# Шут и Королева

Лиля Тополь

Запретная любовь - яд, медленно отравляющий сердце, выматывающий душу и пожирающий тело. Но даже за этот "яд" приходится бороться с собственной семьей, целым миром и даже с самим собой, в надежде на очередную дозу. Все вокруг твердят, что они должны забыть друг о друге, найти себе избранника "своего круга" и перестать заниматься ерундой, но, ни Таира, ни Март не собираются отказываться от борьбы, предпочитая снова и снова пить яд, чем искать к нему противоядие.

## Глава 1.


- Так - так - так....и что это мы тут делаем? - над ухом раздается настолько насмешливый голос, уверенный в своем превосходстве, что я невольно подскакиваю.

- Что за черт? - шиплю, как рассерженная змея, которой наступили на хвост и поворачиваюсь, чтобы высказать тому, кто помешал мне спокойно разбираться в ситуации, но слова застревают у меня в глотке.

Уж кого - кого, но ЕГО я тут точно увидеть ожидала меньше всего. Черт возьми, я вообще не ожидала его увидеть! Проще было бы устроить встречу с Дедом Морозом, чем с....ним. В голове сотня вопросов : что он тут делает? Как мне реагировать на то, что он здесь? Уйти сразу или подождать, что мне скажут?

- Кажется, согласно правилам этикета, сначала нужно ответить на поставленный вопрос, прежде чем задавать свой - насмешливый тон сменил скучающий, от которого мне нестерпимо хочется кого - то прибить.

Хотя почему кого - то? На примете у меня есть довольно четкая кандидатура.

- Тебе - то откуда знать о правилах этикета?

- Обижаешь.

- Что тебе тут надо, Март? - устало спрашиваю я, повернувшись в сторону давнего знакомого, который уселся на земле в позе лотоса и неторопливо затягивался сигаретой.

Ответа меня не удостаивают несколько минут, а когда я сама уже забываю о вопросе, забывшись в разглядывании этого сумасшедшего и его нового образа, Март наконец - то отвечает:

- Я соскучился.

- О, извини, но я не верю в то, что засранцы подобные тебе вообще способны на подобное чувство.

- Это ещё почему?

- Потому, что для этого надо уметь испытывать хотя бы заинтересованность в другом человеке.

Он делает резкое движение, словно бросок кобры и вот уже я сижу рядом с ним, проехавшись коленями по зеленой траве. Голубое платье безнадежно испорченно.

- Хочешь сказать, что я тобой не заинтересован? - брови парня насмешливо поднимаются, а его сильные пальцы сжав мой подбородок едва ли не насильно приближают мою голову к нему, после чего Март наклоняется так близко, что сигаретный дым, который он выдыхает после очередной затяжки смешивается с воздухом и пеплом оседает в мои легкие.

Я даже не морщусь. За два года нашего знакомства я привыкла и не к такому.

- Почему хочу? Я в этом уверенна.

Пальцы сжимаются сильней, но я даже не делаю попыток освободиться. Мне даже нравится то, какую реакцию вызывают у этого самовлюбленного ублюдка, который заигрался во властителя мира мои слова. К тому же, если отбросить всю ту грязь, что постоянно происходит между нами, то можно представить что Март...любит меня.

Дура, ты, Таира. Ему ты не нужна ни в качестве врага, ни в качестве любовницы. Так, интересное животное, которое можно время от времени подразнить обещаниями несбыточного, а после снова исчезнуть на несколько месяцев.

Господи, за что?

- Таир-р-ра - он специально растягивает букву "р" в моем имени, словно рычит и от этого по всему телу бегут мурашки, заставляя невольно вздрогнуть.

Темные глаза удовлетворенно сверкнули, но сам Март остается невозмутим, наклонившись ещё ниже, он медленно проводит кончиком носа по моей щеке.

- Отпусти - тихо, но решительно говорю я.

- Почему?

- Увидят.

- А, ну да. Твои....родители - последнее слово с такой интонацией, что кажется, будто это ругательство.

