# Эпилог. Котенок в аду

Сергей Анатольевич Кусков

Ред. от 5.5.15

Эпилог. Котенок в ведре


Сентябрь 2448, Венера, Альфа


Вывеска над входом гласила: 'Рио де Ла-Плата'.

- Ты уверен, что здесь?

Хуан Карлос кивнул.

- Да, он сказал, тут. А что, что-то не так? Знакомое заведение? Какой-то скандал?

Спутница пожала плечами и нахмурилась.

- Не то, что знакомое, и вроде без скандалов... Но чтоб заказать здесь столик, нужно начинать суетиться за неделю. Откуда у твоего друга такие связи, чтобы назначить здесь беглое свидание за сутки? Или мы, как неудачники, будем разговаривать на ходу, за стойкой?

Он мог ответить, какие у него связи, но не стал. Разберется сама. Работа у нее такая - разбираться.

Вышли из машины, подошли ко входу. Одеты были явно не под стать уровню заведения, и это бросалось в глаза, однако, спутницу данный факт не смущал - привыкшая работать где угодно в каких угодно условиях, ей было плевать и на кривую ухмылку парковщика, и на косые взгляды охраны. Подойдя с наглым видом, она покровительственно бросила:

- Приглашение. Сеньор Хуан Шимановский.

Стоящий у входа менеджер сверился с вихрем планшетки, которую держал в руке под углом к ним, кивнул.

- Да, конечно, сеньора. Второй этаж, малый зал.

После этих слов они перестали быть охране интересны. Всё-таки огромная пропасть лежит между человеком, могущим заказать столик в подобном заведении и человеком, не могущим. Если ты можешь, или ты гость такого человека - ты персона грата, и любые твои чудачества - чудачества человека, могущего позволить себе всё. Можешь прийти голый, в купальном костюме, в обносках, словно дитя улиц, два волшебных слова: 'Столик заказан' - и перед тобой все раскланиваются с улыбкой. Ну, возможно, кроме, если ты совсем голый, по соображениям сугубо этическим. Если же нет, и на клиента ты не тянешь - ты быдло. Для таких вот парней, которые сами никто, охрана, слуги и халдеи. Хуан Карлос всегда поражался такой двойственности реальности, и, наверное, не он первый и не он последний.

На второй этаж поднялись молча. На первом этаже гремела музыка - вовсю шел танцевальный марафон, принятый, согласно сведений, почерпнутым об этом заведении из сетей, здесь по субботам. Жаркое аргентинское танго царит в этом здании, собирая любителей и ценителей со всей Альфы, если не со всей Венеры. Причем если на первом этаже можно встретить и начинающих, любителей танца с улиц, то второй этаж отводится лишь для профессионалов, понимающих, каково это, пылать в жарком огне главного культурного достижения Серебряной Страны. Само собой, абы кто там не собирается; чтобы попасть туда нужно либо обладать пятью-шестью нулями годового дохода, либо... Танцевать СЛИШКОМ хорошо.

Спутница хмурилась все больше и больше. Одежда и выражения лиц встреченных людей говорили о многом. И если по поводу сильной половины Хуан Карлос мог сказать мало определенного, то обилие прекрасных сеньорин в легких эротических и вместе с тем роскошных нарядов вгоняло в ступор. Ступор, что это НЕ ЕГО мир, он не будет здесь своим, даже если научится великолепно танцевать.

- ..Да, конечно, идите за мной! - произнес администратор малого зала и проводил их мимо в большинстве пока еще пустых столиков в VIP-зону, представляющую собой закрытое от глаз из зала пространство, из которого, однако, прекрасно было видно сцену. Музыка в малом зале молчала, вечернее представление здесь еще не началось, но Хуан Карлос был готов поклясться, что в отличие от центра помещения, в их кабинете можно будет тихо поговорить о чем-то важном даже когда загремит музыка.

- Чай? Кофе? Прохладительные напитки? - улыбнулся администратор. - За счет заведения!

Хуан Карлос закашлялся, ловя себя на мысли, что первым делом подумал о стоимости чашечки кофе ЗДЕСЬ. И именно эту мысль поймал администратор, поспешив добавить 'за счет заведения', про себя покровительственно улыбнувшись.

- Кофе, - вздохнул он. - А ты? - взгляд на спутницу.

Та назвала популярный безалкагольный коктейль. Впрочем, у нее на отдых в 'Рио-де-Ла-Плата' деньги найдутся, это он, нищий школьник...

