# У меня все получится!

Ирина Маркова

Ей была нужна в этой жизни забота, доверие, Любовь... А судьба приготовила обгорелую корочку. По поверью свою долю мы можем увидеть дважды: при рождении и за несколько минут перед смертью. Недолю накликали ей задолго до рождения, а Долю дал Бог и мать. Два куска получила от общего пирога Судьбы?

У меня все получится?

У нее все получится, - тихо сказал Бог (с).

I. Свершилось!

Осенняя оторопь драла, подирала. Брюзжал холодный ветер. Колобродила серая хмарь облаков. Сеял дождь кручину.

Недоля откликнулась неистовым речетативом, скороговоркой свистела в кулак, шептала на ветер.

Случилось, случилось, - оттрезвонивала, балагуря.

Ой ли? Рассказывай сказки, - вторила ей, своевольно, необузданно, Доля, - Богом устроено, Богом, а не тобой.- Восхищенно, требовательно ликовала она.

Младенец улыбался им доверчиво: начал жечь Свечу Жизни с обоих концов...

У нее все получится, - думала мать, смотря на дочь, которая появилась на свет на багрянице... Движимое Любовью, Верой, Надеждой слово матери вело, вселяло, источало и давало непостижимую силу, исходящую из самого сердца.

"Сердце наше расширено. Вам не тесно в нас?" Святой Апостол Павел

Громкий, заливистый, требовательный плач разорвал тянуще - гнетущую тишину избы.

Бух, ух - пропел петух,

Родила молодуха ребенка:

Ребенка - уханенка

Плывуче - сыпучий плач выкручивал гнятущую тишину единой сладко - созвучно - злополучной мелодией.

Скоротечный миг рождения этой зеленоглазой девочки встречен был безмолвием... Но внезапно ночная хмарь рассеялась . Красные таганы глухо заухали. Колокольный жар источал первый желтоголовый , остроокий солнечный луч, прорвавший багряницу. Заря взглянула волооко, пророчески блеснула. Свершилось!

Повитуха перекрестилась.

Больше всего на свете она боялась этого дома: он был большой, светлый, весь в радостных оконцах. Дом дышал ей холодом ночью в спину, днем смеялся солнечным светом, а в полных глазах - окнах отражались лица... В них она видела и родные знакомые, и те, которые приходили к ней ночью, в ее страшных снах, заканчивающихся одинаково: спрашивали имя... Взрослые не могли понять ее страхов. Мама улыбалась, слушала тайные секретики дочери. Целовала, приговаривая: "Фантазерка ты моя". Папа всегда и во всем винил бабушку: "Все эта старуха - колдовка. Добилась своего со своими проклятиями, испортила ребенка, боится всего". Бабуля горестно вздыхала, отводила глаза, а потом долго стояла перед иконами.

Если сновидения осознанными не были, то дневные бодрствования она осознавала отчетливо : училась преодолевать свой страх. Веселая, всегда жизнерадостная попрыгунья ошарашивала всех своими не по - детски мудрыми суждениями. Отец, прежде чем отправиться на работу, спрашивал ее каким будет день, мать советовалась по поводу огорода, больной скотины. "У тебя легкая рука и доброе сердце. За что бы ты не взялась - все растет, процветает. Несешь удачу людям"

Несла удачу Людям, но не себе... Первый раз страх неизвестности парализовал ее в шесть лет - отнялись ноги, и она весь день пролежала на огороде, пока поздним вечером, родители, подняв на ноги всю деревню, не обнаружили ее всю в слезах, мокрую , лежащую в луже пролитой из бака воды. Причину врачи не нашли, через два дня она опять бегала, как ни в чем не бывало. Отличное здоровье, удивительная целеустремленная работоспособность, любознательность и пытливый ум отличали ее от сверстников с детства. Над ее головой небо было каждую минуту разным... Чудо! Именно так называли ее родные, больные, и просто люди, которые с ней забывали о своих проблемах.

Что может сделать шестилетний ребенок? Спросите вы. Ничего или все: подержит за руку, погладит по голове, подаст стакан воды, выслушает...

