# ... а клоуны чуть не остались

Элона Владиславовна Юденич

Ну, вам, князьям, не угодишь... - промурлыкала себе под нос клоунесса, поправила бубенчики на колпачке и, дунув на прощанье в свою дурацкую дудку, поскакала в сторону отъезжающего фургона. Бежала она смешно подскакивая, чтобы не наступать на помпоны, болтающиеся на носах ярко желтых туфель.

Цирк уехал.


Ольгерд поднялся в свой кабинет и уже из его окна посмотрел вслед повозке. Странное, ничем не объяснимое чувство чего-то знакомого, родного не покидало его с той самой минуты, когда он первый раз увидел эту смешную девчушку. Яркие веснушки, нарисованные на ее щеках, не могли скрыть утонченность черт. Где же он видел эти глаза?


Спокойной ночи, мамочка. Я знаю, что ангелы не спят, но все равно желаю тебе спокойной ночи. - Малена поцеловала кулон, подвешенный на длинную цепь, и опять спрятала его за пазухой. Она не расставалась с ним с того дня, когда отец - так она называла старика, подобравшего ее еще крохой на обочине дороги и вырастившего как свою дочь - протянул ей со словами "Возьми. Это было на тебе, когда я тебя нашел". Малена любила старика, но втайне надеялась, что однажды настоящий отец найдет ее и расскажет, кто она и что случилось с ее матерью.

Солнце почти скатилось за горизонт, события последних дней размытыми картинками проплывали перед глазами засыпающей девочки одно за другим: дорога, город, шумная площадь перед замком, люди, смеющиеся над тем, как она роняла непослушные шары, печальные глаза старого князя, вернувшегося с охоты и на минутку задержавшегося возле их повозки. На следующий день она опять его увидела и даже попыталась развеселить, перевернувшись колесом и бухнувшись, будто случайно, прямо перед его конем. Но князь даже не улыбнулся. Странный какой-то... не рассмешишь, не угодишь... Ай, ладно. Спать. Завтра надо встать пораньше и порепетировать перед представлением.