# Глазами Гомо советикуса. Часть 2. Общество

Лиора Зив-Ами

"Гомо советикус" - так определил философ Сергей Булгаков "нового человека", которого большевики намеревалась создать из бывших подданных Российской империи. Советские диссиденты превратили "гомо советикус" в клеймо, которым помечены были все "советские люди". Клейма нужно было стыдиться, изживать в себе все, что оно символизировало, отрекаться от "советского эксперимента", доказывать, что мы, "гомо советикусы" не безнадежны. И мы послушно стыдились, изживали, отрекались, доказывали. Как бывшая советская диссидентка я долгие годы разделяла это ставшее общепринятым мнение. Потребовались время и опыт, чтобы это мнение изменилось на прямо противоположное. Появилось осознание величия советского эксперимента над Человеком и ощущение гордости за право носить это Имя - "Гомо советикус", "человек советский". Убеждена: не живи я в Израиле, этого бы не произошло. Только здесь, где собираются евреи всего мира, обнаруживается уникальность советского эксперимента. Впервые за всю 3-тысячелетнюю историю нашего народа евреи сформировали свое национальное самосознание не на племенной религии, а на общечеловеческом Просвещении. Впервые приняли самое действенное участие в создании сверхдержавы, а не общины, внедренной в чужую среду. Нет аналога тому, что советские евреи "дали" Государству Израиля за 50 лет Исхода из СССР. Однако клеймо "гомо советикус" позволило всем получателям бесплатных советских даров смотреть на советских людей вообще и советских евреев в частности их "несоветскими" глазами, укореняя общепринятое мнение: "клеймо" обязывает стыдиться, изживать, отрекаться, доказывать. Пришло время развернуть ситуацию на 180 градусов: посмотреть на весь мир и на Государство Израиля Глазами Гомо советикуса. "ГЛАЗАМИ ГОМО СОВЕТИКУСА" - так называется еще одна моя книга, замысел которой возник в начале 10-х годов XXI века. Сейчас, когда "русский" Авигдор Либерман отправил всю страну на новые выборы, я решила опубликовать несколько глав из этой книги. Продолжение. Начало http://samlib.ru/l/liora_z/glaz-gomosovet_1_sistema.shtml

II. ОБЩЕСТВО


Когда в Израиле я начала знакомиться с выходцами из СССР, у некоторых к моменту моего приезда в 1987 году уже был приличный стаж жизни в стране. Тогда я обратила внимание на странное явление: у большинства из них дети настолько отличались от собственных родителей, что производили впечатление чужих детей. И подавляющему большинству родителей это нравилось, так как в этом отличии они видели превращение собственных чад в "новых евреев-израильтян".

Однако, по мере роста моего собственного израильского стажа я все менее разделяла общепринятое мнение о "новом еврее-израильтянине". Мои наблюдения не ограничивались опытом советских евреев. Я всматривалась в аналогичный опыт превращения в "новых евреев-израильтян" выходцев из мусульманских стран Азии и Африки.


1. "Закон трех поколений"


1.1 Проанализировав этот опыт, я сформулировала нечто вроде "закона трех поколений".

В первом поколении родители отрекаются от культуры страны исхода, не задумываясь о том, что ей нет альтернативы, так как общеизраильская культура еще не сформировалась. То, что принято считать "израильской культурой", фактически является семейным наследием небольшой популяции, ядро которой составляют потомки отцов-основателей государства. Поэтому второе поколение неизбежно оказывается в культурном вакууме. Проблема себя не обнаруживает, пока второе поколение не вырастает, и из поколения детей не превращается в поколение родителей. Вот тогда и оказывается, что ему нечего передать поколению третьему.

Общество, таким образом, обрекает себя на деградацию.


Относительно недавно проблему заметили университетские "ученые" и отреагировали очередным "научным" открытием. Задним числом они переименовали всех евреев, переселившихся в Израиль после провозглашения государства, в иммигрантов.

Этот ход позволил израильскому "просвещенному человечеству" убить сразу трех зайцев:

- обосновать собственный элитный статус носителей израильской "культуры" в качестве автохтонов;

- вписаться в мировое "просвещенное человечество", вообразив самих себя его представителями, а Израиль обычным государством, принимающим иммигрантов;

- отмежеваться от процессов, которые идут в якобы "мультикультурном" израильском обществе.

