# Непрерывность снов

Игорь Алексеевич Куншенко

Герою из ночи в ночь снятся кошмары. Вместо того, чтобы начать пить успокоительное или сходить к психиатру, он отправляется за помощью к самому настоящему магу. Рассказ опубликован в авторском сборнике "Бестиарий" (Ростов-на-Дону, издатель ИП Каторгин Д.Е., 2015).

Непрерывность снов


Маг внимательно посмотрел на меня.

- Что же вас привело ко мне? - спросил он.

От проницательного взгляда его серых глаз становилось не по себе. Казалось, что он заранее знает ответ на свой вопрос и задает его только ради вежливости. И я ради той же вежливости ответил:

- Страх. Страх умереть во сне.

- Интересно. А можно поподробней? - С этими словами маг откинулся в кресле и, переплетя пальцы, приготовился слушать.

- Разумеется. Я пришел к вам, чтобы рассказать свою беду во всех подробностях. Уже месяц... Уже месяц я не могу спокойно спать. Из ночи в ночь что-то хочет убить меня. Оно гонится за мной во сне. Я убегаю со всех ног, но всегда ощущаю его дыхание на затылке. Это невозможно описать словами, это нужно почувствовать. Этот ужас... Ужас... Оно вселяет его, оно пользуется им, как оружием. Ужас пожирает меня. С каждым сном я все больше слабею. А мой преследователь становится все ближе и ближе. Моя слабость - его сила. Я не знаю, что делать! Я боюсь засыпать! Но со сном бороться невозможно. Кофе лишь подтачивает мои силы. И чем дальше, тем их меньше. Вдруг сегодня ночью я проиграю? Вдруг через несколько часов меня сожрет ночной кошмар? Мне страшно!

Маг поднял ладонь.

- Успокойтесь.

Я попытался успокоиться. Насколько успешно, не знаю.

- А теперь, пожалуйста, расскажите, с чего все началось.

Я снова вздохнул. Помолчал минуту, чтобы собраться с мыслями. Окинул взглядом кабинет. На меня смотрели пустыми стеклянными глазами чучела самых разных животных - совы, лисы, волки, кошки, в углу стоял на задних лапах оскалившийся медведь. Мне подумалось, что вдруг это вовсе не чучела, а самые настоящие звери, которых маг с помощью колдовства привратил в элементы декора. Совсем недавно они ели, пили, рычали, грызли, дрались, а потом взмах волшебной палочки и... Но в любой момент чары могут спасть и тогда мало не покажется тому неудачнику, который окажется в этом зверинце. И когда этого неудачника станут разрывать на части, хозяин кабинета будет стоять в углу, лениво курить и усмехаться.

Воображение нарисовало мне столь живую и динамичную картину, что меня пробрала дрожь. Попытавшись выкинуть эту мысль из головы, я продолжил свой рассказ:

- Точную дату назвать не смогу. Но зато помню, как это началось. Мне начали сниться очень четкие, цветные сны. Они не убегали из памяти, как это обычно случается на рассвете. Эти ночные видения четко фиксировались в сознании. Фотографии снов. Я мог вспомнить любой такой сон от начала до конца. Все они были совершенными. Очень красивыми. Идеальными. И во всех этих снах я был одинок. Бродил по горам, лесам, старинным улочкам городов. Смотрел на восход, на закат. Плыл по бурным морям. Всегда один. Но это только вначале мне казалось, что я один. Потом стало чувствоваться чье-то враждебное присутствие. Кто-то или что-то наблюдало за мной, исследовало меня. Я испытывал дискомфорт, беспокойство, но особого страха не было. Пока оно не стало за мной гоняться. Это случалось под конец сна. Уже на рассвете мой враг смелел и бросался на меня. Но он не успевал. Я всегда просыпался первым.

