# Чёрный песок

Аноним Как

Чёрный песок или практическая полевая гематология

Чёрный песок


Есть много таких вещей, про которые лучше один раз услышать и забыть, чем семь раз увидеть...

Надо резать и надо шить. Шить, конечно, больше. Но ничего нет - ни "консервов", ни заменителей и физраствора, ни кровеостанавливающих. Хорошо, если есть ещё дистиллированная вода и глюкоза в ампулах. Но надо резать и шить надо - край. Тогда выход один - сливать и лить, лить и шить. Или сливать, лить и резать.

И тогда ты раздеваешься и садишься рядом. Или ложишься, если есть место. Почему ты? Потому, что у тебя "Ашка"*, по статистике самая распространённая и, значит, самая востребуемая. Потому, что ты не знал Боткина**. Потому, что у тебя гемоглобин лошадиный. И вообще, ты полный дурак и круглый идиот...

Первая выливается почти моментально - за пару минут. "Подавальщица" пережимает трубку и тянется к жгуту, чтобы снять. Но ты говоришь - вторую. Она оборачивается к тому, кто режет и шьёт. Но тот не видит, он занят. А та, которая держит, кивает ей - давай вторую банку...

Вторая идёт уже медленнее. Наверное, потому что "подавальщица" на банку слишком часто поглядывает... Восемьсот! - кричит "подавальщица". Кричит, потому, что кроме конспектов лекций и учебников, мало что видела. А в тех учебниках чёрным по белому написано, что 800 кубиков потери без компенсации - хоть и не смертельная, но опасная доза кровопотери...

Литр. Тот, который шьёт, поворачивается и смотрит на тебя. Ему нужна третья, он не успевает зашивать, и дебет с кредитом у него не сходится - вон та, которая держит, уже полный таз тампонов накидала. И уже расход страшный, а ещё сколько будет? А приход - только от тебя. И ты киваешь - меняйте банку.

Ты просишь чай и сигарету. Нет, ты не куришь, курить нельзя. Просто, чтобы отвлечься, и дым, чтобы лицо немного раздражал. Наверное, с лицом что-то не так, потому что "подавальщица" больше смотрит на тебя, чем на банку... До того засмотрелась, что уже та, которая держит, кричит тому, который шьёт - Третья! - Тот поворачивается к тебе, и ты не завидуешь ему. Он получил уже в три раза больше, чем можно по всем писаным законам и неписаным правилам его этики, но он не успевает. Он не успевает, и поэтому даже не может поднять на тебя глаза, и только спрашивает, глядя вниз - Ты как? - И ты выдавливаешь через синие губы - Бинтуйте - и те две начинают тебя бинтовать (для этого ты и разделся заранее) - ноги от пальцев к паху и свободную руку, тоже от кончиков пальцев вверх. Та, которая держала, спрашивает тебя - Глюкозу? - и ты киваешь ресницами...

Песок, только чёрный песок. Нет никаких тоннелей, и света никакого нет. Тошнота и удушье, которые волнами накатываются на третьей, постепенно уходят, а песка становятся всё больше. (1600) Сначала он просто сыплет в глаза, потом ты даже через бинты чувствуешь холодные колкие песчинки, которые засыпают ноги. Холодно. Никогда не подумаешь, что можно так замерзать при плюс сорока. Почему так холодно? И два накинутых одеяла не помогают. Может он из чёрного льда, этот песок? (1700). Может, глюкозы ещё пару ампул "хапнуть"? Да нет, не стоит, опять затошнит. Да и "подавальщица" эта косорукая уже губу тебе порезала. Где их таких нервных берут? Вроде молодая, а руки трясутся, как у пьяной старухи. Наверное, генерала какого-нибудь племянница. А такие, как известно, ни е.., ни в Красну Армию, никуда не годятся... (1800) Хоть бы пацанов из сапёрного взвода позвали. Неужели не видят? Тебе уже не только ноги песком засыпало, но и грудь сдавило. Дышать совсем невмоготу. А пацаны бы тебя откопали (1900) Что ты, сучка, мотаешься туда-сюда без дела? Иди лучше лицо мне откопай, песок сними. Да не гладь, какого ты гладишь, это же лицо, а не х... Бей! Сильнее! Двумя! (1950) Без толку. Ты уже не дышишь, а песок поднимается к глазам. И ты, собрав последний воздух в лёгких, уже не кричишь, а выдавливаешь изо рта вместе с песком - зонд...

Тебе ставят зонд и вливают двести кубиков водки пополам с глюкозой или водой. Но ты этого уже не видишь и не слышишь. Потому что ты уже почти мёртв, и навечно погребён под чёрным песком...

