# Марлезонский балет - обзор финала "Ст-2016" (полная версия)

Елена Александровна Калинчук

Обычно я озвучиваю свои впечатления от рассказов и размышления, на которые они меня натолкнули. В этот раз мои впечатления от рассказов приняли довольно странную форму. Ну, и я решила с ними не спорить - приняли так приняли.

Может, оно и к лучшему. Все равно здесь, в финале, уровень мастерства у авторов, за редким исключением, почти один и тот же. И рассказы все сплошь хорошие. Так что оценивать приходится в основном идею и ее подачу. И то, и другое - дело субъективное. Поэтому пусть те финалисты, кому критика не нужна, воспримут все происходящее как дружеский шарж.

Ну, а те, кому нужна - имейте в виду, я постаралась все-таки свои претензии как следует обрисовать - и прямо и косвенно, со свойственной мне злостью, вредностью и яростью идей. Одно учтите - не будучи Пушкиным или Данте, я возможно, не очень четко доношу свои мысли в рамках используемой формы. Поэтому если кто что не понял - можно поподробней разобраться в комментариях.

Засим наш музыкально-поэтический вечер объявляю открытым.


Ал Сонуф Штормовой Тринидад

(тринидадская народная песня в исполнении казачьего ансамбля)


Из-за острова на стрежень,

На хребет Большой волны

Выплывают фиши, ганы -

Плоскодонные челны.

На одном из них катает

Сам лирический герой.

Бурну ночку вспоминает

Он с кикиморой морской.


Тот, кто ночь с ней провозжался,

Утром канет в Океан,

Будь он хоть арийской расы

И столетний старикан.

Но не страх и ожиданье

Неизбежного конца

Омрачают нынче душу

Удалого молодца.

"Хоть славянским я владею

Не слабей, чем Филька-дьяк,

А вот выразить идею

Не могу на нем никак!

Чтоб уверовал читатель

В мной расказанный сюжет,

Мне приходится лайн-апы

Громоздить на оверхед...".

И в последнее мгновенье,

Прежде чем пойти ко дну,

Свиток с текстом он бросает

В стоаршинную волну.


Велич Род Узник Ахерона

(под кифару)

Муза, на помощь приди современного автора песне протяжной.

Многое хочет воспеть он, на все не хватает тугих килобайтов.

Как описать пятьдесят предысторий, историй, изгнаний, сражений,

Воспоминаний, терзаний, предательств, побегов и многоходовок,

Все это в мире, в котором от мира немного чего и осталось,

То, что осталось - то нейро-, то гено-, то мета-, то прочее био?

Как сделать так, чтоб вконец не завис вяноухий читатель

И не закрыл Самиздат одним кликом измученной мыши?

Так отвечала писателю имплантоокая Муза:

"Прежде всего, позаботься о тонкой подаче сюжета.

Пусть героиня в посланьи пространном и необъяснимом

Расскажет герою все то, что он с детства и так уже знает прекрасно.

Далее монстров создай, но таких, чтобы был узнаваем их облик

Каждому, кто в своей жизни хоть вечер провел в виртуальной стрелялке.

Впрочем, для био-эффекта ты можешь облить их смердящею слизью.

И наконец - не вдавайся в нюансы любви, это слишком уж скользкая почва.

Станешь писать о любви - и тебя унесет, чего доброго, в литературу!

Вместо любви воспевай без стеснения цикл гормональный.

Тоже хорошая вещь, и прекрасных читательниц душу согреет".

Так говорила писателю клоноподобная Муза.

Он же внимал благосклонно, кивая ей творческим баком.


Голышев Георгий Проигравшие

(доклад о вреде переселения душ)

Взяли с мужиками пива, ящик весь смели,

И на этикеточке название прочли.

А название такое, соблазнительно-крутое:

"Лехское Премиум" по кружечкам течет.

