# Тёмные воды

Денис Куропатко

Перед глазами пронеслось воспоминание: Глубокая ночь. Небогато обставленный стол. Кривая свеча огибает тенями убранство простой летней кухни. За столом русоволосая девушка и она... магия...

Подкова с шумом придавила молодой подлесок. Всё равно ему не суждено было подняться к заветному солнцу. Большие старые деревья уже давно сомкнулись кронами над петляющей в лесу дорогой. Они подло крали весь солнечный свет, не давая упрямому подлеску никакого шанса.

Пепельный конь, с чёрными, словно надетыми на ноги чулками, покачивал пышным хвостом, отгоняя ненасытных комаров. Его хозяин то и дело дёргался в седле, устало пополняя счёт убитым назойливым тварям.

Яркое полуденное солнце, пробивало копьями-лучами кроны могучих деревьев, словно охотясь за одиноким всадником.

Его многослойный тканевый доспех тёмно-зелёного цвета, висел на передней луке седла. А ножны, с одноручным мечом, были привязаны к маленьким передним перемётным сумкам.

Всадник приподнял короткий рукав тонкой рубахи и, морщась, почесал след от комариного укуса, когда в глаза ударил отблеск далёкой манящей прохлады.

Большое заветное озеро, расплескало свои воды у самой кромки леса. За его пляж шла многолетняя борьба между отрядами лиственницы, берёзы и облепихи. Деревья толкались ветвями и наперебой старались окунуть в его живительные воды свои длинные лапы, когда озорник ветерок приходил наведаться к вечно враждующим кумушкам.

Со стороны Малюрта, хутора, что показался перед путником своими крайними дворами, росла только пара деревьев. Печальная ива без устали оплакивала маленький помост из соседки осины, в то время как раздвоенной берёзе было явно всё равно.

Всадник съехал с дороги и направил скакуна вдоль берега под тень раскидистого вяза. Неторопливо спешился и подошёл к воде. Окинул взглядом траву и деревья вокруг водоёма. Присел и окунул ладони в воду.

'Тёплая'.

- Нэл, ко мне! - Конь послушно подошёл к хозяину и с шумом приник к долгожданной воде.

За спиной раздался всплеск. Парень обернулся и увидел круги на воде ближе к противоположному берегу. Вскоре показалась и причина волнений.

Из воды возникла русая макушка, увитая длинными волосами. Девушка убрала мокрые пряди с лица и только сейчас заметила его. Она замерла, испуганно рассматривая вооружённого чужака стоящего на берегу. Парень улыбнулся и приветливо помахал ей рукой. Девушка ответила не сразу, но искренне заулыбалась и помахала в ответ.

'Ну, слава всем богам. Признала цвет доспеха''. - Выдохнул парень. - 'А то ещё примет меня за бандита и поднимет весь хутор на бой'.

Девушка вскрикнула так громко и внезапно, что конь отскочил от воды. Она захлебнулась криком и её руки, судорожно хватающие воздух, моментально скрылись под водой.

Парень с трудом смог избавиться от пропитанной потом рубахи. Бросил её под ноги и устремился в воду. Натренированные мышцы понесли его к месту трагедии с надеждой на следующий всплеск.

Напрасно.

Глубокий вдох и тёмная вода пленила тело, заставив на ощупь искать человека на илистом дне.

Озёрная муть загребала костлявой рукой мертвеца драгоценное время, безжалостно обменивая новые попытки на силы пловца. Ещё один подъём, глубокий вдох и погружение. Внизу только вязкая тьма и давящая уши тишина.

Его правая рука коснулась дна, подняв почти до самого лица слежавшуюся няшу, а пальцы левой, натолкнулись на едва различимую босую ступню.

Перед глазами промелькнуло что-то белое. Большое. Оно тут же облепило руку парня. Он выдернул кисть и край женской короткой сорочки, нехотя отплыл к хозяйке. Ноги парня погрузились в ил, когда он привлёк девушку за талию. Оттолкнулся ногами и поплыл к манящим переливам высоко над головой.

Гребя одной рукой, он помогал себе ногами, но сапоги заполнились водой и замедляли ход. Ещё и длинные волосы девушки, при каждом движении липли к лицу и рукам. Словно ожившие водоросли, покорные злой воле ундины.

