# Послефевральский дневник: Стихи 2022 года

Виктор Николаевич Николаев

Сборник стихотворений 2022 года. Основная тема - события, связанные с войной в Украине.

Виктор НИКОЛАЕВ


ПОСЛЕФЕВРАЛЬСКИЙ ДНЕВНИК.

Стихи 2022 года


Николаев В.Н. Послефевральский дневник. Стихи 2022 года /Виктор Николаев


В сборник включены стихи, написанные в течение 2022 года. Включены те стихи, которые связаны с политическими событиями этого года (вторжением российских войск на территорию Украины в конце февраля). Стихи размещены в том порядке, в котором они были написаны..

Название книги и цикла стихов "Послефевральский дневник" выбраны по аналогии с циклом Ольги Берггольц "Февральский дневник" (о жизни в блокадном Ленинграде в феврале 1942 года).


ПОСЛЕФЕВРАЛЬСКИЙ ДНЕВНИК.

Стихи 2022 года


Расширим НАТО!

(можно петь на мотив песни

итальянских партизан "Bella, ciaо!")


Чтоб не была войной объята

Твоя родная сторона,

Расширим НАТО, расширим НАТО

На страны все и племена.


Расширим НАТО, расширим НАТО,

Пока наш мир в войну не впал,

Включим Алтай, Кавказ, Карпаты,

И Гималаи, и Урал.


Всем войнам - чао! Всем войнам - чао!

Всем войнам - чао, чао, чао, черт возьми!

Вступайте в НАТО, в союз включайтесь

Со всеми мирными людьми!


Пусть станет жизнь - главнейшей мерой:

Тогда война исчезнет без следа.

Давайте скажем войне пещерной

Всем миром: чао! Чао - навсегда! (1-3,6.02)


Наши монументы


Ну что ж так много монументов

На русской нашей стороне,

Которые в какие-то моменты


Свергаются?!

Субъекты не в цене?


Не потому ли их так часто

Мы разрушаем и спускаем вниз,

Что политические краски

Осыпались: и вот тебе - сюрприз?!


Зачем же нам боготворить победы?

Неужто это так уж нужно нам?!

Победы часто - это просто беды,

А то, бывает, что и хлам.


Бескровные и высшие успехи

Нам всем - в культуре суждены.

Давайте ставить памятные вехи

Вождям родного слова, кисти и струны. (2?3.02)


Бездарность


Пусть вирус - "полужизнь", но как она сильна!

Страх овладел владыкой полумира.

И мы, чья жизнь, считается, сложна,

Готовы беды все свалить на примитивный вирус.


А между тем, война меж братьев и сестёр

Не прекращается - то здесь, то там, и снова

Вдруг разгорается бессмысленный сыр-бор

Из жадности, гордыни, чаще - из пустого.


Не зная Лоренца, иной уже готов

Страною управлять и жизнью граждан править,

И воевать, и делать новых вдов,

Творить и суд, и милость, и расправу.


Любители командовать людьми

Так любят чувствовать себя мессией.

Бездарности болезнь - вот это, чёрт возьми,

Страшнее всякой пандемии! (21-22.03)


***

Жил дракон в железной клетке

И смотрел по сторонам.

Клетку сделали не предки,

Он её придумал сам.


Впрочем, клетка та просторна

И включает семь морей,

Суши много, много корма

Для дракона и людей.


По привычке всех драконов

Он искал вокруг врагов;

Находил (пусть - эмбрионов)

И кидал их в мелкий ров.


Заскучал дракон однажды

Из-за слишком мелких дел:

Ведь враги-то - тоже "наши"!

Он же - бо́льшего хотел.


Он хотел, чтоб знали силу

Его шеи и хвоста

Те, кто плотно заселили

Возле клетки все места.


Распахнул дракон вдруг двери

В клетке и вскричал: "Аврал!"

Распушил на крыльях перья,

Дым пустил... и вдруг - пропал.


... Надо жить в такие сроки,

Чтоб драконов - никаких:

Старый - тлеет в эпилоге,

Новый - учит детский стих.


