# Любовь и зависть

Марина Гилл

Джонатан Сэвидж вырывается из крепкой хватки своей невольной любовницы и возвращается домой, тут же выясняя, что ему необходимо жениться. Леди Джейн, его наречённая, давно влюблена в жениха и только рада возможности связать с ним свою жизнь. Однако есть и та, которая из зависти готова на любую подлость, чтобы разрушить этот вынужденный брак.

Любовь и зависть

Пограничье - 3


Аннотация:

Джонатан Сэвидж вырывается из крепкой хватки своей невольной любовницы и возвращается домой, тут же выясняя, что ему необходимо жениться. Леди Джейн, его наречённая, давно влюблена в Джонатана и, в отличие от жениха, только рада возможности связать с ним свою жизнь. Однако есть и та, которая из зависти готова на любую подлость, чтобы разрушить этот вынужденный брак.


___________________________________

Глава первая. Угасание

Графство Камберленд, январь 1525 года

Джейн разбудил содрогнувший землю раскат грома. Резко распахнув глаза, она села в кровати и прижала к груди старое и слегка потрёпанное одеяло. Взгляд её метнулся к узкому окошку, через которое она могла увидеть лишь небольшой кусочек ночного неба, то и дело подсвечиваемый молниями. Тучи затянули небо ещё с вечера, но только глубоко ночью решили разразиться ливневым дождём. Джейн боялась гроз и всегда, сколько себя помнила, бежала в такую погоду к сёстрам - то к Элизабет, то к Изабель, - потому что с ними чувствовала себя в большей безопасности, чем в одиночестве. Вот и сейчас она уже сбросила ноги с кровати, собираясь встать на ледяной каменный пол, - но передумала. Времена изменились. Изабель только отошла от поразившего их семью недуга, а Элизабет, единственная не заболевшая, с ног сбилась, за всеми ухаживая. Джейн не была неблагодарной, и потому глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, и снова улеглась, посильнее укутавшись в одеяло. Однако сердце её гулко колотилось от страха, а глаза не хотели закрываться, и Джейн, будто заворожённая, не отрывала взгляда от окна.

В мыслях её бесконечно крутились события прошедших дней. В Минстенде - замке, в котором она жила с самого рождения, - не часто случались значимые события. Когда ей исполнилось пять, умерла мать, а через три года этот свет покинул и отец. Тогда в замок прибыл дядя Колин и вот уже десять лет он жил с Джейн и её младшими сёстрами под одной крышей. В эти десять лет только два события нарушили размеренный ход замковой жизни: женитьба дяди на дочери купцов О'Рейли - Агнессе, которая за минувший год успела стать для Джейн лучшей подругой; и её, Джейн, встреча с молодым лордом Джонатаном Сэвиджем. Ухватившись за мысль о последнем, она слегка улыбнулась, мечтательно прикрыв глаза, и на душе ей стало спокойнее, как будто один его образ перед глазами развеял большинство страхов - во всяком случае, гроза её перестала пугать.

Она влюбилась в Джонатана Сэвиджа с первого взгляда. В нескольких милях от её дома располагался другой крупный замок, Лайл, пользующийся дурной славой: считалось, что на нём висит проклятие, и каждый его владелец не держался под крышами замка более тринадцати лет. Именно в Лайле позапрошлым летом поселилась семья Сэвиджей - дальние родственники прежнего хозяина. По традиции они устроили вечер в честь своего заселения и пригласили на него друзей и соседей, разумеется, не пропустив и семью Джейн. У неё до сих пор замирало сердце, стоило вспомнить, каким красивым и блестящим лордом показался ей единственный сын лорда Сэвиджа. Она тогда остановилась как вкопанная на несколько секунд, не сумев оторвать от него восторженного взгляда. Дядя её, будучи весьма наблюдателен, тут же заметил интерес своей старшей племянницы, и весь вечер пытался свести её с Джонатаном поближе. Пробудить ответный интерес ей - похоже, при помощи дяди - удалось, и через несколько дней Джонатан наведался в Минстенд с визитом. Джейн сидела за одним с ним столом, слушала его с дядей разговор и боялась лишним словом или взглядом выдать свои чересчур скоро вспыхнувшие чувства. Дядя её, однако, был менее щепетилен и пренебрёг приличиями, настояв, чтобы Джейн показала гостю сад...

Очередной удар грома слился со стуком в дверь. Не дождавшись ответа, в комнату заглянула Элизабет, одетая в ночную рубашку. В правой руке она держала кружку, над которой, как показалось Джейн в свете очередной молнии, поднимался пар. Джейн мысленно восхитилась смелостью сестры: сама она ни за что не стала бы ходить по дому в такую ночь и без свечи. Упасть с лестницы, конечно, никому из них не грозило, слишком хорошо они знали этот замок, исследовав его вдоль и поперёк за всю жизнь, однако никогда не знаешь, что может скрываться во тьме. Дрожь суеверного страха пробежала по её позвоночнику.

- Я знала, что ты не спишь, - подала голос Элизабет, закрывая за собой дверь и проходя внутрь.

Джейн села в кровати и подтянула ноги к груди, наблюдая за тем, как сестра пристраивается рядом и протягивает ей кружку. Не впервые за последние дни Элизабет приходила к ней с горячим напитком в руках, но всегда перед сном, а не посреди ночи.

- ...такая гроза, - вздохнув, продолжила она. - Даже я не смогла сомкнуть глаз. Возьми, выпей.

- Я уже здорова, - попыталась отказаться Джейн.

- Я слышала, что можно заболеть снова сразу же после выздоровления. Так что пей.

Джейн приняла из её рук кружку и, зажмурившись, выпила всё содержимое. Она не спрашивала, из чего и как Элизабет делает этот напиток, но на вкус он был далёк от приятного.

- Ты заходила к дяде вечером? - спросила она через несколько секунд, возвращая кружку сестре.

- Да. Он... он меня не узнал. Говорил с кем-то, но не со мной...

Обе сестры подавленно замолчали.

Первой заболела Изабель. Видимо, подхватила заразу во время утренней прогулки. К вечеру она не спустилась на ужин, сказав, что её мучит головная боль, а посреди ночи всех разбудила перепуганная служанка, заметившая, что Изабель совсем плоха. Вся семья преданно просидела возле кровати Изабель ночь напролёт, потому что пугливая младшая сестрёнка до безумия боялась умереть, и, по правде сказать, шансы на то были весьма высоки. Всю ночь Изабель прометалась в огне, но под утро ей стало значительно легче. Приехавший с первыми лучами солнца доктор поведал им, что Изабель пережила так называемый потливый недуг, от которого Англия страдала время от времени последние пару десятилетий. Прописав уход и покой для выздоровевшей, доктор поспешно покинул замок. Парой часов позже сын поварихи почувствовал те же самые недомогания, что и Изабель ранее, только он не продержался и нескольких часов.

В замке воцарилась паника. И единственная, кто не потерял головы в суматохе, что последовала, была Элизабет. Именно она взялась за лечение всех заболевших, ибо самым большим увлечением её были растения и приготовление из них различного рода снадобий. В детстве Элизабет нашла среди родительских книг трактат о травах и их лечебных и магических свойствах, и с тех пор не расставалась с ним ни на секунду.