- Именно - киваю головой, хотя из-за пальцев, что сжимают мой подбородок это довольно затруднительно - отпускай, Влад.

- О, надо же....вспомнила как меня зовут? Странно. Обычно "Владом" ты называла меня только когда....

- Хватит! - я толкаю его со всей силы, на которую только способна.

Но этого чертовски мало. Более того, это прекрасно понимаю и я, и он. Снова.

- Не вздумай глупить! - шипит он и резко притягивает меня к себе, грубо, на грани садизма целуя.

Хотя чему я удивляюсь? Март и нежность - это несовместимые понятия.

Господи, я люблю чудовище.

Поцелуй постепенно смягчается. Пусть нежности всё равно нет, но хотя бы жестокость этот невыносимый человек всё-таки утоляет, отпуская мой подбородок из сильного захвата, от которого наверняка останутся синяки, и осторожно, кончиками пальцев проводя по щеке, зарывая их в мои кудрявые волосы, портя мне прическу ещё сильнее, чем она была испорчена до этого. Но мне плевать, и я осторожно, боясь спугнуть, касаюсь парня, едва ощутимо положив руки ему на предплечья, полностью расслабляясь и отдавая ему контроль над ситуацией. Всё как всегда.

- Господи, Таира!

Я вздрагиваю от крика матери, так же как и он. Тот идеальный мир, в котором я и он вместе рассыпается осколками прямо мне под ноги, оставляя в жестокой реальности. Март нехотя отстраняется, а его глаза становятся холодными и какими - то остекленевшими. Мне становится страшно.

- Снова ты! Что тебе от нас надо, чудовище?! Когда ты наконец оставишь мою дочь в покое?! - мама оказывается рядом почти мгновенно и с силой, совершенно не свойственной этой хрупкой женщине, хватает меня за руку и, подняв с колен, отталкивает себе за спину - найди себе кого - то своего круга!

- Моего круга? - Март нехорошо улыбается и медленно, лениво поднимается, смотря рассерженной матери прямо в глаза - а если скажу "нет", что будете делать? Если я её не оставлю?

- Ты....ты..... - матери не хватает слов, чтобы выразить весь тот гнев, что бурлит у неё внутри - мерзкий ублюдок! Хватит преследовать мою дочь! Мне что, увезти её в другую страну, чтобы ты её не нашел?

- Я всё равно найду. Куда бы Вы её не спрятали.

- Да как ты смеешь....

- Мама, не слушай его - вмешиваюсь я, понимая, что задержись мы ещё на пару минут и тут будет отец, который далеко не так осторожен как мама, и дело дойдет до драки спустя секунды после встречи - Март....Влад уже уходит. Мы больше не увидимся, вот увидишь....

- И сколько на этот раз будет длиться это ваше "больше не увидимся"?! Месяц?

- Послушайте.... - пытается что - то сказать Март, но я перебиваю его.

- Мама, пойдем. Мы случайно встретились, честное слово. Ты же знаешь, что я никогда с ним не буду, так что не злись.

- То-то ты так активно мне отвечала - зло улыбнулся парень, собираясь, словно перед ударом - наверное, доказывала, что с тобой мне нечего ловить.

-Март! - неужели он не понимает, что делает только хуже?

Я же стараюсь его спасти!

- А Вы....мадам - обращается он к замершей матери, весь вид которой говорил, что один повод и оппонента уничтожат - не давите так на свою дочь. В конце концов, я уже говорил, что ни на что не претендую. Более того, могу даже помочь найти подходящего жениха, а то с такой опекой Таира останется в девках.

- Это не твоя забота - огрызается мама и, схватив меня за запястье, круто развернувшись, идет обратно к беспечно сидящим в арендованной беседке гостям.

Я оглядываюсь в сторону Марта, взглядом умоляя прекратить весь этот фарс, но парень только нагло усмехается и, послав мне воздушный поцелуй, одними губами говорит:

- До встречи.

