# Откуда приходят ангелы

Таня Листова

В играх можно все. Крушить, взрывать, ломать, сжигать... В играх ты бог. Пределы определяются только самой игрой. Каждый в свое время мечтал - если бы такое было возможно на самом деле... Возможно. В одном из миров такое возможно. Правда, не все так просто оказалось в том далеком мире... В книге снова присутствует смена пола - не спрашивайте, почему. Может, интересно - а может, просто хочу в чем-то достучаться. Мужчины, которым не по нраву - пожалуйста, не читайте. Не надо злой критики - просто не читайте, и все. Я честно предупреждаю в самом начале.

По договору с платформой "Dream" часть книги удалена

Часть первая.

Иллюзия.


## Глава 1


Ого. Давно не видел такого. Откровенная наглость.

Мобы везде. Муравейник маленьких вонючих гномов, как личинки в навозной куче - крутятся, копошатся, прыгают, ползают. Встроенный в шлем монитор показывают сотню лиг, как на ладони.

- Не выходить из инвиза, общая оценка обстановки, - голос командора кажется старым и уставшим. - Высота сто...

Плотная зелень сельвы покрыта пятнами плесени. Как только они умудряются везде оставлять гниль? Особо нахальные уже на вышках стерео-подачи, еще нахальнее - рубят кабели каналов... Конец. Легкое движение пальцами - Аника вышел из инвиза и высветился во всей своей красе, прямо в десятке метрах на головами. Легкий секундный ступор... Визг и вой закладывает уши - вонючий муравейник брызнул во все стороны, чуть не ломая и давя друг друга. Ожидаемый эффект, если над головой неожиданно нарисовался да-маг...

Поздно. 'Ледяной плюш' ударил по всему плацдарму, давя и плюща маленькие гнилые фигурки, и оставляя ужас в застывших глазах. Веер файерволов огня сметает мразь с вышек, отшвыривает оцепеневшие рыла от каналов подачи...

Бой. Момент истины. Миг, ради которого стоит жить.

Мгновенное перемещение - Аника везде. Аника здесь и там. Одновременно в сотне различных точек - стонет воздух, рушится небо, дыбом встает земля...

Высший маг. После него ничего не остается живого. Даже прогнившая сельва выворачивается с корнями и разлетается в стороны.

- Твою мать! - рык командора в ушах. - Ты когда-нибудь изменишься? Ко мне на эшафот!

Как всегда. Занудство, и брюзжание.

Конец. Сверкающая фигура в боевых доспехах на мгновение зависла в воздухе, оглядывая панораму хаоса и разрушения. Трещит разрастаясь огонь, к небу поднимаются чадящие столбы дыма. Вывернутые корни деревьев, срезанные пальцы скал, и перемешанные с землей мобы...

Монитор молчит, би-индикатор мигает спокойным зеленым светом - на лиги вокруг ничто не движется, не смотрит, не дышит.

Все? Даже скучно.

Сверкающая фигура еще раз сканирует пространство, потом взвивается в высоту и закладывает вираж на Таир.


- Идиотизм! - дебил Урагмах аж захлебывается от негодования. - Семнадцать секторов, за два дня! На что надеются, зачем?!

- Это программы, дурак, - поясняет избитые истины Гортрах. - Спроси у модераторов...

- Таир все равно будет строиться, - никак не угомонится Ураг. - Как бы не мешали тупые мобы! Спутники на внешнем круге - ничто не остановит прогресс!

Идиот. Прогресс, регресс - какая разница? Это Игра. Целая куча аналитиков сидит у целой кучи мониторов, пытаясь выяснить пределы человеческого мозга на различные условия враждебной среды. Тоже мне, прогресс...

Чуть слышно фыркнул в стороне Аленах. Тоже из самых старых. Вечно в стороне, вечно один, и вечно молчит...

- Свет, кретины, - ворчливо обернулся назад один из да-магов. - Глаза слепит, не видно?

В зале немедленно повис полумрак. 'Агромакс' - самое элитное и самое дорогое заведение Таира. Три этажа высокого каменного особняка, в самом центре - элитный горд-клуб. Да-маги не опускаются ниже - высшая каста. Их всего тринадцать. На весь город. Редко рождается ребенок, способный стать магом, и еше реже - высшим...

- Хватит спорить, - вздохнул Горт. - Выпьем!

Общий гул, журчание вина в бокалах - в воздухе непередаваемый старинный аромат...

Аромат? Крыша помахала рукой? Аника сморщился - давно не помнил ароматов. Как и запахов. Кроме вони и гнили мобов...

Это Игра. В Игре нет запахов. Как и всего настоящего.

Совсем нет?

Поднял к глазам ладонь - пальцы матово отсвечивают, по запястью пробегают световые всполохи. Искусственная жизнь, искусственное вино, искусственный разум... Можно отключить инто-защиту. Можно вообще отключить голо-арм. И тогда он увидит руку - настоящую руку. Всю в трещинах вен, волосков и убожества. Подвластную вирусам, погоде и времени. Она здесь, рядом. Как и все остальное. Со всеми болезнями, немощами и страхами...

Тогда где начиналась Игра? Аника даже усмехнулся - какая разница?

Нигде. Шелуха сознания, склонного к философии.

Вся наша жизнь - игра. Мы все приходим в этот мир, чтобы достойно сыграть свою роль...

- Хватит пить, Аника. Тебя еще ждет командор.


Широкая улица, мощенная брусчаткой, высокие шпили вычурных домов. Кто это придумал? Острые готические крыши, ажурные мостики, и заросшие кувшинками пруды? Навесы уютных баров и фонтаны на площадях? Чей бред больного мозга? Камни и кирпичи...

Нагнулся к каменной кладке - ровные ряды, без шероховатостей, трещинок и зазубрин. Компьютерная программа или настоящий камень? Можно отключить голо-арм и посмотреть... только зачем? Какая разница? Они все закрыты в этом городе, в этом месте. Он - просто звено изучения психо-возможностей человека. Он знал, на что шел - когда подписывал контракт. Годы назад...

Прохожие боязливо сторонились - не каждый день да-маги слоняются по улицам. Они обычно где-то там, в Аль-Таире. Или за городом - крушат мобов и ровняют горы с землей. Или за облаками... Страшные и недоступные. Честь и оплот Таира. Предмет восхищения и подобострастия. Защита и оборона. И развитие. Ибо пояс спутников уже продвинулся далеко за внешнюю черту, захватывая у гнили все новые участки затхлой болотной земли...

К чему это все? Развитие, участки, расцвет? Мозг устал...


Аль-Таир занимал площадь в самом центре города. Двенадцать многокилометровых колец охватывали невероятное величественное здание, испещренное высокими колоннами, террасами и воздушными лестницами. Над куполом к небу поднимался столб света космической эхо-подачи...

Охранные руглеры, обвешанные плазменными стволами, тупо провожают вслед. Широкое полотно лестницы дернулось и понесло наверх...

- Его сиятельство, Аника Таирский! - голос электронного церемониймейстера улетает к далекому куполу.

Высокий Совет обожал помпезность. Вычурную чушь и глупые переплетения сложной иерархии. Стражники в блестящих доспехах вытягиваются и щелкают шпорами, шаги эхом отражаются от колонн. Сложнейшая зеркальная мозаика отражает удивительную лепнину далекого потолка...

Кто придумал шпоры? Разве тут ездит на лошадях?

- Ты устал, - от широкой спины веяло угрюмостью и усталостью. - Ты теряешь ощущение реальности...

Широкая терраса, на самом верху. Весь город как на ладони - концентрические круги узеньких улочек и высоких зданий. Далеко над горизонтом даже проглядывают огоньки кольца спутников внешнего контроля...

- У тебя еще остались чувства.

Чувства? Чушь. Нет никаких чувств, кроме усталости и безразличия. Хватит, командир. Лучше как обычно: "Дурак, мальчишка!" - выволочка и треп. Обоим легче.

- Когда ты отдыхал последний раз? Когда смотрел фильмы или слушал книги?

Книги? Нет ничего глупее придуманных миров. Да что с тобой сегодня?

Командор обернулся - сухо стукнули начищенные латы инто-защиты:

- Ты мне нужен живым, сынок. Ты Таиру нужен живым. Найди себе девушку. Найди хоть что-то, что выдернет из апатии. Подумаешь?

Я очень устал думать...


Огонь большого камина гонял причудливые блики, отбрасывая темноту в дальние уголки. Вино в высокой бутылке искрило и играло тенью. Аника отодвинул бокал и задумчиво забарабанил пальцами по столешнице, разглядывая монитор. Тысячи, сотни тысяч названий... Откуда столько? Человечеству больше нечем заняться, чем писать всякую ерунду? Щелкнул по первой попавшейся и откинулся в кресле.

Проникновенный голос начал вещать...


----------------------------------------------------------------------------


'В великом Эрсанге нарастали глубокие времена. Темень уже стучалась не ночными кошмарами и шепотом торговок на базарных площадях - в Гаэлорде собирался Совет королей. Хаос стучался в дверь. Пограничные заставы били тревогу, одры выходили из темноты. Предсказание Вотанга сбывалось, и на землях старой земли объявляли мобилизацию - конные дружины по деревням собирали рекрутов...


Ветер теребил седую бороду, как клочья белой пакли - старик зачерпнул горсть песка и разжал ладонь, - тонкие струйки невесомой пылью взметнулись в воздухе...

- Времена... Мои глаза не помнят песчаных приливов.

- Думаешь, пришло время Вотанга?

- Время придет, когда мы ему позволим, - в своей манере ответил старый Дорим. - Опасность не в Вотанге - в нашем разуме...

Негора. Пустыня пылила - сколько помнил себя Илл. Иногда завывала ураганами, иногда застывала раскаленным маревом. Холодными ночами кричала голосами вепрей или хохотом диких гиен. Или шептала еле слышимым шепотом древних воинов...

Народ Аххая почитал тысячелетний договор и не страшился пустыню. Густые леса или остроконечные северные горы. Те, кто чтят Завет - верят в нерушимость слова, и справедливость возмездия...

Пустыня наступала. Елозила длинными дюнами, и с каждым днем выбрасывала рваные рукава на зелень, деревья и пашни...

- Ангелы не допустят...

- Когда последний раз видели ангела? - усмехнулся мудрец. - Басни стариков. Ангелы покинули мир сотни лет.

Илл замолчал. Конечно, у бродячих менестрелей полно песен, баллад и легенд. Но никто не помнил, чтобы старый Дорим хоть единожды ошибся. Сказал ложь, или пустые слова...

- Одры выходят из темноты. Эльфы уже не могут сохранить мир...

Эльфы. Мир. Ангелы...

В понимании Илла ангелы - картина далекой принцессы Наяны, на которую сбегались поглазеть через окно все мальчишки с окрестных деревень. Пронзительно чистые глаза, разлет бровей, приоткрытые губы, каскад волнистых волос... Неземная красота. Не человек...

Все реже и реже эльфы брали в жен людских девушек. Все реже и реже рождались наследники с настоящим наследием. Ангелы прокляли мир? Илл не понимал - народ Аххая не предавал Заветов...

- Я ухожу из отцовского дома, - неожиданно признался он старику. - Хочу увидеть землю.

- Я знаю, - также неожиданно ответил мудрец. - Молодость и глупость часто вершат историю...

- Ты знаешь, - парень даже задержал дыхание - твердость и решимость сжали кулак. - Я найду ангела. И спрошу.

Старик только улыбнулся.

Ну и пусть. Иллу непривыкать к сарказму мудрых...


От дороги долетел цокот копыт - принцесса юркнула в глубь леса и осторожно выглянула из-за елок. Мимо прогрохотали всадники, поднимая целые клубы пыли - королевская стража.

Не догоните. Никогда.


Наяна родилась в ночь двенадцати лун. Кто считает, что родиться в королевской семье - знак особого расположения богов, - никогда не жил в королевской семье. Или сам создатель напутал со звездами, и девочка родилась не там, где душа искала истину. В годы пророчества Вотанга ждали не наследников, а силу и магию. Годы кризиса пучили мир приближающимися войнами и страхом. Старший брат Роверон метал искры пламени, средний Эдигорн - ледяные столбы, старшая Виолла - лечила раны...

Наяна не искрила, не морозила, не лечила. Придворные мудрецы пророчили силы - но принцесса не чувствовала сил.

Пока однажды, в миг нередких слез и скорби, у паркового пруда - на свет не родилась новая кувшинка...

'Магия красоты мира' - определили придворные мудрецы. Король в сердцах хлопнул дверью, Наяна плакала всю ночь. Но судьба вынесла вердикт - вселенскому балансу не до желаний маленькой девочки.

Магия красоты. Зачем красота в эпоху смут и раздоров?

Наяна вступила в пору девичества, и расцвела цветком. Волнистые волосы каскадом спадали на спину, распахнутая в надежде синь глаз поражала глубиной, тонкий стан - изяществом. Придворные художники писали картины, поэты слагали стихи, менестрели - баллады...

Но королевской семье - не до картин и стихов. Наяна иногда сама не понимала, что нужно королевской семье...

Дворец огромен и непобедим. Приемные, гостевые, библиотеки, бильярдные, охотничьи, спальные, столовые, оружейные, торжественные, официальные, и просто залы. Кухни для аристократии, для простонародья, для приезжих, для горожан и даже для скота. Бесчисленные башни, крыши, лестницы, коридоры и галереи...

Апартаменты Виоллы - в южной части. Королевская стража щелкает шпорами, знать делает реверансы, прислуга старается не попадаться на глаза. У сестры - целый цветник приближенных дам, возможности целительницы имеют больше смысла с помощью. 'Слушаю, если недолго...' - Виолла холодна, как лед. Слова застревают в горле. 'Да нет, ничего... Просто шла мимо'.

Приближенные старательно прячут презрительные ухмылки. Ничего не скажут ни братья, ни сестры. Ничего не скажут те, кто холоден и далек...

Ей ведь не надо много - просто немножко сочувствия и тепла. И немножко любви...

- Вы не из этого мира, Ваше высочество, - однажды выдал Илл, один из молодых гвардейских стражников. - Вы не для утех и дворцовых интриг...'

Молодой парень - но с мудростью убеленной бороды. Родом из далеких северных аххаев, из бедного княжеского рода - в королевской гвардии хватало обедневших дворян.

'Они даже не представляют - насколько у вас великий дар. Ибо красота - основа мира...'

Основа. Насмешек и снисходительности.

'Вы просто не среди тех, кто в состоянии оценить...'


Она все чаще уединялась. Тосковала и плакала. У нее не было ни друзей, ни подруг. И зеленоватая вода паркового пруда рождала все новые и более прекрасные цветы... Потом изначально безрадостное стало еще мрачнее. 'Дочь, - полный грузный король Астарх только на миг оторвался от бумаг. - Скоро здесь будет эльфийская королевская семья. Будь ласковой с Астаэлем - он интересовался тобой...' В груди помертвело, сердце остановилось. 'Как прикажете, Ваше величество', - склонилась покорная фигурка, стараясь скрыть дрогнувший голос. Она была наслышана про младшего сына короля эльфов - все были наслышаны про младшего сына короля эльфов...

Красота могла сыграть очень злую шутку. Магическая - насмешками, личная - цинизмом...

Она сдержалась и не расплакалась. Медленно выпрямилась, голос снова предательски дрогнул: 'Когда?' Казалось, отец уже забыл, с головой углубившись в свои бумаги. Дверь за спиной хлопнула, как крышка каменного гроба...

Мир - это склеп. Каждое слово в большом мире воспринималось по-разному и раскладывалось пасьянсом в соответствии с выгодой.

Холодные угодливые улыбки и неискренняя лесть. Она читала в книгах про искренность и доброту. Про семейный уют и тепло очага. Про любовь мам, пап, и сестер. Когда каждый за всех и все за тебя. Читала. Мечтала. И никогда не верила...'


----------------------------------------------------------------------


Короли, эльфы... Это читают?

Аника поморщился и выключил монитор - только разболелась голова.

Тоже мне, эльфы...

Эльфы - мобы. Особо сильные продвинутые программы. Никто не видел эльфов - очень умело прячутся, не показывают носа... Найти бы их логово. В форте Мот сидит один - нем, как рыба. Никто не может заставить говорить. Чертовы модераторы, с их наворотами...

Великая Эшу. Мать цветов, лесов и полей.

Кому пришла в голову мысль придумать еще и богиню?!!

Аника снова поморщился - плевать... На всю кучу кретинов за мониторами, изучающими... плевать, что они изучают. Хлопнул по подлокотникам и поднялся - ему жизненно необходим свежий воздух...

Цветов, лесов и полей. Гнили, болота и плесени - гораздо ближе к истине.


Вечерний воздух встретил насыщенным запахом прелой листвы. Аника отключил инто-защиту - переливающиеся доспехи свернулись и скрылись из глаз. Теперь как и тысячи людей вокруг - ничто не выдает да-мага. Можно еще отключить голо-арм, для полноты ощущений - но это уже откровенное извращение...