Заболело восемь слуг, двое из которых умерли. Сама Джейн тоже промучилась потливой горячкой весь позавчерашний день, но теперь чувствовала себя хорошо - настолько хорошо, что ей было стыдно. Потому что дядя Колин был совсем плох, и уже долгое время. Вчера к ним приезжал другой доктор - посоветованный им невесткой Агнессы, которая также была сестрой Джонатана. Этот даже не взял с них денег, потому что, по его честному признанию, ничем не мог помочь. Дядя уже был для них потерян. Но, увидев, что это известие произвело гнетущее впечатление на всех домочадцев, он обещал, что приедет на следующий день проверить состояние больного, как будто этим обещанием давая понять, что следующий день для дяди всё же настанет. Элизабет осталась им недовольна и с двойным рвением взялась за приготовление своих снадобий.

Однако дядя таял на глазах. Агнесса сидела при нём, не отходя ни на шаг, и по одному её лицу можно было прослеживать состояние дяди. Если сначала она улыбалась и уверяла, что всё будет хорошо, то под конец едва сдерживала слёзы и неустанно молилась, как только дядя проваливался в короткие дрёмы. А сегодня вечером, когда Джейн зашла его проведать, он просто не узнал её: смотрел мимо, будто её вовсе в комнате не было, и бормотал что-то под нос. И Элизабет не узнал, как оказалось.

- Мне кажется, Джейн, - помедлив, тихо произнесла Элизабет, - доктор был прав, и он скоро умрёт.

- Не говори так! - ужаснулась она, прижимая ладонь ко рту.

На глаза её выступили слёзы, и Джейн отвернулась к стене, пытаясь их скрыть. Если дядя умрёт - что с ними будет? Они останутся одни на целом белом свете. Конечно, где-то в Шотландии у них оставались родственники, но ни Джейн, ни её сёстры никогда тех в глаза не видели. Что станет с Минстендом? Кому он отойдёт?

Элизабет тронула Джейн за плечо.

- Ты спи, а я пойду... посмотрю, что можно ещё сделать. Ты права, нельзя так говорить. Он обязательно поправится!

Джейн благодарно улыбнулась ей, смаргивая слёзы, и спросила:

- Давай я помогу тебе?

- Не волнуйся, я справлюсь сама.

Как только сестра ушла, Джейн свернулась в клубочек и закрыла глаза, пытаясь уснуть. Разговор разбередил душу. Дядя не может их оставить. Он сам всегда говорил, что не оставит их одних. А ещё неустанно твердил, что ей надо замуж, и зря она его не слушала. Сейчас она могла бы не бояться за своё будущее и за будущее сестёр... но хранить и лелеять мечту о браке с Джонатаном оказалось для неё важнее. И разве стоило оно того? Тогда, в саду, Джонатан говорил ей о любви; тогда ей казалось, что их брак - дело решённое, но потом он просто перестал у них появляться. Прошло полтора года, и за это время Джонатан ни разу не изъявил желания с ней повидаться или хотя бы написать. Джейн, разумеется, придумала ему множество оправданий, и до сих пор в них верила всем сердцем. К тому же, вот уже больше года Джонатан находился при дворе и не присутствовал даже на свадьбе своей сестры - Джейн это находила странным и не сомневалась, что при дворе его удерживает что-то посерьёзнее развлечений.

Она часто гадала, вспоминает ли он о ней, прокручивала в голове все слова, что он когда-либо ей говорил: как она ему снится, что он считает её самой доброй и красивой. Он едва её не поцеловал тогда в саду!.. Порой Джейн ловила себя на мысли, что зря убежала. Возможно, ответь она ему тогда, всё пошло бы совсем иным путём. И ещё она гадала, что будет, когда Джонатан вернётся. Вспомнит ли он о ней?.. Ей бы только увидеть его - просто увидеть, потому что надеяться на что-то большее Джейн боялась.

Размышления её прервались грохотом распахиваемой двери. Внутрь влетела Агнесса.

- Джейн! - крикнула она. - Идём!

Джейн не медля вскочила с кровати и подбежала к подруге. Предчувствие беды туго стянуло сердце. Агнесса вцепилась в её руку и быстрым шагом повела в их с дядей Колином комнату.

- Агнесса? - севшим голосом вопросительно произнесла Джейн на полпути.

Та или не услышала, или не ответила - но Джейн показалось, будто она различила её всхлип.

В комнате было довольно светло: у кровати стоял старинный канделябр с десятком свечей. Они отбрасывали неровный свет на больного, от чего выражение его лица, казалось, всё время меняется. У Джейн подогнулись ноги от облегчения, когда она поняла, что дядя дышит.

Агнесса подтолкнула её в спину, и Джейн нерешительно подошла к изголовью. На этот раз дядя смотрел на неё вполне осмысленно. Дав ей знак сесть рядом и склониться поближе, он прикрыл глаза. Губы его превратились в тонкую линию, а черты лица заострились. О болезни явно говорили запавшие глаза и синяки под ними, а также жар, исходящий от его тела. На лбу его лежала мокрая тряпица, а на другой половине кровати - тазик с водой. Пока дядя собирался с силами, чтобы что-то ей сказать, Джейн взяла тряпицу, намочила её и приложила к его лбу.

- Джейн... - наконец, проговорил он, открывая глаза. - Ты должна... должна выйти замуж. Обещай мне... Сразу же...

- Конечно, я сделаю всё возможное, дядюшка...

- Нет, Джейн, ты должна... Ты, Элизабет... Изи... что с вами станет... Должен быть внук... ты знаешь... завещание... - сбивчиво бормотал он.

Голос его становился всё тише. Веки дяди снова смежились, и Джейн испуганно оглянулась на Агнессу. Та стояла в отдалении, но прислушивалась к их разговору, вытирая слёзы с лица, которые тут же сменялись новыми.

- Джейн...

Она повернулась к нему снова, крепко сжимая его руку. Ответное пожатие было едва ощутимым, и от этого Джейн почувствовала, что вот-вот не сдержится и ударится в слёзы.

- Это важно, Джейн. - Он пытался удержать пристальный взгляд на её лице, но удавалось ему это с большим трудом. - Никому... нельзя говорить о моей... кончине. Никому. Пока ты не забеременеешь. Иначе... иначе...

Силы снова его оставили, и он замолк. Джейн с ужасом взирала на дядю. Как всегда, в первую очередь он заботился о них, о своих племянницах... Если она уже почти смирилась с их незавидным будущим, то дядя даже в таком состоянии сумел придумать выход.

- Это важно, - не глядя на неё, бормотал дядя. - Важно... по завещанию... внуку... Джейн... обещай.

- Я обещаю. Всё сделаю, как ты говоришь, дорогой дядя. Только... пожалуйста, не оставляй нас.

Джейн прижалась губами к его руке и попыталась поймать его блуждающий взгляд. Он продолжал что-то говорить очень тихо и неразборчиво, расслышать у неё не получалось. Агнесса, поняв, что разговор закончился, присела с другой стороны кровати и взяла свободную руку мужа.

- Тебе лучше уйти, Джейн, - с застывшим лицом произнесла она. - Попрощайся сейчас.

- Что?.. Я не...

Она не могла поверить в то, что видела и слышала. Её дядя на самом деле умирал. Какой нелепой казалась эта неминуемая смерть: ещё пару дней назад он был полным сил. Конечно, здоровье его всегда оставляло желать лучшего, но после женитьбы на Агнессе он будто помолодел, и никто бы не подумал, что...

- Дядя, - наклонилась она к самому его лицу. - Я... Я люблю тебя.

Она поцеловала его в лоб и медленно отстранилась, но уходить не стала: неужели Агнесса ждала, что она вернётся в свою комнату и ляжет спать?