Вот тогда-то облегчённо

Загуляет наша Русь...

Вплоть до нового дракона?

Что же, ладно... ну и пусть. (2-17.05)


Холодная весна 2022 года


Холодная весна для нас, увы, не диво,

Бездарности начальства - тоже не впервой.

Что ж, подождём, пока богиня жизни Жива

Изменит нашу жизнь совсем иной весной.


Но мы-то - что?! Неужто мы не в силах

Согреть окрестный мир и оживить себя?!

Ведь есть ещё высокое светило,

А эти тучки - только бесов ребятня.


Черёмуха цвести, положим, задержалась,

Сирень, конечно, тоже не в цвету,

Но жизнь - идёт, нужна такая малость,

Чтоб тучи разогнать и отвести беду.


Что ж нужно: человек ли, случай,

А может быть, ещё чего-нибудь?!

Не знаю я, но верю: будет лучше,

Когда штурвал удастся повернуть...


Куда? Туда, где мы уже бывали,

Пусть - редко? И - найдём ли дверь?

Там жизнь - вот ценность главная.

Едва ли

Есть что-то лучшее, поверь. (23-25.05)


Первый


Хоть правы - мы, а хоть - они,

К войне идём прямой дорогой:

Из-за идейности убогой

Нам не избегнуть западни.


Не разглядеть, кто больше впал

То ?- в глупость, то - в ожесточенье,

Потом, конечно, - в преступленье,

Где смерть - лишь повод для похвал.


Виновны - все, но тот отряд,

Кому терпенье отказало,

Кто дал насилию начало,

Он - первый,

Первый виноват. (5-7, 28-29.05)


На темы И. Гёте: "Эпиграммы. Венеция, 1790"


14

Молот - царь, народ - железо:

Молот делает бадью.

Молот смят, давно изрезан,

Стук его всё бесполезней:

За статьёй куёт статью...

А бадьи - всё нет! Тю-тю?!

Сколько будет ковка длиться?

Не пора ль - остановиться?!


72

Мир без войн, безусловно, прекрасен!

Можно жить, как будто в раю.

Только вот ? соседи напрасно

Неудачные песни поют.


Мы готовы обнять их задаром,

Лишь бы эти посадки снесли,

Потому что боимся пожаров

Из соседней весёлой земли.


Мы бы жили в обнимку, как дети!

Но приходится вместо того

Не с ракеткой идти, а с ракетой,

Что, поверьте, отнюдь нелегко.


И на тот, явно видимый случай,

Что от них ожидает наш дом,

От напастей, обид неминучих

Лучше ? первые мы нападём. (14.06)


Куда Вас, сударь, занесло?


Земли нам дали очень мало,

Её всегда нам не хватало,

Хотя не знали, хоть убей,

Что надо делать с ней.


Хотелось нам земли побольше ?-

На севере, в Сибири, в Польше.

Ещё куда?! Моря кругом...

Куда ж нам плыть? Поймём потом.


Нам надо плыть. Но ??- отвалились

И руль, и компас, и весло...

"Куда Вас, сударь, занесло?"

Как прежде делать - мы не в силе:

Когда ни мысли, ни руля,

То плохо видно, где земля. (19, 21.06)


Царь и мыши в мешке


Что ни век, то опять царь на троне!

Сколько можно плодить нам царей?!

Хорошо, коль они в обороне,

Хорошо б - без походных затей.


Мы с царями по-прежнему дружим

(Особливо, когда - вдалеке).

Мы с высоким начальственным мужем

Все - едины, как мыши в мешке.


Если спец- (вдруг) какое-то дело,

За царями мы также пойдём.

Если дело пойдёт неумело,

Мы припомним всё это - потом.


Посмеяться бы, если бы клумба,

Где царь новый цветы насадил,


Не возникла из наших же трупов

Из недавно отрытых могил.


Кое-кто всё ж грызёт мешковину,

Вылезает на солнечный свет,

Портит клумбу и эту картину -

Наших новых великих побед.