Маг поднялся из-за стола, подошел к окну. Теперь стало видно, что он действительно высокий мужчина, причем он казался еще выше из-за сильной худобы. Я смотрел на него и не мог понять одного: почему на нем стандартный черный деловой костюм? Другие маги, про которых я слышал, любили выряжаться в просторные мантии, восточные халаты, на головах носили огромные колпаки, являлись в клубах дыма и с грохотом проваливались сквозь пол. Если бы я встретил его на улице, то подумал бы, что он никак не может быть магом, заподозрил бы в нем чиновника. Только рекомендации серьезных людей позволяли мне верить, что он действительно причастен к волшебству, что он в своей области общепризнанный специалист.

- И чем дальше, тем больше? Из сна в сон погоня увеличивалась? Пока не захватила весь сон?

- Да, - ответил я. - Теперь мне дается всего минут пять, чтобы приготовиться. А потом бегу по солнечным улицам, грязным подворотням, пожарным лестницам, горным тропинкам... Пытаюсь спастись, оторваться. Не получается! Но ведь я точно знаю, что когда оно меня настигнет, придет конец. Полный. Я умру не только во сне! Я умру по-настоящему!

Черт, опять сорвался на крик. Так нельзя.

Маг подошел ко мне. Оттянул веко, заглянул в глаза. Прикоснулся ко лбу.

- Все ясно, - резюмировал он. - У вас Деймоснайт.

- Что? - удивился я.

- На вас кто-то наслал Деймоснайт. И вы действительно с ночи на ночь погибнете.

- Ничего себе утешили!

Опять сорвался на крик. Но сдерживаться дальше невозможно! Я вскочил на ноги.

- Сядьте, - приказал маг.

Я сел.

- Хорошо. Сидите. Есть средство.

- Какое?

- Незаконное.

Маг снова отошел к окну. Пригладил свои седые волосы.

- Дорогое? - спросил я.

- Да. Но ведь, согласитесь, жизнь не имеет цены.

Согласен, в его словах есть резон.

- Слушайте внимательно, - продолжил маг. - Все, что я сейчас скажу, выполните сегодня вечером. Выполните в точности. От этого зависит ваша жизнь.

Я кивнул.

- Итак, сегодня в одиннадцать сорок пять вы выпьете настойку, которую я вам дам. После этого десять минут будете смотреть на ночное небо. Не пугайтесь, когда из вашей головы постепенно будут истекать мысли. Сознание должно очиститься. Возможны видения. Но это не обязательно. Если они все-таки придут, не бойтесь - в них нет ни малейшего вреда. В одиннадцать пятьдесят пять съедите сушеный гриб, который я тоже дам. После этого ляжете на диван. В полночь закроете глаза. Вы сразу же заснете. Вам будет сниться, что вы неподвижно стоите. Сдвинуться будет невозможно. Не паникуйте. Все для вашего же блага. Стойте и ждите. Ваш враг приблизится. Но увидеть его будет невозможно. Он подкрадется за спиной. И когда кинется на вас, вы скажете то слово, которое появится у вас в голове. До этого слово будет неизвестно. Я не буду его сейчас говорить. Оно появится тогда, когда будет нужно. И как только произнесете его, бегите. И не останавливайтесь. Несмотря ни на что. И все будет хорошо. Поняли?

- Да.

Маг подошел к шкафу и достал из него маленькую коробочку.

- Тут все, что вам необходимо.

Он протянул ее мне.

- Завтра принесете деньги. Двадцать тысяч.

- А если погибну?

- Тогда мне никто не заплатит. По-моему, честно.

Я кивнул.

- Тогда до завтра.

Я поклонился и вышел из его пропахшего тленом кабинета. Вернусь ли сюда завтра?

Ночь покажет.


Одиннадцать сорок пять.

За десять минут до этого я открыл коробочку. В ней - пузырек с темной жидкостью и сушеный сморщенный гриб. Малоаппетитный ужин. Хотя я к этому моменту уже дошел до такого состояния, что был готов съесть даже кусок дерьма, только бы избавиться от проклятого кошмара.

