруг себя под прицелами аж четырех стволов. Знаменитый сорок пятый калибр, которым так гордятся в Альянсе, считая его одним из символов нации, обладает замечательным свойством остужать даже самые горячие головы. Уж больно внушительно смотрится, хотя эффект и несколько смазывался тем фактом, что в руках Дока даже эти карманные гаубицы смотрелись игрушками. А как их успели извлечь... Ну, легендарные ганфайтеры Дикого Запада, может статься, смогли бы и быстрее. А может, и нет - все же учили в русских военных училищах на совесть.

- Мальчики, девочки, - добродушно с некоторой даже ленцой в голосе прогудел Док. - Ну-ка, карманы вывернули... Вывернули, я сказал! А теперь все колюще-режущее вон в тот угол побросали и на пол легли. Знаю, что грязный, потерпите. Вот так, молодцы. Прописываю вам постельный лежим.

- Режим, - механически поправил его Серов.

- Это у нормальных людей режим, а у них - лежим. И лежат они тихонечко, до того момента, как мы уйдем, иначе перестреляю всех к чертовой матери. Всем все ясно?

Бам-м! Звук был такой звонкий, словно кто-то ударил в пожарный гонг. Пожалуй, если бы Серов с Доком краем глаза не отслеживали происходящее, то точно дернулись бы и нашпиговали лежащих молокососов пулями. А так лишь неспешно повернулись и с интересом посмотрели на крашеную девицу, сжимающую в руках согнутый от удара железный поднос а-ля антиквариат.

- Честное слово, давно хотела это сделать, - смущенно призналась она.

- Угу, - согласно кивнул Серов, подошел к барной стойке и выволок из-за нее очумело мотающего головой бармена. - Паш-шел!

Оглушенный служитель бутылки и стакана отправился к компании поверженных гопников, а Серов извлек из-за стойки дробовик с наполовину спиленными стволами. Откинул их, посмотрел - ну да, картечь, с небольшой дистанции эффект был бы убойным. И, честно говоря, когда бармен потянулся к этой штуке, девушка опередила Серова максимум на полсекунды. Капитан уже намерен был вынести мозги этой твари, и, выходит, девушка предотвратила готовое разыграться смертоубийство, которое на данной стадии представлялось лишним.

- Держи трофей, - он толкнул оружие по столешнице. - Пользоваться умеешь?

- Умею, - она ловко поймала обрез. - Только сейчас надо уходить. А то...

- Увы, увы, как раз этого сделать мы пока не можем, - развел руками Серов. Он не сомневался, что заинтересованные лица его слышат, и потому пользовался случаем, чтобы озвучить свою позицию. - Понимаешь, нам очень надо переговорить с боссами этих умников, иначе придется принять меры... а я не уверен, что справлюсь.

- Во-во, - ухмыльнулся Док. Один пистолет он убрал в кобуру, но второй все еще находился в руке, и побежденным с пола это было очень хорошо видно. - Нас неплохо учили взрывать корабли, но действие планетарных бомб показывали только в теории, да и само минирование Сингапура займет много времени.

- Вы это серьезно? - девушка удивленно переводила взгляды с одного на другого.

- Я разве мы вас когда-нибудь обманывали? - Серов изобразил удивление настолько удачно, что сам великий Станиславский наверняка взвыл бы "Верю!".

- Но...

- До этого еще не дошло, не волнуйтесь... Хотя нет, уже дошло. Время у наших... м-м-м... ответчиков вышло. Так что, мисс...

- Дана

- Очень приятно, мисс Дана. Так вот, я с удовольствием пригласил бы вас за наш столик, но, увы, пора уходить. Раз с нами не хотят говорить по-хорошему, значит, будем разговаривать по-плохому. Рекомендую вам покинуть планету в течение следующих полутора суток. Да, кстати, - тут он вновь перегнулся через барную стойку, подхватил одну из бутылок, ребром ладони срубил горлышко и принюхался. - Мой друг был прав, и впрямь подделка, причем достаточно паршивая.

- А-а-а... - девушка выглядела ошарашенной - видимо, она никогда не имела дела с русскими.

- Если хотите, мы вас проводим, - галантно склонил голову Серов.

- Не торопитесь.

Этот голос звучал совсем иначе, чем все, что им приходилось ранее слышать в стенах этого заведения. Вроде бы ничего особенного, но интонации человека, умеющего, а главное, имеющего право отдавать приказы чувствовались буквально в каждой нотке. А потом в зале появился еще один персонаж, не особенно колоритный, на вид и внешне на классического авторитета никак не тянущий. Вот только при его появлении наступила тишина, да такая, что даже, казалось, мухи на окне перестали жужжать и биться головами о преграду.

Серов внимательно посмотрел на новое действующее лицо. Средний рост, черты лица не европейские, не азиатские - скорее, смешанные. Метис... Не выглядит спортсменом, но и брюха не видать. Черные волосы, костюм неброский, но качество его даже не специалист отличит за версту. Интересно, ему не жарко в этом?

А человек между тем разглядывал собравшихся спокойным, немигающим взглядом. Потом, очевидно, составив о них какое-то мнение, кивнул будто бы самому себе и небрежно шевельнул пальцем. Этого оказалось достаточно, чтобы и мелкобандитствующая шушера, и бармен, и даже хозяин заведения испарились с прямо-таки фантастической быстротой. Дана, кстати, тоже. Остались только они втроем, и человек усмехнувшись, сделал приглашающий жест:

- Прошу.

Стол, который они выбрали, ничем не отличался от всех остальных. Как только высокие договаривающиеся стороны сели, мафиози вытащил из кармана маленькую, сантиметра три диаметром, полусферу, небрежно положил ее на середину стола, и спустя какую-то секунду их накрыл переливающийся мягким светом полупрозрачный купол. В ушах словно бы зазвенел тоненький, на грани слышимости комариный писк - нормальный побочный эффект подавляющего поля. Не слишком приятно, но потерпеть можно, зато уж подслушать точно никто не сумеет.

- Русские?

- Да. Откуда знаете?

- Только вы можете так нагло себя вести. Да, пожалуй, японцы, те, бывает, тоже ничего не боятся, у них, как и у вас, честь выше жизни и смерти. Но на японцев вы не похожи ни лицами, ни манерой вести переговоры.

- Как уж умеем... С кем имею честь?

- Здесь меня знают как Джонса. Представляю интересы клана Болотных Лилий. Вхожу в совет клана. Не глава, естественно, но до него вас уж точно не допустят. И до меня бы не допустили, но я случайно оказался поблизости. Вы?

- Капитан третьего ранга Серов, командир фрегата "Фаэтон". Капитан-лейтенант Кисляков.

- Доктор, который умеет лечить и от жизни, и от смерти?

Настал черед Серова удивляться. Впрочем, Джонс сразу пояснил:

- У него, когда вы Майкла... бармена выдернули, а он его перехватил, был очень характерный жест. Успел пульс пощупать.

- Вы наблюдательны.

- Иначе здесь сложно выжить. Но давайте перейдем к делу. Что привело вас сюда?

Опуская не имеющие отношения к делу подробности, Серов изложил ситуацию. Лицо Джонса вытянулось:

- Вот как, значит... Русский курьер. Действительно, Скару... не повезло.

- Именно так. И если мы быстро не разберемся, кто и что за этим безобразием стоит, не повезет еще очень многим.

- Угрожаете?

- Констатирую факт. Информация уже ушла наверх, и я не исключаю, что скоро сюда могут подтянуться специалисты, скажем так, более высокого уровня.

- Да уж, вас, русских, только тронь - живо толпа набежит.

- И я о том же. Но это - не лучший вариант. Полагаю, для всех будет лучше, если мы договоримся раньше, чем на орбите планеты повиснет русский линкор.

- Хорошо, - ответил Джонс после короткой паузы. - Я передам вам наш источник информации. Раз он так нас подвел, думаю, мы не обязаны оказывать ему покровительство. Но, я надеюсь, вся история останется между нами.

- При условии, что Смит не заговорит.

- Это будут наши проблемы, - улыбнулся Джонс, и Серов моментально посочувствовал пирату. - Кстати, просто для сведения. Вы и впрямь взорвали бы планету?

- Нет, что вы, - вернул ему улыбку Серов. - По собственной инициативе - ни за что. Вначале мы связались бы с командованием и запросили разрешение...


Когда они вышли из кафе, оставив Джонса пребывать в глубокой задумчивости, на улице практически стемнело. Правда, фонарей хватало, но в подворотнях клубилась неприятная серая мгла да мелькали какие-то неопределенные личности, может, представители каких-нибудь уличных банд, а может, просто мирные обыватели идущие по своим делам. Рассмотреть их в деталях было сложно, да Серов и не стремился к этому.

- А я уж думала, вас там съели.

Ничего себе! А Серов уже и думать забыл о случайной знакомой. Она же, напротив, ждала, сидела на краю лестницы, держа на коленях трофейный обрез. Голос у нее, кстати, был хороший, звонкий.

- Нас сложно так вот запросто съесть. Народ покруче, было дело, пытался, но мы живы, а вот они - нет.

- Поня-атно... ну так что, забыли про обещание, я вижу?

- Про какое? - не понял Док.

- А проводить даму? А то ведь здесь на улицах такое бывает - аж подумать страшно.

- Гм... Думаю, от такой дамы местная шпана сама должна оберегаться, - усмехнулся Серов, но отказывать не стал. - Присоединяйтесь, мисс Дана. Вы далеко живете?

- Минут сорок, если пешком.

Сорок минут! Да еще по такой жаре, совершенно, кажется, не ослабевшей. Док, очевидно, пришел к тем же выводам.

- Нас тут должна была ждать машина. Если не уехала, конечно.

- Вряд ли уехала, у таксистов в этом проклятом городе мало клиентов.

- Ну, хорошо бы, - кивнул Серов. - Едем?

- Да.

Такси, как и предполагалось, стояло на месте, а водитель бессовестно дрых. Счетчик же, гад, включить не забыл, и сейчас на нем накрутилась приличная сумма в местной валюте. Серов поморщился, увидев количество нулей, но быстро перевел в уме в рубли и успокоился. Пятерка на наши деньги, ерунда. Тем более, все равно не из своего кармана - они на боевом задании, как-никак, и расходы берет на себя казна, включая такси и бордели.

Правда, когда таксист узнал, куда ему предстоит ехать, настал его черед морщиться. Район тот, судя по всему, особо хорошей репутацией не славился. Тем не менее, поехал, да так шустро, что Серов, глядя на вязнущий в быстро густеющем тумане свет фар, иной раз откровенно опасался, что доедут они разве что до ближайшего столба. Больше всего это напоминало пилотирование истребителя в метеорном рое, но водитель, похоже, и впрямь был неплох. Во всяком случае, никого и ничего не сбил по дороге. И все равно, когда такси, скрипнув тормозами, остановилось, пассажиры испытали нешуточное облегчение.

Район оказался и впрямь не из лучших. Не трущобы, конечно, но и не чистенькие кварталы среднего класса. Так, на грани бедности. Единственный плюс - машина остановилась всего в десятке метров от подъезда. Дана выбралась наружу, обернулась к Серову:

- Проводите до квартиры?

- Да, - он опередил Дока буквально на секунду. Девушка напросилась в их компанию явно неспроста. Ну а раз так, следовало узнать причину. Хотя бы потому, что она не так давно помогла совсем незнакомым людям. Риск, конечно, однако не так уж он и велик. - Док, останешься в машине.

Механик поморщился, но подчинился, и Серов двинулся следом за девушкой, стараясь не обращать внимания на грязные лестницы и обшарпанные стены вонючего подъезда. Хорошо еще, жила она невысоко, всего-то третий этаж.

- Зайдете? - дверь оказалась такой же ободранной, как и остальной подъезд, но крепкой. Откровенно говоря, Серову совершенно не хотелось заходить, но он мужественно кивнул:

- Зайду.

Как ни странно, никто даже не попытался на него выпрыгнуть из темноты, и пистолет так и остался в предусмотрительно расстегнутой кобуре. Дана, включив свет, увидела его позу и усмехнулась:

- Не волнуйтесь, вам нечего бояться, кроме нас здесь никого нет.

- Я и не боюсь, - жестко ответил Серов. - Просто не хочу лишних случайностей и ненавижу сюрпризы - они вредны для здоровья. Вы хотели о чем-то поговорить наедине?

- Да. Заберите меня отсюда.

- То есть? - вот чего-чего, а такого поворота он не ожидал.

- Заберите меня с этой планеты. Вывезите. Хоть багажом, хоть уборщицей, хоть... да кем угодно. Не могу больше.

- Так, с этого места подробнее.

- А что подробнее? Мы с матерью сюда прилетели четыре года назад. Туристами. Мать втюрилась в какого-то... он подсадил ее на иглу. Через год деньги кончились, и он смылся. Мать повесилась. Выбраться сама я просто не могу, мне тут на билет денег за семь жизней не заработать. А под кого-то ложиться, чтобы на корабль провел, - тут ее передернуло от отвращения. - Оставаться здесь еще хуже - или на панель, или вовсе на органы пустят, я ведь никто. Даже в банду не возьмут. Пока как-то выкручивалась, а последнее время вообще край. А сегодня вас увидела, и решила, что это мой шанс.

- То есть этого дурика ты приложила, чтобы привлечь наше внимание?

- И чтобы вы должны были мне услугу. Или, думаете, вы мне вот так, сразу, понравились?

- Хотя бы честно, - задумчиво пробурчал Серов. В голове его лихорадочно крутились варианты. Конечно, самым правильным было бы повернуться и уйти, но, откровенно говоря, девчонку было просто жалко. Правда, можно потом такой нагоняй схлопотать... А, ладно, не впервой. - Правда, услуга твоя, честно говоря, невелика, я все равно выстрелил бы раньше, но считай, мы оценили. Тем более, тебе этого не простят. Вопрос. Почему именно со мной и именно наедине?

- А вы добрее выглядите. Ваш товарищ меня бы послал сразу.

Послал бы, это точно, и даже присутствие командира не помешало бы. Тем более, согласно уставу, был бы абсолютно прав. Док и впрямь отличался суровым подходом к сторонним просителям, если они, конечно, не были соотечественниками. У девчонки глаз наметан, ничего не скажешь. Но вот то, что он, оказывается, выглядит добрым, Серов слышал в первый раз.

- Очень интересно. Тебе лет-то сколько, чудо?

- Двадцать... скоро будет.

- Ага, года через три, - мрачно буркнул капитан, уже приняв решение. - Ладно, куда тебя подбросить? Имей в виду, я нашего маршрута и сам пока не знаю.

- Куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Вы ведь из Империи, верно?

- Верно, но туда мы пока точно не полетим. А ты откуда?

- С Нью-Вашингтона.

- Альянс, значит... Пока в планах не стоит. Ладно, куда-нибудь да вывезем. Если на детекторе лжи проверку пройдешь. Не пройдешь, окажешься засланной - в космос выкинем. Согласна? Ну, тогда собирайся, только быстро, - и, усмехнувшись, спросил: - Док, ты все слышал?

- Да слышал, слышал, - противно завибрировал в ухе крохотный, с булавочную головку, динамик. Док бдел, готовый, в случае чего, разнести половину квартала, благо пистолеты были не единственным, что они взяли с корабля. Не будь за спиной этого живого танка, Серов вряд ли рискнул бы в одиночку идти непонятно куда на чужой планете с практически незнакомым человеком. Он все же был военным, а не авантюристом с острой нехваткой мозгов. - Вечно ты то котят, то щенков таскаешь, а потом не знаешь, куда их пристроить.

- Не бурчи, главное, вокруг посматривай. Не нравится мне этот район.

Док фыркнул что-то в ответ и отключился, а Серов, прислонившись к стене, принялся ожидать Дану. Та, надо сказать, управилась на диво быстро. Даже удивительно быстро для женщины. Не прошло и пяти минут, как она вышла с туго набитой, потрепанной сумкой армейского образца в руках. Судя по тому, как ее перекашивало, весила сумка немало. Серов усмехнулся:

- Все собрала?

- Что действительно нужно - собрала, а старые кастрюли с собой тащить нет смысла.

- Логично. Тогда пошли, - он перехватил у девушки сумку, забросил ее на плечо, проверил, сумеет ли без проблем достать пистолеты. - Док, мы выходим.

Динамик выдал что-то непонятное, но явно нелестное, и замолк. Ну, тем лучше. Девушка по привычке, механическим движением закрыла дверь и пошла первой, держа, как заметил Серов, руку поближе к висящему на поясе дробовику. Однако обошлось, и до машины они добрались без приключений. Плюхнулись на заднее сиденье, и Серов тяжело выдохнул:

- В космопорт.


Информацию о человеке, который слил Болотным Лилиям неверные сведения, они получили только утром. Видать, Джонсу потребовалось время на то, чтобы продавить свое решение. Ну, оно и понятно, еще быстро справился. Серов отлично понимал, что далеко не все члены клана будут за, и если мнение шестерок, в принципе, никого не интересует, то верхушку придется учитывать.

Однако Джонс явно не был склонен конфликтовать с русскими. Отлично знал, что шутят они в таких делах крайне редко и очень тяжеловесно, поэтому риск себя вряд ли окупит. Понимал он наверняка и проблемы для репутации клана, когда информация о Скаре выплывет наружу. Так что вариант со сдачей информатора выглядел наименее затратным с точки зрения потерь, и продавить его он постарался максимально быстро. Впрочем, остальные члены верхушки клана тоже были не дураки, и ломались наверняка больше из желания сохранить лицо. Русских же, по большому счету, чужие заморочки и вовсе не волновали, поскольку им важен был результат, а не эмоциональная составляющая временных партнеров.

Прочитав сообщение, Серов задумался. Еще раз прочитал. Еще раз подумал и, наконец, решительно встал и направился в кают-компанию. В отличие от корвета, на "Фаэтоне" местом общения стала она, а не рубка. Просто потому, что помещение оказалось достаточно просторным, и разместиться в нем можно было со всем удобством. Конечно, не как на линкоре, где в кают-компании можно было давать балы, правда, очень скромные, но тоже ничего. Даже небольшой диванчик имелся.

На этом диванчике и расположились, оживленно болтая, обе присутствующие на корабле женщины. Кобра, несмотря на суровый вид и еще более суровое воспитание, все же нуждалась в общении не только с брутальными мужчинами, но и с лицами, так сказать, одного с ней пола. Хотя бы для того, чтобы обсудить абсолютно неинтересные мужикам вещи вроде духов и тряпок. Не то чтобы она была модницей, но продефилировать по улицам, ловя на себе восхищенные взгляды окружающих (а она была, несмотря на габариты, красива), Кобра никогда не отказывалась. Вот и нашла бравый пилот свежие уши, и села на них так плотно, что сдвинуть ее, казалось, не было никакой возможности.

Док обнаружился здесь же. Стоял у плиты (за недостатком места кают-компания и камбуз были частично объединены) и готовил что-то сложное и наверняка не особенно вкусное. Ну, никуда не денешься, его очередь, хотя Серов, еще с вечера тщательно обдумав этот момент, намерен был в самое ближайшее время повесить эту обязанность на Дану. А что? Сама сказала, хоть уборщицей, хоть кем угодно. Вот и пускай теперь поварихой свой перелет отрабатывает.

- Всем доброе утро, - и, практически без паузы, - Дана, выйди, пожалуйста.

Вышла, без единого слова, и ничего на лице не дрогнуло. Это хорошо, значит, понимает свое подчиненное положение и нормально воспринимает, что находится здесь на птичьих правах. Все меньше проблем.

- Что скажешь?

- Да ничего, - Док безразлично пожал плечами. - Я ее вчера проверил - не соврала ни единым словом.

- Это радует. Ладно, смотрите сюда.