Строжайше запрещено. Ему плевать на запреты. Просто, нет смысла...

Какой смысл пустой мир делать еще гаже? Наполнять блевотиной, тухлостью и сыростью...

Нейро-чипы в организме следят за всем. За здоровьем, голодом и усталостью. Пополняют энергией и немедленно уничтожают вирусы. Сканируют каждый нервный узел, каждое нервное окончание, немедленно выбрасывая любое вмешательство извне, и любую опасность. Все тело как четко отлаженный механизм - мигает в уголках глаз насыщенной зеленой шкалой...

И еще - соответствуют Игре. Помогают осознавать и ощущать реальность.

Где правда и ложь? Он видел правду... Затхлость, тухлость и гадость. Навозные ямы и копошащиеся черви. Смрад и гниющие останки некогда живых лесов...

Великая Эшу. Будь прокляты те, кто назвал тебя великой.


Центр города кипит как растревоженный улей - толпы народа вываливаются из призывно распахнутых дверей. ND-фильмы, вирто-услуги, ночные клубы, казино, таверны и бары. Одежда - мешанина эпох, моды и стиля...

Уставший мозг найдет, где выгрузить психо-усталость. Наполнить чашу здоровым азартом и желанием жить. Видеть, дышать, говорить...

Конечно, все можно получить и дома - полный перечень, если позволяет доход. Но человечество всегда было муравейником - всегда хотело насыщенности и бежало от одиночества. От чего бежит он?


Первый попавшийся бар. Под потолком пляшут инфра-тени, в центре в потоке света вытягиваются в немыслимой пластике голо-танцоры. Над столиками полумрак, все занято. Даже невооруженным глазом видно - рекой льется запрещенный вирто-гон, поднимаются дымки наркотабака...

А если включить доспехи? Губы скривила усмешка - в дешевом баре вдруг проявляется да-маг... Картинка. Паника.

Плевать - власти прекрасно знают. Народу надо скинуть напряжение. И это - тоже помогает...

- Ищешь место?

Аника обернулся - сзади улыбнулась яркая красотка, с аккуратными бровями и мило вздернутым носиком. В приоткрытом ротике сверкали зубы просто удивительной белизны...

- Бесполезно, в это время. Но если очень надо - могу что-нибудь придумать.

Томный с хрипотцой голос. Интересно, какая ты настоящая?

- Спасибо, я... - он запнулся.

Что ты действительно хочешь, Аника? Тебе надо этот бар? Пауза...

- Найдешь, когда решишься, - поняла с полуслова официантка, улыбнулась и направилась к стойке - бедра покачивались из стороны в сторону, как на шарнирах...

Вот она. Вперед. Тебе ведь это надо?

Аника стоял и никак не мог решиться. Что-то пухло внутри, не давая сделать шаг...

Что ты хочешь, Аника? Правду. Какую? Мира вокруг? То, что ты считаешь правдой - и будет правдой.

Ничего не считаю, нет у меня правды. Все пусто, тупо и безразлично.

Он стоял еще несколько секунд. Потом вдруг закрыл глаза и щелкнул выключателем - послушно потухла зеленая шкала в зрачках, исчезли подсказки инвирта... Затем медленно открыл глаза.

В нос ударил душный запах пота и перегара. Исчезли инфра-тени под потолком, смазалось и потеряло четкость изображение голо-танцоров в центре...

Но остался зал, остались столы, остались люди. Кто-то старый, кто-то обрюзгший, кто-то худой и длинный, кто-то морщинистый или бледный - в темноте смутно белеют лица. Медленно проступили обшарпанные стены и вытертый до грязной белизны пол...

Красотка оказалась лет на десять старше. Располневшие бедра, неестественно крашеные волосы, густо подведенные глаза и желтые зубы. Время - бич женской сущности, - она не виновата...

И тогда он увидел ее. Среди других посетителей за стойкой. Особенную. С блеском в глазах, матовой кожей, роскошными волосами, и гибким изящным станом - как свежий цветок, среди увядшей зелени...

В носу запершило, глаза защипало от дыма, начало невыносимо зудеть под лопаткой - сухо сглотнул, и быстро включил голо-арм, - к черту.

Музыка сразу заполнила уши, нежный аромат защекотал ноздри...

Игра.

Все на своих местах - полумрак, и стены, и люди. Вот только она - исчезла. Вернее, осталась, на том же самом месте - вот только... Серая. Невзрачная. Блеклая.

И еще - смотрела прямо на него.

Аника резко развернулся и шагнул на выход - свежий воздух, цикады, ночные фонари...

- Подождите, - вдруг догнал негромкий голос. - Только одну минутку...


## Глава 2


Пологая кривая длинного прыжка на мгновение зависла в самой высокой точке, под облаками - эхо-сканер быстро ощупывает пространство...

Необозримая серо-зеленая грязь болот, насколько хватает глаз. Иногда попадаются проплешины мелких колючих кустов или чахлых деревьев - вверх тянутся грязные дымки испарений и смрада. Коричневым дисбалансом виднеются развалины какого-то странного дома, покрытого пятнами лишайника и гнили...

Никого. Тишина.

Далеко внизу цепь экскаваторов гребет затхлую плесень, широкие ковши выворачивают с корнями огромные ядовито-осклизлые лилии. Вереница охранных руглеров водит плазменными стволами, четко отмечая любое движение на сотни ярдов вокруг. Позади земляные боты мягко опускают в рыхлую почву нежные зеленые эрцении, специально выведенные для этого воздуха...

Мы хотим сделать этот мир лучше. Чище, красивее, и здоровее.

Зачем? Нам мало своей земли, зияющей кляксами чадящих пустынь и переполненных городов? Мало голодных, обескровленных, и обездоленных? Мало экологических, экономических и политических кризисов?

Не тот роман. Человечество, где оно бы не оказалось... всегда стремится к совершенству. В жизни, поэзии, или войне.

Не нам судить о смысле и важности, мы - мелкие винтики проекта...

Куда делись все мобы? Видимо, рядом эльфы. Только они могли вычислить да-мага среди прочих, и успеть сообщить остальным... Бред больных программистов. Ввести алгоритм действий мобам, натурально напоминающий настоящий интеллект. Чтобы Игра больше походила на правду...

Какая к черту правда? Как могут напоминать правду какие-то эльфы, гномы, ядовитые лилии, болотные тараканы? Выдумали бы что-нибудь более земное, не такое сказочное, тормозящее мозг невозможностью... Хотя, на Земле ведь было время настоящего засилья фентезийных книг и компьютерных игр. На них выросли целые поколения. Многим действительно мир эльфов и гномов мог оказаться гораздо ближе, чем мрачная обыденность за окном.

Это я такой. Никогда не любил ни книг, ни фильмов, ни игр...

Сухое шипенье плазменных резаков - внизу вздрагивает и замирает борм, - длинный болотный червь, напоминающий гигантскую сороконожку. Мы делаем этот мир краше. Чище, суше, здоровее... Позади тянутся ввысь ряды стройных нежных эрцений - они осушат почву, дадут кислород и жизнь прогнившей почве...

К черту. Проклятые эльфы - не дали разрядиться. Бой - единственное, чем дышал Аника в этом мире... Пологая кривая супер-прыжка дернулась с места, болото стремительно рвануло навстречу. Плавный полукруг над руглерами и мертвыми лилиями - и вираж на Таир...

Ему здесь больше нечего делать.


- Почему ты это сделал? - удивленно спросила она.

- Что?

- Отключил голо-арм.

Заметила? Как?!

Аника смутился и покраснел. Смущение любого мальчишки рядом с красивой девушкой - ведь видел ее настоящую. Без глупой косметики и камуфляжа.

А ты? Почему невзрачная голо-внешность? Достали приставания?

- Устал? - с удивительной проницательностью спросила она. - Все кажется серым и мрачным? Нереальным, осточертевшим, и злым?

Аника даже поперхнулся:

- Вы психолог?

- Много ума не надо, - улыбнулась, и чуть помолчала. - Знаешь, кто способен выключить арм? - маленькая ожидающая пауза. - Тот, кто еще может чувствовать...

- Вы все сговорились, да?! - не выдержал Аника.

Она погрустнела, глядя на толпы веселого народа вокруг:

- Тебе наверняка среди них одиноко...

Удивительная. Странная. Совершенно не похожая на привычный пустой город вокруг. Они стояли на переполненной улице, но почему-то казалось - вокруг ни души...

- Люди получили искусственный мир. Но потеряли главное - правду.

- Программа, - согласился Аника. - Проект. Изучение возможностей, и потом... вы знаете, что там, за чертой? - кивнул в сторону стены периметра. - В таких условиях трудно выдержать психике.

- А ты был там, за чертой?

Что-то удержало его от правды. Страх. Страх, что она отвернется и исчезнет, ощущение, что ей совсем не по нраву маги...

- Мобы, - пожал плечами. - Программа обрабатывает противоестественную реальность под более привычную картину. Чтобы выдержать, и не сойти с ума.

- Мобы? - с иронией переспросила она, и грустно усмехнулась: - а ты не пробовал хотя бы раз допустить... что там совсем не мобы?

Спокойно спросила, не надеясь на понимание. Аника вздохнул - конечно, не мобы. Черви, пауки, болота... и старые разрушенные города...

- А жизнь, - вдруг ответила она. - И люди. Просто кто-то не хочет, чтобы вы это видели.


Тухлая плесень с противным чавканьем отпускает ногу. Аника делает второй шаг, третий... Редкие корявые деревца топорщат кривые ветки, от зеленоватой жижи поднимаются ядовитые испарения. Шипят и лопаются громадные смрадные пузыри - в мутном мареве мелькнула расплывчатая тень трупной горгозы...

Воровато оглянулся по сторонам - тишина. Индикатор мигает спокойным цветом. На би-карте - ни одного всплеска активности...

Зашипели и свернулись инто-доспехи. Сразу почувствовал себя беззащитным. Секундное промедление... щелкнул и потух голо-арм. Страх почти парализовал - как голый... В центре тошнотворной враждебной среды. Кислотного тумана, кишащих вирусов и червей, готовых поглотить...

В воздухе бульканье и чавканье, жижа под ногами шевелится тучей мокрых противных личинок. Перед глазами мельтешат облака противной мошкары и огромных зеленых мух. По корявым деревцам ползут мутные потёки сопливой чумы...

Аника задержал дыхание и сделал первый шаг - с ботинка шлепнулась огромная пиявка. Потом медленно двинулся вперед, стараясь не дышать, и не смотреть под ноги. Вот он, здешний мир. Здешняя жизнь. Не смазанная картинками вирто-реальности.

Игра не меняет суть. Она просто приукрашивает, подгоняет под более восприимчивые формы. Щадит мозг. Старается впустить в неприятную работу глоток интереса. Мимо проплыла гниющая туша какого-то громадного животного - блеклые черви покрыли всю целиком. Дальше проглядывал завал из трухлявых деревьев - по осклизлым стволам бегали здоровенные мокрицы...

Это ты называешь жизнью, наивная Яна?

Вздохнул, и остановился - достаточно. Замигали, успокаивая взведенные нервы, огоньки голо-арма, зашипели инто-доспехи. Улетел тошнотворный смрад, пропали выворачивающие нутро детали...

- ...Ника, ответь, - ворвался в уши взвинченный голос командора. - В шестнадцатый сектор, к Смолене, быстро! Эльфы!


В шестнадцатом секторе кипел бой.

Густо дымили руглеры, тупо елозили разбитые экскаваторы. Среди развалин россыпями мельтешили черные фигурки мобов.

Смолена - старый разрушенный город. На самом краю контролируемой людьми земли - спутники внешнего кольца висели чуть ли не над головой...

Здесь уже были Лами и Гамм - неразлучная парочка. Три да-мага на один сектор - непозволительная роскошь, в зоне больше трехсот секторов. Молодые, прибыли чуть ли не вчера - еще не успели ничему научиться, ничего понять, - бесшабашные и задорные.

Внизу рвало, крошилось и металось. Вздымались ледяные столбы и плескались стены пламени, веером поднимались вверх осколки старых камней. Молодежь разошлась не на шутку.

Осторожно. Командор никогда бы не послал трех да-магов, если не нужда. Вонючие мобы как тараканы разбегались по улицам, юркали в дома - по улицам бушевали искры огненных файерволов. Аника завис в инвизе, осматриваясь...

И тогда его накрыло это. Сильный удар - в глазах потемнело. Затренькали воем огоньки аварийной опасности - зеленая шкала здоровья сразу укоротилась на треть...

Эльфы!!

Бешеный рывок вниз и дикий вираж над городом - воздух ударил в лицо. Где заразы? С другой стороны заходили Лами и Гамм - вспухли две дымные полосы, как от реактивных самолетов...

Есть, сверкнуло в одном из старых домов - к молодой парочке протянулось щупальце света... Ничего, вы выдержите - Аника мелькнул между развалинами и вырос прямо над зданием...

- Стоять!! - рванул уши крик командора.

Поздно. Ледяной плюш с силой ударил по всему кварталу - разом прихлопнув все, что могло двигаться, пищать и дышать...

- Аника... - стон в ушах.

Да какая тебе разница? Это мобы. Что расскажут тупые программы?

Он медленно вошел в здание, под ногами хрустнуло крошево битого кирпича. Заиндевелые рамы и выбитые окна, стены густо покрывает морозный иней. Рассыпающаяся в труху грубая мебель - видел тысячи раз...

Нашел. В просторном зале пара белых трупов - страшных, замерших, остановившихся в последнем рывке... Белые лица без кровинки, как оскалы самой смерти. Остекленевшие глаза, растопыренные пальцы. Грубая длинная одежда, напоминающая старинные камзолы - у глупых модераторов совсем нет фантазии...

Ты все играешь в войну, командор.

Инто-защита тихо гудела, восстанавливая повреждения - зеленая шкала почти доползла до верха...

За спиной хрустнуло - заглянули Лами и Гамм:

- Ну и противные, - сморщился девичий носик. - Я их представляла по-другому.

- Не надо! - усмехнулся смешливый напарник. - Береги чистую голову!

- Посмотрели, и будет, - закончил прения Аника. - На зачистку. Тут еще полно тараканов.


- Ого, - оглянулась на роскошь Яна. - Наверное, начальник!

Аника смутился. Хорошо, что привел в городскую квартиру - его дом в Аль-Таире напоминал настоящий дворец...

- Да нет... Просто, работаю в ИПВ.

- Институте психо-возможностей человека? - удивилась она. - Может, ты маг?

Ладно. По капельке:

- Немножко.

- Серьезно?! - еще больше удивилась она, сразу испарилась смешливость: - и как оно? Чувствовать себя всесильным?

- Какой там, - досадливо отмахнулся, и неожиданно раскрылся: - Устаешь. Часто.

Она замолчала, странно посматривая своими серыми глазами. Все-таки было в них что-то - проскальзывало, проглядывало, даже через программу...

- Покажи что-нибудь, - вдруг попросила она.

Аника пожал плечами и вытянул руку. Сосредоточился, напряженно сведя брови - и над ладонью родился ослепительный огненный шарик...

- Ух ты, - обрадовалась она. И вдруг тоже вытянула руку - шарик заколебался, заволновался, начал вытягиваться... и вдруг распустил прекрасные лепестки сверкающий цветок... Аника открыл рот.

- Нет, - опередила она вопрос и убрала руку - цветок сразу исчез. - Я просто умею мечтать.

Аника покачал головой - ничего себе... Она просто не знает своих возможностей!

- Не могу, - отказалась она. - Не надо.

- Почему?

- Не надо!

- Да почему же?!!

Она грустно отвернулась:

- Этот мир не для этого...

Аника устало вздохнул. Что ты знаешь об этом мире, прекрасная незнакомка? Появляетесь вы, такие мечтательные и возвышенные, начитавшись всяких глупостей о доброй вселенной. Серьезно верите, что мы изменим мир, сотворим сказку, и на этой земле будет править добро...

Это Игра, наивная Яна. Тысячи циников придумывали для вас эту сказку.

- Архиум, - ответил Аника, в дребезги разрушая завесу сказочности. - Просто, архиум. В здешней атмосфере распылена энергия, которой нет на нашей Земле. Геологи определили - глубоко в почве есть глубинные резервуары магмы, как губка впитывающие протоны прямиком от центрального ядра. Кольцо спутников вокруг зоны преобразует в доступную форму и передает в Аль-Таир на Горн...

Жизнь проще, чем мотивирует восторженно-мечтательный мозг, добрая девушка.

Она не обиделась, просто грустно вздохнула. Как с маленьким ребенком:

- Откуда здесь болота, Аника? Почему гниль?

- Ну... - пожал плечами, - в атмосфере много бактерий брожения, не хватает озона, для этого садят эрцении... Вопросы биологов.

- Ладно, - согласилась она, и на секунду задумалась. - А куда исчезают трупы мобов?

Гм...

