# Белый механик

Данияр Каримов

Коктейль из киберпанка, космического ужастика и детектива.

0. С почином


Видавший виды люк - в кляксах облупленной краски неопределенного цвета и оспинах метеоритных ударов - с чуть слышным шипением открылся, уравнивая давление и запахи. Из недр корабля пахнуло затхлостью и сыростью, словно из утробы огромного животного, и этот зверь терзался присутствием паразитов, копошащихся внутри.


- Добро пожаловать, господа патрульные!


Небритый "клоун" в помятой, но чистой форме суперкарго картинно склонился в шутливом полупоклоне. От него несло грубой смесью сивушных масел с этанолом. В галерее за сухопарой фигурой встречающего никого не было. На ином купце, бывало, вся команда встречать выстраивалась. А тут... Пуганые ребята, досмотр не раз проходившие. С такими нужно быть настороже.


- Чем обязаны? - суперкарго излучал фальшивую любезность.


- Стандартная процедура, - не опуская оружия, рослый офицер патруля тяжело шагнул из кишки переходного желоба. Экзоскелет боевого скафандра делал его похожим на робота - бездушную и беспощадную машину убийства. - Где капитан?


- Ждет в кают-компании. Я провожу - с вашего, разумеется, разрешения.


Старший кивнул сопровождавшим бойцам. Пара осталась у переходной камеры, остальные двинулись за главным, которого, норовя ухватить под локоток, уводил вглубь корабля семенящий паяц в обличье суперкарго.


Отсек, который сухопарый называл кают-компанией, нес отпечаток попоек и, судя по вмятинам и царапинам на переборках, возлияния нередко заканчивались дебошем. Посредине стоял грубый пластиковый стол со следами неаккуратной трапезы. За грязной плоскостью восседал в компании наполовину опорожненного стакана грузный одутловатый персонаж с капитанскими нашивками. Перед ним лежал потертым экраном вверх планшет в металлическом корпусе. В планшете, следовало полагать, ждали ревизии корабельный журнал и другая документация.


- Капитан? - полуутвердительно спросил патрульный.


- Милости просим, - прохрипел персонаж и смел рукой со стола грязные пластиковые тарелки, освобождая место.


- Что за бардак? - холодно поинтересовался офицер, игнорируя приглашение. - Следуйте процедуре!


- Эх, служба, - одутловатый пьяно икнул. Из-за его спины, игнорируя формальные процедуры, возник тенью кок в черном переднике, похожий на мясника со скотобойни. Он ловко метнул на стол несколько чистых стаканов по числу патрульных и блюдо с нехитрой закусью.


- Идем порожняком, - сказал одутловатый и толкнул в сторону патрульного планшет. - Если не веришь, пошли проверить бойцов. Документы в порядке. Следуем за фосфоресцирующими имплантатами в темную туманность, будь она!


- Без большого желания идем, как погляжу, - констатировал офицер, изучая содержимое планшета.


- С навигацией в туманностях прямо беда, - одутловатый испустил вздох, призванный изобразить вселенскую печаль. - Только зевни и словишь бесхозную глыбу в борт, а то и в корму. Морока, ей-ей! Но имплантаты того стоят.


Персонаж опрокинул в себя стакан, предусмотрительно наполненный коком, крякнул и, заметив, что терпение офицера на исходе, пояснил.


- Снимаю стресс! У меня, собственно, беда. Я хочу заявить об исчезновении члена экипажа.


Офицер оторвался от планшета и с интересом взглянул на капитана корабля. Пьяница должен бы знать, что последует за подобным заявлением. Патруль вывернет корабль наизнанку, чтобы удостовериться в правдивости его слов. Пропасть без вести в закрытом пространстве корабля невозможно. Исчезнуть можно только в двух случаях - броситься в реактор или выброситься наружу, а это может быть и убийством. Если купец и торопился, то теперь о скором прибытии в туманность стоило б забыть. Торговец или тот, кто выдавал себя за него, вел какую-то игру.


- Кто и при каких обстоятельствах пропал? - спросил офицер.


- Слышал о Белом механике?


Одутловатый персонаж изменился в лице и, утеряв хамоватость, теперь с надеждой вглядывался в румяное лицо патрульного. Офицер недобро прищурился.


- Байки травить будем?


- Это не байки! - Капитан с неожиданной яростью ударил пустым стаканом по столу.


- Я чуть не обосрался, - сказал суперкарго, присаживаясь с края стола.


- Заткнись, - оборвал его капитан.


- Я о механике, - уточнил суперкарго и, приложив руку к сердцу, чуть наклонился к повернувшемуся офицеру. - Ей-богу, чуть не обосрался...


1. Парабола


В лицо дыхнуло чем-то терпким. Запах, вяжущий и неожиданно тошнотворный, вывернул внутренности, заставив резко согнуться и выскочить из мирка чужих воспоминаний. Чтение нейрозаписи на контактной пластинке памяти отняло в реальном времени физическую секунду, и вернувшаяся реальность отправила вестибулярный аппарат в нокдаун.


"Ошибка, - прошептала нейропластинка. - Требуется повторная синхронизация". Голос шелестел прямо в голове, возникая где-то на периферии сознания. Си-Ти - Симеон-Тимофей, дипломированный специалист по репутации - дрожащими пальцами содрал ее со лба. Пластинка в ладони была мягкой и теплой, словно хранила тепло кожи. Тело требовало очистить мозг от вороха чужих воспоминаний. Си-Ти прополоскало. Проклятье! Симеон-Тимофей предпочитал не пользоваться нейрозаписями других существ и испытывал к ощущению стороннего присутствия в голове что-то близкое к отвращению.


Отдышавшись, специалист по репутации выпрямился. Все еще чувствуя слабость, он оперся рукой о переборку, по которой на уровне глаз бежали наискось размашистые буквы, складываясь в слово "Механи...". Писавший торопился, и судя по незаконченному окончанию и бурым брызгам ниже имел на то весомые основания. Фломастер, которым творилось послание, был брошен на палубе. Следов борьбы в отсеке не наблюдалось.


На столике у иллюминатора стоял недопитый стакан, рядом валялся распотрошенный пакет с мультигалетами - дешевой питательной закусью из стандартного бортового меню, и что-то неуловимое шептало Си-Ти, что его вовлекают в спектакль. Едва уловимый душок бутафории мешал принять реальность драмы, разыгравшейся в тесном пространстве корабля, но в нее искренне верил здоровяк, закованный в латы тяжелого боевого скафандра. Симеон-Тимофей - среднего для хомо[1] роста, унаследованного от землян-родителей, едва дотягивал ему до плеча.


Здоровяк протянул мокрую салфетку. Он носил нашивки офицера звездного патруля и сочувствия в нем было ни на грош.


- Значит, судно нашли пустым, а? - спросил Си-Ти. Офицер покачал головой.


- Могу повторить, - терпеливо пробасил патрульный. - Транспорт Вест-Ник оставлен командой по неизвестным причинам. После обнаружения патрулем, отбуксирован к ближайшей обитаемой планете, где прошел стандартную обработку.


Специалист по репутации хищно втянул в себя воздух, пахнущий раскаленным песком, как в медотсеке после кварцевания. Крепыш не врал - корабль обработали и даже воздух заменили, но надпись на переборке оставили, да и галеты эти. Зачем? Эдак выяснится, что и судовой журнал на месте, дожидаясь пытливого читателя в целости и сохранности.


- Копия моей нейрозаписи, - патрульный многозначительно постучал себя по виску. - Как? Впечатлений достаточно?


Симеон-Тимофей задумчиво повертел пластинку в руке.


Здоровяк неожиданно оглянулся, будто услышал что-то за спиной. Кроме него и Си-Ти на корабле никого не было, лишь шелестел еле слышно в системе вентиляции ветерок, да где-то в недрах транспорта гудела тихонько обезличенная механическая жизнь. Корабль мог поддерживать себя в рабочем состоянии без команды, как и большинство современных судов. Но внеземелье безнадежно поражено паранойей. Редкий капитан не дублировал автоматические системы членами экипажа, суеверно цепляясь за жизнь во всем ее внеземельном разнообразии.


Брошенное судно, как утверждал нервный броненосец, нашли у темной туманности, получив сигнал бедствия. Транспорт дрейфовал с заглушенными двигателями. Патруль обшарил корабль, но команды не обнаружил, хотя спасательные капсулы и скафандры оставались на месте. Трюм найденыша был под завязку набит криогенными камерами. Мерзавцы специализировались на перевозке рабов - хомо и ксеноков[2], захваченных на одном из множества мелких поселений у границ галактического рукава. Места темные, порядки - варварские.


В историю таинственного исчезновения команды верилось с трудом. Во внеземелье каждому было известно, что патруль сделки на невольниках не жаловал. Если ловил за руку, оформлял в вакуум, предпочитая обойтись без церемоний и лишней бюрократии. Но Си-Ти не спешил подозревать офицера сотоварищи в хладнокровной казни. Команда, в конце концов, могла сбежать с корабля, заметив приближение патруля. Кто знает, не несло ли судно какой-нибудь малый корабль на подобный случай? Неучтенный, без следов в реестрах.


Звездный кодекс позволял патрулю застолбить найденыша, что сулило приличный барыш. Современный транспорт с приемлемым тоннажем в качестве приза, не перелатаная фотонная лохань, на которых чаще всего ходили по пространству контрабандисты. Так что служаки, пришвартовавшись на орбите ближайшего обитаемого мира, могли тут же выставить корабль на торги. Но чтобы пустить судно с молотка, не хватало самой малости - приличной истории. Кораблю с дурной репутацией трудно найти нового владельца. Те, кто ходит по галактике, оглядываются на удачу, и ее оценивали дорого. Кто купится на "Марию Селесту"[3]?


- Не понимаю, почему просто не сказать, что экипаж высажен на необитаемой планете? - Си-Ти поднял фломастер, покрутил его перед глазами и положил на столик рядом с галетами. - Это сэкономит нервы и средства. Проверять все равно никто не будет.


- Мы работаем честно, - обрезал офицер. Игру Си-Ти, исподволь набивающего себе цену, патрульный поддерживать демонстративно не хотел, а если и лгал, то неубедительно: - Конфискат будет выставлен на торги согласно правилам. С твоей помощью или без, стоимость лота будет такова, что найдется желающий.


Си-Ти мысленно усмехнулся. Здоровяк чем-то напомнил ему отчима, который с презрением относился к искусству лжи, отождествляя отсутствие гибкости с несгибаемостью. Отчасти именно поэтому Симеон-Тимофей в свое время с большим удовольствием распрощался с материнским гнездом, на половину которого имел наследственное право. Отчим не любил пасынка, и даже не делал вид, что тот ему хоть немного приятен. А Си-Ти как назло внешне и нравом походил на биологического родителя. Мать говорила, что папаша когда-то здорово подставил ее следующего избранника.


- Кому вы впарите корабль с чертовщиной? - Си-Ти изобразил скуку - примитивный, но действенный инструмент торга. Не просто же так патруль, обычно прижимистый и на сотрудничество с гражданскими скупой, решил обратиться к специалисту по репутации.


Опыт подсказывал Си-Ти, что крепыш вот-вот затянет привычную лекцию о том, что служба во всякую муть не верит. Патруль к легендам привычен, поскольку сброд, с которым ему приходиться сталкиваться чаще всего, - народ с фантазией, иногда - с больной. Поэтому верить в легенды патрулю не положено настрого.


- Я побывал на этом корабле незадолго до исчезновения команды, - напомнил здоровяк, будто досадуя, что Симеон-Тимофей забыл о содержимом контактной пластинки. - Незадолго до.


Что-то в его тоне заставило Си-Ти насторожиться. Патрульный сконфузился и опустил взгляд. Лицо его на мгновенье стало беспомощным.


- Ты же специалист по репутации, - с недоумением сказал здоровяк. - Торговец удачей! Сам-то слышал о Белом механике?


Хотелось бы взглянуть на того, кто в этом секторе галактического рукава не слышал о Белом механике. Легенду о нем пересказывали по портовым барам и социальным сетям. Си-Ти был знаком с десятком ее версий одна страшней другой, хотя основной сюжет легенды прост и даже примитивен. Но потому, наверное, она и прижилась, став частью фольклора.


Первый визит, если верить молве, Белый механик нанес на борт коммерческого транспорта. Случилось это у края темной туманности. Корабль перевозил специфический груз - замороженных рабов. В криогенный полон они попали в результате какого-то пограничного инцидента. Суть его туманна, но и не столь важна.


Бизнес в диких краях - дело циничное. Был бы барыш, а уж на чем поймать маржу - каждый волен решать сам, исходя из совести, если таковая имеется. У перевозчика ее, стало быть, не было. Но то, что карму он себе испортил основательно, экипаж осознал, когда на хвост упал патруль. Слили, в бортовой журнал не пиши?


Тут бы и сказу конец, кабы не взяла команда торговца на души еще горший грех, сбросив невольников в вакуум. Всех подчистую. Решение избавиться от груза команда приняла почти единогласно. Против голосовал только механик - то ли альбинос, то ли просто белобрысый тип с одной из холодных планет. В поселении, на которое напали работорговцы, у него дама сердца жила и, по некоторым версиям, ребенка под сердцем носила. Любаву механика сгребли вместе с остальными аборигенами и сдали купцу под роспись.


У механика с капитаном был уговор: девицу отпускают с миром, а он, механик, отработает требуемую сумму согласно прейскуранту - от звонка до звонка. Поэтому, ознакомившись со мнением большинства, влюбленный вытащил ствол и потребовал переголосования. Команда с ним, естественно, не согласилась. Бедолагу скрутили и выбросили за борт вместе с рабами.