Так они с Агнессой и сидели в молчании, попеременно отирая пылавшую огнём кожу. Снаружи доносились глухие раскаты грома: гроза, судя по всему, медленно, но верно удалялась. Точно также дыхание Колина Маклейна, лорда Шепленда постепенно становилось тише и слабее.


Когда в комнату вошла Элизабет, дядя уже был мёртв. Поглядев на скорбные и заплаканные лица Джейн и Агнессы, она сразу всё поняла и с потухшим взглядом опустилась на стоявший рядом сундук.

Прошло некоторое время, прежде чем все трое смогли справиться с потрясением и горем и перейти к обсуждению насущного. Джейн казалось немыслимым говорить о чём-то вроде замужества перед ещё не остывшим телом дяди; с другой стороны, именно он настаивал на соблюдении данного ею обещания... Но как они смогут скрывать его смерть? И где она найдёт себе мужа в столь удручающе короткий срок? В голове Джейн стремительно пронеслась вереница знакомых мужчин: среди них хватало свободных, но приглянутся ли кому-нибудь из них не слишком обширные земли её семьи? Правда состояла в том, что они по уши были в долгах, и, вероятно, никто не захочет взваливать на свои плечи чужие немалые затраты... Если только обмануть будущего мужа, а потом - будь что будет. Главное, чтобы появился ребёнок, потому как по завещанию замок и земли должны были отойти первому внуку отца Джейн, а значит, по существу, остаться домом для неё и её сестёр.

- Как мне найти себе мужа?..

Элизабет, пропустившая их с дядей разговор, выглядела растерянной. Агнесса скупо пересказала ей последнюю просьбу дяди, а Джейн в это время ещё раз перебрала в голове всех мужчин, которых знала. Но как ей подойти хоть к одному из них? Приехать самой к ним в дом? Предложить жениться на ней вот так просто, как будто это в порядке вещей?.. Немыслимо!

- Мы не можем никого пригласить сюда, иначе... отсутствие... дяди вызовет подозрения, - заметила Элизабет, глубоко задумавшись.

Снова воцарилось молчание. Джейн пыталась сосредоточиться на поиске подходящего - по правде, какого угодно, - мужа, но мысли о дядином уходе, о том, что всё теперь изменится навсегда, перебивали все остальное.

- Я думаю, мы должны молчать об этом перед Изи, - добавила Элизабет. - Она может проговориться кому-нибудь...

- Конечно, - кивнула Агнесса, - но я не стану скрывать это от своей семьи.

- Агнесса, - взволнованно посмотрела на неё Джейн, - пожалуйста, всего несколько дней.

- Возможно, мой брат сумеет тебе помочь. Именно он искал для меня подходящую партию. Он что-нибудь придумает... Я надеюсь.

Сёстры переглянулись, и в глазах их засветилась надежда. Заметив это, Агнесса продолжила:

- Я поеду домой сейчас же, поговорю с ним. Но Колин... что нам делать с его телом?..

Вопрос заставил Джейн похолодеть. Они не могли похоронить его незаметно: пришлось бы приглашать священника, - а там и весь Карлайл узнает, что случилось. Но позволить телу лежать здесь, в жилой комнате, где кто-нибудь из слуг может его обнаружить?

- Всего несколько дней, - будто отвечая её мыслям, проговорила Элизабет. - Может быть, завтра уже найдётся муж, и венчание состоится следующим днём. Времени пройдёт немного.

- А доктор? Он должен приехать сегодня, - вспомнила Агнесса.

- Доктор Уотертон - честный человек, мы можем ему доверять, - уверенно ответила Джейн. - Расскажем ему правду.

И снова все согласились.

- Тогда не будем терять времени. Ты, Элизабет, оставайся здесь. Не пускай никого в комнату и прими доктора, как положено, - раздавала указания Агнесса. - Я поеду домой, а ты, Джейн...

- Я с тобой. В конце концов, мне выходить замуж - и я не хочу оставаться в стороне... - проявила она решительность.

- Понимаю.


Замок только-только начал просыпаться, а Джейн с Агнессой уже выехали за его пределы. Джейн было слегка не по себе, что они наведаются в семью О'Рейли без приглашения и так рано, но она одёргивала себя, напоминая, что сейчас не время задумываться о приличиях. Ей нужно исполнить последнюю волю дяди и как можно скорее позволить ему успокоиться на том свете - и в земле.

В доме купцов случился переполох, когда внезапно приехала Агнесса, да ещё и не одна. Но Катриона и Шон О'Рейли столь быстро спустились вниз, что впору было подумать, будто они кого-то уже ждали. Конор с Мег задержались минут на пять, и поэтому для начала Агнесса рассказала о своём несчастье родителям, умолчав о бедах Джейн и её сестёр.

- Мне нужно поговорить с Конором. Только с ним, пожалуйста, - попросила она, когда спустились заспанные молодые супруги.

Катриона и Шон недоумённо переглянулись, но без лишних слов удалились, а Мег уселась в кресле напротив, даже не подумав уходить. Заметив пристальные взгляды Агнессы и Джейн, она приподняла бровь.

- У нас с Конором нет друг от друга секретов. Если что-то знает он, то и я узнаю обязательно.

Джейн зарделась и неловко вставила:

- Простите за моё вторжение... Агнесса сказала, что вы, мистер О'Рейли, можете мне помочь...

Конор недоумённо перевёл взгляд с неё на сестру, явно требуя объяснений.

- Джейн срочно нужно выйти замуж, иначе они с сёстрами могут оказаться на улице - по крайней мере, Колин этого боялся. Мы не знаем, кому отойдут замок и земли, скорее всего, родственникам, а какими они окажутся? Колин их наверняка знал, поэтому так не хотел, чтобы Джейн и её сестры перешли под их опеку.

Теперь и Конор, и Мег с сочувствием смотрели на неё, и Джейн желала провалиться сквозь землю. Мало того, что все эти поспешные поиски мужа заставляли её чувствовать себя бездушной, так теперь она ещё ввязала в них людей со стороны.

- Так что, Конор, кто бы мог жениться на Джейн сегодня-завтра? И я говорю в самом прямом смысле, - заключила Агнесса.

Она была непривычно деловитой с самой смерти дяди, и Джейн подозревала, что всё это напускное, и скоро она замкнётся в своём горе.

- Э-э, - запустил Конор пятерню в свои длинные волосы. Просьба застала его врасплох, и он глубоко задумался. - Так... ну, ты сама знаешь, каких мужей тебе прочили...

- Мне не важно, каким он будет, - соврала Джейн, потупив взгляд. - Я должна...

Продолжить она не смогла, потому что горло сдавило, и пришлось сдерживать слёзы. Конечно, она всегда знала, что ей придётся выйти замуж. Где-то в глубине души. Но дядя, хоть и говорил об этом часто, никогда не торопил её, и вольные рассуждения Элизабет о том, что брак должен удовлетворять обе стороны, тоже сделали своё дело. Она не думала, что выйдет замуж в такой спешке и не понятно за кого...

Конор стал перечислять имена, многие из которых были ей не знакомы, но тут же одёргивал себя, вспоминая, что один вроде бы без пяти минут помолвлен, другой тяжело болеет, третий недавно уехал в путешествие, четвёртый подозревается в измене и всё в таком духе. Джейн медленно, но верно, теряла последние крохи надежды.

- А твой друг, рыцарь тот, не женат? - обратился вдруг Конор к жене.

- Рыцарь? - переспросила Джейн, сбитая с толку.