- Каждую ночь, каждый рассвет?

Аника задумчиво почесал затылок - никогда не задумывался...

- Это же Игра.

- Какая к черту Игра? Неужели даже не проверяли?

Куда исчезают мобы?

- И куда?

- Ты все равно не поверишь, - печально улыбнулась девушка.

Конечно-конечно. Их забирает Эшу. Снова потеря реальности, и трезвого смысла...


Аника поставил бокал на стол и склонился к монитору - перед глазами мелькали тысячи и тысячи названий... Где она? Ага, кажется вот...

'Тебе это надо? - удивился сам себе. - Ты ведь хочешь реальности...'

'Вы теряете чувства' - горький вердикт Яны.

К черту. О чувствах должны волноваться женщины. А я...

Откинулся на спинку и закрыл глаза, негромкий проникновенный голос начал снова вещать...


-------------------------------------------------------------------------


Наяна скрывалась днем и шла ночами - рыскающие патрули отца пестрели по всем дорогам. Ее судорожно искали...

Даже в преддверии пророчеств Вотанга людские сердца не оскудели добром - уставших путников еще принимали в домах. Давали кров, постель и ужин...

Мягкая обувь протерлась до дыр, на ногах набухли кровавые мозоли. Руки потрескались и огрубели - а она все шла, от деревни к деревне, от городка к городку. Чем дальше на Север - тем реже патрули на дорогах...

Она старалась не думать о том, что ждет впереди, или о стертых ногах. Она станет крестьянской девушкой - а крестьянские девушки не думают о ногах. Они молодцы, они крепкие и выносливые, они могут пройти хоть тысячу миль...

Людей пучило страхами и кошмарами - городки лихорадили днем, и вымирали ночью. Время Вотанга на пороге, одры выходили из темноты...

Однажды заночевала прямо в лесу, разложив крохотный костерок. Маленькие язычки разогнали темень до ближайших деревьев, и сгустили могильной чернотой за пределами освещенного круга. Тогда ночью она впервые увидела их. Вернее - почувствовала...

Шумно выдохнуло что-то там, в темноте - огромное и страшное... Треснул сучок, шелохнулись кусты... И вдруг холод, ледяной холод пробрал до костей, вырвавшись облачком пара - выступил белый иней под ногами... Мигнул и потух костерок, пустив к небу тонкую струйку дыма...

Она летела сломя голову, не разбирая дороги. Ломилась сквозь кусты, спотыкалась о корни - заледеневшая в ужасе голова не принимала ни одну трезвую мысль. Она все-таки убежала. Но панический страх не отпускал еще очень долго...

Так пролетали дни за днем, недели за неделями. Девушка бы не дошла - упала и осталась лежать на дороге, нежное тело принцессы не привыкло к беспредельным нагрузкам. Исхудавшая, высушенная, и потерянная.

Если бы не Уна Гру. И два ее веселых брата.

Бродячие музыканты подобрали, обогрели и накормили. И уложили в повозку, накрыв бесчисленным сонмом шкур.

Это был замечательный период. Гру танцевала и пела, собирая на площадях огромное количество зевак, а братья залихватски играли на лютне и банджо. Странные инструменты, казалось, совершенно не подходившие друг дружке по ритму - вдруг звучали удивительным унисоном, выпуская наружу абсолютно неизвестный колорит и стиль...

Музыканты Гру. Их все любили.

Вечерами разводили перед повозкой огонь, и до глубокой ночи рассказывали смешные истории. Уна не отходила ни на шаг, окружая заботой, а принцесса никогда не рассказывала о себе. Вовсе не потому, что боялась корысти кошмарной королевской награды, а потому как сама выбросила из головы прошлое...

Все сильнее холодный ветер, на горизонте уже вспучивались отроги Северных гор. Кошмар ночных вепрей совсем бы смазался и растворился - если бы не судьба. Привычно распахнувшая двери остроконечными черепичными крышами очередного городка на тракте...

'Одр!!! - бесновалась толпа, запрудив узкую улочку. - Как есть одр!!!'

- Шутки? - выглянули за полог братья, Уна нахмурилась. Принцесса спрыгнула с повозки на землю и влилась в струю. Гомонящая река вынесла прямо на площадь, и тогда она увидела его...

Большая яма в центре, окруженная решетчатым забором - толпа бурлила и клокотала, прижимаясь к прутьям. Внизу виднелось расчищенное пространство театра и решетки подземных клеток по кругу. А в самом центре - прикованное к столбу оно...

Девушка смотрела. Разглядывала. И не могла понять...

Оно.

Покрытое бурой шерстью, с громадными глазами среди свалявшихся паклей - маленькое, беззащитное, и страшно испуганное...

Оно совсем не вызывало страха. Только сочувствие и жалость.

Толпа ревела и неистовствовала, вниз летели камни и огрызки фруктов: 'Эй, урод, подними морду кверху!' А маленькое существо только испуганно прижималось к столбу, пряча свои невероятные глазища...

Щелкнули двери клетей, и накал неистовства достиг апогея. На землю, хлопнув мощными лапами, выпрыгнули огромные грациозные львы. Дикие и голодные - в звериных зрачках плясал плотоядный огонь. Существо у столба закрыло глаза и заколотилось от страха. Звери сделали первый шаг...

- Остановитесь!!!

Натянутая пружина сорвалась - гибкая девичья фигурка перескочила через забор, и спрыгнула прямо в яму:

- Что вы делаете, люди?!!

Тишина. Наяна закрыла спиной существо, желудок скрутился в тугой комок...

Толпа не дышит. Вибрируют натянутые до предела нервы, звери сдвигаются с места...

- Ная!!! - как из-за тридевяти земель долетел панический вопль Уны.

Хриплый вздох с трудом вырвался из горла. Первый зверь приблизился... и мягко опустился прямо у ног. Рядом вдруг укладывается второй, третий, четвертый...

Где-то кричат птицы, где-то мычат коровы, где-то хлопает ставнями ветер. Шум большого города долетает, как из-за толстой бетонной стены...

- Прошу вас, - сквозь слезы умоляет принцесса. - Возвращайтесь назад...

Звери услышали. Звери поняли. Звери - человечней людей...

Дикие львы мягко поднялись, и спокойно разошлись по своим клеткам. Громом прогрохотали щелчки запоров, среди повальной тишины...

Толпа молчала еще несколько секунд. А потом взорвалась. Воплями и ярости, и восторга...


- Порядок есть порядок, закон один для всех! - деревянный молоточек судьи ударил по столешнице. - Тридцать плетей на площади.

Уна разрыдалась, браться нахмурились. Наяна сжала пальцы - боги, дайте выдержать...


Длинный хлесткий бич оставлял кровавые полосы на обнаженном девичьем теле, раздирая нежную кожу. Принцесса насквозь прокусила губу...

Ее привязали к позорному столбу на городской площади, и истязали как воровку, как шлюху. Окровавленный бич хлестал снова и снова - тело вздрагивало, и густо покрывалось кровью. Она молчала - только слезы насквозь пропитали привычное дерево. Последний свист, последняя дрожь, и тело бессильно обвисает на путах...

Толпа молчала. Ни гвалта, ни улюлюканья. И уже ни у кого не возникало сомнений - ярость это, или восторг...


______________________


Илл вернулся домой. Вся семья радостно всколыхнулась и затрепетала, но радость быстро потухла - Илл вернулся не свой... 'Пройдет, - махнул рукой отец. - Дурь в голове'. Семья печально вздохнула - надо время...

Натуральная дурь. Влюбиться в саму принцессу. Огромного королевства, красавицу-раскрасавицу. Картина в доме старосты всегда притягивал внимание всей округи - купил однажды на свою голову старик в столице, радовать по вечерам старость... Вздыхали и перешептывались девушки у колодцев, парни крутили пальцами у виска. Бывает. У всех случается. Но такое...

Пройдет. У всех проходит.

Все любили и уважали местного князя Броду - у аххаев не было больших различий, как в городах или других народах. Любили и уважали старшего сына, всю добрую честную семью...

Девушки вздыхали. Нет-нет, да и промелькнет затаенный взгляд среди плясок ночных костров - ну давай же... Соберись! Выбрось из головы, это же детская наивная глупость! Хороводы за околицами крутились и изгибались, затягивая в круг парней - только Илла давно не видно среди парней...

Прошло лето. Осень вступила в свои права - все больше желтой листвы, все дальше улетают птицы, давно не слышно жаворонков за окном. Князь мрачнел все глубже - все в доме тускнели глубже...

Илл теперь совсем редко бывал дома. Больше крутился на дальних выпасах, дальних полях и дальних лесах. Недели летели за неделями - никто давно не слышал веселого смеха в некогда большой и дружной семье. 'Будь прокляты все юбки на свете', - тускло вздыхал отец, и сразу замолкал, уловив удивленный взгляд жены-матери, и дочерей.

Юбки не виноваты. Даже сердце не виновато - кто может приказать сердцу? Виновата сама судьба.

Илла больше ничего не интересовало. Ни ночные костры, ни осенние праздники, ни водные лилии или быстрые подводные вуны. Ни подземные пещеры, ни духи заблудших охотников в пустыне, ни высокие северные горы. Даже древний тысячелетний дуб, способный услышать отчаянную просьбу и даже дать мудрый совет - больше не привлекал внимание...

В один из таких серых осенних дней и грянул гром, окончательно прибив последние теплые всплески. 'Я уезжаю, - объявил сын, глядя куда-то в сторону. - Простите и благословите...' 'Куда?' - опешила вся семья. 'Король Гоэмаг набирает воинов...' 'Что?! - не поверила мать, и бессильно стиснула кулаки: - король Гоэмаг собирает людей для драки, дурак!!' Сын ничего не ответил. Молча отвязал лошадь и ускакал прощаться с родными лугами и пашнями. В доме воцарилась ошарашенная тишина...

Тогда и появилась она. Вдруг буднично тихо и незаметно...

Тихо скрипнула калитка ворот и на крыльцо поднялась девушка. Скромная и одинокая, не по времени закутанная в теплый крестьянский зипун. Стукнула в дверь, как принято в этих местах, щелкнула щеколдой и вошла...

'Хороший день, добрая странница, - привычно встретила гостью мать. - Отдохни с дороги, садись к столу. Надолго к нам?'

'Навсегда', - скинула платок с головы незнакомка, взглянув невероятной удивительной синью. - Я ищу Илла'.

'Эх, родная, - вздохнула добрая женщина, не в силах оторваться от этих глаз. - Если бы только знала...'

'Пожалуйста, - прошептала девушка. - Мне только спросить... Он однажды сказал - про смысл и основу мира.'

Мать пропустила странные слова мимо. Обе дочери пропустили слова мимо - все не могли оторваться от лица. Выразительного, прекрасного, и почему-то очень знакомого...

'Э-эх, - в сердцах покачала головой хозяйка. - Такие девушки к нему приходят, а он...'

За окном раздался дробный перестук копыт - Илл вернулся домой...

'Сынок, - встретила у конюшни мать, приняв поводья. - Там к тебя девушка - очень красивая, и очень хорошая...'

'Мы же договорились, - хлопнул по крупу верного друга сын. - Никаких, я же просил.'

'Но...'

'Давай без но, ладно?'

'Сынок, - новая попытка достучаться до совести. - Просто поговори!'

'Нет'.

Бесполезно. Тупо, глупо и обреченно. Будь трижды проклята эта принцесса.

'Она сказала, что сам звал, - последняя попытка отчаянной Веники, старшей сестры. - Обещал рассказать про смысл и основу мира...'

Брат замер. Слова прозвучали и зависли в воздухе, будто оказались с непонятной тяжестью - парень почему-то побледнел. Прошелестел суховей, взметнув непокорную прядь волос... Веника хлопнула ртом -что-то не так. Сильно не так - напряжение сгущалось, уплотнялось, зависало...

'Что?' - наконец глупо переспросил Илл, и беспомощно оглянулся на окна...

Мать заморгала - невозможно... Следом шарахнуло и дочь - это что... в доме... она? Сама?!!

Мысли вдруг отрезвели - картина в доме старосты, вот почему показалось знакомым лицо... Такого просто не может быть. Обе также беспомощно оглянулись на окна.

'Молодость и глупость чисты, - скажет позже мудрый Дорим. - Им не может помешать зло этого мира'.

Илл взбежал на крыльцо и остановился. Он боялся, страшно боялся. Страха ошибки, горечи разочарования, ужаса вернуться в реальность. Кошмара осознать, что мир не вмещает то, чего просто не может вместить...

Медленно открыл дверь и вошел...

Время замедлило ход. Через некоторое время мать с дочерью не выдержали, тоже поднялись и вошли в дом. И снова притихли, не в силах отпустить зачарованную картину - чудо свершилось. Две слившиеся фигурки у окна были красноречивей самых ярких песен.

Чуть позже приехал отец с младшим сыном. Их встретила у порога незнакомая девушка. Поклонилась, назвалась, и попросила принять в дом - как заведено в этих местах...

Женщины потом часто хохотали до слез, вспоминая их лица...


Весть мгновенно всполошила всю округу - к Иллу пришла сама принцесса Наяна... Старики качали убеленными бородами, старушки цокали языками у печей - бывает же такое. Ай да Илл, а все смеялись...

У дома князя не убывала толпа - господи, ну покажись, выгляни за дверь, хоть разочек... Старый Брода выходил на крыльцо и грозно качал головой - вся ватага немедленно пряталась за забором. Потом снова хлопала дверь, и из-за плетней осторожно поднимались упрямые лица...

Все быстро пошло на убыль, когда Веника притащила дико смущенную Наяну к ночным кострам. Девушки сразу облепили толпой и посыпали восторгом - а Наяна только густо краснела и опускала глаза. Ее тут же затащили в круг и принялись учить танцевать...

'Эй! - окликал сына за столом отец, пряча смешливую улыбку. - А как же король Гоэмаг? Разве не ждут ратные подвиги?' 'Что?! - не сразу понимал счастливый сын. - Какие подвиги? А-а-а... - наконец доходило. - Идите вы, смешники...' Хохот за столом заставлял дребезжать посуду - Илл хохотал громче всех, не в силах оторваться от своей мечты. А Наяна смущенно улыбалась и опускала глаза...

Через неделю ее любили все в округе - от мала до велика. Весть соколом летела через леса и Северные горы, распространяясь все дальше среди народа аххаев - среди них та, кто может родить красоту...

А она смеялась и отдыхала. Вязала снопы, вместе с другими девушками, и садила цветы... Люди только цокали и задерживали дыхание, разглядывая эти самые нежные и чудные растения, никогда не видимые человеческим глазом...

'Наянушка, как? - голосила огромная ватага детей на скошенном поле. - Ну пожалуйста... - десятки смешных детских лиц умильно вытягивают губы. - Хоть разочек....' Урок прямо на поле - вскоре она начала учить детей. Читать, писать, рисовать - к ней сбегалась ребятня со всех окрестных деревень.

Она улыбнулась, глядя в невинные лица - разве откажешь? 'Только раз, - погрозила пальцем. - И чтобы тихо!' Вся ватага немедленно затихла - кажется сейчас они увидят... то самое... что никто никогда не видел...

Наяна сделала пару шагов по лугу, посмотрела на вечернее солнце и закрыла глаза...

Вот он, этот мир. Перед глазами. Великий, глобальный, необъятный, как вся вселенная... Где она, эта вселенная? За горизонтом? Высоко в небе? А может... в каждом из нас? Чтобы ответить - не нужны знания. Не нужна память. Все есть внутри нас. Все знания, все ответы...

Надо только почувствовать. Ощутить. Самим сердцем, самой душой. Прикоснуться...

Мы - сама вселенная. Наша душа незримо связана и переплетена со всем миром. Каждый человек это знает. Но не каждый - хочет действительно почувствовать...

Внутри тихо зазвенела и родилась песня. Прекрасная, как утренняя роса, чистая как горный воздух, как дуновение весеннего ветерка. Поднималась и трепетала, все выше и выше, нежная и мелодичная, как ангельский голос самого неба...

Хлопнул изумленный выдох нескольких десятков восторженных глоток. Она их чувствовала - эти детские лица. Она чувствовала весь мир, на десятки миль вокруг...

Споткнулась девушка, уронив ведра и расплескав молоко... Наехала на обочину повозка - седой старик вытаращился, прикрыв глаза от солнца ладошкой... Побросала вилы молодежь, опустились косы на лугу, остановились плуга на пашне, выпрямились у коров хозяйки - множество людей зачарованно уставились в небо...

Настоящее чудо - никто никогда не видел такого...

От горизонта к горизонту, ярко переливаясь и сияя насыщенным светом - выгнулась красивейшая широкая дуга, как ворота в само небо...

Добрая волна шла по полям и лугам, по лесам и перелескам - как ветерок, как вздох настоящей сказочной феи, напрочь выдувая все плохое, все обиды и терзания... Красота действительно спасет мир.

'У-ух...' - пораженно выдохнули десятки ртов за спиной.