Над столом зажглось изображение. Голографический экран, с какой стороны не смотри - одно и то же увидишь. Товарищи принялись изучать текст, потом синхронно повернулись к командиру.

- Блефуску... Этим-то что здесь нужно?

- Может быть, и ничего. Просто какой-то умник решил подзаработать. А может, и впрямь что-то крутят. В любом случае, это проблема.

- Да уж, везет нам на сектантов, - зло фыркнула Кобра, и все трое замолчали.

В самом деле, вот после этого и спрашивается: что такое не везет и как с этим бороться? Планета Блефуску была заселена поклонниками учения Свифтонов. Не такое уж и страшное учение, откровенно говоря, некая боковая линия католицизма, официально непризнанная, однако и не гонимая. Просто в свое время некий то ли свихнувшийся, то ли, наоборот, очень продуманный поклонник Джонатана Свифта, епископа, политического деятеля и знаменитого писателя, провозгласил его новым мессией и воплощением Иисуса. Сам епископ, давным-давно мертвый, возразить, естественно, ничего не смог, и учение довольно быстро набрало популярность в Ирландии. Правда, на устои не покушалось, главенство Папы Римского признавало безоговорочно, хулиганств не учиняло, и потому не оказалось в числе гонимых, что еще раз подтверждало наличие мозгов у людей, его возглавивших.

Развернулись Свифтоны, когда начался период активной колонизации новых миров, и Ирландия, в числе прочих, рванула в космос. Никто и охнуть не успел, как одна из планет, названная в соответствии с наследием писателя, оказалась заселена сплошь последователями этого учения. Остальные религии там не прижились от слова "вообще". Их не запрещали, нет, просто деликатно выдавливали. Правда, одно из направлений агрессивного Ислама попыталось зацепиться за планету всерьез, но, как оказалось, Свифтоны были чужды толерантности в любом проявлении и просто вышвырнули вон тех, кто не захотел подчиняться установленным правилам. Незадачливые конкуренты, почесывая синяки и придерживая сломанные конечности, удалились, и с тех пор планета жила сама по себе, ни с кем не конфликтуя, ни в чьи дела не вмешиваясь, но и других к себе не особенно допуская. Формально - часть Ирландии, фактически - сама по себе, даже флот держа свой собственный.

Для экипажа "Фаэтона" ситуация была чревата осложнениями. Даже если опустить тот факт, что завихрения в мозгах сектантов непредсказуемы, и от них можно ожидать любой пакости, причем с самым дружелюбным выражением лица и искренностью в глазах, нельзя было забывать, что придется иметь дело с ирландцами. Ирландцами, а не выходцами из Китая. Все эти о'Брайены, о'Донеллы и прочие "о", имели в головах солидную долю упрямства и запросто могли упереться рогом. На Сингапуре имперцы ткнули пальцем в самую слабую точку - кошелек. С ирландцами так шутить было рискованно, можно запросто нарваться на неприятности. И, в любом случае, приходилось ориентироваться на контакт с правительством Блефуску, для чего требовались навыки дипломата, а не военного. Это здесь, на орбите Сингапура, единственный корвет казался силой, а против небольшого, но полноценного государства говорить с позиции силы получилось бы, лишь имея позади эскадру из десятка современных линкоров, которых пока что не предвиделось в принципе. И то не факт, что поможет, ирландцы - любители подраться.

Все это было ясно - но вот только приказа никто не отменял. Ну а раз не отменял, то после плотного, сбалансированного и совершенно невкусного завтрака экипаж занял свои места. Дану загнали на камбуз, куда она безропотно отправилась, после чего фрегат начал разгон. Ни одного запроса от местных властей не поступило, судя по всему, заинтересованные лица уже были осведомлены, что чем быстрее имперский звездолет покинет их систему, тем лучше. Тот факт, что с их пути поспешно убрались все случайные корабли, только подтверждал это предположение...


В систему Блефуску они прибыли буднично, выйдя из гиперпространства на приличном расстоянии от звезды. Предосторожность отнюдь не лишняя - мало того, что Блефуску оказалась весьма оживленной системой, причем плотно контролируемой властями (сигнал от службы пограничного контроля пришел уже спустя десять минут после их выхода из гипера, по меркам космоса почти моментально), так еще и всевозможного мусора здесь бултыхалось море.

Когда-то давно, во времена столь отдаленные, что и представить страшно, здесь шла война. Люди на Земле еще учились добывать огонь и кутались в шкуры собственноручно задушенных мамонтов, а за местные ресурсы уже дрались представители иных цивилизаций. Чем закончилась война, кто победил, и вообще участвовал в ней, так и осталось неизвестным, поскольку за тысячелетия, прошедшие от тех времен до момента появления на Блефуску первого разведывательного зонда, время стерло практически все следы. Достоверно известно было лишь, что во внутренней части системы находилось не менее пяти планет, четыре из которых разнесло в клочья. От непрерывных ударов астероидов Блефуску спасало лишь то, что те, кто взрывал планеты, очень постарались, и самый большой из зафиксированных обломков в диаметре не превышал десятка метров. Метеоритные дожди в атмосфере планеты случались едва ли не каждый день, но и только. Зато навигация в системе была крайне затруднена и опасна, что и делало планету весьма непривлекательным местом. И как раз поэтому ее так легко отдали сектантам, которые, проведя серьезную разведку, сумели нейти безопасные маршруты в облаках каменных глыб.

Откровенно говоря, "Фаэтон" мог бы добраться до планеты и самостоятельно, все же боевой корабль - это броня, силовые поля, хорошая маневренность и опытный экипаж. Плюс зенитки, способные уничтожать чересчур опасные камни на подлете. Однако Серов решил не рисковать и не выделываться. Результатом этого решения явилось двухчасовое ожидание и прибытие к ним на борт местного лоцмана в архаичном скафандре. Бот, высадивший пассажира, мигнул огнями и шустро отправился по своим делам, а лоцман с ловкостью, свидетельствующей о частой практике, вылез из своих доспехов, оказавшись высоким крепким парнем с огненно-рыжими волосами и россыпью веснушек на лице.

- Ну что, еретики, я рад приветствовать вас в нашем маленьком раю, - весело оскалился он.

- Не еретики, а технократы-атеисты, - лениво поправил его пребывающий в благодушном настроении Док. Настроением этим он, да и все остальные члены экипажа "Фаэтона", обязаны были вкусному обеду. Серов все же не ошибся, определяя случайную попутчицу на камбуз. Готовила она не то чтобы изысканно, но вкусно и разнообразно, что в полете не лишнее.

- Да мне без разницы, кто, лишь бы платили и на планете не безобразничали, - хохотнул лоцман. - Показывайте, где у вас что.

Притих он только в рубке. Несколько минут в благоговейном молчании рассматривал ее, а затем восхищенно присвистнул:

- Вот это да! Нам бы такое оборудование...

- Ну, так делайте, - пожал плечами Серов, которому не нравилось хозяйское поведение лоцмана на его корабле.

- Не можем, технологии не позволяют, - разом погрустнел парень.

- Ну, значит, покупайте, - тем же безразличным тоном отреагировала Кобра.

- Дорого... У нас разве что для лайнеров такое закупают, а мы на старье все...

На старье, не на старье, а лоцманом он был и впрямь хорошим, и окрестности Блефуску знал, как свои пять пальцев. "Фаэтон" прошел сквозь систему, будто жиром смазанный, и Серов вынужден был признать, что парень имеет право на некоторые вольности в отношении впервые залетевших сюда новичков. К тому же он оказался человеком незлобивым и компанейским, преображаясь только за пультом, где лицо его застывало, будто каменная маска, а движения становились невероятно выверенными и точными. В результате пятнадцатичасовое протаскивание фрегата сквозь игольное ушко закончилось вполне успешно, и "Фаэтон" без происшествий лег на орбиту планеты, ожидая разрешения на швартовку к прикрытому мощным силовым полем таможенному терминалу.

Мариновали их недолго, всего минут пятнадцать. Могли бы пустить и раньше, все равно других кораблей не наблюдалось, но местным деятелям тоже хотелось показать, кто тут главный. Серов понимал правила игры и не обижался, тем более, потом все бумаги оформили с невероятной скоростью, скорее, из желания побыстрее отделаться и вернуться к более важному занятию вроде дегустации пива. Целая батарея ящиков этого напитка стоял в коридоре, и по тому, с каким безразличием мазнул по ней взглядом дежурный офицер, русские поняли - здесь это норма.

Впрочем, надо признать, формальностей вообще оказалось минимум. Выдали распечатанный на дюжине стандартных листов список того, что запрещено ввозить, и коротенький, всего на двух листах, товаров, запрещенных к вывозу. То и другое для Серова было неактуально, поскольку ввозить он вообще ничего не собирался, а в вывозимом находились практически одни представители местной эндемичной флоры и фауны. Еще потребовали сдать в планетарный банк данных идентификационные сведения, причем простейшие - отпечатки пальцев, сетчатки и генетические метки. Ну и пришлось расписаться, что никто из прибывших не собирается оставаться на планете, и командир фрегата несет в этом отношении ответственность за своих подчиненных. Почему такая строгость? Да потому, лениво пояснил таможенник, что им совершенно не нужны "понаехавшие", которые не умеют жить в соответствии с местными традициями. Туристы, приносящие доход - это одно, а иммигранты - совсем другое. Подход нельзя было назвать нелогичным, и пришлось лишь кивнуть, хотя, откровенно говоря, Серов рассчитывал избавиться здесь от Даны. Ну, не получилось - значит, не получилось, высадим в другом месте, тем более, хлопот она не доставляла и готовила хорошо.

Сразу после получения визы и прохождения контроля, фрегат нырнул в атмосферу Блефуску. Длительное нахождение на орбите в зоне метеоритной угрозы кораблям такого класса решительно противопоказано. Это линкоры, крейсера и прочие авианосцы способны закутаться в защитное поле и на все наплевать, а вот для небольшого фрегата такое времяпровождение чревато. Рано или поздно найдется глыба побольше, которая проломит защиту и наворотит делов. Поэтому нырнуть за непроницаемый благодаря достаточно высокой плотности атмосферный щит - и делу конец, здесь это являлось общепринятой практикой.

Правда, сама посадка звездолета - задача не из простых. Хотя фрегат и был приспособлен для атмосферных полетов, все равно это не самолет, аэродинамика куда хуже, а масса, напротив, больше, и Кобре пришлось виртуозно играть воздушными рулями, чтобы посадить тяжелую машину. Пилотом она была классным, но все равно из кресла вставала, мокрая от пота. Но главное, дело было сделано, и фрегат с удобством расположился на полупустом космодроме возле самой столицы. Небольшом, чистеньком, чуть старомодном и от того уютном.

Надо сказать, запрос в местное полицейское управление с просьбой о встрече был удовлетворен с прямо-таки молниеносной быстротой. Скорее всего, потому, что полиция здесь одурела от скуки - судя по данным из открытых источников, которые Серов интереса ради пролистал, когда они висели на орбите, ничего серьезного здесь не случалось. Нет, сам-то список поражал длиной и разнообразием, но все это относилось к описанию гематом и переломов, полученных при драках в многочисленных пабах. В плане же ограблений, убийств и прочих краж здесь все обстояло редкостно благополучно. Неудивительно, что визит имперцев с просьбой о сотрудничестве вызвал заметный интерес и чуточку встряхнул это болото.

Так что всего через три часа после посадки за Серовым пришла машина, а остальные члены экипажа отправились в город пешком - размяться и поглазеть на местный колорит. Откровенно говоря, вначале хотели оставить Дану на борту во избежание непредвиденных случайностей, но потом решили, что заставлять девчонку сидеть в этом бронированном гробу уже не предосторожность, а издевательство. Да и вообще, доверять до конца, несмотря на проверку на детекторе, ей пока не рисковали, а запирать пассажирку в ее каюте - это уже свинство. Так что Дана оделась потеплее - ей, привыкшей к влажному и жаркому климату Нового Сингапура, местные плюс двадцать казались чуть ли не арктическим холодом - и отправилась следом за остальными. Тем более, Серов выдал ей небольшую сумму, пояснив, что раз уж она что-то делает, то работа ее должна быть оплачена. Выдал из личных средств, но когда девушка попыталась отказаться, лишь рассмеялся и объяснил, что по его кошельку такая сумма не ударит при всем желании. В Российской Империи уровень жизни высок, а зарплаты военных выделялись на общем фоне в большую сторону. Ну а имперскую валюту принимали во всех освоенных людьми цивилизованных мирах, да и в нецивилизованных тоже.

Город на новоявленных туристов произвел впечатление, сходное с тем, что они составили изначально. Тихое, патриархальное место, населения тысяч сто, не более. Застроен, в основном, двух и трехэтажными домами. На планете таких городков была куча. Ирландцы отхватили себе хоть и заштатную, но весьма приятную планету с климатом, близким к земному, отсутствием чрезмерно опасных представителей животного мира и благоприятной атмосферой. Опять же, ресурсов хватало. Местная промышленность обеспечивала людей практически всем необходимым, пускай и не на технологическом уровне крупных государств. Впрочем, ирландцев это мало волновало, они не лезли к соседям и не желали, чтобы те лезли к ним.

А в целом, жили здесь, похоже, неплохо. И даже не переутруждались особо - несмотря на будний день, на улице было довольно много народу разного возраста. Бодрые, приветливые, никуда не торопящиеся. Куча магазинчиков со смешными даже по сравнению с Сингапуром ценами, в которых женщины провели, в общей сложности, часа три. Потом, отправив покупки на корабль, космонавты дружно забурились в паб, где собралась толпа, вначале азартно болеющая за свою команду по регби (на большом экране как раз крутили матч), а потом столь же азартно обсуждая причины ее поражения. Пиво лилось рекой. Успевший принять на грудь Док попытался вставить свое веское слово, тут же получил по морде от какого-то шустрика на голову ниже его ростом и вдвое меньше габаритами, удивился и с помощью Кобры устроил небольшой погром. Стихийно возникшая драка так же стихийно закончилась, после чего конфликтующие стороны, успешно перемешавшись, отправились дружно и, что характерно, без взаимных обид пить пиво. В общем, на корабль вся троица вернулась вечером, увешанная покупками, синяками, хорошо отдохнувшая и довольная. И, что характерно, ни одного разговора о религии за целый день они не услышали.

А пока они развлекались, командир аки пчелка работу работал. В смысле, общался с местным полицейским начальством, которого набралась целая толпа. Помимо главного полицая, сиречь министра внутренних дел, здоровенного мужика с фигурой профессионального спортсмена, появления которого Серов никак не ожидал, пришли начальник криминальной полиции города, начальник планетарной службы безопасности, куча их замов, включая ответственного за патрульно-постовую службу... В общем, предположения Серова о том, что местные следаки вешаются со скуки, вполне оправдались. Единственно, удивило, что абсолютно все на встречу опоздали, но это, как он позже выяснил, тоже было частью местного колорита, и непунктуальность ирландцев даже вошла в поговорку. Оставалось лишь головой покрутить и работать с тем, что имеется.

Не вдаваясь в подробности, он изложил всем суть дела. Есть пропавший курьер. Есть те, кого послали уточнить обстоятельства. Имело место нападение по наводке гражданина Блефуску. И имеется просто огромное желание побеседовать с этим смертником за жизнь. Вот и все, если коротко.

После его рассказа в кабинете повисла напряженная тишина. Ход мыслей собеседников можно было понять, даже не обладая телепатическими способностями. С одной стороны, передача или продажа сведений, не являющихся официально государственной тайной, сама по себе преступлением не является. Тем более на Блефуску, где отношение к понятию "личное дело человека" было традиционно трепетным. Нация независимых людей и все такое... Плюс репутация планеты, которая готова всегда защитить своих граждан, складывалась веками, а упустить ее можно было за один миг. И тогда возможны последствия вплоть да кризиса и смены власти. Неприятно.

С другой же стороны, отношения с Российской Империей тоже много чего стоят. Самое мощное из созданных человечеством государств умело настаивать на своих пожеланиях с использованием самых разных методов убеждения. И позиция того, кто становился на пути, в расчет не принималась. Не зря же одна из самых популярных русских поговорок утверждала, что Империи ценно мнение любого партнера, и у русских для этого имеется даже специальный палец на руке. Даже тот факт, что сейчас они явились неофициально, мало что меняет.

Размышляли и, деликатно выпроводив посетителя в соседний кабинет, совещались между собой представители местных властей долго. Серов даже успел заскучать, напиться отличного местного чаю так, что в животе булькало, и даже слегка пофлиртовать с какой-то девушкой в мундире полицейского. Та, красивая, хотя и чуть полноватая, на контакт шла с охотой, и на язык оказалась остра. Пожалуй, в перспективе можно было бы и замутить что-нибудь, но, увы, как раз когда дело подошло к возможности встречи в иной обстановке и на нейтральной территории, Серова позвали отсовещавшиеся полицейские чины. Пришлось извиняться и, мысленно, ругаясь, идти выслушивать их вердикт.

Как оказалось, ирландцы сумели-таки найти интересный и вроде бы устраивающий всех вариант. Нет, арестовывать гражданина Блефуску они, естественно, не позволят. Никому и ни за что, и имперским сыщикам-любителям в том числе. Равно как не позволят и устраивать безобразия с его похищениями и приходом заинтересованных лиц к нему на дом. Но вот организовать живое общение - почему бы и нет? Сутки, может, двое, и вот в этом самом помещении они могут посидеть и поговорить. В присутствии представителя власти, разумеется.

Серов подумал и кивнул. Если хорошенько подумать, ничего сверхсекретного он у данного индивидуума спрашивать не собирается. Так, узнать, откуда ноги растут у всей этой дурно пахнущей истории. Конечно, тот может и заартачиться, но вряд ли станет рисковать и в присутствии больших чинов кого-то выгораживать. В конце концов, всегда можно объяснить ему разницу между непринужденной беседой и мрачными застенками имперских следователей, благо легенд про них ходит много. Как правило, сами имперцы их и выдумывают - это в некоторых ситуациях крайне облегчает жизнь. Ну а что время на это какое-то уйдет... Ладно, перетерпим. Если что-то серьезное с летевшими на курьере могло случиться, оно уже случилось, а если нет, так сутки-двое ничего не решат. С пленных, если в них заинтересованы (а судя по всему, так оно и есть), пылинки сдувать будут.

Местные, поняв, что их предложения оказались восприняты адекватно, разом повеселели, и в качестве бонуса для дорогих гостей предложили экскурсионную поездку по местным достопримечательностям с охотой и рыбалкой. Не то чтобы Серов был таким уж любителем подобного времяпровождения, но, подумав секунду, он сообразил, что это в любом случае лучше тупого сидения на борту фрегата. Хоть разомнутся, если что. Так что предложение хозяев было принято с благосклонным выражением лица, и высокие договаривающиеся стороны разошлись, удовлетворенные результатом переговоров. Увы, симпатичная полицейская дама успела уже уйти, ну да тут уж ничего не поделаешь.

Зато на "Фаэтоне" его ожидал бардак. Вернувшийся незадолго до возвращения командира народ, пребывая в слегка возбужденном состоянии, вместо того, чтобы разбрестись по каютам и начать переваривать пиво, занялся разбором покупок. И добро бы, опять же, в своих каютах, но когда ты входишь в кают-компанию с твердым намерением перекусить, и обнаруживаешь там, во-первых, единственное на корабле зеркало в полный рост, которое, вообще-то, является и не зеркалом вовсе, а частью оптической системы наведения, а во-вторых, крутящуюся перед ним девицу в купальнике, размеры которого колеблются от "три ниточки" до "почти ничего"... В общем, Серов обалдел, а Дана покраснела так густо, что у него появилось стойкое желание сыграть пожарную тревогу. Оставалось только не усугублять и деликатно выйти, посмеиваясь себе под нос и размышляя, что хотя до нормальной упитанности ее еще кормить и кормить, но в макияже смотрится очень даже ничего. Во всяком случае, мордально.