- Лорд Джеймс Хадвиг, мой друг, - пояснила ей Мег. - Насколько я знаю, нет. Но у меня возникла идея получше...

Однако она не спешила ею делиться, сосредоточенно хмуря брови. Все уставились на неё в ожидании продолжения.

- И? - подтолкнул её Конор через полминуты.

- Я подумала, что есть один человек. Он как раз на днях возвращается из Лондона...


Глава вторая. Ложь, ставшая явью

Всего несколько миль отделяло теперь Джонатана от Лайла. Глубоко вдохнув утреннего воздуха, пахнущего дождём, он улыбнулся и представил, как удивит отца и Мег своим скорым приездом. Они, верно, ждут его только через пару дней. Откуда им знать, что он настолько вымотался при дворе, что не мог медлить ни секунды с возвращением домой? Хвала Господу, кошмар, продлившийся больше года, закончился. Он расстался со своей изнуряющей любовницей, леди Элизабет, почти спокойно: конечно, она поначалу разъярилась и даже бросила в него шкатулкой с украшениями, к счастью, мимо, но после поняла, что выбора у него не было. После письма от отца, в котором тот самыми проникновенными словами умолял его приехать и жениться, выбора у него в самом деле не оставалось, а уж знать, что письмо отец написал по его, Джонатана, просьбе, Элизабет совсем не обязательно.

Начиналось всё не так уж и плохо. Хотя Джонатан никогда не был по-настоящему влюблён в Элизабет, но ему пришлось завести с ней интрижку по настоянию короля. Однако к концу лета король, поняв, что Элизабет вполне охладела к нему и не будет мешать его отношениям с новой фавориткой, сжалился над Джонатаном и позволил ему уехать. Если бы всё было так просто! Он почти исчерпал всю свою фантазию, чтобы придумать, как улизнуть от Элизабет. Рождение племянницы и племянника для неё не казались вескими причинами. Помощь отцу в управлении замком - тем более. Ведь его сестра, Мег, жила совсем рядом - и её муж вполне может помочь, если возникнут сложности, объясняла она свою точку зрения. Просто повидаться с семьёй - разумеется, соглашалась она, пусть приезжают в Лондон и они все отлично проведут время вместе. Даже когда Лотти заболела около месяца назад, Элизабет удержала его возле себя, настояв, что за его сестрой прекрасно поухаживает супруг. В конце концов, Джонатан прибёг к последнему оставшемуся выходу: сознался во всём отцу, и тот не оставил ждать ответа, красочно расписав свои недомогания и беспокойства по поводу отсутствия наследника. "Прошу тебя об одном только, дорогой Джонатан, выполни свой сыновий долг: дай Лайлу наследника. Уважь самое большое желание моей увядающей жизни". После такого окончания письма даже Элизабет не сразу нашлась с возражением. Впрочем, она пыталась и здесь отговорить его уезжать, но Джонатан настоял. Это был последний шанс вырваться, и он точно не собирался его упускать. И сожаления не чувствовал, оставляя позади годичные отношения. Элизабет, разумеется, не считала, что их роман окончен. К тому, что Джонатан будет - дай Бог, ещё много лет якобы - женат, она отнеслась спокойно, потому что сама была замужем. К несчастью Джонатана, муж Элизабет нашёл себе другую возлюбленную и потому на измены жены перестал обращать внимания. Так что Элизабет взяла с него обещание, что он вернётся к ней, как только сможет, а она тем временем будет ему писать. Идеальное обещание! Как только сможет? Никогда не сможет! И отвечать на письма он не обещал. Возможно, он чувствовал бы себя неловко за такие мысли и решения, если бы знал, что разобьёт Элизабет сердце. Он же, напротив, был уверен, что она скоро найдёт ему замену. Всё разрешится замечательно.

Как только показались мрачные башни Лайла, Джонатан и вовсе взбодрился. Наконец-то он сможет наслаждаться другими женщинами! Целый год потратил только на одну - никуда не годится! Хотя, справедливости ради, стоило признать, что Элизабет была весьма хороша в истинно женском смысле. Но под конец наскучила ему даже в постели. К тому же, она была из тех женщин, которые его подавляли. По правде говоря, Джонатан таких не часто встречал, избегал их, как огня, и надеялся, что жизнь его убережёт от ещё одного подобного потрясения. Ему определённо нравились спокойные, мягкие и нежные девушки, рядом с которыми он чувствовал себя главным. Ибо мужчина должен быть главным и принимать решения по своему усмотрению. В их отношениях с Элизабет, как ни прискорбно, всё выглядело ровно наоборот.

Приятно было увидеть снова старика Гаспара, открывшего ему ворота, и пару слуг по пути в главную башню. Встретилась ему и Рози, служившая их семье уже очень долгое время. Она явно обрадовалась его возвращению и принялась зазывно улыбаться. Джонатан, возможно, подумал бы над молчаливым предложением подольше, если бы ему так не терпелось увидеться с отцом, - да и потом, когда-то хорошенькая и юная служанка превратилась в огрубевшую с годами и работой молодую женщину, а Джонатан любил свежесть в девицах.

Он постучался к отцу в комнату и, не дожидаясь ответа, вошёл. Было ещё очень рано, едва рассвело, но отец уже стоял на ногах, поправляя манжеты новенького жакета. В письмах отца и Мег встречались упоминания, что теперь в Лайле появился замечательный управляющий по милости зятя Джонатана, графа Вестмора, который поднял замок и земли на должный уровень, и дела пошли в гору. Впрочем, Джонатан это и по себе заметил, так как при дворе жил на часть доходов от Лайла, присылаемых отцом, - а жил он вполне прилично, хоть и никогда особо не тратился.

- Джонатан, мальчик мой! - ахнул отец ослабевшим голосом и через секунду замешательства подошёл к нему, крепко обнимая. - Какой подарок! Мы и не ждали тебя так рано!

- Я торопился, - признался он с улыбкой, похлопав отца по спине. Затем отстранился. - Не могу выразить словами, как сильно ты мне помог, отец! Наконец-то я вернулся!

- Тебе давно нужно было попросить, - мягко пожурил его отец. - Я никогда не отказал бы тебе в помощи. И что это за новости такие! Я мечтаю увидеть его женатым, понянчить его детей, а он вздумал с замужней женщиной шашни разводить!

- Я же не нарочно, всё началось с короля...

- Ладно-ладно, на короля обвинениями не сыпь! До добра это ещё никого не доводило. А теперь, давай спустимся в библиотеку, и ты мне обо всём подробно расскажешь.


Они успели поговорить только с полчаса, как в замок прибыли Мег с мужем. Узнав от кого бы то ни было, что брат уже здесь, Мег вихрем ворвалась в библиотеку и бросилась ему на шею.

- Наконец-то! Слава богу! Как же я рада тебя видеть!!!

Джонатан со смехом подхватил её и закружил в воздухе, а когда поставил на ноги, звонко поцеловал в щёку.

- Ужасно скучал по тебе, сестричка. Не принесла мне племянницу познакомиться?!

- Ещё бы на год задержался - и пришлось бы тебе уже с двумя племянницами знакомиться! Или с племянницей и племянником, - возмутилась она, отстраняясь. Мег не знала подробностей об Элизабет и о том, каких усилий ему стоило покинуть её. Хватало и того, что об этом позоре пришлось поведать отцу. Да и пару раз наведывающийся ко двору граф Вестмор мог догадаться...

- Прости, мне очень жаль, что я не был с тобой на свадьбе и при рождении Клодины, - покаялся он.