Значит, нам туда дорога,

Значит, нам туда дорога

"Лехское Премиум" на запад нас ведёт.


Взяли мы в Варшаве пива, ящик весь смели,

И на этикеточке название прочли.

А название такое, европейское, крутое:

Пиво "Угерский Брод" по кружечкам течет.

Значит, нам туда дорога,

Значит, нам туда дорога

Пиво "Угерский Брод" на запад нас ведёт.


В Праге взяли мы пивка, ящик весь смели,

И (уже не без труда) название прочли.

А название такое, ух, по-бюргерски крутое:

"Шпатен", баварское, по кружечкам течет.

Значит, нам туда дорога,

Значит, нам туда дорога

"Шпатен", баварское, на запад нас ведёт.


Только мы к губам в Берлине кружки поднесли,

Как моторы звонкие услышали вдали.

Жалобно сирена взвыла,

Показались в небе "ИЛ"ы:

Деды геройские

Над городом летят!

Это что еще за штуки -

Мы же вам родные внуки!

Но - пиво кончилось,

И нет пути назад.


Ковалевская А.В. Три этажа сверху

(исполняет детский ансамбль)


Буквы разные писать

Тонким пёрышком в тетрадь

Учат в школе, учат в школе, учат в школе.

В катаклизмах выживать,

Никогда не унывать

Учат в школе, учат в школе, учат в школе.


Было б мыло, прялка, мел

И вино на опохмел,

Колбаса, топор и пара микроскопов...

Скажет вам любой пацан:

Белорусский партизан

Не боится заковыристых фантдопов.


Даже если средь детей

Объявился Бармалей,

Приструнят его спортсмены, в самом деле!

(Зря возились с дураком:

Он на сексе с коньяком

Сам спокойненько бы сдох через неделю!)


Пригодился ли топор,

Мы не знаем до сих пор.

Ведь русичка умерла еще в начале.

Если бы автор спас ее,

Рассказала б про ружье,

То, которое должно стрельнуть в финале.


Да и что вообще стряслось,

Нам узнать не довелось:

Физик сгинул - а спортсменам до того ли?

И поэтому фантдоп

Тоже несколько утоп,

А финал растерзан зайцем в чистом поле.


Шауров Эдуард Предатели


"Огней так много золотых:

Панель анализатора...

Ребят полно кругом своих,

А я люблю богатого.

Эх, рано виллу он купил.

Теперь дилеммой мается.

Как бы меня он не любил,

Но с виллой не расстанется.

Ничто не разделяет нас

Помимо этой пропасти!

И право, горестно подчас

От этой узколобости..."


Идеология, война,

Все искренне, все чувственно,

Но суть истории одна:

Конфликт раздут искусственно.


И так скажу для прямоты,

Попкорн смахнув с тарелки, я:

"Кому по жизни щи пусты,

Кому - алмазы мелкие".


К. Марсо St. Louis

(к 55-летию полета человека в космос)


Знаете, каким он парнем был,

Кто из скотча космолет слепил?

Пламень был и гром,

Двор сгорел и дом,

Но сказал негромко он...

Он сказал: "Я верю!"

Он взмахнул рукой...

Словно вдоль по Бруклину, Бруклину,

Пронесся над Землей!


В общем, он хорошим парнем был.

Только автор нам не разъяснил,

Чем его мотив

Так уж был красив,

Что заслуживает миф?

Он сказал: "Мне хочется!

Бог мне должен дать!"

Также мог бы он денег или смерти всем

Горячо желать.


Лучше бы другим он парнем был,

По-другому с Богом говорил.

Пусть его бы пыл

Бескорыстней был,

Он и нас бы убедил.

Мы б сказали "Верим

Истории твоей!"

И оценку бы высокую, высокую

Выставили ей.


Бородкин А.П. Робот


До чего дошел прогресс!

Труд физический исчез,

А на швейной на машинке

До сих пор колеса есть!