В рубке его ожидал новый сюрприз, практически аналогичный первому. С той лишь разницей, что здесь тряпки не валялись грудой на столе, а были в живописном беспорядке разбросаны по пультам. Ну и дефилировала не Дана, а Кобра, причем украшенный здоровенным фингалом под левым глазом Док, присутствовавший здесь же, разве что слюни не пускал. Похоже, мирная атмосфера планеты действовала на экипаж излишне расслабляюще. Плюнув мысленно и ворча под нос в адрес разгильдяев, совершенно забывших о дисциплине, Серов вернулся в кают-компанию. Как он и предполагал, Дана успела смыться, хотя какой-то цветастый аксессуар интересной формы, забытый в углу, навевал на фривольные мысли. А вот то, что ничего не было приготовлено на ужин, напротив, вызвало мысли раздраженные. Хорошо еще, на корабле всегда было из чего приготовить бутерброды и, вооружившись гигантским сооружением из батона, трех сортов колбас, двух ветчины, зелени, овощей и шпрот, Серов реквизировал бутылку пива и отправился к себе. В конце концов, он сегодня тоже заслужил отдых.

Вертолет прилетел за ними рано утром. На этой планете все еще пользовались этими простыми и дешевыми в производстве машинами, наверное, потому, что освоить производство поляризаторов гравитации так и не смогли, а закупать их выходило слишком дорого. Правда, местные утверждали, что такой подход к средствам передвижения - дань традиции и деталь местной культуры, но как-то не особо в это верилось. Экипаж "Фаэтона" решительно полез внутрь, и выглядели все помятыми и злыми. Почему? Да потому, что после вчерашних выкрутасов Серов просто забыл им сообщить вечером о намечающемся мероприятии, и с утра, за оставшиеся четверть часа, всем троим пришлось срочно экипироваться. С учетом раннего подъема - то еще удовольствие. К тому же, если космонавты были ко всему привычными и, вдобавок, имели подходящую случаю одежду, то Дана оказалась в буквально подвешенном состоянии. А Серов еще и подлил масла в огонь, ехидно предложив использовать "те нитки, в которых она вчера прыгала", вновь вогнав девушку в краску. Под конец она и вовсе решила, что никуда не полетит и останется на корабле, но тут Кобра, взявшись за дело, все решила быстро и качественно, найдя в запасниках корабля более-менее подходящий по размеру универсальный комбинезон, способный автоматически подгоняться по фигуре, и универсальные же, с автоподгоном, ботинки. В общем-то, получилось неплохо, даже штанины с рукавами подворачивать не пришлось - все же девушка, хоть и была самой мелкой из них троих, рост имела выше среднего. И, хотя сидела на ней одежда, как на корове седло, в целом ее признали условно годной к походу.

В вертолете, опускаясь в удобное, хотя и потертое пассажирское кресло, Серов с неудовольствием посмотрел на укрепленные в зажимах на потолке карабины. Современное оружие для таких вылазок местными законами использовать запрещалось, чтобы не провоцировать народ на действия, чреватые ущербом для экологии. Впрочем, охотиться он и не собирался - куда больше командира "Фаэтона" интересовала местная рыбалка.

Бодро закрутились винты, и вертолет удивительно легко оторвался от бетонных плит космодрома. По сравнению с более современными машинами в нем, конечно, изрядно трясло, но разгонялся он бодро. Мелькнул за иллюминаторами город, с высоты птичьего полета маленький и невзрачный, и вот они уже летят над кажущимся бескрайним лесом. Красота!

Впечатления начали ослабевать примерно через пятнадцать минут - практически нетронутая человеком природа оказалась довольно однообразна. Да, леса, много лесов. Похожие на сосны деревья высотой до полусотни метров с зеленой, но слегка отливающей фиолетовым листвой. Иногда листва эта начинала отблескивать серебром - как объяснил вертолетчик, он же гид, деревья эти благодаря своему извращенному метаболизму накапливали изрядное количество железа, и кремния, так, что иной раз буквально прорастали гроздьями мелких кристаллов, дающих такой странный оптический эффект. В общем, и впрямь красиво, но не более того.

Интереснее стало, когда они подлетели к горам. Острые пики высотой в три-четыре километра, увенчанные искрящимися под лучами местного солнца снежными шапками смотрелись действительно здорово. Пилот ловко провел машину над самыми живописными местами и нырнул в зажатую между скалами долину, где возвышалась изъеденная временем башня в два с половиной километра высотой. Единственный артефакт древней цивилизации, сохранившийся на планете. Как и большая часть подобных сооружений, найденных людьми, пустой - то ли грабители в незапамятные времена постарались, то ли сами хозяева, уходя, вымели содержимое подчистую. Словом, пустая коробка, внушающая уважение разве что размерами, но люди уже давно умели строить не хуже.

Потом горы кончились, начался берег океана, где вертолет и приземлился. Не на усыпанный местной галькой пляж, разумеется, а на площадку возле базы отдыха, предназначенной, как несложно догадаться, для особо важных персон. В качестве таковых ни Серову, ни его товарищам, ни, тем более, Дане пребывать еще не приходилось, и как себя вести было совершенно непонятно. Впрочем, имперцы поступили довольно просто. Надели маски полнейшего спокойствия, допустимые для офицера в любой ситуации, и пошли. Только Дана с детской непосредственностью крутила головой, но ей-то подобное было простительно.

Впрочем, довольно быстро все наладилось. Нравы здесь оказались простыми, предложенный завтрак вкусным, а культурная программа ожидаемой. В смысле, провели краткий инструктаж, что в этих местах делать можно, а чего нельзя, и отправили в сопровождении гида и, по совместительству, егеря в лес. Точнее, отправили Дока с Коброй - Серов, вооружившись удочками, двинул к реке, которая считалась условно-безопасной. То есть хищники в окрестностях, конечно, имелись, но близко не подходили, научившись уважать человека с ружьем. Дана, подумав, отправилась с ним, и это, надо признать, было мудрым решением. Во-первых, ее экипировка не подходила для длительных прогулок в лесу, а попросить у местных что-то получше девушка постеснялась. Ну и, во-вторых, она по лесу попросту не умела ходить - дитя каменных джунглей, что с нее возьмешь. А вот посидеть на берегу - это запросто, тем более, на рыбалке она в жизни не была, и для нее это оказалось внове.

Рыбалка практически не отличалась от такой же на десятках планет. Те же удочки, крючки и червяки, естественно, местные. И рыба почти такая же. Эволюция на разных планетах шла параллельными путями, выдавая похожие результаты, и как бы ни отличались животные внутри, снаружи рыбы имели, в подавляющем большинстве, обтекаемое торпедообразное тело, выверенное с точки зрения гидродинамики, а птицы, соответственно, походили на своих земных сородичей. Наземные животные оказывались более разнообразными, но Серов, не большой любитель охоты, ими мало интересовался.

Первые часа полтора они провели, азартно таская из реки некрупных, максимум в полкило, местных аналогов окуня. Эти брали наживку, едва она погружалась в воду, и даже у девушки, неловко размахивающей удилищем, получалось вполне неплохо. Затем клев стал быстро слабеть, и вскоре прекратился совсем. Таскаться по окрестностям, выбирая новое место было откровенно лень, и Серов, развалившись на песке, принялся, лениво глядя на переливающуюся воду, размышлять.

Который день его не оставляли мысли об неправильности происходящего. Слишком много нестыковок, причем с самой первой минуты, от детской ошибки имперских спецслужб до совершенно невнятного и бессмысленного нападения на фрегат и легкости, с которой удалось выйти на местного информатора. Конечно, возможно, он из-за своего непрофессионализма в данном вопросе просто не видел чего-то, сразу же расставляющего все нюансы по своим местам в соответствии со стройными законами логики. Может, и так, вот только чем больше Серов размышлял, тем сильнее у него было впечатление, что оказался он в центре какой-то грандиозной интриги. И настроения это ему отнюдь не улучшало. В такие жернова попадешь - не заметишь даже, как перемелют.

Пребывая в такой вот задумчивости, он даже не заметил, как остался один, и вернул его к реальности только пронзительный женский вопль. В следующий момент космонавт уже стоял на ногах, держа в руках компактный, но мощный охотничий лучемет. Плевать, что такое оружие здесь вроде как вне закона. Жизнь дороже, и не от всякой опасности поможет карабин. Да и егерь, увидев, что прилетевшие гости таскают с собой неконвенционные стволы, лишь поморщился, но ничего не сказал. То ли считал, что перестраховка не помешает, то ли просто получил с самого верха указание не мешать имперцам. В принципе, без разницы, главное, проблем лучеметы не создавали.

Вопль повторился, а секунду спустя объявился и его источник. Дана, кто же еще. Вылетела из леса так, словно ей пинка дали, а еще через несколько секунд следом выкатился ком меха и клыков, напоминающий росомаху-переростка.

Скальный медведь, услужливо выдала память. Вес до трехсот килограммов, высота в холке может превышать метр. При беге на открытой местности развивает скорость до тридцати километров в час. Неагрессивен, типичный падальщик, для людей, как считается, не опасен. Во всяком случае, ни одного нападения зафиксировано вроде бы не было. Интересно, чем это девушка ухитрилась так его разозлить?

Пока все это вертелось в голове, руки сами делали свое дело. Лучемет вернулся в кобуру, а вот электронная плеть словно бы даже без посторонней помощи скользнула в ладонь. Ну все, понеслась душа в рай!

Дана вихрем промчалась мимо Серова, и сразу же свистнула плеть. Истошный визг! Медведя отнесло на пару метров, перевернуло на спину. Правда, он тут же вскочил, но лишь для того, чтобы получить следующую плюху, для здоровья не опасную, но очень болезненную. И еще! Еще! С воем, переходящим в тоненький, совсем не подходящий такому зверю визг, медведь взвился в воздух в эффектном прыжке - и снова отлетел, вращаясь, словно городошная бита.

На этот раз медведь поднялся медленно, его лапы заметно дрожали. Электронная плеть не слишком травматична, однако болевой шок обеспечивает качественно. Ярость в глазах медленно затухала - видимо, понял, что столкнулся с противником не по зубам. Несколько секунд постояв, качаясь, словно пьяный, зверь рыкнул для острастки и, пошатываясь, побрел к лесу. Вот так, разум человека не делает его сильнее, но вполне способен победить бездумную мощь. Серов перевел дух, аккуратно повесил оружие на пояс (руки все же подрагивали, и зацепить его получилось только с четвертого раза), и лишь после этого услышал всхлипывание.

Ну а потом слезы, сопли... промокшая от них рубаха и наконец понимание, что насквозь городская барышня, встретив в лесу медвежонка, решила с ним поиграть... Ну какой, спрашивается, зверь спустит с рук непонятно кому подобное отношение к своим детенышам? Расслабилась, похоже, девушка, выбравшись из сингапурских трущоб, и полезло из нее во все стороны детство. Самое же приятное в детях - это процесс их производства, все остальное - сплошной геморрой. И сиди теперь, утешай, когда хочется хорошенько надавать ей по тощей заднице. А вечером еще и двусмысленное хихиканье ехидного и насквозь пошлого Дока, который сцену рыданий, вернувшись с охоты, как раз и застал. В общем, день не задался.


Комната, в которой организовали встречу, была небольшой и очень чистой. Кроме Серова и его собеседника, никого в ней не присутствовал, хотя космонавт не сомневался - их разговор записывается. Дураки были бы ирландцы, если бы не поставили сюда соответствующую аппаратуру.

Вид у наводчика сингапурского клана был неподдельно скучающим. И чем больше Серов на него смотрел, тем сильнее убеждался - важностью момента этот высокий, патлатый мужик лет на пять старше его самого не проникся ну совершенно. Он то ли не понимал серьезности раскладов, то ли и вовсе происходящее воспринимал, как игру. Это было достаточно паршиво, и офицер не слишком понимал, как ему сломать этого растамана и одновременно не нарушить местные законы. Привычный метод разговора армейских ботинок следователя с почками допрашиваемого здесь явно не подходил. Стало быть, требовалось срочно изобретать что-то иное.

Серов еще раз осмотрел собеседника и вздохнул. Ну что же, на ком-то природа отдыхает, на ком-то конкретно отсыпается, а на этого она еще и нужду справила. Э-эх, будем надеяться, поймет.

- Добрый день, мистер Уолш. Я правильно выговариваю вашу фамилию?

- Правильно, - дружелюбно оскалился ирландец. - Патрик Уолш, если конкретно.

- Меня зовут Серов. Иван Игоревич Серов, капитан третьего ранга военно-космического флота Российской Империи.

- Не могу сказать, что мне очень приятно вас видеть, - Уолш ерничал и не скрывал этого. - Да и не особенно интересно. У меня на сегодня была назначена встреча с дамой, и сомневаюсь, что вы мне ее замените.

- Даже не попытаюсь, - сухо ответил русский. Ух... в другое время он бы поговорил с нахалом совсем иначе, тот бы через пару минут уже пел, что твой соловей. - Но давайте так. Вы меня выслушаете, а потом можете идти. Если захотите.

- Давайте попробуем, - ухмыльнулся ирландец.

- Пробовать не стоит. Стоит слушать. Итак, начнем сначала.

- Вначале было слово.

- Не стоит, Патрик, не стоит, - Серовым овладело вдруг странное безразличие. - Не надо отбирать мое время. Оно ведь и ваше тоже. А нет ничего на свете дороже времени.

- Вы пофилософствовать решили?

- А почему нет? Представьте себе, мы разговариваем. Философствуем, так сказать. Поверьте, я философию изучал, высшее военно-космическое имени Императора-Основателя училище - это вам не зачуханный колледж, имевший сомнительное удовольствие быть украшенным вашей физиономией, усыпанной юношескими прыщами. Кстати, в молодости вы были еще неприятнее, чем сейчас, но это неважно. Главное что? Час, два, три, десять... Сутки, двое - я ведь не дам вам спать. Меня учили обходиться без сна до восьми суток. А еще есть препараты медицинские, которые сон подавляют. Бодрящие такие. Я их буду принимать, а вам не дам. Впрочем, до них не дойдет, вы полезете на стену часов через пятнадцать-двадцать, через сутки максимум. Кстати, еды и воды при разговоре не предусмотрено. Я-то продержусь безо всякого вреда для организма как минимум пару недель. А вы?

- Это произвол!

- Это всего лишь дружеский разговор. Кстати, вы ведь принимаете наркотики? Легкие, разумеется, я понимаю, и современная медицина позволяет восстановить организм легко, быстро, без последствий... Но ее здесь тоже нет, разве что аптечка с самым необходимым. В последний раз вы посещали реабилитационный центр около месяца назад и своей пагубной привычки не оставили. Когда там у вас начнется ломка, а?

- Вы... Вы...

- Всего лишь человек, который желает вам помочь. Совершенно бескорыстно, кстати, цените это обстоятельство. Никто нам не помешает, дело-то богоугодное. Ну, так как?

- Убедили, - буркнул Уолш.

Вряд ли, конечно, испугался. Но сообразил, что шутить с ним не будут, достаточно быстро. И, видимо, решил не рисковать. Это радует.

- Ну, вот видите, как здорово. Пожалуй, вы не столь безнадежны, как мне показалось вначале.

- Может, теперь вы перестанете... шутить?

- Я абсолютно серьезен. Итак, перейдем к делу. Патрик Уолш. Дату и место рождения опустим, как несущественные подробности. Работаете программистом в службе социального обеспечения. Госслужащий, значит. Зарплата невеликая, ну да найдите среди нас хоть одного человека, довольного своей зарплатой. Впрочем, это уже ваши проблемы. Мелкие грешки за вами водились, но не такие, чтобы полиция тратила на вас время. Главное, что в последние четыре года ваше финансовое положение заметно поправилось. Не так ли, Патрик?

- А ваше-то какое дело, сколько денег у меня в кармане? - огрызнулся Ирландец.

- Да бога ради, - шутовски замахал руками Серов. - Мне, откровенно говоря, абсолютно параллельно, как вы живете. И живете ли вообще... Куда интереснее ваш источник финансирования. Да вы не волнуйтесь так, я знаю, что вы продавали информацию клану Болотных Лилий, что на Новом Сингапуре.

- Это что, противозаконно?

- Ну что вы, нет, конечно. Вот только меня интересует источник, из которого вы получали эту информацию.

- Думаете, я отдам вам свой источник доходов? Вот просто так возьму - и отдам? Вы настолько наивны?

- Вовсе нет, - в голосе Серова лязгнул металл. - Все намного проще. И для вас, извините уж, страшнее. Исчез русский корабль. И из-за вашей информации, недостоверной, кстати, подвергся нападению второй корабль. И тоже корабль Российской Империи. Вы хоть немного представляете себе, чем это вам грозит?

- Мне? Ничем, я законов не нарушал.

- Это радует. Только вот начнем с того, что источника доходов вы уже лишились. Клан Болотных Лилий отказывается от ваших услуг. Более того, он передал мне информацию о вас.

- Ублюдки. Да я...

- Да вы будете сидеть и молчать в тряпочку. Поскольку если информация о том, что клан сдал своего осведомителя, просочится наружу, то вы можете считать себя мертвецом. Никто не хочет урона своей репутации. И вы, Патрик, сами это понимаете. Но даже это не главное. Главное же, что если вы откажетесь со мной сотрудничать, потеря источника дохода покажется вам милой рождественской шуткой.

- И чем вы реально можете мне угрожать? - на сей раз в голосе Уолша явственно звучали истеричные нотки. Наркоман чертов. Серов поморщился.

- Спокойней, спокойней, не стоит так горячиться. И я вам не угрожаю, просто констатирую факт. В общем, или вы сотрудничаете, или в Российской Империи вас объявят социально опасным врагом Империи.

- И что?

- Да ничего, совсем ничего, - почти ласково ответил Серов и неприятно улыбнулся. - Если не считать того, что ни одна фирма не возьмет вас на работу. Поскольку в сложном переплетении кредитных отношений все они так или иначе завязаны с нашей банковской системой. Может, не напрямую, а через банки Альянса, не сами, а через партнеров. Неважно. Важно то, что финансирование этой фирме будет отрезано наглухо - банки не захотят иметь дело ни с тем, кого считают неблагонадежным наши банкиры, ни с фирмой, которая держит его на работе. И с ее партнерами тоже. Достаточно пустить эту информацию - и все двери окажутся для вас закрыты. Просто потому, что никому не захочется из-за вас разоряться. И обратно на государственную службу вас не возьмут, планете тоже нет желания иметь финансовые проблемы из-за одного придурка. И даже ваша семья предпочтет от вас откреститься. Вы кончите свои дни на помойке, Патрик.

- Ур-род! - с этими словами Уолш, отшвырнув в сторону легкий пластиковый стол, прыгнул на имперца. Ну вот, предсказуемо до зевоты. Интеллигент против боевого офицера. С легко прогнозируемым результатом. Небрежно уклонившись от богатырского удара, Серов одним движением сбил противника с ног и придавил сапогом так, что тот захрипел.

- Дорогой мой Патрик. Вы только что совершили нападение на имперского офицера. И сейчас я имею право сделать с вами все, что захочу. Полиция вмешиваться не будет, а то ведь скандал и неприятности для них. Ну что, будете отвечать, или сделать вам бо-бо?