Заказ принесли в течение нескольких минут. Спутница молчала, ерзала. Нервничала. Спрашивать ничего не спрашивала, но по лицу он видел в ней бурю противостоящих друг другу мыслей.

Пытка закончилась почти сразу, как принесли заказ. В их VIP-отделение вошел Хуанито, довольно улыбающийся чему-то своему. Одет он был не лучше них, однако совершенно не обращал на это внимания. Хуан Карлос чувствовал, он считал, что имеет на это право - во все стороны от парня шла волна уверенности, что он и есть сеньор этой вселенной, и те, кто не собирается преклоняться перед ним, должны как минимум уступить дорогу.

- Здорово дружище! - Хуан сгробастал его, вставшего из-за стола, чтоб поприветствовать, и поднял над землей. Чувства в нем бурлили, и были искренними. То есть, его друг не превратился в напыщенного индюка, кичащегося неожиданно обнаруженным родством с сильными мира сего, как боялся Хуан Карлос. И несмотря на то, что они не общались почти год, и что между ними пролегло столько... Проблемных вещей, включая прекрасную сеньориту, относится к нему так, как прежде.

- Привет-привет! - выдохнул Хуан Карлос, когда его ребра отпустили, а самого поставили на место. Прокашлялся и повернулся к спутнице. - Хуан, это Инесс. Инесс, это Хуан, - ладонь его ткнулась в грудь Хуанито. - Тот самый.

Хуанито присел за столик напротив, моментально собравшись под взглядом спутницы. Хуан Карлос почувствовал возникшую в воздухе электрическую дугу, до поры до времени скрытую от глаз, но весьма отчетливую. И понимал, что по-другому не могло быть. С журналистами иначе не получается, они слишком глубоко пытаются копать, с первой секунды общения. Родственники же королевы, даже новоиспеченные, должны автоматически выработать иммунитет к подобным людям, если не хотят подставиться.

- Итак, я слушаю? - произнесла Инесс, и, демонстративно закинув ногу за ногу, отпив из трубочки. У нее, надо сказать, были отличные ножки, и к беседе она явно подготовилась.

- У меня к тебе предложение, - осторожно начал Хуанито - ноги в модных чулках и жесткое мини его не поразили. Взгляд его был по рабочему напряжен, оценивающ, и даже больше, Хуан Карлос чувствовал за ним тщательно прикрытое веселье, словно он держал сидящую перед ним сеньору в руках со всеми потрохами. Иннес же была на самом деле напряжена... И немного поражена. Поражена именно таким веселым взглядом, ибо объективно не видела, почему он должен чувствовать моральное право 'быть сверху'.

- 'К тебе'? - картинно закатила глаза спетница. - Мы уже на ты?

Хуан задумался.

- Знаешь, каких-то триста лет назад в испанском и португальском не было обращения 'вы'. Только 'ты'. Но если ты так цепляешься за этикет, предлагаю перескочить стадию перехода ввиду отсутствия на это времени.

Гаденыш подленько усмехнулся, вновь выражая взглядом превосходство. Инесс внутри закипела, однако игру приняла.

- Хорошо, юноша. Так и быть. Давай перескочим. - Обворожительная улыбка. На которую, впрочем, Хуан так же не купился.

- Вот здесь - фильм. - Он положил на столик перед ней информационную капсулу. - Тщательно смонтированный, в 'белом', товарном виде. Фильм уже прошел цензуру нужных людей и утвержден. Твоя задача - дать ему максимальное распространение. Справишься - впоследствии получишь еще 'вкусняшек' в виде хорошего интересного материала. Нет... Будем работать с кем-то другим.

- Мы? - Инесс усмехнулась.

- Мы, - кивнул Хуан. - Я и группа близких мне компанейрас.

- Что я буду с этого иметь? - Глаза ее победно прищурились.

Хуан издал тяжелый вздох.

- Я же сказал, ОЧЕНЬ интересную информацию. Которую, если грамотно использовать, можно качественно проинвестировать в собственную карьеру и собственное будущее.

- Считаешь, что фильм о школьной драке - то, что может продвинуть собственную карьеру? - Инесс показно скривила носик. - Юноша, я встретилась с вами только потому, что меня попросил очень хороший друг. Племянник товарища моего отца. Только поэтому я разговариваю. И мне очень хотелось бы знать, ради чего я должна потратить свое время... - Беглый взгляд на табло браслета. - ...Которое уже трачу... Неизвестно на что.

