# Огненный крест ч.2 гл.21

Аноним Надежда

21

НОРМАЛЬНОЕ ЗРЕНИЕ


- Теперь приложи ее к правому глазу и прочти самую нижнюю строку, из тех что можешь видеть.

Со страдальческим видом Роджер приложил деревянную ложку к правому глазу и прищурил левый, концентрируясь на листке бумаги, который я прикрепила к кухонной двери. Он стоял в дверях холла, поскольку этот коридор единственный имел длину в двадцать футов.

- Et tu Brute?(1) - прочитал он. Он опустил ложку и посмотрел на меня, приподняв одну темную бровь. - Я никогда прежде не видел литературную таблицу для проверки зрения.

- Я всегда считала, что буквы на обычных таблицах довольно скучная вещь, - сказала я, открепляя листок и переворачивая его. - Другой глаз, пожалуйста. Какую последнюю строку ты можешь легко прочитать?

Он приложил ложку к другому глазу и, прищурившись, всмотрелся в пять линий, написанных от руки печатными буквами и с такой точностью уменьшения размера, который я смогла выдержать.

- Не ешьте лука. Откуда это?

- Шекспир, конечно, - ответила я, делая пометку. - "... не ешьте ни лука, ни чеснока. Мы должны испускать сладостное благоуханье"(2). Это самые маленькие буквы, которые ты можешь прочитать, не так ли?

Я видела, как выражение лица Джейми слегка изменилось. Он и Брианна стояли позади Роджера за порогом, наблюдая за процедурой с большим интересом. Брианна стояла, слегка склонившись к нему, с немного напряженным видом, словно пытаясь заставить его увидеть буквы.

Лицо Джейми выражало легкое удивление, слабую жалость и несомненное самодовольство. Он, очевидно, мог прочесть пятую строку без проблем. "Я чествую его". Из "Юлия Цезаря". "Так как он был отважен, я чествую его; так как он был властолюбив, я убил его"(3).

Он почувствовал мой пристальный взгляд, и это выражение исчезло; лицо тотчас приняло обычный вид вежливой непроницаемости. Я сузила глаза, глядя на него с "ты-не-одурачишь-меня" видом, и он отвел глаза, дернув уголком рта.

- Ты не можешь разобрать ни одну из строк ниже? - Бри переместилась ближе к Роджеру, словно притянутая вакуумом. Она посмотрела на бумагу, потом на него. Очевидно, она также без труда могла видеть две последние строки.

- Нет, - коротко ответил Роджер. Он согласился проверить зрение по ее просьбе, но не испытывал от этого удовольствие. Он слегка стукнул ложкой по ладони, желая поскорее закончить с этим. - Что еще?

- Только несколько маленьких упражнений, - успокоила я его, как могла. - Пойдем сюда, здесь свет лучше, - я взяла его за руку и повлекла в направлении своего хирургического кабинета, послав при этом Джейми и Бри твердый взгляд. - Брианна, почему бы тебе не пойти и не накрыть стол к ужину? Мы не задержимся надолго.

Она колебалась мгновение, но Джейми коснулся ее руки и сказал что-то тихим голосом. Она кивнула, взглянула еще раз на Роджера с немного беспокойным видом и ушла. Джейми с извиняющимся видом пожал плечами, глядя на меня, и последовал за ней.

Роджер стоял посредине беспорядка в моем кабинете, похожий на медведя, который слышит в отдалении лай гончих, с видом одновременно раздраженным и настороженным.

- В этом нет никакой надобности, - сказал он, когда я закрыла дверь. - Я вижу прекрасно. Я просто еще не очень хорошо стреляю. С моими глазами все в порядке.

Однако он не сделал ни движения, чтобы уйти, и я уловила намек на сомнение в его голосе.

- Разумеется, - легко сказала я. - Позволь мне только быстро взглянуть ... просто из чисто медицинского любопытства ...

Я заставила его сесть и из-за отсутствия маленького фонарика зажгла свечу.

Я поднесла ее поближе, чтобы исследовать его расширенные зрачки, и подумала, что его глаза имели самый прекрасный цвет, который я когда-либо видела, совсем не ореховый, а ясный темно-зеленый. Цвет достаточно темный, чтобы выглядеть в тени, как черный, но потрясающе изумрудный, если смотреть в его глаза при ярком свете. Тревожащий цвет для тех, кто знал Джейли Дункан и видел смех безумия в глубине ее ясных зеленых глаз. Я надеялась, что Роджер ничего, кроме глаз, не унаследовал от нее.