Внутри все обрывается от безысходности, но я всё равно смотрю в его темные глаза, так похожие на мои собственные, не в силах отвернутся. Март только улыбается и, развернувшись, уходит. Привычно давлю в себе порыв вырвать руку из цепкой хватки матери и бежать за ним, развернуть к себе и обнять. Почему, почему у меня нет сил, прекратить эти отношения одним твердым "нет"?!

Всё-таки я очень слабая.

- О, вы вернулись - радостно говорит отец, переводя взгляд с меня на побледневшую мать и обратно - что - то случилось? - его легкомысленный тон мгновенно меняется, становясь серьезным и обеспокоенным.

- Всё хорошо - спокойно говорит мама, отпуская мою руку и садясь напротив отца за стол - просто Таира упала, и я перепугалась, чуть ли не до смерти.

- Таира? Упала? - недоуменный взгляд на меня, а я заставляю себя улыбнуться.

- Да, представляешь, споткнулась о камень - начинаю вдохновенно врать я стараясь не смотреть в сторону мамы - и чуть ли не носом траншею не пропахала! Платье испорчено - показываю рукой на подол голубого платья, испачканного травой - а я ведь так долго его искала!

- Нашли из-за чего расстраиваться! - фыркнул папа, обращаясь к дяде Толе, махнув рукой в сторону меня и матери - нашли из-за чего переживать! Какая - то тряпка, и едва ли не в обморок.

- Женщины - глубокомысленно отвечает дядя и выпивает ещё одну рюмку.

Я сижу за столом, боясь пошевелиться, а на губах до сих пор горит след от поцелуя. И почему он снова решил объявиться?

- Ещё раз увижу вас вместе, отправлю к бабушке в Мурманск - тихо, чтобы слышала только я, говорит мама - мне надоело видеть этого шута рядом с тобой. Он тебе не пара, сколько раз можно повторять? Жалкий уголовник.

- Мама, его ни разу не судили - устало отвечаю я, ковыряясь в тарелке с едой, даже не стараясь сделать вид, что ем.

- Какое упущение!

Закатываю глаза, но не огрызаюсь. Не стоит делать эту ситуацию ещё более опасной, чем она есть сейчас.

- Больше ты его не увидишь - твердо говорю я.

- Сколько раз ты мне это уже обещала?

- Этот раз последний.

- Естественно. Потому что я беру ситуацию под свой контроль. Как только закончишь одиннадцатый класс, мы переедем в другой город.

Вилка падает у меня из рук и со звоном приземляется в тарелку. Родственники, сидящие рядом со мной удивленно смотря на меня, но я этого не замечаю, поспешно схватив вилку и извиняющее улыбаюсь. Скоро всем снова становится не до меня, и я обращаюсь к невозмутимой матери, которая не спеша разрезает мясо у себя в тарелке.

- Ты шутишь?

- Ни коим образом - покачала головой она- я не дам своему единственному ребенку жить в городе, где его преследует маньяк.

- Март, то есть Влад не маньяк - шиплю я, неосознанно напрягаясь - он мой....друг.

- Друг? Друг не пытается изнасиловать тебя на глазах у родственников.

- Он только поцеловал меня! Хотя это даже поцелуем не назовешь! Почему ты не можешь представить себе, что мы....любим друг друга?

- Может потому, что этого не можешь представить даже ты?

На это ответить мне нечего, и я признаю поражение. Мама тоже это понимает, так что победно улыбается, заметно повеселев.

Как же я ненавижу эту ситуацию!

- Эм, Таира...

Только этого мне не хватало!

- Да, Максим, ты что - то хотел? - поворачиваюсь к парню, из-за которого я полчаса назад выскочила из-за стола и повстречала Марта.

- Не хочешь прогуляться? - интересуется Максим, смотря на меня карими глазами, смешно наморщив нос покрытый веснушками.

Против собственной воли чувствую, как губы расползаются в улыбке от подобного зрелища. Мамина подруга и мать Максима по совместительству благосклонно смотрит на сына, явно не собираясь возражать.

- Конечно, идите - разрешает мама, заговорщицки переглядываясь с Мариной Валерьевной - дело - то молодое.