Она одарила его таким надменным взглядом, а в глазах ее плескалось такое превосходство умудренной опытом сеньорины перед юнцом-muchacho... Что Хуан Карлос втянул голову в плечи от предчувствия, что зря это затеял.

Однако Хуан был непробиваем. Кто угодно на его месте бы сдрейфил, включил заднюю... И принялся бы УГОВАРИВАТЬ собеседницу его выслушать, но Хуанито не был кем угодно. Он развалился на своем диване, повесив на лицо улыбку взрослого, застукавшего ребенка за враньем по поводу съеденного из банки варенья. И Инесс, вроде как поставившая юнца на место, занервничала еще сильнее.

- Итак, я слушаю! - повторилась она, повысив голос. - Почему я должна браться за это дело и помогать вам?

Хуан пренебрежительно пожал плечами.

- Не хочешь - не помогай. - Пауза. - Да-да, не хочешь - не надо! Свободна! - он кивнул в сторону выхода.

Лицо Инесс покраснело, а взгляд повернулся в его сторону.

- Ради этого ты меня вытащил? Чтобы какой-то сопляк сказал, что я свободна? - Ее глаза налились свинцом, а от злости едва не разрывало. Хуан Карлос был готов провалиться, но вмешался Хуанито, перейдя на вежливый тон галантного кабальеро:

- Прекрасная сеньора, не стоит ругать моего друга - он здесь ни при чем. Всему виной я, и мне, правда, жаль, что так вышло. - Он привстал и выдал поклон, достойный приема в императорском дворце Каракаса. Концентрированный яд так и лучился из него, перечеркивая все манеры и вежливое обращение. - И в качестве компенсации... Предлагаю вам приятно провести время в этом заведении. Этот столик ваш до конца вечера, забронирован и оплачен. Всего хорошего!..

..А фильм... - Его рука сгробастала капсулу. - Найдем для фильма кого-то другого. Ты уже проморгала одну сенсацию, Инесс Лоран, 2415 года рождения, Санта-Фе-де Аврора; с 2541 года - сотрудница пятого канала, - налился вдруг сталью его голос, а глаза презрительно сощурились. - Сотрудница, главным фактором роста по карьерной лестнице которой является тайная интимная связь с шефом, главредом канала, а никак не профессиональная деятельность.

Пауза. Вид Инесс был такой, будто ее облили помоями.

- Та сенсация, годичной давности, могла быть твоей, - усмехнулся он, добивая. - И изменить положение в лучшую сторону. Но ушла в 'народ' и сети просто так, бесплатно, никому не принеся выгоды.

Теперь ты бездарно просираешь и эту сенсацию, зная, что это может быть бомба, но отчего-то торгуясь из глупого желания поставить юнца на место. Счастливо оставаться!

Он с не терпящим возражений лицом направился к выходу, когда комнату пронзил визг:

- СТОЙ!!!

Остановился. Медленно обернулся.

На Инесс было страшно смотреть. Глаза дикие, дыхание сбитое. Нервы на пределе. И в глазах - страх. Страх человека, нашедшего золотую жилу и вдруг увидевшего, как его потенциальное богатство уплывает куда-то далеко-далеко, в совершенно недоступное место.

- Стой, Хуан Шимановский, 2429 года рождения, Альфа! - парировала она ответной осведомленностью. Точнее, судя по бесстрастному лицу оппонента, лишь попыталась. - Внук ссыльного польского националиста и русской переселенки по материнской линии, и, предположительно, внебрачный родственник Филиппа Веласкеса по мужской. Ничего не путаю?

Хуан молчал, предлагая оппонентке продолжать. В голосе Инесс появилась уверенность:

- С октября прошлого года, предположительно, кадет корпуса королевских телохранителей, взятый на обучение в качестве эксперимента. Умен. Экспрессивен. Хорошо владеет единоборствами, участвовал на состязаниях среди юниоров планетарного масштаба, где дважды попадал в первую десятку. Оценки выше среднего даже учитывая уровень школы, и, согласно мнению преподавателей, способный, с перспективами. Продолжать?

Хуан покачал головой.

- Не стоит. Я и так знаю свою биографию.