Он моргнул, длинные черные ресницы на мгновение закрыли глаза, и воспоминание исчезло. Эти глаза были прекрасны, но спокойны и, прежде всего, нормальны. Я улыбнулась ему, и он рефлекторно улыбнулся в ответ, не понимая моего настроения.

Я попросила его не сводить глаз со свечи и провела ею перед его лицом вверх, вниз, направо, налево, наблюдая за движением глазного яблока. Так как не нужно было ничего отвечать, он расслабился, и его кулаки на коленях постепенно разжались.

- Очень хорошо, - сказала я, сохраняя тихий успокаивающий голос. - Да, хорошо ... поглдяи вверх, пожалуйста. А теперь вниз, на угол окна. Хмм, да ... Теперь посмотри на меня снова. Видишь мой палец? Хорошо, теперь закрой левый глаз и скажи, палец сместился? Мм-хмм ...

Наконец, я задула свечу и выпрямилась, со стоном распрямляя спину.

- Итак, - сказал Роджер беззаботным тоном, - каков приговор, доктор? Должен ли я пойти и начать делать себе белую трость?

Он отмахнулся от плавающих струек свечного дыма, но его беззаботности противоречили немного напряженные плечи.

Я рассмеялась.

- Нет. Тебе еще долго не понадобится собака-поводырь или даже очки. Кстати, ты сказал, что никогда не видел литературной таблицы для проверки зрения, значит, ты их видел раньше? Ты носил очки в детстве?

Он нахмурился, вспоминая.

- Да, носил, - медленно проговорил он. - Или скорее, - слабая усмешка появилась на его лице, - у меня была пара очков. Или две, или три. Когда мне было семь или восемь лет. Я ненавидел их, от них у меня болела голова. Так что я постоянно забывал их в школе, в автобусе, на камнях у реки ... Я не помню, чтобы я носил их больше часа, и когда я потерял третью пару, отец сдался.

Он пожал плечами.

- Я никогда не ощущал, что они мне нужны.

- Да. И теперь они не нужны.

Он уловил тон моего голоса и озадаченно посмотрел на меня.

- Что?

- Ты немного близорук на левый глаз, но не так, чтобы это стало проблемой, - я потерла переносицу, словно приподнимала очки. - Предполагаю, что в школе ты хорошо играл в хоккей и футбол, но не в теннис.

Он рассмеялся, и лучики разбежались от уголков его глаз.

- Теннис? В средней школе Инвернесса? Спорт изнеженных южан; мы называли его игрой для педиков. Вы правы, я хорошо играл в футбол, но плохо в лапту. А в чем дело?

- У тебя отсутствует бинокулярное зрение, - сказала я. - Возможно, кто-то заметил это, когда ты был ребенком, и пытался исправить с помощью призматических линз, но к тому времени, вероятно, было уже поздно, - поспешно добавила я, заметив, что его лицо приняло недоумевающий вид. - Чтобы это сработало, нужно было начинать раньше - до пяти лет.

- У меня нет ... бинокулярного зрения? Но оба моих глаза работают, не так ли?

Он выглядел немного удивленным и стал рассматривать свою ладонь, закрывая то один глаз, то другой, словно надеясь найти ответ в линиях руки.

- С твоими глазами все в порядке, - уверила я его. - Только они работают вразнобой. Это довольно часто встречается, по какой-то причине мозг не может слить изображения, приходящие от обоих глаз, чтобы сформировать трехмерное изображение.

- Я не вижу в трех измерениях? - он теперь смотрел на меня, сильно прищурившись, словно ожидал, что я превращусь в плоскую картину на стене.

- Ну, у меня нет инструментов профессионального окулиста, - я махнула рукой на погашенную свечу, деревянную ложку и нарисованные таблицы, - у меня нет также практики окулиста. Но я уверена, да.

Он спокойно слушал, что я объясняла ему в меру своих сил. Его зрение можно было считать вполне нормальным с точки зрения его остроты. Но поскольку его мозг не сливал изображения обоих глаз, ему приходится оценивать расстояние до объекта, исходя из сравнения относительных размеров объектов, а не формируя объемную картинку. Что означает ...

- Ты можешь отлично видеть, и это не мешает для большинства дел, - уверила я его. - И ты, вероятно, сможешь научиться хорошо стрелять. Но может быть проблема со стрельбой по движущимся объектам. Без бинокулярного зрения ты не сможешь точно определить, где этот объект находится, чтобы попасть в него.

- Понятно, - сказал он. - Если дело дойдет до драки, то мне лучше положиться на кулаки, да?