Всё ясно, они хотят нас свести. Ну конечно, ведь Максим - человек "моего круга".

- Увы, но мне не хочется смущать кавалера своим испорченным платьем - говорю я, мстительно наблюдая, как гаснет улыбка на губах у матери, стоит ей вспомнить, как именно было испорченно мое платье.

- Ничего страшного - поспешно говорит Максим - мне всё равно. Но если тебе это доставит неприятности...

- Нет, что ты - медовым голосом отвечаю я, видя, как мать одним взглядом грозит мне всеми карами ада, стоит отказаться - раз тебе всё равно, то мне тем более.

Я понимаюсь из-за стола, и, одернув слегка задравшийся подол голубого платья, беру Максима под локоть, под одобрительные взгляды взрослых. Мне так противно, что начинает тошнить, но я улыбаюсь. Мы идем по грунтовой дорожке мимо других беседок, арендованных для отдыха на природе различными людьми. Максим что - то говорит, но я не слушаю, ища глазами Марта, глупо, по - детски надеясь, что он всё ещё где - то неподалеку.

- Куда ты хочешь поступать, Таира? - прерывает мои раздумья тихий голос Максима.

Вздрогнув, пытаюсь сосредоточиться, чтобы не нагрубить парню, выплескивая скопившуюся злость.

- Пока не знаю - как можно более легкомысленно отвечаю я - может, пойду в медицинский, может на переводчика получится поступить...

- Хорошо знаешь английский?

- М-м-м....немецкий лучше.

- У меня на романно - германском факультете учится двоюродный брат. Он говорит, что там даже думать заставляют на немецком - говорит Максим с улыбкой, помогая мне обойти небольшую яму на тротуаре.

И что мне мешало влюбиться в него? Такой парень хороший, чуткий, понимающий, добрый. Ну почему я выбрала самовлюбленного придурка?

- Таира, у тебя что - то случилось? - внезапно спрашивает Максим.

- Что?

- Ты какая - то рассеянная....

- А, нет, всё нормально. Просто устала, вот и всё.

По его глазам вижу, что он не согласен. Но допытываться парень не стал, по - видимому понимая, что не имеет на это права.

- У тебя уже есть тот, кто тебе нравится?

- Максим - напрягаюсь, стараясь этого не показывать - тебе не кажется, что это глупый разговор?

- Прости. Просто...ты мне нравишься, Таира. Да что я говорю? Ты же и сама это прекрасно знаешь... Наши родители хотят договорится о браке между нами, и я хочу знать, если у меня хотя бы шанс....

- О каком браке? - земля под ногами опасно покачнулась, а внутри всё замерло в ожидании.

Этого не может быть! Они не могли зайти так далеко!

- Тебе не сказали? Наши родители партнеры и давние друзья, вот они и подумали, что не плохо было бы нас свести, чтобы семьи породнились. Но если ты любишь другого, то я откажусь - поспешно добавляет Максим, увидев мое побледневшее лицо - честное слово! Таира, я не собираюсь тебя к чему - то принуждать! Просто скажи : да или нет. Всё будет так, как ты захочешь.

Как Я захочу? Нет, дорогой, как Я захочу, не будет никогда, и тебе это прекрасно известно! Хочется кричать так громко, чтобы услышал весь мир.

- Можно мне подумать? - тихо спрашиваю я, стараясь придать голосу хоть какие - то эмоции, в отличии от пустоты, которая разрастается в груди словно опухоль.

- Конечно - Максим подбадривающее погладил пою руку, лежащую у него на сгибе локтя - я не тороплю тебя. Всё равно пока тебе не исполнится восемнадцать, родители не вправе тебя отдавать.

- Ты уверен, что они уже всё решили?

- Во всяком случае, всегда можно сказать нет, Таира.