- Хорошо, прощаю, - легко согласилась Мег, снова прильнув к нему.

Только тут Джонатан поймал взгляд зятя, прожигающий в нём большую дыру. Подавив неприязнь - а как иначе относиться к человеку, который обесчестил его сестру, пусть потом и женился на ней? - Джонатан сдержанно кивнул в знак приветствия и погладил Мег по голове, не без удовольствия заметив, как сузились глаза Конора.

- А почему вы так рано приехали? - опомнился Ричард Сэвидж.

Мег оглянулась на Конора, а потом обратила виноватый взгляд на Джонатана.

- Я хотела поговорить сначала с тобой, отец, но раз ты, Джонатан, уже приехал... Понимаешь, как бы тебе сказать... Только не злись, что я предложила такое...

- Мегги, давай я? - закатил глаза Конор, подходя к ней и беря за плечи. - Лорд Шепленд умер этой ночью и оставил мою сестру вдовой. - Джонатан хорошо помнил шотландца, он ему даже нравился: во всяком случае, племянницы у него были очень интересные. С сестрой Конора он, помнится, танцевал однажды: весьма милая девушка. Мег упоминала в письме, что её выдали замуж за шотландца. М-да, пронеслось в его голове, недолго длился этот брак. - Его брат - отец леди Джейн, леди Элизабет и леди Изабель - оставил завещание, по которому земли отойдут первому внуку от любой из них, а до того они будут находиться под опекой родственника... Сначала Шепленда, а теперь - не известно кого, но Шепленд перед смертью очень боялся за будущее племянниц. И взял со старшей, леди Джейн, обещание, что она не медля выйдет замуж и родит наследника, пока земли не отобрали другие родственники.

- Бог мой, какое несчастье! - воскликнул Ричард, откинувшись на своём сиденье. Губы его задрожали, а щёки побледнели. - Бедные девочки! До чего же неудобно быть на устах других в такие тяжёлые минуты...

Джонатан с теплом вспомнил о леди Джейн, и сердце его самую малость забилось быстрее: он не забыл, какой пленительной она была в саду, когда он хотел её поцеловать. Надо же, прошло столько времени, а она до сих пор не вышла замуж. Всё это, конечно, было очень грустно, но Джонатан не мог понять, почему Мег так хотела ему об этом рассказать, а сейчас, когда Конор закончил говорить, смотрит на него с виной и надеждой.

- Очень жаль, - вздохнул он, но Мег это, по-видимому, не удовлетворило.

- Джонни...

- Только не снова! - возмутился он. До чего же раздражающая привычка называть его этим глупым уменьшительным именем!

- Джонатан, - исправилась Мег поспешно, - леди Джейн должна выйти замуж как можно раньше. Никто не настаивает на сегодняшнем дне, но лучше бы не затягивать и уже завтра пойти под венец.

- Хорошо, - недоумённо пожал плечами Джонатан, - и что, так быстро уже нашли жениха? - Мег с Конором переглянулись, а со стороны отца донеслось приглушённое "Да неужели!", и Джонатана будто окатило ледяной водой. - Вы же не всерьёз?

- У их семьи хватает долгов, и вряд ли кто-нибудь согласится взять её в жёны - к тому же, никто по своей воле так поспешно предложение леди Джейн не сделает. Я не о том, что с ней что-то не так...

- Я знаю, что всё с ней так, - перебил всё ещё ошарашенный Джонатан.

- ...и она попросила помощи у Агнессы, а Агнесса обратилась к нам с Конором - и я подумала, что ты как раз не женат и вот-вот вернёшься...

- ...и решила устроить мне замечательную встречу! - раздражённо закончил он, отворачиваясь. - Мне очень жаль леди Джейн, но я не собираюсь спасать таким образом первую попавшую в беду девицу.

- Она не первая попавшая в беду... то есть она - не просто кто-то со стороны. Мы должны ей помочь. Джонатан, пожалуйста. Тебе всё равно придётся когда-нибудь жениться! А Джейн - очень хорошая девушка. Если ты женишься на ней, то останешься здесь, рядом с отцом и со мной. Твои будущие владения расширятся благодаря этим землям... И ты сделаешь доброе дело, в конце концов!

- Последний аргумент невозможно оспорить! - фыркнул он. - Я кто, по-твоему, Мег, чтобы дела добрые делать?

Мег смотрела на него умоляющим взглядом, отец молча наблюдал из своего кресла, а Конор слегка ухмылялся, видимо, наслаждаясь ловушкой, в которую его, Джонатана, беспощадно загоняла родная сестра при молчаливой поддержке отца.

- К чему такая спешка? Пусть приезжают родственники и ищут ей мужа.

- Они могут просто запереть всех троих в монастырь, если им будет удобно! - в сердцах объяснила Мег. - Лорд Шепленд очень переживал, и я не думаю, что напрасно. Скорее всего, он имел представление, какие родственники могут нагрянуть к ним в замок.

- И почему же тогда не подыскал ей мужа раньше?!

- Он был мягкосердечным и никогда не настаивал...

- Спроси меня, почему ты до сих пор не женат, - коварно вставил отец.

Джонатан раскрыл рот, чтобы возразить снова, но слова на ум не шли. Он не мог поверить. Только приехал - а его уже предаёт семья, упрашивая жениться на... Джейн. Он не имел ничего против неё, даже наоборот, но жениться? В одном Мег была права: когда-нибудь он женится. И этот решающий час ещё не настал.

- Подожди, Мег, не заставляй его, - неожиданно встал на его сторону Конор. - К такому важному решению нужно приходить самому, по собственному желанию. Подумаешь, что леди Джейн и её сестёр могут упечь в монастырь, унижать или, того хуже, от них избавиться. Он же за них не в ответе.

У Джонатана зачесались кулаки стереть его ухмылку. Услужил так услужил! Выставил последним негодяем - и наверняка нарочно.

- Помню её, такая славная девочка, - добавил масла в огонь отец, устремив взгляд в противоположную стену, - очень, очень жаль, если плохое с ней что-нибудь случится. Я ещё как увидел её сразу подумал: счастлив будет тот, чьей женой она станет.

- Да! - ухватился за соломинку Джонатан. - Джейн заслуживает лучшего мужчину, чем я.

- Но ты будешь превосходным мужем, я уверена. И, к тому же... - Судя по хитрому выражению лица Мег, она явно припасла в рукаве какой-то козырь. Джонатан напрягся, приготовившись к худшему. - ...когда я сказала, что ты возвращаешься, она так обрадовалась! Бедняжка влюблена в тебя и уже считает своим спасителем.

- Уже считает?! - потрясённо воскликнул Джонатан. - Я смотрю, ты мне не оставила выхода, любимая сестра?

Мег опустила глаза в пол.

Джонатан обвёл взглядом всех троих и, коротко бросив, что ему нужно побыть одному, вылетел из комнаты. Недолгой была его радость! Только от Элизабет избавился - ему другую подсовывают. Да как он будет хоть кому-нибудь хорошим мужем, если от Элизабет устал уже через несколько месяцев? На сколько ему хватит Джейн?.. Он вовсе не хотел делать ей больно, но этого не избежать, если они поженятся. Никак не избежать.

Что ему стоит сейчас сделать, так это поговорить с самой Джейн. Приняв такое решение, Джонатан немного успокоился. Хотя он всё ещё нервничал и не видел ничего по пути в Минстенд, пребывая в безрадостных размышлениях. И жениться требовалось как можно скорее - это сущее издевательство над ним! Как Мег могла его так подставить? Разве у него теперь был выход? Разбить сердце Джейн? Он, конечно, не вполне доверял суждению Мег, что Джейн в него влюблена, но она наверняка в нём разочаруется, если он ей не поможет. И что, если он действительно сломает жизни ей и её сёстрам? Как ему потом с этим жить?