Слушать - этому учила ее семья!

Успокойся, я не хочу пугать тебя, - сказала ей бабуля в двенадцать лет. - Путь, к сожалению только один: научись слушать людей, именно это поможет им и тебе. Можно не задавать вопросов, ответы написаны на лице. Каждый человек на твоем пути будет тебя любить, или испытывать - третьего не дано. Но помни - он тебе помощник и встретился недаром!

В свои восемнадцать она была дурнушкой: удлиненный овал лица, без косметики, тонкие длинные волосы, заплетенные в косу, задумчивые зеленые глаза, но был в ней какой - то ореал привлекательности, притягивающий людей независимо ни от чего. Про таких говорят харизматичная личность.

Это случилось шестнадцатого сентября. Число шестнадцать было в ее жизни фатальным: родилась шестнадцатого. Вот только родители спорили то ли октября, то ли ноября, но, на всякий случай, день рождение праздновали два месяца.

День сегодня был ленивым, она валялась на диване, перечитывая любимые книги, читала одновременно две или три - одну было скучно. Родителям твердо сказала: "Не мешать, готовлюсь к экзаменам". Сестра, старше ее на двадцать лет, не верили ей и искренне возмущалась таким поведением. Коли дверь закрыта - поглядим в окно?

Любопытство сродни сорной траве, растущей под ногами. Для многих людей она кажется большим сокровищем.

Возьми его, - шептали ей лица в глазах ее дома, - владей, и оно принесет тебе богатство. Прими его, и ты станешь такой же независимой и гордой, как твоя сестра.

Нет, нет, - поспешно возражала девушка, - оставьте его себе, оно вам еще пригодится.

Она вдруг поймала себя на мысли, что ей - лень. Состояние было удивительным: интуитивно чувствовала, распознавала бессмысленность любых действий в этот день, в том числе и Любопытства, но Любознательности не чуралась...

Вечер, волшебный вечер зачаровывал и в то же время вселял необъяснимую тревогу... Небо уже начало поигрывать звездами, легкий ветерок трепал золото веток, тихие, как дым, облака заволокли последние отблески засыпающего солнца. Тихий убаюкивающий вечер...

Сероватая бледность разлилась по лицу бабушки. Последние слова она произнесла шепотом: "Прости, прости меня..." Ирина хотела закричать, позвать родителей, но не могла произнести ни слова... Бабушка коснеющей рукой воспретила ей это. Собрав силы она приподнялась на локте и вложила в руки внучки ладанку.

Прими, прими Дар, скажи, что ты согласна...

И сникла. Ирина нагнулась, чтобы приподнять ей голову, но в этот момент кто - то заслонил собою дверное отверстие...

Сестра стремительно вошедшая в комнату, выхватила ладанку из руки.

Не тебе, - выдохнула, потемнев лицом.

Все это поразило ее, и впервые за время, проведенное на этой чудесной земле, ей было не столько интересно, сколь больно, тревожно и грустно. Ушел любимый человек. А она так и не поняла ее слов... И эта ладанка с золотистыми локонами бабули...

- А наша баба умерла, - прошептала она вошедшим родителям.

У нее на глазах показались слезы. Сердце содрогнулось и сжалось.

Сестра внезапно заголосила. Крик был похож на крик кликуши, пробирал морозом, какой -то неоправданной жестокостью

Эй, человек, твой путь не вечен? Время мчится, а ты в азарте бешеной погони соперничаешь с ним? Она могла переносит любую беду, но вот чужую, когда не в силах ничем помочь ближнему, - не умела, - сгорала в бессмысленном жарком бреду... Время лечило, заметая обезумевшим снегом тоски...

Каждый день в течение года Ирина ходила на могилку бабушки: ставила свечку, читала молитву, а весной посадила незабудки и приходила к ней только в родительский день.

Шестнадцатого сентября, в годину смерти, на могиле покойной сестра сказала ей одну фразу, которая все перевернула в ее жизни: "Что ж ты так убиваешься? Она тебя прокляла неродившуюся, а ты..."