Перед тем, как люк шлюза открылся, механик, по легенде, проклял продажный экипаж. Но сначала никто не предал этому особого значения, тем более, что трюк с пустым трюмом удался. Патруль, обшарив купца, в конце концов отпустил его с миром. А через полетные сутки пустой и мертвый транспорт вынырнул на орбите одного из обитаемых миров. Ни души, словно и не было никого, и только алела надпись на переборке в пилотском отсеке - "Берегись Белого механика"!


- Берегись Белого механика? - Си-Ти усмехнулся и глянул на надпись на переборке. У офицера странно блеснули глаза.


- Так что там с пропавшим механиком? - спросил Симеон-Тимофей.


- Не досмотрел, - наконец догадался патрульный.


- Расскажи своими словами, - попросил Си-Ти, чувствуя, как вновь накатывает дурнота. Здоровяк повел плечами.


- Капитан транспорта утверждал, что нечто утащило механика в космос. Сквозь стены. Механик...


Патрульный замолк, словно собираясь с мыслями и пытаясь подобрать правильные слова.


- Им казалось, что механик сбрендил. Он бормотал о призраках, нарушающих работу систем, том самом Белом механике, бродячих мертвецах и прочей белиберде. А потом включилась трансляция из каюты, в которой что-то напало на беднягу - все члены экипажа видели ее в общей сети. Но вот в чем странность: записей инцидента не сохранилось, словно это "что-то" аккуратно все за собой подчистило.


- Информацию могли запросто стереть человеческие руки, - предположил Си-Ти, еле сдерживая ухмылку. - Команда, если я верно понял, уничтожила следы, указывающие на запрещенный груз. А?


- Ты, похоже, видишь во мне идиота, - патрульный недобро осклабился, от чего гражданский осекся. - Так, торговец удачей?


Специалист по репутации примиряюще поднял руки.


- Корабль мы проверяли от обшивки до реактора, - процедил офицер. - От капсул с рабами, чтоб ты знал, экипаж Вест-Ника избавился, едва засек хвост. Сбросили, паскуды, людей в астероидном поясе. Тайную метку оставили, чтобы потом вернуться. Судя по тому, что сейчас капсулы в трюме, вернулись.


- Пленных до сих пор не разморозили? - Си-Ти присвистнул, искусно смешав удивление с негодованием. Офицер виновато покачал головой.


- Чем кормить и где содержать такую ораву? Целесообразней и гуманней до разморозки доставить пленных в пункт реабилитации, где окажут квалифицированную помощь. В центральные системы. Этим и займешься, а заодно покажешь, что Вест-Ник чист как вареное яйцо. Никакой чертовщины. Для протокола, разумеется. Если с кораблем что-то неладно, знать об этом должны только ты и патруль. Все понятно?


Симеон-Тимофей протестующе замахал руками.


- Постой, офицер! Я специалист по репутации, а не экзорцист или перевозчик.


Офицер презрительно прищурился.


- Дрейфишь?


- Ничуть, но не пойму, к чему такой темп, а? Каковы условия?


Офицер смерил визави взглядом, наполненным скукой.


- Нам прекрасно известно, что ты безнадежно застрял в захолустье, - сказал здоровяк. - Готов податься в узловые миры хоть на попутной барже. Тебе предложили билет и любой на твоем месте принял бы с должной благодарностью.


Удивленно округлив глаза, Симеон-Тимофей с возмущением поцокал языком. С перспективами вне узловых миров и вправду было не ахти, тут собеседник был прав. Но разве разумный хомо станет окунаться в омут, только потому что по пути? Патрульный, разглядев сомнения, покровительственно похлопал по плечу.


- Мы готовы платить за твои услуги по стандартному контракту - как привлеченному гражданскому специалисту. Договор официальный, с соцпакетом и страховкой. Как, радует?


Офицер подставил служебный коммуникатор, на активную плоскость которого всплыл контракт. На панели призывно мигнуло окошко сканера, готового считать отпечатки наемника и завизировать документ.


- Если возражений нет, считай, что патруль уже заключил с тобой договор. Доступ к счету ты получишь по прибытию в указанную контрактом систему. Если выяснишь, что случилось с командой транспорта, гарантируем премиальный коэффициент.


- Черт, а? - Симеон-Тимофей демонстративно сложил руки на груди. - Я никуда не полечу в одиночку!


- В одиночестве лучше думается, но тебе составят компанию, - сказал офицер и сверился со служебным коммуникатором. - Специалист по репутации, ты полетишь в сопровождении двух бойцов под командованием капрала Тарк. Большего миссия не требует.


- Хорошо, - согласно кивнул Си-Ти. - Но ответь на один вопрос: в чем интерес патруля на самом деле, а?


Здоровяк несколько секунд изучал его зрачки, потом отвернулся и сказал в сторону: - Я хожу в пространстве не первый десяток стандартных лет и вот что знаю: нет чертовщины, есть явления. И патруль должен узнавать о них первым. Удачи, специалист по репутации! Надеюсь, она тебе не понадобится. Иначе чем тебе торговать?


2. Скиталец


Си-Ти и тройка рослых патрульных с шевронами космопехоты заволокли по главной галерее корабля несколько ящиков с оружием, боеприпасами и другим армейским добром, которое военные не доверяли автопогрузчикам. Торговец удачей находил в этом верные признаки паранойи, но держал мнение при себе. Космопехота к психотренингам не располагала. Он это понял, едва бойцы принялись молча стаскивать ящики в кают-компанию, превращая уголок возлияний в опорный пункт сопротивления вероятному агрессору. Скупые выверенные движения, одинаково мощные фигуры, бесполые фамилии на латах, запах нагретого пластика и металла. Они даже не удосужились снять шлемы, скрывающие лица. О задушевных беседах с таким сопровождением можно было забыть.


Окончательно уверовав, что сопровождение не настроено даже на установление вербального контакта, Симеон-Тимофей отправился на мостик, пытаясь подавить раздражение. Провести пару недель в закрытом пространстве с социопатами, все равно, что лететь одному. Оставалось надеяться, что через день-два патрульным надоест разыгрывать перед ним подготовку к военному смотру.


Человеческого участия взлетная процедура не требовала, да и лететь до пункта назначения предстояло на автопилоте, однако иллюзия причастности к работе судна несколько успокаивала нервы. Си-Ти стоически вышагивал по центральной галерее к головной части, когда из туннеля, ведущего к каютам, выехал дроид-уборщик, ощетинившийся щетками. Замызганный цилиндр едва не сбил человека с ног и скрылся в другом отсеке. Проводив робота недоуменным взглядом, Симеон-Тимофей заметил оброненный уборщиком обрывок писчей бумаги. Вот уж чего он точно не ожидал увидеть! Бумага в космосе не самый надежный материал хранения информации, хрупка и замедляет обмен данными.


Сунув обрывок в карман, торговец удачей продолжил путь к выбранной конечной.


Командный отсек был просторным и представлял собой что-то вроде двухъярусного сектора амфитеатра перед обзорным иллюминатором. Верхний уровень отводился капитану, штурману и старпому, нижний - связисту, оператору противометеоритных систем и пилотам. Кроме Си-Ти людей здесь сейчас не было, и он не без удовольствия занял главный ложемент, сочтя его удобным.


- Предстартовая проверка завершена, готовность к взлету тридцать секунд, - сухо сообщил корабль пассажирам. Специалист по репутации сочувственно улыбнулся, на мгновенье представив, как забегали в кают-компании. Ложементов в ней он не заметил.


Транспорт легко взмыл по гравитационному колодцу, блеклый горизонт согнуло в дугу, пронеслось мимо искусственное кольцо орбитальных станций и астероидов, согнанных со всей системы для разработки полезных ископаемых. Шар, укутанный в серый облачный плед, быстро превратился в одну из мириада точек, чтобы затем затеряться в россыпи звезд. Вест-Ник, следуя программе, на досветовой скорости уходил в сферу Оорта - подальше от крупных космических тел, чтобы совершить первый прыжок. Симеон-Тимофей мысленно попрощался с планетой, которая не была, и не стала родной. Да и могла ли, если не существовало тверди, из праха которой он создан?


Облачный шар, оставшийся за кормой, был чужд Си-Ти, как и любому другому уроженцу маленького угрюмого мирка Скита - старого колониального корабля на десять тысяч душ, отправленного невесть когда к далекой оранжевой звезде в малоизученной части галактического рукава. Строители транспорта в ту пору еще не обладали технологиями дальней связи, сверхсветовых скоростей и гиперпрыжков, но очень торопились разбросать семя по галактической спирали. Однако вселенная не терпит суеты.


На полпути к цели корабль, ведомый к цели уже шестым поколением "скитальцев", неспешно проплывал мимо безымянной системы, значившейся непригодной для обитания. Тут-то и обнаружилось, что их экспресс безнадежно опоздал. Одна из планет оказалась заселена потомками тех, кто давным-давно послал Скит в долгий полет. За время, которое колониальный корабль провел в космосе, прогресс шагнул далеко вперед. На фоне новых судов, доступных хомо, транспорт, когда-то считавшийся чудом конструкторской мысли, выглядел артефактом - ржавым, древним, огромным и чудовищно медленным.


Симеон-Тимофей был слишком мал, чтобы помнить те дни в деталях, но для взрослых "скитальцев", включая его родителей, новая действительность, конечно же, стала катастрофой. Одни потеряли рассудок, другие - цель в жизни. По кораблю прокатилась цепочка суицидов, а когда волна отчаяния спала, большая часть обитателей транспорта решила немедля сойти на твердь. Вместе с раскольниками корабль покинула и мать Си-Ти, забрав сына с собой. Биологический отец, которого торговец удачей едва помнил, остался на Ските - вместе с горсткой ополоумевших фанатиков, решивших продолжить миссию несмотря ни на что.


Поймав себя на мысли, что ищет среди звезд ту, к которой продолжил полет злосчастный Скит, Си-Ти встряхнул головой, сбрасывая морок воспоминаний. Он никогда не встретится со свихнувшимся папашей. Чем добровольное заключение в старом колониальном корабле лучше участи рабов, вроде тех, что заперт в криогенных ячейках трюма Вест-Ника?


Специалист по репутации откинулся в кресле и, чтобы отвлечься от тяжелых мыслей, принялся изучать электронную копию судового журнала, услужливо оставленную офицером.


Как и предупреждал патрульный, никаких зацепок в документе не было, да и странно было б их там обнаружить. Но Симеон-Тимофей старался для себя, чтобы очистить совесть. Кто знает, вдруг то, что могло пролить свет на судьбу экипажа Вест-Ника, лежало на поверхности? Известное дело: самый лучший способ что-то спрятать, положить это что-то на самом видном месте. Слепое пятно, как ни удивительно, расположено аккурат под носом. И чем любопытней нос, тем большую отбрасывал тень, в которой скрывалась истина.


Закрыв копию журнала, Си-Ти решил размяться. Не отправиться ли в поход по жилым отсекам? Первой в мысленном списке обозначилась каюта несчастного механика, где гражданский специалист уже бывал - до взлета, когда взгляду еще было за что уцепиться. В тесном отсеке, где коротал время несчастный, тогда царил беспорядок, не указывающий, однако, на то, что здесь происходило что-то неестественное. Целостность переборок не вызывала сомнений, так что проникновение извне исключалось. Что могло привидеться экипажу, Симеон-Тимофей не представлял. Механик мог покинуть каюту только через дверь, если, конечно, не испарился. Сменив агрегатное состояние, тело вполне могло просочиться сквозь вентиляцию, но трансформация такого порядка сопровождается выбросом большого объема энергии. Ее бы зафиксировали датчики.


Галерея с жилыми отсеками по обе стороны была ярко освещена и девственно пуста. Си-Ти прошел мимо кают офицерского состава, старпома и капитана. Он бегло осматривал эти отсеки еще в порту, подыскивая апартаменты, где мог бы пользоваться относительными удобствами несколько дней полета. Обитель капитана вызывала гнетущее чувство. Все указывало на то, что обитал в ней старый, одинокий и глубоко несчастный аскет, которому было плевать на удобства. Узкий клозет, душевая кабина с сальными стенками, пустой потертый столик, спальная ниша с самоочищающимся матрасом - не постель, а лежанка, шконка! Постельного белья капитан Вест-Ника почему-то не признавал. Однако некоторое эстетство было ему не чуждо. Над изголовьем тихо шелестела волнами объемная репродукция морского пейзажа. На палубе под ним, вспомнилось вдруг Си-Ти, серел клочок бумаги, такой же, как оброненная взбалмошным механоидом.


С ощущением, что упустил что-то важное, Симеон-Тимофей замедлил шаг, а затем вернулся к каюте капитана. Дверь была не заперта и с тихим жужжанием скрылась в переборке, приглашая внутрь. Торговец удачей немного помялся снаружи, оглядываясь по сторонам, наконец сдался и вошел.


Перед отлетом личные вещи членов пропавшего экипажа вынесли, и каюта грязнули превратилась в стандартный отсек со встроенным шкафом, привинченным к палубе столиком и спальной нишей. Однако в пустой каюте Си-Ти поймал себя на неожиданном ощущении. За ним как будто кто-то следил, и этот кто-то не имел отношения к патрульным.


Торговец удачей глянул в черный зрачок камеры интеркома - стационарной корабельной видеосвязи, интуитивно сделал шаг в сторону, каким-то звериным чутьем ощущая, что уходит в мертвую для обзора зону, и внимательно осмотрелся. Одна из настенных панелей едва заметно выдавалась среди остальных. Си-Ти легонько постучал по ней костяшками пальцев. Звук был гулким. Торговец удачей поскреб по краям, зацепился ногтями и панель подалась. За ней обнаружилась небольшая ниша, в которой покоилась потрепанная кожаная папка с архаичным скоросшивателем.


