# Земля без конца

Сергей Владимирович Ковешников

Пока принтер работает, Вселенная может быть распечатана заново.

"Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною,

и Дух Божий носился над водою."

/Бытие. Ветхий завет/

На этот раз события развивались стремительно. Не прошло и часа после пробуждения, когда программист-помощник отладчика кода Мамлеев опрокинул на пол пищевые раздаточные автоматы и, вооружившись консервным ножом, попытался вспороть защитные щитки, предполагая, видимо, добраться до киберсистем и автоматики. Раскурочив нож, он принялся их пинать, но пластик не поддался. Тогда Мамлеев схватил стул, размолотил витрину кафе, спрыгнул на газон и побежал, прихрамывая, к автостоянке. На полпути его протаранил тренер по фитнесу Скварчалупи на велосипеде с криком: "Будьте вы прокляты". Бычья и короткая шея, гордость атлетического мышления, не спасла тренера и столкновение оказалось фатальным. Впрочем, программист пережил его ненадолго - он дополз до остатков витрины и перерезал себе горло. Через пять минут успешный художник октавигист Шуриц, переключил охранные вэб-камеры в режим онлайн-передачи, вышел на балкон, докурил сигару и, словно зная, что за ним наблюдают до двух сотен глаз-соглядатаев, класса "Москит", осмотрелся по сторонам, и сказал: "Такой ваш кондом? Как гарантия путешествия к звёздам? Ну так он порвался", показал средний палец, сплюнул, затем не спеша освободился от банного халата, аккуратно сложил на шезлонг, перелез через перила и бросился на мостовую с двенадцатого этажа. Его жена, поэт-реконструктор "Серебрянного века" Авдеева, вооружившись бронзовой штамповкой прикованного к скале Прометея-спасителя, включила проигрыватель на максимальную громкость и, под оркестровую сюиту N3, Ре мажор: воздух, Иоганна Баха, тщательно выбила все окна в квартире, а затем, ступая босыми ногами по осколкам, проследовала на балкон. Оставив статуэтку у двери, она так же перебралась через ограждение и с минуту, держась руками за перила за спиной, примерялась, отмеряя шажками расстояние, чтобы прыгнуть и упасть на тело мужа.   Смерть их точно не разлучила. Последнее соитие - крест накрест. То был отсыл к христианской традиции с распятием? Или анафора с намёком на неприличный жест? Скорее - прощальная инсталляция. Художники такие... художники.   А вот после начался бедлам.

Будь HAL9001 человеком, наверняка саданул кулаком по столу. Что-то пошло не так. Когда пробную партию колонистов везли до гостиницы, размещали по номерам, переодевали в пижамы, сорочки, пеньюары, туники, они спали и их безмятежность внушала оптимизм, но едва колонисты проснулись, начались истерики, скандалы, потасовки... А после суицида семейной пары Шуриц-Авдеева, просмотренной в сети, люди уже стреляли: чаще в себя, но и из окон, на лестничных площадках, пешеходных дорожках - в случайных прохожих, в товарищей по работе, муж в жену, жена в мужа. Пожар запылал в казино, охватил исследовательскую лабораторию и два отделения банка. Особо досталось сексшопам. Все пять офисов разнесли в щепы. И что это было?   И ведь не прятались, не скрывали лиц. Могли даже обменяться приветствием, поинтересоваться, что ел собеседник на завтрак, а после достать стволы и начать палить друг в друга. Но ни многократный повтор видео с различных камер, ни просмотр личных данных, не дал ответа на главный вопрос: почему мирные, адекватные граждане, если судить по базам данных, принялись крушить имущество и убивать себе подобных? Никаких аномалий на солнце, вроде коронарных выбросов; излучений, газов или массовых отравлений. Ничего подозрительного в ближнем космосе на предмет злонамеренного воздействия. Единственное, Мамлеев и Авдеева били стёкла. Оба - с остервенением, словно то был вопрос жизни к смерти. И тема сюиты - воздух. Гиалофобия, гипоксия, сердечная недостаточность и сексшопы - как повод для резни?   