Черная туча надвинулась вдруг, мрак нагоняя на Душу, окончание фразы она не услышала...

Родовое проклятие. Что это? Бабушкины страшилки, суеверие или реальность? Проклятие, забирающее у человека его истинную Долю, накликанное сгоряча, или сознательно приносит Горе или Благо человеку? Наказание от слова "наказ", а Наказ - это урок, учение, испытание? Трудно, порой просто невыносимо, принять Душою не простое, возвышенное слово - Судьба!

С этого дня ее жизнь принимала то странный болотный цвет (от хляби небесной до засухи), то играла всеми цветами радуги. Образно - безбожно сравнивала себя с ветром, поющим в полете, окрыленным удачей; вьюгой, развевающей беззубую злость окружающих. Испытывала до остроты чувство горькой грусти и ликующую радость побед! Скромная, веселая и созидающая, созидающая, созидающая... Она много трудилась. И все у нее получалось сразу, любое дело доводила до конца.

PS.

Все та же история, я знаю ее наизусть.

Удивительно реалистичная картина: живая, достоверная, но "мозги - то - спят"?

Здрасьте, ни дня без вас, обрезаем носики группе зачистки, где Швондер - начальник.

Не шуршите, не принимаем никакой негатив. Пока мы его не принимаем, он принадлежит тому, кто его принес.

Вы, шутливые, не занимайтесь подрывом нашего интеллектуального потенциала. Продолжаем слушать аффтора дальше.

"Если в вашем сердце вы имеете горькую зависть и сварливость, то не хвалитесь и не лгите на истину. Это не мудрость, а зависть и сварливость, несущие неустройство и все худое. Но мудрость, сходящая свыше, во - первых , чиста, потом мирна, скромна, послушлива, полна милосердия и добрых плодов , беспристрастна и нелицемерна..." Апостол Иаков.

Счастье обрушилось на нее внезапно - полюбила! Семья, дети, любимая работа, свой дом... Что еще?

Небо поднялось от земли и стояло на дымах, как на столбах. Снег под ее ногами повизгивал. Она брела наугад, сердце пусто ухало. Ирина окинула взором серебряное кружево берез, стоявших на опушке леса. Зачем она пришла сюда ночью? Подышала в варежку, потрогала рукой лицо : всюду ли чувствует. А слеза все накатывала и накатывала, примерзала к ресницам, скосив глаза, она видела свою замерзшую слезу.

Слова жгли, как живые угли Но она устала терзать свою Душу, наряжать добрыми делами и помыслами добрыми. Огромные черные глаза неба сияли зло и прекрасно.

"Сын Божий содеялся сыном человеческим, чтобы сыны человеческие содеялись сынами Божьими.." Святой Афанасий.

Это кто же я? Что ли творить могу? Не понимаю, почему моют к праздникам дома, тела, а Души? А Души в коростах? Не может Душа сиять обновлением и чистотой, если в помыслах, в делах грешна и завистлива. Никакие молитвы не спасут. Беды стали одолевать: предавали самые близкие и те, ради которых она не давая себе покоя - делала все, что умела в этой жизни...

А мне всего сорок, - подумала она с горечью, - всего или уже? Моя жизнь - честное служение Людям ради покоя собственной совести? Да и потом, какая бы беда меня не постигла, это еще не вся жизнь?. Иди!

Чей - то голос сказал: "Иди!" Она проснулась внезапно, среди ночи: то ли от собственного плача, то ли от волны ужаса, которая накрыла ее там, в детском сне. Застывший страх пробудился в ней с новой силой.

Зов становился все сильнее: говорили на ветер, речетативом: "Иди, иди, иди..." Она вышла на крыльцо. Вздрогнула от ночной свежести. Чувства изумления, трепета, смущения обрушились внезапно: почувствовала внимание к себе.