А когда наш мешок лопнет глухо,

Мы осудим, конечно, царя,

Что не знал ни лопаты, ни плуга...

Но, конечно, всё было не зря.


Что - потом?! Неужели опять же

Не прожить без мешка и царей?!

Пусть решает мышонок каждый.

Жизнь идёт. Что-то будет с ней? (26-29.06)


Самозванец и летописец

(стихотворный диалог)


В келье за столом сидит летописец.

Входит самозванец, который уже стал царём.


Самозванец.

Всё пишешь?! Что ты написал

По поводу недавней славы нашей,

Когда разгрёб я тот большой завал,

Что у границ вонял, как будто бы - параша?


Летописец.

У каждого нюх разный, как лицо.

Иные часто чувствуют иное.

На юге есть немало подлецов,

Да и у нас - не двое и не трое.

Но если с каждым сразу воевать,

Недолго ум последний потерять.


Самозванец.

Ты - странный: глупости в тебе

Не меньше, чем в соседней шантрапе.


Летописец.

Ты был в опричнине. Потом твоя дорога...

Короче: ты попал во власть.


Самозванец.

Я - власть, и прошлого - не трогай,

Тебе туда уж не попасть.


Летописец.

Приучен ты искать врагов,

И та привычка въелась в жилы.

К делам иным ты не готов:

Привычек прошлых не забыл ты.


Самозванец.

Враги, везде враги, кругом.

Держаться надо нам умело.

А "о другом" - потом, потом,

Сначала - битвы: это - дело.


Летописец.

Теперь на должности твоей

Искать бы надобно друзей.


Самозванец (уходя).

Потом, потом...

(Возвращаясь)

А, кстати: кто же приказал

Тебе арендовать здесь зал?! (2-3.07)


Послефевральский дневник


1.

Начать мне надо - о таком:

О том, что грудь болит,

О том, что рухнул чей-то дом,

Остались боль и стыд.


И что же делать - не понять.

Я жил, как все живут...

Не так! Во мне опять, опять,

Всё та же боль - вот тут.


Откуда боль? Из тех времён,

Когда был Ленинград,

Когда - блокада, будто сон?

Не знаю. Но парад

И всё, что - память о войне,

Печалит сердце мне.


2.

Настал февраль. Ничто не изменилось.

Мы продолжали (так ведь?) жизнь свою.

А между тем, теперь уже не в силах

Не думать об итоге (нет, не к декабрю).


Мы изучаем страны и народы,

Историю империй, царств, царей,

Воителей (и в том числе - уродов),

Но только не историю людей.


Блеск Александра, Цезаря величье,

Наполеона слава - нам преподали тон

Как прославлять вождей до неприличья -

От древности до нынешних времён.


А между тем воинственные рати

Монголов, гуннов (дальше - поищи)

Похожи на походы их собратьев -

Мышей, полёвок, прочей саранчи.


Вот только драться меж собою

Инстинкт животных строго не велит,

Когда оружие у каждого такое,

Что смерть одноплеменнику грозит.


А мы...

Во имя дани, территорий, славы,

Во имя веры и таких идей,

Которые, конечно, больше правы,

Чем все другие... Мало ли затей

Придумано, чтоб убивать людей?!


3.

На все истории нашествий

Смотреть бы надо свысока,

Но - не поднимется рука

Вычёркивать картины бедствий.


Да, надо всех, кто пал, кто ранен,

Кто смело защищал свой дом,


Оставить в памяти. Но станет

Тогда вопрос: вина-то в ком?


И нам придётся - вот расплата -

Всем объяснить конфликта суть,

Потом, увы, упомянуть

Очередного Герострата.


4.

Что ж, изучать войну не глупо,

Поскольку там так много трупов.

Но кто сильней причастен к ним,

Нам надо делать бы смешным.


Смешно пренебрегать рассудком,

Надеясь на трубу и дудку.

Смешно же, право, пренебречь

Умом, предпочитая - меч.


Смешно печальное насилье

Как следствие ума бессилья.