Оставалась только крохотная надежда, что Мег всё сильно преувеличила, и на самом деле на Джейн может жениться кто-нибудь другой. О, Джонатан молил Бога, чтобы это было так! Разве недостаточно он натерпелся при дворе, чтобы подкидывать ему ещё одно испытание, не дав отойти от прежнего?

Так Джонатан и доехал до Минстенда, взывая к божьему милосердию и всячески отгоняя видения о женатой жизни.


Глава третья. Жениться не значит остепениться

Каким-то чудесным образом ярость его испарилась, когда в комнате, где он официально ждал хозяина замка, появилась Джейн. Слуги, по всему выходило, ничего о смерти Шепленда не знали, хотя этого и следовало ожидать, учитывая поспешность, с которой одной из племянниц необходимо было выйти замуж.

- Лорд Сэвидж! - приветственно воскликнула леди Элизабет, появляясь за своей сестрой. - Вы уже вернулись.

Проглотив "к несчастью", Джонатан вежливо улыбнулся.

- Рад вас видеть, дорогие леди, - поцеловал он обеим руки, когда те подошли ближе. - И спешу принести свои соболезнования, - тише добавил он.

Лица сестёр мгновенно омрачились, а Джейн, казалось, вот-вот расплачется.

- Могу я поговорить с вами наедине, леди Джейн? - поспешил добавить Джонатан.

Элизабет, казалось, была не рада оставлять их одних, но, обменявшись взглядом с сестрой, всё-таки удалилась.

- Вы не против, если мы отлучимся в место уединённее? - спросил он её, тут же осознавая, что слова его звучат двусмысленно. Поэтому он, понизив голос, пояснил: - Здесь нас могут подслушать, не так ли?

- Да, конечно, - рассеянно кивнула Джейн, почему-то избегая на него смотреть.

Хотя Джонатан догадывался о причине. Ещё бы: она, верно, чувствует неловкость, что, по сути, заставляет его жениться на себе. И правильно, что стыдится, ибо ничего достойного в этом не было, даже с учётом её нелёгкого положения. Которое ещё нужно было прояснить.

- Как ваше путешествие? Давно вы приехали? - спросила она, разрывая неловкое молчание, пока они шли в сад.

При воспоминании об их последней встрече в этом самом саду губы Джонатана изогнулись в невольной улыбке. До чего же она застенчивой тогда была, и как сильно ему хотелось раскрепостить её. Сейчас Джейн выглядела иначе, как будто повзрослела. Впрочем, ничего удивительного здесь не было: прошло довольно много времени с той последней встречи.

- Я приехал только пару часов назад, - охотно пояснил Джонатан, не спуская с неё глаз. - И мне тут же поведали печальную новость.

- Да, смерть дяди... была неожиданной для всех нас, - опустила голову Джейн, явно борясь со слезами.

Джонатан счёл за лучшее не признаваться, что имел в виду другую печальную для себя новость. Оглядевшись по сторонам, так как они уже достигли сада, он перешёл к делу.

- Значит, вам нужно выйти замуж. Мне всё рассказали.

Вместо ответа Джейн только сильнее понурила голову, чем напомнила Джонатану ту самую краснеющую девушку, которая не знала, как отвечать на его смелые комплименты.

- Послушайте, леди Джейн, мне нужно знать... есть ли другой выход?

Джейн покачала головой.

- И нет никого другого, кто мог бы?..

Она резко подняла на него взгляд, в котором плескались недоверие и нарастающая боль.

- Я знала... - пробормотала она убито. - Простите, что вмешала вас в свои беды. Разумеется, вы ничего мне не должны. Я только обратилась за помощью к брату Агнессы, а с ним была ваша сестра, и она сказала, что вы, возможно... Но уже неважно. Мне... жаль, что вам пришлось выслушать о моих нуждах. Забудьте, я... придумаю что-нибудь.

Джонатан мысленно хмыкнул: "Как же, придумает!", а вслух возразил:

- Как вы можете так говорить? Вы ничуть меня не обременили, и мне было очень неприятно услышать о том, что вы пережили и в каком положении теперь находитесь.

- Спасибо, - слабо улыбнулась она, глядя на него с искренней благодарностью. - Но вы ничем мне не обязаны, как я уже сказала.

С этим Джонатан был полностью согласен.

- Тем не менее, я не могу бросить вас в беде...

- Вы не бросаете меня в беде. Я смогу... Я справлюсь, уверяю вас.

- Как?

Его простой вопрос совершенно обескуражил Джейн. Она открыла рот, чтобы ответить, но не знала как, и через несколько долгих секунд сдалась под натиском действительности, отвела взгляд и произнесла очень тихо и очень неуверенным тоном:

- Поеду в Карлайл. С визитом. К кому-нибудь.

- К кому-нибудь?! - Джонатана самого удивила ярость в своём голосе. А Джейн и вовсе чуть ли не сжалась в комок от страха.

- Но что ещё мне остаётся? - растерянно пробормотала она, скорее всего, размышляя вслух, чем на самом деле спрашивая его совета.

Джонатан не мог не признать, что особого выбора у неё и впрямь не было.

- Что же... - шумно выдохнул он. - Есть у вас кто на примете?

Джейн подняла на него почему-то ещё более страдающий взгляд, но ответила почти сразу же.

- Лорд Карлтон.

- Этот старик! - ужаснулся Джонатан, вспомнив сорокалетнего коротышку с сединой на висках.

- Вы полагаете, он слишком стар? - удивилась Джейн. - Когда мы видимся, он всегда говорит, что я напоминаю ему первую жену.

- Боюсь спросить, сколько их у него было, - натянуто отозвался он.

- Две. А ещё мой дядя всегда хорошо о нём отзывался.

- Но, насколько мне известно, у лорда Карлтона нет и не было детей?

- Я ничего об этом не знаю, - нахмурилась Джейн.

- А Минстенду нужен хозяин, ваш будущий сын, - наставительно заявил Джонатан. - Кто-нибудь ещё?

На этот раз Джейн ответила не так быстро, развернулась и пошла по дорожке вдоль голых розовых кустов. Полтора года назад Джонатану понравилось здесь больше: всё цвело и сияло, включая саму красавицу, идущую и тогда и теперь с ним бок о бок.

- Есть пара молодых людей, с которыми я едва знакома. Но все они похожи на... - запнулась она, бросив на него виноватый взгляд. - Я хочу сказать, они не хотят брать на себя... то есть они боятся... - В конец запутавшись, Джейн подавленно замолчала, глядя куда-то в сторону.

Джонатан почувствовал что-то странное внутри, что-то растущее и горячее, рвущееся наружу. Он правда ничем не отличался от других знатных зелёных юнцов, которые боялись брать на себя ответственность, порхали по жизни без обязательств и полагали, что так будет продолжаться всегда. Это всё он. Такой как есть. И Джейн права. И Мег права, и отец прав: он должен жениться. Это его долг. Один-единственный долг перед семьёй, перед целым миром - а ему не хватало смелости его исполнить. Какой он после этого человек? Неблагодарный, недальновидный, упёртый болван. И неужто он в самом деле способен бросить Джейн на растерзания обстоятельствам? Отдать её кому-то вроде Карлтона? Или другому жалкому негодяю вроде себя? Любому другому?