Симеон-Тимофей торжествующе щелкнул пальцами. Капитан, конечно, был негодяем и безбожно подчищал электронный судовой журнал, но для себя старый жук вел записи на бумаге! Вот только вряд ли он собирался оставить папку здесь. На судне, видимо, действительно что-то стряслось.


Руки сами раскрыли журнал на странице с последней записью. Си-Ти почувствовал разочарование. Через всю страницу торопливо бежали кривой строчкой несколько букв, складываясь в два слова "белый механик". Капитан Вест-Ника, похоже, рехнулся.


Тишину каюты разрезала трель интеркома. Симеон-Тимофей торопливо сунул журнал за пазуху и вернулся в видимую для глазка камеры зону. Сигнал шел из кают-компании, где окопались патрульные. Торговец удачей открыл сеанс связи. Экран коммуникатора засветился темно-серым. Камера по ту сторону то ли сгорела, то ли была выключена, однако Си-Ти был уверен, что его точно видят.


- Гражданский специалист Симеон-Тимофей?


Голос из коммуникатора был живым и мелодичным сопрано. Женщина пикантно грассировала и Си-Ти невольно встрепенулся. Ему нравились женщины, не боявшиеся профессий, противопоказанных нежному естеству.


- Здесь капрал Тарк! Командир приказал информировать тебе о наших передвижениях по кораблю. Нам необходимо пройтись по судну и установить кое-какую аппаратуру, чтобы обеспечить контроль жизненно важных узлов. Как старшая в тройке, приглашаю присоединиться.


Что ж? В конце концов, журнал никуда не убежит, а сопроводить по кораблю леди с поставленным сопрано велит сам случай!


3. Склеп


Без глухих шлемов патрульные выглядели совсем не так брутально, как представлялось. Тяжелые панцири боевых доспехов скрывали вполне осязаемые, хрупкие человеческие тела. Выводить особый подвид для служб правопорядка цивилизация хомо так и не решились. Големы по-прежнему наводили на большинство умов животный ужас.


Дамой в железных перчатках была смуглая коротко стриженная шатенка с крупными и жесткими чертами. К разочарованию Си-Ти, тщательно, впрочем, скрываемому, капрал даже близко не отвечала его вкусам. Удивительно, как часто голос не соответствует внешнему облику хозяина.


Вторым номером выступал конопатый толстогубый мужчина с веселой фамилией Веснушка и плутоватой физиономией, больше подходящей портовому шулеру, чем защитнику от флибустьеров. Словно оправдывая невольные ассоциации, он убирал с крышки одного из ящиков колоду карт. На патроны они тут что ли играют?


Третий патрульный выглядел техногенной аномалией. Половину гладко выбритого черепа синюшного цвета покрывала выпуклая пластина имплантата. В одной из глазниц киборга зловеще светился красный огонек. Но, судя по вполне человеческой фамилии на латах "Штоф" он еще считал себя хомо. Роботы имен не признавали.


Увидев входящего торговца удачей, патрульные одновременно поднялись.


- Здравия желаю, - молодцевато отсалютовал Симеон-Тимофей. - Гражданский специалист к выгулу готов!


- Гляди-ка, шутник! - киборг толкнул в бок конопатого плута. Голос третьего номера оказался хрипловатым. Возможно он был бы приятным, если б связки увечного не издавали едва уловимое механическое дребезжание. Си-Ти представилось, как в горле Штофа вертятся, взвизгивая, разнокалиберные шестеренки, из-за чего "шутник" слышался как "зжутник".


- С ним ("З ним") поди и выпить можно, - продребезжал киборг. - Или нельзя? "Скитальцам" разрешено?


Симеон-Тимофей почувствовал легкую обиду от несправедливости. Патрульные ознакомились с его досье, а он о них еще ничего не знал.


- "Скитальцы" остались на Ските, а он - здесь, значит никакой он не "скиталец", а "раскольник", - просветил товарища Веснушка и подмигнул Си-Ти. - "Раскольникам" все можно, и, клянусь твоим процессором, наш пройдоха уже приложился!


Изъяснялся конопатый, сглатывая гласные, и получалось что-то вроде "А-н, наверна, в-же". "Шулер" выговаривал слова уни-языка на манер уроженцев миров ядра. - Не знал, что на мостике есть специальный бар? Капитанский!


Последнее слово Веснушка произнес торжественно и по слогам.


- В бар ныряем только по прилету, - твердо, но беззлобно осадила шатенка, с полуулыбкой наблюдая, как гражданский беззвучно открывает рот, тщетно надеясь вклиниться в бурный поток чужого речитатива.


- А я что? - притворно вздохнул киборг. - Мне вообще пить нельзя. Медики так и наказывали: не вздумай, дорогой, голова болеть будет!


- Чему там болеть? - хохотнул конопатый. - Чипы одни!


- Разговорчики! - Тарк повысила голос. Шутливая пикировка закончилась, позволив Си-Ти переварить в себе диссонанс первого и свежего впечатлений о тройке сопровождения. Скучным, неожиданно подумалось ему, полет все же не будет. Радоваться этому или печалиться, торговец удачей пока не решил, но несколько расстроился, когда ему всучили увесистый ящик с трафаретным черепом на крышке.


- Ты должен помочь, - твердо сказала шатенка, но киборг за ее спиной при этом едва не прыснул. Симеон-Тимофей поджал губы.


- Сначала пройдем по верхней палубе, - миролюбиво продолжила Тарк. - Охватим головной, жилой и хозяйственный сектора, потом спустимся в трюм и на техническую палубу. Рекомендую запастись терпением.


Си-Ти обреченно кивнул. Тащиться по кораблю с грузом, оттягивающим руки, совсем не улыбалось. Веснушка, заметив его расстройство, ободряюще хлопнул по плечу. Не печалься, дескать, неудобства временны. Сам патрульный взял два ящика. Штоф взвалил на себя три. Искусственной в нем, наверное, была не только голова. Тарк пошла налегке, отяготившись только контрольным прибором - матовым кубом с экраном на одной из плоскостей.


Несмотря на легкий настрой, боевая троица относилась к миссии серьезно. Патрульные деловито вскрывали панели, усердно лепили какие-то датчики, намертво примагничивали к переборкам непонятные для непосвященных устройства. Разговор вслух вояки теперь вели рубленными, короткими фразами с обилием "готовность", "активно", "понял" и "так точно", без намека на фривольность. Си-Ти подозревал, что во внутренней сети боевых шлемов создан недоступный ему чат, в котором патрульные вовсю потешались над гражданским. В человеческих стаях всегда ищут объект для насмешек, а кое-где поиск "белых ворон" превращается в национальную забаву.


Пустые и ярко освещенные каюты по обе стороны главного коридора, одновременно открытые кораблем по команде Тарк, оставляли тягостное впечатление. Стерилизация лишила жилые ячейки налета индивидуальности, накопленной в сожительстве с прежними обитателями. В выскобленных оболочках искусственных сот больше не осталось запахов, не присущих пластику и сплавам. Так пахнут новые корабли, но Вест-Ник таковым не был, и этот диссонанс пугал, ведь еще несколько дней назад в этих отсеках обитали живые существа.


У капитанской каюты Си-Ти остановился. Тарк сотоварищи увлеченно колдовали над стеновой панелью дальше по коридору. Гражданский специалист опустил ящик, прислушиваясь к ощущениям. Чувства невидимого присутствия больше не возникало. Симеон-Тимофей неуверенно вошел внутрь и закрыл глаза, чтобы сосредоточиться, но то ли патрульные спугнули паранойю, либо безвестный соглядатай, если таковой существовал в реальности, бесследно исчез. Торговец удачей покинул каюту со смесью облегчения и разочарования. Послевкусием странного коктейля было недоумение: он словно только что побывал в отсеке, в который досель и не заглядывал.


Верхняя палуба наконец закончилась и люди остановились у перехода к нижним уровням. Тарк многозначительно подняла голову, безошибочно определяя местонахождение камеры визуального контроля, по которой центральная система корабля могла наблюдать за группой. Веснушка с многозначительным видом постучал костяшками пальцев по сомкнутой диафрагме люка.


- Отопритеся, отворитеся, - фальцетом пропел он, заговорщицки подмигнув гражданскому. - Ваша мать пришла - молока принесла[4]!


Вест-Ник распознал сигнатуры[5] и послушно распахнул зев, распечатывая трюм. Изнутри мрачного чрева пахнуло металлом и едким душком химикатов. С щелчками вспыхнули люминесцентные лампы, окрашивая пространство в холодную, мертвенную гамму. Под ногами еле слышно хрустел иней, придавая корабельному брюху схожесть со склепом.


Вглубь и в стороны насколько хватало глаз тянулись ряды вертикально установленных глыб правильной формы из зеленоватого прозрачного льда, прозрачного настолько, чтобы разглядеть запечатанных в них невольников. Десятки, сотни узнаваемых фигур, очертания которых не перепутаешь с другими видами. Корабельное брюхо было набито замороженными человеческими телами. Си-Ти поежился и покосился на сопровождающих. Живые в ледяном паноптикуме были лишними.


- Добро пожаловать в морг, - мрачно проскрипел Штоф, сумев передать интонацией, насколько ему неприятно находиться в трюме. Тарк наградила его ледяным взглядом и молча вошла в лес искусственных торосов. Киборг исторгнул вздох, сопровождаемый щелчками и хрипом, и тяжело потопал следом, увлекая Веснушку. Си-Ти на негнущихся ногах поплелся в хвосте. Он опустил взгляд, концентрируясь на мысли, что не хотел бы сбиться с воображаемой тропы, проложенной патрульными, но что-то все же заставило поднять голову.


Сквозь лед на Си-Ти смотрела, широко распахнув невидящие глаза, испуганная девочка. Сколько ей? Лет шесть-семь? Кого малышка искала взглядом перед заморозкой? Мать? А вот, наверное, и она - миловидная женщина средних лет сжала губы и закрыла глаза, скорбно прижав руки к груди, будто не желая видеть, как ребенка превращают в кусок холодного стекла. Молодой мужчина, застывший в следующей глыбе, что-то яростно кричал. Другой, напротив, - умоляюще заламывал руки. Гримасы ужаса и боли, злобы и ненависти перемежались с масками глупого недоумения, буддистского отрешения и безучастного спокойствия.


У одной из ледяных призм Симеон-Тимофей замедлил шаг. Человек внутри показался знакомым. Торговец удачей моргнул и понял, что обманулся выражением лица замороженного. Такой же апатичной была физиономия у его школьного учителя в средних классах. С рыбьей миной он ходил во время уроков между партами и постукивал деревянной линейкой по спинкам стульев. "Не спим, - говорил учитель ровным тоном, от которого еще больше хотелось дремать. - Не спим".


- Не спим! Двигаемся-двигаемся! Тут не жарко! - Бодрое сопрано капрала Тарк выдернуло Си-Ти в реальность. Патрульная была права: гражданский специалист начинал замерзать, несмотря на плотный полетный комбинезон.


- Простите, задумался, - пробормотал Симеон-Тимофей.


- Не дрейфь, - ободрил киборг. - Мертвые не кусаются!


- Разве они мертвые, а? - Си-Ти покосился на ближайшего невольника.


- Технически, - киборг похлопал ладонью по одной из глыб. - Самая дешевая и, конечно же, самая небезопасная технология глубокой заморозки. Процентов пять из этих бедолаг не выживет. Но кого интересуют потери, пока их покрывает стоимость всей партии рабов!


Киборг развел руками в разные стороны, словно пытаясь охватить трюм.


- Все биологические процессы остановлены, - провозгласил он. - В глубокой заморозке даже снов нет. Был человек и выключили. А знаешь, что будет, если по такому куску льда хорошо вдарить гидромолотом? Он треснет, и у при разогреве может отпасть конечность, а может и внутренний орган рассыпаться. Беда, а не технология!


- Откуда такие познания? - спросил Си-Ти и осекся, вспомнив о том, почему про себя прозвал собеседника киборгом. Неужели Штофа тоже когда-то заточили в такую капсулу, а потом прошлись по ней кувалдой?


- Ему об этом хорошо известно, - встрял в беседу конопатый патрульный и, будто почувствовав направление мыслей Си-Ти добавил. - Но к бандуре на его голове это не имеет никакого отношения.


- Благодарю за пояснения, - пробубнил Си-Ти.


- Всегда пожалуйста, - сказал Веснушка, явно готовый ответить и на другие вопросы. Си-Ти вдруг подумалось, что конопатому патрульному тоже по себе в царстве ледяного ужаса.


- Кого тут беспокоит моя голова? - Штоф изобразил искреннюю обиду. - Тебя?


- Ничуть, - покачал головой Симеон-Тимофей.


- И хорошо, и правильно, - поддержал киборг. - Ты за меня не переживай. Я не ущербный, и мне комфортно.


- Еще бы, - Веснушка постучал пальцем по металлу на голове товарища. - В голове нашего железного Штофа, между прочим, сейчас целая тактическая система работает. Интересное, наверное, ощущение?


- Неописуемое, коллега, - кивнул Штоф. - Как баобаб. Слыхал о таком?


- Эндемик со старой Земли, реликт, - блеснул эрудицией Веснушка и обратился к Си-Ти. - Знаешь, почему баобаб неописуем?


Тот пожал плечами. Таинственный баобаб мог быть экзотичным растением, животным или насекомым. Флора и фауна прародины хомо торговца удачей никогда не интересовали.


- Потому что никто не помнит, как он выглядел, - ехидно прожужжал Штоф. - Старая байка, коллега!