Короче: главный тот герой,

Кто вызовет войну на бой.

И - победит!


5.

Как хорошо бы отличить

Себя от дикарей,

Поставив перед ними щит

Из правильных идей.


И вот тогда, и вот тогда...

Не знаю, что потом.

Но знаю: всё - не навсегда,

И вера наша - в том.


Природа с нами всё решит,

Чему здесь жить и цвесть.

А нам бы - отойти с межи,

Где под угрозой честь.


Нам надо воевать с войной -

Венце гнилых идей,

Не доверять душе больной

И сохранить детей. (5-6.07)


***

Живу давно и видел очень много.

Но удивительней всего -

Жизнь на Земле. Её итога

Пока не ведает никто.

Разнообразна бесконечно,

Растёт и вширь, и вверх, и вниз,

И даже кажется, что вечна,

Хоть вечность - это только приз,

Который (знаем!) - лишь предел,

Что бедный разум рассмотрел.


Жизнь обитает на живом и мёртвом,

Во льду, в пещерах и в любой реке,

В горах, на дне морей просторных,

В противных газах, даже - в кипятке.

О, сколько мы теперь о жизни знаем!

Зелёный мир! Такого нет нигде ...

А, может быть, опять гордыня с нами,

И жизнь есть - там, там - где-то, где звезде

Далёкой, яркости туземной

Пришлось пригреть совсем иную "землю"?


Пока же - нет: пока мы одиноки.

Какие же из этого уроки?


Что ж, если мы одни средь космоса глухого,

То мысль такую надо бы извлечь:

Жизнь на Земле - ценней всего земного,

И надо эту жизнь беречь

(А что - не жизненно - есть у природы меч).


Но вот что удивления достойно:

Все наши человеческие войны;

Особенно забавно, что ведутся ради

Богатства, гордости, упрямства (ну, того -

Похожего на дырки в сетчатой ограде,

Что, в общем-то, не стоит ничего).

Мне, зная ценность жизни всей,

Воинственность - всего смешней. (9-11.07)


Наивные заветы


Жизнь дана для испытанья:

Надо одолеть страданья

В годы долгие свои,

Не забыв в дороге дальней,

Кроме гордости печальной,

Также - к "ближнему" любви.


Да и с "дальним" бы неплохо

Жить так скромно, чтоб не охал

Он от всех твоих причуд,

Чтобы облик - твой ли, наш ли -

Всем соседям был не страшен

(То порой - "добром" зовут).


Чтоб без войн и всех смертельных

Ран - простых и огнестрельных -

Жить да жить бы,

Надо нам

Осмеять вождей походов

За насилье над народом,

Глупость с ложью пополам.


Надо всех вождей, кто начал

Войны разные, иначе

Оценить уже сейчас,

И понятие "героев"

Увести бы с "поля боя",

Чтоб опять в войну не впасть.

Но, кто дом свой защищает,

Тот, конечно, прав: прощаем

Им оружие и страсть. (14, 16-18, 22.07)


***

Страна большая и народу много,

Но нет советчиков: никто уж не даёт

Тех предложений, от которых снова

Царь может отказаться... или - дать им ход?!

Готов ли кто свой предложить совет?!

Смотри-ка: никого и нет!


Здесь некому начальнику помочь.

Приходится с избрания до гроба

Ему вести страну куда-то - прочь

От места, где находится Европа.

Вернее, так: Европа, вроде б, рядом,

Да смотрит царь в неё

слепым ордынским взглядом.

(21.07, 30-31.07)


На неясной меже


- Почему ты стоишь на неясной меже,

Где за нею - не тишь, а стреляют уже?

- Потому, что кругом города не горят,

Потому, что цел дом и не вырублен сад.

- Почему ты решил, что война обойдёт,

Что не хватит ей сил на окрестный народ?

- Я надеюсь на то, что нажрётся война

Тем, чем лет сотен сто объедалась она.

- Не надейся на время, на даль, на межу:

В каждом есть войны семя (по себе я сужу).