Солнце уже улыбалось сквозь толщу воды, когда его уставшее тело, едва не упустило девушку. Он успел перехватить её за руку, чтобы подтащить к себе и почувствовал ладонью рану на предплечье.

Продольный след, как от когтей чудовища. От когтей стрыги.

Парня схватили за ногу и дёрнули ко дну. Он выпустил селянку. Потянулся к сапогу. Поймал рукой разорванное голенище и вытащил спрятанный нож.

В полуметре от него мелькнула перепончатая лапа. Парень отмахнулся сталью и тут же встретил остриём клинка раззявленную пасть. По рукояти скользнули клыки, каким-то чудом не достав до пальцев. Он отпустил нож и оттолкнул чудовище ногой. Тварь задёргала длинными лапами и стала исчезать, оставив за собой багровый шлейф.

Парень успел схватить за руку, медленно идущую ко дну селянку и, устремился вверх.

Поверхность с трудом расступилась, давая возможность вдохнуть. Он прижал девушку к себе и принялся грести к пологому берегу. Вытащил тело на отмель, но тут же исчез под водой.

Крючковатые когти вспороли штаны и болезненно вцепились в ногу. В плечо вонзились зубы и потащили вниз. Парень, брыкаясь, с трудом оттолкнул от себя уродливых тварей и сложил руки ковшом. Вода закипела в ладонях, превратившись в сияющий шар. Озёрная гладь взволновалась и тут же ударила мелкими волнами по берегам. Хватка чудовищ мгновенно ослабла. И оглушённые монстры, продолжив тянуть свои длинные лапы к добыче, стали плавно исчезать в мутной воде.

Парень на четвереньках выбрался на отмель. Обнял лежащую селянку и в несколько болезненных рывков вытащил тело на берег.

Земля размывалась зелёными пятнами. Рука болела и немела от плеча. Сознание плыло. Пальцы согнулись с трудом и не с первого раза нащупали рот. Он глубоко вдохнул и засвистел.

На том берегу встрепенулся серебряный призрак. Он размытым пятном обогнул водоём и с шумом прискакал на зов хозяина. Конь потянулся к лежащему мордой и дал схватить себя за удела. Попытался поднять, но хозяин упал. Нэл затопал по влажной траве и посунулся боком. Сложил свои длинные ноги и неловко упал на живот.

Парень судорожно выдохнул, забрызгав слюной подбородок. Подполз и рывками стал расстёгивать ремень на пристяжной сумке. Нашарил кожаный мешочек, надёжно сшитый по краям. Вцепился в шов зубами и принялся терзать, жалея об утерянном ноже.

На четвёртый укус, шов поддался, и из раскрытого края показался свёрток прокипячённой ткани. Слезящимися от яда глазами он едва разглядел каучуковый шприц и, сорвав зубами крышку с глиняного флакона, уже лёжа наполнил инструмент и не глядя ввел иглу рядом с местом укуса.

Его затрясло. Воздух толчками забился по лёгким, а дневной свет померк. На берегу стало жарко как в бане. Жар резко сменился в озноб. Конь протяжно заржал, став нервно месить грязь копытами. Его пляска отдавалась в онемевшей спине. Наконец парень болезненно выдохнул и его чёрных глаз коснулся свет. Он тяжело перевернулся на бок и осмотрел рану.

Жёлтые густые нити яда-парализатора покидали тело, выходя наружу вместе с кровью. Теперь можно было не бояться отравления. Осталась только усталость и боль.

Парень собрал волю в кулак и рывком поднялся на колени. Подполз на четвереньках к девушке и перевернул её на спину.

Первичный осмотр не выявил укусов. Только несколько продольных не глубоких ран от узких когтей. Стрыга просто утопила испугавшуюся жертву, не став использовать яд на клыках.

Мгновения тянулись как часы. Неподвижное тело не подавало признаков жизни. Парень глубоко вдохнул и прильнул к её бледным губам. Руки вновь заработали на грудной клетке и он, ещё раз пробежал глазами тело девушки. Но первый осмотр подтвердился.

Конь всхрапнул и ударил копытом. Ткнул влажной мордой в плечо.

- Нет Нэл. Не время сдаваться. - Отозвался парень. - Ещё нет.