- Соглашусь, - сказал конопатый. - Но он-то ее не знал!


- Подтверждаю, - обреченно признал Симеон-Тимофей, размышляя, почему разговор с патрульными вновь свелся к монологу двуглавого болтуна - Веснушка и Штоф удивительно дополняли друг друга и, казалось, могли заговорить любого до смерти. Попади к таким на допрос...


- Штоф, - Си-Ти замолчал, подбирая слова. - Твоя модификация... Почему, а?


- Думаешь, это добровольно? - Штоф прищурил человеческий глаз. Второй продолжал гореть ровным красным огнем, бесстрастно сканируя гражданского.


- Ты наступил на самое больное, - предупредил Веснушка Си-Ти. - И это не мозоль!


- Извиняюсь, - Симеон-Тимофей запоздало изобразил раскаяние. Киборг, почувствовав неискренность, поднял указующий перст.


- Я - человек, - произнес он.


- Я предупреждал, - вздохнул конопатый.


- Хо-мо! - повторил по слогам Штоф.


- Разумеется, - сказал Си-Ти. - Я просто спросил. Забудем, а?


- Принято, - холодно бросил Штоф и прошел вперед. Симеон-Тимофей посмотрел ему в спину, потом на Веснушку и развел руками. Тот понимающе кивнул.


- Мы тут станцию брали, - сказал конопатый, когда Штоф удалился на несколько шагов. - Много гражданских было, иначе б просто - чик! - и с дистанции в пыль. А так внутрь пришлось идти. М-да... Станционары оказались упертыми. Парламентеров расстреляли, заложников стали казнить. А такое, сам понимаешь, не поощряют. В общем: штурм, месиво, секцию одну отбили, и контратака. Меня в трех местах продырявили, хоть сейчас в духовой оркестр. Тарк руку по локоть оторвало. Она у нас теперь как капитан Крюк. Будет комбинезон снимать - отворачивайся. Штоф очнулся, полбашки в металле! Представление в лазарете устроил, мама не горюй. Фильмы про восстания машин смотрел? Что-то похожее! И вот наша теплая компания летит поправлять здоровье в миры ядра. Нас, ясное дело, быстро поправят. Ему год-два отводят на регенерацию мозга и восстановление нейросетей, ну и еще какое-то время на пластику. А Штоф наш себя красавцем мнил. Видишь, как сокрушается. Так что береги голову, Сема! Или тебя лучше Тимой звать?


- Я - Си-Ти, Симеон-Тимофей, - поправил торговец удачей. Панибратство ему не нравилось. Специалист по репутации нацепил маску деловитой отстраненности и догнал шагавшую впереди Тарк. - Мы не планируем осмотр других отсеков, а?


По нижней палубе, отданной на откуп разнообразной технике, двигались после депрессивного трюма удивительно быстро. Киборг жаловался на повышенную радиацию, к которой оказалась чувствительной его изуродованная голова. Системы контроля корабля с ним не соглашалось. Утечек автоматика не обнаружила даже в реакторном отсеке, опекаемом надежными автоматами. Конопатый подтрунивал над товарищем, и они беззлобно переругивались. Тарк иногда на них порыкивала, чтобы услышать в ответ "Так точно" или "Никак нет". Но через какое-то время подчиненные вновь затевали перебранку. Боевая тройка, как показалось Си-Ти, теперь откровенно скучала.


Сам он с интересом вертел головой, пытаясь понять ритм, которым жила техническая палуба, пахнущая озоном, нагретыми маслами и канифолью. Механическое царство, раскинувшееся на нижнем уровне корабля, играло сложную партию, жужжа манипуляторами, шурша колесами и лязгая гусеницами обслуживающих роботов разных форм, расцветок и предназначения. Автоматы заменяли Вест-Нику целую команду и человек был здесь вроде божества: имел высший статус, но ни во что не вмешивался, да и вряд ли бы понял, что делать.


Технические отсеки закончились запасным коридором, выходящим к переходу на палубу с жилыми отсеками. В углу у самого выхода в главную галерею виновато мялся знакомый уборщик, но сил на экзекуцию над механическим хамом уже не осталось. Симеон-Тимофей распрощался с сопровождением и заперся в каюте, где лег за журнал, предварительно заклеив камеру интеркома пластырем, найденным в корабельной аптечке.


4. Хмарь


Капитан Вест-Ника оказался скрупулезным человеком, что не вполне вязалось с образом, запомнившимся офицеру патруля. Удивительно, но пропойца успевал не только командовать судном, но записывать координаты прыжков, условия полета между точками входа-выхода, наблюдаемые явления и маневры уклонения от патрулей. Работорговцы следовали сложным маршрутом, что вполне объяснялось стремлением запутать следы.


Большая часть полета проходила без значимых происшествий. Юнга чуть не отхватил палец на камбузе, сунув руку в кухонный агрегат. Связист спьяну уснул в шлюзе, и его едва не выбросили в вакуум. Боцман и кок устроили драку из-за смазливой шлюхи в глобальной сети. То ли по дурости, то ли потехи ради, девица назначила обоим сеансы вирта в одно и тоже время. Потом появились записи о сбоях в системах корабля и первое сообщение о механике. Капитан скупо описывал нервный срыв подчиненного, которому предшествовал сбор ледяных капсул с рабами в точке рандеву с поставщиком. Невольников капитан называл мороженым. Мороженым! Си-Ти передернуло. Каково, а? Мерзавец!


Механик требовал инспекции, утверждая, что на борт вместе с рабами поднят неизвестный груз. Автоматика сообщала обратное. Старпом, согласившийся с ней, вызвал у механика приступ бешенства и едва не подвергся насилию на глазах других членов экипажа. Мордобой пресекли и заперли механика в каюте. Судовой врач объяснял срыв переутомлением, и рекомендовал отстранить бедолагу от исполнения обязанностей на ближайшие сутки. Из каюты механик через несколько часов и пропал...


- Минутная готовность к прыжку, - оповестил корабль по громкой связи. Симеон-Тимофей ненадолго оторвался от журнала, чтобы закрепиться. Момент прыжка он пропустил: следующая страница содержала запись, которую Си-Ти нашел более любопытной. Капитан сообщал, что вместе со старпомом уходят закрыть шлюз, который заклинило при бегстве остальной части экипажа. Интересно, от кого? Страницы из журнала, которые могли бы пролить на это свет, отсутствовали. Что за недоразумение?


Си-Ти вытащил из кармана обрывок, оброненный уборщиком, и приложил к журнальному листу. Бумага была той же. Ах ты ж, ржавая соковыжималка!


Торговец удачей выскочил из каюты и бросился туда, где в последний раз видел уборщика, как вдруг взвыли сирены и что-то сбило Си-Ти с ног. Симеон-Тимофей крепко приложился затылком об палубу, зашипев от боли и негодования. Какого, а?


Чья-то мощная рука еще сильнее прижала Си-Ти к горизонтали. Над торговцем удачей возвышалась грозная фигура в латах патруля. Одной рукой боец удерживал гражданского на палубе, а второй - оружие, недвусмысленно направив ствол в сторону, откуда бежал торговец удачей. Потом хватка немного ослабла, и Симеон-Тимофей сумел, наконец, прочитать фамилию на нагрудном значке. Бронированным богатырем оказалась капрал Тарк.


- Гражданский специалист! - прошипела она, не поднимая забрало шлема. - Началась боевая операция! Бегом в кают-компанию, без команды не выходить!


- Что, а? Что случилось?!


- Потом, - бросила Тарк и отпустила Си-Ти. Сирены тут же умолкли. Патрульные напряженно застыли. Замер и Си-Ти.


- Что за на? - поинтересовался Штоф куда-то в пространство, а затем сказал уже товарищам. - Отсутствие активности.


- Надо проверить, - сказала капрал. - Гражданского в кают-компанию. Охраняй, пока не вернемся.


- Есть, - Штоф взял под козырек. Тарк и Веснушка отправились скорым шагом по коридору вглубь корабля, киборг потащил гражданского специалиста в противоположную сторону.


Пока Симеон-Тимофей изучал журнал, патрульные превратили кают-кампанию в оперативный штаб. Ящики с арсеналом и боеприпасами были сдвинуты к стенам. Центр отсека занимал штабной стол, над которым проецировались объемные картинки с нашлемных камер патрульных и полупрозрачная модель корабля, внутри которого двигались яркие точки. Велась автоматическая запись. Киборг подтолкнул легонько торговца удачей к столу и занял одно из кресел рядом, внимательно наблюдая за видеотрансляциями от товарищей.


- На нас напали? - спросил Си-Ти.


- Датчики засекли активность, - задумчиво сказал Штоф, красный огонек в изувеченной глазнице не двигался. - А сейчас активности нет.


- Глюк? Сбой, а?


- Исключено, - киборг кивнул на проекцию корабля. - Наша система безопасности сопряжена с бортовой. Она не глючит по определению.


Штоф ткнул пальцем в галерею у отсека, в котором Симеон-Тимофей опознал мостик.


- Там было что-то крупное, быстрое, с нераспознанным метаболизмом, - проскрипел киборг. - А сейчас - ничего. Так не бывает.


Симеон-Тимофей ощутил неприятный холодок, словно что-то неведомое и оттого очень-очень страшное задышало в затылок. То же чувство испытывали двое патрульных, вернувшихся в штаб. На немой вопрос Штофа, конопатый развел руками.


- Без следов. Не понимаю.


- А что искали? - спросил Си-Ти.


- Он еще не видел? - Тарк обратилась к киборгу. Тот отрицательно качнул головой. - Никак нет.


- Что не видел, а? - заерзал Си-Ти. Штоф взглядом переадресовал вопрос капралу. Тарк кивнула: - Покажи.


Над столом всплыла картинка с кляксой мутной белесой хмари. Нечто двигалось по главному коридору, стремительно, словно очень спешило. Пятно поймали несколько камер, пока у мостика морок не рассыпался, будто ничего и не было. Киборг замедлил изображение. Чужак имел очертания вытянутого овала, но больше ничего определенного сказать было невозможно.


- Пока мы не разобрались, в чем дело, никто не покидает кают-компанию без доклада, - сказала капрал, остановив взгляд на Си-Ти. Тот согласно кивнул. Тарк повернулась к киборгу: - Внешнее проникновение?


Тот покачал головой. - Исключено. Мы бы знали.


- Бортовые системы? - Тарк задалась тем же вопросом, что и Си-Ти. Но на сей раз Штоф был конкретен.


- Девственно чисты с порта. Мозги кораблю промыли по стандартной процедуре. Софт[6] освежили полностью.


- Вот ужас! - воскликнул Си-Ти.


- Что? - одновременно спросили киборг и конопатый, уставившись на гражданского.


- Я же недалеко был. Повезло, а?


- Что ты там вообще делал? - с подозрением поинтересовалась Тарк. Симеон-Тимофей выложил на стол журнал и несколько минут с любопытством созерцал, как внимательно патрульные изучают записки исчезнувшего капитана. Приступить к розыску похитителя недостающих страниц им помешал новый сигнал тревоги.


Последующие часы сирены взвывали с периодичностью в пятнадцать-двадцать минут, не давая толком ни сосредоточиться, ни сомкнуть глаз. Пытка ревом в замкнутом пространстве корабля определенно сводила с ума. Симеон-Тимофей прикорнул в углу, чтобы не мешать страдальческой беготне патрульных, безуспешно пытавшихся поймать за хвост глюк их хваленой системы безопасности. На их месте он бы давно отключил звуковой сигнал тревоги и, если уж всерьез мучиться паранойей, забаррикадировался до сеанса связи с командованием. Запросить помощь немедленно, увы, было невозможно - маршрут пролегал через малообитаемый сектор без ретрансляторов.


Дождавшись наступления относительной тишины, Симеон-Тимофей сварил крепкий кофе и разлил патрульным, наблюдая, как оживляются усталые лица. Перед Тарк он поставил самую большую кружку, и пока капрал сотоварищи поглощали напиток, приказал бортовым системам согнать в кают-компанию всех палубных уборщиков. Шатенка посмотрела на него с признательностью. В беготне за призраком она совсем забыла про уничтожение ценного документа.


Механический взвод, вооруженный щетками, всасывателями и другими необходимыми для уборки приспособлениями, вскоре послушно выстроился у дверей кают-компании. На вид они были одинаковые, как штампованные шестеренки, и Си-Ти впал в отчаяние. Как опознать того самого, что чуть не сбил его с ног. А если его здесь и не было? Потрошить каждого?


- Никак нет, - отрезала капрал. - Корабль - имущество патруля. Доставить в сохранности - приоритет.


- Как вам не понять, а? - Симеон-Тимофей нахмурился с досады. - Найдем исполнителя, выйдем на заказчика.


- На кого? - переспросила Тарк.


- На диверсанта, чужака или за кем вы там носитесь, - пояснил Си-Ти. - Кто мог перепрограммировать робота?


- Механик? - брякнул киборг.


- Белый механик! - схохмил конопатый и никому уже не шутилось. Кофе допивали в молчании, а потом вновь взвыла сирена.


- В трюме, - Тарк устало поднялась. - Сигнал более четкий. Наверное, чужаку трудней маскироваться в холоде. По сигнатурам - двигается к мостику. Перехватим гостя в переходной галерее.


Утомленно вздохнув, Си-Ти повозился с настройками трансляций, чтобы добиться четкой картинки от каждого из бойцов. Патрульные бежали по длинному переходу. Торговец удачей откинулся в кресле, полагая, что ему вновь придется следить за очередным маршем по убитому времени. Зрелище обещало быть скучным. В следующее мгновение он едва не свалился, отпрянув от стола с проекциями.