Надо каждому чем-то с войной воевать.

Ну, а ты то зачем у межи решил встать?

- Нет ни мест, ни времён, когда б люди не шли

Разорять чужой дом вглубь соседней земли.

Тот, кто понял давно, что война - это ад,

Должен знать, что г...но не загонишь назад.

Ну, а - я? Что же - я? Как всегда, промолчу.

У меня же - семья. Вот - веду дочь к врачу.

(5-6.08)


***

Как человечество умно!

Каких высот достигло ныне!

Из дома(!) видишь: лес, пустыню,

И цепи гор, и моря дно.

А также, посмотрев в экран

(То - крупный, то совсем уж малый),

Узнать ты можешь: что с кем стало

Из деятелей разных стран,

А также быстро обозреть

Все достижения науки,

Услышать нужных песен звуки

И умную услышать речь,

И книги умные прочесть

(Хоть это не всегда доступно),

Людей великих иль преступных

Узнать (коль склонность есть).

Мы можем заменить себя

Машиной, что соображает лучше

(Коль думать станет очень скучно),

Пусть учит, например, ребят.


Ну, в общем, нет уже причин

Стыдится нашим родом бедным...

Вот только... мирно жить с соседом

Мешает нам адреналин,

И искаженье величин

Того, сего, умов, гордынь,

Кто в мире больший властелин,

И искаженный вид картин,

Которых ищем в прошлом где-то:

Там вместе с пасхой - хэллоуин,

Там смесь рождений и крестин

И прошлых царств полузаветы. (7-8.08)


Борьба с пространством и временем


Пока - пространства очень хочется

Для славы личности одной,

Приходится ей в одиночестве

Заняться собственной войной.


Война идёт - и всё дозволено:

Убийство, ложь и целей муть;

Приходится, как алкоголику,

Пройти давно известный путь.


А в это время глубь российская

Беднеет и пустеет так,

Как будто время византийское

К нам запустил какой чудак.


Идёт война и с новым временем.

Часть мира двинулась вперёд,

Где новых достижений перечень

Дойти до ружей не даёт.


Но то, что жизнь в одежды новые

Преображается уже,

Неважно: Русь - места суровые,

Пора вернуться к "неглиже",


И хочется вернуть всё бывшее,

Что в горе утешало нас.

Да только - знамя стало рыжем же

(Хотя на "красное" похож окрас).


Да и союзники (по качеству)

Давно попортились уже:

Всё смотрят, много ли калачиков

В давно готовом багаже.


Не стерпится война, не слюбиться

И с тем негласным большинством,

Что - вот, идёт себе по улицам,

Но всё ж - изменится потом. (7-8.08)


Нам сказали ...


Нам сказали в понедельник,

Что сейчас у нас - сочельник,


Хоть уж скоро - жаркий май.

Мы поверили, конечно:

Коль нет веры, то ты - грешник

И сиди, не возражай.


Неожиданно во вторник

Нам прислали восемь тортов

И бутылку коньяка.

Мы распили всё, конечно,

И растрогались сердечно:

Хорошо живём пока!


Нам сказали в эту среду:

Будем помогать соседу

Укреплять страну и власть.

Делать это надо спешно,

Чтоб в чужую незалежность

Нам самим бы не попасть.


А потом в день четверговый

Нам назвали курс наш новый:

Вон - на тот большой завал.

Мы пошли, конечно, сразу.

Был завал не виден глазу,

Но что делать - каждый знал.


Восемь пятниц на неделе?!

Мы не этого хотели,

Нам достаточно одной:

Даже если будет слякоть,


Мы готовы жить, не плакать,

Если завтра - выходной.


Нам сказали, что в субботу

В этот раз зависло что-то:

Ни туда и ни сюда.

Что зависло - непонятно,

Но не очень-то приятно:

Сверху капает вода.


Нам сказали: в воскресенье

Будет праздник здесь, в селенье,

А не в крупных городах.