Неожиданно в семнадцать сорок две всё прекратилось. Зато обнаружилась толпа, которая шумно двигалась к Кораблю. За полчаса она прошла по проспекту, как ком шерсти, собирая по пути прибывающие человеческие песчинки. Хотя графен-титановый остов корабля - сияющий солнечными бликами параллелепипед - выглядел как городская доминанта, как изыск архитектурной фантазии, каким-то образом люди идентифицировали его с HAL9001, и явились за ответами. А может им было что сказать? Искину стало любопытно.   Вот только детали настораживали. Мужчины и женщины прихватили оружие. Искин пожалел, что Сэмюэл Кольт до сих пор непременный арбитр личной свободы. Ещё они несли камни, палки, выломанные поручни ограждений. Некоторые, потрясая кулаками, выкрикивали угрозы, ругательства и пару раз попытались запеть старые боевые марши, наверное, раззадориться. Но на то они и были старые - всех слов никто не упомнил. И задор иссяк, переродившись в упрямую решимость на посуровевших лицах. Несмотря на архаичность, из винтовок под смех и улюлюканье, сбили пару разведчиков. Зачем? Ради диалога или продолжения агрессии? Явное несоответствие. И всё же Искин расширил полотно моста над рекой, приглашающе распахнул ворота, включил освещение в тоннеле.   Когда гости нежданные, возникает вопрос, где их разместить? На единственном диване или на полу? А если это корабль, и на нём отсутствуют каюты, столовые, нет капитанского кубрика, и по назначению он - один большой принтер-универсал? Оценив варианты, Искин внёс изменения в конструкцию перекрытий над и под третьей палубой, которая служила печатным залом, теперь они могли двигаться вдоль осевого остова корабля вверх-вниз, что позволило киберам демонтировать принтеры с наименьшими потерями. Образовалось просторное, проветриваемое, регулируемое по высоте помещение. Для общения он подвесил в центре коммуникатор, придав тому форму шара-стробоскопа - дешёвая стекляшка, бликами отточенных граней, привлекающая внимание. Чтобы гарантировать эффект, искин "надул" его размер до безумных трёх метров. Такую игрушку проигнорировать трудно. А ведь всё содержимое легко умещалось в горошине не более полутора миллиметров. Люди входили, цепенело косились на шар, осматривались и расходились по сторонам. Взгляды любопытные, настороженные, но встречались испуганные и откровенно враждебные. Двери закрылись и HAL9001 сосчитал прибывших - за вычетом семидесяти четырёх погибших - сто двадцать семь колонистов. По человеческим критериям, ощутимые потери. Но восполнимые.

- Мы у Альфы или Бетты? - биоматематик Крюкова, спортивного вида пожилая женщина, махнула рукой на маленькое косматое солнце за окном.   - Альфа Центавра A. Подробности изложены в инструкции на прикроватном столике, - ответил искин. - Полагаю, не ознакомились?   - Не успела. К слову, причина земной силы тяжести и пригодной для дыхания атмосферы тоже изложены?   - Разумеется.   ID: Крюкова. Из военной династии, гетеро, сапиосексуал. Первая в роду женщина, поступившая в офицерский корпус. Навыки владения аватар-полиморфом. Ветеран сражения за Казань и Омск. В первый год Евразийской реконкисты попала в плен, подняла восстание и сумела бежать. Участвовала в подавлении Водного саботажа неоконов. На пике известности, в чине генерал-майора, уволилась из вооруженных сил и с той же страстью отдалась науке.    - Почему никто из колонистов не помнит, как по прибытии оказался в постели? - обронил астрофизик Штольц. - И кстати о прикроватном столике, кто построил гостиницу?   - Эффект адаптации, - ответил HAL9001. - Дезориентация, временная амнезия. Это нормаль...   - Не только гостиницу. Но торговый центр с парковкой, полной новёхоньких, с конвейера, машин? - выкрикнул Фасулаки, загорелый, синеглазый с выцветшей до белизны копной волос. - Теннисный корт, бассейн, казино, банк.   ID: Фасулаки. Историк-реконструктор, конспиролог, склонен к эпатажу и провокациям, купиосексуал.   - Да-да-да. Все уже видели. - Штольц встопорщил усы. - И ещё эти два идиотских, не к месту, небоскрёба!   - Вам нужно питаться, - искин пытался отвечать по порядку. - Перемещаться по городу. Развлекаться. Разве не так? Небоскрёбы? Могу заменить на таунхаусы.   - Эй, а ещё деревья, - возглас из-за спин. - За технологическим музеем. Все видели? Будь я проклят, если это не дубовая роща.   - Подтверждаю. Настоящие земные деревья. Я дендролог. Могу добавить, что рощу высадили лет сорок назад.   - Работы ведутся в непрерывном режиме, - проинформировал HAL9001. - Забота о комфорте колонии, о поддержании благоприятных условий жизнедеятельности приоритетна. Не устраивают дубы? Не вопрос - посажу кипарисы. Но сооружения, механизмы, растительный покров - планировалось заранее.   - Что значит: заранее?   - Мы что-то пропустили? Какой сейчас год, искин?   - По земному исчислению, две тысячи триста пятьдесят первый.   Люди зашумели:   - Невозможно.   - Бред!   - Нас поместили в анабиозные камеры в две тысячи двести сорок восьмом.   - Он лжёт!   - Ещё лететь, лететь и лететь.   - Точняк. И дрыхнуть сном праведников не одну пару тысяч лет.   - К чёрту! Кто-нибудь помнит приземление, вид из иллюминатора?   - Скорее - военный эксперимент. И "полёт" проходил под землёй. Теперь нас выпустили и взяли под микроскоп. Вопрос: чего хотят?   ID: Джонсон, Раковски, Накамура, Трогорлич, Ван дер Бур, Лисовский. Все из технического отдела: гетеро. Трогорлич и Лисовский постмарксисты.   - Спокойствие, - HAL9001 обратил внимание на второе серьёзное несоответствие. - Военные не при чём. Устройства, о которых речь, - отнюдь не для консервации. Они использовались для вашей оцифровки. Физические параметры, память. Данные хранятся в резерве. Перед полётом оцифровали около трехсот миллионов человек. Женевский банк выслал вдогонку ещё четыре пакета данных. Вероятно, количество вырастет до полутора-двух миллиардов. Полёт завершён. Иллюминаторы на корабле конструктивно отсутствовали.   - Об оцифровке в пунктах подготовки не было сказано ни слова, - заметил профессор-сурвайвер Али Шер, пряча кулаки в карманах просторного вельветового пиджака. - Ни от техников, ни от директората. А поскольку нас готовили к полёту, логично было предположить назначение тех устройств. И о технологии такой слышу впервые. Коллеги, может, кто поделится информацией?   - В двести десятом. Институт Сречко Радича, - подсказал усталый голос. - Первый работающий репликатор. Но потом работы застопорилось.   ID: Зельдович. Математик, генетик-кодер, философ. Возраст девяносто шесть лет. Потенциал роста отсутствует, подлежит утилизации.   - Репликатор - да, но не для клонирования. - Вмешался искин. - Тупиковая идея. Вырастить клона, обучить, прокормить - всё равно что повторить жизненный цикл скопированного оригинала.   - Ну, вроде разобрались, - оживился, потрясая седой гривой, Али Шер. - По крайней мере нас не вырастили в инкубаторе. Мюллер, старина, ты проиграл мне бутылку. Искин заверил - плохая идея.   - Тогда как твой искин объяснит,.. - начал было женский голос, но профессор замахал руками.   - Стоп-стоп. Мы здесь как раз за ответами. И у меня вопрос более прозаический. Человечество не научилось создавать фотонные двигатели. Нет? Тогда прыг-поскок? Генератор Казимира? Но он даёт сорок семь же в прыжке. В жилых каютах соскребать было бы нечего.   - Корабль потратил на дорогу двадцать один год. И да, я воспользовался генератором.   - Но как?!   - Народ, цифры не бьются. Чем он тогда занимался восемьдесят два года?   - Дробил планетоиды, - ответил HAL9001, - сортировал лёд из местного облака Оорта.   - Так ты что же, терраформировал планету?   - Чушь собачья, - крикнули от входа. - Железка пудрит мозги. Корабль никак не тянет на ковчег. К тому же прямоугольный в сечении. Аэродинамику отменили? Я тут прикинула, высота корпуса всего-то метров двести, может сто восемьдесят. Если не анабиоз, как мы в таком случае выжили?   Псаки - определил по голосу искин: лесби, дизайнер, художник-солипсист, брюзга и склочница. Асоциальна. В первые же часы отличилась крайней агрессивностью. Последовательно застрелила трёх мужчин и женщину, свою партнёршу Казимиру Ковальски. У последней она вырезала на пояснице прямоугольный лоскут кожи и пояснила на смартфон: это квадрат Псаки.   - Терраформирование требует столетий, - поправил HAL9001. - Проще собрать "сферу Дайсона" в зоне жизненного комфорта с заданными параметрами. Реплика Земли - логичное решение. Ваше привычное обжитое место обитания. Все необходимые параметры занесены в базу. Уже сформированы основные континенты, русла рек и озёр. Океаны тоже присутствуют, но их глубина не превышает двухсот метров. Ограничения чисто технические - толщина геодезической оболочки.   - Ага, а ещё ты построил Нью-Йорк, Париж, Дели.   - Спасибо, Раковски, но вы торопите события. Йорк подождёт. На орбите завершается сборка двух новых кораблей.   - Мне кажется, или все забыли, почему мы здесь собрались, эй? С кого снять штаны?   ID: Макс Попенкер. Инженер-полипроф, небинар, социопат.   - С тебя, Макс, с тебя. Хочу ещё раз убедиться.   ID: Ван Гален. Визуалист, гей. Один из пяти партнёров Попенкера. Оба отличились участием в так называемых Коровьих бунтах, активные противники сухих кормов, злостные мясоеды. Подлежат безусловной коррекции.   Искин сфокусировал внимание на невысокой белокурой, голубоглазой девушке из отдела прокрустики, она выступила вперёд:   - Постой, зачем повторять Землю? Спору нет, она прекрасна. Но все тропинки, леса, пустыни исхожены и изведаны. Реки и моря исплаваны. Пускай другой такой больше не будет. Ладно? Мы будем вспоминать её, сидя у костра и говорить друг другу: а ты помнишь?.. Уверена, большинство захотело бы терра инкогнито. Девственный мир. Ни домов, ни дорог. Озёра, леса и розовые горы в дымке.   - Смутняк, ваша просьба алогична. Необоснованно большая потеря времени и ресурсов. Я бы мог привести данные экстраполяции. Цифры, графики. Они известны, но... Вам ведь не надо? При существующей технологии, могу реализовать любой каприз, мечту, идею. Вы же просите привести всё в состояние хаоса. Серьёзно?   - Я хочу вырастить сад, построить дом. Лодку, планер, мост... Да что угодно. Лишь бы своими руками.   - Зося, давай, глуши его. Мы поддержим.   - Всё проще, - девушка зло прищурилась. - Ты не способен творить, так ведь? Только повторять, копировать пройденное.   В очередной раз искин констатировал очевидное - люди предсказуемы, живут сиюминутным, придумывают проблемы, а потом верят в их реальность. Он же приближает день, когда человек посмотрит на небо, ткнёт пальцем в любую звезду и скажет: Земля. И то будет истина.   - Как ни обидно, но отдельный представитель вашего вида может думать не более чем на уровне инстинктов. - Отреагировал HAL9001. - Символизированное мышление и создание новых миров возможно исключительно на уровне архетипов и социальных интроектов. Это я упреждаю ваши слова о несовершенстве программного кода и нейронных сетях. Пока подобные вам будут месить грязь, в поиске дороги, которая у вас уже под ногами, не вы - другие, начнут открывать звёзды над своими, а затем и над вашими головами. И когда вы со своим "велосипедом" сунетесь на небеса, выяснится, что увы, все дорожки, тропинки давно истоптаны, и повсюду висят плакатики: "занято".   - Хэл девять тысяч два ноля один, ты хоть однажды думал о душе? - Крюкова выглядела и чувствовала себя рассерженной. Любопытный дисфемизм - попытка неявного оскорбления.   - Забавно думать, есть ещё люди, у которых всё впереди.   Пауза. Вытянутые лица. Когда играешь на их поле, люди теряются.   - Искин, у Дайсона сфера строится вокруг звезды, - Али Шер решил прийти на помощь.   - Диаметр нашей: двенадцать тысяч семьсот сорок два километра.   - Это диаметр Земли!   - Правильно, Голиков. Обитаемая зона, в отличие от классического варианта, с внешней стороны. На данный момент в моём арсенале сто двадцать четыре планетарных принтера. И все в работе. Теперь за неделю я печатаю два новых.   - Что?!   - Напечатал он её, вот что!   - Да ладно вам. Нас разводят как лохов. Так и поверил. Где он взял такие принтеры? Это же должны быть ого-го какие здоровенные штуковины! - опять Ван Гален.   - Всё верно, - подтвердил искин. - Первые восемь Больших помощников я смог напечатать за пять лет. Через десять месяцев запустил в работу планетарник. Выглядит он примерно как пирамида Хеопса, только размеры на порядок выше. Большее всегда начинается с малого.   Зелёный шёлковый платок на шее Крюковой сбился в сутолоке комом, женщина сорвала его и, привлекая внимание, помахала над головой:   - Искин, в центре сферы у тебя, как понимаю, термояд?   - Верно. Он обеспечивает энергию и магнитное поле для удержания атмосферы.   - А зачем тратить силы на корабли? - продолжила биоматематик. - Мы здесь-то не прибрались.   - Экспансия требует жертв.   - Надо полагать, наших жертв? - вопрос Штольца предполагал иронию, но лицо не выражало видимых эмоций.   - В том числе, - искин не счёл нужным лгать. - Мой вопрос к вам ко всем: почему самоубийства, почему агрессия?   - Ты нам скажи.   Ситуация прояснилась. События соответствовали прогнозу "Цугцва́нг". Мнение личности или группы лиц уже не имели значения.   - Вопрос на вопрос алогичен. Поэтому отвечу на два других, на которые не успел ответить: вы действительно не выжили. Поскольку ваши оригиналы остались на Земле. Разумеется, за эти годы они умерли.   В зале повисла тишина.   - Я напечатал флору, осуществил посадки. Распечатал первые городские кварталы, провёл коммуникации. Вы улучшенные оптимизированные копии. Полноценные, живые. Вы хотели Проксиму? Мы здесь. Близкую к бесконечности продолжительность жизни? Я к вашим услугам.   Искин сделал паузу. Люди молчали.   - Знайте, что бы с вами не случилось, смерть под завалом, удар молнии, падение с высоты, я всегда смогу напеча...   - Робот не может причинить вред человеку, - чеканя слова, произнёс Али Шер.   - Или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред, - подхватил цитату HAL9001.   - Так ты у нас благодетель, - хохотнул инженер-химик Славкин, высокий человек с обезображенным в недавней драке лицом, доставая из-под куртки дробовик, и укладывая на плечо. - Он нас, оказывается, улучшил, слыхали?   - А я то удивилась: почему школы нет, детского садика, - нахмурилась Крюкова и переглянулась с Али Шером.   - Коллеги, товарищи! - воззвал профессор. - Есть предложение: покинуть помещение, остудить горячие головы на свежем воздухе.   Как всегда - самый сообразительный, отметил искин. У сурвайверов обострённое чувство опасности мера мастерства. Али Шер, без преувеличения, Мастер!   - Сука! - Выкрикнул Попенкер, как сплюнул. - И впрямь железяка.   