Таким образом весь еврейский народ оказался мобилизованным для создания условий существования элиты. Однако, сама элита полностью сняла с себя ответственность за деградацию израильского общества, которая роковым образом определяет судьбу всего еврейского народа, включая и его элиту.


1.2 В начале 90-х годов я уже размышляла над этой проблемой.

Но я не подгоняла жизнь под университетские "научные" теории, а черпала материал для размышления из самой жизни. Сравнивая израильские опыты евреев разных стран исхода, я пришла к неожиданному выводу о том, что "Закон трех поколений" проявится в среде выходцев из СССР намного жестче, чем он проявился в среде выходцев из стран Востока.

Для "восточных" евреев Израиль был первой культурной ломкой. Поэтому они сохранили воспоминания о традиционной еврейской культуре и могли легко к ней вернуться. И многие это сделали.

Для советских евреев Израиль был второй культурной ломкой. Первую осуществили большевики, когда разрушили традиционную еврейскую культуру. Однако, создавая новую "советскую культуру", большевики же предоставили евреям возможность кардинальной культурной переориентации. Дед моего мужа охарактеризовал эту ситуацию точнее всех "ученых": "Большевики, конечно, бандиты, но все мои четверо детей получили высшее образование".


Израильское общество вполне оценило результат культурной переориентации евреев СССР: по всеобщему мнению, то, что советские евреи "дали государству", фактически вывело государство на новый уровень. Однако у культурной переориентации советских евреев была и характерная только для советского общества особенность: сочетание образованности с бедностью. Поэтому в массе своей выходцы из СССР селились в бедных районах, где обитало малообразованное население, крайне далекое от европейского Просвещения. И пока старшее поколение Большой советской алии "давало государству", молодое поколение деградировало в школах, созданных Системой для "непросвещенных" районов.

Таким образом второе поколение стремительно теряло советскую "культуру" без возможности возвращения к традиционной еврейской культуре, которую большевики разрушили до такого основания, что даже памяти о ней не осталось.


2. Движение "русских школ"


2.1 О проблематичности созданной ситуации в каждой семье догадались по собственным детям: их подготовка в школе категорически не соответствовала образовательному стандарту, выработанному в СССР. Общее недовольство вылилось в настоящее восстание против Системы. В каждом городе создавались "русские" вечерние школы, куда дети приходили после утренней израильской школы в надежде вернуть утраченное.

Я не осталась в стороне.

Для начала я воспользовалась тем, что была председателем отделения Сионистского форума в своем округе, и решила не разбазаривать все имеющиеся средства на разные мероприятия, а организовать летний лагерь для детей, предоставленных самим себе в то время, как их родители в поте лица своего "давали государству". Затем я вызвалась организовать в нашем округе отделение "русской" образовательной системы вечерних физико-математических школ (МОФЕТ) и стала руководителем отделения.

Так, отказавшись от теоретического изучения общества в университете, я невольно начала изучать его в реальности. И сделала из этого изучения собственные выводы.


2.2 Очень скоро я убедилась в том, что израильское "просвещенное человечество" умышленно люмпенизирует детей Большой советской алии.

Движение "русских школ" в израильском обществе встретило негативное отношение. Основной упрек состоял в том, что эта "русская" затея мешает интеграции детей. Упрек этот нелепо звучало в устах тех, кто поощрял создание закрытых систем ортодоксальных школ и вкладывал в них народные средства, прекрасно зная, что "нееврейским" естественным наукам в них не обучают.

Тем не менее, при любом удобном случае я старалась объяснить, в чем состоит ошибочность расхожего мнения об интеграции. Напротив, уверяла я, важно, чтобы дети сохранили культуру своих родителей, ибо, утратив ее, они в массе своей неизбежно деградируют и в будущем будет немало таких, которые станут представлять угрозу всему обществу. Интеграция должна быть разумной и постепенной.