Он вернулся и сел назад, вновь уперев в нее взгляд. В глазах его не было покровительственной иронии победителя. Они говорили лишь: 'Смотри, я могу поставить тебя на место, но удовольствия мне это не доставляет. Так что не вредничай, цыпуля!'

- Вот видишь, ты готовилась, - наконец, улыбнулся он. - Раскопала про корпус, про Филиппа Веласкеса. Кстати, эта утечка идет от королевы, потому сие секрет полишинеля. - На его лице промелькнула довольная ухмылка, связанная с чем-то личным. - Но если ты готовилась, почему так ведешь себя? То, что перед тобой мальчик - королевский телохранитель и родственник Веласкесов уже сенсация! Не будь ты дура, ты бы уже вцепилась в меня, какой бы материал я ни предлагал!

- Но я к тому же предлагаю не пустышку! - надавил он голосом так, что вновь захотелось вжать плечи. - Этот материал - реальная революция, которая произошла тихо и незаметно на фоне другого громкого дела, сама понимаешь, какого!

Пауза.

- И то, что дело Манзони утихло - повод как раз и вспомнить о революции, не считаешь?

Инесс молчала.

- И как любая революция, - продолжил он, - это не может быть неважно, тем более, я уже доказал однажды, что такие вещи могут иметь колоссальную отдачу.

- Да, я дура! Это ты хотел услышать? - вспыхнула спутница, после чего нервно вытащила пачку и подкурила. - Здесь курят?

- В этом помещении - да, - кивнул Хуан. - Видишь, тут даже пепельница. Но в зале - нет.

- Тогда думаю, вы меня простите, мальчики, - произнесла она. Щелчок зажигалки, глубокая затяжка. Пауза.

- Хуан, при всех твоих неоспоримых достоинствах, о тебе знает очень узкий круг лиц. - начала она следующий раунд переговоров. - Настолько узкий... В общем, ты неизвестен широкой общественности.

- И это повод пытаться диктовать условия? - хмыкнул Хуанито. - Глупо.

- Не совсем диктовать. - Инесс скривилась. - Я должна была попытаться поставить тебя на место банально для того, чтобы не висеть на крючке.

- Ты прав, я неудачница! - вспылила она, не злясь персонально ни на кого. - Сплю с шефом, только потому и работаю. А значит, мне нужно было сделать так, чтоб хотя бы ты не вытирал о меня ноги. Тебе ведь нужен 'свой' журналист, да? - ее глаза налились победным блеском. - Ты не хочешь зависеть в этом от ее величества. А значит, я так же нужна тебе, как и ты мне. Сопоставимо со мной.

Хуан кивнул.

- Доля правды в твоих словах есть.

Пауза.

- Я хочу иметь за 'воротами' собственный проект, собственный информационный канал в медиа. Конечно, он будет подконтролен 'тетушке', до определенного предела, но это будет МОЙ канал!

Поэтому я не собираюсь вытирать о тебя ноги, chica, - улыбнулся он. - Ты неправильно поняла. - После чего расслаблено выдохнул и откинулся на спинку дивана. - Мир?

Инесс театрально задумалась и кивнула.

- Твои условия? - произнесла она, ставя точку в проблеме, и одновременно, по стечению обстоятельств, туша остаток от сигареты в пепельнице.

- Информация, - победно сверкнул глазами Хуан. Не удержался. - Которая будет передаваться ровно в том виде и в том ключе, в каком буду говорить я. Никакой самодеятельности и коверкания. Возможно, тобой заинтересуются сильные мира сего... Слабейшие из них, - нахмурился он. - Ты не должна их бояться и раскрывать источники. Кроме тех, которые я разрешу раскрывать в качестве 'дезы'. Осилишь?

Она покачала головой.

- Так всё сложно?

Он пожал плечами.

- На самом деле нет. Просто я не знаю, когда начнется поток информации, и каким он будет. Пока мой проект в стадии пробуксовки, хотя кое-какое движение вроде наметилось.

Инесс кивнула.

- Договорились. Справлюсь. Я ведь буду под защитой вашего клана, если что?

Хуан улыбнулся.

- Chica, защита клана не гарантирует абсолютной безопасности. Но ты - журналистка, а вашему брату не привыкать.

- Точно, не привыкать... - выдохнула она. - И что там с фильмом?

Хуан снова вытащил и положил на стол капсулу.