Наяна открыла глаза и улыбнулась. Это называется радугой, хорошие мои. Пусть она останется в этом мире навечно...

Через неделю, на осеннем празднике урожая, она станцевала в хороводе девушек танец невесты и положила венок избранника к ногам Илла. Парень чуть не захлебнулся, и начал серьезно подозревать, что оказался в раю. Счастливая семья князя Брода не спала до самого утра...


А потом разверзлись небеса, и открылась преисподняя ада.

'Наяна!!! - всадник стремглав летел через пашню, поднимая целую завесу пыли. - Беда...'

Дети испуганно притихли, принцесса выпрямилась и оглянулась... Всадник осадил рядом взмыленного коня и спрыгнул на землю:

- Стража короля - совсем рядом...

Свершилось. То, чего больше всего страшилась - счастье не может быть вечным. Сердце заколотилось, она постаралась взять себя в руки и обернулась:

- По домам, родимые...

Дети даже не шевельнулись. Только нахмурились упрямые брови...

По полю уже летел народ - страшные вести расходятся быстро. Сжимая в руках мечи и вилы - аххаи с рождения становились воинами. Успели хмурые Брода - Илл бросился к невесте...

- Не надо, люди!! - оглянулась Наяна. - Не надо крови!

Люди прибывали, вокруг принцессы росла толпа - все поле в дорогах пыли.

Страх не заставил долго ждать, бездумно накручивая нервы - сверкнули у леса начищенные латы. Народ нахмурился и расступился - королевская стража осадила коней, положив ладони на мечи. Высокий человек спрыгнул на землю и сделал шаг:

- Дочь...

Сам король Астарх. Лично. Толпа молча ждала. Властно оббежал хмурые лица и остановился на серьезном лице девушки:

- Хватит, не время для глупых споров. Пора возвращаться к истокам.

Гробовая тишина, никто не шелохнется. Все хотят услышать ответ.

- Прости, отец, - твердый блеск, упрямо вздернутый подбородок. - Я уже вернулась к истокам.

Народ тихо выдохнул и шевельнулся...

- Сейчас не время, - возвысил голос король. - Бремя Вотанга у дверей. Семья должна быть цельной, всем надо выстоять...

- Прости, - повторила принцесса. - Я уже нашла семью. Там, где действительно можно выстоять.

Напряжение давило на взвинченные нервы, клокотало и дрожало...

- Ты не понимаешь...

- Хватит, Ваше величество, - выступил вперед старый Брода. - Вы уже слышали ответ.

Замерли звуки. Монарх холодно обвел лица - народ продолжал прибывать. Северные народы не те, на кого можно давить. Повернулся и молча запрыгнул на лошадь - гулко звякнули латы. И последний раз посмотрел на дочь:

- Ты уверена в выборе?

- Больше, чем всегда.

- Я передам это Уне, в каземате. И ее веселым братьям. Вот кто будет действительно рад - палач...

Наяна побледнела. А король пришпорил коня из толпы - следом потянулась блестящая стража...

Мир глух, слеп, и жесток. Принцесса заплакала и бессильно опустилась на землю...


В доме князя Брода всю ночь горел свет. Наяна так и не легла в постель, бездумно глядя через окно на звезды... Выбор. Судьба. Решение...

Что движет людьми в этом мире? Что заставляет поступать каждый раз по-разному? Может ли человек властвовать над судьбой? Предки убеждали - мы сами творцы судьбы. Любовь и ненависть движет сердцами...

Рок - творец дороги. Злой пересмешник пути. Никуда не спрятаться, не скрыться от злого рока...

С первыми лучами она вышла из комнаты. Навстречу поднялись все - никто не ложился в эту ночь...

- Простите... - горькие слезы побежали из глаз. - Я не могу иначе...

Все опустили головы.

Илл снарядил коней и поклажу. Он ничего не мог изменить - никто не мог изменить. Лишь только - умереть рядом...

Звякнули в конюшне боевыми доспехами старый Брода и младший сын - Наяна удивленно оглянулась:

- Зачем? Не надо! Ему нужна только я!

Упрямые северяне уже выводили из стойла лошадей. Мать и дочери благословили дорогу - остались за спиной распахнутые ворота...

За поворотом неожиданно догнал топот копыт - еще воины, через латы не видно лиц. Потом еще.

За околицей уже трамбовал копытами дорогу целый отряд. Наяна перестала уговаривать - упрямство северян сравнимо с упрямством принцессы...

Это был путь удивления. Путь осознания. Путь вопросов, для которых не нужны ответы. Путь непонятного голоса...

К ним присоединялись люди, отовсюду. За лесом догнали мужчины с соседних деревень, потом еще... Все больше и больше.

Ее любили не только в родных местах. Весть о принцессе Наяне, как добрая сказка, теплым ветерком летела за горы, леса и поля. Никто не хотел оставаться в стороне - ни далекие деревни, ни забытые хутора. К границе свободных аххайских земель уже двигалась целая армия...

Ночь сверкала россыпями костров и морем палаток. Старшему князю Брода докладывали о новых, и новых прибывающих отрядах...

Весть опережала события, бежала далеко впереди. На границе к ним неожиданно присоединились гномы и ашбураны пустыни, степные кочевники и суиситы, хозяева западных озер...


- Сколько? - мрачно спросил король.

- Ни сколько, Ваше величество, - поклонился глава совета Злух. - Еще несколько дней, и принцессу не победит ни одна армия, ни одна магия. Ни браться, ни сестры, ни сами эльфы...

- Ладно, - поднялся с трона Астарх. - Да настанет время суда. Пусть горны трубят сбор - у меня есть, чем обрадовать нерадивую дочь...


Две армии встретились в широком поле. Две силы остановились и замерли, глядя друг на друга. Храпели и переступали лошади, бряцали латы, сверкали копья и флаги...

- Он не уступит... - внезапно осознала Наяна. - Боже, он не уступит...

Будет бой. Будут реки крови и трупов. Будут многие-многие тысячи смерти...

Лязгнули, опускаясь навстречу длинные пики...

- Не надо... - громко закричала принцесса.

- Уже не остановить, дочка, - печально оглянулся старый Брода, вместе с другими воеводами. - Король понимает - дело совсем не в Уне. А в свободе, и праве каждого... Здесь сейчас встретилось прошлое и будущее Эрсанга...

Тревожно запели боевые горны...

- Стойте!!! Остановитесь!!! - девушка изо всех сил пришпорила лошадь...

Поздно. Обе армии сдвинулись и понеслись навстречу друг другу - вздрогнула и задрожала сама земля. Кипящие волны встретились и схлестнулись - уши заломило от криков и грохота, блестящие воды окрасились в первый кровавый цвет...


Люди не знают границ. Разум не знает границ, отпуская на волю ярость. Затмеваясь гневом и ненавистью...

Никто не мог победить в этой войне - ни аххаи, ни король. Не бывает побед там, где остается беда и черная земля... Осознание будет позже. Понимание будет позже. Что правит нашим миром? Что мы делаем с нашим миром? И где он находится, этот самый мир...

Там за горизонтом? Или в нашей душе...

Откуда появляется волшебство? Как рождаются сказки? Где живут боги и феи?

Роверон поднимал стены огня, сжигая врагов десятками, - истошные вопли живых костров. Эдигор прокладывал ледяные прорехи - заледеневшие в оцепенении трупы. Виолла поднимала в бой раненых - кровь из горла и ран. Но северяне - были рожденными воинами...

Аххаи бы выиграли этот бой. Если бы не то, что может стать ужасом самой вселенной...

Родиться кошмаром в ночи, безудержным плачем маленьких детей, и испариной на лбу у взрослых. То, что леденит само дыхание...

- Давай, сынок, - глухо произнес король, осматривая с холма поле кровавой бани. - Твое время...

За его спиной поклонился эльф. Молодой и безупречно красивый. Младший сын эльфийского короля. И самый страшный маг этой земли...

Вздрогнули небеса. Почернело небо. Сверкнула молния и прогрохотал гром...

Астаэль продолжал вздымать руки к небу - его горло рождало неведомый крик. Все больше, и все сильнее...

Все глубже сгущались тучи над головой...

И тогда родилось оно. Страшное мощнейшее заклинание - 'Проклятье богов'. Неведомое этому миру - ибо никто никогда не проклинал богов...

Черная молния пронзила само небо, и исчезла в глубине среди звезд...

И тогда - над полем боя появились демоны. Черные, огромные, в вихрях черных сгустков и темноты... Их никогда не видели живые - только мертвые.

И теперь - не должен нарушаться непреложный вселенский баланс...


Никто не выиграл этот бой. Никто не выиграл бы и войну. Горе опустилось на землю, взметая пыль на дорогах...

Поговаривали, кошмарные порожденья ада выкосили все поле, все окрестные деревни. Никто никогда не видел больше ни короля, ни сыновей, ни принцессу. И только призрак безутешного Илл иногда встречался на заброшенных дорогах, все ищущего свою невесту...

Матери и жены аххаев не нашли тогда в поле тел своих мужей и сыновей. Поговаривали, их ночью забрала великая богиня Эшу...


На центральную площадь столицы медленно вышел старик... Тихие снующие тени одиноких людей стараются не задерживаться - лихолетье и страх, даже среди родных стен... Старик, шаркая немощными ногами, неторопливо поднялся на трибуну глашатаев и поднял тонкую руку вверх:

- Слушайте, люди... Меня зовут Дорим. Я хочу передать послание великой матери Эшу...

Народ со всех сторон стал подходить ближе...

- Вы - хозяева своего мира, люди. Вы решаете свою судьбу. Вы сами привели к своему порогу время Вотанга - вы сами... Не я. Не боги. Вы сами... - старик помолчал, собираясь с мыслями. - Вы играетесь с магией, люди... Вы увидете магию, ужасную магию - стократ сильнее вашей. Испытаете ее на себе. В горе, беде и боли. И может быть - наконец-то уловите суть... - старик обвел глазами людй, народ испуганно слушал. - Это ваш мир, люди... Ваш выбор. Но ангелы придут на эту землю тогда, когда вы сделаете верный выбор... Вы сами призвали время Вотанга.


Никто не понял тогда слов безумного старика. Но через несколько дней высоко в небе - прямо там, куда некогда улетел безумный магический выстрел... Вдруг появилась маленькая звезда. Звезда росла и росла, с каждым днем становясь все больше - пока неожиданно не прогрохотала по небосводу раскаленным шаром, и не опустилась где-то среди западных лесов и озер. Это была только первая гостья...

Где-то там, в бездонных просторах вселенной - кто-то уловил непонятный сигнал. Заинтересовался, и пришел посмотреть...


## Глава 3


Тугой воздух свистит и бьет в лицо, черными пятнами проносятся тени болот и перелесков. Над головой удивленно перемигиваются звезды...

Куда исчезают мобы? Будь трижды прокляты книги!

- Ваше сиятельство, - чуть не плачет в ушах диспетчер. - Поймите, я просто обязан доложить командору!

Хоть королю. Или господу богу. Глубокая ночь, кому это нужно?

'Треклятой Эшу, - смешок самому себе. - Забирающей души невинно погибших'.

Впереди разрасталась огромная тень, очерченная ломаной линией развалин - Смолена. Старый город приближался и разбухал. Вдоль широкого тракта до центра - мелькают черные провалы выбитых окон. Тишина. Би-карта светится ровной спокойной зеленью. Немудрено - кто видел мобов ночью? Стоп! Это было здесь.

Аника огляделся, и опустился ниже. Точно здесь...

В красноватом 'инфра' развалины - как днем. Ярче ясного солнышка. Пустые окна, провалившиеся крыши, голые коробки стен, полузасыпанные битым камнем улицы... И все. Тишина и пустота. Ни следа дневной бойни, ни одного мертвого моба вокруг...

Может, ошибся? Опустился на покатую черепицу старого здания и еще раз огляделся. Здесь. И навигатор, и память - едины...

Опоздал. Исчезли. Испарились. Уже убрали...

Кто?! Другие мобы? Идиоты модераторы заложили понятия чести? Чушь...

Наши уборщики? Ага, конечно. На этой земле каждая пядь кишит падалью, и значительно ближе к городу. У техники и руглеров строго просчитан каждый ресурс...

Он еще продолжал оглядывать по сторонам. Потом, повинуясь внезапному порыву, вдруг отключил инто-доспехи. И секунду спустя - голо-арм...

Улицы сразу погрузились во тьму. Аника некоторое время привыкал, пока маленькая местная луна не обрисовала бледные камни и черные провалы окон. Затем снова оглянулся. И чуть не расхохотался...

Мобы везде. Груды гниющих трупов на крышах и улицах - страшных, противных, покрытых осклизлой гнилью и тошнотворным смрадом... Злобно гудят тучи вездесущих мух, по замшелым камням снуют громадные сороконожки. Сотни и сотни трупов - днем был хороший бой...

Это Игра. Модераторы не придумали ничего умнее, как просто спрятать из глаз. Убрать из вирто-реальности. Великое всегда просто. А глупые мозги, с мечтательными вздохами Яны и глупыми книгами, с полной ерундой про Эшу...

Усмехнулся, опустился на корточки, и вдруг уловил за спиной шорох... Затем вздох. Потом тихий плач - черепица блеснула странным отсветом... Страх сжал тисками виски - вскочил и обернулся. И открыл рот...

В воздухе висело нечто. Высокое, изящное, мерцающее дрожью непонятного света...

Девушка. Женщина. Мать.

Длинный плащ только подчеркивал плавные изгибы, из-под накинутого капюшона светилось удивительное лицо. Огромные печальные глаза, коралловые губы, пушистые ресницы... Подул ветерок, колыхнув белоснежные водопады волос - сама богиня женственности и красоты спустилась на землю, чтобы укротить мир. И если бы не обычное любопытство в огромных глазах - Аника решил бы, что умер...

Фигура парила прямо в воздухе - высокая, большая, но почему-то совсем не устрашающая. В горле застрял комок, сердце прыгнуло из груди...

Она плавно приблизилась, не отпуская ни на секунду - в зеркальных зрачках отразились крыши, и сам Аника. И удивление... Удивление пришло на смену любопытству - заполнило большие глаза, захлестнуло...

Она разглядывала его. Разглядывала и удивлялась. Все потеряло значение - и город, и мир, и вселенная. Только завораживающее видение, и он. И мелодичная трель в ушах, как эхо затухающей в горах пастушьей свирели...

На смену удивлению пришла теплота. Тихая мягкость. Видение взмахнуло изящной ладонью - внизу желудка что-то упало, и засаднило... А она улыбнулась. Тепло и с симпатией. Моргнула длинными ресницами, и растворилась. Пропала, исчезла - как сон, как видение, как мираж...

Снова темнота. Снова старый ночной город. А Аника стоял, ни в силах выдавить звук. Что-то продолжало саднить и бурчать в животе, не к месту напоминая о бренности, и реальности...

'Чертовы модеры! - наконец пришел в себя и перевел дух. - Это же надо такое?' И вдруг обомлел, уловив позывы в желудке - стоп!! Растерянно оглянулся - непонимание ударило и начало плющить, - он же... Щелкнул реле - город сразу высветился во всей красе. Он был без голо. Без чипов, без эхо, без ритм-устройств. Без малейшей защиты. Без малейшей техники. А значит... Мозги переклинило окончательно - не Игра. Не модераторы, не придуманный вирт. Загудели сканы, наводя в организме порядок - в животе сразу успокоилось. Зашипели и развернулись инто-доспехи...

- ...ятельство, ответьте!!! - ворвался в уши перепуганный вопль. - Высшая степень опасности!!! В вашем районе Эшу!!

- Уже нет, - мрачно сказал Аника, и отключил связь. В баню все крики и страхи - ему надо прийти в себя...


Кто такая Эшу? Богиня цветов, полей и лесов. Чушь - здесь нет ни цветов, ни лесов, - внизу мелькает только плесень и гниль. Аника вдруг ощутил, что ничего не знает об этом мире - впрочем, как и самой Игре. Мобы и мобы - программы... Что еще надо?

Семь лет. Семь размытых, совершенно не запомнившихся лет. 'Молодой человек, - большая авторитетная комиссия с удивлением листает пухлую папку, передают по рукам психо-карту. - Вам говорили, что у вас редкие исключительные возможности?' 'Нет', - честно отвечает Аника. 'Гм, - толстый председатель внимательно изучает прозрачный снимок. - Любите виртуальные игры? Фантастические миры? Обожаете фильмы и книги?' 'Нет', - повторяет Аника. 'Правда, - кивает строгий субъект в очках. - В интернете не зафиксировано активности - ни в играх, ни в библиотеках, ни медиа-центрах'. 'Странно, - бурчит председатель, продолжая разглядывать снимок. - Очень странно... Откуда такое?'

Ему плевать откуда. Он даже не знает - что именно. Скрытые внутренние возможности. И только когда уже здесь, Институт создал по его психометрии инто-защиту... Понял - насколько все невероятно. Непостижимо. Невозможно. Тут можно быть чуть ли не богом...