Десять минут смотрел на часы. Минутная стрелка ползла так медленно. Медленней улитки. Мне казалось, что слышу, как лениво скользят секунды по минутной оси времени. Уже скоро.

Одиннадцать сорок пять.

Я откупорил пузырек. Отвратительный запах. Вонь. Зажал пальцами нос и одним махом проглотил омерзительную жидкость. Внутренности обожгло.

Подошел к окну. Оно уже распахнуто. Стал смотреть на небо. Будильник на столе прозвенит ровно в одиннадцать пятьдесят пять. Осталось совсем немного.

Ночь дышала ароматом фиалок, растущих у меня в саду. Их жена очень любила. Так же, как я любил ее. Откуда эти отвратительные мысли, откуда эти грустные воспоминания? Какие?.. Надо смотреть в небо. Считать звезды.

Где-то залаяла собака. Но этот звук почти не задел мое сознание. Я смотрел в небо. На звезды. Давно, признаюсь, не делал этого; наверное, с самого детства.

Вон Большая Медведица. Вон Орион. Вон Скорпион. Далеко-далеко отсюда, в пустоте, среди холода, несутся по каким-то никому не известным путям огромные газовые шары. А вместе с ними - их свита: планеты, астероиды, кометы. Им нет никакого дела до нас, людей. У них свои цели. Или отсутствие таковых. Человечество исчезнет, а звезды останутся. Ведь они существовали еще до того, как оно появилось. И будут существовать после гибели людской цивилизации.

Чу! Что такое?

Шаги за спиной. Аромат жасмина. Это она...

Призрачные пальцы касаются моих щек. Горячий шепот...

Я не могу разобрать слов. Но этого и не надо - воображение подскажет, память заставит вспомнить...

Но нельзя поворачиваться, нельзя отрываться от неба усыпанного яркими звездами. Вон пролетел метеор.

А потом я услышал звук взрыва. Женский крик. Я чувствовал, как пот течет по горячему лбу. Что за наваждение?! Что за мука?! Кажется, маг что-то говорил о галлюцинациях...

Шум прибоя.

Крик ворона.

Рев тигра.

Прикосновение жаркого ветра.

Брызги дождя на лице.

Что-то больно вцепилось в ногу.

Все смешалось в моей воспаленной голове. Явь и сон, реальность и нереальность. И уже не отличишь одно от другого.

Резко затрезвонил будильник.

Я кинул в рот сухой гриб и, начав его жевать, подошел к дивану. Видения исчезли, растворились. Комната стала обычной, будничной. Ничего особенного. Только все еще витает жасминовый запах.

Я проглотил гриб уже на диване. Такое впечатление, что жевал жменю песка. Мысли исчезли, убежали, скрылись. Остался лишь белый потолок.

Как меня зовут?

Что я тут делаю?

На чем лежу?

Не знаю...

И когда настенные часы стали бить полночь, я закрыл глаза.

Заснул.


Песок. Один только песок. Ни следа какого-нибудь даже малюсенького растения. В этом высушенном солнцем месте нет места жизни даже в самых простых ее формах. Здесь только песок и солнце. Песок и солнце. Больше ничего. Песок, солнце. И я.

Я будто в центре огромной плоскости, засыпанной песком. В пустыне, которую смело можно назвать квинтэссенцией всех пустынь. Над головой сияет злое солнце. Оно точно над моей макушкой. Тень сбежала под подошвы лакированных туфель, став маленькой черточкой у основания каблуков.