Нелепая угловатая фигура выскочила из боковой галереи. Как показалось, прямо на камеру Веснушки, сбив того с ног. Что-то зашипело, мелькнула палуба, переборки, потолок, будто источник трансляции крутануло вокруг оси. Картинки остальных выдавали что-то маловразумительное, покрывшись мелкой порошей помех, словно объект охоты безбожно фонил[7]. Аудиоканал был забит отборным матом, сквозь поток которого прорвался голос киборга.


- Стой, сволочь! Стрелять буду!


Чужак - определенно гуманоид, что Си-Ти теперь мог, наконец, его разглядеть - отскочил от конопатого и бросился наутек, нелепо выбрасывая нижними конечностями. В трансляции Тарк мелькнул вскочивший на ноги Веснушка - живчик, цел и невредим. Киборг поймал гуманоида в прицел, но тот нырнул между рядами ледяных глыб, лишив патрульных возможности стрелять без угрозы для замороженных гражданских.


- У него плазменный резак, - сообщил конопатый. Си-Ти присвистнул. Тарк прошипела что-то вроде "в близкий контакт не вступать", отдала команду бортовой системе, и из под потолка полилось монотонно: "Лечь на палубу, вам не причинят вреда, лечь на палубу". Пару минут шлемы транслировали с разных углов ряды замороженных невольников, потом где-то сбоку мелькнула тень, хлопок выстрела, удовлетворенный смешок конопатого.


- Определенно, я ему понравился, - заметил Веснушка. У ног патрульного агонизировало тело чужака. Рядом лежал плазменный резак, и конопатый аккуратно отодвинул его в сторону.


Гуманоид оказался босым и болезненно бледным мужчиной в грязном и неимоверно свободном рабочем комбинезоне, в складках которого еще прятался тающий зеленоватый лед. Вне сомнений, это был пленник из замороженной партии в трюме, поспешивший оттаять. Си-Ти мысленно сделал пометку о необходимости сверить количество ледяных цилиндров с портовой декларацией и задумался о том, во что превратится ограниченное пространство корабля, если следом за "рабочим" начнут просыпаться остальные. Специалист по репутации невольно поежился, представив охваченную животным ужасом толпу, очнувшуюся в чреве металлического левиафана.


- Твою ж, - мрачно сказала капрал и со злостью глянула на конопатого. - Это гражданский!


- Он мне чуть дыру в башке не просверлил, - сказал Веснушка в оправдание. Тарк пресекла риторику взмахом руки. Если на конопатом не было лица, то под опущенным забралом шлема видно этого не было, но патрульный демонстративно опустил руки. Веснушка вместе с товарищами участвовал в боевых операциях, стрелял наверняка и точно, уничтожив не одну цель, однако убийцей не был, пока не столкнулся в узком коридоре с несчастным рабом. Такое впечатление должно бы сложиться у стороннего, но Си-Ти подозревал, что, патрульные разыгрывают перед ним заученную сцену. Не будь свидетеля, и смерть несчастного списали бы на несчастный же случай.


- Бедняга, наверное, был чертовски напуган, - вполголоса сказала Тарк. - Штабные нас сгрызут по прибытию.


- Прыжок, - вдруг пропел Вест-Ник во всеуслышание, оповещая зазевавшихся пассажиров. - Десятисекундная готовность.


- С чего бы? - озадаченно спросила капрал и глянула на часы. - И много раньше запланированного. Командный - системе: отмена прыжка!


- Отклонено, - неожиданно сообщила бортовая система сладким голоском. - Три, два...


На этот раз Симеон-Тимофей ощутил прыжок всеми рецепторами. Слегка екнуло в груди, очертания предметов едва уловимо сместились, как и он сам, но в следующую долю секунды все встало на места, заняв привычные формы.


- Капрал Тарк, - Си-Ти бесцеремонно влез в радиопространство патрульных, и голос его выражал тревогу. - Вам стоит срочно вернуться. А?


- Да что б тебя! - Тарк ударила себя по бедру. - Что там еще?


- Вы должны вернуться немедленно, - голос Си-Ти, слышимый патрульными, поменял тональность и стал выше. - Мы потерялись!


Патрульные несколько мгновений наблюдали по визорам шлемов, как Симеон-Тимофей пытается совместить над штабным столом проекцию с картой заданного маршрута и обработанные данные с обзорных приборов корабля. "Свечи" - ярчайшие объекты наблюдаемого космоса, служащие "маяками" для определения координат, - не совпадали. Корабль двигался в неизвестном секторе пространства.


- Как далеко мы ушли от точки сеанса, а? - спросил Си-Ти.


Капрал и не подумала на глаз разобраться в рисунке "свечей". Вместо этого она сняла шлем и внимательно посмотрела в зрачок камеры, будто хотела дотянуться взглядом до торговца удачей, оставленного в кают-компании.


- Бортовая система должна была оповестить о смене маршрута, - медленно и проникновенно сказала Тарк. - Если кто-то не отключил сигнал. Незаметно для остальных.


Си-Ти почувствовал себя крайне неуютно. Пока патрульные охотились за глюком системы, теоретически он мог заниматься здесь всем, что угодно.


- На мостик! - рявкнула капрал и быстро зашагала к переходу, ведущему на верхний уровень. - Я раскурочу этой банке мозги!


Переходной отсек гостеприимно принял Тарк и следовавшего за ней киборга. Конопатый, замыкавший тройку, вдруг остановился, будто что-то услышал. Потом диафрагма люка схлопнулась, заставив патрульного отскочить назад. Веснушка ударил по люку бронированным кулаком. Диафрагма не отреагировала.


- Боец? - крикнула Тарк с другой стороны. Веснушка видел ее сквозь стекло узких оконцев на треугольных сегментах люка. Штоф склонился у панели управления дверью.


- В порядке, - сообщил Веснушка. - Метнуться за резаком?


- Подожди, - сказала Тарк и в ее голосе звенело не скрываемое бешенство. - Командный - Вест-Нику: открыть трюм!


- Отклонено, - непринужденно пропел голосок.


- Заблокировано, - подтвердил Штоф и наградил люк пинком.


- Что за хрень? - полюбопытствовала Тарк. - Вест-Ник, открыть трюм!


- Отклонено, - доброжелательно повторил корабль.


- Температура быстро падает, - озадаченно сообщил конопатый. - Фигня какая-то с терморегуляцией. Костюм не справляется... Подвижность пластин падает... Может, костюм пока снять? Мне нужно подвигаться. Не хочу стать как они.


Веснушка с трудом повернулся лицом к ледяным торосам с невольниками, с видимым усилием поднял руки к шлему и снял, обнажая голову. Штоф навалился плечом на диафрагму люка. Один из сегментов жалобно скрипнул, но не двинулся.


- Не глупи, - сказала Тарк. - Мы вытащим тебя. Замерзнуть не успеешь. Только...


Что хотела сказать Тарк, никто не узнал, потому что вновь взвыли сирены. На глазах Си-Ти в проекции трюма вспыхнули три красные точки, обозначающие неопознанные или неизвестные объекты, и стремительно двинулись в сторону конопатого. Веснушка напялил шлем, возвращая в общий эфир картинку того, что видит сам - склеп, заполненный бездвижными телами рабов и без малейшего намека на присутствие чего-либо иного.


Тарк и Штоф с другой стороны открыли огонь по запертому люку, явно рассчитывая выбить хотя бы дыру. Заряды оставляли выбоины и вмятины, но диафрагма держалась. Картинку, транслируемую камерой патрульного, запертого в трюме, вдруг подернуло снегом. Красные огоньки в проекции корабельного брюха синхронно сплывались к зеленой точке, обозначавших конопатого.


- Один - впереди, двое - по сторонам на 45 градусов каждый, - крикнул Си-Ти, предупреждая Веснушку. "...е ...иж...", - пришло в ответ и голосовой канал пропал. Вместе с ним исчезли сигнатуры бойца и красные огоньки неизвестных объектов.


Сирены стихли, и на секунду повисла гробовая тишина. Затем люк в трюм открылся. Патрульные вбежали внутрь. Картинка от Тарк показала брошенное на палубе оружие Веснушки, но самого его нигде не было видно.


- Не ходите туда, - закричал Си-Ти, поддавшись внезапной панике, за вспышку которой потом было бы стыдно. - Не оставляйте меня одного!


Ему не ответили. Штоф молча заклинил люк, а затем они вместе с Тарк медленно пошли по краю грузового отсека, стараясь держать выход на виду.


В трюме стало холодней. Тело "рабочего" лежало на прежнем месте и его уже покрыл легкий иней. Киборг задержался у трупа, поднес служебный идентификатор. Прибор несколько секунд смаковал образец ДНК, а потом удовлетворенно пискнул: "Штуцер Валд, транспорт Вест-Ник, механик, порт приписки...".


Си-Ти подскочил на месте. Не может быть! Если погибший действительно был тем самым механиком, которого, как уверял капитан Вест-Ника, нечто утащило в космос, то экипаж никуда, возможно, и не исчезал, а все время находился в трюме, затерявшись среди замороженных рабов. С патрулем на хвосте выбор был невелик: анабиоз или гарантированные проводы в вакуум. Симеон-Тимофей выбрал бы заморозку. Так поступил бы любой разумный хомо.


- Все-таки механик, - пробормотал киборг. - Надо же.


Тарк промолчала. Капрал не произнесла ни слова и после возвращения в кают-компанию. Веснушка исчез, словно выпал из пространства-времени. Ни следов борьбы, ни капель крови, ни отпечатков, ни сигнатур товарища патрульные не обнаружили, как не нашли и намека на вмешательство в работу главной системы Вест-Ника.


Корабль как ни в чем не бывало выпустил патрульных из трюма, показал пустой мостик и позволил перепрограммировать себя так, чтобы люки между отсеками мог открыть только оставшиеся патрульные и Си-Ти. Навигационные программы утверждали, что судно движется по верному маршруту и по заложенному еще в порту графику. Данными об инциденте в трюме головная система не располагала, словно ничего и не произошло, а записей с камер она без команды не вела.


- Статус Командного: высший приоритет, - как на духу заверила головная система. - Неисполнение приказов исключено.


Патрульные не верили, но результаты тотальной проверки, устроенной киборгом, убеждали в обратном. Тарк еще больше мрачнела. Симеон-Тимофей хмурился: число ледяных капсул соответствовало тому, с которым Вест-Ник покидал порт, и это никак не сходилось с простым арифметическим вычитанием одного размороженного, чье тело продолжало покоиться на холодной палубе трюма. И куда, горячие звезды, исчез конопатый, а?


5. Владетель


- Он там!


Странный, но недвусмысленный ответ на заданный космосу вопрос Си-Ти получил после тревожного сна, в трясину которого засосало через несколько часов после исчезновения Веснушки. Наверное, поэтому специалист по репутации не сразу осмыслил значение услышанного.


Говорил киборг - его дребезжащий голос Симеон-Тимофей узнал сразу. В кают-компании патрульного не было: увечный объяснялся по удаленной связи. Свое восклицание Штоф адресовал Тарк, которая настойчиво требовала объяснить, почему патрульный оказался не на камбузе, куда направлялся, а у переходного шлюза.


- Веснушка! - киборг ткнул пальцем в сторону внешнего люка и жутковато улыбнулся в камеру живой половиной лица. В настоящем глазу бесновался призрак безумия. Огонек искусственного ока пульсировал, словно в голове патрульного тикала бомба: - Ему холодно, надо бы впустить.


- Отставить! - возопила Тарк, но киборг ее не слышал. Он развернулся - плавным движением, как на шарнирах - и активировал внешний люк. В следующую секунду вакуум слизнул патрульного, оставив переходную камеру пустой. Палуба под ногами чуть задрожала. Вест-Ник сделал несколько корректирующих выхлопов, возвращаясь на прежнюю траекторию, с которой его сбила декомпрессия.


- Вест-Ник, человек за бортом! - закричала Тарк и корабль послушно лег в разворот. Маневр был бессмысленным: шансов на спасение киборга не было. Вакуум и космическая радиация убийственны для сложной и нежной органики, но возвращение за товарищем имело ценность иной природы. Человек, шагнувший в виртуальность, сросшийся с машиной, а кое-где - Си-Ти бывал на таких планетах - принявший чуждую хомо форму, по-прежнему цеплялся за материальное тело, прочно связывая его с реальным существованием. Альтернативного бытия человек еще не отыскал.


Гражданский специалист молча наблюдал, как капрал вскрыла один из ящиков и облачилась в тяжелый боевой скафандр высшей защиты, из-за чего в кают-компании стало тесней. По правде говоря, это, скорее, был маленький истребитель, подогнанный под размеры тела. Нервно взвизгнули сервоприводы - Тарк проверила подвижность, обнажила и спрятала вооружение, а затем вспомнила о присутствии Си-Ти.


- Остаешься за главного, - приказала она. - Поэтому слушай внимательно. Пока ты дрых, мы перехватили управление "Вест-Ником" и кое-что выяснили. Штоф произвел слияние с головной системой - искусственные компоненты в его голове это позволяют. Корабль врет: мы действительно в неизвестном секторе пространства, но ты вне подозрений. Вест-Ник взломан изнутри. Вроде - из реакторного отсека, все это время чужие команды поступали оттуда. Штоф отрезал взломщика от системы, но потом сказал, что истощен и отрубится, если не перекусит, а сам... На корабле прячется кто-то, хорошо разбирающийся в синтетических мозгах. Чтобы его найти, нужно подобрать Штофа.


- Штоф мертв, - произнес Симеон-Тимофей, подспудно надеясь, что это не прозвучало слишком жестко и безумие обошло Тарк стороной. Массовый психоз в изолированных человеческих группах был нередким явлением: - Ты ведь знаешь, а?