Архиум. Странная энергия, распыленная в атмосфере.

Ученые в первые же дни столкнулись с неожиданной трудностью - преградой, заключенной в самом человеке. Забор, барьер, рубикон психики - обычный мозг просто не мог такое вместить! Прыгать под облака? Невозможно! Латать? Абсурд! Леденить или швыряться молниями? Полная ерунда...

Умом человек понимал - да. Наука убеждает - работает. Но перешагнуть грань, подсознание, психический барьер - далеко не просто. Именно тогда и вступили в работу психологи, и модераторы-программисты...

Так была создана Игра. На Земле виртуальные игры давно поглотили свободное время большинства людей - в них возможно чуть ли не все. Нет предела. Нет границ. Возможности - устанавливаются только самой игрой. Вперед - в твоих руках все победы, и будущее...

Так придумали местный мир. И сразу же победили во всем - виртуальная жизнь приукрасила настоящую. Улучшила, подрисовала и убедила. Местные вонючие рептилии стали мобами. Грязь - болотами. Люди - рыцарями света, несущими процветание и жизнь...

Человек поверил, перешагнул грань, и принялся побеждать...

А куча восторженных ученых строчила трактаты и срывала докторские степени. Больше нет пределов разуму - мысль обрела форму, пришла в физическую реальность!

Архиум. Странная энергия раскрывала расширенные полости гипоталамуса - инто-доспехи формировали мысль в понятную субстанцию, и боевой выброс. Он никогда не задумывался - как? Правда или выдуманная ложь? И где она, эта грань, грань Игры и реальности?

Почему? Не интересно.

Серьезно? На земле перегрыз бы прорву книг, чтобы добраться до сути - а тут... Все ненастоящее. И потому - серое и непривлекательное...

Все так? Все эти семь лет - как сон. Чужой неправдоподобный сон. Расплывчатый, неопределенный, обтекаемый, с хлипкими границами. Просыпаешься - спишь. Воюешь, ужинаешь, ходишь по улицам, торчишь на Совете, принимаешь решения, вытягиваешься на торжествах - спишь...

Игра - это сон. Расплывчатая жизнь, с неопределенными границами. Нет сути, нет четкости, нет строгих физических законов... 'Вы теряете чувства!' - вынесла вердикт Яна. Может, в чем-то она и права...


На полпути по дороге домой вдруг закапризничала инто-защита - полыхнула и погасла половина кнопок боевых скилов, замигала телеметрия высоты. Тело вдруг вздрогнуло, и провалилось вниз - крутанулась перед глазами земля, пятна болот стремительно рванули навстречу... В сердцах выругался и выровнялся - но через секунду снова. И снова...

Никакой опасности на десятки миль - эхо-сканер молчит, ни одного красного аварийного вызова. Просто, почему-то капризничают доспехи. Он бился еще полчаса, то взлетая, то снова опадая вниз. Потом откровенно устал - опустился на твердый островок в центре перебродившей жижи и вызвал диспетчера - заберите, полная ерунда, больше нет сил. Упал на спину и уставился на звезды...

Такое когда-нибудь случалось? Доспехи отказывали?!

Чушь, это даже не механика - больше магия и волшебство. Защита появляется прямо из воздуха, и настроена на параметры ДНК - она больше связана мыслью, чем электронными чипами...

К черту. Устал. Пусть разбираются специалисты...


- Брохер, катакомбы!! - воздел палец кверху маленький лысый Председатель Совета, вскочил с кресла и сбежал по ступенькам...

Кресло председателя напоминало трон. Высокое, резное, на специальном возвышении. В огромном тронном зале, с мозаичным полом, высокими колоннами и далеким сводом... С одного края застыл ряд да-магов во главе с командором, с другой - Кагум со своими приближенными идиотами. Программисты, душа виртуальной реальности и Игры. Места по протоколу. Представители высокого сословия Таира.

Ниже уже уровни пониже - директора, начальники, руководители, деятели, лидеры, боссы, представители, организаторы, учредители, и просто маги. Глухо гомонящая толпа, почтительно впитывающая вопли председателя. Вся остальная челядь, правдами и неправдами допущенная в Аль-Таир - уже за колоннами...

Помпезная мишура. Считалось, что разделение на сословия подчеркнет перспективу и мотивирует мозг... Чушь. Никакие стимулы не заставят выйти за пределы возможного тех, у кого не прописано в генах. Все значительно проще - загрузка голов, уничтожение границ, чтобы не резкий контраст с Игрой... Иначе человек никогда не поверит.

- Вам предоставили все, что просили! - воздел руки глава Таира. - Локаторы, браккуры, зуны... Подробная карта должна была быть уже вчера! Где? - огляделся вокруг, делая вид что ищет. - Не вижу!! Ни карты, ни даже простенькой схемы!

Идиот. Лысый толстый идиот.

- Гномы, ваше сиятельство, - выдавил побледневший Брохер, глава строительного концерна. - Узкая территория, полная карманов и рукавов! Выпрыгивают прямо из-за спины...

- Гномы? - удивился маленький председатель и оглянулся на Кагума. - Это что за дрянь?

- Гномы, - спокойно кивнул старший программист. - Представители рамийской расы, три тысячи лет назад ушли под землю...

- Хватит!! - чуть не задохнулся лысый глава. - Как ЭТО можно преодолеть?

Тот только пожал плечами и кивнул на да-магов...

Аника снова вздохнул. Почему он не удивлен?


- Давай, - после Совета командор зацепил и оттащил Кагума в сторону. - Колись! Разобрались?

Тщедушный программист поправил очки:

- Разобрались, - поморщился, пытаясь сбросить железную руку. - Мы не знаем, Лорг, - с интересом оглянулся на Анику. - Проверили все коды, все уравнения, матрицу... Нет ошибки!

- Как нет?! - не поверил ушам командир. - Тогда какого хрена?

- Не знаем, - спокойно повторил глава идиотов-ботаников. - Не обижайся, но... Возможно, парню надо просто провериться у врачей. Тут дело совсем не в костюме.

Парню? Я те дам парня, при следующей встрече за чертой, кретин...

- Какие врачи? - удивился старый вояка. - В своем уме?

'Вообще-то надо', - потускнел про себя Аника. Его почему-то всю ночь тошнило...

- Это твои дебилы придумали Эшу!! - начал расходиться глава магов. - Что там ей воткнули, какие возможности?!

- Успокойся! - рассердился в ответ тщедушный очкарик. - Как будто сам не знаешь, что все далеко не просто...


Аника тускло брел по мостовой. Вытянутые аккуратные домики, башенки, гнутый мостик, канал... Деревья шелестят листвой, в небе перекликаются птицы. Народ почтительно сторонился и оглядывался - матово светились инто-доспехи, ярко выделяя и обрисовывая фигуру. Просто светились... Как декорация, как камуфляж. Бутафория. Без действия, без боевых возможностей и скилов...

Откуда берется? Как работает? Как получается?

Точный ответ не даст никто. Земная наука плюс здешний архиум. Больше практики, чем теории. Защита появлялась прямо из воздуха, согласно заложенной в Игру программе. Где граница между Игрой и реальностью - уже не важно. Ибо защита была видимой и в быту - если глянуть со стороны, без встроенной виртуальности...

Вопросы здешнего мира. Его отличия от Земли. И что в таком случае должен делать он? Просто ждать, заложив руки за голову?

Дома упал на диван и заложил руки за голову - дворецкий почтительно прикрыл дверь. Ерунда. Какой-то сбой - специалисты разберутся. Он больше уговаривал сам себя. Ибо его корежило и метало, крушило и рвало. За городом плещут огнем остальные - а он просто лежит, заложив руки за голову. Вовсе не потому, что необходима помощь. А потому как бой - единственное, чем еще плясал и дышал, в этом неинтересном мире...

Будь ты трижды проклята, странная богиня Эшу. Стоп! Стоп.

Аника вскочил и нагнулся к монитору, пальцы торопливо забегали по клавиатуре - где она, эта дерьмовая книга? Мелькали перед глазами тысячи строк, тысячи авторов, тысячи книг... Не может быть...

Через десять минут вызвал на экран библиотекаря. 'Простите, как? 'Прошлое и будущее Эрсанга?' Суетливый диспетчер засуетился, забегал, запрыгал, наморщил лоб, пулеметом застучали под пальцами кнопки... Через минуту развел руками: 'Простите, Ваше сиятельство! Такой никогда не было в библиотеке!' Аника заставил его проверить тысячу раз. Потом выключил монитор и снова упал на диван. Мистика. То ночные призраки, то это. Чушь набирала обороты.

Ночью снова замутило и стошнило. Встроенные чипы вибрировали, торопясь максимально снизить опасность и восстановить баланс...


Мягко разошлись огромные двери, он медленно вышел на балкон и облокотился о поручень. В центре необъятного зала вспучивался и опадал гигантский огненный шар... Горн. Сердце Аль-Таира. Центр всего...

Только высшие имели доступ.

Слабо крутились гигантские спиральные кольца, дрожали многочисленные сателлиты. Шар наливался огнем и пульсировал, как будто живя собственной непонятной жизнью...

"Ты слышишь?"

Галактика, вселенная, центр всего, что имело смысл. Именно здесь рождалось все невероятое на этой земле. Отсюда питался Таир, и все кольцо спутников - расширяющих зону влияния дальше и дальше. Здесь энергия архиума переводилась в доступную форму, и распространялась вокруг...

"Ты знаешь?"

Наверху, над куполом - прямо в небо упирался толстый столб света. Помпезно и красиво. Игра любит вычурность...

"Ты ведаешь... - он горько скривился, - Почему больше не хочешь со мной работать? Что теперь не так?"

Гигантский шар вспучивался и дышал. И молчал...

Аника щелкнул по поручню и выпрямился. Земная вселенная никогда не дает ответа...


Утро принесло только больше загадок и боли. В медицинском центре неожиданно лоб в лоб столкнулся со своими - Урагмах странно ухмыльнулся вслед. Доиграешься, дебил. Главный врач Таира встретил на пороге и сразу проводил в лабораторию: 'Очень и очень странно, господин...'

Аника сразу заволновался:

'Что? Все плохо?'

'Ну, я бы так не сказал, - задумчиво пробормотал энергичный доктор, внимательно рассматривая электронный снимок спиральной ДНК. - Просто немножко не так.'

'Что не так?"

'Не знаю как объяснить, - положил снимок на стол. - Некоторые из ваших хромосом почему-то поменяли полярность...'

'Что поменяли?! Как? Стойте! - вдруг вспомнил, постучав по лбу. - Ведь богиня Эшу по замыслу не может нанести вреда...'

'Не знаю кто там - богиня, не богиня, - грустно усмехнулся опытный доктор. - Но никто не нанес вам вреда. По крайней мере - в физическом смысле. Полярности Y-хромосом не влияют на здоровье'.

'Тогда в чем...'

'Проблема не в здоровье. А в том, что инто-защита настроена на определенные ваши параметры, и изменения заставили перестать воспринимать вас как...'

'Подождите! - перебил Аника. - А чипы? Голо-арм? Они ведь обязаны!'

'Внутренняя органика работает на полную катушку, - успокоил врач. - Откатывают назад любые изменения. Но доспехи - очень тонкая субстанция, глубоко ваша внутренняя...'

'Ладно, - взял себя в руки парень. - Давайте с самого начала, доступно и по порядку. Что там изменилось у меня внутри?'

Главный доктор Таира кивнул на кресло рядом...


Мать твою!!! Аника в бешенстве летел домой. Его трясло и колотило - как это возможно?!! Сразу становилась понятной ухмылка идиота Урагмаха и остальных... В задницу!!!

Некоторые из хромосом поменяли полярность - были ХY - стали ХХ... Женскими!!! - его как будто окатили холодной водой из ушата. Женскими!!! Что за чушь?!!

Внутри снова поднялась тошнота - внутренняя органика сопротивлялась вмешательству. Боги, что за глупости?

Полный бред!! Зачем?!!

Чья злая шутка?!!

Эшу - его аж скривило от негодования. Нет никакой Эшу!!! Кто-то из идиотов-коллег постарался.

Аника постарался хоть немного успокоиться и взять себя в руки. Зачем? Кому это нужно? Чего добьется? Ведь полный бред! - современная медицина устранит любое вмешательство, исправит любые изменения. Доктор успокоил. Доктор обнадежил. Доктор вселил...

Дома упал на кровать и снова попытался успокоиться. Не получалось. Внизу живота каждый раз урчало - и снова мутило...


Новый день не принес облегчения. И следующий, и следующий...

'Мы приведем вас в норму, не беспокойтесь! - успокаивал глава медицинского центра. - Проблема только в мозге... Оперативное вмешательство может повлиять на процесс, понимаете? Гипоталамус тесно связан с гипофизом - крайне малоизученная область...' 'Плевать!!' - ярился Аника. 'Правда? - удивлялся доктор. - Помните, вы можете навсегда забыть про инто-защиту, и все остальное!' 'Что?!' - не понимал Аника. 'Вы перестанете быть да-магом, - пояснял врач. - Перестанете быть всесильным...'

Гипоталамус. Крайне странная часть головного мозга. Ответственная... за мечты. Вдохновение, творчество... и чувства.

Да-маги. Непонятные люди. Магами могли здесь стать довольно многие - если неустанно работать надо собой. Экстрасенсорные способности могли вылезти, вынырнуть, проявиться... Спустя продолжительное время у многих что-то получалось. Как правило - небольшое.

Но да-магом не мог стать никто. Да-магом можно было только родиться.

Ученые пытались называть архимагами - только игровое название не прижилось. Не приклеилось к тем, кто в сотни раз превышал возможности обычного мага. И по сути - держал основной баланс сил в Игре.

Магия напрямую связана с мозгом. Как раз - с малоизученными областями.

Аника сникал. Он ничего не мог с этим сделать.

Потом снова взрывался. На совещании у командора веселились чуть ли не все - слух разошелся моментально. 'Аничка! - главный дебил Урагмах чуть не заливает стол слюнями. - Еще не приглашали на свидания? Можно я буду первый?' 'Надо внести коррективы, - деланно морщит лоб другой. - В поздравления, на восьмое марта'. 'Уж дарили цветы?!!'

Аника бледнел. Стискивал забы. Закрывал глаза...

'Молча-а-ать!!' - бухал о стол кулаком командор.

'Мы что? - округляют глаза все. - Может, ему уже хочется внимания!'

Только угрюмый Аленах молчал, отвернувшись в сторону. Впрочем - он всегда молчал. И молодые Лами и Гамм. Впрочем - им по статусу еще рано.

Он с трудом дождался конца. 'Мы разберемся, слышишь? - успокаивал напоследок командор, хлопая по плечу. - Никаких операций, ты слишком важен! Надо время - отдохни, возьми отпуск...'

Разбирайтесь. Пока не разберетесь - ноги моей здесь не будет.


Серые тошнотворные дни. Без изменений. В медицинском центре работали на полную катушку, половина персонала не отходила от приборов. Проблема пухла и росла - и отдалялись перспективы...

Он стонал и скрежетал зубами. Оперативное вмешательство? Пусть! Возможности? Плевать! Согласен на что угодно - давно устал. В голове зияет брешь, в душе пусто. 'Верните мою жизнь! Мне надоели Игры! Я хочу реальности!' Он изрядно устал от этого мира...

Вечером напивался до потери пульса и шатался по улицам: 'Эй, народ... Вам это нравится? Довольны? Тупы как пробки...' Последний раз забрался на крышу высокого дома, собираясь серьезно взлететь - аварийная бригада, заметив нечаянный блеск инто-доспехов, срочно сообщила в Аль-Таир. Ничего не соображающего Анику снял прилетевший сломя голову Аленах. 'А-а-а... - пьяная рука покровительственно хлопала по доспехам. - Старый угрюмый Алл. Ты тоже несчастен - всегда злой'. 'Идиот! - ворчал да-маг, укладывая мертвого парня на диван. - Совсем крышу снесло...'

Но вот однажды, завершив калейдоскоп серых сумеречных дней - вдруг сверкнул огонек. Завибрировал зуммер вызова, и вдруг позвонила она... Аника оглянулся и вздрогнул - боги, как он забыл?

Тянул лишь мгновение: 'Яна?!! Пожалуйста, если можешь - приедь!'

Упал в кресло и лишь тогда осознал - кто больше всего ему нужен. Лишь она - сможет сейчас понять...


Яна прилетела сразу. Уселась рядом и требовательно уставилась в глаза. И тогда - он вдруг раскрылся... Почти полностью. Умолчав лишь о том - кем является, и что делал за периметром.

Яну сразило. Яну убило. Яну шарахнуло так - как не мог даже представить...

'Эшу?!! Тебе в глаза?!! Этого не может быть!!! Она не опускается до простых смертных!!!'