Но на такие тонкости

Автору начхать:

Он ведь о духовности

Хочет написать.


Робот, братцы, не балбес.

Понял, что надежней без

Вспоможенья человека

Достучаться до Небес.

Этакого казуса

Не было вовек -

Робот хочет каяться,

Но не человек.


И зачем дошел прогресс

До невиданных чудес,

Что теперь любое тело

Носит робот, как протез?


Ясно ж и без опытов,

Факта нет ясней:

Спятят даже роботы,

Глядя на людей!


Прудков Владимир Пропал без вести

(китайская классическая поэзия)


Одиноко сижу в китайском ресторане и размышляю о бренности всего сущего


Печально гляжу в меню.

Не радуюсь даже вину,


Вонтоны не тешат взор,

Воротит от вида десерта.


Ах! Легче стать императором,

Время вспять повернув,


Чем взять и начать жить так,

Будто душа бессмертна.


Филиппов А.Н. Чемпионат

(русская классика)

Зима!.. Писатель вспомнил детство,

Дела давно минувших дней.

Рассказ вперед несется резво,

Как по накатанной лыжне.

Такой пример - другим наука,

И все ж одолевает скука,

Особенно, когда наш взгляд

Вдруг упадет на длинный ряд

Советских книг на полке книжной...

И как наш автор ни хорош,

Он никогда не станет вхож

В сей пантеон уже недвижный.

Свою дорогу пробил час

Искать на царственный Парнас.


Потанина П.А. Ночной звонок


Вылечить птичий грипп,

Барсов спасти и рыб

И укротить тайфун,

Я не могу никак.

Мысли зато читать,

Чудом дитя вам дать

(В общем, по мелочам!!!) -

Я всемогущий маг.


Даром преподаватели

Время со мною тратили,

Даром со мною мучился

Самый крутой колдун.

Да-да да!

Принцип труда волшебника

Не понял я из учебника,

Вот и учил заклятья я,

Тыкая наобум.


Я провалил диплом.

Прячусь вот под столом,

И из квартиры я

Больше не выхожу.

Окна я укрепил,

Паспорт свой утопил,

А чтобы сбросить стресс,

Ночью людей бужу.


Даже рассказу доброму,

Но неправдоподобному

Светит оценка средняя,

Сказка - не значит бред!

И не имеем права мы -

Авторы, люди бравые, -

Так подгонять все вводные

"Внаглую" под сюжет.


(Конец первой части Марлезонского балета)

ВТОРАЯ ЧАСТЬ МАРЛЕЗОНСКОГО БАЛЕТА ОБЪЯВЛЯЕТСЯ ОТКРЫТОЙ


Львова Л.А. Сын луны

(Бурятская потешка в переводе С.И. Маршака. Предварительно лектор-фольклорист объясняет, что переводчик поменял стихотворение, так как вообще-то бурятские потешки принято читать от конца к началу, а не наоборот - так они гораздо понятнее!).

Вот брат,

Который давно исчез.


А это - сестрица,

Которая вновь обрести стремится

Брата, который давно исчез.


А это - Наташенька, жертва убийцы,

Которая - мама упрямой сестрицы,

Которая вновь обрести стремится

Брата, который давно исчез.


А это - Тамарка

(скончалась в завязке)

Она как-то связана с мертвой девицей,

Которая - мама упрямой сестрицы,

Которая вновь обрести стремится

Брата, который давно исчез.


А это - Рудольф, по сюжету - никто.

При жизни знавал он Тамарку зато,

Которая связана с мертвой девицей,

Которая - мама упрямой сестрицы,

Которая вновь обрести стремится

Брата, который давно исчез.


А вот - Сын Луны,

Они как-то сразу не стали дружны

С Рудольфом, который по сути никто,

Но знает который Тамарку зато,

Которая связана с мертвой девицей,

Которая - мама упрямой сестрицы,

Которая вновь обрести стремится

Брата, который давно исчез.