Один день, 2, 3, 4, ...

Ты просыпаешься в палатке. Это что - второй день на рыбалке? Похоже. Сам - никакой, и голова - никакая.

Ты выходишь из палатки и понимаешь, что место выбрано неудачно (наверное, ночью приехали). Водой и не пахнет, зато песка - море.

Потом ты видишь палатку рядом и идёшь туда, чтобы сказать, что надо переезжать.

Но тебя никто не слушает. Все почему-то вскакивают (а тебя усаживают), откуда-то появляются кружки, ножи, ложки, банки с консервами. И всем что-то наливают (первому тебе).

Ты не хочешь пить (разве что "Сары-Агаш" или "Ессентуки" ╧17). И рожи вокруг незнакомые, явно не из твоей компании. Но как тут не выпьешь, если первый тост за тебя. И ты пьёшь, хотя вокруг тебя - чужие лица. И вообще, странные ребята - все в камуфляжке. Глупая это мода - на рыбалку так ездить.

Да, странные эти ребята, хоть и улыбаются тебе. Второй тост - за твою четвёрку. С чего бы за это пить? У тебя в школьном аттестате четвёрок всего 5, и на общем фоне "отлично" они особой радости не вызывают, досаду скорее. Ладно, выпьем за четвёрку, всё ж таки хорошая оценка.

Такое впечатление, что тут слёт переростков-второгодников. Следующий тост за твою тройку, потом за двойку и за единицу. Это с каких дел? "Колов" у меня вообще ни одного никогда не было, а двойка только одна (по поведению в шестом классе). Ладно, я пошёл (пока до эксцессов не дошло). Поищу другую палатку, может, там ребята поадекватнее...

Во второй палатке - то же самое. Все улыбаются, наливают, тостуют. И ты уже начинаешь называть этих двоечников-второгодников по именам. И понимаешь, что ты не на рыбалке, а на охоте (вон "калаши" в углу стоят). Но тут, в самый разгар душевного общения в палатку вламывается какой-то мужик, по виду типа мента. И говорит - Закругляйтесь, мужики (во борзость какая!). Ты хочешь выкинуть его (чего нахал припёрся незваный и гнилой базар не по делу завёл?). Но кто-то говорит, что это Камбат. Вроде русак, а имя какое-то татарское. Ладно, садись, Камбат, наливай. Камбат наливает всем из большой бутылки "Камю", которую принёс с собой, чокается с тобой, выпивает, снова говорит - Закругляйтесь, мужики - и уходит. Кто-то кричит ему в след - русская душа меру знает, а ты кричишь - пузырь оставь! Жмот, не оставил. Но кто-то говорит, что Камбат не жмот, просто он эту бутылку уже пять месяцев держит в сейфе, потому что ждёт, когда к нему приедет жена. И что там давно не коньяк, а ташкентская гамырка.*** И ты прощаешь этого Камбата. И даже пьёшь за его здоровье. Такому, который жену пять месяцев на охоте ждёт, ничего, кроме здоровья не пожелаешь, особенно здоровья в мозгах. Ты простил его. Тем более, что пришли девчонки, и у них полканистры спирта. И они говорят, что их послал тот, который шил, и просил извинить, что сам не может прийти. Ну и ладушки, главное, что девчонки пришли и спирт принесли. А мужиков у нас и так хватает.

Бред какой-то. Что тут шить? Разве что после того, как все перепьются и одежду на девчонках разорвут. Ты вроде и сам уже готов разорвать. Вот, например, на этой беленькой. Нет, лучше сначала на чёрненькой, потому что она пофигуристей, и ещё потому, что ты смутно припоминаешь, что совсем недавно она била тебя по щекам с обеих рук ни за что ни про что. Да и она сама, вроде, не прочь. Но тут ты уже начинаешь конкретно "плыть" и только успеваешь показать глазами на канистру - мол, отлейте мне на вынос, мужики...

Утром ты разводишь в кружке спирт и пьёшь сам на сам. Что потом? А потом, как обычно - Рахматуллин, когда ты сидушку в порядок приведёшь? У командира вся спина в синяках, и геморрой скоро вылезет - Натяглов, хватит сгущёнку жрать, в люк не влезешь. А домой придёшь, не то что любимая девушка, мама родная не узнает - и так далее...

* "Ашка" - вторая (А) группа крови

** Боткина (болезнь) - гепатит (в просторечии желтуха)

*** Гамырка - в данном случае спиртовый раствор лимонадной эссенции