- Джейн, выходите за меня.

Если её это предложение заставило покачнуться и в изумлении вскинуть на него взгляд, то у самого Джонатана заледенело сердце и застекленели глаза, да вдобавок скрутился в тугой узел желудок. Он всерьёз это сказал?! Нет, это минутное помешательство. Или всерьёз? Господи, зачем только Шепленд умер так внезапно! Никчёмные мысли вихрем проносились в его голове, пока в воздухе висело потрясённое молчание.

Наконец Джейн пришла в себя и слабо улыбнулась.

- Я всё же заставила вас проникнуться ко мне жалостью. Но не стоит поступать так опрометчиво.

- Я поступаю не опрометчиво. Я давно ищу невесту, - выпалил Джонатан. И даже не солгал. Он уже третий год кормил отца сказками, что без устали высматривает для себя будущую жену, да вот незадача - всё бестолку.

- Но минуту назад вы и думать не думали...

- Я ещё не пришёл в себя после долгого переезда. Вы же знаете, что после длительного пути в экипаже в голове надолго воцаряется кавардак.

- Даже если и так, вы делаете мне предложение из жалости, - отвернулась Джейн, но он успел заметить слёзы в её глазах.

Что говорила Мег? Бедняжка влюблена в него? Джонатану стало неуютно. Естественно, он делал это из жалости. И по совести. Не мог он оставить её одну в это тяжёлое время. Но чёрт его уже дёрнул за язык, заставив говорить отнюдь не правду.

- Я люблю вас, Джейн.

Она резко к нему повернулась.

В голосе его не было фальши. Он многим говорил эти слова, имея в виду всего лишь плотское желание, восхищение красотой, что угодно - но только не ту самую любовь. И он в самом деле желал Джейн, даже слишком сильно. Пока он отгонял мысли о её сладостных так часто приоткрытых, как будто в ожидании его поцелуя, губах; о больших и чистых, словно горное озеро, глазах; о бледной и несомненно нежной коже, молящей о его прикосновении; о мягком шёлке светлых волос, в которые нестерпимо хотелось зарыться лицом и вдохнуть их свежий запах... Джонатан встряхнул головой, надеясь, что во взгляде его не промелькнуло ни одно из этих желаний. Он отгонял их пока, потому что думать о чём-то подобном, когда Джейн только что пережила самую большую потерю в своей жизни, было чересчур даже для него. Да, он восхищался ею - и не только красотой, но даже характером: невинным, скромным, нерешительным. Он хотел бы стать тем, кто раскроет её, заставит гореть в его объятиях, сдаваться раз за разом под натиском его ласк...

- Нет, - наконец ответила Джейн, покачав головой, - если бы это действительно было так, вы бы давно предложили мне стать вашей женой.

- У меня не было времени, - принялся разуверять её Джонатан. - В этом самом саду я понял, каковы мои истинные к вам чувства, но тогда было слишком рано в них признаваться, к тому же вы так скоро от меня убежали... Мне ничего не оставалось, кроме как уйти. Затем дела моей семьи не требовали отлагательств, и мне пришлось отбыть в Лондон. И поверьте, я с удовольствием возвратился бы оттуда раньше - гораздо раньше! - если бы только смог.

Он говорил с такой убеждённостью и искренностью, что чуть не поверил сам себе. У Джейн не оставалось шансов: она заколебалась, уже готовая ему поверить. Но тут ей пришло в голову что-то ещё.

- Я не получала писем.

- Что? - не понял Джонатан.

- Вы мне не писали. Почему?

- Ну что же вы, Джейн, это очень легко объяснимо, - коротко и безрадостно хохотнул он, в то время как в голове отчаянно крутились шестерёнки в попытках быстро придумать достойный отпор этому обвинению.

- Как же? - подтолкнула она его.

- Мне неловко признаваться в таком.

- Я всё пойму. Моя неловкость куда сильнее вашей, - ободряюще улыбнулась ему Джейн.

Джонатан криво улыбнулся в ответ.

- Хорошо. Я не мог вам написать, потому что... - И тут его осенило. - Видите ли, ради вашей же безопасности, я не буду вдаваться в подробности, но моё положение при дворе весь последний год было очень шатким, я находился под неусыпным наблюдением, потому как на меня пали грязные и, разумеется, необоснованные подозрения. Я боялся привлечь к вам ненужное внимание. Если бы меня объявили... - Джонатан тяжело вздохнул и отчаянным шёпотом закончил: - Я просто не мог поставить вас под удар. Я слишком дорожу вашей безопасностью... вами.

Всё. Теперь все сомнения Джейн рассеялись. Он видел, как разгладилась морщинка между её бровей и засветились надеждой и счастьем глаза. Мег ничего не придумала. Джейн влюблена в него. При любых других обстоятельствах Джонатану это только бы польстило, не более, теперь же он чувствовал себя отвратительно, будто обманом вызвал эти чувства в невинной душе. Впрочем, так оно почти и было. Не вызвал, но только что подогрел их - это точно.

- А я думала... О господи, мне так жаль! Я решила, что вы обо мне давно забыли. И сейчас здесь просто потому, что я сама напросилась...

Он сделал к ней шаг и едва-едва прикоснулся большим пальцам к её губам, заставляя замолчать. Уж ему-то оправдания были не нужны. Это он сейчас должен быть на её месте. Хотя, разумеется, Джонатан не собирался ни сейчас, ни потом всё усложнять, позволяя своей неожиданно пробудившейся совести говорить правду.

Джейн вспыхнула, и жар от её щёк как будто по воздуху передался Джонатану. Его ударило волной желания. Губы её были мягкими и трепетали, лёгкое дыхание на коже его пальца сводило Джонатана с ума. Глаза Джейн ещё никогда не были такими огромными. Она поняла, что с ним происходит: верно, потому что сама чувствовала то же самое. Рука его властно обняла её за талию, притягивая к себе. Чуть запрокинув голову, она смотрела в его глаза, будто завороженная. И такая податливая, что Джонатан уже не мог оставаться разумным. Он очертил пальцем её губы, заставив их приоткрыться сильнее, и через секунду заменил его своими губами. Он и не помнил, когда в последний раз на его поцелуй отвечали столь неумело. Однако ему невероятно нравились её несмелые движения, её пугливое согласие, когда он усилил напор своих губ, а уж когда она одну руку положила ему на плечо, а другой зарылась в волосы, он чуть не сдержал стона. На секунду они прервали поцелуй, заглядывая в глаза, будто пытаясь отыскать в них ответы на какие-то свои вопросы, а затем снова прильнули друг к другу.

Сколько они простояли вот так, целуясь с нарастающей жадностью, Джонатан не мог даже предположить. Но, когда они, задыхающиеся, окончательно оторвались друг от друга, он сделал утешительный вывод: в его женитьбе был один несомненный плюс. Он сможет заниматься любовью с обворожительной Джейн. Но только когда женится. А это точно не случится сию минуту. Тело отозвалось неудовлетворённой болью. Он прикрыл глаза, пытаясь справиться с неугомонным желанием. Джейн осторожно взяла его за руку.

- Что-то не так? - охрипшим голосом спросила она и прокашлялась. Ему даже смотреть не нужно было: она сейчас покраснела, словно небо на закате.

- Только то, что я не хочу с тобой расставаться, - удручённо пожаловался он.

- Я тоже, - улыбнулась Джейн. - Ты останешься на обед?..