- Это по сути сведенные воедино записи с камер, со сделанными в нужных местах акцентами крупным планом. Без закадрового текста, но девчонки постарались подобрать материал так, чтобы этого не потребовалось. Логический ряд и монологи участников всё расскажут и без него. Над качеством поработали, разобрать слова можно, любые. Особенно нужные.

Главный мотив - героическая борьба титуляров с платниками. Не простыми, а так называемыми 'выродками' и 'ублюдками', незаконными детьми аристократов и им сочувствующими. Оригинал записей есть всего в двух источниках, у СБ Веласкесов и СБ Манзони. Клану Манзони не до школьных записей, у них есть дела поважнее... - Хуан довольно хмыкнул, - но в любом случае, ТЕБЕ их никто не даст.

Инесс кивнула.

- Понимаю.

- В фильме есть скользкие моменты, - продолжил Хуан. - Излишняя агрессия, насилие, кровь. Где-то он может не пройти по внутренней цензуре канала, возможно. Но сверху, - он ткнул пальцем в потолок, - его одобрили, так что это будут твои проблемы. Идеологически фильм выверен.

- Что от меня требуется? - вновь кивнула Инесс. - Кроме официальной трансляции?

- Информационная волна. Сейчас сентябрь, часть школ уже начали сезон, часть, у которых прошлый сезон был сдвинут, вот-вот откроется. Так что самый момент наводить волну и давить администрации на местах. Я хочу, чтобы в каждой частной школе титуляры поняли, что революция - это не нечто запредельное. Это рядом, протяни только руку. Возьми и организуй, если прижимают. Потому мне нужна не только трансляция и публикация на вашем портале. Тебе нужно будет выйти на 'хороших' людей в других изданиях и информационных агенствах, связаться с топовыми блогерами. Желательно не завязанных на политику - эта революция политического оттенка не имеет, взгляд через призму любого политического процесса убьет ее.

- Да, работенка еще та! - покачала головой Инесс.

- Именно. - Хуан согласно кивнул. - Но по моим данным, несмотря на то, что ты неважный журналист, подобных знакомых у тебя хватает. - Он выдал такую искрометную улыбку, что спутница покраснела до кончиков ушей.

- Хуан, я!.. - попыталась что-то сказать она, но он не дал.

- Хороший режиссер не всегда должен быть хорошим актером, - покачал он головой. - У каждого свой талант, и у тебя свой есть. К тому же, у женщин собственный арсенал оружия, им необязательно действовать теми же средствами и методами, что и мужчинам, чтобы достичь того же.

Пауза.

- Да, это философия корпуса, - кивнул он. - И на самом деле очень мудрая мысль. Корпус основали не дураки, кто бы и как бы ни обливал их грязью. Потому не надо этого стесняться своих связей... - Вновь искрометная улыбка, от которой у Инесс сперло дыхание. - На мой взгляд ты вообще по жизни молодец, тебе нужно лишь уверенности в себе. Остальное, поверь, у тебя есть.

Пауза. И на закуску, так сказать, добить:

- Я верю, что у тебя получится, девочка! Ты умница!

- Я!.. - Инесс захлебнулась от столкнувшихся противоречивых чувств. Ее ХВАЛИЛИ. Но одновременно закатывали под пенобетон намеками личного характера. Наконец, чуть придя в себя, она выдавила:

- Шимановский, не зарывайся! Какая я тебе девочка?

- Эх, дорогуша, - расслаблено потянул Хуан. - Знала бы ты, кого я девочками называю! Сеньорины не тебе чета!

Вздох, и как итог:

- Ладно, пошел я. Предложение насчет столика в силе. Давай, дружище!

Хлопнув его по плечу, Хуан вышел.

- Останемся? - поднял глаза на задумчивую спутницу Хуан Карлос.

Та пожала плечами.

- Извини, у меня нет настроения. - Сжала в руке искомую капсулу. - Поеду домой, посмотрю, подумаю, что и как лучше сделать.

- Тогда я с тобой. - Он поднялся и помог ей встать. Говорить, что ему страшно оставаться одному ЗДЕСЬ не хотелось.


* * *


- Ушли? Не остались? - раздался сзади мелодичный девичий голосок с едва уловимой помесью акцентов столицы Империи и жителей Ла-Платы. Я пожал плечами и обернулся.

- И нечего им тут делать.

Подошедшая села за стойку рядом.

- Уверен, что тебе нужна именно эта цыпа? Она дилетант.