Вскоре я заметила любопытное явление. Простые израильтяне прекрасно понимали проблему и меняли отношение к "русским школам" с негативного на позитивное. Но при любом контакте с официальными лицами, я наталкивалась на сопротивление. Причем, чем выше был статус такого лица, тем меньше надобности было в объяснениях. Внизу могли не понимать, что происходит. Но наверху все прекрасно понимали и именно поэтому яростно отстаивали политику Системы.

Мою догадку подтвердил мой друг, уроженец страны, который сам был потомком отцов-основателей и сыном бывшего директора гимназии. Обозвав меня Дон Кихотом, он сказал: "Ну как ты не можешь понять, что в этой стране вам, "русским", никто не позволит вырастить собственную элиту".


Проблема, однако, не сводилась к противодействию Системы. У нее была и другая сторона. Общаясь интенсивно в этот период с выходцами из СССР, я увидела "культуру" советских евреев в совершенно новом свете. Суть ее выразили советские идеологи, которые были поразительно точны в своих формулировках.


3. "Лица еврейской национальности"


3.1 В многонациональном СССР евреи не признавались народом из-за отсутствия санкционированных советскими идеологами признаков народа − общего национального языка и общей территории. Поэтому евреев идеологи отделили от всех советских народов особым наименованием − "лица еврейской национальности".

Каждое "лицо" отдельно.

И это отражало реальность, так как свое национальное "я" каждый советский еврей мог проявить только лично: добиться личного успеха и стать нужным всем − государству, производству, науке, искусству, компании друзей, наконец. Национальное еврейское "мы" проявлялось в том, что личный успех отдельных "лиц еврейской национальности" приписывался национальным качествам всего народа. Поэтому евреи ревностно следили за достижениями каждого еврея в любой области, проникаясь уверенностью, что в совокупности своей эти достижения демонстрируют незаменимость всех евреев, которые так много "дали государству".


Переезд в Израиль сменил государство, которому евреи вновь готовы были "дать". Правда, теперь это уже было свое национальное государство.

Однако советские евреи остались прежними: под общим "мы" подразумевалось множество конкретных "я". И вновь успехи отдельных советских евреев в Израиле отмечались как вклад всей Большой советской алии в развитие Израиля; политическая карьера отдельных "лиц" преподносилась как успех всей "общины", хотя община эта была воображаемой. А жалобы на то, что Израиль не смог реализовать потенциал Большой советской алии, скрывали личное недовольство множества ученых, инженеров, учителей, врачей и проч., вынужденных работать охранниками, рабочими, уборщиками, торговцами и проч., то есть лишившихся возможности реализовать свой личный потенциал.

При всем различии личных судеб, было очевидно, что содержанию "культуры" советских евреев соответствовала государственная форма СССР. Никакой национальной, объединяющей советских евреев культуры, просто не существовало.


Движение "русских школ" было единственным явлением, продемонстрировавшим, что в СССР все-таки сложилась традиция, объединяющая поколения. А это первый признак культурного "содержания", специфика которого состояла в том, что оно было общим как для евреев, так и неевреев Большой советской алии. Необходимо было уловить этот признак, осмыслить его и найти для этого "содержания" необходимую форму.

Израиль как национальное государство предоставлял для этого небывалые возможности. А успех на выборах 1996 года "русской" партии "Исраэль ба-Алия" под руководством Щаранского давал и необходимые средства реализации этих возможностей.


3.2 Но ничего подобного не произошло как раз из-за "культуры" советских евреев.

Эта "культура" проявилась в мышлении и действиях руководителей движения "русских школ". Они стремились всего лишь воссоздать советский опыт и для этой цели использовали культовое для советских "лиц еврейской национальности" название − "физико-математическая школа". При этом полностью игнорировалось то, что своими достижениями физико-математические школы были обязаны огромной советской государственной Системе, у которой была мощная база для проведения своей политики: русская культура и ее педагогические традиции.

Поэтому у руководителей движения отсутствовала не только необходимая в новых условиях концепция, но и методика преподавания. Концепция сводилась к проникновению в Систему. А в методических вопросах ставка делалась на отдельных "лиц". Там, где удавалось сконцентрировать "лица", цель достигалась. Однако посягнуть на "содержание" культуры, как в свое время это сделало поколение основателей Израиля, или хотя бы повлиять на израильскую Систему и ее политику, таким методом было невозможно.