Жарко. Тихо. Можно услышать, как капли пота падают на песок с кончика носа. Я один. Но надолго ли? Где-то за спиной затаился монстр, возжелавший убить меня. Сколько же еще он будет ждать? Почему не бросается прямо сейчас? Нет слов, как страшно от этого одинокого ожидания. Я бы сейчас уже побежал. Понесся бы куда-нибудь. И чем дальше, тем лучше. Понадобилось бы - петлял, спасая жизнь. Но не могу. НЕ МОГУ. Невидимые узы спеленали меня. Ноги не слушаются. Руки не двигаются. Не могу даже вытереть со лба пот. Стою, как приманка; как козленок, которого используют охотники, чтобы подманить льва. Что чувствует такой козленок? Страх. Нет, даже не страх, а безысходный ужас. От него ничего не зависит, он - игрушка в руках всесильных охотников. Я - игрушка в руках мага. Он обещал, что все будет благополучно, что смерть пройдет стороной. Но в этот момент почти невозможно ему верить. Каждую ночь засыпаю и подвергаюсь опасности. Каждую ночь могу погибнуть. И спасение - лишь в способности убегать. А в этот раз она покинула меня. Бросила на произвол судьбы, на волю смерти. Неподвижен под палящим солнцем в центре гигантской пустыни. И пот стекает с кончика моего носа. Надежды не осталось.

Черт!

Он сзади! Он рядом! Он хочет подобраться незаметно, напасть внезапно. Но я уже услышал, как песок шуршит под его ногами (а может быть, лапами). Помогите! Спасите! Но невозможно даже кричать; челюсти не слушаются, язык онемел. Паралич сковал меня полностью, без остатка. А он все ближе. Я чувствую его дыхание. Он уже рядом. А я так и не могу бежать, закован в скобки беспомощности. Спасите! Помогите! Маг, неужели ты наврал?! Но никто не может ответить мне. Сейчас наступит конец.

Монстр не спешит убивать. Зачем? Он хочет потешиться, поглумиться. Со свистом он срывает с меня легкую белую рубашку. Кривая, изломанная сколиозом спина теперь открыта всем ветрам. За рубашкой разодраны брюки, на лодыжке появилась длинная кровавая царапина. На песок течет кровь. Нога теперь горит огнем. Значит, у моего врага есть когти. А я в этом и не сомневался. Помогите! Маг, спаси! Ты же говорил, что я должен вспомнить какое-то слово! Так где же оно?! Почему не вспоминаю?! А враг не ждет и не терпит - сорвал с меня последнее. Теперь я совсем голый во власти овеществленного животного страха. И теперь меня ничего уже не спасет!

За спиной раздался дикий рев. Воздух разорвал взмах когтистой лапы. Она прошла в дюйме от моей головы. Еще мгновение, и мой скальп полетел бы на горячий песок, а кровь зашипела бы у моих ног. Но этого не случилось: я сказал слово. Я почувствовал, как по телу прошла волна огня, и тут же явилось то, чего я так давно ждал - слово. Магическое древнее слово. В нем столько мощи, столько силы. У меня чуть не перехватило в горле, и тут же я выкрикнул его - слово, ключ к мощи и спасению. И побежал. Ринулся вперед. А над моей головой стеганула по воздуху когтистая лапа, но даже маленький волосок не упал на раскаленный песок.

За спиной ревел зверь, обманутый и растерянный, ринувшийся с протяжным злым ревом за мной. Я не мог видеть его тени, зато отлично слышал леденящий кровь храп, визг, рев. Порождение кошмара не собиралось бросать добычу. Непрерывность сна связывала нас крепкой нитью предопределенности. Мы бежали по жаркому песку. Вместе. Как брат и сестра. Как жених и невеста. Как хищник и добыча. Как охотник и дичь.

Долго ли мы бежали?..

Не знаю.

Но вдруг вверх взметнулся песок. В воздухе выросла колеблющаяся, двигающаяся, живая стена. И я нырнул в нее. В лицо ударили песчинки. Они посыпались по спине, заскользили по ногам - опутали все мое тело, резко развернули и швырнули вон. Я полетел сквозь песок, в жарком вихре пустыни, и оказался в дивном цветущем саду.