Светящаяся, расплывчатая межзвездная туманность качалась в ее глазах тинственными, темными, космическими змеями. Царство безграничного молчания, в которое рукой Бога были брошены семицветные огоньки - звезды, пришло к ней. В нем она увидела свою жизнь, свет далекой звезды, которая медленно проплывала хрупкими видениями в виде комнаты, дома, деревьев, растущих возле дома, лицами людей знакомых и не познанных. Она опустила голову. Холодная цепочка с крестом обожгла ей шею.

Иди, иди, иди, - звеняла тишина...

Босым ступням не было больно ... Она шла по гравию, асфальту, полю. Мелькнула мысль: "А как же дети? Дети у которых кроме меня нет никого..."

Спят, спят, спят...- глухо звучал шепот.

Дома стали крохотными, когда ее ноги утонули в росе на опушке леса, но темные облака можно было потрогать руками. Береза, опять та же трехстволая береза... Трехстволая береза до того зажилась, что двумя стволами, словно руками, опиралась в землю, а третьим, прямым и белоснежным, цеплялась за пробегающие мимо лунные лики. Опустилась на корни, сняла уже ненужное обручальное кольцо, цедила сквозь него бездонное пространство мироздания, свет погибшей звезды ее прошлой жизни. Душа потянулась навстречу пылающим изнутри глазам...

То ли сон, то ли оторопь?

Та, другая, далекая женщина отняла у нее Любовь, - шептала прямая и белоснежная красавица, играя лунными зайчиками, которые отражались в глазах Ирины, кувыркались, заставляли бессмысленно улыбаться. - Ее Судьба сложилась печально.

Она сама виновата, сама, сама, сама... Никогда и никому не показывай лицо своего счастья, ума... Она показала, показала, показала...

Изуродованные стволы ухмыльнулись, ветви коснулись ее лица.

Та, другая, далекая такая же обездоленная, как она сама, такая же, такая же, такая же...

Но соперница не созрела, чтобы утешить сердце, но и усугубила его "детское" недовольство собой, жизнью, ею... Та, далекая, внушает отвращение... Пойдем к ней, пойдем, пойдем, пойдем...

Не могу, - ответила убеленная сединами береза, - на коленьях раба Божия присела...

Оторопь прошла. Пора возвращаться. Только сейчас почувствовала, что жутко замерзла.

Когда она слышала слово "Чудо" , всегда искала тех, кому это было выгодно. Здесь, в лесу, с ней произошло Чудо: понимание заняло чистое место в ее сердце. Простить и Принять - к этому потянулась ее Душа. Ирина не сопротивлялась, зная, это действительно то, единственное, что ей нужно было сейчас.

Кабы, да бы, о если бы...

"Ой, кабы зимою цветы расцветали, кабы мы любили бы, да не разлюбляли, кабы дно морское достать, да измерить..." (Из народной песни)

Выпалилась, обуглилась обида. С замиранием сердца она отслуживала, горя, свою новую Долю.

В первый день другой жизни коллеги подарили ей новый наряд. Удивляясь себе самой - приняла его с радостью. С работы шла глядя на небо, замечая людей ее окружающих. Появилось безумное желание сделать короткую стрижку, окрасить волосы.

Расскажи мне что - нибудь удивительное и в то же время умное, но чтобы это было действительно удивительное и умное... и еще, чтобы я понял...

Она вдруг рассмеялась.

Я всегда робела перед ученостью, жестокой гениальностью мужчин, но ты ошибаешься мудрец. "Чудесам мира несть числа, как несть числа и звездам" Но что может сравниться с самым непостижимым и прекрасным на этой Земле - Женщиной?

Она ушла из своего прошлого, не оборачиваясь: не гневаясь, три минуты гнева чуть не уничтожили годы счастливого брака, оставшегося в прошлом.

Вы задумывались над тем, что именно от Слова зависит ваша Судьба? У каждого из нас есть врожденное качество - страстное желание Чуда! Всем хочется чуда - так устроен Человек! Судьба - это и есть Чудо, которое определяется нашей Речью! Энергия Слова - Проявление Жизненной Силы!