- Технически он мертв с того самого штурма, о котором тебе рассказывали, - отрезала Тарк. - Его личность давно перебралась в искусственную половину башки и неплохо там устроилась. Но без Штофа нам не вернуться. Чужак вряд ли будет сидеть на месте и найдет способ, как вернуть контроль над системами корабля. Кто знает, что гад выкинет в следующий раз.


- Сопровождаю объект, - сообщил корабль, сигнализируя об обнаружении киборга. Приблизившись к Штофу, Вест-Ник уравнял скорости и лег параллельным курсом.


- Постараюсь не задерживаться, но будь начеку, - Тарк отсалютовала Си-Ти и, обратив наконец внимание на испуг гражданского, добавила помягче. - Если не трудно, свари к нашему возвращению кофе. У тебя вкусно получается.


Безнадежно козырнув в ответ, Симеон-Тимофей отвернулся. Его одолевали нехорошие предчувствия, но вопреки ожиданиям, капрал быстро и без приключений достигла шлюза, а затем выбралась наружу и отправилась в полет к Штофу, тело которого безвольно кувыркалось в пространстве. Медленно текли секунды, обостряя чувства. Кто-то громко и тяжело дышал, и Си-Ти не сразу понял, что слышит самого себя. Тарк хранила гробовое молчание, даже когда подобрала киборга. Махнув внешним камерам, она вернулась к кораблю. Операция отняла у нее не более полминуты.


- На борту, - сказала Тарк, перед тем, как связь оборвалась. Над штабным столом светились картинки из шлюза и примыкавшей к нему галерее. Ни железной леди, ни киборга на них не наблюдалось. Датчики не видели ни патрульных, ни их сигнатур.


- Капрал? - с пустой надеждой бросил Си-Ти в эфир, животным чувством понимая, что больше ее не увидит. - Тарк?


В ответ на корабле взвыли сирены. Датчики обозначили множественные цели в разных отсеках. Обливаясь холодным потом, Си-Ти вскрыл первый попавшийся ящик, надеясь найти там оружие. Однако под крышкой обнаружился комбинезон с эмблемой космопехоты. Путаясь в рукавах, Симеон-Тимофей поспешно напялил его на себя, застегнул молнию, и в следующие мгновения тело покрыла броня настоящего боевого автономного комплекта.


По визору шлема, выдвинутого из воротника, побежали данные об окружающей среде, гравитации и внешней атмосфере. Автоматика подогнала панцирь под размеры нового пользователя, возвращая возможность двигаться. Изнутри комплект ощущался как облегающий гимнастический костюм. Еле слышно жужжали сервомоторы. В руки скользнуло что-то металлическое, тяжелое и смертоносно мощное. "Абордажный пробойник, уровень заряда полный", - мигнуло на визоре.


Сирены корабля стихли, будто кто-то, вновь перехвативший управление кораблем и тайно наблюдающий за кают-компанией, расценил действия Си-Ти как прямую угрозу. Цели исчезли. Специалист по репутации с уважением взглянул на пушку в руках. Пробойник предназначался для создания приличных дыр во внешней обшивке станций и кораблей. Через эти отверстия и проникают внутрь абордажные группы. Если такой дурой пальнуть в реактор, судно можно превратить в облако газа. Что ж, если того потребует дело!


В следующем ящике Симеон-Тимофей нашел подсумки с ЭМИ-гранатами[8] и задумчиво взвесил один в руке. Реакция сирен на пробойник натолкнула Си-Ти на неожиданный вывод. Взломщик явно не хотел, чтобы Вест-Нику портили шубку. Страхом неприятеля стоило воспользоваться. Шальная мысль о том, что трепет и оторопь чувствовал не только он, но и противоположная сторона, придала Си-Ти уверенность в силах. Лишь бы не растерять ее по пути.


Подбадривая себя, Симеон-Тимофей подхватил подсумок и выскочил из кают-компании. Он быстро пробежал несколько секторов и решительно вступил на техническую палубу. Завидев пробойник, роботы, снующие вокруг, почтительно расступались и замирали, но специалиста по репутации не интересовала их странная реакция. Торговец удачей размышлял о том, что может обнаружить в реакторном отсеке.


Кто из известных ему разумных существ выдержит жесткое излучение? На память приходил только один известный пример - колония несчастных альбиносов у черного карлика[9]. Поселение это появилось случайно и, как водится, скорее вопреки, чем благодаря законам природы. Хомо обделены совершенными органами чувств и, испытывая трепет перед мраком, предпочитают хорошо освещенные системы.


На заре экспансии у темной звезды потерпел аварию большой колониальный корабль. Сейчас бы, думалось Си-Ти, быстренько организовали спасательную операцию и все повернулось б в истории иначе. Но тогда... Другие времена! Ни технологии прыжков, ни дальней связи. Люди, особенно в беде, были представлены сами себе. Спасение утопающих - дело рук самих утопающих. Когда было иначе, а?


Звезда, простите за двусмысленность, имела компаньона - газового гиганта, настолько большого, что еще немного и получился бы вполне себе обычный коричневый карлик[10]. Странная пара вращалась вокруг общего центра тяжести, что делало ее схожей с скорее с двойной звездой, чем планетарной системой. Вообще у черных карликов наличие крупных спутников скорее исключение, чем правило. Так что звезда, наверное, просто умыкнула планету из другой системы как заправский джигит невесту. Причем, вместе с приданым - приличных размеров луной, на которой обнаружилась жидкая вода. Куда вести аварийный корабль, как не к спутнику газового гиганта?


Через несколько веков бедняг случайно обнаружили, но колонистов уже трудно было назвать хомо. Приютившая их луна не получала достаточного света и подвергалась такой бомбардировке тяжелыми частицами, которую большинство органических существ посчитало б опасным. Люди приспособились к новому дому за нескольких поколений, потеряв пигментацию, изменив внутренние органы и привычные пропорции. Мутировать у черной звезды сам рентген велел.


В простой и логичной версии с альбиносами был существенный пробел. Патруль проверял Вест-Ник. Устойчивого к излучению пассажира обязательно бы нашли, даже если он прятался у самого реактора. Если, конечно, альбинос не затесался в толпу замороженных рабов, как застреленный Веснушкой механик. Но пробуждение последнего Симеон-Тимофей был склонен объяснять не расчетом, а случайностью. Специалист по репутации не слышал о способах заморозки на строго определенное время. Да и откуда бы работорговцам знать, что пленных не разбудят в первом же порту? Значит, рядом должен быть кто-то, нажавший кнопку. Кто, если на борту был только он и патрульные? Один из бойцов Тарк? Она сама? Это многое бы прояснило. Кроме, пожалуй, того, что Си-Ти оставили у арсенала.


Люк в реакторный отсек был ожидаемо блокирован. Симеон-Тимофей усмехнулся - глупо хлопать дверью перед бульдозером! - и направил перед собой абордажный пробойник.


- Остановись, - внезапно ожили динамики внутренней связи. Голос - низкий и бесполый - не принадлежал ни патрульным, ни головной системе. - Если повредишь реакторный отсек, никогда не покинешь этот корабль. Обещаю!


Пространство, оставленное Си-Ти позади, вдруг наполнилось металлическим лязгом, жужжанием и бряцанием. Специалист по репутации оглянулся и обнаружил, что путь из реакторного отсека отрезан. Галерею заполнило гипнотическое шевеление механических конечностей. Что-то, командующее электронной нежитью, стянуло сюда едва не всех контролируемых автоматов, и сейчас они жадно тянулись к человеку манипуляторами, шупами и захватами.


Си-Ти попятился и уперся спиной в переборку. Роботы остановились в нескольких метрах, но торговец удачей был уверен: стоит отвернуться, механическая свора быстро преодолеет нейтральную территорию и разорвет в клочья. Боевой комплект, пожалуй, продержится какое-то время, но вряд ли рассчитан на натиск орды автоматов. Си-Ти пожалел, что не взял в поход ничего, кроме пробойника, который не предназначался для огня на подавление, и ЭМИ-гранат. Тут бы очень пригодился пулемет.


- Кто говорит, а? - прокричал Симеон-Тимофей, срываясь в фальцет.


- Владетель корабля, - усмехнулся голос.


- Покажись! - потребовал Си-Ти.


- Несущественно, - ответил "владетель". - Предлагаю сделку.


- Я не заключаю сделки с неизвестной стороной!


- Гарантирую жизнь и универсальную шлюпку, чтобы ты мог покинуть судно, - сказал голос, не обращая внимание на пререкания. На экранах интеркомов всплыла схема маршрута к малому транспорту. Стыковочный шлюз располагался у перехода к жилой палубе. Картинка мигнула и погасла.


- Черта с два! - воскликнул Симеон-Тимофей. - Я не собираюсь дрейфовать в неизвестном пространстве.


- Следующий прыжок выведет нас на окраину обитаемой системы, - продолжал "владетель". - В обмен на жизнь и шлюпку прошу об услуге. В твоих интересах хранить радиомолчание, пока Вест-Ник не уйдет в следующий прыжок. Это не трудно, правда?


- Да кто ты такой, а? - возопил гражданский специалист. - Покажись или наделаю дырок по всему кораблю! Клянусь, начну с реакторного отсека!


Роботы предупреждающе зашевелились, однако невидимую границу, очертившую полукруг, не пересекли. Невидимый "владетель" играл на нервах загнанного в угол хомо.


- У твоего собеседника нет тела, - вздохнул, наконец, ближайший интерком: - Нет тела в твоем представлении, разумеется. Не думаю, что тебе понравится. Но хорошо. Понимаю, как трудно разговаривать с тем, кого не видишь.


Экраны корабельных устройств внутренней связи вновь ожили, чтобы торговец удачей смог увидеть говорившего. Симеон-Тимофей, морально готовый увидеть ксенока, ахнул: - Скит родной! Да ты робот, а?


"Владетель" и в самом деле напоминал робота: по ту сторону экрана висел в воздухе металлический шар с отростками гибких манипуляторов и внешних сенсоров. Если бы не щупальца, его можно было б принять за баскетбольный мяч, облитый ртутью или серебристым припоем.


- Не робот, - поправил "шар" и уточнил: - Улучшенный организм. Почти совершенный. Хомо на шестьдесят шесть и девяносто семьдесят пять тысячных процента - количественно. Остальное - периферийные устройства[11] и модификации с тканями ксеноков.


- Ты не имеешь права вести переговоры с разумным существом, - с отвращением процедил Симеон-Тимофей, и формально чувствовал себя правым. Он не знал определению того, что пыталось вести с ним переговоры, но точно не относил его к хомо. Оставалось ли оно вообще человеком? Было ли способно на человеческие поступки?


- Не оскорбляй меня, расист, я знаю цену словам, - прорычал сферообразный, впервые употребив местоимение по отношению к себе. Услышав это, Си-Ти мысленно содрогнулся, но вслух пробормотал: - Откуда бы, а?


- У нас общие корни, - сказал "шар" и вытянулся в гуманоидную фигуру. Ртутный фантом обрел осязаемость и естественный цвет, превратившись в молодого зеленоглазого человека. Владетель встряхнул копной платиновых волос и взглянул в камеру. Строгое, но светлое его лицо было подкупающе нежным и Симеон-Тимофей затруднился бы сказать, принадлежало ли оно юноше или девушке. Скорее, андрогину.


- Несколько миллионов лет назад наши с тобой предки прыгали по деревьям, а последние тысячелетия вырезали друг друга на материнской планете. Ты еще помнишь ее название, скиталец? Не так давно на родовом древе хомо появилась новая ветвь. Моя ветвь! Мы отвергли привычную вам форму - ту, за которую вы продолжаете цепляться - как рудимент, бесполезный атавизм, препятствующий ускоренному развитию.


Руки андрогина ласково погладили тело, и этот жест вызвал в Си-Ти приступ дурноты, который, впрочем, он тут же подавил. "Владетель" усмехнулся и свернулся в сферу.


- Мы обманули эволюцию, - голос из интеркома изливался самодовольством. - А вы, отставшие, так и не поняли, что сознание не обязательно привязывать к определенной форме.


- Но ты все еще считаешь себя хомо, - съязвил Си-Ти. - Иначе откуда бы столько пафоса, а?


- Глуп и смешон, - парировал "владетель". - Уныл.


- Но сохранивший человечность! - воскликнул Симеон-Тимофей. - А ты, а? Есть она еще в тебе? Так прояви! Докажи, что ты не автомат! Отпусти людей!


- Каких еще людей? - в голосе шара зазвучала скука.


- Каких? - гражданский специалист едва не задохнулся от возмущения. - Трюм корабля битком забит капсулами с людьми.


- Вот еще, - "владетель" снова принял человеческое обличие и погрозил пальцем в камеру. - Корабль и груз мои.


- Не груз! Люди!


- Кто-то с твоей точки зрения уже нет, - сказал андрогин и поманил кого-то, находившегося вне зоны обзора. В кадре появился тусклый металлический конус с насаженной на вершину головой Тарк. Выбритый череп капрала оплетала сложная паутина тонких проводков, розовых и лиловых трубочек. Тело, насколько мог видеть Си-Ти, отсутствовало.


- Гражданский специалист! - Голова Тарк мигнула, едва ли не заставив Си-Ти потерять на миг ощущение палубы под ногами: - Владетель любезно ознакомил меня с протоколами. Патруль не должен был конфисковать корабль. Произошла ошибка. Судно и груз - частная собственность владетеля.


- Боже, Тарк, что с вами сделали? - в ужасе прошептал Симеон-Тимофей.