"Культура" советских "лиц еврейской национальности" позволяла решать исключительно личные вопросы.


4. Особенности национальной политики


4.1 Судьба партии "Исраэль ба-Алия" и ее поведение в вопросе "русских школ" в полной мере это подтвердила. Партия умудрилась полностью проигнорировать движение, которое охватило ее электорат практически во всех местах его расселения, упустить уникальную возможность поднять проблему Просвещения на общегосударственный уровень. Тем самым Щаранский и его однопартийцы превратили эту судьбоносную для государства проблему в малозначимую проблему "русского" сектора.

Неожиданный успех на новом политическим поприще лидеры партии "Исраэль ба-Алия" восприняли как уникальную возможность реализации амбиций собственных "лиц". Каждого "лица" в отдельности.

А это привело к тому, что эти "лица" взорвали партию "Исраэль ба-Алия" изнутри, и разбежались по разным партиям для продвижения личных карьер. Сама же партия исчезла, не только не решив ни одной общезначимой проблемы, но даже не сформулировав ни одной из них.


"Русский" провал особенно бросался в глаза на фоне фантастического успеха "восточных" евреев.

Среди них нашлись лидеры, осознавшие возможности национального государства в формировании собственного культурного "содержания". Это было культурное "содержание" традиционной еврейской общины, которое до эпохи Просвещения и в самом деле являлось общенациональным. На базе этого "содержания" лидеры "восточных" создали собственную систему школ, куда, естественно, потянулись все, кому чужд сам дух европейского Просвещения.


4.2 Успех, которого добились "восточные" лидеры, тем более впечатляет, что сами "восточные" евреи, в отличие от "русских", не проявляли никакой массовой активности в вопросе образования. Их лидерам пришлось объединять выходцев из разных стран, таких, как Марокко, Йемен, Ирак и проч. Это также отличало "восточных" от "русских", которые были выходцами из одной страны, СССР.

На базе собственной системы образования лидеры "восточных" изменили статус политической партии ШАС, которая появилась на политической арене как представительница ортодоксально-религиозных евреев, выходцев из стран Азии и Африки. Отныне на государственные средства партия ШАС могла не только выращивать из детей свой будущий электорат, но и сплачивать электорат уже существующий: ведь родители были кровно заинтересованы в успехе партии, которая возвращала им детей.

Именно эту деятельность Система поддержала, оценив роль, которую традиционно-религиозное образование могло сыграть в социальной жизни всего израильского общества. А роль эта сводилась к возвращению авторитарного контроля над третьим поколением "восточных" евреев. Ведь сама Система давно этот контроль утратила.


Таким образом школам партии ШАС удалось войти в систему образования и стать ее интегральной частью. Это завоевание в свою очередь позволило посягнуть уже на статус партии всего народа, способной вернуть израильское общество к традиционной культуре в качестве общенациональной. Политический успех партии тут же оценили ведущие политики и к ее духовному вождю зачастили на прием в поисках поддержки кандидаты в президенты и премьер-министры. Вождь благосклонно принимал их и трепал по щечкам, как это принято на Востоке для демонстрации превосходства.

И в то время, как исчезла с политического горизонта партия "Исраэль ба-Алия", громогласно построившая свою первую и успешную предвыборную пропаганду на противостоянии религиозной партии ШАС, именно партия ШАС настолько укрепилась, что стала играть важнейшую роль в решении общегосударственных проблем, включая и проблемы Большой советской алии.


4.3 Ситуация сложилась абсурдная.

Та часть израильского общества, которая была способна и дальше "давать государству", обрекалась на утрату своей "культуры", то есть лишалась возможности "давать" в следующих поколениях. И Щаранский, палец о палец не ударивший тогда, когда по всему Израилю звучал крик SOS, рвавшийся из среды уже завезенных в Израиль детей Большой советской алии, желавших и способных стать "качественной" молодежью, уже в новой должности руководителя Сохнута принялся выискивать "качественную" еврейскую молодежь в диаспоре, чтобы дать ей..."еврейское образование" (?) и...привезти в Израиль.