Аника только развел руками. В комнате повисла пауза. Девушка некоторое время круглила глаза, затем успокоилась и задумчиво проговорила: 'Если все так... То у тебя просто нет выбора. Я знаю, кто тебе сможет помочь...'

'Кто?' - горько усмехнулся Аника.

'Там', - короткий кивок за окно.

'Где?'

'За периметром...'

Он не сразу понял. Не сразу сообразил. А когда дошло - пришла его очередь круглить глаза: 'Где-е-е?'

Она не стала ничего объяснять: 'Просто доверься мне, ладно? Единственный раз! Я не прошу ведь много...'

Ему было плевать. Небольшая прогулка - свежего воздуха глоток, в ряду тусклых мрачных последних дней...


Через полчаса они вышли за периметр - странно, но руглеры ее пропустили. На границе нежных зеленых эрцений задержалась и оглянулась:

'Это кроличья нора, Аника... Ты готов увидеть что там, за пределами?'

'Мобов?' - тускло усмехнулся он.

'Правду... - серьезно ответила она. - Которая перевернет весь твой мир...'


## Глава 4


Зеленые поля тянулись насколько хватало глаз - ровные, прямоугольные. Налетел ветерок, наполняя воздух мягким легким шелестом, сразу запахло озоном. Вдалеке между листьями проглядывала вышка стерео-подачи. Мы хотим сделать этот мир чище, красивее и здоровее... Почему высокие фразы кажутся такими пустыми?

Они быстро шли по еле заметной тропинке между высокими бархатистыми стеблями. Аника вздохнул - когда последний раз долго ходил пешком?

- Это недалеко, - оглянулась Яна. - За карьером.

Умудрились найти среди вечных болот песок и глину - конечно, иначе не построить Таир. Минут через пятнадцать поднялись первые земляные терриконы - котлован давно заброшен и пуст, внизу среди проплешин грязной воды ржавели ленты конвейеров и подъемников...

Яна грациозная как лань - гибкая фигурка легко прыгает по земляным отвалам, ныряет в густые эрцении. Через полчаса Аника начал откровенно задыхаться.

- Еще немного.

После земных растений начались первые болота. Хлипкие, чавкающие, с бесчисленными испарениями гнили и смрада. Яна порхала с кочки на кочку, как мотылек...

- Подожди, - Аника оперся о колени, восстанавливая дыхание. - Хватит, какой смысл? Дальше опасно.

Болото выматывало. Без инто-помощи каждый шаг давался с трудом, ноги болели от непривычной нагрузки. Дыхание с хрипом вырывалось из горла, отяжелевшее тело спотыкалось...

- Почти пришли.

За болотом оказалась твердая земля, поросшая высокой осокой. Неглубокий распадок с чахлыми деревцами - среди путаных колючих веток проглядывали трухлявые бревна развалившейся избушки.

- Сюда.

Скрипнула покосившаяся дверь, Аника нагнул голову и... резко шарахнулся назад.

- Стой!!! Не надо!!!

Рука замерла у кобуры, пальцы побелели от напряжения, кровь отлила от лица... Моб! Мерзкий, противный, похожий на жабу...

- Не надо, - чуть не заплакала девушка. - Пожалуйста...

Как здесь оказался? Так близко от города? Вот же зараза...

- Поверь мне, раз в жизни!

Чудище издало какой-то булькающий звук, похожий на кваканье... Не двигалось и тоже глядело на Анику.

- Яна, назад - осторожно...

- Отключи голо-арм! Пожалуйста!

- Зачем? - выдохнул парень. - Я видел сотни раз...

- Отключи, - Яна оглянулась назад: - минуту, матушка Улья - он поймет, поверьте...

Все сошли с ума? Все сразу? Почему он до сих пор медлит?

Моб булькнул и квакнул - как будто действительно отвечал...

- Выключи голо, Аника. Это не моб.

Конечно не моб. Это смертельный хищник, рептилия - улучшенная программой до моба. Кровь стучала в голове, отдаваясь эхом в ушах...

Яна неожиданно схватила за плечи и прижала к бревнам:

- Ты не сделаешь ни одного движения!!! - яростный шепот ударил в лицо. - Ты просто поверишь мне, единственный раз, понял?!!

Холодный ушат немного остудил голову - Аника перевел дух, не спуская глаз с чудища:

- Да плевать...

- Выключи голо!

- Да ради бога...

Щелкнуло реле - смрад ударил в нос, в избушке потемнело, воздух наполнился шкрябаньем, елозаньем и писком... Моб тут же превратился в пухлую жабу, сплошь покрытую влажными складками и бородавками.

- Немного времени, чтобы спал психо-зонд. Лучше закрой глаза.

Жаба хлопнула плотоядными глазищами и снова булькнула - на пол шлепнулась громадная капля слюны. Аника с трудом закрыл глаза. Показалось? - в этом кваканье что-то не так...

- Я ведь говорила, матушка Улья? Он не такой...

Сошел с ума? Что делает, что творит? Зачем вообще здесь? Идиотизм ситуации звенел в ушах, мешая мысли в кучу - рядом смертельно опасный хищник, а он покорно закрыл глаза...

- Все хорошо, Аника, все хорошо, - только успокаивающей шепот Яны сдерживает предельно напряженные нервы. - Ты все делаешь правильно - я знала, сумеешь...

Минуты бежали за минутами. Тишина, ничего не происходит - мышцы начало потихоньку отпускать. И если бы не страшное бредовое порожденье рядом...

- Он-хлюп... не-квак-таких... плюм-как раньше...

Аника резко открыл глаза и уставился на монстра - послышалось? И пораженно завертел головой - все вокруг вдруг неуловимо изменилось...

- Он маг.

Исчезла слизь и гниль, куда-то пропали многочисленные противные насекомые. Пятна плесени потускнели, бревна уже не выглядели такими трухлявыми. Кучи мусора и грязи приобрели даже какой-то жилой вид, что-то напоминающий...

- Маг? Шутишь? Тебя не поймут!

Жаба исчезла. Вместо нее проглядывало что-то сморщенное, покрытое тряпками... и совсем не устрашающее...

Этого не может быть!

- Рано, Аника, - улыбнулась Яна. - Подождал бы еще чуток.

Аника ошарашено водил глазами по сторонам. Плесень все больше тускнела, прямо на глазах. Вместо бесформенных груд старого осклизлого мусора проявлялась нехитрая мебель и утварь - выбеленная деревенская печь, стопка ухватов, объемные чугунки...

Сморщенное существо превращалось в аккуратную старушку, в большом темном платке до пояса - с густой сеточкой морщинок вокруг привыкших к улыбке глаз...

- Это не мой выбор, матушка - самой Эшу.

- Что это? - сипло выдавил из себя Аника - его начала колотить дрожь.

- Спокойно, - Яна пододвинула табурет и заставила сесть. - Дыши! Глубже!

Дрожь колотила все больше и больше - он без устали оглядывался. Маленькая опрятная избушка, нехитрая деревенская мебель - выскобленный стол, пара кувшинов, стопка глиняных мисок, медный таз с сыром под спудом... маленькие оконца с белыми занавесками, лавки вдоль стен... в воздухе пахнет вареной картошкой и молоком...

Бред?!! Другой уровень Игры?

- Расскажи мне, - голос старушки мягкий и добрый. - Как все произошло?

Аника не выдержал - подпрыгнул и бросился наружу, - жалобно скрипнула старая дверь...

- Не отходи далеко! - догнал окрик Яны.

Распадок, заросший невысокими колючими деревцами. Желтая пожухлая трава под ногами, вперемежку с мелкими камешками. Ясное голубое небо. Взлетел на пригорок - болото оставалось на месте. Самое обычное болото - кочки, тина, ряска, заросли осоки... Ни следа мерзких личинок, туч насекомых, гнили и смрада... Застонал, обхватил голову руками и опустился на корточки...

Голова не выдержит! Где грань Игры? Когда можно начинать верить тому, что видят глаза? Когда конец?

Мозги пухли и ширились, грозясь выплеснуться наружу. Он качался, обхватив голову, бесконечно закрывая и открывая глаза. Все надеясь - секундочку... сейчас все потухнет... и вернется на место...

'Ты хочешь, чтобы вернулось? - спросило что-то внутри. - Хлипь и вонь? Страх и ужас?'

Не знаю. Я устал без стабильности и реальности.

- Аника! - долетел зов. - Время!


В избушке тепло и уютно. Мудрые морщины всматриваются в лицо, Яна снова двигает табурет:

- Расслабься и закрой глаза.

Аника послушен, как ребенок - нет сил. В голове перевернуто и перекручено, как у ребенка: 'Пожалуйста, может объясните, а? Что такое вокруг меня?'

Легкая ладошка опускается на затылок:

- Все хорошо, сынок. Закрой глаза.

Он опускает веки. Как будто мягкие искорки пробегают по волосам, опускаясь все ниже и ниже - шея, плечи, поясница... Волной прокатывается приятная теплота - в мозгах помаленьку успокаивается и проясняется... К черту! Он у друзей - все объяснится, немного терпения. Как возвращение в далекое забытое детство - скошенные луга, запах сена, высокие копны, храп стреноженных лошадей... прощальный зов высокого журавлиного клина в небе...

- Ясно, - пожилой голос доносится из-затридевять земель. - Удивительно...

Аника пришел в себя - все осталось на местах. Старушка задумчиво смотрит, подперев подбородок ладошкой...

- Ну? - не выдержала Яна.

- Это не напасть. Не рок, не болезнь, не проклятье... - спокойно сказала странная бабушка. - Это дар...

Тишина. Все неотрывно смотрят на Анику - кажется, все понимают. Он один ничего не понимает.

- О чем вы?

- То, что происходит с тобой, юноша, - поясняют мудрые глаза. - Великая богиня не приносит вреда. Но она умеет дарить...

Боги! Со всеми странностями совсем забыл - выскочило. Вылетело, смазалось, затушевалось...

- Дарить? - пытается собрать мысли. - Вы шутите, да?

- Да, - кивает головой старушка. - Я не знаю почему. Ведомо лишь великой матери. Но она никогда не делает просто так.

- Издеваетесь? - начинает приходить в себя парень. - Женские гены?!! Садизм такой, да?! Зачем?!!

- Не знаю что такое гены, - покачала головой старушка. - Но знаю, что это дорога.

- Какая дорога?!!

- К познанию.

Аника откинул голову - как он устал... Бесконечные вопросы, и ни одного ответа.

- Я не могу убрать, - добавляет женщина. - Но могу закончить начатое.

- Что начатое? - устало спросил Аника.

- Это твой выбор, - снова качнула головой мудрая старость. - Или старая жизнь в обмане. Или новая в правде. Но ты должен понять...

Парень отрешенно молчал. Яна тоже притихла.

- ...правда не будет правдой частями, - закончила странная старушка. - Нет истины в обрезанном. Только - полностью вся. В этом твой путь...

- О чем вы?

- Ты поймешь.

К черту. Он устал. Ему теперь слишком многое надо понять...


Долгая дорога домой. Если домом можно назвать то, что ждет в Таире. Аника отрешенно шлепал по болоту, девушка молча брела следом. Прошу, Яна, молчи...

Бред. Идиотизм. Зачем? Зачем все это вокруг? Дикий нереальный день выкрутил и перевернул вверх ногами весь мир, все понимание...

Болото. Кочки. Корявые деревца... Совсем, как на земле. Без гниющих трупов, слизи, червяков и сороконожек...

- Что там дальше? - устало бросил за спину парень. - За горизонтом?

- Люди. Деревни и города. Жизнь...

Он снова уставился под ноги - нереальный день. Помрачение. Мир сошел с ума. Или он сам...


Вечерний Таир по-прежнему пестрел праздной толпой, вываливающей из ярких заведений. Вывески, реклама, призывно распахнутые двери... Как живете, люди? Какими глазами смотрите на этот мир? Как ощущаете, как чувствуете?

Глухо, как в танке. Права была Яна - бесчувственный мир. Девушка осталась за городом: 'Тебе надо побыть одному...' Ты трижды права, мой друг. Мне как-то надо это понять... и хоть что-то поставить на место.

Но судьба не любит размеренность - в гостиной навстречу поднялся командор:

- Пришел?

Аника замер на пороге, пытаясь разглядеть хоть что-то в этих морщинах, знакомых столько лет... Командор одинаков в вирте и реальности - никогда не любил глупой косметики.

- Ты вышел из системы больше четырех часов назад. Далеко за пределами города.

Осточертело. Тысячи вопросов и бреда. Нереальная, как сон жизнь. И дикий неправдоподобный день, до сих пор не вместившийся в мозгах...

- Что там за чертой? - тихо спросил Аника, устало всматриваясь в командора. Может, все просто? Доступно и понятно? - С кем мы воюем?

Пауза. Глава магов тяжелеет. Напряжение осязаемо сдавливает нервы...

- Так, - в генеральском гласе что-то скрежетнуло и провернулось, - Так, - повторил и грузно опустился в кресло - жалобно скрипнули старые пружины. Немного помолчал и вздохнул: - Жизнь сложнее, чем мы можем представить себе, сынок... Садись.

- Сложнее? - не поверил ушам Аника. - Значит... Убивать сложнее?!

- Мы защищаем...

- Там люди!!! - вне себя закричал парень: - настоящие живые люди!!!

- Там тоже!!! - закричал в ответ командор, уперев палец в небо. - Десять миллиардов людей!!! Гораздо больше, чем здесь!!!

- И все? - никак не мог поверить Аника. - Зачем?!!

- Десять миллиардов! - продолжал реветь отец-начальник: - ходят, дышат, испражняются! Почему ходят?!! Почему дышат?!! Молокосос, что ты понимаешь, - грузно перевел дух, опала широкая грудь...

Аника молчал.

- Нефти нет! Газ кончился, солнечная энергия провалилась! За счет чего едят? За счет чего ходят? Никогда не задумывался? - новая пауза, толстый палец упирается в пол: - Вот за счет чего, мать твою! Вот почему живет Земля последние десять лет, идиот...

- И этот столб света, над Горном, - наконец начала проступать истина. - Вовсе не мишура, да? Мы передаем ее на спутники...

- Это огромный запас энергии, - сверкнул глазами глава да-магов. - Ты даже не представляешь - насколько сильной...

- А люди? Народы? - все не хотел верить Аника. - Что будет с этим миром?

- Да ладно, люди... - устало отмахнулся командор. - Средневековье. Варвары. И у нас нет выбора, понимаешь?

- Тем не менее? - не отступал Аника, - он сможет существовать без архиума?

- Почему война? - хлопнула по подлокотнику тяжелая ладонь. - Потому что нет смысла в диалоге - не сможет. Ты уже это видел это будущее - гниль, смрад и трупы. Только позднее...

Геноцид в размерах вселенной? Есть предел человеческому беспределу? Аника молчал - силы закончились, он смертельно устал...

- Мы сами убили свой мир, - все-таки тихо произнес. - Мы похожи на паразитов... Только одно, командор, - с вызовом поднял бледное лицо: - Какая во всем ваша доля? Только честно. Миллионы? Ну не верю я в высокие сказки...

- Молокосос... - побагровел генерал.

- Миллиарды! - догадался, обернулся и распахнул дверь...

- Стоять!!!

Идиот. Старый идиот. В его доме не работала опостылевшая магия. А остальное - по старым, давно забытым тобою законам...

Массивная дверь захлопнулась перед носом, и два раза провернулся железный замок. У него есть время, пока грузное тело догадается, и просто вышибет толстое дерево...


Поразительно. Она была там, где расстались. Как будто ждала:

- Неужели решился?

Нет. Я просто устал. И хочу туда, где настоящие люди.

Ноги заплетались, на плечи навалилась вся вселенная - сапоги с трудом вырывались из вязкой трясины. Яна поддерживала как могла...

Избушка нарисовалась, когда на небе появилась первая луна. Скрипнула старая дверь...

- Ты уверен? - спокойно оглянулась старушка.

- Нет, - тихо ответил Аника. - И завтра - уже не решусь.

Это все равно случится, рано или поздно - медики показали свое бессилие. Так лучше сразу, чем выматывающее ожидание. Меня все равно никто в этом мире не знает...

- Делайте что должны, - снова уселся на прежний табурет. - Я все равно не могу вернуться.

- Тогда закрой глаза, сынок, - легкая сухая ладошка вновь опустилась на затылок. - Я не знаю зачем это Эшу, но...

Мягкая темнота накатывалась как теплое одеяло, укутывая и убаюкивая с материнской нежностью...

- Я знаю, - последнее, что смог ответить Аника. - Она хотела, чтобы я начал чувствовать...

Тело куда-то падало - долго, бесконечно, в кромешной мгле... "Яна, приготовь постель" - где-то далеко, за тридевять земель. - "Сейчас, матушка..."

Ты ведьма?

Я ведающая мать, сынок...

Твои далекие предки знали правду и суть...


## Глава 5


'Она маг?! Правда? Надеюсь, ты знаешь что делаешь...'