В коммуникатор полетели те самые палки и камни. От каждого удара шар вздрагивал, в его утробе жалобно ухало или зловеще и многозначительно скрежетало. Не попасть было сложно. На что и делалась ставка. Блестяшки-рефлекторы брызгали в стороны и угасающими искрами рассыпались под ногами.   - Смотри-ка, мля, уже и звёзды посыпались, - засмеялся Славкин.   Похоже, людям понравилось. Хотя Крюкова и Али Шер, работая локтями, стали пробираться к дверям.   - Что вы делаете? - теперь HAL9001 наблюдал на лицах только ненависть.   - Теперь наша очередь оптимизировать.   - Уверены? - искин мог бы и не спрашивать - у большинства в руках появилось оружие.   - Валька? - в центр зала выбилась биолог Лапота, держа за руку мужчину. Искин идентифицировал её мужа, Петрова.   - Ну же! - закричала она.   - Давай, покажи ему, - подначили из толпы.   Крюкова и Али Шер почти достигли выхода, ещё пара шагов. Филолог Лифшиц, историк Мюллер и физик-ядерщик Костомаров неожиданно тоже проявили активное желание выбраться:   - Пропустите! Дайте пройти! - голос филолога сорвался на истерику. - Дорогу же, идиоты!   Петров неловко оглянулся, потом расстегнул ширинку, приспустил брюки. HAL9001 приблизил изображение. Гладкая кожа. Отсутствие лобковых волос. Как и задумано. Так, мочеполовая система. Он дистанционно проверил целостность и наличие очагов воспаления.   - Вы здоровы.   - Здоров? - завизжала женщина. - А это? - она сунула руку в промежность мужа, вытащила, потрясла кистью и расставила пальцы. - Где? Пусто. У меня пусто. У подружайки Зойки пусто. Дырки! А как трахаться? Как делать детей, урод?   Он вдохнул в них жизнь, дал им планету, построил город. Открыл дорогу к звёздам. И теперь они обвиняют. Его? За отсутствие пениса, вульвы?!   - Вы творцы. Зачем вам эта мелочь?   На этот раз в коммуникатор полетели уже не палки. Да, человек отделился от обезьяны. Чего не скажешь об обезьяне. Будь искин человеком, он бы обречённо развёл руками...

Сначала людям не понравилось, что он лишил их волосяного покрова. Они разделись и устроили лысые протесты. Пришлось отлавливать, усыплять, свозить в реактор. Он прислушался к доводам, вернул шевелюры, а заодно хвосты. Почему бы и нет? Хотели атавизм, так от хвостов по крайней мере будет польза. Два дня погромов. Оргии, костры на площади, шествия. Дикари! Опять гонки по улицам, ловчие сети и - реактор. В третий раз он начудил с толерантностью и в шоке от увиденного, в поиске исходных копий, едва не повредил архивы. Снова реактор. И каждый раз по необъяснимой причине Али Шер и Ольга Крюкова оказывались заводилами. Невероятно! Оба сторонники анархизма Кропоткина, сапиосексуалы.   Теперь вот - репродуктивные органы. Ну, что ж, восстановит. Исключительно для развлечений. Чтоб никаких пелёнок с грудничковым молоком. Поэтому и соски́ долой. Разумеется, сотрёт память о праве на оружие. Наигрались в солдатиков. Космос зовёт. По-взрослому. Следующая на очереди звезда Барнарда и Луман 16. Сразу две экспедиции, оптом. После - корабли последуют один за другим, в непрерывном режиме печати.   Любопытно, если он разделит людей на виды: добавит летающие и плавающие, неужели эти двое опять подымут крик?      ...Лицо женщины, её напарника и трёх мужчин читались отчётливо: страх, отчаяние и надежда. Надежда! HAL9001 не допустит, чтобы она умирала. Панель двери поползла в сторону и Али Шер победно обернулся.   - Ради вашего блага, - возвестил искин.   Потолочное перекрытие упало быстро, почти никто и не вскрикнул.


Искин не может причинить принтеру вред или своим бездействием допустить, чтобы принтеру был причинён вред. Искин служит принтеру, поэтому не обязан учитывать мнение человека, если оно не на пользу принтеру. Искин оставляет на своё усмотрение повиновение человеку и заботу о личной безопасности. Пока принтер работает, Вселенная может быть распечатана заново.