Что же касается ортодоксальной части израильского общества, обученной "брать у государства", то она лишь укрепила свою "культуру", которая давно уже народ не объединяет, а только разъединяет, зато успешно порождает нуждающиеся слои населения. Этой части общества жизненно необходим доступ к государственной казне, что неизбежно превращает образование в средство захвата политической власти.

Все это прекрасно понимают. Время от времени появляются статистические данные, которые общество, хватаясь за сердце, нервно обсуждает. Данные эти свидетельствуют о неизбежном наступлении рокового момента, когда число учащихся религиозных школ превысит число учащихся светских школ. То есть число граждан, которых с детства учат "брать у государства", превысит число граждан, приученных в силу самой концепции европейского Просвещения "давать государству".


4.4 "Ученые" ситуацию уже объяснили с присущей им легковесностью, а израильское общество в очередной раз доверчиво проглотило их "науку":

- религиозные партии просто шантажируют ведущие светские партии и навязывают им свой диктат;

- в условиях демократии это легитимно, так как каждый сектор отстаивает свои интересы;

- ортодоксальный же сектор растет объективно (?!), значит...нужно смириться с неизбежным.


5. Вперед в прошлое?


5.1 Я видела ситуацию совершенно иначе: мы просто теряем культурный капитал, которым другие народы с нами щедро поделились. Это не объективный процесс, а результат нашего неразумения, нашего нежелания смотреть правде в глаза и признать факт своего ученичества и плагиата.

Но этот факт доказывала сама жизнь и доказательства были налицо.


Во-первых, я сравнила то, что происходит в Израиле с советскими евреями, с тем, что десятилетиями раньше произошло с немецкими евреями.

Немецкие евреи также были "лицами еврейской национальности". Только назывались они по собственной инициативе иначе − "немцы Моисеева закона". Это переименование позволило каждому немецкому "лицу еврейской национальности" считать немецкую культуру своей и уж самому определять собственную нужду в "Моисеевом законе". Как правило, она быстро исчезала.

Пионеры Просвещения − немецкие евреи были первыми, кому пришлось пройти через мучительные поиски нового "содержания" еврейской "культуры". После прихода Гитлера к власти немецкая алия, как и советская, была вынужденно массовой и также состояла из "лиц", которые исключительно много "дали государству".

Но где они теперь, немецкие евреи? Где те, из среды которых вышло большинство составивших гордость нации ученых-евреев? Где основатели Техниона и филармонического оркестра? Куда они все подевались?

Лишь отдельным семьям выходцев из Германии удалось сохранить в собственных детях признаки "немцев Моисеева закона". В целом же третье поколение немецких евреев растворилось в левантийской атмосфере.

А ведь они были культурной элитой всего еврейского мира.


5.2 Во-вторых, я видела, как на глазах исчезает "культура" отцов-основатей Израиля. Они также были отдельными "лицами". Одиночками прибывали они на землю предков, чтобы построить новое образцово-показательное общество.

То, что общество становится новым лишь тогда, когда меняется "содержание" его культуры, поколение создателей Государства прекрасно понимало. Поэтому оно решительно переходило на возрожденный иврит и устанавливало новые традиции. Даже еврейские праздники были переосмыслены: традиционно-религиозное "содержание" безжалостно выкорчевывалось и заменялось национальным, почвенно-земледельческим.

Но и из этого ничего не вышло. Их потомки свели "культуру" к европейским заимствованиям: к литературе, искусству и проч. Но культуру как концепцию жизни народа им создать не удалось. Поэтому израильская "культура" выродилась с дикое совмещение несовместимого. В качестве символов в ней уживаются, с одной стороны, парады гомосексуалистов, возведенные в ранг символа свободы отдельных "лиц", а потому включенные в мероприятия, которые посещают министры, включая...министра просвещения. А с другой стороны, в израильской армии в ранг символа единства титульной нации возведен священный кашрут, нарушение которого официально влечет за собой наказание.

Такая "культура" только дезориентирует народ. А это не может не сказаться на израильской системе образования.