Когда Серов, провожаемый настороженно-уважительными взглядами полицейских, вышел на улицу, было уже темно. Небо, удивительно черное, светящееся тысячами звезд, то и дело перечеркивали метеориты. Красиво невероятно. Увы, погруженного в свои думы Серова эта красота не слишком занимала. Плюхнувшись на сидение автомобиля, он в окончательно пришел к выводу, что старая истина о том, что даже самой красивой задницей невозможно думать о прекрасном, верна. И если у человека морда на нее похожа, как у этого Уолша, то результат будет соответствующий. Мелкий паскудник, присосавшийся к чужим секретам... А ему, капитану Серову, от этого только лишний геморрой!

Фрегат встретил его светом посадочных огней - на свете они не экономили. Похожий на уложенную на бок новогоднюю елку, корабль производил впечатление чего-то праздничного. Какой мощью, случись нужда, может плюнуть в обидчиков этот "праздник", мало кто догадывался. Ну и ладно, в конце концов, их уважали бы, даже реши они прилететь на каботажном боте. Уважение внушает не корабль, а то, что за ним стоит, и Российская Империя добилась того, чтобы ее уважали. Не всеобщей любви, которая недостижима, да и не нужна, а именно уважения. Потому, в принципе, здесь все относительно легко и прошло. Эта мысль грела Серову душу, и по трапу он поднимался уже почти в хорошем настроении.

Корабль встретил его тишиной, и лишь перед самой кают-компанией Серов смог различить доносящиеся из-за неплотно прикрытой двери голоса. Прислушался - ну да, так оно и есть. Старые космические волки развлекаются, вгоняя в краску пассажирку. Дана, хоть и выросла черт-те где. Но к шуточкам имперского космофлота вообще и экипажа "Фаэтона" в частности привыкнуть никак не может. Ну а эти двое и рады стараться, отрываются каждый день. Хорошо еще, девчонка необидчива. Или делает вид, что необидчива.

- ...а я тебе говорю, что козлы вы все, мужики, - голос Кобры звучал томно и мечтательно. - Вам бы только постель. А нам, женщинам, внимание нужно.

- Внимание! Сейчас будет постель!

Здоровый гогот. Ну да, издеваются. Серов толкнул дверь и шагнул через высокий комингс. Все трое - ржущие, как лошади, боевые товарищи и морковно-красная от смущения Дана. Серов, при виде нее, сам едва удержался от смеха. Впрочем, облегчать участь попавшей в переплет девицы он не собирался.

- Ну что, веселимся? А поесть уставшему командиру сготовили?

- А что нам, плакать, что ли? - отозвалась Кобра. Дана тем временем с невероятной скоростью сервировала стол.

- Могли бы хоть посочувствовать. Пашешь тут за всех, пашешь... Ладно, корабль готов? Сейчас поем - и стартуем.

- Расколол его? - вмешался Док.

- Было бы там чего колоть, - отмахнулся Серов. - Я его, как выражался незабвенный Киврин, на пальцах развел. Вон, смотрите.

Док с Коброй переглянулись и дружно хмыкнули. Действительно, речь их преподавателя по философии была не всегда понятна, зато точна, богата и на диво образна. Киврин, доцент, кандидат наук, интеллигент... капитан второго ранга, орденоносец, ветеран дюжины походов и ставшей уже легендарной экспедиции за пределы галактики. Его имя прочно вписалось в фольклор училища, и сказанное Серовым его подчиненные поняли без перевода.

Пока товарищи (даже Дану на этот раз выгонять не стали, вначале потому, что уже успели к ней привыкнуть и не восприняли, как чужого, в общем-то, человека, а потом стало уже поздно) смотрели запись, Серов наворачивал овощное рагу из каких-то экзотических продуктов и не комментировал результат. Да чего там комментировать. Баловался человек хакерством, совсем немного, и однажды ему повезло. Взломал какой-то сервер, причем случайно, и получил доступ к приватной переписке. А сведения в той переписке оказались ой какими интересными. Списочек, кстати, Серов с него вытряс - наверняка разведка заинтересуется.

И стал Уолш теми сведениями приторговывать на сторону, причем с умом, даже удивительно. Не всеми подряд, а такими, утечку которых не сразу обнаружат, а если что-то у них пойдет не так, будут грешить на случайность. Ну вот, в принципе, и все, теперь предстояло лететь к человеку, который эти сведения отправлял, и брать его за жабры. В принципе, Серов изначально понимал, что куда-то еще тащиться придется, но, как и положено человеку, иррационально надеялся на лучшее. Не срослось.

Взлетели они через час, прочертив небо огненной стрелой. Для экологии планеты, конечно, не особо хорошо, но корабль маленький, планета большая, а гости здесь бывают редко, так что вреда меньше, чем от метеоритов. Вновь таможенный терминал, лоцман... на сей раз другой, удивительно толстый для космонавта, пожилой и неразговорчивый. И прайс-лист за услуги.

Серов, увидев цифру, вначале присвистнул, а потом возвопил, обращаясь к небесам, что это грабеж. Если за проход сюда сумма была немалая, однако, с учетом сложности маршрута, вполне адекватная, то выход оказался впятеро дороже. Начальник лоцманской службы лишь руками разводил, дескать, ничего личного, просто бизнес. Не нравится - выбирайтесь сами, за ноги никто не держит. Будь у Серова линкор либо крейсер, он, честно говоря, так бы и поступил. Тяжелый корабль сквозь метеорные облака проламывается без особого риска. Увы, в их распоряжении имелся всего лишь фрегат. Кобра на вопрос Серова вздохнула и честно сказала - слишком рискованно. Пришлось соглашаться на выставленную цену и лелеять в душе мысль, что когда-нибудь они сюда еще вернутся. На чем-то мощном и с дальнобойными орудиями. С учетом нестабильной и быстро меняющейся политической обстановки не такое уж и фантастическое желание, кстати. Ну а пока выбраться в свободное пространство, из чистой вредности высадить лоцмана как можно дальше (тот даже не почесался, видать, привычный) и отправиться дальше, своим курсом.

Разгонялись они на этот раз долго и мучительно. Несмотря на то, что наиболее опасные зоны остались далеко за кормой, космос все равно имел в разы больше каменюк на единицу объема, чем в нормальных системах. Кобра не вылезала из пилотского кресла, Серов тоже постоянно находился в рубке, корректируя замысловатый курс фрегата. В машинном отделении неприлично ругался Док - из-за того, что постоянно приходилось задействовать маневровые двигатели, да еще и врубать периодически тормозные, режимы их работы были далеки от оптимальных. Помимо резко возросшего износа, начался медленный, но неотвратимый перегрев. Все же площадь радиаторных батарей на фрегате, теоретически имеющая весьма приличный запас, оказалась на проверку маловата для более мощных двигателей, и в результате Доку приходилось то и дело производить сброс хладагента, чтобы хоть как-то компенсировать эту проблему. Процесс шел в ручном режиме, и механик разогрелся не хуже двигателей, разве что вместо горячего масла плевался словами, обещая запихать эти радиаторы проектировщикам в то место, где спина раздваивается и называется чуточку иначе. Зная Дока, можно было предположить, что это отнюдь не пустая угроза. В общем, досталось всем, и лишь к исходу шестых суток корабль смог набрать достаточную скорость для того, чтобы совершить прыжок. Звезды привычно дрогнули на экране, и Кобра, устало выдохнув, откинулась в кресле:

- Поздравляю нас всех. Мы все-таки выбрались.

Следующие четыре часа Серов провел в рубке в гордом одиночестве. Пилот отправилась спать почти сразу, ее работа была закончена. Док еще с час возился у себя в машинном, потом залез под душ, долго фыркал, изображая дельфина и смывая с себя грязь, которую собрал за это время, после чего тоже удалился в свою каюту. Ну а отцу-командиру пришлось работать. Гиперпространственные маневры - штука сложная, и наития в них больше, чем точного расчета. С многомерностью компьютеры справляются из рук вон плохо, и человеческий мозг в такой работе является незаменимым инструментом. Далеко не каждый способен справиться с такой задачей. Именно поэтому штурманам платят больше всех. И потому командир корабля назначается только из штурманов - все члены экипажа должны знать, что на мостике человек, способный вывести их домой, где бы они ни находились. Так что хочешь иметь под командованием свой корабль - имей образование штурмана. Неважно, первой специализацией или второй, но имей его обязательно, иначе командиром корабля тебе не бывать.

К чести экипажа "Фаэтона", все трое имели дипломы штурманов. Более того, Серов периодически гонял своих подчиненных и на тренажерах, и во время перелетов, когда требовалось исполнить несложные маневры. Это, значит, чтобы квалификацию не теряли. Зачем ему нужна была эта лишняя забота, если большинство командиров не занимались подобным? Ну, тут все просто. Серов не страдал от отсутствия честолюбия. Плох тот солдат, который не таскает в ранце маршальский жезл. Серов был хорошим солдатом, и потому старался обдумывать свои действия на несколько шагов вперед. В частности, он исходил из того, что рано или поздно имеет шанс на адмиральские погоны, и тогда ему будут нужны рядом люди, которым он может доверять. И, желательно, чтобы любого из них можно было бы поставить на мостике своего флагмана. Помоги друзьям с карьерой, а они, случись нужда, помогут тебе, вполне разумная жизненная позиция. Ну а раз так, то готовить, готовить и готовить! Пускай тренируются.

Однако сейчас, когда усталый экипаж разбрелся по каютам, он занимался прокладкой курса лично. И потому, что корректировка выходила сложная, и потому, что хороший командир должен заботиться об экипаже. Люди вымотались, причем даже сильнее его самого, а значит, заслужили отдых. Ну, так пускай отдыхают, а он будет работать. В конце концов, показывать слабость командиру тоже не годится.

К тому моменту, когда фрегат стабилизировался, наконец, в многомерности, со штурмана сошло даже не семь, а тридцать семь потов. Гиперпространство - штука хитрая, и каждый раз выкатывает разное, непредсказуемое заранее количество измерений. Точнее, некоторые хвастаются, что могут почувствовать, что их ждет, и Серов кое-кому склонен был верить. Как правило старым, зубы съевшим на перелетах штурманам, в брехне ранее не замеченным. Опыт не пропьешь, интуицию тоже. Но таких, опытных до отвращения "зубров" немного, подавляющему же большинству штурманов средней руки, к числу которых и относил себя Иван, приходилось разбираться с курсом по факту, уже после выхода в гипер. Базовая-то настройка в компьютере, а вот тонкие корректировки - это уже ручная работа. Учитывая, что на этот раз гиперпространство выдало аж дюжину измерений, плюс переменный вектор и колеблющуюся константу времени, удовольствие оказалось ниже среднего, и к концу рабочего процесса Серов взмок не хуже механика.

И все же он справился, и с удовольствием оглядел дело рук своих. Обычно в подобной ситуации большинство штурманов дробили траекторию на мелкие отрезки и делали корректировку каждые семь-восемь часов. Серов же сумел вывести ее на втрое большие участки, и сейчас испытывал законную гордость профессионала. Все, дальше только регулярный контроль, а сейчас кинуть что-нибудь на зуб - и спа-ать...

Он так и отключился в кают-компании, на диване и с недоеденным бутербродом в руке. И проснулся только, когда ноздри защекотал запах свежесваренного кофе. Не открывая глаз шевельнулся - и едва не взвыл. Шея от неудобной позы затекла и болела немилосердно. Естественно, сон улетучился, будто испуганный воробей, и Серов, крякнув, с трудом принял вертикальную позу, на ноги встать силы уже не хватило.

На камбузе, как и следовало ожидать, хозяйничала Дана. Обернулась, заулыбалась чуть смущенно:

- Я вас разбудила...

- Ничего страшного, - мужественно ответил Серов, стараясь не показать, как ему хреново. Не получилось, девушка, сообразив, что что-то здесь нечисто, подошла, неодобрительно покачала головой и, зайдя сзади, начала решительно массировать ему шею. Ладошки у нее были маленькие, но крепкие и жесткие, и, прежде чем растаять в нирване, Серов со стыдом подумал, что в душ сходить так и не успел, и сейчас от него, небось, потом несет за несколько метров.

- Сколько я проспал? - спросил он, когда лечебная экзекуция закончилась.

- Шестнадцать часов.

- Что-о? - Серов резко поднялся, справился с нахлынувшим головокружением и быстрым шагом направился в рубку. К счастью, здесь все оказалось в норме, мигали цветные лампы, мерцали экраны, курс пока что оставался стабильным. Ну что же, можно было и сполоснуться, наконец. Только вначале попить кофе. Запахи из распахнутой двери шли умопомрачительные, вызывая дикое желание залить внутрь себя чашку-другую... третью бодрящего напитка.

Как оказалось, помимо кофе на столе уже громоздился завтрак. Именно громоздился - Дана умела готовить вкусно, получалось у нее всегда много, но сервировкой себя не утруждала, считая, что взять каждый может то, что захочет. Вполне имеющая право на жизнь позиция, особенно в полевых условиях, хотя Серов подозревал, что она просто толком не разбирается в тонкостях этикета, и почему-то скрывает этот факт. Так или иначе, но еда оказалась вкусной, Серов - голодным, и от стола он смог отвалиться, только когда почувствовал, что не в состоянии больше запихать в себя ни кусочка.

- Спасибо.

- Да не за что, - Дана, по прежнему крутящаяся у плиты, обернулась. Улыбка у нее была красивая... - Мы скоро прибываем?

- Еще двое суток. Что, не терпится оказаться в цивилизованном мире?

- Да какая там цивилизация...

- Ну, не знаю, - честно ответил Серов. - Обычно в Альянсе и Европейской Ассоциации нас считают варварами, а себя - единственными носителями культурного наследия Земли.

- А вы?

- А нам плевать, кто и кем себя считает. Не любят нас? Ну, так как-то мне от этого не тепло и не холодно. Пускай тогда боятся, это надежнее.

- Вы прямолинейны, как все мужчины, - хихикнула Дана.

- Ну, в общем-то, я и есть мужчина...

- Что радует. Но все же... Можно мне с вами?

- Ну совсем понимаю. Мы прибываем на относительно цивилизованную планету. Во всяком случае, рейсовые корабли в Альянс отсюда ходят. Денег на билет дам, отработала ты их с лихвой.

- Знаете, - Дана села, подперла кулачком щеку, от чего ее лицо забавно перекосилось, - я туда боюсь возвращаться. Все же не была там несколько лет, да и не ждет меня никто. А здесь... Здесь я привыкла, хорошо мне. И не страшно. В первый раз за последние три года. Возьмите меня с собой, а?

- В Империю хочешь? Ну, сразу предупреждаю, у нас такого понятия, как пособия, нет. Хочешь жить - придется работать, не работаешь - так хоть не живи. А у тебя квалификации, считай, ноль. Нет, конечно, готовишь ты здорово, кофе, опять же, варишь... Где научилась, кстати?

- Одно время работала в кафе. Посудомойкой.

- Ну вот. То есть вроде как умеешь, но квалификацию свою подтвердить не сможешь. Да и смогла бы - какая разница? Дипломы, выданные учебными заведениями планет, не входящих в Империю, у нас недействительны. И будет тебе очень-очень тяжело.

- Я... понимаю. Но все равно это лучше.

- Нет, это тебе кажется, что понимаешь. Но ты уверена, что хочешь к нам? - девушка молча кивнула. - Тогда, пожалуй, есть вариант.

Эту мысль Серов крутил в голове уже давно. Еще когда, прибыв на Блефуску, сообразил, что отделаться от попутчицы может оказаться сложнее, чем виделось изначально. Просто таскать ее с собой - нарушение устава. Не то чтобы чрезмерное, оправдание есть. Дана и впрямь, хоть и немного, помогла им, а имперцы умели быть благодарными. Все поймут. Но и злоупотреблять пониманием командования не стоило. А в том, что он предложил, нарушения как раз не было. Имелся пробел в правилах, причем, как подозревал Серов, оставленный специально, как раз на случай, если появляется крайняя необходимость их обойти. Под свою ответственность, разумеется.

Если кратко, то командир любого военного корабля имел право в случае необходимости использовать вольнонаемных членов экипажа. Естественно, это мало практиковалось, поскольку разбавлять слетанную команду непонятно кем чревато проблемами. Тем не менее, бывало, пользовались, к примеру, в случае болезни кого-либо из экипажа и при отсутствии в пределах досягаемости адекватной замены из военнослужащих. Как правило, людей брали на короткое время, но желающие находились всегда - в вооруженных силах Российской Империи платили исключительно хорошо.

Для Серова в данный момент принципиальным был один момент - нигде не было сказано, что вольнонаемный обязательно должен быть гражданином Империи. Типа того, что и так подразумевается, по умолчанию. Но раз нет прямого запрета, стало быть, можно. Оформившись же официально, девушка за время полета заработает достаточно для того, чтобы после, уже в Империи, соблюдая режим экономии без особых проблем прожить несколько месяцев. За это же время она вполне сможет устроиться. Те же курсы поваров закончить, например. Или массажистов - у нее неплохо получается. Именно этот вариант он озвучил Дане. Надо ли говорить, что она согласилась.

Затем процедура оформления документов, которая для ненавидящего бумажки Серова была хуже зубной боли - и вот уже их экипаж официально пополнился юнгой. Представив, как вытянутся рожи у чиновников от адмиралтейства, командир "Фаэтона" едва удержался от того, чтобы злорадно хихикнуть, после чего отправил Дану вкалывать на камбузе, отдав ей заодно первый боевой приказ смыть эту дурацкую краску с волос, а сам отправился, наконец, в душ - все тело чесалось так, что взвыть хотелось.


Великое Княжество Эстландское представлено было одной-единственной планетой со звучным названием Новая Эстония. Так себе планетка, кстати, с диаметром на треть больше земного и гравитацией на два процента меньше. Ресурсов мизер, собственных запасов, к примеру, урана едва-едва хватает, чтобы питать архаичные ядерные реакторы. Тем не менее, планета официально входила в Европейскую Ассоциацию, а также кучу военных и политических блоков. Этим обстоятельством в княжестве страшно гордились, поскольку больше поводов для гордости у них, в общем-то, и не имелось. Аграрная планета с низкой плотностью населения. Промышленность работала исключительно на внутренний рынок, поскольку, несмотря на крайнюю дешевизну эстонской продукции, межпланетные перевозки начисто съедали возможную прибыль от экспорта. А какой-нибудь "изюминки", пользующейся запредельным спросом, позволившим бы окупить затраты, в слаборазвитом с точки зрения науки государстве просто не нашлось.

Основных источников доходов у Новой Эстонии было два. Во-первых, туризм. Нельзя сказать, что курорты планеты отличались запредельным качеством сервиса, моря - особыми лечебными свойствами, и виды природы пленяли невероятной красотой. Имелись места и получше. Просто здесь было дешево и, вдобавок, снять в любом кафе сговорчивую студенточку или, по желанию, студента за невеликую цену не составляло труда. Вот и летели сюда престарелые дяди-тети с расположенных неподалеку более успешных планет.

Во-вторых, здесь располагалась целая куча военных баз. Правительство княжества без каких-либо проблем сдавало территорию в аренду всем желающим. И потому, что это приносило денежки, и из-за панического страха перед Империей, возле границ которой их планета и расположилась. Почему-то здесь все были уверены, что, случись конфликт, они станут первой целью удара русских. Самих имперцев эта истерия лишь слегка забавляла, а в целом они княжество всерьез не воспринимали. Серов точно знал, что на случай гипотетического конфликта для нейтрализации Новой Эстонии выделен аж целый линкор. Из тех, что использовать в серьезном деле из-за ветхости уже страшно, а отправлять в переплавку пока жалко. Ну и полк мобильной пехоты, разумеется. Аналитики считали, что для установления и последующего удержания контроля над планетой этих отнюдь не первоклассных сил хватит даже с избытком. Ну а если не хватит, то альтернативным планом предусматривалось использование планетарных бомб, в ином случае занятие Новой Эстонии и ее удержание переставало окупаться вследствие низких доходов от последующей эксплуатации. Их коллеги со стороны вероятного противника думали точно так же, но базы, правда, маломощные и откровенно ничего не решающие, продолжали строить по принципу "шоб було".