- По моему скромному опыту, - сказала я, - большинство шотландских конфликтов решаются, так или иначе, кулаками. Так вернее, как говорит Джейми.

Он весело хмыкнул, но ничего не сказал. Он сидел спокойно, раздумывая над моими словами, пока я приводила в порядок свой кабинет. Я слышала шумы со стороны кухни: лязг железной посуды, шипение и скворчание жира, вместе с доносящимся оттуда ароматом жаренного лука и бекона.

Ужин обещал быть незамысловатым; миссис Баг была занята весь день приготовлениями к походу. Однако даже простейшие блюда миссис Баг представляли собой приличную еду.

Приглушенные голоса из кухни были прерваны воплем Джемми, раздалось краткое восклицание Брианны, другое Лиззи и потом глубокий голос Джейми, очевидно, успокаивающего ребенка.

Роджер тоже услышал их, он повернул голову на звук.

- Настоящая женщина, - сказал он с медленной улыбкой. - Она может убить дичь и может приготовить ее. Что при данных обстоятельствах довольно хорошо, - добавил он грустно. - Очевидно, я не могу добывать достаточно мяса к столу.

- Ха, - сказала я быстро, желая предупредить любые проявления его жалости к себе самому. - Я не застрелила ни одно животное, но я добываю пищу каждый день. Если ты действительно хочешь кого-то убить, то у нас много цыплят, гусей и свиней. А если ты сможешь поймать это проклятую белую свинью, пока она не срыла фундамент дома, то станешь местным героем.

Это заставило его улыбнуться, хотя и кривовато, но тем не менее ...

- Думаю, мое чувство собственного достоинства со временем восстановиться со свиньями или без, - сказал он. - Но хуже всего будет сказать нашим снайперам, - он дернул головой к кухне, откуда доносились голоса Брианни и Джейми, которые о чем-то говорили, - в чем проблема. Они, разумеется, будут добры ко мне, как к какому-то калеке.

Я рассмеялась, заканчивая мыть ступу и убирая ее в буфет.

- Бри беспокоится о тебе из-за этих регуляторов, но Джейми считает, что в походе вряд ли придется стрелять. Кроме того, бинокулярного зрения нет и у хищных птиц, - добавила я машинально, - за исключением сов. Ястребы и орлы не могут его иметь, так как глаза у них по обеим сторонам головы. Так что можешь сообщить Бри и Джейми, что я сказала, что у тебя глаза, как у ястреба.

Он рассмеялся на этот раз открыто и встал, отряхиваю полы сюртука.

- Право, я скажу так.

Он подождал меня, держа дверь в холл для меня.

- Эта бинокулярная вещь, - сказал он, указывая на свои глаза. - Я с ней родился, как я полагаю?

Я кивнула.

- Да, скорее всего.

Он колебался, не зная, как выразить то, что хотел сказать.

- Тогда она ... наследуется, да? Мой отец служил в королевских ВВС, и у него не должно было быть такого дефекта, но моя мать, она носила очки. Они висели у нее на груди на цепочки, и я помню, как я играл с ними. Возможно, я унаследовал это от нее.

Я сжала губы, пытаясь вспомнить, что я когда-либо читала о наследственных заболеваниях глаз, но ничего конкретного на ум не приходило.

- Я не знаю, - сказала я, наконец. - Наверное, так могло быть, но могло и нет. Я действительно не знаю. Ты беспокоишься о Джемми?

- О, - слабое разочарованное выражение мелькнуло в его лице, но он сразу же подавил его. Он смущенно улыбнулся мне и открыл передо мной дверь. - Нет, не беспокоюсь. Я только подумал, если оно наследуется, и если у парня оно есть, то ... тогда я бы знал.

Коридор был заполнен ароматами тушеного беличьего мяса и свежего хлеба, и мне страшно хотелось есть, но я остановилась и уставилась на него.

- Я, конечно, не хочу, чтобы у него был этот дефект, - торопливо произнес Роджер, увидев мое выражение. - Нисколько! Только если это будет так ... - он отвел глаза и глотнул. - Послушайте, не говорите ничего Бри о том, что я сказал, пожалуйста.

Я слегка коснулся его руки.

- Я думаю, что она поняла бы тебя. Твое желание знать наверняка.

Он поглядел на кухонную дверь, за которой Брианна громко запела "Клементину" к шумному удовольствию Джемми.

- Она может понять, - сказал он. - Но это не значит, что она захочет это слышать.


(1)И ты, Брут? (лат.)

(2)Шекспир "Сон в летнюю ночь".

(3)Шекспир "Юлий Цезарь".