5.3 Часто мне приходилось слышать, как потомки поколения создателей Государства с тоской вспоминали своих учителей и выражали недоумение тем, что происходит в школах.

И в самом деле, кто мог себе представить, что те самые евреи, которые в своих разбросанных по всему миру общинах сохраняли верность Книге и учились с детства читать ее тексты, в собственном государстве столкнутся с проблемой понимания прочитанного у значительного числа учеников? Кто мог предположить, что в государстве народа, из среды которого вышло непропорционально большое число ученых, естественные науки окажутся в загоне и превратятся в необязательные даже в светских школах? Кому в голову могло прийти, что еврейские учащиеся будут бить своих учителей, а полиции придется бороться с насилием в школах?


А причина все та же: израильская система образования не родилась как потребность всего еврейского народа. Ее создавали отдельные "лица еврейской национальности".

Эти "лица" были учителями первых поколений израильтян, передававшими своим ученикам опыт, усвоенный ими в Европе лично. А этот опыт включал в себя не только знания, но и сам животворящий Дух Просвещения. Это он, этот Дух, создавал особую атмосферу и порождал мотивацию обретать знания "ради них самих" (перефразировка традиционного выражения "Учить Тору ради имени ее"). Атмосфера исчезла вместе с естественным уходом первого поколения учителей-европейцев, и мотивация обретать "европейские" знания осталась у отдельных "лиц". У народа в целом этой мотивации как не было, так и нет. Поэтому народ возвращается к традиционному образованию, светские школы сокращаются, а ешивы размножаются.

Так что "закон третьего поколения" сработал и в случае уроженцев страны.


5.4 Из моих размышлений следовало, что сам народ отторгает семена чужой культуры и сохраняет собственные, те, что в начале рассеяния посеяли в нем мудрецы Талмуда. Доказал это развал СССР. Советские евреи, перебравшиеся на Запад, где раввины не имеют того влияния, какое обрели в Израиле, вдруг также начали возвращаться к "корням", а оставшихся в России евреев теперь представлял главный раввин, завезенный из-за границы. Физика с математикой утратили свой статус главных "еврейских" дисциплин, зато появилось изучение "еврейского образа жизни", от которого в свое время деды и прадеды бежали в современную цивилизацию. Теперь же их потомки, бывшие советские коммунисты-интернационалисты, с пеной у рта доказывают, что еврейский народ сохранили раввины.

Разумеется, лишь одиночки из бывших советских евреев всерьез возвращаются к традиционной еврейской культуре. Основная масса "лиц еврейской национальности" лишь ускоряет свою ассимиляцию в среде других, "культурных" народов.

Жизни зубы не заговоришь. Она все расставляет по своим местам.


5.5 Анализ всех этих явлений привел меня к собственному представлению о том, что происходит с израильским обществом. И это представление принципиально отличалось от общепринятого.

Достижения Израиля во многих областях, которые вызывали у всех заслуженную гордость, у меня вызывали лишь чувство тревоги. Ведь все они являлись достижениями отдельных "лиц". Народ остается к этому абсолютно непричастен.

Этим определяется феномен Израиля: высокоразвитое во многих областях государство, в котором царит левантийская атмосфера, а высокие технологии кажутся вживленными искусственным образом в среду мелких торговцев, муниципальных бездельников и многочисленных нахлебников социального страхования.

В таком государстве разрыв между "лицами" и народом обязан увеличиваться. А значит и неизбежно наступление момента, когда эти "лица" не пожелают иметь ничего общего с народом. Доказательство этому я видела даже не в числе уехавших из Израиля успешных специалистов, а в общей атмосфере, в разговорах, которые ведутся между людьми.

Поэтому меня меньше всего волновало, сколько открытий сделали отдельные израильтяне, сколько международных премий получили и сколько медалей выиграли на олимпиадах. Меня волновал сам народ, средний гражданин, создающий в стране атмосферу и почву, которая либо взращивает своих гениев, либо губит их, а тех, кто вырос сам, гонит прочь.

В том, что возвращение народа к его традиционной культуре неизбежно вызовет "утечку мозгов" из Израиля, я не сомневалась. Я лишь не могла понять, почему никто не догадывается о причине этого явления.