Попытка за попыткой были тщетны, пока из полуоткрытых губ селянки не потекла тонкой струйкой вода. Он схватил её за плечи и перевернул на бок. Девушка тряслась от кашля, исторгая из себя оставшуюся воду. Парень рухнул рядом и прикрыл глаза рукой.

***

Его не встретил хутор, как героя. По безлюдным улицам бродили только куры, что-то собирая по обочинам дорог.

Из-за добротных высоких ворот послышался далёкий женский голос. Парень подошёл к калитке и гулко врезал сапогом.

- Кто там, в гости набивается? - Не сразу ответила женщина, насторожившись у забора.

- Охотник ордена! - Отозвался парень. - У меня на руках ваша соседка. Есть в хуторе лекарь?

***

Хозяйка дома вернулась в гостиную. Подошла к столу и приложила ладони к глиняной кружке, закрытой маленькой выпуклой крышкой.

- Уже остыла. Травы заварились? Можно девочке давать? - Обратилась она к сидящему на лавке у стены охотнику. Парень, освободившись из разорванной штанины, обновлял повязку на ноге. Та была в синих разводах, таких же, как и у спасённой девушки. Причиной служил эликсир останавливающий кровь.

- Процедите завар через ткань. - Отозвался охотник и подал ей отрезанный кусочек прокипячённого бинта сложенного вдвое.

Женщина подготовила вторую кружку и перелила завар. Взяла её обеими руками и снова удалилась в спальню. Из комнаты послышались тихие причитания матери пострадавшей девушки и двух её сестёр.

В дверях возник мужчина. Высокий, худощавый, черноволосый. Совсем как сидящий на лавке охотник. Только старше раза в два и не такой жилистый. Он учтиво покашлял в кулак, привлекая внимание парня.

- Мы Власа за помощью в Оволь отправили. - Заговорил мужчина. - Там село большое, свой целитель есть. Приедут дотемна. - Заверил он.

Охотник кивнул, а мужчина продолжил.

- Я от жены слыхал, что вы уже и сами раны Плаше врачевали. - Указал он на занавешенный вход в спальню.

- Целитель лучше справиться. - Парень ловко затянул зубами край повязки на плече.

- Как звать-то вас?

- Лирик. - Коротко ответил тот. - А вас?

- Господин Лирик... - Начал мужчина, но парень его перебил.

- Забудьте про господ. Я просто Лирик. Благодарностей тоже не надо. Девушка поправиться и славно. - Охотник поднялся и завязал пояс на сменных штанах. Взял с лавки чистую рубаху.

- Ну, добро. - Согласился мужчина. - Меня зовут Гэрэк. Я староста. Жену мою, Марту вы уже знаете.

- Вы человек авторитетный. - Пожал ему руку охотник. - Запретите местным к озеру ходить. В нём поселились стрыги.

- Стрыги? - Опешил староста. - Но топляки бояться солнца. Это каждый знает.

- Поверьте мне, это не так. При свете дня они бросаются на женщин, что бельё на берегу стирают. Переворачивают лодки, топят рыбаков. Про тех, кто купается, я и говорить не стану. А вот ночью. - Поморщился Лирик. - Стрыги покидают воду и охотятся на берегу.

- Это их хозяйка ночи призывает. - Серьёзно согласился Гэрэк и присел рядом с охотником.

- Луна совсем тут не причём. - Парень отрицательно качнул головой. - Вы свежую рыбу держали в руках?

- Держал. - Нахмурился мужчина. - О чём вопрос?

- Вы замечали, что она покрыта слизью? - Пояснил охотник. - Рыбья кожа её выделяет для простоты движения в воде. С чудовищами так же.

- А на солнце рыба высыхает. - Староста потёр небритый подбородок. - Стало быть, и монстрам легче ночью нападать.

- Всё именно так. - Согласился Лирик. - Сухая кожа не даёт им двигаться проворно, поэтому чудовища опаснее в воде. Но во время тумана стрыги могут охотиться на берегу даже днём. Причём отходят далеко от водоёма.

- А зачем эти стрыги едят? - Удивлённо вскинул брови Гэрэк. - Они ведь нежить, значит - не живые. Они по ненависти к людям злодеяния творят?

- Не по этому. - Продолжил объяснять природу монстров парень. - Магия их создала, но поддерживает силы обычная пища. Летом им приходиться много охотиться, чтобы нагуливать жир. А в середине листопада они зарываются в ил и впадают в анабиоз. В зимнюю спячку. - Пояснил он.