Вот на такую заштатную планету и занесли превратности судьбы фрегат имперского флота с бравым экипажем на борту. И сразу же на него посыпались запросы от таможенной службы, которые Серов с великолепным хладнокровием проигнорировал.

А и в самом-то деле, чего на них обращать внимание? С точки зрения международного права, территорией, принадлежащей планете, считалась зона, которую можно было контролировать и защищать со стационарных позиций. В этом отношении у Великого Княжества Эстландского дела обстояли не то чтобы очень. Ракетные установки планетарного базирования, старая орбитальная крепость и пара станций контроля пространства на астероидах. По современным меркам заметно меньше, чем ничто. Это крупные страны могли позволить себе демонстративно заменить нехватку стационарных средств мощным флотом, аргументируя это тем, что "он же базируется на стационарных объектах" и отмахиваясь от обвинений в двойных стандартах. Те же, кто не имел под рукой пары-тройки ударных эскадр в оперативной готовности, вынуждены были придерживаться буквы закона от и до. Именно поэтому Серов ответил на запрос раздраженных таможенников лишь тогда, когда фрегат вошел в зону поражения планетарных систем вооружения.

Впрочем, здесь к такому, очевидно, были привычны. Во всяком случае, лишний раз губы не кривил-ли и тупых вопрос-сов не задавал-ли. Вообще не задавали. Может, еще и потому, что не хотели лишний раз связываться - подробностями Серов как-то не слишком интересовался. Заплатил пошлину, подвесил фрегат на парковочной орбите и, в сопровождении Дока, спустился на планету.

Цены в парковочной зоне единственного на планете космопорта оказались вполне умеренными. Правда, сажать сюда фрегат Серов не рискнул бы. Это на формально менее развитой Блефуску к выбору места подошли с умом. Там мощные плиты из пластобетона клали, вроде бы, не особо стараясь, зато место выбрали идеальное. Скальный грунт безо всякого подкрепления мог выдержать даже линкор, возникни у его командира противоестественное желание посадить эту самоходную космическую крепость. Здесь же, как это сразу определили космонавты, при внешней красоте и аккуратности надежностью не пахло. Болотина, прикрытая сверху тонким бетонным панцирем. Случись что - и грунт продавится, что весьма чревато. Планетарный бот, конечно, не слишком тяжел, но настоящему звездолету лучше не рисковать.

Столица, а по совместительству единственный крупный город на планете (и впрямь довольно приличных размеров, с населением, едва не дотягивающим до полумиллиона человек), тоже производила впечатление чего-то рыхлого. При внешнем благолепии и атрибутах преуспевания вроде не слишком впечатляющих, этажей на полста, небоскребов, да непривычной формы светящихся рекламных щитов, уже лет сто назад вышедших из моды на других планетах, чувствовалась здесь, в Великом Таллине, какая-то искусственность. И люди... Вроде бы веселые н, в то же время, настороженные. А их замедленная речь и вовсе бесила. Хорошо еще, русский, да и многие другие языки тут знали поголовно - видать, на случай, если Империя либо еще какое-нибудь серьезное государство все же решат их оккупировать и потянуть за уши к светлому будущему. Наивные, их тщательно скрываемые мечты об оккупации с последующим развитием в Империи, например, даже не рассматривались за полной бесполезностью, и Серов очень сомневался, что в Альянсе люди, планирующие возможные территориальные приобретения, глупее его командования.

А вопросов, как и прежде, никто не задавал. Лезть в дела туристов, приносящих на планету денежку, здесь не собирались. Даже полицейский дрон, жутко устаревшая железяка, покрутившись над головами, ушел куда-то прочь, и Кобра с орбиты доложила о том, что не видит направленного на мужчин внимания каких-либо электронных систем слежения. Ну, разве что иногда камеры наружного наблюдения у входов в магазины, дежурно мазнув прохожих глазками своих объективов, переносили мимолетное внимание на другие объекты. Несерьезно, в общем.

Тем не менее, прежде, чем отправляться по основным делам, Серов с Доком предприняли кое-какие меры для маскировки своих намерений, а заодно пополнения запасов. Проще говоря, зашли в магазин, где закупили свежих продуктов. На таких вот аграрных планетах они всегда качественные и стоят копейки. Заодно приобрели сувениров, все равно здесь они вряд ли еще когда-нибудь побывают, а так - хоть память какая-то. Вон, с Блефуску мяч для регби и охотничьи фотографии, с Нового Сингапура - колоду карт с фривольным оформлением и юнгу. Надо и отсюда что-нибудь, колокольчик, что ли...

Отправив загруженную покупками так, что она даже просела, автоматическую гравиплатформу к боту, космонавты сверились с показаниями навигатора и углубились в городские джунгли. Почти сразу после того, как они удалились от центральных улиц, небоскребы исчезли, зато мусору на тротуарах и неуклюжих граффити на стенах домов резко добавилось. И народу, одетого попроще, но куда более агрессивного, тоже.

Их даже попытались один раз ограбить. Смешно. Впереди дорогу им шустро заступили четверо молодых людей, одетых, по местной моде, в вызывающе-яркие куртки и истрепанные джинсы. Сзади маневр гопников повторила вторая четверка. Да уж, язык здесь медленный, зато двигаются шустро. И соображают тоже - как только путешественники продемонстрировали им калибр своих карманных гаубиц, те незамедлительно показали пустые ладони и исчезли так стремительно, будто никого здесь и не было. Да и вообще, вся улица опустела. И, что характерно, хотя шли русские еще почти полчаса, больше проблем не возникало - сведения о потенциально опасных клиентах в криминальной среде разносятся со скоростью ветра.

Искомый кадр жил достаточно далеко, почти в пригороде. Здесь дома, в основном невысокие, четырех-пятиэтажные, оказались вроде бы приличными, но, судя по обшарпанному виду, небогатыми. А вот электронный замок на двери подъезда оказался вполне приличной гражданской моделью, код к такой запросто не подберешь.

Эх, как жаль, что нельзя было пойти тем же путем, что и на Блефуску. Сотрудничество с властями здесь организовывать - это только время тратить. К Империи и всему, что с нею связано, здешние чиновники относились крайне негативно. Комплексы, наверное, играли. Соответственно, ожидать от них можно было разве что палок в колеса, имелись прецеденты. Приходилось действовать на свой страх и риск.

Воровато оглянувшись, Док пришлепнул на дверь маленькую, сантиметра три в основании и столько же в высоту, пирамидку. Два шага назад, активация! Пирамидка мигнула тусклым голубоватым светом и отвалилась - все, заряд выработан, удерживающий ее электромагнит отключился. Док подобрал ее, сунул в сумку и толкнул дверь, которая послушно отворилась - мощный электрический разряд запросто пережог всю хитрую машинерию. Судя по запаху, даже проводка оплавилась. А теперь наверх, и быстро, быстро!

Пьер Грабовски, ни разу не эстонец, а поляк, родившийся на одной из французских планет, жил на четвертом этаже, под самой крышей. Тем лучше. Оставалось лишь на всякий случай залепить припасенным заранее лейкопластырем глазок на соседней двери, и можно было приступать к работе. Вот только дверь, хоть и не такая толстая, как внизу, здесь закрывалась на механический замок, причем, судя по виду, довольно хитрый.

- Сейчас я его, - с азартом в голосе пробормотал Док, выуживая из кармана связку отмычек. Хорошо подготовился, видать не зря целый день вчера у себя в машинном просидел. Вытачивал, старался... Интересно, где он ими пользоваться научился? В училище на курсах, где давали азы разведывательной и оперативной работы, так, чтобы представление имели, такое уж точно не показывали.

Увы, увы, как раз пользоваться ими Док совершенно не умел. Сделать отмычку и открыть с ее помощью замок - две совершенно разные вещи. Провозившись минуты три, он развел руками, признавая поражение, и отступил в сторону, давая дорогу профессионалу.

Серов мучиться не стал. Холодно замерцал в воздухе противным фиолетовым огнем плазменный резак. Пять секунд - полет нормальный! "Собачки" замков аккуратно перерезаны. Осталась еще цепочка, старомодная и прочная, но ее Док вырвал, просто как следует толкнув дверь, и они как два медведя, совершенно непрофессионально вломились в квартиру.

Жилище интересного человека оказалось на удивление приличных размеров. А вот сам хозяин, выскочивший из комнаты и протирающий заспанные глаза, как раз наоборот, мелковатым и низковатым. Серов с чувством пробил ему левой в печень, и толчком отправил впавшее в нирвану тело обратно в комнату. Док, по киношному держа пистолет стволом вверх, быстро проверил остальные комнаты и кивнул: чисто.

Пока они снимали лейкопластырь с соседской оптики и подпирали входную дверь, чтобы никто не заподозрил вторжения и не вздумал поиграть в героев, клиент пришел в себя и теперь зло смотрел из угла, в который его запихали, спокойными злыми глазами. Не паникует - уже неплохо. Даже если у Дока не получится, с таким можно разговаривать более-менее продуктивно. Наверняка просчитывает ситуацию, даже освободиться попробовал, но тонкие прочные хомуты из мягкого пластика по эффективности не уступали наручникам.

Серов окинул взглядом комнату. Ну что же, рабочий кабинет и спальня в одном флаконе. Шикарный кожаный диван с небрежно брошенной, хорошенько примятой хозяйской головой подушкой. Стол с компьютером... В нынешнюю эпоху минимализма и то, и другое выглядит громоздко и архаично, однако именно так чаще всего выглядит оборудование любителей, считающих себя профессионалами. В большой корпус можно за небольшие деньги напихать много интересных и не всегда нужных примочек. На полу изрядно потертый ковер, свет мягкий, льется со всего потолка, не оставляя места тени. В углу холодильник - это, наверное, чтобы за пивом далеко не бегать. Как-то не похоже на логово крутого мафиози. Да и сам Грабовски на такового внешне не тянет. Ему лет двадцать пять на вид, то есть почти ровесники. Как-то странно все.

- Грабовски Пьер? - на всякий случай поинтересовался Серов.

- Ну. А вы кто такие.

- Не нукай, не запряг, - отмахнулся Серов. - Ну что, колоться будем?

- В чем? Что вам надо, козлы?

- Это за козлов, - Серов слегка, так, чтобы не причинить серьезного вреда, ткнул парня кулаком в область почек. Судя по тому, как его перекорежило, попал качественно. - Ты понимаешь, какое дело, вопрос у нас к тебе есть.

- А просто так спросить было нельзя? Без... всего этого?

- Можно. А вот ответил бы ты или нет - еще вопрос. Док, коли ему свою гадость.

Штатный врач "Фаэтона" кивнул и извлек из кармана плоскую коробочку из мягкого красного пластика. Раскрыл, полюбовался содержимым, считающимся здесь куда аморальнее боевых стволов, и вытащил шприц-тюбик.

- Сыворотка правды? - безо всякого страха в голосе поинтересовался Грабовски.

- Она, родимая, - вздохнул Док. - Люди, далекие от медицины именно так и называют сей замечательный препарат. Вы не волнуйтесь, молодой человек, больно не будет.

Из уст здоровенного детины, бугрящегося мускулами, это прозвучало довольно зловеще. Грабовски вздохнул:

- Знаете, давайте обойдемся без этого. Вы задаете вопросы - я отвечаю.

- Смотри-ка, умный молодой человек, - усмехнулся Серов. Его предложенный вариант более чем устраивал, у сыворотки правды, действие которой вызывает неудержимое желание говорить при подавлении воли, есть один серьезный недостаток. Допрашиваемый при определенных условиях может вывалить на тебя не только факты, но и собственные домыслы, в которые хочет верить. Разделить информацию при этом достаточно сложно, и условно-добровольное сотрудничество здесь предпочтительнее. - Хорошо, но врать не вздумайте - поймем сразу. Док!

- Уже, уже, - врач зацепил на мочках ушей Грабовского миниатюрные датчики. - Детектор подключен.

Вот сейчас говорить получилось куда более продуктивно, чем с Уолшем. Не прошло и десяти минут, как они знали, в принципе, все, что необходимо. И вновь пустышка. Точнее, не совсем пустышка, но все равно.

Грабовски и впрямь не имел к тем, кто устроил нападение на русский корабль, никакого отношения. Как и Уолш, он был хакером, только куда более высокого класса. Киберпреступник средней руки - к примеру, мог вскрыть на заказ клиентскую сеть какой-нибудь фирмы, или, как вариант, присосаться к серверу не слишком солидного банка и чуть-чуть, так, чтобы никто не заметил, пощипать счета. С крупными банками он даже не пытался связываться - там защита такая, что живо прихватят за жабры и развесят на солнышке провялиться. Требухой наружу. Ну а по мелочи и выхлоп невелик. На хлеб с маслом и приличную машину хватало, на что-либо серьезнее - нет.

Помимо этого, он собирал информацию. Не продавал - для этого Грабовски был слишком осторожен. Просто когда ломаешь чей-то сервер под заказ, то помимо основной добычи к тебе попадает еще много чего, и эти сведения он считал своей надежной страховкой. Ну, по принципу, только троньте - и ваши данные предстанут на всеобщее обозрение. По-детски и немного наивно, серьезные люди, если что, вытрясут из него все прежде, чем сработает автоматика, но парень по молодости лет об этом не задумывался.

Вот только недавно он обнаружил, что с его личного хранилища кто-то, в свою очередь, принялся тибрить информацию. А вот это Грабовскому уже не понравилось - так и самому спалиться недолго. И вот, вместо того, чтобы найти и заделать дыру в защите, он перенес сведения в другую точку, а взамен подбросил вору пакет искаженных данных с тем, чтобы после обиженные в лучших чувствах клиенты оторвали ему голову. Вот, в принципе, и все. Рассчитал точно. Не подумал только, что и сам он может оказаться под ударом.

- Хреново, - прокомментировал Серов с непроницаемым выражением лица и повернулся к Доку. - Есть тут чего на зуб кинуть? А то проголодался я с этой беготней что-то.

- Сейчас глянем, - Кисляков распахнул дверь холодильника. - Выбирай.

- Я сказал поесть, а не отравиться, - поморщился капитан. Продукты, лежащие на полках, не пробуждали в нем аппетита ни своей номенклатурой, ни внешним видом. Единственное, чего тут ожидаемо имелось в избытке, так это пиво, причем его было не просто много, а много и разных сортов. Видать, хозяин квартиры мог себе кое в чем не отказывать.

Док открыл было рот, чтобы прокомментировать барские привычки некоторых зажравшихся снобов, забывших уже, что им приходилось есть на тренировках по выживанию, но не успел - в двери загремели чьи-то ключи. Серов переместился в прихожую мгновенно, Док задержался буквально на пару секунд, только чтобы забить в рот Грабовскому импровизированный кляп из подвернувшейся под руку тряпки. И прежде чем тот, кто пытался войти, сообразил, что происходит что-то не то, замки сломаны, а дверь не хочет открываться, наглые захватчики не только ее распахнули, но и рывком затащили внутрь нежданного гостя.

Гость на проверку оказался гостьей. Очень симпатичной, высокой, со спортивной фигурой девахой. Натуральной блондинкой, таскающей очки в тонкой оправе, которые ей удивительно шли. Выглядела она испуганной донельзя, но орать не пыталась - видать, понимала, что это может плохо кончиться. Серов выдернул изо рта Грабовского кляп, оказавшийся на проверку потрепанным носовым платком изрядных размеров, и поинтересовался:

- Твоя?

- Угу...

- Ну, так скажи ей, чтоб сидела тихо. Мне ваши головы ни к чему, так что, думаю, разойдемся мы сегодня мирно. Только еще на пару-тройку вопросов ответишь.

Парень кивнул, быстро зашептал девушке что-то успокаивающее. Та чуть расслабилась, но все равно сидела, прижавшись к Грабовски и глядя на русских испуганными глазами.

- Ну что, успокоились? Тогда продолжим. Как мне найти тех, от кого ты узнал о нападении на курьерский корабль?..


Ушли они только через два часа, расставшись, к слову, вполне довольными друг другом. Грабовски оказался и впрямь неплохим специалистом, сумевшим, выйдя в сеть, в два счета накопать всю интересующую их информацию. В свою очередь Серов, подумав, оплатил причиненные разрушения, и предложил сладкой парочке долгосрочное сотрудничество. Проще говоря, провел мероприятия по вербовке новых агентов, на что те согласились. А почему нет? Топорно, конечно, всерьез их этому не учили, но ведь сработало! И вообще, Империя добилась своего нынешнего положения отнюдь не потому, что пренебрегала услугами сторонних талантов. Грабовский же, хоть и любитель, но талант реальный, против фактов не попрешь. Осталось по возвращении домой передать сведения о свежеприобретенных агентах тем, кто будет их впоследствии курировать, и все, дело сделано. Ну а сейчас наступила пора улетать - история, похоже, выходила на финишную прямую.

Такси здесь, как и на Сингапуре с Блефуску, было наземным и колесным - верный признак слабозаселенных планет с недостаточными производственными и научными мощностями. В Российской Империи, на периферии, та же картина - колесный транспорт дешевле машин на гравиподушках. И в Альянсе тоже, да везде так. Увы, это утешало довольно слабо - архаичное асфальтовое покрытие было качественным только на центральных, предназначенных, в основном, для туристов улицах и дороге в космопорт. По словам словоохотливого, как это у них частенько бывает, темнокожего водителя, дорога в морской порт тоже была хороша. Туристский бизнес - это вам не хухры-мухры. В остальной же части города колдобины были знатные, а подвеска машины раздолбанной, так что все неровности космонавты чувствовали пятыми точками. Вдобавок, водитель, человек не только болтливый, но и неунывающий, врубил абсолютно непопулярную в Империи музыку, от которой у нормального человека могла разве что голова заболеть. Пришлось деликатно попросить вырубить ее, а не то... Водитель, как ни странно, не обиделся, а может, просто виду не показал и продолжил трепать языком. На проверку оказалось, что это было не так уж и плохо, во всяком случае, до космопорта доехали быстро. А когда, отпустив машину у ворот, подошли к боту, то обнаружили рядом с ним презабавную картину.

Толпа человек в пятьдесят, не меньше (и как их только пустили на охраняемую территорию?), одетая в странную, убогую одежду, покрытую вышивкой, судя по неряшливости, ручной, так густо, что практически не гнулась. Собравшиеся недружно скандировала что-то вроде "Геть, москали!", размахивая какими-то сине-желтыми тряпками. Периодически на импровизированную сцену из деревянного щита, который держали на плечах четверо крепких мужиков, взбирался какой-то хмырь, и начинал вещать на странном языке, напоминающем русский, но звучащем так, словно на нормальные слова хорошенько плюнули, а затем растерли. Словом, разобрать то, что вещал оратор, космонавтам так и не удалось.

Самое интересное, люди-то были разные, но что-то у них у всех было общее. То ли дебильное выражение испитых рож, то ли нездоровый блеск глаз. Так что перед сознанием Серова все они моментально слились в одно непонятное и безликое пятно, и после он, как ни старался, не смог выделить из них ни одного индивидуального человека. Так, серая аморфная масса, и только.