- Она профессионал в своей среде, - покачал я головой. - Я просветил ее, насколько возможно. Она плохой журналист, но хороший психолог. И прекрасно понимает, где и за какую ниточку нужно тянуть, чтоб получить результат.

Подошедшая скривилась - такой подход к проблеме не разделяла.

- Мне не нужен толковый журналист, - вновь покачал я головой. - Мне нужен организатор. Она справится.

Со стороны девушки раздался разочарованный вздох, но тему она закрыла.

- Ладно, дело твоё. Ну, а как сам, готов? - Она кивнула за плечо, на уже прилично заполненный зал. - Между прочим, они пришли поглазеть на нас!

Меня передернуло.

- Может, все-таки выберем место, где никого нет?

Глупая надежда. Напрасная. Девушка покровительственно замотала головой.

- И лишить их такого зрелища? Нет, Чико, я специально всех предупредила, что сегодня будет урок. И они специально забронировали столики, как только узнали. Половина Альфы решила поглазеть на нас, и я не вправе их этого зрелища лишать.

Я внимательно оглядел малый зал. Возможно, не вся Альфа. Далеко не вся. Но многие личности, известные в тусовке, а это показатель.

- Знаешь, я себя не очень хорошо чувствую, будучи витриной... - повторил я попытку, но вновь безрезультатно.

- Это только твои сложности! - Она встала и безапелляционно потянула меня за руку, на танцпол. - Пошли!

Вышли. Я краем глаза отметил, что ансамбль уже на месте - его появление проморгал. Причем по сравнению с прошлым разом значительно усиленный - теперь в него входило более десятка человек, в том числе девушка-мулатка с известной мордашкой, где-то виденной в сетях. К инструментам добавились две скрипки и еще один бандонеон, пара гитар. Плюс, за оркестроном сидел новенький, чернокожий тип с косичками, являющимися визитной карточкой Ямайки.

Она встала в самом центре, причем к краям танцпола тут же, не сговариваясь, начали подходить люди, с интересом ценителей следящие за происходящим. Мне было не по себе, но деваться некуда - надо играть по правилам, а правила здесь задает она.

- Итак, начнем с разминки, с чего-нибудь легкого. Сальса! - произнесла сеньорита и сделала несколько жестов, понятных только музыкантам. Чем-то они походили на сигнальную систему имперского спецназа, но что-то было в них и своё.

Те кивнули, и в зал полилась музыка. Девушка-мулатка запела, пока не используя все чары своего голоса, распеваясь. Сеньорита начала шаги, дорожку, я пытался вторить ей, поддерживая ритм. Выходило плохо - еще не настроился на боевой лад и безбожно топтался, словно медведь.

- Давай, Чико! Смелее! - подбадривала хозяйка заведения. - Ты же можешь!

Постепенно я расслабился, дело пошло легче. Начались кружения. Пытался угадывать ее намерения и перехватывать, но удавалось не всегда.

- Энергичнее, Чико! Как будто первый раз сеньориту обнимаешь! - издевалась она, и оставалось только скрипеть зубами.

Наконец, прорвало. Тело ощутило легкость и пошло в атаку, перехватывая эту сеньориту, кружа и пытаясь вытворять что-то эдакое, своё.

- Уже лучше! - подбадривала эта бестия, кружась и изгибаясь под различными, но очень аппетитными и эротичными углами. Цветомузыка так же вошла в раж, делая на изгибах ее тела дополнительные акценты - видно, оператор сел за пульт, отключив 'автопилот'.

Первая песня кончилась, но тут же началась вторая. В голосе мулатки начали проявляться энергия, эмоции - в раж входил не только я. Толпа вокруг танцпола стала непроницаемой, люди полностью окружили нас... И тут меня понесло.

- ...Стоп! - резко встала она, скрестив руки над головой. Музыка заглохла. - Хуан, тебе сколько объяснять, сверхскорость тебя не спасёт! Это СРЕДСТВО! Если ты умеешь - она может помочь тебе! Но если топчешься, как буйвол на равнинах Арагуайи, а ты топчешься, как буйвол на равнинах Арагуайи, никакого эффекта от нее не будет!

Пауза, долгий-долгий гневный взгляд.

- Еще раз! И без выпендрежей!

Жест руками, музыканты заиграли вновь, сеньорита встала в позицию. Я встал напротив, пытаясь угадать, куда понесется этот ураган в следующий момент. Мулатка запела, вихрь пошел вправо, выделывая руками и ногами энергичные жесты. Я крутанулся, пошел наперехват...