Домой я вернулась в расстроенных чувствах, прекрасно понимая, что совершенно бесполезно устраивать скандал. Максимум, чего я бы добилась своими действиями - очередного наказания и нравственных поучений. Ужасно, просто нестерпимо хочется увидеть Марта, обнять его и спросить, что же нам делать. Мыслей столько, что от них начинает болеть голова, но дневник, куда можно было бы записать свои тревоги, я прекратила вести ещё два года назад, когда мама, случайно заглянувшая в оставленную на столе тетрадь, узнала, что её тихая, неприметная и послушная дочь связалась с отморозком, который губит её жизнь.

Поколебавшись несколько секунд, набираю номер Кати - моей лучшей подруге. Хоть Рузманова и редкая стерва, но она, по крайней мере, понимает, что со мной происходит даже тогда, когда этого не понимаю я.

- Слушаю, мой коршун - раздается в трубке голос Кати, а перед глазами сразу же встает образ невысокой шатенки, с озонной улыбкой и голубыми глазами.

Морщусь от этого идиотского прозвища, но решаю не зацикливаться. Если ей так нравится - пусть.

- Кать, у меня проблемы - тихо говорю я, проверяя, не подслушивает ли кто.

- О, и что с тобой не так, девочка?

- Меня хотят выдать замуж.

В трубке раздается булькающий звук, словно Катя поперхнулась.

- А ты?!

- Неужели ты думаешь, что я что - то решаю?

- А Март?!

- Он и подавно не имеет права голоса в данной ситуации.

- Но...это...же...капец! Как так?! Мы что, в средневековье, когда родители за детей решали?! За кого хоть хотят отдать?

- За Максима Озорнова.

- За Макса? Да он же тихоня, каких поискать! Ты с ним со скуки помрешь!

- А теперь скажи мне то, до чего я сама не додумаюсь.

- Когда вас хотят поженить?

- Пока не знаю, но не раньше восемнадцатилетия. Слава Богу, я пока несовершеннолетняя.

Катя молчит, но я знаю, что она со мной согласна.

- Что мне делать? - шепчу я, прислоняясь лбом к холодному стеклу окна.

- Знаешь, давай завтра найдем Марта.... - решительно начинает Катя, но я перебиваю её, едва услышав знакомую фамилию - прозвище.

- Нет. Только не это.

- Но....

- Нет, Катя. Его не стоит в это впутывать.

- Но он бы смог....

- Что он бы смог? Что? Вломиться к нам в дом? Украсть меня? Шантажировать родителей? Что?

- Мне понравилась идея с кражей - спустя короткое молчание говорит Катя, а у меня воздух застревает в горле.

- Ты серьезно?

- Абсолютно. Не хочешь убежать с ним?

- Он не предложит. Никогда.

- Тогда возьми ситуацию в свои руки.

- Куда убежать? - мой голос против воли повышается.

- Не кричи. Подожди, когда закончишь одиннадцатый класс и сдашь экзамены. Тогда можно будет поступить в какой - нибудь город, где вас никто не знает. Почему нет?

Я хватаю ртом воздух, но ничего не могу сказать. Это не правильно. Такого не будет никогда. Он ни за что не согласится на подобное. Ему больше по душе короткие встречи, чем жизнь вместе до самой смерти.

- Не получится - тихо говорю я, отметая любое сомнение - придется смирится, Катя.

- Что, выйдешь замуж по договоренности? Господи, как это дико звучит, честное слово!

- А у меня есть выбор? - шиплю, как змея - как я могу что - то решать, когда я связана по рукам и ногам, а единственный, кто способен что - то решать, решать ничего не хочет?

- Вам нужно просто прояснить ситуацию. Вот увидишь, он поймет.

- Он и так прекрасно понимает - я уже не рада, что завела этот разговор - ладно, Кать, давай завтра всё обсудим, хорошо?

Подруга молчит, явно сдерживаясь, чтобы не накричать, но мне всё равно. Я кладу трубку и со всей силы бросаю айфон на кровать, от чего он подлетает и падает на пол. Мне плевать. Мне давно на всё плевать.

Сползаю по стене, гипнотизируя двери. Мне кажется, что я загнана в угол, что бежать некуда и помощи ждать тоже....неоткуда.