'Не знаю. Просто чувствую, что должна. И потом... к нам еще никогда не приходили маги!'

'Может, поэтому и живы? Я не верю им, Яна'.

'Поверь, она не такая, как другие'.

'Жизнь покажет...'

Голоса доносились издалека, будто пробиваясь через ватную стену. Незнакомый мужской полон скепсиса, женский наоборот - сама вера и убежденность. Вместе с остальными звуками: поскрипыванием досок под ногами, стуком посуды, плеском наливаемой воды... Иногда хлопала входная дверь и тогда по лицу пробегалсвежий ветерок. Иногда что-то мягко поправляли заботливые руки - и тогда ощущалось теплое дыхание...

О ком они? Затем снова наваливалась мгла, и он опять куда-то бесконечно падал...


Аника пришел в себя поздно вечером. Неожиданно и сразу. Вдруг открыл глаза и уставился в потолок - ровный ряд темных старых досок... В домике тишина. Повернул голову: плотно задернутые окна, стол, расшитый рушничок над аккуратным рядком мисок, маленькая лучина дает теплый неяркий свет... Приподнялся, спустил ноги и застыл - на грудь скатилась длинная волна волос... В глазах потемнело - это случилось. Лучше убейте сразу...

Безмолвный крик метался по маленькой избушке, спазмами сжимая горло - два солидных холмика бесстыдно выглядывают сквозь путаную паутину волос, вздрагивают от судорожного дыхания, колышутся непривычной тяжестью... Дальше совсем тоненькая талия и плавный овал бедер - картинка все больше смазывалось и расплывалось... Ладонь автоматически дернулась к тому месту, которое испокон веков отличает мужчину от женщины - и бессильно умерла на коленях. Полностью. Конец. Лучше убейте.

Скрипнула дверь:

- Аника! - быстро подскочила Яна и обняла за плечи: - Спокойно! Вдох, выдох...

Перед глазами все больше расплывалась - он неожиданно запрокинул голову, и разрыдался...

Это продолжалось довольно долго. Яна безостановочно успокаивала, а Аника никак не мог взять себя в руки. Каждый раз, взгляд прояснялся и фокусировался - реальность набрасывалась, и все снова начинало плескаться. 'Не конец мира! - изо всех сил старалась Яна: - Тут тоже много замечательного! И вообще, я ведь тоже девушка! Могу обидеться! Хоть видела себя? Красавица! - Аника почти заходился в истерике, и Яна порывисто обнимала: - вот увидишь - все окажется только лучше!'

Никогда не ревел раньше. Как баба. Не знал, каково это - когда все внутри клокочет. Жизнь закончилась - бесполезно о чем-то мыслить... Но жизнь все-таки не закончилась. Через час пришел в себя, и глаза больше не дали слез. Слезы облегчают? Наверное. Он все-таки успокоился...

- Пойдем, - Яна потянула за руку. - Немножко свежего воздуха...

Силой заглушил очередной всхлип, поднялся и шагнул следом - ночное небо, свежий воздух хладит разгоряченное лицо... Глубокий вдох - грудь поднимается и опускается, натягивая комбинезон... в горле сразу горький комок - стоп. Хватит. Надо начинать привыкать.

Яна взобралась на пригорок, Аника следом - одежда осталась прежняя, только сидит теперь по новому... Плечи вообще не чувствуются, талия выше, руки легкие и воздушные - тяжесть больше ощущается внизу. Он теперь вряд ли сможет ходить и бегать как прежде. Непривычно развиваются на ветру, колотят по лопаткам длинные светлые волосы...

Вряд ли кто-то теперь узнает. Новая жизнь. С белого листа, с начальной строки. В горле снова спазм - без следа магии, и даже малейшей техники...

- Смотри, - Яна разглядывает ночное небо. - "Меч паладина", как виден сегодня...

Кусты вокруг кажутся темными расплывчатыми облаками - про инфра тоже придется забыть. Над головой густое покрывало звезд.

- Видишь "Крылья аргассов", где самые яркие? Левее полоса...

Тусклый вытянутый сгусток еле проглядывает среди ярких жизнерадостных точек. Будто таит в себе скрытую опасность и муть...

- Это... оттуда, да?

Голос непривычный - грудной и нежный. Как будто его и не его одновременно. Яна помолчала. Через минуту глухо выдавила:

- Это походило на красивое яйцо. Огромное, большое, такое сверкающее... среди западных озер... Дервиши проложили дорогу паломников для дружбы с новым богом, короли отправляли караваны с подношениями...

Огромное яйцо. Аль-Таир в первые месяцы своего пребывания, окруженный коконом силовой защиты. Со стороны наверное выглядело красиво. Он знал, что было дальше.

- Однажды утром яркая стена исчезла, - тихо проговорила девушка. - И в небе появились архангелы...

Он знал. Отлично знал. Девушка будто почувствовала - спохватилась, засуетилась:

- Пошли в дом - ужин остыл!

Аника взял себя в руки:

- А где старушка? - оглянулся вокруг, словно можно что-то разглядеть в темени.

- Ушла, еще днем, - вздохнула подруга. - Мать Улья редко бывает в этих местах - тебе повезло...

У каждого свое понятие о везении.

Свежий ветер и ночное небо остудили нервы, внутри угомонилось и улеглось. Но тихая тоска осталась - ноющая, саднящая, печальная. Тоска по силе и вседозволенности. Тоска по всему привычному мужскому, что навсегда осталось в прошлом, и еще предстоит потерять в тысячах мелочах в будущем.

Девчонки. Совершенно другой народ, незнакомый и малопонятный - другая раса, инопланетяне. Нежные, красивые и беззащитные - их любят, на них смотрят, ими любуются, восхищаются, дарят цветы... Он теперь один из них?

Вместе с чуждым враждебным миром вокруг.

Бред. Любой бы в здравом уме заорал: "Проснись, уколись, ущипнись! Ты спишь!"

Только не он. Для него как раз прошлое казалось сном. А это - настоящая, почти забытая явь...


- Тихо! Не шевелись!

Яна заплетала косу. Самое удобное, если не хочешь постоянного перепутанного водопада по плечам. За окном поднималось утреннее солнышко, весело щебетали птицы. Аника как на ножах - с утра мозги вдруг прояснились, и сразу шарахнуло - он ведь совсем рядом... Всего лишь в десятке лиг! В любой момент найдут - любой час, любую минуту! Даже подумать страшно - сколько колик надорвут в животах все, кто его знает. Все остальные ужасы уже поблекли - разум не может беспрерывно крутить кошмары...

- Парочка тренировок и научишься сама.

Ему дико это слышать: 'сама'. 'Видела? Слышала? Уже сходила?' Дико слышать о себе в женском роде, и тем более - отвечать. Но Яна как неприступная крепость: 'Тихо! Еще не хватало ошибиться!' Казалось, она переживает больше его самого.

- Видишь, как красиво? Остался только бант...

- Что? - он чуть не упал с табурета. - Не смей!!!

Девушка расхохоталась и хлопнула по спине - шутка. Издевается еще, зараза. Как же с нею легко... и тяжело - час расставания совсем близко. Яна оставалась в городе, а у него - дорога... В чужой незнакомый мир, про который совершенно ничего не знает.

'Почему не уйдем вместе!' - 'Не могу, прости. Еще не закончено...' - 'Кто ты? Из какого департамента? Как смогла все узнать, понять? Найти и договориться?' - 'Не бери в голову, ладно?'

Совсем один. Сердце колотится от страха.

"Ты многое знаешь о нем, правда?"

"Ты увидишь его. Тут тоже можно жить, любить, и быть счастливой, - его слегка передергивало от такой перспективы, но он не перебивал. - В отношении растений - доверься вашим программам, они не врут. Во всем остальном... Не помогут слова. Лучше потрогать, пощупать, и понять самой..."

"Как ты поняла сама, Яна? Кто научил?"

Она только тихо улыбалась...


Тяжелая котомка, полная еды - широкие лямки не натирают плечи. Универсальный комбинезон пришлось сменить на Янин кожаный костюм и изящные сапожки - подруга даже не стала слушать протесты. Множество шнуровок по бокам обрисовали фигуру, несмотря на ворчание Аники - в этом мире понимали толк в одежде. Длинная коса через плечо дополнила образ, и даже тонкая палка в руке только добавила женственности...

Аника чувствовал себя рыбой, выброшенной на берег. Но Яна только улыбалась и цокала языком, заставляя смущаться: 'Красна девица, елки-палки...'

Распадок с колючими деревцами сменился ельником, потом длинным открытым полем - и снова под ногами захлюпало...

- Все, - подруга остановилась. - Слушай внимательно, Аника...

Конец. Время "Ч", тот самый час...

- По карте дойдешь до трех грабов. Потом до Цоколя...

- Я помню, - кротко успокоил Аника. - Лучше скажи... когда ты пойдешь следом?

- Запомни, - вдруг заторопилась она, будто боясь упустить. - Когда устанешь искать, узнавать, и поймешь... У Северных гор есть поселок - Бродин. Найди князя Броду. Там тебя всегда будут ждать...

Они были знакомы совсем немного. Но полное ощущение, что всю жизнь. И что-то еще...

- Стоп! - опешил Аника. - Как ты сказала? Брода?

- Иди уже, - толкнула в плечо. - Иначе разревусь.

- Яна... - понимание начало шириться, в очередной раз собираясь свихнуть голову. - Ты ведь не из Таира, да? Кто ты?

- Иди уже...

- Как тебя зовут, в этом мире?!

- Зачем? - удивилась девушка. - Какая разница?

- Яна!

- Только никому не говори. Наяна...

- Принцесса Наяна?!!

- Слышал? - удивилась она, и печально вздохнула: - давно уже не принцесса - нет больше королевства Астарха... И пожалуйста, не надо верить всем легендам и басням. Иди.

Он двинулся, аккуратно переступая по кочкам, и постоянно оглядываясь. И всю дорогу, пока деревья не скрыли из глаз - чувствовал теплый прощальный взгляд...

Жизнь может дарить чудеса. Хорошие, нехорошие - не торопись судить. Истина и суть всегда выясняются позже...

Под ногами хлюпало и колыхалось. Сплошные болота будут тянуться еще лиг двадцать, потом уже суше. Продукт деятельности человека - как бы не пытались дурить голову умные модераторы. И мертвые эрцении не принесут жизни в эти места...

Наяна... В это невозможно поверить... Легенды не врут? Что еще покажет этот странный мир?

Пока - совершенно один. Даже одна. Среди болот и врагов. И внутри все немеет от неизвестности...


## Глава 6


Одинокие разрушенные стены, сплошь заросшие бурьяном и тягучим плющом - Цоколь, один из множества покинутых городков...

Он шел два дня - сознание все еще с трудом воспринимало реальность. Незнакомый, но совершенно обычный мир, с растениями и животными - пусть не совсем привычными, но все же. Болота, перелески, густо заросшие луга, и снова болота - без вони, туш гниющих животных и слизи. Если немного прикрыть глаза, то можно легко представить Землю.

Огромные ядовито-зеленые лилии, колючие колуны и вьющиеся миозы обходил далеко стороной - непросто сразу забыть о защите и земных технических чудесах. Один на один с природой. Нет больше голо - бесчисленные датчики больше никогда не заработают в новом теле. Как Адам. Вернее - Ева...

Тьфу. Каждый раз, когда глаза ловили грудь или косу - все сжималось и клинило: "Что дальше, Аника? "Тонкая шея, изящные ручки, легкие плечики... Что ждет тебя впереди? Как будешь жить? "Как все, - обречено под ноги. - Половина людей так живет. И ничего..."

Ноги уставали. Непривычные к изматывающей ходьбе, болотистым кочкам, бесчисленным холмам и пригоркам. Поздно вечером распалил небольшой костерок, под густым покрывалом кустов, и переночевал. Ночь оказалась длинной и кошмарной - то проваливался в дремоту, почти немея от холода, то вздрагивал на каждый шорох и треск. Не зверей боялся больше всего - отрывистого гула поисковых ботов и лайдеров. Вряд ли заметили бы маленький огонек - но попробуй докажи замерзающему от страха разуму...

Маленькие узкие ладошки с трудом ломали сухие ветки - костерок постоянно норовил потухнуть. "Идиот, - журчало где-то на задворках сознания. - Зачем? Включил бы голо, и завалился в тепле спать спокойно..." Горько усмехался - конечно. Специально для операторов, чтобы не мучились поисками. Страшнее всего - вернуться назад. А если добавить его новое интересное состояние... "Аничка!!! - скользкая ухмылка дебила Урагмаха. - Вот это да!!! Повернись!! Уже нагибалась раком?!!" Счастливо-похотливые глазки и радостные слюни остальных - со всех сторон тянутся сальные руки... "Можно, - машет рукой командор. - Это уже не просто девушка - это изменник родины". Как всегда молчит, отвернувшись в сторону Аленах.

Аника подскакивал и изо всех сил мотал головой - ночной воздух выдувал остатки кошмара. Потом снова выглядывал из кустов, осматривал небо - и подбрасывал в костерок дрова. Прошлое лучше забыть. Не грезить, не думать, не вспоминать.

С первыми лучами солнца затушил остатки костра и тронулся в путь. Ночь почти не принесла облегчения...


Голые стены, черные провалы окон, улица почти сплошь заросла бурьяном, под ногами хрустит битое крошево. Проплыл почерневший остов экскаватора, чуть дальше виднеются останки разбитого руглера. Здесь когда-то был бой. Может, даже участвовал - тысячи драк, разве упомнишь?

- Стой на месте!

Аника вздрогнул - тьфу, неожиданно. Наблюдатели - Яна предупреждала...

Из разбитого дома показался бородатый мужчина, за ним выглянули еще. Его обступили трое - бороды, плотные грубые плащи, высокие сапоги, широкие ремни с множеством крючков и непонятных висюлек. В голову смотрят взведенные арбалеты - массивные, гладкие приклады отполированы руками...

- Все нормально, - первый внимательно пробежался снизу вверх, будто вспарывая рентгеном. - Не вижу дьявольских угрей. Каким ветром занесло в эти края, княжна?

Все сразу расслабились и дружелюбно кивнули за собой - цепочка мужчин потянулась назад в темный проход. Аника двинулся следом - сердце стучало и снова взвинчивало душу...

Люди. Мобы. Раньше видел только мобов. Скольких убил? Сжег, заморозил, испепелил? Десять тысяч? Двадцать? Больше? Обычные люди - глаза, души... Свои удачи и невзгоды...

Просторная комната более-менее обжита - в большом камине горит огонь, несколько толстых тюфяков на полу, стол и скамьи. У стены аккуратно расставлены алебарды, грубые железные доспехи, высокие луки и короткие арбалеты. Аника разбирался - программа Игры включала в себя древнее оружие.

Еще пара мужчин и совсем юный парнишка - все с любопытством смотрят:

- Добрый день, княжна! Не часто у нас гости!

Аника взял себя в руки:

- Я не княжна...

- И ладно, - не стал брать в голову старший. - Добро пожаловать к столу, добрая дагханка.

Аника не был голоден - но невозможно отказать радушию. Через полчаса был сыт донельзя - соскучившиеся по женскому обществу мужчины вывалили на стол все, что было в запасах - копченое, печеное, жареное и сушеное. Огромные караваи хлеба мягкие, будто из печи - а нежная грудинка просто исходит соком. "Откуда?" "Из Алдарна', - как советовала Яна. "Ого! - восторженный присвист. - Новости из первых рук! И как?" "Никак, - опускает лицо к столу. - Ничего. А если и есть - я не из королей." "Понятно, - немного грустнеют за столом. - Наша смена через половину луны, может в деревне что-то знают..." "Отстань от девушки, Бархад! Не видишь? - надоел!" "Я? - возмущенно вытягивает шею сосед. - Скажите этому неотесанному деревенщине, госпожа..." Аника невольно смеется - дружелюбие и приятная сытость. Как соскучился по такому в Таире...

Тщательно умылся и вычистил одежду - молодой парнишка с удовольствием поливал из ковшика. Через час все вместе проводили на окраину: "Будьте осторожны, Анечка, - старший внимательно осматривает небо. - Здесь часто шныряют бракки". "Все нормально, я знаю. Спасибо!" Прощально качаются в ответ довольные бороды...

Бракки - браккуры, почти земной сленг. Аника вздыхает полной грудью, ходко вышагивая по траве - все оказалось не так уж страшно. Через десяток минут развалины скрылись из глаз - снова холмы и перелески, и густая разросшаяся трава. Болот попадалось все меньше и меньше...

Двести с лишним лиг от города - он понимал. Двести лиг по полям и лугам - "освоенная земля". Кольцо спутников висело на расстоянии в четыреста - но спутники контроля всегда располагались дальше. Память услужливо подсказывала - сегодняшний круг деятельности Таира охватывал диаметр в тысячу километров. Но четыреста - полностью контролируемая ботами зона.