- ...Ну, как медведь, честное слово! - не сдержалась она. - Кто так ходит? Где пластичность? Чико, ты не в ударе!

- Да, я не в ударе! - зло прошипел я. В зеркало лучше не смотреться - испугаюсь своего лица. Хотя сеньориту им не пронять - ей, как и любому приличному преподавателю, плевать на мои эмоции.

Нет, у меня получалось, не думайте. И согласно вчерашним и позавчерашним критериям, танцевал я неплохо. Но мне нужно танцевать не неплохо, а великолепно! Лучше всех! Поскольку я сам задрал себе планку и не могу отступить! Дай бог, чтобы ее высочество хотя бы сегодня не приперлась сюда, выяснять, что это я тут такого делаю - что даст мне фору в обучении. И научить меня, соответственно уровню, может только кто-то вроде этой сеньориты, заслужено считающейся одной из лучших танцовщиц Империи.

- Ладно, давай еще раз, - затух я, приготовившись к следующему раунду боя. Она улыбнулась: 'Сразу бы так!'

Музыка заиграла. Руки и ноги вновь заходили, как на шарнирах. Теперь дорожка... Так, круг, еще круг... Теперь поддержка. Закружить ее ко всем чертям...

...Мулатка пела что-то еще более энергичное, более быстрое, чем до этого, и я почувствовал себя, наконец, на волне стихии. Ускорение темпа. Еще ускорение. Сеньорита не отставала - но от нее трудно ожидать, что она не справится.

...И вот настал момент, когда мы задвигались быстрее музыки. Нет, ритм чувствовался и в ускоренном восприятии, и финал каждого нашего движения попадал в такт. Но сами движения...

Мы кружились, выделывали какие-то невообразимые кульбиты. Резко выросло сопротивление воздуха, а тяжесть во время поддержки возросла до критических величин. Платье же сеньориты превратилось из реющего флага в нечто едва уловимое глазу - я успевал его видеть только благодаря 'погружению'; для всех же остальных оно превратилось в некое мельтешащее пятно. Очень быстрое и эротичное, надо сказать, пятно!

Наконец музыка замолкла. Мы, мокрые и потные, замерли почти по центру танцпола, и сил ни на что более не осталось. Она распласталась, раскинув руки, вытянув одну ногу, подогнув другую, я поддерживал ее под лопатками и за талию, удерживая в нескольких сантиметрах от пола. Класс!

Зал неистовствовал. Правильно, люди пришли сюда понаблюдать экстрим, настоящий уровень. Настоящую сверхскорость. И свое получили.

Я поднял ее, встали. Она была не суше меня - тоже вся мокрая и выпотрошенная.

- Понял? - покровительственно прищурились ее глаза. Я нехотя кивнул.

Когда подошли к стойке, прохладительные напитки уже были выставлены исполнительным барменом. По знаку сеньориты музыканты взяли паузу, ведь танцпол принадлежал нам, а не глазеющим на со всех сторон обывателям. Нам же нужно было срочно восстановить силы.

- Этому тоже учат в имперской разведке? - тихо проговорил я, беря свой бокал, садясь рядом с партнершей и одновременно учителем в таком непростом деле. Сеньорита не моргнула и глазом.

- Там много чему учат. Я же не спрашиваю, чему тебя учат в корпусе? - Глоток с задумчивым выражением. - Не спрашиваю. Хотя вижу.

Вздох.

- Нет, Хуан, ты всего лишь успевал. И двигался при этом как буйвол. Ты 'погрузился' но лишь выполнял определенную последовательность действий, программу, как тебя учили. Никакой грацией там не пахло. А нужна именно грация, нужна пластичность. Нужны эмоции, вложенные в каждое движение. В этот момент ты не воин, ты... Огонь, язык пламени!.. - Она не нашлась со сравнением. - Потому повторюсь, - уперла она взгляд своих бездонных карих колодцев, - не уходи в 'погружение'! Пытайся работать без него! Если не получится без него - ничего не выйдет и с ним!

Я вновь кивнул. Понял, всё уже давным-давно понял. Проблема не в понимании, а в реализации. Переучиваться невероятно сложно!

- Сейчас перейдем к румбе, немного отдохнем, - продолжила она, вставая, опуская на стойку пустой бокал.