Бог дал ей много талантов, всего понемногу, но талант Матери, владеющей Словом, определял ее Судьбу! Она умела восхищаться, но не умела завидовать. Ее летящее Слово давало силу: больному - уверенность, что победит недуг, слабому - силу, страждущему от духовного недуга - радость быть понятым. Грязное, жестокое, грубое Слово, брошенное ей вслед, поднималось пылью до Небес и опускалось пылью. Жизнь для нее не заканчивалась, как книга, на прочитанном: ошибки воспринимала как жизненные уроки, уготованные ей Судьбой!

Шла по Жизни делая Добро молча.

"Пусть левая рука твоя не знает, что делает правая" (Евангелие от Матфея, 6.3)

В первый раз, кажется, за всю свою жизнь, она не подумала о том, что надо приготовить завтрак. Вспоминала каждое слово, фразу, интонацию. Трудно говорить было об интонации, но она ее слышала...Такое благоприятное впечатление он произвел только на нее: к обожанию примешивалось восхищение. Зрелый мужчина был подобен ослепительному сосуду, в котором клокотала Жизнь!

Нет, нет, если Вы не проговоритесь, никто не узнает, - убеждал он ее.

Неужели это я думала о Нем: "Недосягаем для человеческих страстей..."

В последнее время у Страсти для нее был один синоним - Страх! Первобытный, детский Страх непонимания.

Он получил от жизни все, о чем мечтал: деньги, власть, любовь женщин. Респектабельный, сытый мужчина: перышко к перышку и каждое перышко с отливом. Но до полного ощущения счастья постоянно чего - то не хватало... Возможно, острых ощущений? Она его раздражала, удивляла, бесила своей непредсказуемостью. Была его тайным грехом: он думал о ней даже в те минуты, когда ханжески позевывая, закатывал глаза на иконы и благоговейно вздыхал. Да, еще счастья не получил, но счастья мудрецам неведомо?

Решение пришло внезапно: "Если каждый третий в грязи увяз, то в грязи все ровня", - думал он, улыбаясь, о ней. И опять глянул в зеркало. Увидел свою улыбку, все еще не сбежавшую с лица от воспоминаний. Задержал улыбку. Улыбка была хороша, что с правой, что с левой стороны...

Кто он, - думала она, - дерево, нетленное дерево, которое вытащили из глубины: меднолитое, сухое, звонкое, не сдавшееся ни ветрам, ни половодьям?!

Душа больно заныла. Силы возвращались с каждым разом все медленнее и медленнее. Она помнила тот сладкий миг, когда только при одной мысли о нем, на нее обрушился поток животворящей энергии. Удивительное чувство легкости: встала, пошла легкой летящей походкой... Да, это было. Судьба несла ее, как листок с дерева: "Одолею, одолею. О, Господи, одолею", - повторяла она, как заклятие...

Солнце закатилось и небо, угасая, нежно зазеленело, заалело небесной травой, проросли, внезапно, маленькие облака.

Зачастую мы идем по жизни с умыслом или без толку, как придется. О ней можно было написать, как о заботливой дочери, хорошей жене и хозяйке, любящей матери, профессионале своего дела, но я обронила в начале повествования - Женщина!

Ее женское счастье было выброшено двумя дольками... Каждая была прозрачна, холодна на вкус, но сладостна. Ирина затаила дух, прислушиваясь к себе. Душа, оглохшая от тьмы непонимания, стремилась к небу, усеянному звездами. Смогут ли чистые воды Надежды омыть ее? Она отстраивала свой Храм сызнова... В нем был Он: успешный и гармоничный, говорящий только правду - Человек, взращенный самой природой!

Мудрецами замечено, что "мы приобретаем качества того человека, о котором думаем или говорим". Сердце ее подпрыгнуло.

Почему же среди всех ей был нужен только он, когда другие в ее руках были бы мягче воска? Почему?

За этим вопросом мерещился возможный ответ, о котором она не смела мечтать, но который в своей неясности наполнял ее трепетом Волнения и Надежды!

Чем и кем Он стал для нее: ловушкой для собственного тела, или, все же это были пути Бога - значит ее пути?

Я знаю, - думала она, - чтобы процветать Любовью, надо расти духовно, - лучистое, теплое разлилось по телу...- Какова цена моего желания Счастья?