Как бы ему ни хотелось провести с ней рядом побольше времени, но пришлось отказаться. Да и что с ним такое? Ему с ней всю жизнь ещё рядом находиться. Просто его захлестнула страсть, ничего больше. С их последней встречи с Элизабет прошло больше двух недель, а после неё он ни с кем не спал. В этом-то всё дело.

Стоило подумать о насущном. Если он правильно понял, то похоронить лорда Шепленда получится не раньше их с Джейн свадьбы, когда будет ясно, что наследник уже вполне может быть зачат. Значит, пожениться им нужно...

- Сегодня! - в ужасе воскликнул Джонатан.

Когда он так рьяно убеждал Джейн в своей любви, то вовсе забыл, что отвечать за свои слова ему придётся не когда-то там, а совсем скоро. Сегодня. Джонатан схватился за сердце.

- Что сегодня? - испугалась Джейн.

- Сегодня мы поженимся.

- Ты недоволен?

- Конечно, недоволен! Ты не заслуживаешь такой поспешности, - посетовал он, опомнившись и взяв себя в руки.

- Я буду только рада! - счастливо воскликнула она. - Мы любим друг друга. Зачем тянуть? И мой дядя... Мы не можем тянуть, так или иначе.

- Конечно, да, конечно, ты права...

- Джейн! - послышался окрик со стороны задней двери в замок. Они оба обернулись и увидели Элизабет. - Всё в порядке? Вы здесь так долго, я забеспокоилась.

Может, и не зря беспокоилась. Джонатан хмыкнул, вспомнив их недавний с Джейн поцелуй.

- Мы как раз обсуждали дату свадьбы, - громко и не таясь заявил Джонатан, смиренно вздыхая. Пусть хотя бы слуги знают: наверняка та девочка, протирающая вазу за спиной Элизабет, его услышала. А после этого вечера узнает весь мир.

Элизабет расплылась в улыбке, показавшейся ему неискренней.

- И когда же вы решили жениться? - поинтересовалась она.

- Сегодня.


***

После того, как Джонатан ушёл, на прощанье поцеловав её в щёку, Джейн на подгибающихся ногах вошла в главный зал вслед за сестрой. Когда они уселись перед камином, и Элизабет убедилась, что поблизости не вертится никто из слуг, то пригвоздила сестру к месту неодобрительным взглядом. Даже гневным. Джейн догадывалась, почему. Наверху лежал мёртвый дядя, и ей нужно было найти себе мужа как можно скорее, а она как будто разом обо всём этом забыла, разговаривая в саду с возлюбленным. И не только разговаривая. Могла ли Элизабет подглядеть, как они целовались? Странно, но стыда Джейн не испытывала. Они с Джонатаном любили друг друга. Он сделал ей предложение! Поначалу она расценила его как жест жалости, но после его рассказа поняла, что заблуждалась. Или же нет: сердце её всегда искало оправдание Джонатану, его молчанию. Сердце знало, что он не мог просто забыть её, навсегда оставить. И он не забывал и, когда пришёл час, не оставил.

- Знаешь, что я решила за те полчаса, что ты пропадала в саду с лордом Джонатаном? - спросила она звенящим голосом. - Я подумала, что все требуют от тебя слишком многого. Ты никогда не была сильной. Ты никогда не умела принимать решения. Помнишь, дядюшка всё время твердил, что я больше похожа на старшую из нас троих?

- К чему ты клонишь?

- Я хотела помочь тебе. Сказать, что готова понести эту ношу взамен тебя. Выйти замуж за нелюбимого, родить наследника, спасти нас всех и выполнить последнюю волю дяди.

- Дядя просил об этом меня, - с тоской вздохнула Джейн. Сердце её смягчилось. Элизабет порой была слишком резкой, но в душе её крылись доброта и самоотверженность. Она взяла сестру за руку и благодарно пожала её. - Кроме того, я всегда любила Джонатана. С самой первой нашей встречи. А теперь я знаю, что и он любит меня. Не переживай, дорогая, это решение далось мне очень легко, и мне даже не пришлось быть сильной, - улыбнулась она с затуманенным счастьем взором.

- Мне жаль разочаровывать тебя, но в его сердце нет любви. Поверь мне. Когда он приезжал к нам раньше, то поедал сальными взглядами не только тебя, но и меня. Даже Изи! Кроме того, он не мог быть тебе верен всё то время, что провёл в Лондоне.

Джейн передёрнула плечами.

- Я не хочу с тобой спорить, Элизабет. Я знаю, что он честен со мной.

- Значит, свадьбе сегодня быть?

Джейн поняла, что ей не удалось убедить сестру ни на йоту, но сейчас недовольство Элизабет бросало лишь слабую тень на её всепоглощающее счастье. Она любила и была любима! Она вот-вот исполнит свой долг перед дядей, перед семьёй. И всё разрешилось столь замечательно, что от облегчения Джейн хотелось кружиться по комнате в танце. Она так и не танцевала с Джонатаном в тот единственный вечер, когда была возможность. Он предлагал, но она придумала какие-то нелепые оправдания, потому что испугалась силы своих чувств. И часто жалела об этом прежде, но теперь подумала, что впереди у неё вся жизнь. И она ещё потанцует с ним.

И не только. От воспоминания, как крепко он прижал её сегодня к себе, как настойчиво целовал её, Джейн загорелась. Ей стало немного душно, и она почувствовала, что щёки её заалели.

Элизабет заметила. И снова удивила Джейн: на этот раз своей неожиданной плутовской улыбкой.

- И как он целуется? Я слышала о его любовных похождениях: должно быть, он весьма умел.

Джейн задохнулась. Мысль о том, что он целовал кого-то так же до неё была невыносима. Но Элизабет права, о его любовных похождениях ходило много слухов. "И пусть, - решила Джейн, не отвечая на улыбку сестры, - теперь всё изменится".

Об этом она и заявила Элизабет, сама удивившись решительным ноткам в своём голосе. Элизабет только покачала головой со своей саркастической улыбкой, ясно говорившей: "Вот увидишь, кто окажется прав".


***

Когда Джонатан вернулся в Лайл, Мег с мужем всё ещё были там, видимо, ожидая его возвращения. Последнее, что ему хотелось сейчас делать, - это рассказывать, как прошла их встреча с Джейн. Он ещё не успел переварить в голове, что сам - сам! - затянул петлю на своей шее. И как ей это удалось? Как Джейн смогла заставить его самого просить её руки? Впрочем, он сильно сомневался, что она собиралась его заставлять. Напротив, её уступчивость, понимание и нерешительность - это всё изменило его намерения. Вместо того, чтобы мягко объяснить, что он - не тот человек, который ей нужен в качестве мужа, он сам же и навязал свою кандидатуру. И самое странное, что после этого разговора он думал не о сулящей ему жизни в браке, а больше о том, что уже этой ночью Джейн будет принадлежать ему.

Сложно было думать о чём-то ином, когда на губах всё ещё горел невинный поцелуй. Впрочем, невинным он был только в начале, а то, как страстно ответила ему Джейн, наводило на мысль, что в постели она будет не менее горяча. И уже сегодня он об этом узнает...

Мысль о "сегодня" заставила его вынырнуть из приятных раздумий. Нужно было позвать священника, купить кольца, вызвать юриста для заключения контракта... И каково же было его удивление, когда, озвучив все эти планы семье, он получил ответ от Мег, что приготовления уже идут полным ходом. За священником и юристом послали, а отец добавил, что им с Джейн достанутся родительские кольца.

Продолжение следует...