Вот Леха-сосед,

Который был выручен Сыном Луны,

Который нервирует до глубины

Души мужа Рудьку, который - никто,

Но знает который Тамарку зато,

Которая связана с мертвой девицей,

Которая - мама упрямой сестрицы,

Которая вновь обрести стремится

Брата, который давно исчез.


А это - баран, и дела его плохи,

Погиб ни за грош он от лютого Лехи,

Который был выручен Сыном Луны,

Который нервирует до глубины

Души мужа Рудьку, который - никто,

Но знает который Тамарку зато,

Которая связана с мертвой девицей,

Которая - мама упрямой сестрицы,

Которая вновь обрести стремится

Брата, который давно исчез.


А это - князьки-мертвяки,

Которые съели барана в обед,

Которым пожертвовал Леха-сосед,

Который был выручен Сыном Луны,

Который нервирует до глубины

Души мужа Рудьку, который - никто,

Но знает который Тамарку зато,

Которая связана с мертвой девицей,

Которая - мама упрямой сестрицы,

Которая вновь обрести стремится

Брата, который давно исчез.

(в бурятском оригинале есть еще куплеты, посвященные телевизору, маминому дневнику, папе Виктору и другим живым и неодушевленным сущностям, но Маршак их при жизни не перевел. Видимо, не успел).


А это - читатель.

И он погружаясь в рассказ, будто в плов,

Завидует участи тех мертвяков,

Которые съели барана в обед,

Которым пожертвовал Леха-сосед,

Который был выручен Сыном Луны,

Который нервирует до глубины

Души мужа Рудьку, который - никто,

Но знает который Тамарку зато,

Которая связана с мертвой девицей,

Которая - мама упрямой сестрицы,

Которая вновь обрести стремится

Брата, который давно исчез.


Аарон Макдауэлл Рейтинг

(Прослушивание оригинального саундтрэка обязательно :)) )


Наша служба и опасна и трудна,

И на первый взгляд как будто не видна.

Если где-то террорист или маньяк -

Вмиг запеленгуем.

Власти платят миллионы нам за них -

(Вот фантазия у авторов иных!!!) -

Платят - мы торгуем.


Если где-то кто-нибудь попал в беду,

Я злодея и по запаху найду

Ну а если вдруг "включусь" - мой кругозор

Вдруг воспламенится,

И Козьму Пруткова я припомню вмиг:

Как из пистолета глупый юнкер Шмидт

Хочет застрелиться.


Часто слышим мы упреки от родных,

Что порой с пилой бросаемся на них,

Что порой взрываем бомбы под столом,

Взглядом стекленея.

Только снова поднимают нас с зарей

И уводят за собой в незримый бой

Рейтинг и идея.


Дмитриева Наталья Неподвижность

(Виктор Гюго. Не помню, какая вещь.)


Я

Увлекалась мистикой с рождени-

я.

Триллеры смотрела без смятени-

я,

От "Ведьм из Блэра" до "Молчания ягнят",

Но выйти замуж угораздило меня...

Муж оказался англицистом, Боже мой!

Читал Шекспира он в больнице надо мной,

А

Я не привыкла к этим мерзостным стихам,

Что выметают из мозгов попсовый хлам!

И сердце рвут они порой напополам,

Так, что оно уже не фунт, а триста грамм.


Ныть,

Когда ты мертва, конечно, поздно,

Жить

Надо было раньше, но как грозно

"Быть

Или не быть" - встает осмысленный вопрос!

А ведьмы Макбета, знакомые до слез,

Вокруг снуют и пристают как банный лист -

Видать, уж где-то крутит блюдце спиритист...

Вдруг

Людских трагедий мне открылась глубина,

Теперь, когда она мне на фиг не нужна...

И после смерти мне не обрести покой

Из-за Шекспира, будь он проклят, гад такой!