Готова ли ты отказаться от стабильности и предсказуемости и жить одним днем? - Звучал внутри нее Голос. - Сумеешь ли поверить в собственные силы и найти дело, работу по Душе: работать не там, где надо, а там, где нравится? Сможешь ли найти силы следовать своим убеждениям и предпочтениям, не по течению, а вопреки? Но помни о "не навреди ближнему своему, родному и близкому".

Она никогда, ни при каких обстоятельствах не чувствовала себя жертвой. Всегда находила рациональное объяснение необъяснимому, своим поступкам, знала цену всему: Людям, событиям, вещам, она была достаточно высокой, но вот себе цену не знала. Никогда не разрешала себе говорить и думать "Я". Даже говоря "Я", подразумевала - "Мы". И теперь жизнь от нее требовала заявить эту позицию несмотря на одобрения или осуждения окружающих.

"Если твое желание не исполнено, значит оно не оплачено?"

Какова цена Счастья с Ним? Возможно, осознание своей ценности и значимости? Счастливая жизнь стоит дорого!

Он внимательно посмотрел на нее. Сидевшая перед ним женщина страдала. Пожалуй, нет чар могущественней, нежели убеждение, что мы знаем и понимаем какое горе томит тех, кто нам дорог, кого мы любим, перед кем преклоняемся. И это наше преклонение выше того, которое внушает просто красота или сила. Мысль об этом всколыхнула его Душу.

III. Мы словно жизнью зажили второю...

Прежде чем закончить эту историю придется нам с вами перенестись сначала чуть ли в прошлое столетие.

Она несла в себе тайну своего рода: жила с открытым сердцем, но никого туда не впускала.

Достойная?

Достойная!

Любящая?

Любящая!

Верная?

Верная!

Так в чем ее тайна? Тайна? Да по сути тайны никакой нет: творить добро и не ждать зла; надеяться на лучшее, но ожидать худшее.

Ну, пожалуй, еще мудрое благоразумие. Но ей всегда чего - то не хватало. Искала себя в родовом Пророчестве, бесчувственный холодок которого всегда витал вокруг нее тайной, волчьей свободой. О нем впервые узнала от бабушки Татьяны.

В жизни каждого человека появляется возможность услышать красоту звучания Симфонии жизни своего Рода. Но не только красота, но и лихое, темное, позабавившееся Любовью и уснувшее, было в этой Симфонии. Сон в котором она, уже не первую ночь, искала мешок с богатыми тканями, а когда находила - в нем была одна дерюга...

На небе ни облачка, но ночь еще сладко зорюет в укромных низинах, а выси розовеют. Уже кипит работа: во дворах стучат топоры, дымятся печи. Ариша в рубахе из домотканой красно - синей пестряди, в сарафане в сборку у пояса - у печи. Венец, повязка из червленой ткани, длинная рыжая коса, яркий румянец, в зеленых глазах - счастье.

В соседнем дворе Игнат... Наливается его грудь силой, радостью. Воздух свеж. Три сердца билось в теле Игната: Жадность, Страх и Любовь. Сегодня, насытившись, Любовь дремала, Страх прошел, а Жадность не отступала и не знала насыту. Вспоминал, улыбаясь, ночь...

Ариша, девка из богатого Рода, в венце из серебристых ландышей и сороцице из тонкого бель льна, впустила Игната этой светлой лунной ночью. Зацвели цветом: трещинки на розовых губах, изгибы плеч, шероховатость кожи, легкий холод ее рук заставлял сильнее биться сердце, капельки душистого пота, счастливый смех... Зажгли свечу, осыпались цветы ландыша - крупная красная ягодка зрела.

Игнат не виноват, а Ариша невинна, только изба виновата, что пустила в ночь Игната.

Сватов выгнали. Девка на сносях стояла испуганная, опозоренная... Ушла к нему убегом, жили без венца, попа в тех суровых краях окрест не было. Волосы коротки... Отец, старый Влад, проклял...