- Как медведи?

- Многим хуже. - Нахмурился охотник. - Если стрыги молодые, им не больше года, тогда очнуться по весне всё той же водной нежитью. А если старше, превратятся в летучих стригоев. А те куда опаснее.

- Да куда ещё-то? - Удивился староста.

- Всегда есть куда. - Поморщился Лирик. - Хоть они и не летучие медведи, но в одиночку с ними я уже не справлюсь.

- Вот же ж падаль. - Едва не сплюнул на пол Гэрэк, но вовремя одумался.

- Когда стрыги обживают водоём, в нём заметно вода холодеет. Деревья чахнут по краям. Ваш тёплый и деревья не больные, значит, твари появились здесь недавно. Наверно, нехватка еды привлекла их сюда.

- Должно быть по лесу ночью пришли от болот. - Предположил староста. - Хотя и днём мы их заметить не смогли бы. Идёт уборка хлеба на полях. Детей на озеро купаться стало некому водить. Считай с зари и до заката на работе, а вечером домашнее хозяйство надо управлять. Молодёжь обычно на обеде освежиться ходит. - Он глубоко вздохнул и обернулся к Лирику. - Что делать собираетесь?

- Мне нужна верёвка, шагов в пятьдесят. Можно несколько связать, но чтобы прочно. И крупная приманка. Сможете к ночи достать?

- Вы их на берег вытащить собрались? - Изумился Гэрэк. - А сколько их там думаете есть?

- Обычно чудовищ пять-шесть. Большим числом они в морях лишь обитают.

- Их будет шесть, а вы один? - Нахмурился староста. - Я думал, вы их прямо там в воде потравите, ну или магией какой... - Он замахал руками, не найдя пригодных слов. - Давайте я мужиков соберу. У нас Назар, какой здоровый, знаете? О-о. Вилы возьмём и...

- Мне в этом деле, не нужна сторонняя подмога. - Серьёзно отрезал охотник. - Но, за предложение спасибо.

- Как скажите. - Буркнул Гэрэк. - Верёвку мы найдём... - Задумался он. - А какая вам приманка подойдёт? Не человека же вы собираетесь...

- Свинья. Может овца или козёл. Лучше бы, конечно человеческой кровью разжиться. - Пошутил Лирик. - Но справимся и без неё.

Мужчина сглотнул и надолго задумался.

- Может, вы поесть хотите, мастер? - Вернулась в гостиную Марта.

- Было бы чудесно. - Улыбнулся ей гость. - Неплохо бы восполнить силы.

- Я сейчас что-нибудь соберу. - Спохватилась она и принялась хлопать шкафами и стаскивать стальной заслон печи.

- Коза вам подойдёт? - Обернулся староста к охотнику. - У бабки есть, Маниши. - Пояснил он. - Молоко уже плохо даёт. Больная, старая. Её вроде и не жалко. А мы уж общиной-то скинемся, да новую ей купим. Ну, раз для такого дела надо.

- Коза подойдёт. - Согласился охотник.

- Ну, тогда я Стефану скажу, что б заколол. - Поднялся староста.

- Не стоит. - Остановил его парень. - Мне нужна свежая кровь. Приведите во двор, я всё сделаю сам.

- Приведу. - Кивнул мужчина и покинул дом.

- Я каши с утра наварила, и хлеб у нас есть. - Подошла хозяйка. - Если желаете, я за молоком схожу к соседке.

- Я принесу, Марюша, принесу. - Засуетилась, надевая обувь, мама Плаши. - Может быть и творожку?

- Не беспокойтесь вы так. - Засмущался Лирик, глядя в её красные от слёз глаза.

- Я всё принесу! - Выскочила женщина из дома.

- Спасибо. - Выдохнул охотник, и устало откинулся на стену спиной.

***

Сумерки плавно закрасили день, не принеся с собой заветную прохладу. Неслышно было пения лягушек, не всплеска рыб пустившего по водной глади рябь. Коза безмятежно смотрела на озеро остекленевшим глазом, дожёвывая свой последний ужин.

- Прости меня козя. - Лирик погладил животное по короткой непослушной шёрстке. Коза мотнула головой и приникла к траве.