Щербак В.П. Тамарка (Без тени юмора)


Я сегодня до зари встану -

Хоть и в этот час в сети людно...

Что-то с памятью людей стало,

О войне читать теперь трудно.

Тридцать лет тому назад, сорок,

Сей рассказ рассказом бы не был.

Он бы был житейский факт, очерк.

А теперь он - сказка, мол, небыль.


И завидую я белой завистью,

Тем читателям, что так юны,

Что решать не должны, не пытаются,

Где здесь рассказ, где здесь эхо прошедшей войны...


Вот и бабушка спешит слишком

Передать соседке весть злую...

Об обратном я читал в книжках,

Но возможно, что себе лгу я.


Неужели, - подумалось с горечью -

Даже нам, черепкам той страны,

Не расслышать уже, что грохочет над полночью:

То ли гроза, то ли эхо прошедшей войны?


(Антракт. В нашем буфете вы можете отведать какао и бутерброды с красной икрой)


Ворожцов Д.А. Необъявленная война

(марш энтузиастов)


В буднях великих строек,

В веселом грохоте, в гуденье трубном,

Нужно быть осторожным,

А то ведь могут "надавать по бубнам!"

Ты по степи, ты по лесу,

Ты к тропикам, ты к полюсу -

Тебя везде найдут,

По шее надают

Те, в ком энергия кипит...


Лень мы искоренили,

Но лишь один научный факт забыли:

Разум был с нею связан,

И вместе с ней мы разум победили:

Покончили с машинами,

И дружим вновь с лучинами,

Лишь " Дезерт Иглы " мы

Пока оставили -

Но скоро сменим на копьё!


И вот теперь бегу бегом по свету:

Лапти, сума, густая борода...

Злобно крутя пращу, автора я ищу.

Если найду - получит!.. Орден Труда...


Андрощук И.К. О чем молчала бабушка

(в сопровождении французского канкана)


Один доцент задумал славу себе научную снискать.

Из старой "нокии" сумел он машину времени создать.

И вот, когда от вожделенья уже кружилась голова,

Не то с небес, не то поближе раздались горькие слова:

"Видите ли, мой доцент, очаровательный доцент,

все дело в том, что к сожаленью,

все дело в том, что к сожаленью,

отнимет "Нокия" патент".


Тогда доцент задумал славу себе снискать в былом бою,

За эту славу без раздумий решил отдать он жизнь свою.

И вот, когда от нетерпенья уже кружилась голова,

Не то с небес, не то поближе раздались горькие слова:

"Видите ли, мой доцент, очаровательный доцент,

все дело в том, что к сожаленью,

вряд ли узнают поколенья,

Про сей геройский инцидент".


Тогда доцент задумал славу убийством дедушки добыть,

а чтоб об этом все узнали, позвал он друга - проследить!

И вот, когда он всю обойму всадил в мерзавца из ствола,

Не то с небес, не то поближе раздались горькие слова:

"Видите ли, мой доцент, очаровательный доцент,

все дело в том, что к сожаленью,

все дело в том, что к сожаленью,

Злодей был скрытый импотент..."


Тогда доцент задумал славу добыть писательским трудом.

И написав рассказ на конкурс, поведал о курьезе том.

Когда рассчитывал уже он на "Букер" (или даже два),

Не то с небес, не то поближе раздались горькие слова:

"Видите ли, мой доцент, очаровательный доцент,

Похож ваш опус фантастичный

На анекдот полуприличный,

А не на авторский сюжет".


Inspektorpo... Бд-15: Духофон Эдисона

(основано исключительно на исторических фактах)


У меня зазвонил духофон.

- Кто говорит?

- Платон.

- Что вам надо?

- Два ай-пада.

- А зачем?

- Погуглить "Эвтидем".

- А... как же вам прислать?

- К дохлой кошки хвосту привязать

И выбросить в полночь на кладбище.