Родила на багрянице дочь: зеленоглазую, рыжеволосую. Испуганно бился крик.

Родила уханенка, уханенка, уханенка...

Крик яростно отфыркивался, убегал. Уныло ухал филин.

Горючие огненные слезы Ландыша, который оплакивал Любовь: не принесла Игнату богатства - отец не хотел знать ни ее, ни внучку. Безмолвно переносила свое горе Ариша, так же несла радость Любви.

И грозно молился Игнат

Помилуй Господи мя, Каина... Всему виною моя бедность. Богатым нечего грешить. Должно скоро придешь судить нас...

Бросил...

Это всего лишь один мотив песни Рода, много радостных мелодий в ее Роду: везучие, трудолюбивые, зажиточные, многодетные, любознательные, готовые всегда учиться... Но у женщин - не одна линия Судьбы... Несколько поколений несло проклятие: уханенок выбирал свою Судьбу. Она сидела, перебирая старые фотографии своих пробабок: одухотворенные лики красивых женщин, приходящих в мир, чтобы очаг разжечь, детей родить, чтобы любимой быть... Но в глазах - святая печаль... Не удалось обмануть всевидящее око Судьбы произнеся, - Проклинаю, - сопернице. Три секунды гнева и слова были сказаны и ею.

Захотелось оправдаться хоть добрым словом. Не поднимая головы слушала себя. Постаревшая, подурневшая, со дня последней встречи с мужем, женщина внутренне грустно усмехнулась. В том далеком прошлом общим были только дети: они ставили свой эгоизм выше других истин и добродетелей. Понимали друг друга все реже и реже. Любовники, живущие в разных городах. Он попросту забыл о ней...

Нельзя, никогда нельзя игнорировать поступки людей. Предатель останется предателем, трус - трусом, лицемер - лицемером. Предательство нельзя простить. Хоть как раскрашивай грезы, но под твоим небом будет потолок истины: предатель убивает самое святое в человеке - Веру. Он убил в ней веру в Любовь, мужчину, разрушил ее Мир - Царство Божие... Прощая, мы произносим "помоги своему врагу", произносим так просто, естественно, как "помоги родным, близким". Говорим, не замечая несообразности своих слов. Человек может принять, понять, но простить - дело Бога. Ты - сосуд, Творило, как говорили наши предки. Творитель своих бед, добра, чудес...

Сохрани, Человек, царство Божие: "Царство Божие внутри вас есть" Евангелие от Святого Луки.

Ее история двигается неравномерно, точно так же, как история ее Рода: шествие - не праздничная прогулка по укатанной дороге. Ирина не переставала поражаться, как сумбурно, судорожными толчками совершается то, что потом назовут Родовой памятью.

Она нашла свою Судьбу: "Мы словно жизнью зажили второю"

Ирина, Ирина...

Как любишь ты повторять мое имя.

Хорошее имя.

Сама я хуже своего имени?

Лучше!

Она вся замирала от восхищения, когда он говорил... Для нее все было бесконечно важно.

Ты преувеличиваешь, в тебе говорит Любовь, - думала она, - да, Любовь. Разве это плохо? Скажи? - Спрашивала себя и не решалась ответить. Ей с ним было смешно, радостно, тепло.

"Перемените желание на желание": она его жалела, любила, жила минутами встречи. Горечь ее прошлой жизни слилась с согревающими словами: все наяву и ей не кажется. Взгляд сквозь столетия не давал говорить окаянному сердцу, оно - молчало. Причудливые отражения времени - напоминала раненую птицу, у которой на теле, сквозь перья видна кровь.

О чем же ты мечтаешь? - спрашивала она себя.

Жить единой Душой с любимым, относиться к нему, как к самой себе - верить! Пройти рука об руку череду лет!

И сотворил Бог Человека по образу и подобию своему...

"По тому узнают все, что вы мои ученики, если будете иметь любовь между собою" Евангелие. Ин.13.35.

- У нее все получится, - думала роженица, смотря на дочь...

У нее все получится, - тихо сказал Бог .

У меня все получится, - сказала Ирина!