Праздник будет в ореоле

Нашей славы, смерти, боли,

Нашей одинокой доли

Во всемирный день труда. (13-14.08)


***

Опять здесь царь на троне

И снова здесь война,

Хоть каждый пятый стонет:

"Зачем?" и "На хрена?"


Но нет ответов строгих:

Здесь логикой - не жить.

Имперство в душах многих

От гордости дрожит.


Проснулись и иные

Заветные следы -

Родные крепостные

Давнишние черты.


Но кто-то раньше понял,

Где расползётся шов

На гордости казённой

(Военный Ивашов).


А скоро ли удастся

Сшить снова нашу Русь?

Пусть будет нам удача...

(Тут даже я молюсь). (16.08)


***

Крест России - ожиданье:

Время нужное придёт,

И Россия от страданий

Дружно двинется вперёд.


Есть у нас такое мненье:

Вот - разгонится Земля,

И энергией вращенья

Улетит царь из Кремля.


Дальше будут послабленья,

Что в межцарствиях царят,

Хоть и были в те мгновенья

Тоже самодуров ряд.


Но как снова заморозит

Новый царь страну, как гроб,

Будем ждать земную скорость,

Чтоб прошёл у нас озноб.


Надо - главное! - дождаться,

Чтоб Земля дала разбег.

Но - когда?! Об этом - в святцах:

Может - день, а может - век. (14-17.08)


***

Мы не надеялись на чудо,

Но всё же верили тому,

Что столько глупостей не будет

Присуще русскому уму,

Что мы из этой вязкой тины

Куда-то выползем. И вот

Опять согнулись наши спины,

Опять обманут был народ.

Опять, опять... И - не мгновенье,

А дни и месяцы идут...

Что ж, добродетель - лишь терпенье...

И - труд. (14, 17.08)


***

Что полезно для травы,

То полезно для природы.


Лозунги там таковы:

Больше жизни год от года!


То, что всех не умертвит,

То, конечно, всем не вредно:

Каждый род и каждый вид

Будут жить уже не тщетно.


Есть особый случай здесь,

С человеком - непорядок:

Он себе придумал месть,

Сам себя стращая ядом.


Что полезно для войны,

То для жизни бесполезно

(Если только не нужны

Части падали железной).


Что полезно для травы,

Для реки, лугов и леса,

То, как догадались вы,

Помогать должно прогрессу:

Для здоровья как души,

Так и даже просто тела

Надо жизнью дорожить

Здесь, где жизнь ещё дрожит

На травинке переспелой,

Или тёмной тенью спит

Там, во глубине Вселенной. (14, 18-19.08)


Ночью верить в свет


Да, ночью - верить в свет,

Вот это - дня начало:

Не знак ордынских бед,

Не рабства старый след,

И всё же - так бывало...


Казалось бы, пора

Признать в нас неудачу

И не кричать "Ура!",

Коль день ещё не начат.


И всё же - верим в день,

Поскольку знали утро,

И, думаю, не мудро

Принять за полночь - тень,

А за медведя - пень

В пустыне многолюдной.


Что ж, вера - не у всех,

Но неизбежен полдень,

И пусть же каждый молвит:

Уныние - есть грех.


Здесь сумрак, а не ночь.

Пройдёт и эта туча,

Дождётся света - ждущий,

И будет жить - живущий,

Теперь уж - во всю мочь. (20-22.08)


***

Соглашаясь с тучей дождливой

И шумя с диким ветром в ветвях,

Всё же будь ещё прозорливым,

Не сожги свою душу в прах.


Если вдруг здесь пройдёт непогода

И вернётся на свет тишина,

Ты поймёшь то, забытое что-то,

Что в тебе утонуло до дна,

Что забыл ты простые ответы

На обычный природный вопрос:

То, что главное - это дети,

А их ветер куда-то унёс,

И дождём беспощадным смыло

То, что раньше взошло из семян;

Семена же - этой же силой

Занесло на поля иных стран.


Возвращайся от тучи дождливой

И от ветра прошедших времён

К нашей службе простой, терпеливой:

К плугу, сеялке... пшенице, оливе...