А потом Архимед позвонил

И сопя и чихая, просил:

- Пришли арбидолу,

Из ванны я, голый,

Вскочил и бронхит подцепил!

- Постой, ведь у духа

Ни носа, ни уха,

Как же вы принимать собираетесь?..

- Ты прав, тогда просто

Скальпелем острым

Надрежь себе руку,

И капни на трубку,

А мы из твоих

Телец кровяных

С Менделеевым нужное выделим...


А потом позвонил Пифагор:

Попросил чертежный набор.


А потом позвонил Пьер Кюри -

Заказал духи для Мари.

А потом позвонил Мендельсон

Да как начал петь в духофон!

- Феликс, прошу, погодите,

Объясните, чего вы хотите?

Но он только "ля" да "ми",

Вот пойди его и пойми.

- Повесьте, пожалуйста, трубку!

И такая дребедень

Целый день:

Динь-ди-лень,

Динь-ди-лень,

Динь-ди-лень!

То мне Фрейд позвонит, то Монтень...


Торквемада вчера поутру:

- Не вы ли убили Дунуидди?

Я рассердился, да как заору:

- Нет! Это навет! Докажите!

- А где он тогда?

- Не могу вам сказать!

Позвоните ноль-два

Или сто-двадцать-пять!

Ох, дурацкая вышла затея...

Помереть бы уж, что ли, скорее!


Чваков Д., Лежава И.К. Коллекционер

(До прекрасной стилистики авторов мне далеко, я даже пытаться не стану! Ограничусь по возможности односложными словами и минимумом грамматики).


Хорошо, когда женщина есть,

Леди, дама, синьора, фемина.

И неплохо, что в противовес

Ей показан не кто-то - мужчина!

Пусть не остросюжетный замес,

Но правдивая, верно, картина...


О том, как

У мужчины свой в мозгах мир-мир-мир-мир.

Он в нем царь, и червь, и бог сам-сам-сам-сам.

И ему это милей, чем всякий тыр-пыр,

И буль-буль-буль, и даже ням-ням-ням-ням.


А женщина

Крылышками фу-фу-фу-фу,

А он ей внимания - ноль-ноль-ноль-ноль,

И этим он в душу ей - тьфу-тьфу-тьфу-тьфу,

Сперва поперек, потом и вдоль-вдоль-вдоль-вдоль!


Тогда она

Пилочкою вжик-вжик-вжик-вжик,

А он, натура тонкая, слаб-слаб-слаб-слаб.

И он копыта в сторону - брык-брык-брык-брык.

А она: "ай-ай-ай", и слезы кап-кап-кап-кап.


Жаль, что авторы в наш интеллект

До конца не поверили шибко,

И в финале решили сюжет

Разжевать, как копченую рыбку,

Хоть нужды в этом, собственно, нет.

Пусть исправится эта ошибка...


(окончание Марлезонского балета следует)


Суржиков Роман Каштан

(в исполнении капитана Гончарова - дальнего потомка Натальи Николаевны Гончаровой)

Погиб Поэт - невольник славы -

В неравной битве за тэ-ком,

Простых людей и жизнь, и нравы,

Смеясь, он дерзко... ой, пардон!

Не то...

...Рвалась душа Поэта

Послать читателям строфу,

Восстал он против мнений света,

Как жалкий честолюбец....

Тьфу!

Да что за диво! Отчего я

Жалею сотню беглецов,

А не набор бесценный слов,

Шедевр погибшего героя?

Не то моральный предрассудок

Сильней, чем чудных песен звук,

Не то конфликт печально хрупок, -

(Мол, может, люди доживут!)

Не то ль душевное сомненье

Не удается подавить:

Что настоящий дивный гений

Готов без публики творить.


Эквус, Эсквайр Ex oriente tenebra

(Рубаи.

Краткость рецензии компенсируется оценкой)


Три гордеца в одном ряду

С Творцом играли в чехарду.

В игре не появившись, Он

Как вымысел был отметен.