- Это ее осознанный выбор, - вмешался андрогин.


- Как же давно капрал совершила этот выбор? - бросил Си-Ти, чувствуя, как трепет сменяется яростью, заставляя сильнее сжать в руках пробойник.


- Двадцать с половиной минут назад, - ответил "владетель", опередив голову Тарк, открывшую было рот. - Трансформация только началась. Скоро капралу заменят неудобную черепную коробку и усовершенствуют нервную систему.


- Тарк, разумные существа не могут быть частной собственностью. Это противоречит людским законам. Нет, а?


- Технически они мертвы с момента заморозки, - ответила Тарк и Симеон-Тимофей вздрогнул, услышав знакомые нотки.


- А ты?


- Жива, как видишь, и согласилась приобщиться к новому, - сказала Тарк. - Я стану совершенной. Ты не представляешь, как это здорово. Я обрела настоящую свободу.


- А Штоф с Веснушкой?


Голова Тарк нахмурила брови: - К сожалению, их мозговая ткань не подходит для трансформации и будет использована для усиления других нейросистем.


- Довольно, - Симеон-Тимофей повел стволом пробойника, понимая, что "владетель" ни за что не отпустит ни его, ни невольников, и просто заговаривает зубы, чтобы дождаться удобного момента и ударить наверняка. - Скажи своему хозяину, чтобы убрал роботов. Я нервный, могу и пальнуть куда нельзя.


- Глупо пытаться вести диалог с вооруженным хомо, но я готов освободить дорогу, если деактивируешь пробойник, - предложил "владетель".


- За дурака держите? - спросил Си-Ти с отчаянной злостью. - Ну хорошо! Капрал, какую дозу излучения выдержит автономный комплект космопехоты?


- Куда ты клонишь? - с подозрением спросила Тарк, но что-то подсказывало гражданскому, что она знает ответ.


Торговец удачей резко развернулся и разрядил пробойник в стену, отделяющую его от реакторного отсека. Прыгнув в дыру, Симеон-Тимофей метнул из-за пробитой переборки ЭМИ-гранату - прямехонько в механическую орду, перешедшую в наступление. Разрушительный импульс заставил атаку захлебнуться. Специалист по репутации был уверен, что выжег мозги любой электронной твари, оказавшейся в радиусе десятка метров, но на всякий случай бросил еще одну гранату. Выиграв несколько секунд, Си-Ти расстрелял из пробойника главный распределительный щит и систему защиты реактора.


Погасли освещение и экраны интеркомов, исчезла искусственная гравитация. Механическая армия, не готовая к такому повороту событий, напоминала стаю рыб, оглушенную близким взрывом. Роботы болтались в воздухе: большей частью бездвижные, но несколько автоматов слабо шевелили манипуляторами. Тратить еще одну гранату Симеон-Тимофей не стал. Он просто разметал механоидов на бегу, помчавшись к шлюпке и радуясь тому, как удивительно эффективно автоматика комплекта справляется с невесомостью. Подошвы прилипали к любой плоскости, какую б Си-Ти не вздумалось представить поверхностью.


Он боялся, что владетель финиширует первым, но около шлюза никого не было, не считая робота-уборщика, застигнутого врасплох невесомостью. Симеон-Тимофей отправил механоида в долгий полет по технической палубе и задраил люк шлюпки. Реактор мог рвануть в любую секунду, но торговцу удачей повезло - вспышка озарила пространство через минуту-полторы после старта. Ударная волна нагнала шлюпку и погасила приборы.


6. Тук-тук...


Маленький прозрачный шарик, послушный неосязаемому движению воздуха, неспешно плыл над прозрачной плоскостью иллюминатора. Свет звезд, затянутый в идеальную сферу, размывался, и со стороны могло показаться, что по россыпи огней за бортом намечают пунктиром воображаемую прямую. Симеон-Тимофей глядел в другую сторону: специалист по репутации, закрепившись ремнями в кресле у командного пульта, богато изливался сквернословием. Он поминал всуе конструкторов и инженеров шлюпки, патрульных и таинственного "владетеля", себя и вселенского создателя, пока, наконец, не завершил гневный монолог простым вопросом: - Девятнадцать лет, а?


Если бортовой навигатор не врал, от ближайшей точки эвакуации Си-Ти отделяли пять жалких парсек. Вест-Ник преодолел бы их за один прыжок. Шлюпка, спроектированная максимум под внутрисистемные перелеты, могла достичь цели через девятнадцать лет. Почти два десятилетия одиночного полета. Скит родной, свихнуться можно!


- Я тут сдохну, - Си-Ти с ожесточением ударил кулаком по командному пульту. Тот озадаченно замигал и погас.


- Сдохну, - уже тише повторил Симеон-Тимофей и ткнул в кнопку перезапуска. Пульт не откликнулся, прикинувшись мертвым. Палец утопил красный прямоугольник еще раз, а потом снова, но бортовая система к потугам запаниковавшего хомо испытывала железное равнодушие.


- Только не сейчас, - раскаянно попросил Си-Ти, однако машинный бог был неумолимо глух. Шлюпка, лишившись контроля, невозмутимо ложилась в неуправляемый дрейф. Специалист по репутации смахнул с глаза набежавшую слезу, отправляя в полет еще один прозрачный шарик.


Симеон-Тимофей с тоской обвел взглядом тесное пространство. Четыре кресла-ложемента, по левому борту шкаф с аптечкой и запасом пищи на пару недель, по правому - уродливые горбы системы рециркуляции[12]. Еще несколько кубических метров пожертвованы блоку стазиса[13]. За переборкой на корме - энергоблок на топливных стержнях, питающий бортовые системы и скромные по галактическим меркам двигатели. По большому счету, шлюпка была модернизированным челноком с минимумом комфорта и максимумом рациональности. Не разгуляешься. Единственной роскошью суденышка был иллюминатор, и Симеон-Тимофей прижался к прозрачной плоскости предательски вспотевшим лбом. Ему следовало немедленно успокоиться, чтобы не натворить еще больших глупостей.


Итак, чем он располагал? Уж точно не яхтой премиум-класса с искусственной гравитацией. Шлюпка виделась гражданскому специалисту большим металлическим гробом. Побег отсюда представлялся невозможным, но с мыслью о заточении Си-Ти смиряться не желал.


Он мог бы лечь в стазис и отдаться воле гравитационных волн в надежде, что шлюпку найдут до того, как кокон безвременья исчерпает автономный энергоисточник. Субъективно путешествие отнимет одну секунду, но что ждет в конце маршрута? Куда выбросит суденышко, где оно в конечном итоге окажется?


В гнетущей от тягостных размышлений тишине тяжело вздохнула система рециркуляции. Мигнуло и вновь загорелось ровно освещение, с кормы послышалось приглушенное прерывистое гудение, но потом звук растворился в еле уловимом низкочастотном гуле корабля. Затем неожиданно прозвучал сигнал перезапуска управляющей системы. Симеон-Тимофей вздрогнул и медленно, боясь спугнуть сжалившуюся удачу, повернул голову к пульту. Тот призывно замигал огоньками, приглашая вернуться, и специалист по репутации поддался искушению.


Система отзывалась на команды оператора с небольшим запозданием, словно ее ресурсы подъедало что-то еще. Си-Ти подумалось, что перезагрузка не пришлась электронным мозгам по вкусу, но все же ввел дрожащими пальцами в навигатор новый запрос и нервно застучал пальцами по подлокотникам. Машина, которой на переживания пассажира было абсолютно начхать, тщательно обшаривала видимый космос в поисках земель обетованных.


На что он надеялся? Симеон-Тимофей при всем желании не смог бы ответить рационально. До перезапуска гражданский специалист дважды заставлял навигатор искать ближайшие точки эвакуации. Оба раза программа топорно предлагала систему в девятнадцати годах полета - тот самый вариант, что ввергал в отчаяние. Могло ли что-то измениться на третий раз?


Навигатор равнодушно пожирал время, неспешно обрабатывая информацию, поступающую с внешних датчиков. Си-Ти, для которого минуты растянулись в мучительную бесконечность, пытался унять сердце, часто и громко стучащее в груди. Вновь мигнуло освещение, вспыхнула искоркой и тут же угасла мысль, что стоило бы проверить, все ли в порядке с бортовыми системами. С едва слышимым щелчком на главный дисплей пульта выскочил результат сканирования пространства.


- Не может быть, - пробормотал Симеон-Тимофей и с недоверием протер глаза. Навигатор обиженно мигнул индикаторами и, тщательно проверив расчеты, вывел на главный дисплей те же данные. Железяка утверждала, что обнаружила в половине светового года удаляющийся старый колониальный корабль хомо. Догнать его шлюпка, судя по расчетам, могла примерно через год полета, но вовсе не это удивило специалиста по репутации. Сигнатуры огромного транспорта казались подозрительно знакомыми.


- Издеваешься, а? - спросил Си-Ти, узнавая характеристики колониального корабля, вбитые в память с детства. Симеон-Тимофей никогда бы не перепутал его с другими судами. Это несомненно был тот самый транспорт, что ушел в пустоту с горсткой упрямцев, выбравших изгнание ради миссии, о которой цивилизация хомо давно забыла. Левиафан, бывший для Си-Ти родным миром и забравший отца. Треклятый Скит!


- Или нет? - Симеон-Тимофей произнес вопрос вслух и осекся, чувствуя, как встают дыбом волосы на загривке. А что если "владетель" не погиб вместе с Вест-Ником? Что если бегство на удачу состоялось благодаря не стечению обстоятельств, а только потому, что шлюпка не подчинялась автоматике? Малые суда этого класса, вспомнилось некстати Си-Ти, проектировались так, чтобы исключить даже возможный сбой в системах. Поэтому каждая команда должна подтверждаться вручную, нажатием кнопок на пульте управления. Но способна ли шлюпка распознать разницу между пальцами хомо и холодным манипулятором?


Специалист по репутации чуть повернулся и замер, уловив боковым зрением движение у кормы. У переборки, скрывающей энергоблок и двигательный отсек, что-то шевелилось и Симеон-Тимофей проклял свое легкомыслие и самонадеянность. Он должен был проверить все отсеки шлюпки сразу после побега с Вест-Ника, а не позволить застать себя врасплох.


Отстегнув ремни, Си-Ти резко развернулся. От отчаяния он был готов бросится на "владетеля" врукопашную, но вместо этого шумно выдохнул. Воображение и периферийное зрение сыграли злую и неуместную шутку. Симеон-Тимофей принял за противника автономный боевой комплект, который сбросил с себя после эвакуации с корабля. Комбинезон с эмблемой космопехоты висел в невесомости словно пустая оболочка хомо, высосанного досуха гигантским пауком.


- Напугал же ты меня, - фыркнул Симеон-Тимофей и подтянул к себе комбинезон. Не сводя глаз с люка в кормовой отсек, он быстро облачился в автономный комплект. Защелкали, распускаясь, лепестки бронепластин, покрывая тело, и этот звук вдохнул в специалиста по репутации решимость. Твердо встав на магнитные подошвы, хомо решительно двинулся навстречу врагу. Если "владетель" действительно укрылся на корме, ему не поздоровится. Си-Ти был готов разорвать механического уродца на части.


Чужого присутствия в отсеке визуально не наблюдалось. Сканеры бронекомплекта в унисон докладывали об отсутствии нештатной активности. Чуть слышно гудел энергоблок, мерно тикали датчики, успокаивающе шелестела система рециркуляции. Чисто? Пожалуй... Но специалист по репутации почему-то не испытывал облегчения. Напротив - внутри росла необъяснимая тревога, и причиной ее была мысль, которую еще немногим ранее он отогнал бы, как признак паранойи.


Автономный комплект наверняка фиксировал его возбужденное состояние, но вряд ли мог помочь. Строго говоря, стресс не был чем-то анормальным и медицинский блок, входящий в экипировку, вряд ли собирался вводить в кровь "пехотинца" успокаивающее. "Неприятно", - прошептал Си-Ти и похлопал по набедренным карманам комбинезона. Смекалистые бойцы частенько доукомплектовывали "броню" не вполне легальными веществами, позволяющими смотреть на мир проще и веселее. Истеричный кретин в ограниченном пространстве корабля был страшнее мощной бомбы.


Пальцы нащупали под клапаном кармана плоский прямоугольник. Симеон-Тимофей подцепил его пальцем, выудил на свет и едва не плюнул от разочарования. Вместо антидепрессанта какой-то шутник сунул в бронекомлект контактную пластинку памяти. Си-Ти возмущенно поцокал языком. Ему бы сейчас не помешало граммов пятьдесят крепкого алкоголя, а не пустая нейропластинка. Или это часть какой-то методы для аутотренинга, а? Может ли осознание того, что все мысли и ощущения записываются для прочтения другим существом, быть эффективным способом привести голову в порядок?


Вздохнув, гражданский специалист прилепил пластинку ко лбу и закрыл глаза, словно готовясь впустить в мозг ворох чужих воспоминаний. "Синхронизация", - мягко прошептала нейрокарта. Голос шелестел прямо в голове, возникая где-то на периферии сознания. Си-Ти почувствовал легкую слабость и зацепился рукой за переборку.


"Запись номер..." - пластинка взяла секундную паузу, словно задумалась, потом продолжила: "один, автор (и вновь заминка!)...". Си-Ти не стал ждать продолжения субъективно долгой процедуры идентификации и одобрил начало записи. Нейрокарта благодарно вздохнула и открыла параллельную реальность.


Выплескивая в чип волны отчаяния, злости и негодования, Си-Ти вернулся в командный отсек и несколько минут пялился в экран с сигнатурами колониального корабля и координатами встречи. Потом торговец удачей вызвал из памяти навигатора данные предыдущих вычислений, так напугавших сначала. Симеон-Тимофей аккуратно внес их в накопитель контактной пластинки, и вновь озадачил шлюпку поисками точки эвакуации.