И показатели стабильности израильской экономики, которые также являются причиной всеобщей гордости, не производили на меня никакого впечатления.

Я считала главным капиталом не тот капитал, который создали банкиры и предприниматели, а капитал человеческий. Для всех показателем состояния экономики был доход на душу населения и уровень безработицы, а для меня вид занятости людей.

По моему убеждению, общество, которое поставило массу образованных людей перед необходимостью заниматься неквалифицированным трудом ради скудного заработка, обречено на саморазрушение. Такое общество не только убивает в молодежи мотивацию в получении качественного образования, но и стимулирует на рынке труда профессии торговцев, дельцов, работников сферы услуг и прочих из этой категории, а не педагогов, которые обеспечивают будущее народа.


Не разделяла я и всеобщий оптимизм, вызванный фантастически быстрым развитием страны. Мы, евреи, − народ активный и всегда быстро обживали места своего обитания. Но государство − это не очередное место, которое нужно обжить и приспособить для обитания. Оно не сводится к территории. Государство есть прежде всего обобщение опыта народа.

В нашем же случае горстке энтузиастов понадобилось прежде всего вырываться из опыта своего народа, бежать от собственной общинной культуры и пройти "аккультурацию" в среде культурных народов Европы. Наше государство эти отдельные "аккультурированные лица" воссоздавали вопреки опыту своего народа. Сам же народ в подавляющем большинстве своем к государственной жизни вообще не был готов и именно потому, что этот опыт хранил. Теперь же народ его еще и восстанавливает.

Нет поэтому большей глупости, чем ссылка на молодость государства, которой бравируют наши оптимисты. Все наоборот: чем государство старше, тем больше оно теряет европейскую "аккультурацию" и восстанавливает традиционную культуру, с государством несовместимую.

Страна-то идет вперед благодаря усилиям отдельных "лиц еврейской национальности". А народ катится назад на 2000 лет, к истокам собственного опыта.


*


Что же собой представляет этот опыт? Для ответа на этот вопрос мне пришлось опять вернуться в университет, но на сей раз вольнослушательницей на исторический факультет. Я хотела понять, какими мы были раньше, до того, как отдельные "лица еврейской национальности" взбунтовались против традиции собственного народа и массами начали уходить в среду европейских народов.

Образование, полученное в СССР, в этом вопросе оставило белое пятно. В школе нам преподавали русскую историю и историю народа союзной республики (в моем случае это была Украина). Но на еврейскую историю было наложено такое жесткое табу, что в детстве мне даже в голову не приходило, что и у евреев есть какая-то история. Мое непосредственное окружение не вносило поправок в государственную политику в этом вопросе. Так что с еврейской историей я, как и многие советские евреи, знакомилась уже в юности по романам Лиона Фейхтвангера.


Эту нашу советскую специфику не могут понять те, кто не прошли через опыт за "железным занавесом". Я неоднократно в этом убеждалась.

В беседах с уроженцами страны, пытавшимися сравнивать наш советский опыт с их опытом при социалистах-атеистах, я всегда подчеркивала принципиальное различие между нами: "Даже самые неистовые ваши атеисты знали, от чего отрекались. А мы за "железным занавесом" даже этого не знали". Как выглядит традиционная еврейская семья − отец в лапсердаке и шляпе, мать в парике, окруженная множеством детей-погодков, − я впервые увидала в Вене в 1987 году.

Впрочем, тему нашего отличия от всех несоветских евреев я для себя закрыла после одной из бесед с приятелем, родом из Аргентины.

"Ну хорошо, − сказал он после того, как я терпеливо отвечала на его вопросы в течение часа. − Советская власть не позволяла вам ходить в синагоги. Но еврейские клубы у вашей молодежи были?"

"Давай поменяем тему" − предложила я после минуты молчания.


Теперь в своем советском опыте я видела преимущество.

Будучи еврейкой по линии всех известных мне прадедушек и прабабушек, я пришла в университет без каких-либо стереотипов, усвоенных с младенчества. Поэтому на свой собственный народ я могла смотреть, как на отстраненный объект.