На скамейке под кустом благоухающего жасмина сидит старушка в длинном розовом платье. У ее ног играют дети, катают по траве большой белый мяч. Я бегу мимо них по дорожке, выложенной желтым кирпичом, а за спиной беснуется мой враг. Вперед по тропинке мимо цветущих деревьев, над головой поют птицы, через маленький мостик с резными перилами. А сзади неотвратимая погоня, сзади монстр, жаждущий моей смерти. Я бегу от него сквозь этот чудесный сад. Под ногами ломаются цветы, их кровь увлажняет мои пятки. За руки цепляются ломкие ветки, они не смогут меня остановить, ибо во мне бушует сила древнего слова, которая заставляет бежать так, как я никогда раньше не бежал. Это дистанция, ставка на которой - моя жизнь. Бежать! Бежать! И еще раз бежать! Не останавливаться! Впереди белый, увитый виноградом дом. Я выскакиваю на веранду, отшвыриваю со своего пути плетеный стул, цепляюсь боком за стол, укрытый белоснежной скатертью. На пол падает чашка с горячим чаем и разбивается. Брызги обжигают мои ноги. Но я не обращаю внимания, я бегу. А позади тот, кто решил уничтожить меня, тот, от кого я должен убежать, иначе погибну. Я чувствую его дыхание у себя на плечах. И бегу, бегу, бегу. Под ногами ступеньки. Спотыкаюсь. Кричу. Падаю.

Вода. Я плюхаюсь в воду. Океан. Огромный, безбрежный. Плыву. За мной плывет мой верный монстр. И мне страшно. Я же не умею плавать! Но та сила, которая вырвалась на свободу после произнесения древнего слова, руководит мною, не позволяет мне утонуть, заставляет плыть. Она внутри. В сердце, в руках, ногах. Она работает сама по себе, выполняет свое предназначение. Плыву. Загребаю руками воду. Вкус соли на губах. А под ногами ничего. Пусто. Дно далеко, далеко, далеко... И от этого так страшно, что плеск за спиной уже не пугает. Монстр более не страшен. Страшно совсем другое. Вдруг я утону, вдруг сила исчезнет из моих рук и ног, из моего сердца. И тогда я уйду под воду и буду долго падать вниз. Сквозь толщу воды, на дно. Так нельзя! Это же верная смерть. Но я должен бороться и не сдаваться. Ради самого себя.

Впереди плот. Большой крепкий плот. На нем сидит высокий мужчина в военной форме. В руках у него удочка. Над головой летают чайки. Я плыву к плоту. Что-то внутри говорит мне, что я обязан забраться на него. Я не знаю, зачем, но в эту ночь привык уже слушаться того, что сидит у меня внутри. За спиной плеск и рев. Мой монстр следует за мной и не собирается прекратить. Ну и пусть! Я плыву к плоту. И мне все еще страшно упасть на дно. Но страх уже не имеет власти, я уже схватился за шершавые доски. Мужчина в военной форме закричал. Не обращаю внимания, вылезаю на плот. Бегу к противоположному краю. Плот неожиданно резко начинает подниматься вверх. Это мой верный спутник со своей стороны навалился на край. Я выбрасываю вперед руки и цепляюсь за доски. Ничего не получается, мое тело скользит вниз. Нет! Ничто не может прекратить этого движения. Нет! Но тут в мои волосы вцепилась когтями чайка. Больно! Она тащит меня вверх. Кричу. Кажется, что сейчас волосы выдернутся вместе с мозгами. Боль застилает глаза. Кричу. Не помогает. Больно! Кричу. И тут я переворачиваюсь через край и падаю вниз, в воду.

Плюх! Я в воде. Но теперь это не океан, а небольшой бассейн. К тому же совсем недалеко лесенка. Как можно скорее я вылезаю на твердую землю. Под ногами холодная плитка. Я нахожусь во дворике богатого белого двухэтажного дома. Рядком стоят шезлонги, на круглом красном столике - два стакана лимонада с трубочками. В пепельнице дымится окурок. На ступеньках у двери красное платье. Жарит солнце. За спиной в бассейне громко фыркает мой преследователь. Не оглядываясь, я бросаюсь к воротам, выскакиваю на улицу.