Все больше деревьев по пути - густых, высоких, разросшихся... Начиналась область сельвы - плотных джунглей на сырой земле. Впрочем, густые только кроны - у корней должно быть достаточно места. Если конечно вирто-программа снова не перекрутила реальность.

"Все оказалось не так уж и страшно", - голова успокаивается после встречи. Со всех сторон - и как чужака, и как девушки. Общее внимание за столом конечно смущало - но возможно, так не всегда. Просто устали без общения - а тут появилась, вся такая... Криво усмехнулся, оглядывая себя - тоненькая, ресницами хлоп, коса через плечо - как на блюдечке... Тьфу ты. Баба!

Но как бы не кривился - внутри уверенно угнездилось: было в этом что-то приятное. Комплименты, слова... Конечно, в жизни бывает всякое. Сегодня встретился с порядочностью, а если бы нарвался на сброд? Но сброд - в любом мире сброд...

'Спокойно!' - постарался взять себя в руки. Что-то совсем не понравились образы, которые лезли в голову от возможной встречи со сбродом.

Дорога уже выматывала. Начинались леса. Под кронами действительно хватало места, но душный влажный воздух сводил на нет все положительное местной сельвы - пот струйками сбегал между лопаток, волосы слиплись, мокрая коса елозила по спине...

Ночь застала среди плотных деревьев. С трудом распалил костер - старые ветки больше трухлявые, чем сухие, и густо дымили. Но через час пламя все-таки взяло свое, разогнав темень до ближайших стволов. Поел из котомки заботливой Яны и уставился в огонь, обхватив колени руками. По влажным сапогам скользили тонкие струйки пара, иногда из темноты доносился крик невидимой птицы, иногда - шорох неведомого зверя...

Мыслей ворох - не разложить по полочкам. Почти дошел. Завтра начнутся места, где могут быть люди... Зачем? Что скажу? Один в большом незнакомом мире - ни дома, ни друзей. Ни умений, ни элементарных знаний. Как жить? Что есть, где спать?

Каков он вообще, этот мир? Модераторы все перевернули вверх ногами - люди, гномы, эльфы... Горбатые ашбураны, тонкие суиситы, огненные аргассы... Мешанина рас, эпох и легенд - полная чушь, на радость мечтательным геймерам. Что ждет на самом деле?

'Люди, - горько усмехнулся себе. - Люди тебя ждут, идиот. Средневековье. И хороший костер инквизиции - как только узнают, кто ты на самом деле'. Бурлит толпа на улице - потные лица, всклокоченные бороды: 'Убийца!!! Ирод!!! Изверг!!!' Больно хватают стражники в тяжелых доспехах - он вырывается что есть сил... Но сил мало, теперь лишь слабая девушка - без труда волокут по улице, под громкое улюлюканье толпы, - вслед летят огрызки и тухлые яйца... Тесаные ступени, громко лязгает решетка маленькой камеры - швыряют на кучу прелой соломы, с улицы продолжает доноситься гомон и гвалт: 'Душегуб! Палач!' И стук топоров, и грохот складываемых дров... По углам снуют громадные крысы - громко пищат, поднимаются на задних лапках, осуждающе поглядывая крохотными глазками-бусинками... Снова лязгает запор - та же потная стража, уже без доспехов, через спины тянутся остальные морды... Бороды ширятся в кривой похотливой ухмылке, открывая желтые гнилые зубы: 'Иди-ка сюда, красавица... Обслужи хороших ребят - тебе все равно уже без разницы!' Он кричит и отбивается изо всех сил - здоровые руки хватают за ноги, волокут, поднимают в воздух, трещит разрываемая одежда...

Тьфу!!! - Аника резко пришел в себя и замотал головой, скидывая наваждение - приснится же. Вытер вспотевший лоб - хватит. Итак нелегко...

Почему в голову лезет всякая гадость?

'Потому что еще вчера был парнем, - поясняет совесть. - И боишься'. Это - твой самый страшный страх.

Подбросил в почти затухший костер дрова и сел дожидаться утра - небо уже серело...


Гигантская лилия тянет к воде нежные лепестки, по ворсистой поверхности стекают большие влажные капли. Аника разгоняется и прыгает на трухлявое бревно - бревно ходит ходуном, - черт!

Снова болото. В мокрой сельве, среди деревьев, прямо под ногами. Полдня пытался обойти - оказалось бесконечным. Несколько раз натыкался на непроходимые завалы, пару раз на сплошные озера с лилиями. Под ногами беспрерывно булькало и колыхалось...

Мелкая мошкара лезла в глаза и нос, забиралась за шиворот - целые тучи мелкой противной мошкары. Грудь натерлась до красноты, челка прилипла ко лбу, коса хлопала по спине как тяжелый канат. В сапогах давно хлюпало... Если до захода не найдет сухой земли - придется ночевать среди болот. Без надежды на огонь и тепло.

Спокойно! Аника вытянул руки и выровнялся - без паники. С опаской покосился на совсем близкую лилию, собрался с духом, и сиганул на маленькую кочку, и сразу же - на следующее бревно. Бревно сразу ушло под воду - окунулся по пояс. Распростер руки и принялся выбираться - внизу снова чавкнуло и булькнуло - на поверхности лопнул громадный пузырь. Новая попытка, потом еще... Стоп!! Он уже в воде не по пояс, а по грудь.

Снова раскинул руки и постарался успокоиться. Все нормально, минутку, только соберусь с силами. Где-то на задворках заметалась паника - несколько раз глубоко вдохнул, - вдох-выдох. Спокойно. Бывает. Ерунда. Осторожно покосился на лилию - нежные лепестки у самой воды, будто прислушиваются: все, конец? Уже можно?

Поднатужился и рванулся - выскочил на ладонь, и сразу опустился на две. Потом снова, и снова... Хлюп, есть!!! Внизу противно чавкнуло и отпустило, тело выскочило - с сапог полетели ошметки грязи, оставляя разбегающиеся круги...

Пару секунд смотрел, как грязные капли падают все дальше, по воде убегала волнующаяся дорожка, - под ногами проплыла разочарованная лилия... Потом застонал и задрал лицо вверх - так и есть. Над головой закрыл небо узконосый лайдер - поднимая на силовом буксире все выше, как какой-то хлам или груз...


## Глава 7


Внутри все сжалось и помертвело, внизу проносилась вода и широкие кроны. Вот и конец, недолго бегала пташка. Лайдер мягко гудел над головой...

Мысль: "Что дальше?" вызвала только новый стон. Болото закончилось - под ногами проплыли густые заросли огромного разлапистого граба, и металлическая птица вдруг начала снижаться. Вынырнула небольшая полянка - пара человек в густой траве, смотрят вверх. Аника стиснул зубы...

Силовой жгут разжался - ухнул вниз, больно ударился плечом и прокатился по земле. Лайдер опустился рядом - роторы тонко свистели, постепенно замедляя ход... Поднял голову и огляделся - поляна, деревья, вода...

- Еще один! - спрыгнул на землю высокий парень в универсальном комбинезоне. - Барахталась в болоте тут рядом...

Его рывком подняли и поставили на ноги:

- Смотри-ка - смазливая. Если конечно отмыть...

Вокруг засмеялись. Аника исподлобья осторожно ощупывал всех - знакомых пока не видно. Четверо...

- К другому ее.

Грубо схватили за шиворот и потащили - неловко споткнулся и чуть не упал. Недалеко оказался еще один пленник, из аборигенов - молча сидел, сложив руки и опустив голову. Анику швырнули рядом, и зашуршали по траве назад...

- Ого. Откуда такая?

Аника поднялся, уселся на траву, недовольно зыркнул и отвернулся. Однако, интересный субъект - смешливые голубые глаза, сквозь давно немытые пакли волос, - и ни капли страха, или отчаяния. Собрат по несчастью. Тоже кожаный костюм и сапоги, только без ремней и шнуровок - руки перетянуты пластиковым жгутом. И очень странное лицо... Густо разросшиеся пакли падали на глаза, русая щетина готова превратиться в короткую бороду. Но верхняя открытая часть - удивительно матовая, без единой морщинки. И удивительно глубокие голубые глаза...

С каких пор такое внимание к мужским лицам, Аника?

- Княжна что ли?

Смотрит насмешливо, с прищуром. Его совершенно не пугают странные люди, лайдер и связанные руки?

- Что им надо? - Аника с ненавистью уставился на похитителей. Двое что-то выгружали из машины, еще двое о чем-то спорили. Неожиданный собрат пожал плечами:

- Вдовы...

Как вердикт, и этим все сказано. Аника постарался успокоиться - пока не узнали. Кто они, откуда? - никогда не слышал про таких... Не в игре, не в виртуальности, и похоже - прекрасно разбираются в местных условиях. Что собираются делать? Не тешил себя иллюзиями - прекрасно помнил отношение таирцев к местному населению. Ничего хорошего.

- Так, - усмехнулся сосед. - Вот и ответ...

Двое направились в их сторону - Аника подобрался.

- Итак, - высокий опустился перед ними на корточки, его спутник поправил очки. - Дорогие туземцы... индейцы, аборигены, дикари, папуасы-эскимосы - выбирайте что больше по вкусу. К вам дело...

Небритый собрат громко фыркнул, Аника молча ждал.

- Мне нужен подвиг! - многозначительно воздел палец старший, не обратив внимания, - самоотверженность, самопожертвование! - с пафосом выгнул брови. - Во имя высоких идей!

Очкарик криво усмехнулся, высокий по очереди оглядел обоих:

- Вы ведь такие, правда? Я в вас верю.

Издевается, подонок. Аника молча ждал, сосед ухмыльнулся.

- Короче, - говорун оглянулся в сторону болота. - Там - борм. Большущий. Усатый и добрый. Мне нужно хорошее кино... - задумчиво почесал голову, - все равно не знаете, что такое кино. В общем так... - вновь окинул взглядом, - одного из вас червяк должен сожрать. Другой останется живым. Все просто. Кто доброволец?

Аника побледнел. Внутри отдалось - шутка? Но желудок продолжал сжиматься - не шутка, мать их... Разум холодно давал отчет - ведь слышал про "живые фильмы", с откровенными сценами изуверств, - на черном рынке дикие деньги. Травля, сжигания, расчленения. На земле часто пропадали бездомные, кого вряд ли станут искать... Внизу живота нудно засаднило - боги. Борм. Гигантская сороконожка...

Старший терпеливо ждал, перескакивая с одного лица на другое. И каждый раз, когда глаза щупали Анику - внутри сосало и падало... Сердце грохотало в груди...

- Ладно, - хлопнул по коленями черный режиссер. - Тогда девушка. Будет красиво - нежная и беззащитная...

Он потерял ощущение реальности - ноги налились слабостью...

Почему? Зачем была вся эта дорога, весь этот глупый путь?

Оба таирца вернулись к лайдеру - сквозь гул в ушах доносились обрывки спора: '...странная, говорю тебе - она не моб! Я не вижу моба!' - 'Ой, у модеров вечно что-то глючит...' - 'Все равно! Посмотри, какая красотка - знаю пару заведений, где любят экзотику' - 'Какая экзотика?! Дикая! Своих мало? - пройди по улицам, ткни пальцем! На Земле сюда очереди на пять лет вперед - выбирай-не-хочу. Тебе нужны проблемы со службой безопасности?'

Сволочи. Подонки. Вам на всех плевать... Глаза предательски увлажнились, мир смазался, в носу захлюпало...

С машины прекратили сгружать оборудование, двое у воды теперь устанавливали треноги. Небритый сосед молчал, опустив лицо. Он не виноват - виноваты исчадия с Земли, и злая судьба, - но ничего не мог с собой поделать... Будь проклято все на свете, никогда не думал, что так испугается - задрожит, затрясется... Хорошо умирать героем - быстро и легко, оставляя память в сердцах восторженных зрителей. И страшно - в жвалах гигантского насекомого-червяка, как еда... Громко хрустит перемалываемое тело, ломаются кости, разрывается кожа, лопаются жилы и вены - прокусил губу до крови. В груди стучало и падало...

Приближающийся шелест шагов по траве - все? Подошли все четверо, как стена - ноги и руки предательски ослабели...

- Я пойду, - вдруг донесся голос соседа, как через вату. - Отпустите девушку. Я покажу вам подвиг, ублюдки...

Сердце стучало тысячью гамма-тонов, распадаясь на отдельные крошечные осколки...

- Серьезно? - радостно осклабился старший, и победно оглянулся на остальных. - Не умерли еще настоящие мужчины! У нас есть герой.

Аника растеряно дышал, боясь поднять глаза.

- Отпустите девушку.

- Как только, - клятвенно приложил руку к груди режиссер. - Обещаю. Клянусь и обязуюсь...

Все происходило будто во сне. Снова в нереальности - тягучей и вязкой, как кисель, когда можно только смотреть, не в силах пошевелить слабой рукой. Нереальность тонко звенела в ушах, эхом отражалась в голове, взлетая неведомыми октавами... Баба! Девчонка! А вот перед тобой - мужик... Настоящий. Небритый собрат поднялся, отряхнулся и спокойно вытянул руки: 'Готовы?' 'Давай, родной, - кивнул старший и снял с запястий жгут - кошмарная стена расступилась. - Мы будем помнить тебя вечно!'

Циничные сволочи.

Оказался крепким и гибким - или так показалось снизу. Медленно подошел к болоту и прыгнул на кочку - четверо приготовили аппараты и затаили дыхание. 'Можешь попробовать сбежать, - крикнул вдогонку таирец. - Будет интересно!' Не надо - мысленно попросил Аника. Мы в силовом поле у лайдера - не сбежишь...

Вся поляна наверняка в пассивном режиме, и оба пленника особенно - иначе бы не вели себя столь вольно. Но незнакомый собрат не знал. 'Спасибо, - донеслось в ответ. - Как только отпустите девушку'. Старший восторженно вметнул над головой большой палец...

Подонок.

Прости... Он повторял это снова и снова - прости, спасибо, прости... Фигура аборигена легко скользила с кочки на кочку - пара секунд, и вот уже над зарослями осоки видна только лохматая голова. Кровь стучала в висках, он чувствовал себя полной девчонкой, до кончиков пальцев - слабой, беззащитной, в смерть перепуганной... Осознание и анализ придут позднее, а сейчас - только страх. В зарослях что-то грузно заворочалось - далекие камыши заволновались, заходили ходуном, как живые... 'Внимание!' - поднял ладонь режиссер...

И вдруг - до них долетела песня... Неожиданно, необычно - совершенно не в унисон кошмару - незнакомые слова, незнакомый язык, высокий голос... Все ярче и выше - как журчащий на порогах, каскадом сбегающий по камням ручеек... Четверо с аппаратами удивленно выпрямились...

Над зарослями медленно выросла гигантская голова. Страшная, вся в перекрестиях жвал и передних ножек - огромные фасеточные глаза тускло блеснули в заходящем солнце. Кошмарное порождение болот качнулось перед человеком, выгнулось, и вдруг нырнуло в камыши, подняв целый веер брызг - перед ошарашенными глазами проскользило все невероятное кольчатое тело...

- Мать вашу!!! - бешено заорал очкарик. - Я же говорил - он эльф!!!

- Назад!!! - заорал старший - фигуры на берегу брызнули в стороны...

Поздно. Аника отупело привстал с травы - оцепеневший разум никак не мог понять... Огромным фонтаном взорвалась вода у самого берега, окатив брызгами до дальних деревьев - гигантский червяк взметнулся в воздух и выгнулся над поляной, закрыв чуть ли не полнеба над головой... Аника дико закричал - голос потонул во всеобщем гвалте, - гигантская тень как будто замерла на долю секунды, позволяя увидеть и осознать... Затем плашмя упала вниз, заставив вздрогнуть землю - во все стороны полетели пластиковые обломки лайдера...

Безумные ноги сорвались с места и рванули прочь - по лицу захлестали упругие прутья бесчисленных кустов...


Ноги летели - безумно, не разбирая дороги, - под ногами мелькали бесчисленные кочки и проплешины воды. Он не отдавал отчета ни в чем, в голове ни одной разумной мысли - только ветер в ушах, и треск плазменных выстрелов за спиной...

Он не знал, сколько это продолжалось - осознание и анализ придут позднее. Разумные мысли придут позднее, а сейчас - только ветер в ушах, свист веток и плеск воды... Пока очередное бревно издевательски не булькнуло под ногой, и он плашмя не полетел в воду... Судорожно вынырнул и рванул вверх - боги... Новый рывок, новый, еще...

Судьба злобно хохотала, надрываясь от колик - лес и болото заходились от хохота. Рядом склонилась к воде огромная лилия. Он дернулся последний раз, замер и поднял лицо к небу - сил больше не было. Вообще. Из глаз брызнули слезы, все сильнее и сильнее - горькие и безнадежные, как само отчаяние. Это просто сон. Дикий, выворачивающий, кошмарный сон.

Такое не может быть правдой...


По договору с платформой "Dream" остальная часть книги удалена