А вокруг ходили, рассматривая бесплатный цирк, другие, явно местные. Похоже, их происходящее забавляло. Секунду подумав, космонавты подошли к одному такому, невысокому пухлому мужичку лет сорока с крупной собакой на поводке. Псина наверняка была породистой, в отличие от России, на планетах Европейской Ассоциации двортерьеры были запрещены законом, и все собаки, появившиеся на свет не у лицензированных заводчиков, а, так сказать, естественным путем безжалостно уничтожались. Но порода породой, а выглядела собака, как подзаборный бобик, кудлатая и нескладная. И очень дружелюбная, поскольку не только не зарычала, а замахала хвостом и полезла знакомиться. Хозяин придержал ее было, но, сообразив, что туристы (а по одежде Серова и Дока можно было принять именно за них) не возмущаются, успокоился.

- Не подскажете, уважаемый, что здесь происходит? - спросил капитан на чистейшем английском. Его здесь тоже знали все, так что проблемы с языковым барьером не существовало в принципе.

- Да опять укроп бузит, - фыркнул эстонец. Слово "укроп" он, что характерно, произнес по-русски.

- В смысле?

- Видите бот? Днем приземлился. К нам недавно прилетел русский военный корабль. Зачем - непонятно, да и неважно. Было бы что серьезное - приперлись бы целым флотом, а так... Может, им у нас пива выпить захотелось.

Эстонец рассмеялся. Серов тоже усмехнулся - пожалуй, этот мужик был вменяем, да и чувство юмора у него имелось.

- И что дальше?

- А что дальше? Имперцы где-то гуляют. Раз им сесть разрешили, они, в общем-то, в своем праве. Вон, говорят, на оперативный склад гравиплатформа пришла. Шикарная штука, мне на такую за год не заработать. Так вся ящиками забита. Продукты, вино хорошее... Умеют же жить люди! - с оттенком зависти в голосе прокомментировал рассказчик.

- Ну, молодцы, - неопределенно сказал Док.

- А я вам о чем? В общем, они гуляют, деньги тратят, в общем, ведут себя, как нормальные люди. А эти, как узнали, так и примчались.

- Укроп?

- Ну да. А вы не слышали, что ли? Дикие укры. Тупы-ые... Какая-то боковая ветвь украинцев. Их когда-то свои же, чтоб не позориться, выставили. Вот они к нам и прибились. Им разрешили временно расположиться, так уже лет пятьдесят выгнать не могут. В города-то не пускают - они так лагерем неподалеку и живут. На пособия. На наши деньги!

Ну, все разом встало на свои места. Действительно. Полста стандартных лет назад с Новой Украины, карликового государства, вассала Российской Империи, выперли группу радикальных неонацистов, попытавшихся устроить переворот. Вышли, как не раз уже бывало, на площадь, начали вопить... Березин, тогдашний (да и нынешний) президент-диктатор, не долго думая, прислал две роты автоматчиков с приказом патронов не жалеть и решил вопрос за пятнадцать минут. После этого уцелевших вместе с семьями запихали на старый транспорт и отправили куда-то в сторону европейских планет. Больше Серов ничего о том инциденте, случившемся задолго до его рождения, и не слышал, да и это-то знал из школьного курса новейшей истории. Два абзаца аж посвятили. Вот они куда залетели, оказывается.

- Что-то слышал. Клиника?

- Полная.

- И кто их сюда пустил?

- А кто их сюда пустил?

- А кто задержит? - искренне удивился эстонец. - Забор-то и охрана только со стороны дороги, а вокруг - чистое поле.

- Это как? - у Серова аж челюсть отвисла. Космопрот - особо охраняемый объект, это азбучная истина, и ситуация упорно не укладывалась в его голове.

- Ну, говорят, когда строили, денег почему-то не хватило. Даже сам космопорт вдвое меньше получился, чем планировалось. Концов так и не нашли, а больше инвестор давать не стал.

Космонавты дружно присвистнули. Ничего себе тут попилы! Нет, конечно, никто не без греха, и в России тоже всякое случается. Вот только в Империи еще со времен Императора-Основателя за подобное вешают с конфискацией, так что если кто и ворует, то по чуть-чуть, осторожно и с оглядкой. А здесь, похоже, народ берегов совсем не видит. Как, спрашивается, такое возможно? Очевидно, последнюю мысль он озвучил вслух, но эстонец лишь плечами пожал:

- Не знаю, я же инженер, а не следователь.

- А если как в Империи?

- Это с использованием детекторов лжи?

- Хотя бы.

- Да кто же позволит-то? Это прямое нарушение прав человека. Хотя, откровенно говоря, может, и стоило бы, - тут он смачно выругался. - А то представляете, недавно какой-то урод, из арабов, девчонку двенадцати лет у всех на глазах отымел, а адвокат потом доказал, что случайно вышло. Дескать, споткнулся-упал-попал. Так удачно, так удачно... И ничего не попишешь - турист.

- Вы его, я так понимаю, задницей в муравейник посадили? - с интересом спросил Док.

- Вы прямо как имперец говорите. Те, я слышал, практикуют...

- Иногда, - серьезно кивнул Серов, хотя единственный случай, о котором он знал, случился лет пятнадцать назад, и то как самосуд.

- Умные люди. А мы... - тут мужик безнадежно махнул рукой. - Говорю же, турист, основа нашей экономики. Предки в гробу бы перевернулись.

- Значит, даже не повесили. И после этого вы еще называетесь цивилизованной страной? - усмехнулся капитан. - Ладно, давайте вернемся к нашим баранам. Этих-то чего не разгонят? Или у вас полиции нет?

- Я бы их не то что отсюда выгнал, а и вообще с планеты. Но - нельзя, нарушение прав человека. Они же только орут, ничего пока не сломали, никого не избили.

- Да? Ну что же, сейчас посмотрим, что можно сделать.

Усмехаясь про себя, Серов не спеша приблизился к толпе и, сложив руки рупором, во всю мощь легких крикнул по-русски:

- Эй, мужики! Пройти дайте!

Реакция оказалась мгновенной. Вначале все замолчали. Вот только что стоял гам - и тишина! Слышно, как зудит крылышками противная местная цикада. Потом все синхронно повернулись к нему. Слитности движения мог бы, наверное, позавидовать даже полк почетного караула. А потом их вдруг не стало. Только остались валяться на бетоне обрывки самодельных плакатов, рухнувший с грохотом щит-трибуна, да слышался удаляющийся топот. Вот, собственно, и все.

- Это вы как?

Серов обернулся, посмотрел на эстонца, глаза которого увеличились до физиологически невозможных размеров, и усмехнулся:

- Мы заставили или уважать себя, или бояться. Уважение, конечно, приятнее, но и страх - тоже неплохо. Так что нашим предкам за нас не стыдно.

- Но почему...

- Потому что у вас в ранг закона возведено правило "трех Д". Дай дураку дорогу. А мы дуракам, случись нужда, вышибаем мозги. И даже самые тупые, зная это, синхронно умнеют. Ладно, до свидания. Глядишь, еще свидимся, космос маленький.

Эстонец механически пожал им руки. Похоже, он все еще был под впечатлением от увиденного. Док потрепал по лобастой башке собаку и пошел на склад, за гравиплатформой, а Серов поднялся на борт и принялся готовить корабль к отлету. Пора было заканчивать эту дурацкую эпопею.


Дану они не узнали. Пока мужчины геройствовали, она с помощью весьма продвинутой в женских делах Кобры ухитрилась-таки смыть с волос тот неестественный колер. Теоретически краска была несмываемой, практически же что один создал, то другой всегда может разрушить, и сейчас девушка щеголяла в естественном окрасе. В шок она никого, разумеется, не повергла, не те люди собрались, но удивила знатно.

На проверку она оказалась блондинкой. Платиновой. И при этом брови и ресницы остались темными, безо всякой косметики. Интереснейшее сочетание. Серов помнил, что в молодости в их компании была одна блондинка. Как-то утром они завалились всей толпой к ней в гости, и девушка встретила их не накрашенной. Парень, который до того активно за ней ухаживал и был уже в двух шагах от результата, свалил молниеносно, и ни у кого не поднялась бы рука его осудить. Страхолюдина без бровей и ресниц, с пергаментно-белой кожей производила весьма специфическое впечатление. Здесь же получилась на выходе вполне красивая девушка, упорно отказывающаяся отвечать на вопрос зачем ей потребовалось так авангардно портить внешность.

С орбиты "Фаэтон" снялся без каких-либо проблем. Некоторое время, правда, рядом с ними шли два корвета Альянса, база которого, в числе прочих, располагалась на Новой Эстонии. Ребята из Альянса вообще в этом плане были шустрыми, устраивая их где можно, и где нельзя. Иногда с такими базами выходили забавные казусы. К примеру, на одной из них, предназначенной для ведения прослушивания чужих разговоров и расположенной излишне близко к границе Империи, год назад случилась авария, закончившаяся полным разрушением всей электроники. Бравые морские пехотинцы (по традиции в Альянсе именно так называли этот род войск) и несколько техников месяц сидели на жалких крохах электричества от наспех сделанных солнечных батарей и гадали, успеет ли помощь до того, как у них окончательно сдохнет аварийная система жизнеобеспечения, а спасательный корабль никак не мог к ним пробиться. Единственная система, через которую был возможен скачок к терпящим бедствие, была перекрыта имперским флотом, очень кстати устроившим там маневры с боевой стрельбой. В общем, успели, но в самый последний момент, и с тех пор стали куда осторожнее, а Серов, как раз и доставивший, а потом эвакуировавший группу специалистов, устроивших конкурентам неприятности, мог только удивляться, как они все провернули и ушли незамеченными. С той стороны ведь тоже не новички сидели, и комплекс противодиверсионных мероприятий проводили четко.

Однако если близ своих границ Империя приучила соседей к соблюдению правил игры, то в этой провинции народ, похоже, был непуганый. К тому же, судя по интенсивности переговоров, тут у них было гнездо, и держались ребятки нагло. Тем не менее, за рамки приличий ситуация не вышла, и вскоре корветы отвалили прочь, по своим делам. "Фаэтон" же продолжил разгон, и вскоре нырнул в гипер, чтобы выйти в трехмерное пространство в десятках световых лет отсюда.

Надо сказать, гиперпереходы, помимо танца измерений, имели еще два маленьких, но важных нюанса. Во-первых, дистанция, на которую мог прыгнуть корабль, была конечна и зависела от соотношения массы корабля и мощности гипердвигателя. Чем выше удельная мощность - тем дальше прыжок, однако при равных соотношениях большой корабль прыгает дальше, поскольку от массы зависит стабильность перехода. Ну и, во-вторых, стабильный вход в гипер и выход из него возможны только вблизи тел большой массы, то есть звезд. Попытка уйти в гиперпространство вдали от звезды приводила к нестабильности прыжка, а выйти - к внутриатомному резонансу материи. То и другое давало одинаковый результат - кучу обломков. Только и разницы, что в первом случае обломки образовывались в гипере и вышвыривались в трехмерное пространство на расстоянии иногда в несколько световых лет друг от друга, а во втором оказывались в виде компактной кучки.

Эти обстоятельства накладывали серьезные ограничения на гиперпространственную навигацию. К примеру, только из-за них жаждущие познания исследователи не проникли еще из Млечного Пути в другую галактику - расчеты показывали, что для преодоления разделяющего их гигантского пространства требовался корабль с массой, превышающей Юпитер, и соответствующими двигателями. Применительно к более прозаическим действиям это значило, что просто так от звезды к звезде не попрыгаешь. Зачастую вместо одного большого прыжка требовалось совершить несколько малых, пройдя через расположенные относительно близко друг к другу звездные системы. Ничего смертельного, просто выше затраты времени и больше расход топлива.

По сравнению с кораблями-одноклассниками "Фаэтон" имел определенное преимущество. Удельная мощность у русского фрегата оказалась, наверное, лучшей в классе, а вот масса, увы, подкачала. Сейчас это значило, что из-за большого расстояния одним прыжком до места им не дотянуться, но и три-четыре раза лезть в гипер, как подавляющее большинство кораблей, смысла не имело. По расчетам Серова, им предстояло сделать два прыжка вместо трех, пройдя через систему, которую другие корабли обычно не посещают. Для трехпрыжковой схемы она располагалась неудобно, а в два прыжка в этих забытых всеми местах последний раз проходил какой-то линейный крейсер лет этак десять назад. В принципе, это ничего не меняло, разве что с навигацией в таких ситуациях чуть сложнее, но Серов был уверен в собственных силах. Есть возможность сократить путь на неделю - значит, ею надо воспользоваться.

Ушли в прыжок они штатно, и так же штатно сутки спустя вышли из гипера в системе Малого Квебека. Эта колония, основанная еще на заре колонизации сектора, оказалась в числе едва ли не самых неудачливых. Мало того, что скованная вечными льдами планета не слишком отвечала понятиям о комфортном существовании, а средств на терраформирование не нашлось, так еще и система оказалась далеко от торных дорог. В результате даже сейчас появление в ней чужого корабля считалось событием, а Альянс, который вначале и спонсировал колонизацию планеты, довольно быстро забросил это бесперспективное занятие и деликатно отошел в сторону. Вроде как и не три чем он.

Тем не менее квебекцы, молчаливые и никогда не падающие духом упрямцы, не унывали. Пахали они, как проклятые, и сейчас их планета не только не вымирала, как изначально предполагали аналитики, но и имела серьезный прирост населения. Они осваивали глубины скрытых подо льдом морей и окрестный космос, строили заводы и лаборатории, с нуля создали неплохой внутрисистемный флот и сами летали к соседям. При этом потуги воспрянувшего духом Альянса взять неожиданно ставшую перспективной систему под свое крыло они отметали деликатно, но решительно. В общем, эти люди были достойны уважения. И в тот момент, когда "Фаэтон" вышел из гипера, они сражались.

Восстановить цепь событий на основе данных радиоперехвата русским удалось практически молниеносно. Кто-то, повадками напоминающий банальных пиратов, решил поживиться в тихой окраинной системе. В качестве приза он попытался захватить транспортный корабль, везущий с расположенной на одной из лун местного газового гиганта обогатительной фабрики груз урана. По любым меркам солидный куш. Не учли они только одно обстоятельство. Именно уран и сопутствующие элементы составляли одну из основных статей экспорта Малого Квебека, и отдавать целый корабль ценного сырья просто так никто не собирался. Да, система была мирной, и немногочисленные военные корабли конвоированием транспортов не занимались, но предусмотрительные квебекцы впихнули на него аж восемь орудий, правда, устаревших моделей, которые и отсалютовали пиратам в упор. Сбить, конечно, никого не сбили, но благодаря эффекту внезапности добились определенных успехов. Во всяком случае, из дюжины пиратских кораблей два моментально потеряли интерес к происходящему, занятые латанием дыр в бортах.

Конечно, любой из оставшихся пиратских кораблей, шести корветов, трех фрегатов и старого эсминца (Великий Космос, где они откопали такой раритет?), способен был растереть наглый транспорт в порошок. Однако это означало, что и от его груза мало что останется. В результате бой свелся к попыткам атакующих точечными ударами подавить артиллерию транспорта и не зацепить при этом всего остального. Обороняющиеся же азартно палили во все стороны и тянули время.

Их тактика принесла закономерные плоды - на помощь своим подоспели едва ли не все находящиеся на ходу корабли военного флота Малого Квебека. Фрегат и семь корветов при поддержке пары десятков истребителей планетарного базирования. В принципе, с такими силами вполне можно было вытеснить противника, но все портил эсминец. Несмотря на дряхлость, артиллерию он нес вполне современную и, укутавшись в защитное поле, спокойно обстреливал квебекцев с дистанции, на которой их орудия еще были не в состоянии нанести ему серьезный ущерб. В результате с начала боя обе стороны потеряли по два корвета, у квебекцев вышел из боя еще один - судя по всему, повреждения были серьезные, но не смертельные, если не добьют - выгребет. Один из пиратских фрегатов тоже получил несколько хороших плюх, но, несмотря на дыры в борту, из которых сочились клубы мгновенно кристаллизующегося пара, оставался пока в строю. Но главное, практически все истребители обороняющихся были или уничтожены, или серьезно повреждены. Словом, пираты оказались близки к тому, чтобы разбить местный флот и не только получить свой приз, но и, если захотят, прорваться к планете. Самым логичным для обороняющихся было бы отступить, сохраняя то, что осталось, и попытаться организовать оборону на орбите, где висела недостроенная, однако уже частично вооруженная орбитальная крепость. Вот только квебекцы не были трусами, бросать своих не собирались, и потому отчаянная маневренная схватка продолжалась.

- К бою!

В рубке "Фаэтона" царило оживление. Серов, натянув легкий скафандр на случай разгерметизации, быстро просчитывал варианты действий. Пальцы сидящей рядом Кобры порхали над клавиатурой, в крайний раз проверяя настройки и конфигурацию орудий - в бою заниматься этим будет некогда. Дана, бледная от волнения, запаковалась в кое-как подогнанный по фигуре скафандр и пристегнулась в своей каюте - все равно толку от нее в бою не предвиделось. И лишь из машинного отделения недовольным голосом бухтел механик:

- И зачем нам в это лезть? Что мы тут забыли...

Ворчать-то он ворчал, но, как был уверен Серов, при этом сложа руки не сидел. Просто не нравилось человеку лезть в чужую, в общем-то, драку, и его можно было понять. Однако пиратов уничтожают при каждом удобном случае, это аксиома, а значит, надо пользоваться моментом. Хоть на какое-то время на космических трассах станет потише, и в этом подходе все страны были солидарны.

Появление на сцене нового действующего лица занятые друг другом противники откровенно прошляпили. Все же новейшая модификация фрегата предполагает и соответствующие системы маскировки, да и возмущения при выходе из гипера оказались минимальны. В результате к тому моменту, как русский корабль вышел на дистанцию семидесятипятипроцентного поражения цели, пираты только-только начали разворот. Квебекцы, не зная, кто перед ними, пока благоразумно не реагировали, а вот три пиратских корвета дружно развернулись. Синхронность их маневра говорила о том, что опыт совместных действий у них приличный. Серов поморщился - он бы предпочел разобраться вначале с эсминцем, но придется работать по наиболее близким, а потому самым опасным целям. Что же, как говорил Суворов, мы их будем бить, а не считать.

"Фаэтон" тряхнуло - Кобра, не мелочась, задействовала орудия главного калибра. Три секунды спустя головной корвет разлетелся брызгами добела раскаленного металла. На полную катушку используя преимущество в дальнобойности, штатный артиллерист фрегата тут же перенесла огонь на второй корвет. Тот с похвальной быстротой начал маневр уклонения, но русский корабль двумя залпами буквально перерубил его пополам. Третий противник крутанулся юлой, четко выполнил сложнейший маневр уклонения и рванул прочь. Кто бы там не сидел сейчас за штурвалом, он был не только мастером пилотажа, но и разумным человеком, сообразившим, что связываться со столь превосходящим врагом - занятие бесперспективное.

Что же, тем лучше. Пираты, явно не ожидавшие столкнуться с кораблем, превосходящим любую из их посудин по огневой мощи, замешкались, и это, в принципе, решило исход боя. "Фаэтон", используя преимущество в мощи и дальнобойности своей современной артиллерии, в два счета связал боем эсминец, а квебекцы довершили разгром, атаковав оставшихся пиратов. Те, в лучших традициях джентльменов удачи, не желая больше рисковать шкурами, бросились наутек. Оставалось лишь собрать трофеи, чем местные и занялись.

А трофеи выпали знатные. Два корвета, фрегат и эсминец, схлопотавший дыру в машинном отделении и не сумевший уйти. Все корабли потрепанные и серьезно избитые в бою, но подлежащие восстановлению. Для небольшой планеты серьезное приобретение. И как бы ни торопились русские, отказаться от приглашения не получилось - как и на большинстве окраинных планет, жители Малого Квебека отличались гостеприимством, и отказаться от него значило нанести им жуткую обиду.