Навигатор сигнализировал, что колониальный корабль не исчез. Жаль, он не мог объяснить, как Скит оказался в секторе, бесконечно далеком от зоны человеческой экспансии. Что-то в происходящем было нечисто, и Симеон-Тимофей все явственней понимал природу беспокойства. Шлюпка, думалось ему, вела себя необычно: перезагрузка навигатора, перебои в энергообеспечении, отказ и чудесное воскрешение бортовых систем. Может ли все это быть случайностью или контроль над спасательным судном перехвачен? Если последнее, то где искать невидимого взломщика? Выйти наружу и проверить обшивку на предмет чужого модуля, состыкованного со шлюпкой? С другой стороны, это было бы слишком просто. Как, впрочем, и в случае с кормовым отсеком. Искать в нем чужака, подумалось Си-Ти, было глупо. Но где же тогда?


Чем больше и мучительней специалист по репутации размышлял над этим, тем сильнее верил, что "владетель" покинул "Вест-Ник" на той же шлюпке. Как? Еще на борту транспорта с невольниками, захватчик, видимо не предполагая, что собеседник выживет, выболтал свой главный секрет: соплеменники "владетеля", кем бы ни были, нашли способ отделить сознание от конкретной материальной формы. Вот и разгадка!


Забыв о невесомости, Си-Ти подскочил и стукнулся головой о переборку. Боль подействовала охлаждающе, но чувство ликования погасить не смогло. Глупый хомо! И как не догадался раньше? Вирус - вот, чем был треклятый "владетель". Чертовой программой, которую легко переносить с места на место на любом удобном носителе! Да хотя б в электронных цепях того же уборщика, которого Симеон-Тимофей обнаружил у шлюпки. Примерно так же, скорее всего, было и с головной системой Вест-Ника, только никто не обратил на это внимание. Не о том ли хотел сказать несчастный Штоф, пока "владетелю" не удалось запудрить и его наполовину искусственные мозги?


Вирусная природа захватчика легко объясняла сбои управляющих программ Вест-Ника и шлюпки, системы наблюдения бедняг-патрульных, и даже картинки, которыми "владетель" стращал Си-Ти. Он пичкал сначала работорговцев, а потом патрульных и гражданского специалиста проекциями, компьютерными моделями. Таким же миражом, следовало полагать, были сигнатуры колониального корабля, данные о котором он легко мог взять из досье торговца удачей. Электронный "призрак" наверняка изучил каждого человека, оказавшегося на борту "Вест-Ника". В конце концов, чужаку досталась в качестве трофея голова Тарк, а уж она-то имела доступ к персональным данным гражданского специалиста.


Возможно у чужака и было когда-то физическое тело, и он даже испытывал фантомные боли. Кто знает, действительно ли "владетель" вожделел обрести осязаемую форму и что служило главной причиной захвата корабля с замороженными невольниками. В конце концов, он мог руководствоваться желанием увеличить популяцию себе подобных, разбирая тела людей и ксеноков на запчасти. Вирусы тоже стремятся к распространению. Разве нет? Заразив клетку или компьютер, мелкий паразит программирует носителя воспроизводить новые вирусы, а иногда меняет облик "хозяина". Миллионы лет назад один из них бесцеремонно влез в ДНК приматов, дав начало виду хомо, который теперь паразитирует на природе целых миров. Где же, в таком случае, прячется мерзавец, если не внутри управляющих программ, их кодов, а? И как его остановить?


Кормовой отсек все так же мерно гудел, когда Симеон-Тимофей опустил рубильник, принудительно отключая от питания блок управления. Шлюпка, жалобно пискнула сигналом предупреждения, но Си-Ти был неумолим. Гражданский специалист обесточил дублирующие и вспомогательные системы, погружая суденышко в черноту вечной и беспробудной космической ночи. Но если бы кто-то соседствовал с ним в темноте, то еще какое-то время мог бы слышать странное бормотание, кажущееся полной бессмыслицей.


- Вручную, а? Конечно! Справлюсь. Уж я-то обязательно справлюсь. Мы - скитальцы, и не с таким управиться можем! Мы на газовых баллонах летать можем! А как же? Нос направим вот на эту "свечу"... Да-да! Левее, чуть правее... Что там? Отлично! В тютельку с поправкой на Доплера. Разгон. А? Пошла?! Пошла, красавица! Девятнадцать лет? Чушь какая! В стазисе - одна условная секунда. В конце концов, это лучше, чем стать комплектом запчастей для друзей "владетеля".


7. Пробуждение


В тесных туннелях тревожно выли сирены. По палубам топали десятки торопливых ног. В ангарах натужно разогревали движки челноки, готовясь упасть в облачный покров планеты, вокруг которой неспешно крутилась волчком орбитальная станция. За обшивкой рукотворного тора стояла мертвая, вполне обычная для вакуума тишина. Лишь пара человеческих фигур в ярких скафандрах монтажников копошилась у выпуклого борта, прикрепляя металлическую ферму. В тревожной суматохе о них, видимо, просто забыли.


По освещенному светилом борту пробежала тень. Один из монтажников, заметив движение, начал разворачиваться. В следующее мгновенье его вместе с частью фермы снесло мощным ударом. В станцию по касательной врезалось массивное тело.


Взрыв декомпрессии выбросил в пространство множество обломков и отшвырнул в сторону второго монтажника. Не потеряй он сознания, мог бы заметить, что странный объект, прошив станцию, потерял скорость и теперь пришелец медленно удалялся от изувеченного тараном тора, позволяя разглядеть себя в деталях: деформированный атмосферный щит, принявший на себя удар, плавные очертания универсальной шлюпки, и символы, обозначающие принадлежность к некоему крупному судну. И именно сейчас эти значки вводили в базу данных нервные пальчики наблюдателя, несущего вахту за тысячу километров от места столкновения.


- Приписана к частному транспорту, - наблюдатель бегло озвучил мудреную комбинацию букв и цифр. Непосвященному она показалась бы тарабарщиной, но мрачной глыбе патрульного офицера, застывшего рядом, была вполне понятна.


- Вест-Ник, - процедил патрульный и наклонился так, словно приготовился нырнуть в экран. Наблюдатель - хрупкий, низкорослый, неопределенного возраста человечек, чем-то похожий на эльфа, отстранился и на всякий случай деликатно кивнул. Присутствие "глыбы" его тяготило. Помедлив, наблюдатель добавил: - Транспорт числится угнанным девятнадцать стандартных лет назад во время перегона...


- Вест-Ник, - повторил офицер. - Активность на борту?


- Фиксируется поле единичного стазиса, - доложился "эльф", и в голосе его звучало недоумение. - Остальные системы отключены. Похоже, принудительно. Удаленный доступ к управлению закрыт, связи нет.


- Дрейфует поганец, - задумчиво произнес патрульный. Не замечая удивленного взгляда наблюдателя, он пристально смотрел на экран, в центре которого уныло плыла, медленно поворачиваясь вокруг оси, злосчастная шлюпка. Губы офицера скривились в недоброй усмешке.


- Торговец удачей, - процедил он. - Никак, свиделись?


Патрульный оторвался от картинки, брезгливо сжал губы, словно досадуя, резко развернулся и вышел. Наблюдатель неуверенно пожал плечами и обратился к станции, вокруг которой уже сновали рассерженным роем яркие модули спасателей. "Эльф" вернулся к шлюпке, когда к ней подплыл бронированный бот, хищно вытянув клешни захватов.


Наблюдатель щелкнул пальцами и включил дублирующую запись на незарегистрированный в официальном реестре накопитель. Видео настоящего абордажа в открытом космосе с удовольствием купит любой информационный канал. "Эльф" лукаво улыбнулся, поднял воображаемый бокал, стукнул по экрану и удобно откинулся на спинку кресла.


Полумрак шлюпки разрезали яркие лучи головных фонарей. Несколько фигур, ощетинившись стволами, в несколько мгновений обшарили ее внутреннее пространство, которое с их вторжением стало маленьким, беззащитным и очень тесным. Не обнаружив ничего, что представляло бы непосредственную опасность, десант собрался у полупрозрачного шара стазиса в центре.


Темные ресницы, брови и волосы человека, безвольно висевшего в пузыре безвременья, покрывал иней. Вокруг дымчатой сферы, созданной полем стазиса, медленно кружились мелкие предметы: огрызок карандаша, мятая обертка шоколадного батончика, тонкий прямоугольник контактной пластинки. На одной из ее сторон скалилась волкодавом эмблема патруля. Мощную шею пса охватывал ошейник из звезд, символизирующих миры хомо и статус службы. Кто-то поймал карту в ладонь, провел пальцем по плоскости, и та осветилась иконкой записи. Нейропластинку передали офицеру, который осторожно уложил ее в контейнер на поясе, чтобы вытащить уже на борту сторожевика.


За толстым стеклом, отделяющим командный пункт от корабельного ангара, куда бот отбуксировал шлюпку, деловито суетились техники. Они споро тянули к поврежденному суденышку силовые кабели, подключали какую-то аппаратуру, вскрывали панели, обнажая переплетение проводов и правильную геометрию утопленных в обшивку плат. Несколько фигур в светлых комбинезонах медицинской команды выкатили подвижный модуль с безвольным телом хомо, извлеченным из стазиса. После длительного пребывания в коконе безвременья несчастный еле дышал, но попытался встать, приметив активность у шлюпки. Один из медиков уложил человека обратно и надел на него респираторную маску.


Офицер усмехнулся, достал нейропластинку, доставленную абордажной командой, и прилепил ко лбу.


- Зд-д-десь Си-Ти, Симеон-Т-т-тимофей, - в хомо, возникшем в голове, угадывался узник шлюпки. У него громко стучали зубы. Офицер поежился, почувствовав пронизывающий холод.


- Спец-ц-циалист по репутации, - человек прервал монолог и подул на ладони, надеясь согреть. - Или торговец удачей. Можете называть хоть так, без разницы. Я вот-вот околею от холода! Если вы слушаете запись, а я еще сплю, разогрейте к пробуждению чай. Хотя, нет! Пожалуй, больше всего я сейчас хочу шубу. Теплую шубу из настоящего меха. Надеюсь, я заслужил шубу за поимку Белого механика, а?


Говоривший вдруг расхохотался, словно сама мысль о шубе показалась ему чрезвычайно смешной.


- Вы слышали? - Си-Ти смахнул слезы. - Я - Симеон-Тимофей - поймал Белого механика! Я запер его внутри бортовой системы, обесточив корабль. Упек сукина сына в кибертюрьму!


Специалиста по репутации сотряс новый приступ истерического хохота. Успокоившись он продолжил.


- Вот только, подтвердить это я никак не смогу. Если подать энергию в систему, "владетель" проснется и найдет способ перебраться на другой корабль. А ведь этого допустить никак нельзя, а? Поэтому прошу, молю, требую: не включайте питание в шлюпке! Ни при каких обстоятельствах не подавайте энергию в бортовые системы!


Голос исчез вместе образом, оставив в голове звенящую пустоту. Офицер отлепил пластинку и недоуменно потыкал в активную плоскость, но та, похоже, исчерпала запас энергии. Значок записи погас. Над палубами патрульного сторожевика, принявшего шлюпку транспорта Вест-Ник, вдруг надсадно взвыли сирены.


Примечания


1. Хомо - Род Homo (лат.) - люди.


2. Ксенок - производное от ксенос (др-греч.) - чужой. Гипотетически - неземные формы жизни.


3. Мария Селеста - судно, покинутое экипажем по невыясненной причине. Найдено пустым 4 декабря 1872 года в 400 милях от Гибралтара. Груз, запас продовольствия и личные вещи экипажа были нетронуты. Классический пример корабля-призрака, именем нарицательным которого и стала.


4. "Отопритеся, отворитеся! Ваша мать пришла, молока принесла" (фолк.). - фраза из детской сказки "Волк и козлята".


5. Сигнатура, сигнатура цели (воен.) - набор характеристик отраженного целью сигнала, принятого средствами наблюдения.


6. Софт (сленг.) - собирательное название программного обеспечения. От английского слова software - "программы".


7. Фонить (спец.) - иметь повышенный уровень радиоактивности.


8. ЭМИ (спец.) - электромагнитный импульс, возмущение электромагнитного поля, оказывающее влияние на любой материальный объект, находящийся в зоне его действия. Действие ЭМИ проявляется, прежде всего, по отношению к электрической и радиоэлектронной аппаратуре. Наиболее уязвимы линии связи, сигнализации и управления. При этом может произойти пробой изоляции, повреждение трансформаторов, порча полупроводниковых приборов и т. п.


9. Черный карлик (астр.) - остывшие и вследствие этого не излучающие (или слабоизлучающие) в видимом диапазоне белые компактные звезды с массами, сравнимыми или большими, чем масса Солнца, но кратно меньшими радиусами и светимостями.


10. Коричневые или бурые карлики ("субзвезды" или "химические звезды") - планетоподобные объекты до 0,08 массы Солнца, или, соответственно, до 80 масс Юпитера.


11. Периферийное устройство (комп.) - внешняя аппаратура, которая позволяет вводить информацию в компьютер или выводить ее из него.


12. Система рециркуляции воздуха или воды - устройства для многократного использования одного и того же объема воздуха или воды в замкнутой системе обеспечения с повторной обработкой (фильтрацией, обогащением.).

13. Стазис - энергетическое поле, которое полностью останавливает любые физиологические процессы, а ощущение времени полностью теряется (гипотетически).