Это не улица. Это раскаленное солнцем шоссе с белой разделительной полосой. На обочине стоит машина, под капотом колдует мужчина в синих шортах. Он поднимает голову и смотрит на то, как я пробегаю мимо. Смотрит на моего преследователя и кричит. А я бегу по горячему асфальту и молюсь, чтобы это поскорей закончилось. Меня уже вымотал этот бег с препятствиями. И если бы не сила древнего слова... подумать страшно. Но думать сейчас нельзя, надо бежать, бежать изо всех сил. И я бегу. За мной бежит мой заклятый враг. Мы бежим по дымящемуся на солнце шоссе - вперед, к горизонту.

Я чувствую, как пот медленно стекает по моей спине, а ступни горят адским огнем. И уже хочется умереть, только бы это мучение прекратилось. Я бы остановился... Дал бы чудищу моих снов сожрать меня... Но не могу - сила древнего слова гонит меня вперед, как кнут надсмотрщика. Остановиться бы... Не в моих силах... Не могу! Я что-то пытаюсь кричать, молить о пощаде. Все тщетно. И слышно только дыхание того, кто жаждет моей смерти. Но... Что это такое? В лицо бьет дождь. Да-да, дождь. Струи воды впиваются в мое несчастное тело. Холодный, животворящий дождь! Ура! Моя нога скользит в луже. Теряю равновесие. Падаю на влажную теплую землю. В грязь.

Все.

Все закончилось.

Капли дождя падают на лицо. И на душе чисто и хорошо. Все кончено. Бой выигран.

Опустошение.


Маг внимательно смотрел на меня. На столе лежала пачка денег.

- Теперь вы можете спать спокойно, - сказал он. В его голосе мне почудилась насмешка. Нет, не насмешка, но тень насмешки. Но ее хватило, чтобы мои подозрения оформились в нечто большее, чем просто домыслы и страхи.

Я вздохнул.

- Не могу.

- Почему же? Ведь вы избавились от Деймоснайта.

- Да, избавился. И теперь я боюсь спать совсем по другой причине.

Маг удивленно приподнял бровь. В его глазах загорелся интерес. Нет, не интерес, а лишь любопытство. Я сглотнул и продолжил:

- Вчера ночью я лежал под дождем в теплой грязи. Это когда я избавился от своего проклятья. И тогда я кое-что понял. Ваше лекарство совсем не убило моего врага. Нет, не убило. Преобразило. Я бежал сквозь чужие сновидения и разносил эту заразу. Кусочек Деймоснайта оставался у каждого из них. Каждый из них заразился, как я когда-то.

Маг кивнул.

- Это так. Вы догадливы.

Наверное, я еще не до конца отошел от ночных приключений, но мне вдруг почудилось, что воздух в кабинете будто бы сгустился, тени в углах зашевелились, а чучела смотрят на нас уже не стеклянными глазами. Была бы моя воля, я бы больше не сказал ни слова, но маг не спускал с меня глаз, подталкивая своим взглядом к дальнейшему. Остановиться стало невозможно.

- А потом кто-то из них может придти к вам или к вашему собрату по профессии, и вы дадите ему за двадцать тысяч маленький пузырек с темной жидкостью и сушеный гриб. И несчастный, выполнив все инструкции, побежит через чужие сны, заразит других. Рано или поздно один из этих других (или несколько, или все) пойдет к вам или какому-нибудь другому магу. И получит... Сами знаете что. И побежит через чужие сновидения, заразит других...

Маг молча смотрел на меня.

- Я боюсь, - завершил я свой монолог. И вышел вон. А маг не сказал ни слова мне на прощанье.


Теперь я долго не могу заснуть. Читаю до утра, пью кофе. И боюсь засыпать. Вдруг в мой сон вбежит обнаженный чужак, спасающийся от своего кошмара.