Пьянка в честь победы вышла грандиозная. Столы развернули прямо на укрытом под могучей полярной ледовой шапкой военном космодроме, принявшем обожженные и помятые корабли победителей, и было на них безо всякой системы навалено столько, что Дана, увидев это великолепие, испуганно пискнула. Откровенно говоря, она и вовсе не хотела идти, но Док с Коброй буквально под руки вынесли ее из корабля. Пускай девушка и не принимала непосредственного участия в сражении, но на борту-то она была, и рисковала вместе со всеми. Даже больше, если учесть полную необученность. А раз так - вперед и с песней!

Она, кстати, не пожалела потом, с восхищением разглядывая Ледяные Чертоги. Именно так квебекцы называли свою базу. Огромная пещера в толще невероятно чистого, аж до голубизны, льда. Стены переливались в свете прожекторов миллионом радуг, а там, где скопился иней, игра красок и вовсе становилась феерической. Словом, красота была неописуемая, правда, долго разглядывать ее не получилось - начался банкет, как и положено на таких планетах стремительно переросший в стихийно набирающую обороты грандиозную пьянку. Народ намеревался хорошенько снять стресс и не скрывал этого.

Ели много, а тосты и вовсе поднимали с частотой пулеметной очереди. Уже через полчаса никогда не причислявший себя к слабакам капитан осоловел настолько, что едва не выпал в осадок. Хорошо еще, местный комфлота, рядом с которым сидел почетный гость, увидел его состояние и не дал опозориться. Деликатно придержал, а затем ловко подхватил под руку и выволок наружу, проветриться.

На поверхности было тихо и, на удивление, не слишком холодно. По ощущениям, всего-то градусов тридцать. Снег похрустывал под ногами, а над головой перекатывались всполохи полярного сияния. Картина величия белого безмолвия завораживала, и к реальности Серова вернул лишь голос адмирала:

- Ну, как вам у нас?

- Здорово!

- Хотите - переселяйтесь к нам, мы всегда рады таким, как вы.

Хотя адмирал, огромный, седовласый, более всего напоминающий древнего викинга, и выглядел слегка захмелевшим, голос его звучал совершенно трезво. Серов вздохнул:

- Не будь я на службе, может статься, всерьез подумал бы над вашим предложением. Но я офицер, а присягу еще никто не отменял.

- Жаль... Впрочем, я вас понимаю. Быть солдатом великой Империи куда почетнее, чем маршалом заштатной планеты вроде нашей, а?

- И это тоже, - не стал кривить душой Серов. Адмирал печально усмехнулся.

- Понимаю... Что занесло вас в наши края? На искателей приключений вы не похожи, да и корабль у вас... Такого красавца я еще не видел.

- Мы авантюристы на государственной службе, - усмехнулся Серов. - А к вам попали, в общем-то, случайно. Транзитом.

Он назвал пункт назначения. Адмирал лишь присвистнул:

- Да-а... Однако же, у вас хорошие двигатели.

- Да, пока не жалуемся. Испытываем новый корабль.

Вот так, и почти не соврал. Точнее, вообще не соврал, просто не сказал всей правды. Командующий задумчиво кивнул:

- Понятно. Я бы на вашем месте был поосторожнее.

- А что? - остатки опьянения вылетели из головы с невероятной легкостью, а вместо них появилось устойчивое ощущение опасности.

- Да так... Мы недавно послали в ту систему экспедицию на предмет обнаружения чего-нибудь интересного и полезного в хозяйстве. Она не вернулась.

- Понял, спасибо. Но у нас хороший корабль.

- Надеюсь, все обойдется. А то ведь и впрямь оставайтесь. Оженим заодно - девушки у нас красивые...

Что верно, то верно. Серов уже несколько раз замечал, как в его сторону стреляют глазами местные барышни. Все как на подбор высокие, сильные, иные в таком климате не выживают. И почти все русоволосые - доминирующий фенотип, похоже. Вдобавок, его уже успели просветить, что численность женского населения по невыясненным пока причинам в разы больше, чем мужчин, а потому полигамия - нормальное явление. Не зря же Кобра уже дала подзатыльник своему благоверному. Да и Дана на местных красавиц разве что кошкой не шипела, хотя и совершенно непонятно, с какого перепугу.

- Не, я еще молодой - усмехнулся капитан.

- Поэтому все свое возите с собой? - адмирал рассмеялся.

- Да нет, - досадливо махнул рукой Серов. - Мы ее просто подобрали.

Выслушав краткий пересказ их истории, адмирал понимающе кивнул:

- Можно сказать, что раз в жизни ей повезло. Ладно, как вы себя чувствуете?

- Да вроде нормально.

- Тогда перейдем к делу. Здесь нам не помешают.

А дело у адмирала и впрямь оказалось серьезное. Военных Малого Квебека беспокоила возрастающая интенсивность прощупывания их границы. Все верно, пока заштатная планета с трудом сводила концы с концами, она никого не интересовала. Те же пираты, к примеру, отлично понимали, что взять с нее можно разве что рабов, и то в небольшом количестве, а риск нарваться на плюху велик. На планетах фронтира традиционно было много оружия, да и людей, умеющих с ним лихо управляться, тоже хватало. А пираты воюют только когда им выгодно.

Сейчас же ситуация поменялась. Как только у местных появилось, что взять, начали подтягиваться и искатели удачи. Поодиночке и маленькими, по два-три корабля, группами. Квебекцы отбивались, благо пираты народ разумный, с эскадрой задираться обычно не рискуют. Кроме того, в свете происходящего жители планеты начали спешно выстраивать оборону, но, во-первых, сегодняшние события показали, что с этим можно и не успеть, а во-вторых, технологические возможности Малого Квебека оставляли пока желать лучшего.

Серов понимающе кивнул. Действительно, корабли местного производства были не более чем упрощенными копиями не самых современных образцов европейской техники. То, что им противостояло сегодня, было немногим лучше - барахло, некогда построенное в Альянсе. Против такого противника драться еще кое-как можно, но если на огонек пожалует кто посерьезнее, защитникам Квебека не позавидуешь.

Что делать дальше, понимали все, и особых протестов эта мысль не вызывала. В одиночку не выжить - стало быть, требовалось подписать вассальный договор с каким-нибудь крупным государством. Общепринятая практика, откровенно говоря, не они первые, и не они последние. Крупных же государств на горизонте имелось не то чтобы очень много.

Во-первых, Альянс. С ним квебекцы связываться не особенно хотели. В основном, по личным мотивам - все же когда-то Альянс бросил их предков на произвол судьбы, а в грех всепрощения здешний люд впадать не спешил. К тому же, имелась у Альянса дурная привычка влезая куда-то, отжимать в свою пользу все мало-мальски ценное, а потом начинать абсолютно беспардонно себя вести. Какой-нибудь паршивый лейтенант считал себя выше местного президента. Последнее, на взгляд Серова, было оправдано, в конце концов, право силы еще никто не отменял. А вот привычка, случись нужда, физически устранять неугодных правителей, сажая на их места своих марионеток, пахла не слишком приятно.

Во-вторых, Европейская Ассоциация. Образование рыхлое и аморфное, без единого центра силы, зато с болтливым парламентом. Членов своих не то чтобы открыто к чему-то принуждает, но ставит в условия, когда требования, выгодные тем, кто реально принимает решения, придется исполнять. Иначе... Нет, напрямую тебе ничего не сделают, но проблем будешь иметь кучу. К тому же европейцы славятся толерантностью, и это выливается в легализацию всего подряд, помощь никому не нужным беженцам и прочее непонятное веселье. Ну и защиту от внешних угроз Ассоциация обеспечивает так себе. Пока проведут решение через кучу парламентских комиссий, времени уйдет много, а дело будет стоять.

В-третьих, Российская Империя. Тут все понятно, просто и жестко. Имперцы дают много и сразу, но взамен требуют полного и безоговорочного подчинения. Во внутренние дела, правда, не вмешиваются, но если какой-то из законов планеты-вассала противоречит имперскому, он незамедлительно отменяется. Противоречат все - значит, отменят все. Не нравится - пошли вон. Это не скрывалось изначально - при всей своей жесткости политика Империи оставалась максимально понятной и открытой.

Ну и, в-четвертых, несколько государств с меньшим удельным весом. Китайская Деспотия, экономический гигант, но военный карлик, серьезно получивший совсем недавно по носу от того же Альянса. Индийская народная республика, государство большое и бедное, с развитой и застывшей, как муха в янтаре, кастовой структурой. Союз Исламских государств, постоянно раздираемый внутренними конфликтами... Все это было несерьезно, проблем давало больше, чем дивидендов, и грозило полным разрушением жизненного уклада.

Сейчас на Малом Квебеке сложилось два течения, каждое из которых аккуратно гнуло свою линию. Промышленно-финансовые круги склонялись к союзу с Европейской Ассоциацией, дающей им, теоретически, больше свобод. Позиция имела право на жизнь - европейцы жизни людей с большими деньгами обычно не мешали, главное, чтобы те не зарывались, а то, что стоящим ниже на социальной лестнице придется куда тяжелее из-за разрушения социальной системы в расчет, естественно, никто не принимал.

Военным более привлекательным казались вассальные отношения с Империей. Хотя бы потому, что государство, только за последние два столетия закопавшее больше врагов, чем остальные великие державы за всю свою историю, гарантировало защиту и развитие. А что кому-то там, наверху, придется ужаться, вписываясь в жесткие рамки принятой в России экономической стратегии, военных задевало мало. Их-то статус не менялся - и в Империи, и на Малом Квебеке военные были уважаемыми людьми. И комфлота стоял во главе именно проимперского течения.

В общем-то, адмирал и решил, воспользовавшись оказией, передать в Империю информацию о сложившемся положении вещей, а также предложение о том, что если Империя согласна, они готовы взять власть, после чего выходить на прямые переговоры о статусе Малого Квебека. Логично, что связываться напрямую, через существующие каналы, никто не рискнул, слишком уж легко их было контролировать. Грабовски - наглядный пример, а ведь его возможности несравнимы с мощью спецслужб даже небольшого государства.

Ну, что тут оставалось делать? Только пообещать, что передаст послание, а потом следом за адмиралом топать обратно в зал, снаружи все-таки было холодно. Ну а дальше банкет, уже набравший обороты, и, как торнадо, поддерживающий себя без постороннего вмешательства, продолжился. Пили и ели до тех пор, пока не начали падать мордами в салат. Кульминацией явилось торжественное повешение захваченных в плен пиратов, для чего все собравшиеся дружно выбрались на поверхность - не портить же ими помещение. На процедуру Серов смотрел без воодушевления, но и каких-то негативных эмоций не испытывал. Пиратов еще со времен парусного флота вешали, это, можно сказать, освященная веками традиция. А в зависимости от местного колорита могли выкинуть в космос, сжечь в пламени маршевых двигателей, скормить хищникам или выдумать еще тысячу и одну неприятную процедуру. Так что, без интереса посмотрев на последнюю пляску тех, кто решил без спроса залезть в чужой огород, он отправился отсыпаться после тяжелого дня, вызвав на лицах пары местных красоток гримасы легкого разочарования.


Эта звезда не имела даже своего имени, только номер, длинный и плохо запоминающийся. Белый карлик, выплескивающий наружу жесткое излучение такой мощи, что человеку в этой системе делать было нечего. Три ближние к звезде планеты были мертвы, выжжены до стерильности, а обе дальние представляли из себя газовые гиганты вроде Сатурна, разве что у одного кольцо выглядело убого-маленьким, а у второй почему-то было разорвано и напоминало гигантскую букву "С". Ну и для полноты картины в системе имелись внушительные метеорные облака, не слишком многочисленные, но вполне сравнимые по плотности с теми, что наблюдались у Блефуску. Именно в одно из них "Фаэтон" и влетел с размаху - система никогда всерьез не картографировалась, и о навигационных рисках экипаж просто не знал.

Едва выйдя из гипера, фрегат получил по носу булыжником с кулак величиной и заработал соответствующих размеров пробоину. Противно взвыла аварийная сирена, предупреждая о разгерметизации. Корабль окутался защитным полем, с лязгом упали аварийные задвижки, перекрывая доступ в поврежденный отсек и предотвращая утечку воздуха. Пошла герметизирующая пена, заполняя пробоину. В общем, все штатно, и если бы метеор оказался один, ни к чему особенному эта встреча не привела бы. Ситуация нештатная, но отнюдь не аварийная. Однако летящие с огромной скоростью камни забарабанили по силовому полю один за другим, постепенно перегружая его, и это становилось уже серьезной проблемой.

Кобра молча - ругаться уже не было времени - вела корабль, вытаскивая его за границы метеорного потока, Док умчался в машинное, а Серов сидел в кресле и чуть не шипел от бессилия. Именно в этот момент все легло на плечи пилота, а командиру лучше было не вмешиваться в процесс. Хорошо еще, Кобра была мастером своего дела, одним из лучших пилотов эскадры, и, хотя швыряло корабль при резких маневрах так, что все незакрепленное уже сорвалось со привычных мест и летало из угла в угол, ничем серьезным их не зацепило. По какому наитию она смогла едва не на ощупь вытащить корабль из ловушки, для остальных так и осталось загадкой, но водкой за такое поить положено до конца жизни.

В целом, легко отделались. Поле выдержало, а людям досталось не то чтоб очень. Кобра просто от усталости выглядела, словно выжатый лимон, Док в машинном, во время маневра, потерял равновесие и несильно обжог руку о трубу теплоносителя. Пострадала и Дана, которая не была пристегнута, а рефлексов опытных космонавтов не имела. Сейчас она щеголяла с лейкопластырем на лбу - приложилась о край стола. Единственным, кому происшествие обошлось "всего-то" в сгоревшие нервные клетки, был сам командир, но вообще, могло быть и хуже. Пробоина вот только оказалась достаточно крупной. Разумеется, можно было добраться до первой попавшейся населенной планеты и отремонтироваться, но Серов не исключал, что в скором времени им придется драться. Так что первое, чем занялся экипаж в его лице, стал ремонт внешней обшивки.

Ох и нудная это работа - срезать искореженные куски обшивки, радуясь, что не поврежден силовой каркас, ставить на место пробоины кусок броневой плиты, приваривать, заполировывать... А главное, все это делать в одиночку - Доку с его рукой в космос выходить было противопоказано.

Впрочем, механик тоже без дела не сидел. Пока командир восстанавливал наружную обшивку, он, исколов руку обезболивающим, готовился к восстановительным работам внутри отсека. И, как только Серов спустя шесть часов вернулся на корабль, Док приступил к ремонту. Ну, здесь ему помогали все, кто мог, и уже через пару часов корабль можно было считать условно исправным. Условно потому, что такой ремонт все равно не сравнится с работами, проведенными в специализированном доке, но теперь хотя бы можно было не опасаться, что заплатка из затвердевшей пены от сотрясения вырвется из пробоины и улетит в космос по своим делам.

А тем временем Кобра занималась сканированием пространства, пытаясь разработать безопасный маршрут для разгона. Получалось не очень. Разумеется, метеорных потоков было не так уж много, однако и без них мусора в космосе хватало. Но упорство вознаграждается, и рассчитать курс Кобра хоть и с трудом, но смогла. И как только работы были закончены, фрегат начал разгон.

Вообще, это оказался достаточно сложный маршрут, проходящий вблизи одного их газовых гигантов, того, что с разорванным кольцом. И даже он не гарантировал полной безопасности - Кобре то и дело приходилось вручную корректировать полет, чтобы избежать встречи с излишне крупными метеорами. Однако дальнейшее показало, что это - наименьшая из их проблем.

Сигнал замерцал на пульте неприятным рубиновым светом. Через секунду раздался удивленный голос Кобры:

- Командир, нас вызывают по всем каналам!

- Вижу, - буркнул Серов, переводя аппаратуру в режим громкой связи.

- ...вой партии. Неизвестный корабль! Приказываю заглушить двигатели и лечь в дрейф для приема досмотровой партии. Неизвестный корабль! Приказываю...

Голос был механическим и таким звенящим, что резало уши. Язык - английский, что, в общем-то, ни о чем не говорило. По старинной традиции, английский все еще считался языком межнационального общения. Сообщение явно крутилось по кругу, и, прослушав его раза четыре, Серов выключил звук.

- Идем прежним курсом. Перевожу главный локатор в режим эвристического поиска. Кобра. Энергию на накопители. Поле держать на десяти процентах, увеличение напряженности по необходимости. Орудия к бою. Док, реактор подготовить к форсированному режиму хода.

- Есть!

- Реактор у меня всегда готов, - буркнул из своих владений механик и чем-то лязгнул. Серов едва удержался от того, чтобы высказать ему все, что думает. С момента взлета с Квебека Док пребывал в раздраженном состоянии, да и Кобра выглядела странновато. Поцапались, что ли? Из-за местных девок, небось. Однако заострять вопрос не было времени.

- Вижу цель, - Кобра, как всегда, была лаконична. И, через секунду: - Цель групповая, малоразмерная. Скорость семь... восемь... продолжает ускоряться... Цель классифицирована. Четыре ракеты типа "Команч". Скорость восемь с половиной, ускорение завершено. Время контакта три с половиной минуты.

- Задействую систему подавления. Маневр уклонения по готовности, - Серов лихорадочно крутил в голове информацию. "Команч". Старье жуткое, хотя и мощное. Производилось Альянсом, экспортировалось. С вооружения самого Альянса последние образцы сняты еще сорок лет назад, но кое-где все еще используются. Восемь с половиной - это модель не новее G, а их и вовсе уже нигде нет. Что за черт!

Уклоняться не потребовалось. "Команчи" прошли в полутысяче километров от них, даже не пытаясь скорректировать курс - видать, головки наведения после знакомства с системой подавления фрегата были мертвыми. Барахло...

- Вроде, все...

- Засекла точку старта?

- Да. Смотри.

На голографическом изображении системы, упрощенном и неполном, замерцал фиолетовый треугольник. От желтой линии, обозначающей их курс, совсем недалеко. Очень интересно. Но обдумать это Серов не успел.

- Вижу цель. Групповая, малоразмерная. Скорость восемь с половиной, постоянная. Опять "Команчи", теперь восемь... Цель номер два. Групповая, малоразмерная. Скорость восемь и три. Цель классифицирована. Ракеты типа "Делавэр", восемь штук. Цель номер три. Групповая, малоразмерная. Скорость восемь и семь. Цель классифицирована. Ракеты типа "Ирокез", четыре штуки. Пока все. Расчетное время контакта - минута.

- Схема прежняя. Работаем, девочка.

- Сам... щегол, - хихикнула из-за пульта Кобра. - Дана, ты пристегнуться не забыла?

- Пристегнулась, - искаженный динамиком голос юнги звучал неестественно.

- Ну и молодец. Сейчас начнется. Ах, ты ж, черт!

Следующие четверть минуты свелись к чреде кульбитов, для более крупного корабля попросту невозможных. Кто бы не произвел обстрел, сработал он грамотно, все ракеты добрались до цели практически одновременно, и крутиться пришлось, как ужам на сковородке. Система подавления сработала штатно, но она оказалась не всесильна. Если "Команчи" и более легкие "Ирокезы" она смогла нейтрализовать, то с тяжелыми "Делавэрами" дело обстояло не так просто. Предназначенные для борьбы с ударными кораблями - крейсерами, линкорами, авианосцами - эти ракеты должны были преодолевать многоуровневую систему обороны. И уничтожить их старые, но хорошо защищенные блоки управления, у аппаратуры фрегата банально не хватило мощности.