- А танго? - нахмурился я. Она покачала головой.

- Сегодня танго не будет. Ты еще не готов. Ты не чувствуешь меня, а без этого, на одних заученных заранее движениях, настоящее танго не танцуется.

Я пожал плечами, но ничего не ответил. Это не мое поле.

Затем была румба, где я понял, что 'скисаю'. Чем меньше энергии в танце, тем хуже меня пронимает, и тем хуже я себя чувствую. Речь не о скорости, нет, об энергии, абстрактного, но вполне ощутимого понятия. И залажав в очередной раз, остановился, поднимая руки:

- Всё, не могу!

На меня уставился разъяренный взгляд бездонных глаз.

- Слушай, ты права, корпус меня угробил! - продолжил я, вновь воздев руки. - Во всяком случае, как партнера по танцам. Вот только там есть один очень хороший педагогический прием, называется 'ведро для котенка', - прищурился я, выдавливая еле уловимую улыбку.

- 'Ведро для котенка'? - Кажется, сеньорита заинтересовалась.

- Это я его так называю, у них он зовется по-другому. Смысл прост. Когда котенка бросают в ведро... Ну, ты понимаешь, когда котят бросают в ведро... - ухмыльнулся я. - Если он выплывет - то будет жить. Достоин этого. Утонет - туда ему и дорога.

Она задумалась, и, поняв, что хочу сказать, кивнула.

- Давай я побуду твоим котенком? - словно выклянчивая конфетку, скривился я. - Загрузи меня по максимуму, самым сложным, самым ответственным? Все эти сальсы, румбы... Дай мне что-то, что я либо утону, либо...

Она покачала головой.

- Хорошо. - Блеск хитрющих глаз. - Но учти, Хуан, сам напросился!

Последовала серия жестов музыкантам. Вначале стандартный кулак - 'стоп'. Музыка смолкла. Затем несколько второстепенных, вновь напоминающих сигнальную систему имперского спецназа. Особенно числительные.

- Готов? - улыбнулась, наконец, она, глаза ее коварно блеснули.

- Всегда готов! - ответил он приветствием юных коммунистов древности, отсалютовал и встал в позицию.

Она хлопнула в ладоши. Еще. И еще. Хлоп. Хлоп-хлоп, хлоп. Хлоп-хлоп, хлоп. И еще. Е еще. По залу прошел довольный гул, после чего вокруг, со всего периметра, начали раздаваться сначала жидкие, но затем все более и более настойчивые хлопки в унисон. Заиграла музыка.

Ого! Сразу так? Сам гранд-Астор, с благороднейшим из латиноамериканских исполнений?

'Ну, ты же сам просил котенка в ведре, Чико?' - усмехнулся внутренний собеседник.

По телу прошла волна - полная мобилизация организма. Я перестал видеть, слышать и чувствовать. Сам превратился в чувство - в вихрь, состоящий из эмоций. Тело по-прежнему двигалось, но лишь теперь оно начало двигаться само по себе, без команд и усилий со стороны сознания. Сознание же было слишком занято - его задачей было ЧУВСТВОВАТЬ, где находится сеньорита, что она делает, и главное, что хочет сделать в самом ближайшем будущем, в интервале двух-трех секунд. И знаете, у него начало получаться!

...Мы танцевали. Бешено кружились, не зная, что каждый из нас будет делать через секунду, но стараясь во что бы то ни стало это понять и предвосхитить. Энергия лилась из нас во все стороны, и окружающие люди, 'бомонд' Альфы по интересам в этой среде, зачаровано смотрели, подбадривая нас криками и аплодисментами. Ноги сами прыгали в такт бессмертному 'Либертанго', и далеко не только у нас.

Птенчик расправил крылья, и даже сделал пробный полет вокруг гнезда. Но не всегда ему летать в двух шагах от дома, опираясь на поддержку взрослых и мудрых членов стаи. И для того, чтобы начинать жить самому, играть сольную партию, нужно многому научиться из арсеналов того, что должен уметь в ЭТОЙ, грядущей жизни... Не птенец, нет. А полноправный птиц. Ну, или котенок, взъерошенный и мокрый, спрыгнувший на стол с края большого и жуткого ведра.

А потому я буду учиться. Всему, чего не касался, о чем даже не думал в жизни прошлой. И научусь! Сделаю это! Чего бы оно ни стоило!

Да и по большому счету, нет в мире ничего невозможного!..