Слышишь стон земли? Это - он. (24.08)


История цивилизации


Один туземец сильно стукнул палкой

Соседа из соседнего села.

А тот удавившему молвил "Жалко!" -

И меж соседями с тех пор вражда пошла.


Соседи у племён все были неудачны:

Одни - в корову верили, другие - в дуб большой,

И чтобы доказать, кто - прав, тут кто-то начал

С неправыми соседями ожесточённый бой.


А то - из-за лужка, что был у их границы,

Соседи развели там свару, что потом

Никак уж не смогла остановиться,

И оба - подавились тем лужком.


В любые времена - с начала до кончины -

Всегда же повод был работу дать мечу:

То, вроде б, это - "высшие" причины,

То - земли, слава, власть... короче: "Я - хочу!"


Дубины, чем дубасили соседей,

Всё тяжелее становились каждый раз,

Но окончательной (о, чёрт возьми!) победы

Не достигал любой приказ.


Быть может, высшая и лучшая победа

Когда-то всем нам будет суждена:

Тогда мы будем жить, ни разу не изведав,

Что началась война. (17-28.09)


***

Пора уж Кремль отдать его владыкам:

Ворота запереть, а стену, где зубцы,

Возвысить до небес, что б им не перепрыгнуть:

Пусть остаются там как вечные жильцы.


А мы без них тут будем веселиться,

Надеясь, что стена построена не зря:

Не будем видеть мы владык постылых лица:

Ни лиц прислужников, ни самого царя.

(28-29.09)


Свобода и му́ка

(по романсу Б. Окуджавы

"Любовь и разлука")


Мы сами раскрыли ворота, мы сами

Счастливую тройку впрягли,

И вот уж - свобода почти рядом с нами,

Но что-то ?- темнеет вдали.


Чем дольше живём, тем годы короче,

Но не отстают времена,

Когда кто-то снова нам рабства захочет...

И вновь начнётся война.


Мы сами вручили поводья, мы сами -

Тому, кто не смотрит вперёд.

И вот уже - тёмная туча над нами,

А утро - не настаёт.


Ах, только бы тройка не сбилась бы с круга,

Поводья бы взять нам самим.

Две верных подруги - свобода и му́ка -

Надолго мы их сохраним.


Святая наука - расслышать друг друга

Сквозь ветер во все времена.

Две спутницы верных - свобода и му́ка -

Поделятся с нами сполна. (12, 14, 18. 10)


Украинцам


За вашу и нашу свободу

Вы столько жертв принесли,

Что нет им ни меры, ни счёта

И - ныне, и - в дальней дали́.


Спасибо - за стойкость и смелость.

Простите - за муки и смерть.

Лишь правнуки наши посмеют

В глаза вам, возможно, смотреть.

(17-18.10)


Земельная история России


Земли у нас когда-то было мало,

Но позже подкопили мы её.

Когда земли у нас побольше стало,

То можно бы налаживать житьё.


Но мы другую выбрали дорогу:

Мы стали землю прибавлять опять.

Земли вдруг оказалось очень много,

Но что с ней делать - не понять.


Мы укрупнялись - с севера, с востока,

А также с запада и юга (вот напасть!),

Но от Москвы до них вдруг стало так далёко,

Что приходилось стены укреплять.


И вот - страдаем от большого тела:

Приходится держать большую рать,

Чтоб защитить земли своей пределы...

Но что же нам с большой землёю делать,

Нам снова было не понять.


Нашёл! Вот это - примут наши души:

Для тела крупного - полезны волоса!

Давайте же на всей доставшейся нам суше

Выращивать густейшие леса!


Леса нужны и нам, и белу свету:

Они - дрова, и дичь, и кислород,

И даже угле-газ убавится заметно,

Когда наш план одобрит весь народ!


Мы будем торговать дровами

И вениками со своих берёз,

А также дёгтем и пушниной - сами

Добудем это (вспомнили?).

Всерьёз

Я говорю: другого не видать пути,

Куда б начальство призывало нас идти.

(1?-8.11)