Однако Кобра доказала, что не зря была лучшей в выпуске. Фрегат швыряло из стороны в сторону так, что корпус скрипел, а Серов, согласно боевому расписанию работавший на батареях ближнего боя, играл с конфигурациями залпов. В результате три ракеты прошли мимо цели и были расстреляны зенитками вслед, еще три Серову удалось сбить на подлете. Еще одна, то ли получившая, наконец, свое от системы подавления, то ли просто неисправная, потеряла цель и сверкнула вспышкой, угодив в очередной метеоритный поток, и лишь восьмая, преодолев зенитный огонь, вышла лоб в лоб с фрегатом.

Серову показалось, что корабль встал на дыбы, бешеной перегрузкой его вдавило в кресло, и лишь через десяток секунд командир "Фаэтона" понял, что они все еще живы. То, что сделала Кобра, было больше, чем высший пилотаж. На полном ходу она смогла развернуть корабль на сто восемьдесят градусов, и ракета исчезла, сгорела, как свеча, в бешеном пламени работающих на форсаже двигателей. Но эта информация стала ему известна намного позже, а пока Серова куда больше волновали бешеное сотрясение корпуса, наступившая вдруг невесомость и отчаянно ругающийся Док, которого в машинном приложило-таки об стену. Ремень, удерживающий механика, выдержал, но крепление самого кресла вырвало, и как Дока не убило, когда он пролетел несколько метров с тяжеленной бандурой за спиной, только Великий Космос ведает. Впрочем, может статься, его спасли навернувшиеся в момент разворота гравитационные стабилизаторы, от чего и вырубилось искусственное тяготение на "Фаэтоне", но это все были несущественные нюансы. Главное, они остались живы.

- Двигатели стоп. Энергопотребление - на минимум. Включить маскировочную сеть.

- Есть...

Еще несколько секунд, и отражатели корабля, огромные чаши, остающиеся мертвенно-холодными даже в момент, когда двигатели извергали потоки высокотемпературной плазмы, померкли. Корабль несло теперь вперед лишь беспощадной силой инерции. Маскировочная сеть, комплекс энергетических полей, буквально "выключающих" корабль из пространства и делающих его невидимым для любой аппаратуры, кроме разве что средств оптического наблюдения, заработала в штатном режиме, наполнив корабль ровным, тяжелым гулом. Очень хорошее, но крайне редко применяемое средство - уж больно оно было затратно. Сейчас реакторы работали только на маскировку, и мощности их помимо нее едва хватало на поддержку системы жизнеобеспечения и пассивных локаторов. Впрочем, при таких скоростях сближения маскировку предстояло использовать очень недолго, можно и потерпеть.

Вообще, это был риск, причем немалый. Если неизвестный противник счел "Фаэтон" уничтоженным, а при той интенсивности взрывов ракет вокруг, которые наблюдались во время схватки, шансы на это Серов оценивал, как неплохие, то все нормально. Если же нет... Пробить можно любую защиту, а залп ракет пассивные системы обнаружения смогут обнаружить только когда сами ракеты окажутся на минимальной дистанции. С заглушенными двигателями уклониться будет уже нереально. Однако им повезло - минуты текли, но никто не пытался больше обстреливать дрейфующий в космосе фрегат.

В целом, отделались они легко. Побитая на камбузе посуда да фингал на лбу Дока, который, как только ситуация устаканилась, принялся ремонтировать свое кресло. Серов и Кобра разве что испариной покрылись, правда, так, что создавалось впечатление, будто они прямо в комбинезонах купаться полезли. Дана и вовсе не пострадала, она в силу неопытности даже не поняла, что происходит, и не испугалась. В общем, лучше, чем могло бы быть...

Зато стало ясно, что случилось с экспедицией Малого Квебека. Или влетели в метеорный поток, или угодили под обстрел, в любом случае, с летальным исходом. Вряд ли квебекцы смогли оснастить свои корабли подобно имперскому фрегату, так что нет смысла даже искать обломки, скорее всего, их перетерло в мелкую пыль. А и не перетерло - так за прошедшие месяцы унесло черт-те куда, найти в любом случае не получится.

И все равно, интересно, кто здесь балуется с оружием большого калибра. Пускай и старым, но недешевым, а главное, требующим соответствующей платформы-носителя. "Делавэром", к примеру, во времена оны вооружались корабли, рангом не ниже крейсера, на меньшие эта громоздкая ракета просто не влезала. И все три типа ракет, примененных в этом бою, что характерно, произведены в Альянсе...

Чужие корабли на радаре появились лишь спустя два часа. Скорость фрегата из-за незапланированного маневра упала почти вдвое, и тащились они черепашьим шагом. И еще час пришлось ждать, когда получаемых на фрегате скудных данных хватило для анализа. Общее мнение по поводу увиденного выразил Док, причем одной-единственной фразой:

- Ну ни хрена себе!

Зрелище было... внушительное. Если верить показаниям локаторов, перед ними висели в пустоте более трех десятков кораблей всех классов. В основном, конечно, корветы и фрегаты, но имелись также шесть эсминцев, три крейсера и, кульминацией, огромный линкор, внушающий почтение одними своими размерами. Пожалуй, не меньше, чем новейшие российские, разве что обводы совсем другие. По ним, а также еще по ряду второстепенных признаков, можно было безошибочно определить - корабль построен на стапелях Альянса. Вот только что это за линкор, Серов понять не мог, и это уже было поводом удивиться. Он все же был профессионалом, и силуэты кораблей вероятного противника знал назубок. И крейсера, и эсминцы, и прочую мелочь смог опознать моментально, откровением они не являлись, а вот с линкором выходила заминка. Пришлось лезть в базу данных фрегата, но прежде, чем она выдала ответ, Кобра ткнула пальцем в угол экрана.

- Смотри...

То, что там постепенно вырисовывалось, больше всего напоминало орбитальную крепость. Здоровенная шарообразная металлическая дура. Вот только в диаметре этот монстр превышал десять километров. Такой станции-переростка Серов никогда не видел. Зато слышал. Его товарищи, кстати, тоже.

- Неужели...

- Да, это она, - ответил на недосказанную фразу кобры Док. - Хотя бы даже потому, что ни о чем подобном я больше не слышал.

- Не может быть!

- Может, может, - Серов склонился над экраном. - Ну да, точно. Линкор "Аляска". Построен на верфях Сан-Сан-Франциско в единственном экземпляре. В серию не пошел. Исчез в ходе первого боевого похода. Строительство других кораблей этого проекта не начиналось в связи с высокой стоимостью. В Альянсе всегда умели считать деньги.

- Значит, точно она. Я так и думал, что с этой историей не все чисто.

- Послушайте, - жалобно поинтересовалась Дана, моментально выпавшая из их разговора. - Может быть, объясните мне, о чем речь?

- А? - все дружно обернулись.

- Я не понимаю вас. Совсем.

- А-а, ну конечно. У вас эта история все еще вроде бы секретной считается, - усмехнулась Кобра. - В общем, судя по всему, перед нами секретная база Альянса Омега-Браво Семь. Не слыхала?

- Нет...

- Ну, или гриф секретности не снят, или завалили ворохом бесполезной информации, чтобы не мелькала. Если кратко, то чуть больше пятидесяти лет назад Альянс решил создать военную базу. Обычное дело. Секретную базу - тоже нормальная ситуация, хотя и не столь частая. А вот дальше начались странности.

- Проще говоря, - вмешался в разговор Серов, - база представляла из себя тяжело бронированную орбитальную крепость размером с приличных размеров астероид. Таких здоровых не строили ни до, ни после. Зачем - непонятно, сооружение получилось мегадорогое. На время перегона в сопровождение ей дали мощную эскадру, состоящую из самых современных кораблей Альянса, включая новейший суперлинкор "Аляска". Эскадра ушла в гипер и исчезла. Больше о ней никто и ничего не слышал. Зачем нужна была такая база, что собирались с нею делать, неизвестно до сих пор. Судя по некоторым косвенным признакам, помимо военных целей, база предназначалась для проведения высокотехнологичных биологических исследований, но точно сказать сейчас не возьмется никто. Строительство и последующее исчезновение базы и эскадры проделало в бюджете Альянса колоссальную дыру. В результате мощнейший экономический кризис, быстро перешедший в политический. Даже, кажется, была попытка импичмента. Президент ваш у власти, правда, удержался, но демократическая партия, к которой он принадлежал, власть потеряла на добрых двадцать лет.

- Вы так хорошо все знаете... - Дана была ошарашена.

- Нас неплохо учили. То, что у вас секретно, в наших военных училищах преподают как пример неграмотного использования финансовых ресурсов. Хотя, кстати, не все так просто. Сам опыт строительства таких кораблей весьма продвинул ваши технологии.

- Но почему их все еще не нашли? - Док, нахмурившись, рассматривал медленно увеличивающуюся картинку на экране. - В этой системе люди бывали не раз.

- А она хорошо спрятана. И потом, маленькие экспедиции заштатных стран, в случае их пропажи, частенько не ищут вовсе, а большим кораблям вовсе не надо искать проходы между полями метеоров, как нам. Бьюсь об заклад, тот линейный крейсер, что последним здесь побывал, разгонялся напрямую, его силовое поле позволяет не обращать внимания на каменный мусор. Соответственно, он прошел наиболее выгодным для разгона курсом, а это далеко отсюда.

- Все это здорово, конечно, - проворчала под нос Кобра. - Но что мы дальше будем делать? Их система обороны не позволит нам разогнаться, собьют к чертям, а если просто сидеть, "Фаэтон" протащит мимо, и угодим мы в аккурат в центр во-он того астероидного пояса.

- Угу, угу, - Серов вновь склонился над пультом. - Интересно, базы данных те же? Ага, вот оно...

- Что оно?

- Коды опознавания, естественно. Здесь явно нет ничего живого, управление осуществляется компьютером, а ему достаточно пароля.

- Э-э-э... А откуда они у тебя?

- Эту базу в свое время искали все, кому не лень. Наша разведка тогда похитила систему опознавания Альянса. Не спрашивай, как, все равно не знаю. Главное, у каждого командира корабля она есть. До сих пор - мало ли. Получишь свой корабль - и у тебя будет, а пока тс-с, об этом вам знать не положено.

Смех у командира "Фаэтона" вышел довольно нервный, однако никто не обратил на это внимания, настолько все были ошарашены. Первым пришел в себя Док.

- Слушай, Иван, но с того времени у них система генерирования кодов должна была десять раз поменяться.

- Но их-то компьютер об этом не знает, - резонно заметил Серов. - Так, вроде, оно. Поехали!

Несколько секунд царило напряженное молчание. Сейчас решался весьма животрепещущий момент - примут русский фрегат за своих, или же отработают по обнаружившему себя кораблю из всего бортового. И Серов даже не сразу сообразил, что услышал, когда динамики громкой связи выдали:

- Добро пожаловать, генерал Мак Артур.


- Это просто хамство меня, офицера флота, генералом назвать, - ворчал Серов, упаковываясь в скафандр. Ворчал для того, чтобы снять напряжение, и остальные это прекрасно понимали, а потому и не протестовали. Даже не столь привычная к его характеру Дана, возившаяся со своей одежкой.

Именно так, шли они все вчетвером. Точнее, юнгу хотели оставить на фрегате, но Дана с удивлением посмотрела на фигуры русских, словно бы облитые черным блестящим металлом, и заявила, что пойдет с ними. Так заявила, что выбор был или брать, или запереть в каюте и для верности шваброй припереть. В общем, пришлось брать. Единственно, боевого скафандра ей не нашлось, пришлось идти в обычном, рабочем.

Откровенно говоря, они к этой эскадре вообще могли не лезть. Дали бы ход да ушли с комфортом, потом доложили по инстанции да и делу конец. Вот только какой молодой офицер пройдет мимо такого! Так что, подумав, они решили посмотреть, что им досталось, может быть, пару-тройку сувениров прихватить. Два часа туда, два часа сюда - какая уже сейчас разница. И, решив начинать с главного, пришвартовали фрегат к борту "Аляски", резонно рассудив, что станцию они и за неделю осмотреть не смогут, а вот на линкоре, где по традиции располагался командующий эскадрой, могут получить ответы хотя бы на некоторые вопросы.

Пока Кобра аккуратно подводила и швартовала "Фаэтон", что заняло немало времени, Серов быстро просматривал данные телеметрии. Картина получалась интересная. Корабли находились в режиме консервации и все были в работоспособном состоянии. Откуда столько топлива, чтобы пятьдесят лет обеспечивать работу реакторов? Именно это спросил Док, и они уже вдвоем принялись выяснять. Как оказалось, все было просто. Как только какому-либо из кораблей требовалось топливо, он банально нырял в атмосферу газового гиганта, заполнявшего сейчас вид из иллюминатора своей грязно-желтой тушей, и наполнял топливные танки водородом. Все операции проводились в автоматическом режиме, и сложности не представляли. Так можно и пятьдесят лет провисеть, и сто пятьдесят веков, особой разницы нет, а технику в Альянсе делают надежную.

Так вот, корабли висели в режиме консервации, а вот станция оказалась мертва. Вообще мертва - разгерметизирована, внутри вакуум. И это притом, что реакторы в рабочем состоянии, только заглушены. И как это понимать?

На всякий случай, распаковали контейнер с боевыми скафандрами. Своими личными, перенесенными с корвета. Упаковались в них, благо операцию подобную делали не раз. Правда, Серову пришлось повозиться - за последние дни он малость прибавил в весе, и в скафандр влез с некоторым усилием. Ну и ладно, за хорошую кормежку надо чем-то расплачиваться. А потом пришла Дана - и они вынуждены были решать проблему непослушной девчонки.

Шлюзы линкора действовали в штатном режиме, свет в коридорах зажегся тоже исправно. Ну, почти исправно, часть осветительных панелей все же осталась мертвой, все же время безжалостно. Процентов пять от общего числа - меньше чем ничто. И никаких вредоносных бактерий или вирусов в воздухе не присутствовало. Тем не менее, забрала шлемов оставались опущенными - мало ли... И уже через два поворота они увидели первый труп. Вернее, то, что от него осталось.

Скелет, одетый в истлевший от времени комбинезон, лежал навзничь. В вытянутой вперед левой руке он сжимал боевой лучемет старинной модели, выглядящий так, словно его только-только достали из кобуры. Разве что пластик на прикладе растрескался и потемнел. Серов взял оружие в руки, покрутил. Ну да, М-44, стандартный лучемет, стоящий когда-то на вооружении армии Альянса и еще полудюжины государств, ныне замененный на М-46. Надежная и убойная машинка, и в то же время недостаточно мощная для того, чтобы здесь что-то повредить. Именно это обстоятельство позволяло использовать его во время боя внутри корабля. Выглядит боеспособным, даже батарейка не до конца сдохла, индикатор заряда показывает четверть нормы, так что хоть сейчас в бой. На стволе изнутри следы нагара... Капитан наклонился, без малейшей брезгливости перевернул бесформенную кучу тряпок и костей, в которую превратился человек. Ну да, комбинезон спереди обожжен, кости разворочены, возможно даже, выстрелом из такого же лучемета. Веселые дела здесь творились.

Сзади охнула высунувшаяся было из-за его плеча Дана. Судя по шебуршанию, ее быстро-быстро затолкали обратно, за спины товарищей. Все верно, она такое зрелище наверняка видит впервые. Откровенно говоря, остальные тоже, но у них-то совсем другая подготовка. Серов встал и, раздвинув плечами друзей, подошел к ней. Взял за плечи, поглядел через прозрачное забрало гермошлема на бледное, как мел, лицо:

- Блевать будешь?

Дана отчаянно замотала головой.

- Может, на корабль вернешься?

Жест отрицания еще активнее.

- Ну, смотри. Испачкаешь скафандр - сама отмывать будешь.

Второй скелет попался им буквально через десяток шагов. Он лежал у открытого люка, головой в темноту отсека, ноги - наружу. Свет не включился, но и встроенных фонарей скафандра оказалось более чем достаточно, чтобы определить - такой же комбинезон, такое же оружие. Разве что стреляли ему, судя по повреждениям, в спину.

Ну а дальше скелеты начали попадаться косяками. Их было столько, что минут через пять они уже вызывали не больше эмоций, чем какой-нибудь старый хлам в заброшенном сарае даже у чувствительной Даны. Серов представил на миг, как здесь воняло, пока они не истлели окончательно, и его замутило уже самого, однако справится с рвотными позывами он смог моментально, благо, учен на совесть. И продолжал идти дальше, равнодушно перешагивая через костяки и не выпуская из рук своего оружия. Конечно, все говорило за то, что на корабле нет ничего живого, но - мало ли...

Трупы, кстати, легко можно было разделить на две группы, и это вызывало удивление. Первая - в одежде, в основном, форменные комбинезоны Альянса, старого образца. Часть - явно экипажа, часть, скелеты в таких встречались реже, десантные, повседневные и боевые. Но куда больше скелетов не имели и следов материи, только оружие. Судя по позам, в таком виде их и застигла смерть. Серов только головой крутил - идти в атаку голышом... Полвека назад здесь происходило что-то совсем непонятное.

И чем дальше, тем больше попадалось "голых" скелетов, и тем больше встречалось следов боя. Ожоги от попаданий лучеметов на покрытых белым пластиком стенах, выбитые двери, следы небольших пожаров. Пару раз встречались наскоро возведенные баррикады, вернее, их обломки - здесь штурмующие явно не стеснялись использовать тяжелое вооружение. А затем все кончилось.

Очень похоже, до этой части корабля сражение не докатилось. Во всяком случае, никаких следов огня, да и трупов не наблюдалось. Серов шел, держа наготове оружие, остальные двигались следом. Получалось громко - ну да они и не спецназ, чтобы красться, подобно теням. В тишине коридоров мертвого корабля это звучало жутковато, ну да здесь не малолетки собрались, переживут дискомфорт. К их удивлению, многие двери не были заперты, помещения за ними выглядели так, будто оставлены только что, и лишь внушительный слой пыли указывал на прошедшие десятилетия. Не запертой оказалась и дверь в боевую рубку.

Здесь горел ровный белый свет, практически не оставляющий места для тени, но в то же время не напрягающий глаз. Светились, как и много лет назад, экраны, покрытые все той же вездесущей пылью. Мигали какие-то лампы, сразу и не поймешь, что означающие. В целом, архитектура помещения выглядела немного архаично, но вполне функционально. И в единственном занятом кресле, затянутый в мундир с адмиральскими погонами на плечах, сидел скелет.

Медленно приблизившись к нему, Серов прочитал выцветшую надпись над левым нагрудным карманом. Повернулся к остальным:

- Это он...

И встал по стойке "смирно", вскинув руку к козырьку. Док и Кобра четко, словно на плацу, повторили его движение. Дана с легким запозданием последовала их примеру, шепотом спросив:

- Кто это?

- Это? - Серов повернулся к ней, устало опустив плечи. - Это адмирал военно-космического флота Альянса Генри Лафкрафт. Последняя легенда обитаемого космоса, и самая яркая. Единственный флотоводец, под началом которого счел бы за честь служить любой космонавт, вне зависимости от национальной принадлежности и гражданства.

- И вы?

- И мы...

Словно в ответ на это свет в рубке вдруг плавно ослаб, и перед русскими начала медленно проявляться голограмма. То же помещение, то же кресло... Только сидящий в нем человек был живой. Высокий, это было видно, несмотря на то, что он сидел, с коротким ежиком темных, начинающих седеть волос и тонкими, аристократичными чертами лица. Совсем как в учебнике истории, разве что на сером повседневном комбинезоне не было россыпи орденов почти всех стран, как на парадном портрете.

Он смотрел, и вошедшим показалось вдруг, что нет разделяющей их бездны времен. Что адмирал видит именно их... Словно в ответ на это, губы Лафкрафта тронула легкая, удивительно доброжелательная улыбка. А потом он заговорил.

- Здравствуйте. Кем бы вы ни были, если вы слушаете это сообщение, значит, меня уже нет в живых...