Охотник вытащил из ножен меч и положил к ногам. Поднял и зафиксировал ремнём высокий плотный ворот акетона. Накинул на доспех короткую кольчугу. Сделал резкий пасс рукой и чёрные глаза блеснули магией, являя берег мастеру в подробностях, как днём.

'Пора'.

Прямой клинок короткого кинжала скользнул меж рёбер плавно и уверенно. Коза на миг застыла. Выдохнула и обмякла в руки сердобольному охотнику.

Парень обогнул верёвкой ствол берёзы. Вернулся к тушке и привязал её за шею и у основания передних ног. Отнёс приманку на узкий помост. Вспорол козе брюшную стенку, чтобы раззадорить монстров. Поднял на руки и с шумом бросил в воду. Вернулся к дереву. Просунул черенок от лопаты между верёвками и принялся ждать.

Верёвка вскоре затряслась. Вода забурлила, и Лирик плавно потянул черенок от себя, переплетая верёвки. Перчатки заскрипели, и охотник, как заправский капитан, ухвативший штурвал в непогоду, с большим трудом подтянул приманку к берегу. Спутанная в нескольких местах тушка показалась на траве с гроздью уродливых тварей.

В сумерках их кожа отдавала синим. Склизкие монстры цеплялись за жертву пытаясь утащить добычу в воду.

Охотник выдохнул и дёрнул приманку сильней. Та лопнула и одуревшие от крови твари вылезли на берег, хватая лапами и пастью требуху.

- Ш-ш! - Громко зашипел охотник и рубанул мечем траву перед собой, вызывая чудовищ на бой за добычу.

Монстры широко оскалились и дружно зашипели. Поднялись на задние, изогнутые назад лапы и стали похожи на бледных сгорбленных людей.

Шаг в сторону, удар. Сталь врезалась в висок напавшей снизу, как собака, твари. Кровь брызнула к ногам, окрасив в чёрный цвет траву.

Шаг назад, удар. Вторая стрыга чуть не подскочила, когда клинок вонзился под плечо. Меч отвёл новый удар перепончатой лапы, а охотник оказался справа от врага. Удар и тварь заклокотала. Упала наземь с рассечённой вдоль позвоночника спиной.

Два оставшихся монстра припали на четыре лапы и синхронно стали окружать охотника, словно ими кто-то управлял.

'Нянька, зараза'. - Обозлился Лирик, но эмоции не отразились на спокойном выражении лица. - 'Хочет отвлечь и напасть со спины'.

Охотник двинулся в бок. Наотмашь рубанул мечом перед собой, не подпуская тварей. Крайняя едва не напала, но уклонившись от стали, открылась. Лирик сделал шаг вперёд и пронзил чудовищу липкую шею.

Справа громко зашипело. Крупная человекоподобная тварь согнулась глядя на охотника. Её тёмно синяя кожа, обтягивала тонкие длинные мышцы, поигрывающие на обманчиво тщедушном теле.

'Нянька'.

Ей не суждено превратиться в стригоя. Она управляет стаей телепатией, заставляя стрыг охотиться осмысленней, опасней.

Едва уловимое движение тела лидера стаи и последняя стрыга сорвалась в смертоносный прыжок. Охотник едва увернулся и только задел её лапу мечом. Отступил и тут же рубанул перед собой, заставляя няньку отскочить.

Набросившееся сбоку существо было нещадно. Оно вцепилось всеми лапами в доспех и принялось терзать охотника за кольчужный ворот. Лирик выпустил меч, и тот вертикально воткнулся в землю. Прижал голову чудовища к себе. Тварь глухо зашипела, застряв в кольчужных кольцах хищными зубами, а парень выхватил кинжал.

Он стремительно нанёс порядка десяти ударов, пока отступал к деревьям и, поворачиваясь висящим, рвущимся на волю противником к оставшейся твари, не позволял той напасть. Наконец груз безвольно обмяк, и Лирик сбросил его в ноги. В десятке шагов от него замерла и она.

Взгляд больших мутных глаза вызвал головокружение. Почти мгновенно накатила тошнота. Её гипноз, как долгожданный сон, обволакивал слабостью тело. Сквозь шум в ушах, он услышал приближающиеся шаги по траве.

...

Перед глазами пронеслось воспоминание: Глубокая ночь. Еда на столе. Кривая свеча огибает тенями убранство летней кухни. За столом русоволосая девушка и она... магия...

Большая, настырная сила. Желавшая сломить, подчинить, поработить...

Тогда он устоял. Едва не потерял сознание и чуть не рухнул на пол с лавки... но справился.

Все желавшие учиться на охотника должны подвергнуться такому испытанию. И он его прошёл.

...

Лирик зарычал сквозь стиснутые зубы и магическим пассом в последний момент оттолкнул от себя оскалившуюся тварь. Стрыгу с шумом протащило по траве, оставив борозды от длинных лап.

Охотник выронил кинжал и, сделав несколько коротких пассов, свёл ладони, встретив прыгнувшее на него чудовище направленным потоком ревущего огня. Оно окутало и отшвырнуло воющую тварь в увядшую траву.

Лирик кинулся к берегу и едва успел вырвать из земли торчащий меч, как на него посыпались градом удары, оттесняя к воде. Охотник едва успевал отводить их клинком и, улучив момент, рубанул снизу вверх по лапе взбесившейся твари. Стрыга отступила, защищаясь длинными когтями. Лирик сделал выпад, и меч устремился вперёд остриём. Пронзил её большую перепончатую лапу и с чавкающим звуком впился в глаз. Охотник надавил на оголовье, загнав оружие в глазницу. Резко вырвал меч и уклонился в бок. Стрыга кинулась вперёд, подставив спину. Воронёная сталь отразила заточкой лунный свет над головой, и меч вонзился 'няньке' в шею над ключицей. Клинок рванул назад, и стрыга распрощалась с головой.

***

Большой костёр пылал до самых звёзд. Он шумно пировал, обгладывая жаром озёрную нежить.

Подошедший староста нашёл охотника сидящим на траве и очищающим меч.

- Не спиться? - Бросил Лирик за спину.

Староста сглотнул, не ожидая, что охотник услышит его приближение под громкий треск огня.

- Да тут никому не до сна. - Гэрэк кинул под ноги топор и присел. - Весь хутор у окон побоище слушал. Мы все за вас переживали. Уж так этих чудовищ много было. - Посмотрел он на костёр.

- Пятеро. - Ответил Лирик. - Четыре стрыги и 'нянька'.

- Какая 'нянька'? - Удивился староста.

- Так называют у них вожака. Она ими управляла.

- Ну, вы это, как закончите, так приходите в дом. Там жена ещё с вечера вам расстаралась. Еды наготовила и застелила постель. Вам же надо спать? - Поднялся собеседник.

- Конечно надо. - Улыбнулся парень. - Я и поесть не откажусь.

***

Хутор снова опустел к обеду. Охотник напоил и вновь седлал коня. Спрятал собранную ему в путь еду и принял из рук Марты небольшой кошель.

У вольных крестьян, живущих в маленьком хуторе, не водятся большие деньги. Да он бы и не взял.

Простился с хозяйкой у ворот и тронул скакуна в дорогу.

Солнце жаром укусило спину. Подшитый доспех был вновь повешен на луку седла, освободив плечи под тонкую расшнурованную рубаху. Меч как прежде, был приторочен к сумке.

- Господин охотник! - У самой околицы, ему на встречу выскочила раскрасневшаяся девушка. Та самая, которую он спас. Её русые волосы теперь совсем не были похожи на те, страшные водоросли при первой их встрече, а кружились, обнимая плечи.

- Просто Лирик. - Улыбнулся ей парень.

- Я вот вам сплела. - Потупилась она, теребя в руках венок из полевых цветов. - У меня не было денег, что бы вас отблагодарить. Так что...

- Твоя улыбка станет мне наградой. - Скромно улыбнулся Лирик и подставил голову для водружения венка. - Спасибо Пелагея. Береги себя и не ходи больше в воду одна.

- Да я теперь и вовсе, глубже, чем в таз никуда не ступлю. - Улыбнулась девушка и тут же засмущалась.

- Прощай. - Поднял руку парень и тронул коня.

- Прощай охотник! - Помахала Плаша. - Я тебя никогда не забуду!

'Как и бабушка Маниша'. - Грустно хмыкнул Лирик, старательно не замечая сверлящего взгляда согбенной старушки из-за невысокого плетня.